Восточный гарем. От ненависти до любви. Пленница власти

Мой ласковый муж

– Султан, перестань, – его руки скользили по моему телу и я чувствовала через шелка и расшитые камнями ткани, как его руки становятся все горячее с каждой секундой, – отпусти, умоляю…

– То, что у меня появится вторая жена, не означает, что ты перестанешь быть первой, Айше! – его голос звучал как урчание тигра то над моим ухом, то прямо в шею, то в ключицы прямо под горлом. Я таяла, извиваясь в объятиях своего властного мужа, но смешанные чувства обиды и горечи сводили меня с ума…

– Я не могу…– мои слабые ручки легли ему на плечи, как когда-то раньше, когда мы только познакомились и я обвивала его могучий торс своими прохладными ладонями впервые. Он стал только сильнее. Он стал только наглее. Он стал только избалованнее… Конечно, ведь я позволяла ему делать все.

И вот избаловала настолько, что теперь не могу оторвать взгляда от его глубоких ярких глаз. Как два драгоценных камня он смотрел на меня, прижимаясь настолько тесно, что я захотела нового ребенка от него прямо сейчас. Я проваливалась в бездну его глаз, словно на дно Черного Моря, а его губы уже жадно расстегивали пуговицы на моем одеянии…

Раннее солнце осветило горы и море. Роса на листьях деревьев заблестела от лучей солнечного света. Но жизнь на улицах Стамбула уже кипела. Продавцы наперебой зазывали покупателей к своим лавкам, демонстрируя свой богатый товар. И чего там только не продавалось: шёлк, парча, кружева и фатины, платки и украшения, халва, мед, орехи, рис и крупы. Кто-то даже принес кур.

Жизнь вовсю кипела и во дворце. Повара готовили на кухнях завтраки, слуги топили бани, чистили серебряную посуду, носили грязную одежду в прачечную и разносили по покоям чистое белье. В гареме тоже никто давно не спал. Девушки под надзором Калфы заправили свои постели и выстроились в ряд, что бы аккуратно пройти до кухни и принести подносы с завтраками.

И я не спала. Мое имя Айше и я жена Мехмеда Паши, правителя нашей Османской империи. Я проснулась от яркого солнца, которое било в окно нашей спальни, но мой муж еще крепко спал.

Некоторое время я просто лежала рядом и смотрела в безмятежное спящее лицо мужа. Под веками у мужчины двигались глаза, кажется ему все еще снился сон.

Наши ноги глубоко под одеялом переплетались и чувствовала приятную температуры кожи своего мужа. Быть верной ему и в постели и разумом – была главным моим предназначением в жизни. Мне хотелось снова прижаться к нему, забраться на него везом и почувствовать его бесконечную силу и мощь, но я знала, что лучше, что может сделать любящая жена это дать ему досмотреть свои государственные сны.

Откинув шелковые одеяла я встала с нашей постели и вышла на балкон. Утренний свежий ветер обдул мое лицо. Сразу почувствовалась бодрость и прилив сил. Я оперлась руками на каменные перила и окинула взглядом владения мужа. Дворец, на балконе которого стояла я, за дворцом сад, полный плодоносящих деревьев, зелёных лужаек, фонтаны и цветы. За садом, огороженным каменной стеной начиналось Великое Черное море, которое простиралось до самого горизонта.

Оно блестело от солнечного света и имело лазурный цвет. Часто Паша сравнивал цвет моря с цветом моих глаз и при этом гладил меня по волосам. От этих воспоминаний сразу стало тепло. Паша Мехмед был очень сильным, крепким духом мужчиной, строгим со своими сыновьями, безжалостным к врагам и таким нежным и ласковым, когда мы оставались наедине. Мехмед наполнял мою жизнь яркими красками, любовью, одаривал меня подарками, словом превратил мою жизнь в Райскую сказку.

Раздвинув бордовые шторы, на балкон вышел Мехмед Паша. Поверх черной шелковой пижамы он накинул безрукавную абаю, расшитую золотыми и красными нитями. Мужчина подошел ко мне сзади и обнял за талию. Его руки сомкнулись у меня чуть ниже пупка и горячее дыхание ударило в шею сзади. Я млела в его руках, как и всегда.

– Как тебе спалось, Айше, свет моих очей? – борода мужа заколола мое плечо.

– Прекрасно спалось, мой повелитель, – я тепло улыбнулась мужу и погладила его по щеке.

Мы еще немного постояли на балконе, наслаждаясь свежестью летнего утра, а когда вернулись в покои, молодые девушки служанки уже принесли завтрак. Я потянула мужа за низкий стол, тут же усаживаясь сама, поджав под себя ноги. Я была так голодна, что при виде еды у меня собрались слюни во рту.

Служанки поставили перед нами блюда с горячими жаренными перепелиными яйцами, и поклонившись, вышли из покоев. Помимо перепелиных жаренных яиц на столе стояли сыр, мед, орехи, сливочное масло, изюм, свежий только испеченный хлеб и теплое молоко.

Удар по самолюбию

Мы начали завтракать. Пока я ела хлеб с перепелками, запивая это все молоком, мой муж смотрел на меня улыбаясь.

– Ты такая голодная, Айше? – Мехмед Паша весело закинул в рот орешек.

Я смутилась, мне стало очень стыдно, что я сижу перед своим мужем Пашой и забиваю рот едой как в последний раз.

– Прости меня, мой повелитель, – я оставила еду и отодвинула от себя тарелку.

– Ну что ты, – повелитель придвинул мою тарелку обратно ко мне, – Кушай, кушай, – Мехмед погладил меня по волосам.

Это было так приятно, повелитель был таким чутким и внимательным ко мне. Часто рядом с ним я ощущала себя маленькой девочкой и это было очень приятным ощущением.

– У меня сегодня очень хорошее настроение, Айше, – поделился Паша.

– Расскажите мне эту хорошую новость, которая так подняла вам настроение, мой Паша, – я придвинулась к мужу чуть ближе, чтобы наши колени соприкасались под столом.

– Сегодня в гарем из порта привезут несколько новых наложниц, одну из них я выберу, чтобы жениться на ней. – Паша как ни в чем не бывало отправил в рот ложку меда.

Меня словно окатили ледяной водой. Я так и застыла с ложкой в руке. Что слышали только что мои уши? Мехмед Паша хочет женится? Теперь я не буду единственной женой своего мужа… Мое сердце словно сжали в кулак, мне даже хотелось плакать, кричать, но рядом с повелителем такое поведение недопустимо. Я с большим трудом сглотнула кусок, что был у меня во рту.

– Паша, вам что, меня мало? – я попыталась улыбнуться, но кажется, что у меня это плохо получилось. – И потом, у вас ведь есть целый гарем, зачем вам жениться дважды?

Когда-то я очень ревновала Мехмеда Пашу к девушкам из гарема, но со временем стала понимать, что они не ровня мне – его жене. Другое дело, если Паша женится во второй раз. Он станет проводить очень много времени с новой женой, а про меня не будет даже вспоминать! Сердце колотилось, и гримаса ярости так и пробивалась из-под спокойного утреннего лица.

– Такая традиция, Айше, у любого уважающего себя Паши должно быть не менее двух жен. – мужчина взял меня за руку, заглядывая мне в глаза, – Не переживай, мой рассвет, все будет хорошо, между нами, все будет, как и прежде, – Мехмед Паша поцеловал кончики моих пальцев. Мне хотелось вырвать руку и отхлестать его по лицу, но поцелуи словно пробежали по нервным окончаниям прямо в мой мозг и я вновь переключилась в режим покорной женушки.

Снова натянула улыбку, чтобы не печалить своего мужа. Но в душе у меня был ураган чувств, ноги поджала, и сдавила коленки, чтобы сделать больно своим пухлым бедрам. Я уже была уверена, что ничего не будет как прежде…

– Мне нужно немного поработать, свет моих очей, иди погуляй по саду и гарему, – мужчина встал из-за стола во весь свой могучий рост, помогая и мне подняться.

Слова повелителя крутились у меня в голове снова и снова. Движение его любимых губ, спокойствие его бровей, когда он сообщал эту прискорбную новость.

Моя жизнь больше не будет прежней, а моя судьба под угрозой. А как же дети? На плечи словно лег камень.

Попрощавшись с повелителем, я вышла из его покоев и направилась в свои. Пока я шла по длинным коридорам, облицованным каменными плитками, я встретила много слуг и девушек из гарема. Все они приседали передо мной в поклоне. Для них я была Айше Хатун супруга Мехмеда Паши. Сама же я себя сейчас чувствовала лишь песчинкой. Точной такой же, как и бесконечное множество песчинок на берегу Черного моря.

Как только я вошла в свои покои ко мне подошла моя старшая служанка Мерьем. Это была милая девушка двадцати четырех лет, с красивым лицом обрамленным иссиня черными кудрями. В ее больших карих глазах никогда не потухал блеск. И я любила смеяться и шутить с ней. Иногда мы могли хохотать часами.

Бывало я по глупости и молодости когда-то обижала Мерьем, но девушка никогда не таила на меня обиду, за что теперь была моей фавориткой из всех моих служанок.

Первым делом я спросила, где дети, на что Мерьем ответила, что отправила мальчиков на занятие к их учителю.

Тревожная новость

– Как прошла ночь с господином, моя повелительница? – расстегивая мое зеленое платье со спины, спросила девушка. Моя спина обнажалась, и я чувствовала утреннюю прохладу между лопаток. Эти ритуалы были частью моей повседневной радости и наслаждалась судьбой жены султана.

– Как бы сказать, Мерьем, – в моем голосе было столько печали и боли, – ночь-то прошла очень хорошо, но утром, за завтраком, Паша сказал, что хочет взять в жены еще одну девушку из гарема, – я была не в силах сдерживаться, на мои глаза мгновенно навернулись слезы.

– Что вы говорите, госпожа! – глаза девушки распахнулись от шока. – Кого из гарема?

– Ее еще нет во дворце, – я быстро вытерла слезы с лица, пока Мерьем несла мне свежее чистое платье, – Новые наложницы все еще в порту.

– Госпожа, все во дворце знают вас и все помнят ваши благие дела, даже если Паша женится, мы не забудем вас, – девушка помогла мне надеть платье цвета спелого персика и стала поправлять мои волосы.

Слова служанки приободрили меня, но грусть и обида все равно душили, словно петля на шее.

– Я хочу выйти прогуляться по дворцу, чтобы немного отвлечься от грустных мыслей, – я поправила складки платья, осматривая себя в зеркале.

В отражении я видела красивую молодую женщину. Жену и мать. Эмоция тревоги поражала мое лицо, и я понимала, что никакого «развеяться» у меня не получится. Что мысли о моей судьбе захватят меня на прогулке, и я буду всю дорогу думать и просчитывать ситуации, как оно теперь обернётся.

Прогулки по дворцу всегда поднимали мне настроение.

Я открыла маленький сундучок и достала цепочку из жемчуга, к ней сережки и браслеты. Мерьем вколола мне в прическу жемчужные заколки. Когда я была полностью готова, мы с девушкой вышли из покоев на прогулку.

Издалека я видела мужественный силуэт своего мужа. Высокий, стройный, плечистый. Все девушки смотрят на него с обожанием и любая будет благосклонна к его вниманию и дорогим подаркам. В голове пролетели мгновения нашего знакомства… Когда я впервые поняла, что он выбрал меня… Как трепетало мое сердце. Какие сомнения его любовь во мне возбуждала… И как я бросилась в его объятия словно в омут.

В гареме только и ходили разговоры о том, что из-за моря приехало несколько новых наложниц. Это только подчеркивало, что наша с ним любовь – лишь перевернутая страница и все уже никогда не будет как прежде.

У него с новенькой – может быть, а для меня… Я пыльный талмуд на забытой полке в тихой библиотеке… Сердце сжалось от обиды и горечи, а в горле застрял ком. На глазах навернулись слезы, как только я впервые почувствовала, как далек он теперь от меня.

Значит они уже во дворце. И скоро их приведут сюда. С каждой минутой мое настроение портилось все сильнее и сильнее.

– Заходите, постройтесь в ряд, не толпитесь, – это был голос Калфы.

Значит они уже здесь.

С балкона второго этажа я стояла с Мерьем и наблюдала, как в гарем под началом Калфы Исмы вошли восемь девушек. Они все смотрели в пол, лица их были мрачные и грустные, еще бы, ведь они прибыли сюда в качестве рабынь для Паши Мехмеда. Значит восемь новых наложниц… А одна из них скоро станет женой Паши Османской империи.

Не в силах смотреть на этих девушек, я резко отвернулась.

– Госпожа, хотите уйти отсюда и погулять в саду? – тихо спросила Мерьем.

Я кивнула и мы пошли в выходу.

– Девушки, сейчас вас поведут в хамам… – донесся голос Калфы.

Я думала о том, что теперь для меня откроются двери в Ад и прощай моя спокойная сладкая жизнь.

Служанка правильно расценила мое молчание, а потому тихо заговорила:

– Я понимаю, госпожа Айше, что вы опечалены, но прошу вас, подумайте хотя бы о детях. У вас ведь два прекрасных отрока растут, кто о них позаботится, если с вами что-то случится?

– Ты права, Мерьем, я не должна раскисать и падать духом, я еще нужна своим детям, – я немного улыбнулась.

Мы спустились в сад и пошли по красиво вымощенной каменной дорожке. Пение птиц успокаивало. Недалеко от нас я услышала шорох длинных юбок и тихий смех. В темно синем платье, расшитом золотым и черным бисером, с высоким воротником и высоко собранной прической – это была мать Паши Мехмеда и моя свекровь в одном лице – госпожа Зумруд. Рядом шли служанки и дочь Наиля. Мы с моей служанкой переглянулись и двинулись в их сторону.

– Доброе утро госпожа Зумруд, госпожа Наиля. – я улыбнулась и поклонилась, придерживая свое платье. Родня моего мужа тоже чуть склонила головы передо мной, улыбаясь.

– Решила прогуляться с утра по саду, Айше Хатун? – Зумруд двинулась к фонтану, мы все двинулись за ней.

– Да, захотелось подышать свежим воздухом, – и я глубоко вдохнула запах свежей зелени и моря, – Вы уже знаете? Паша хочет взять вторую жену. – я боком посмотрела на женщину.

– Да, Айше, я в курсе, это я настояла на том, чтобы наш Паша женился дважды, все-таки традиции нужно не забывать и чтить, – женщина продолжала любоваться фонтаном, который видела каждый день.

Внутри у меня оборвалась единственная струна терпения. Так вот значит кто подал эту идею моему мужу! Стоит тут такая "любительница традиций" и улыбается.

Новые соперницы

Никогда еще в постели Султана мне не было так грустно и скверно. Я лежала на мягком ложе моего мужа, пока властный государь целовал мой живот.

Но жар от горячих поцелуев повелителя я не ощущала, потому что мои мысли были о другом. Скоро в эту постель залезет другая жена Мехмеда. Эта мысль вонзалась в мою голову, словно игла.

– Мехмед, остановись, прошу тебя… – извивалась я.

Повелитель стал целовать мою грудь, поглаживая крепкими загорелыми руками мои бедра.

– Айше, мой лунный свет, посмотри на меня, – голос повелителя заставил меня отвлечься от моих мыслей и обратить на него внимание.

Мужчина был уже достаточно возбужден, а я чувствовала, что совершенно сухая там между ног.

Проведя рукой по моему низу живота, мужчина и сам это понял. Тогда Мехмед засунул два пальца мне в рот, смачивая их моей слюной и стал по очереди вводить их в меня.

Я не была расслаблена, а потому удовольствия не ощущала, лишь зуд. Но лежать молча и смотреть в глаза мужу я не могла. Впервые в своей жизни я стала имитировать возбуждение и стоны.

Паша возбудился с новой силой, не понимая, что я притворяюсь. Он высунул пальцы и достал из штанов свое твёрдое возбужденное достоинство и стал входить в меня так быстро и резко, что я закричала и уже по-настоящему, только от боли.

– Повелитель, остановитесь, мне больно! – но за собственным блаженным стоном мужчина меня не услышал.

Он кончил и лёг рядом, тяжело дыша. Я тоже тяжело дышала, радуясь, что эта пытка закончилась.

Уходить с покоев повелителя было запрещено, если только он сам не пожелает отпустить девушку. Поэтому я лежала рядом, сжимая зубы от боли, которая еще не утихла.

– Я хочу почитать книгу перед сном, дорогая Айше, – сказал Паша, вставая с кровати и запахивая свою шелковую рубашку.

– Да, мой Султан.

Я встала с кровати, одеваясь в свое алое платье, низко поклонилась и вышла из покоев повелителя.

Уже в своей кровати я лежала, прижав лицо к бархатной подушке и рыдала. Сыновья спали в соседней комнате, и чтобы не разбудить их, я заглушала рыдания подушками.

Из восьми наложниц, прибывших пару дней назад во дворец, Паша Мехмед выбрал двух девушек.

Двух кандидаток на отбор в жены. Как же меня это злило!!! до белых костяшек на кулаках.

Кажется он еще не определился, кто ему нравится больше, поэтому решил рассмотреть оба варианта. Первой была черноволосая Асия и карими глазами и веснушчатым милым лицом, но сейчас ее не было в гареме, она помогала какой-то служанке с ужином.

Вторая – белокурая девушка с зелеными глазами. Она не очень хорошо знала тюркский язык, так как прибыла далеко из-за моря, но в первый же день успела подружиться со всеми девушками гарема. Звали ее Ясмин. Как только Исма сказала ей, что сегодня ночью она пойдет в покои Паши Мехмеда, девушка запрыгала от счастья, хлопая в ладоши.

« Это мое счастье! Это мой Мехмед!» кричала я мысленно, наблюдая за ними с балкона гарема.

Я находилась на балконе, возвышаясь над всем гаремом, на правах жены Паши, но скоро и эта Ясмин сможет подниматься сюда, вряд ли тихая Асия ее переплюнет и обойдет.

К этой девушке я чувствовала сильную неприязнь. Сама же Ясмин по всей видимости чувствовала во мне конкурента, в виде первой жены Паши, так как из всего гарема не подошла только ко мне. Я видела, как некоторые наложницы смотрели на меня, ожидая моей реакции, но я стояла с абсолютно непроницаемым лицом. Конечно, мне хотелось плакать, но если это кто-то увидит, то непременно донесут Паше Мехмеду, а он может разозлиться на меня и даже наказать.

Я решила, что поплачу ночью в своих покоях, а сейчас мне нужно держать лицо.

Перед ночью с Султаном

Я спустилась с балкона в гарем и как раз вовремя – наложницы стали заносить подносы с ужином. Мы расселись за круглыми столиками по двое – трое человек. Со мной за одним столом оказалась Зейнеп. Это была женщина лет пятидесяти, молчаливая, но о ее уме и хитрости по дворцу ходили целые истории. Зейнеп была самой первой наложницей Паши, когда тому было восемнадцать лет, а ей шел двадцать девятый год.

Несмотря на большую разницу в возрасте, Зейнеп смогла стать первой женщиной Паши Мехмеда. Но ей не удалось стать для него женой, как оказалось позже – Зейнеп была бесплодной с рождения. Она так и осталась жить в гареме, частенько получая от Паши хорошие подарки.

Я ела молча, хотя все наложницы смеялись и что-то бурно обсуждали. Наверное, они говорили о скорой свадьбе Паши. Передо мной стояли блюда с жаренными овощами, говядиной, пловом с мясом перепелок и курицы, а также графин свежевыжатого виноградного сока. Скоро обещали подать фрукты, халву и мед.

Зейнеп молча наблюдала за мной, отправляя в рот кусочки курицы и плова. А я наслаждалась зрелищем яств и тем как шикарные ткани обвивают в теплую погоду мое тело под одеждой. Затем она придвинулась поближе.

– Не вешай нос, Айше Хатун, – зашептала мне на ухо женщина, – Это бы случилось, рано или поздно. Мы живем в стране, где мужчины слишком сильно любят женщин и могут позволить себе женится несколько раз…

Она жевала, но даже это она делала красиво и элегантно. Все пытались украсть ее плавность движений, чтобы больше нравиться мужчинам.

– Будь благодарна, что тебе было дано подарить повелителю двух прекрасных сыновей и стать его супругой, – женщина говорила тихо монотонно, я впитывала каждое ее слово, слушала оставив еду.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.