Монтагнард

Глава 1. Мастер

Небольшая уютная комната. Единственным источником света служило большое трёхстворчатое окно, закруглённое сверху. Солнечные лучи беспрепятственно падали на широкий письменный стол. На деревянной столешнице с небывалой педантичностью были разложены письменные принадлежности, рядом стопка чистых листов бумаги и географические карты. На краю на серебряном подносе стоял высокий графин с янтарной жидкостью и низкий широкий стеклянный бокал.

У стены узкая низкая кровать, в её изголовье располагался, окованный стальными полосами сундук. Простой серебряный узор покрывал его крышку и накладку замочной скважины. Над кроватью во всю стену была нарисована карта известных человечеству земель.

Стена напротив представляла собой огромный стеллаж, забитый книгами. Как и на письменном столе, на полках отчётливо просматривалась педантичность. Книги расставлены блоками. Алхимия, металлургия, медицина, трактаты о боевых искусствах и записи о тварях с подробными анатомическими иллюстрациями. Именно из-за такого огромного количества книг в комнате отсутствовал масляный фонарь и свечи. Источники огня несут опасность, поэтому ночью освещением служил небольшой фосфоресцирующий шар.

В комнату ворвался высокий молодой человек. Синяя мантия свободно болталась на его худощавом теле. В свои двадцать лет он являлся мастером ордена Серебряной сферы. Положив красную карточку на стол, торопливо схватил графин и плеснул напиток в бокал. Медленно, осторожно, беззвучно, будто чего-то опасаясь, он поставил графин на поднос. Тонкие длинные пальцы потянулись к бокалу с напитком. Стоило прикоснуться к стеклу, как его будто током ударило, мастер отдёрнул руку и, задумавшись, уставился на карту.

«ГроенЛанд» – большими узорными буквами выведено название. Каплевидный вытянутый остров. Южную часть покрывают непроходимые джунгли. На востоке широкий горный хребет, он отделяет всё восточное побережье, на котором находятся вулканы. Извергнутая магма покрывает склоны, чётко обозначая границу с океаном. На севере от джунглей начинается небольшая пустыня, разделяя остров на две части.

Севернее пустыни простирается холмистая равнина. Её пересекают с востока на запад множество рек, истоки которых находятся высоко в горах восточного хребта. Все реки впадают в озеро на западе, вытекает всего одна. Словно гигантская змея, она петляет между холмов, её устье похоже на множество маленьких змеек, ускользающих в океан.

Северо-западную часть острова занимают высокие горы. Между ними и восточным горным хребтом простирается лес. На его краю расположено ещё одно озеро, но значительно меньше размером. Река, вытекающая из него, бежит через весь лес и впадает в океан на севере.

Парень ткнул пальцем в центр равнины, где располагался город ЛаРеланс. Вторым пальцем он замерил расстояние до Монтагнарда, города на северо-западе у подножья гор.

Отступив от карты, он взял красную карточку со стола и перечитал написанное.

«Заказчик: Подземный король Терреус. Цель: Неизвестно».

– Красная карта. Цель неизвестна, – задумчиво проговорил парень. – Очень интересно.

Мастер, не глядя, взял книгу со стеллажа. На переплёте сверкали алые буквы – «Золото притягивает ящеров». Он вытащил из книги ключ и аккуратно поставил её назад на стеллаж. Убедившись, что все книги стоят ровно, провёл пальцем по полке и одобрительно кивнул.

Подойдя к сундуку, он мгновение колебался, бросил мимолётный взгляд на бокал с напитком и опустился на колено. Раздался звонкий щелчок, и мастер резким движением откинул крышку. Десятки ячеек хранили в себе разнообразные предметы, каждая была пронумерована и подписана.

Парень, едва касаясь пальцами, прошёлся по содержимому сундука, словно проверял, на месте ли каждый предмет. Глубоко вздохнув, взял маленький цилиндрический флакон с голубой жидкостью и повязку на глаз. Ячейка №2 «Взгляд истины».

Мастер нажал на грань цилиндра, с другой стороны выскочила короткая игла. Раздвинул веки пальцами, не колеблясь, вонзил её в левый глаз и сразу надел повязку. Задумчиво посмотрел на пустой цилиндр и убрал его в карман мантии.

Небольшой коричневый шар из ячейки №12 c надписью «Вакуумный капкан» и зелёная трубка из ячейки №23 с надписью «Вечный факел» перекочевали за пазуху. Мастер ещё раз бегло пробежался по содержимому и опустил крышку.

Не поднимаясь с колена, парень глянул на бокал с янтарной жидкостью.

– Ящер с ним! Дело серьёзное, – вновь откинув крышку, взял ещё два предмета.

Матово чёрную ампулу из ячейки №58 с надписью «Кровь жнеца» и круглую серебряную фляжку из ячейки №62 с надписью «Экстракт пещерных грибов».

Закрыв сундук и убрав ключ на место, мастер направился к двери. Взявшись за ручку, он резко повернулся и вернулся к графину с бокалом. Поменяв их местами на подносе, он довольно улыбнулся и покинул комнату.

***

Цитадель ордена Серебряной сферы представляла собой неприступный комплекс сооружений. За высокой каменной стеной находились просторные склады и оружейные, тренировочные площадки, бараки и столовые. Строения располагались кольцами, каждое последующее кольцо выше предыдущего, что обеспечивало дополнительную поддержку при осаде и ранжировало членов ордена.

Первый внешний круг являлся сплошной разгрузочной площадкой. Сюда стекались торговцы со всей округи, поставляя необходимые цитадели припасы. Орден щедро платил серебром.

Здесь на разгрузочной площадке начинал свой путь каждый вступивший в орден неофит. Отработавших четверть года неофитов объединяют в группу до десяти человек и селят в бараки. Так бывшие грузчики, закалившие своё тело, переезжают за стену и становятся кандидатами в адепты. Неофитам запрещается покидать свои бараки без сопровождения, поэтому к каждой группе прикреплён адепт. В его обязанности входит сопровождение группы на тренировочные площадки, в библиотеку, в столовую. Адепт решает, кто из неофитов готов к ритуалу произнесения клятвы и экзамену.

Пройдя экзамен, неофит становится адептом. Ему вручают красную мантию и право на свободное посещение цитадели за исключением закрытых зон в библиотеке. Вместе с этим правом его переселяют в отдельную комнату в жилом комплексе во втором круге за стеной.

В центре цитадели располагается огромная библиотека, десятки тысяч книг собраны в её стенах. С самого основания орден Серебряной сферы поддерживал научные изыскания во всех областях и по всем направлениям. Во время войны, на грани истребления, научное превосходство помогло выстоять человечеству, с тех пор минуло три сотни лет, но орден продолжает поощрять выдающихся людей.

***

Молодой мастер покинул свои покои и, быстро шагая, направился в оружейную. Его высокая фигура в синей мантии привлекала внимание братьев, все члены ордена знали его в лицо. Он самый молодой мастер в цитадели и самый искусный твареубивец.

– Слава Серебряной сфере! – хором поприветствовала его группа адептов.

– Приветствую, братья. Ваксис, как успехи в обращении с твоим экзотическим оружием? Мэлор, ты начал обучение алхимии у мастера Мдитра? Рена, ты как всегда прекрасна.

– Необходимо больше практики и сильный противник, – почесав голову, ответил Ваксис.

– О, мастер Мдитр замечательный учитель, похоже, я определился со своей специализацией, – произнёс Мэлор.

– Вы, как, всегда деликатны, мастер Львовций. Я всё ещё жду вашего визита, – кокетливо шепнула миловидная Рена.

Львовция знали в лицо все члены ордена в цитадели, но он помнил не только лица. Он запоминал имя каждого, а также следил за успехами и неудачами всех братьев. Кто у кого и чему обучается, кто и с кем отправился на охоту и, конечно, кто чего достиг. Можно сказать, вся цитадель была под присмотром его серых, холодных, как сталь, глаз, это полторы тысячи адептов, мастеров и старших мастеров.

Навстречу мастеру двигалась группа неофитов в сопровождении огромного адепта. Львовций замедлил шаг, чтобы поздороваться с двухметровым громилой и зафиксировать лица новых неофитов.

– Приветствую! Мастер Львовций, – пророкотал сопровождающий. – У меня новые птенчики. Как по мне, так никого достойного.

– Адепт Янор, чтобы птенчик превратился в боевого петуха, необходима закалка, – слегка улыбнувшись, сказал мастер. – Твари не будут их жалеть, и тебе не советую.

– Как скажете, мастер, – Янор довольно оскалился.

Неофиты сжались, до ушей Львовция доносились тихие перешёптывания.

– Мастер Львовций? Тот самый?

– Он умертвил тварей больше, чем вся городская дружина.

– Не жалеть нас? Да этот амбал нас покалечит.

– Верзила нас недооценивает.

Львовций проводил взглядом новичков. Сейчас слишком рано судить об их судьбе. Знания и боевую подготовку можно вколотить в любого человека, но экзамен выворачивает людей наизнанку. Отличный воин и зубрила трактатов может сломаться, хиляк, едва правильно держащий меч, и тугодум, только освоивший чтение, могут переродиться.

Большинство новичков отсеивается, но мастер все равно считал своим долгом запомнить каждого, кто получил знания в ордене. Во-первых, это основа безопасности, а во-вторых, он должен знать каждого, кому в будущем будет отдавать приказы.

Неторопливым шагом мастер вышел к тренировочным площадкам. Неофиты в набедренных повязках, измождённые и перемазанные грязью, отрабатывали боевые приёмы. Глухое перестукивание деревянного оружия, ни намёка на ритм. Боевое оружие неофитам выдавали только во время несения караула и прохождения экзамена. Адепты, наоборот, тренировались исключительно со стальным оружием.

Для удобства рядом располагался небольшой склад, где хранилось оружие для тренировок. Ни арбалетов, ни двуручных секир, огромных молотов и экзотических мечей. Там находились обычные полуторные мечи, молоты и топоры. Несмотря на это, именно сюда направлялся мастер Львовций. Ему был нужен адепт Стонер и его оружие.

Ребёнок не старше пятнадцати лет, вальяжно закинув ноги на письменный стол, крутил в руках закрытую бутылку вина. Его красная мантия походила на грязное тряпьё, лицо измазано, волосы застыли грязными патлами.

– Ящерицу тебе в зад! – вскрикнул юноша, выронив бутылку.

Сосуд ударился о стол, покатился и упал на каменный пол. Стекло оказалось крепче нервов Стонера.

– Не смей! – юноша выставил ладонь. – Не смей снимать повязку!

– Адепт Стонер, возьми себя в руки, – натянув улыбку, сказал мастер.

– Что ты прицепился ко мне? Каждый раз, когда ты появляешься в моей спокойной жизни, она летит в яйца ящера! – юноша вскочил и попятился.

Мастер молча поднял бутылку, осмотрелся и, не найдя подноса, с отвращением поставил её на стол.

– Нет, нет, нет, – Стонер упёрся в стойку с деревянными мечами. – Я не участвую. Чтобы ты ни говорил, я не выйду из оружейки!

– Извини, но на этот раз дело очень серьёзное, – Львовций показал красный бланк.

– Твою бабулю! Угроза уничтожения города? Я надеюсь, речь не о ЛаРелансе? – заинтересованно спросил Стонер.

– Монтагнард, – холодно ответил мастер. – Мне нужны твои игрушки.

– Что? Подземный город? Но как? Точнее, что может ему угрожать? Да и при чём тут мы? Там есть своя цитадель ордена, – каждый вопрос юноша сопровождал несуразными взмахами.

– Стонер, поверь мне, тебе лучше не знать ответы. Я воспользуюсь твоим оружием?

– Ты прав. Ты несомненно прав, – адепт шагнул к мастеру. – Оно там, – он указал вглубь склада. – Скажи мне, зачем ты постоянно спрашиваешь разрешение?

– Чужие вещи нельзя брать без разрешения, – холодно бросил мастер.

У дальней стены стояла обычная неприметная оружейная стойка. В отличие от остальных, забитых стальным и деревянным оружием, на ней находилось всего четыре одинаковых предмета.

Двадцатисантиметровые рукоятки без клинков. Львовций осторожно коснулся одной из них.

– Совершенство. Я возьму два. Ты не против? – Не глядя на адепта, спросил мастер.

– Да хоть все забирай, – усевшись за стол, отмахнулся Стонер.

Львовций погладил каждую рукоять, осторожно, с трепетом взял две и убрал за пазуху.

– Верну, как закончу с заказом, – сказал он, направляясь к выходу. – И ещё, Стонер приведи себя в порядок!

Последнею реплику адепт пропустил мимо ушей.

***

От ЛаРеланса до подземного города Монтагнард два дня пути на лошади. Орден Серебряной сферы имел в своём распоряжении животных побыстрее.

Ездовые ящеры, некогда сражавшиеся против людей, после сокрушительного поражения потеряли своих хозяев. Растеряв всю агрессивность, они были приручены членами ордена. Вдвое, а то и втрое быстрее и выносливее лошадей, они стали популярны среди братьев ордена. Конечно, не каждый наездник мог справиться со своенравным ящером.

Для Львовция ездовой ящер являлся своего рода компромиссом. Он с лёгкостью усмирял самого буйного и агрессивного и заставлял бежать чешуйчатое создание без отдыха сутки напролёт. Мастер мог заставить ящера атаковать людей и тварей. Но он ненавидел их. Ненавидел всем своим существом. Находясь в седле опасного хищного ящера, он каждую секунду боролся с желанием отрубить твари голову.

Красный бланк требовал немедленного вмешательства, у мастера не было выбора. Ему пришлось взять ящера.

Кони, находясь рядом с чешуйчатыми созданиями, беспокоились, чувствуя опасность. Ящер за пол минуты мог обглодать половину конной туши, из-за этого конюшни располагались вдали от террариума.

Адепты называли эту часть цитадели кладкой. К ящерам допускались только прошедшие специальную подготовку. Братья в кольчужных перчатках по плечи, стальных масках и ботинках кормили, поддерживали необходимый порядок и жёстко отслеживали популяцию ящеров. Еженедельно они разрывали спрятанные кладки и уничтожали яйца.

Появление мастера Львовция в террариуме было событием. Среди работников кладки ходила подкрепленная молва. Мастер ни разу не сдал назад ездового ящера. Адепты отдавали ему своих подопечных, словно провожали на казнь.

Ездовые ящерицы быстро размножались, к ним не привязывались, но считать их расходным материалом было чересчур. Ни одному члену братства не сошло бы такое с рук.

Начальник террариума старший мастер Тука был обязан Львовцу. Когда Тука был мастером, его отправили на восточный горный хребет подавить бунт в серебряном руднике закрытого типа. Глубоко под землёй отряд ордена попал в хорошо спланированную засаду. На них обрушили свод. Из-под завалов выбрались двое. Мастер Тука, лишившейся правой ноги и правой руки, и молодой адепт. Задание провалено, группа практически уничтожена, но произошло невозможное. Адепт в одиночку вырезал всех взбунтовавшихся тварей, а среди них были огры, и вытащил едва живого мастера на поверхность. Тем молодым адептом был Львовций. Поэтому молодому мастеру дозволялось лишнее.

Когда крупную рептилию привели, Львовций, не колеблясь, схватил её за шею и в упор уставился в клыкастую морду. Снаряжение адептов не зря предусматривало стальные маски, но мастера это не волновало. Ни один ящер не щёлкал зубами перед лицом Львовца.

На ящера установили седло, седельные сумки и чехол для дротиков. Можно было отправляться, но мастер различил отчётливое ритмичное звяканье метала. Искренне улыбнувшись, он повернулся на звук.

Старший мастер Тука представлял собой очень маленького человека. Он был на голову ниже любого адепта ордена и не отличался развитой мускулатурой. Правая рука ниже локтя была пустой латной перчаткой, правая нога, издающая при каждом шаге металлическое звучание, представляла собой сложный механизм из ремней, пружин и стальных пластин.

– Мастер Львовций! – поприветствовал он и обнял его. – Смотрю, ты не сидишь без дела. Куда на этот раз? В вечный лес? Или снова на восточный хребет? Нет? Неужели в южную пустыню? Я слышал, там сейчас неспокойно.

– Тука, на этот раз мне придётся посетить Монтагнард. Придётся снова спуститься под землю. На этот раз глубже, намного глубже.

Старший мастер слегка вздрогнул.

– Будь осторожен, туннели Монтагнарда опасны и хранят зловещие тайны. Возвращайся целым, – Тука улыбнулся и звонко ударил о латную перчатку. – И хоть раз верни ящерицу назад!

– На всё воля Серебряной сферы, – улыбнувшись, ответил Львовций.

Верхом на ящере мастер направился к воротам цитадели. Защиту ворот можно было разделить на внешнюю и внутреннюю. Внутренняя представляла собой заградительный полукруг стальных кольев, два тяжёлых многозарядных арбалета на станине и двенадцать адептов.

Внешняя была более дружелюбна, двенадцать неофитов, вооружённые пиками и мечами, восемь адептов с многозарядными арбалетами. Полноценный боевой отряд под командованием мастера.

– Удачной охоты, мастер! – проводили его стражники ворот.

Жители ЛаРеланса нейтрально относились к служителям Серебряной сферы. Триста лет минуло с тех пор, как орден вытащил человечество из бездны отчаяния. Спасение стало легендой и уже не вызывало трепет. Сейчас на членов ордена смотрели, как на обычных охотников. Вот только стоило твари разорвать пару крестьян, за помощью бежали в орден, не к городской дружине. И проклинали, конечно, орден, именно они не уследили и допустили резню. В общем, положение ордена Серебряной сферы было неоднозначно. Спасённые их возносили, пострадавшие проклинали, остальные старались избегать.

Львовций медленно следовал по главной улице к северным воротам. Торговцы не обращали на мастера никакого внимания, прохожие шарахались в стороны, желая отдалиться от ящерицы, и только детские глаза не сводили с него взгляд. Маленькие ручки складывались, будто держат сферу, и поднимались к небу. Дети мечтательно провожали мастера.

Городские северные ворота представляли собой высокое каменное сооружение. Времена были мирные, досмотр въезжающих в город вёлся поверхностно, плата взымалась только за повозки с товаром, согласно королевскому реестру.

Городская дружина с длинными копьями вяло осматривала торговцев, лучники на стрелковых платформах даже не натягивали тетивы, и только десятник внимательно собирал плату и передавал её представителю казначейства.

Львовций уловил взгляд широкоплечего десятника. На удивление мастера, взгляд был, как у городских ребятишек. Львовций коротко кивнул десятнику и склонился к ящеру, ускоряя темп.

Покидая ЛаРеланс через северные ворота, путник попадал на большой пустырь. На нём останавливались запоздалые торговцы. Фургоны и телеги ставили полукругом с импровизированным очагом в центре. Сейчас ранее утро и пустырь был практически безлюден. Львовций резко остановил ящера и крутанулся на месте, оглядывая все направления.

Пустырь, словно центр паутины, от него расходится шесть путей. На юг дорога ведёт в ЛаРеланс.

На запад дорога ведёт к озеру Хоуп. На берегу которого стоит столица Ротернел, где восседали на своём троне короли древности. После вторжения ящеров власть королей угасла, сейчас правит сенат. В одном месте собрана вся верхушка власти, в былые времена такого не допускалось.

Дорога на северо-запад приведёт в Монтагнард, подземный город шахтёров и искателей сокровищ. Там в тёмных туннелях, прорытых насекомыми, можно найти несметные богатства или смерть.

Если следовать по дороге на север, она приведёт в Вечный лес, который простирается до самого океана.

На северо-восток дорога ведёт в город рыбаков Печур. Плавучий город состоит из тысячи сцепленных между собой судов. Озеро, на котором он находится, служит истоком реки Дум, протекая через весь Вечный лес, она впадает в океан. Самые отважные рыбаки отправляются в дальние плавания, возвращаясь с невиданным уловом и баснями о встречах с морскими тварями.

Последняя шестая дорога уходила на восток к горному хребту. Там в горах расположены серебряные рудники ордена.

Львовций глубоко вздохнул и закрыл глаза, это был его ритуал. Мастер чувствовал себя пауком в центре огромной паутины. Он мысленно проматывал выполненные заказы, связанные с каждым направлением. Чем больше он пропитывался воспоминаниями, тем могущественней себя чувствовал.

Мастер завершил ритуал и открыл глаза. Его кулаки нервно сжались. Ящер, приняв это за команду, оскалился и яростно заревел. Бродяги, обступившие на краю пустыря повозку, в страхе разбежались. Телега, заваленная на бок, была без колеса. Угрюмый бородач обречённо сидел на земле перед ней.

Обычно Львовция не интересовали дела обывателей, но сейчас дело касалось его ритуала. Не раздумывая, он спешился и подошёл к мужчине.

– Вам докучали бродяги? – слегка нервно спросил он.

– Берите, сколько нужно, – отмахнулся бородатый.

– Что, простите, – непонимающе произнёс мастер.

Мужчина оглянулся и вскочил, поняв кто перед ним стоит.

– Ох, извините, мастер ордена. Чёрная полоса, – выплюнул мужик. – Моему делу пришёл конец.

– Телегу можно починить в городе.

– Дело не в телеге, я везу, вернее, вёз туши свиней, – горестно произнёс бородатый. – Через час солнце начнёт жарить, и моему грузу придёт конец.

– Попробуй посмотреть по сторонам, – холодно сказал мастер. – Мне это всегда помогает, вам далеко смотреть не надо, – Львовций кивнул на небольшой каменный очаг.

Мужчина непонимающе уставился на молодого мастера с повязкой на глазу, но тот больше не проронил ни слова. Ловко запрыгнул в седло ящера и направился на северо-запад.

Когда синяя фигура на ездовом ящере скрылась за холмом, мужчина взглянул на очаг. Улыбка поползла по его лицу, через мгновение он громко засмеялся.

Глава 2. Дом утех

Подземный город Монтагнард притягивал искателей приключений со всего ГроенЛанда. Все алчные люди, жажда нажива которых превосходила чувство самосохранения, отправлялись в бесконечные тёмные туннели. Мрачные ходы запутанного лабиринта хранили в себе несметные сокровища.

Руды металла, серебряные самородки, драгоценные камни, пещерные грибы, мох, за всё можно было выручить монеты аргентума. Даже подземные твари представляли собой смертельно опасные мешочки с монетами. Жвала пауков, хитин муравьёв, паутина, железы – опытный искатель мог превратить мёртвое насекомое в горы серебра.

Орден Серебряной сферы скупал останки насекомых в непомерно большом количестве. Будет спрос, будут и желающие отправиться в мрачные туннели, испытать своё мастерство и удачу.

Помимо ордена существовали независимые алхимические лаборатории и торговые дома, обеспечивающие конкуренцию. Цены постоянно менялись, чтобы не продешевить, искатели создавали команды, обменивались информацией, основав подобие гильдии.

На окраине подземного города, практически выступая за безопасный периметр, находилась независимая алхимическая лаборатория «Гриб желаний». Независимость от ордена и властей Монтагнарда давала крохотные плюсы, минусы же были огромны. Вся проблема заключалась в том, что не каждая лаборатория удостаивалась внимания правительства и тем более ордена. Отсутствие постоянных заказов и конкуренция вели жёсткий отбор среди алхимиков.

Вдали от центра зданиями служили гигантские панцири насекомых. Лаборатория не была исключением. В панцире жука было выдолблено множество небольших отверстий, из которых валил густой светло-пурпурный дым. Перегонный куб вызывал чувство жалости – деформированный, в глубоких царапинах – но со своей функцией справлялся.

Топливом для нагрева служили железы фиолетового жука, змеевик для охлаждения был обмазан голубым студнем. Готовый продукт капал в большой едва прозрачный бутыль.

Низенькая полная девушка стояла перед бутылью и отчаянно тёрла её ладонью. Одета она была в короткие – до середины внушительных ягодиц – шорты и защитный кожаный фартук на голое тело. На голове красовались две рыжие косички.

– Рик! Эта настойка никуда не годится, – раздражённо крикнула она.

– Энни, мы перегоняем эти грибы уже в третий раз, – виновато произнёс худой парень в кожаных штанах с повязанной на поясе рубахой.

– Вода, – Энни подняла бутыль и вылила содержимое. – Где свежие пещерные грибы?

– Энни, – парень протёр мокрую лысину. – Их не будет.

Полная девушка замерла и непонимающе уставилась на парня.

– Повтори.

– Пещерных грибов больше не будет. У нас закончились монеты аргентума, осталось пару монет купрума. Мы разорены, – Рик опустил голову.

– О Рик, как же так, – Энни поставила бутыль и подошла к парню.

Голова девушки едва доставала до груди парня. Она обхватила его голый торс. Её крупная грудь прижалась к животу Рика. Их разделял только защитный фартук.

– Энни, может…

Рик положил ладонь на макушку девушки. В живот Энни что-то настойчиво упёрлось.

– Муравья тебе в зад! – сбросив его руки и отстранившись, крикнула девушка. – Лучше бы тебя монеты аргентума так беспокоили.

– Ну Энни.

– Нет! Надо где-то раздобыть серебра.

– Тебя всегда интересовали только монеты. А будь я богат?