Ненужная остановка

– Эй, вы, мистер! Почему моя машина до сих пор не заправлена?! – послышался откуда-то издалека раздражённый голос мужчины.

Фрэнк слегка дёрнулся от неожиданности и развернулся. На него смотрел широкоплечий мужчина, вышедший из маленького магазинчика, где предварительно оплатил бензин для своего автомобиля и сейчас твёрдыми шагами направлялся к нему. На автозаправке была всего пара машин, которых Фрэнк уже успел обслужить, однако задумался, и не заметил, как подъехал этот старенький «шевроле».

–Уже иду, сэр, – пробубнил он и, засунув руки в карманы, двинулся в его сторону.

–Давно пора, – удовлетворённо бросил мужчина. – Неизвестно за что деньги платят. Уж точно не за рассматривание облаков.

Фрэнк ненавидел таких людей. Таких, которые убеждены, что человеческий фактор не имеет право вмешиваться в рабочий процесс и ни что не должно отвлекать работника от своих обязанностей. Однако на деле, всегда найдётся что-то, что вырвет тебя из повседневной рутины офиса или, в случае Фрэнка, рутинной работы на автозаправке, и переместит в собственные мысли. В конце концов, все мы люди.

Фрэнк вставил «пистолет» в бензобак «шевроле», и цифры на маленьком прямоугольном экране автозаправочной колонки поползли вверх.

Несмотря на то, что солнце уже клонилось к закату, его рабочий день только начинался, а Фрэнк Уиллсон уже проклинал свою работу. В сорок с лишним лет он не добился абсолютно ничего в своей жизни, и каждый день эти мысли мучили его пропитанную алкоголем голову. Если жизнь преподносила ему удачные возможности или перспективы, он либо игнорировал их, либо показывал им средний палец, опрокидывая очередной стакан пива.

А теперь, по прошествии стольких лет, каждую ночь, он вспоминал эти возможности и проклинал себя за то, что не воспользовался ими. Кто-то говорил ему, что за любой выбор человек когда-либо заплатит, будь то хорошая цена или плохая, но он не верил в эти бредни. И, как оказалось, зря.

Когда цифры на экране достигли отметки в десять литров и замерли, Фрэнк убрал «пистолет» обратно на колонку. Мужчина буркнул что-то неразборчивое себе под нос, сел в «шевроле» и укатил по своим делам.

Он больше никогда не увидит тех людей, чьи машины заправляет изо дня в день, но ненавидит каждого из них. Ненавидит, хоть большинство и не говорили ему ничего плохого или оскорбительного. Ненавидит их, как ненавидит самого себя.

Фрэнк взглянул на часы. Ещё только четверть восьмого, а у него сегодня ночная смена. Через пару часов Сэнди, сидящая в магазинчике, уйдёт домой, и он останется один. Но его это совершенно не волновало, потому что он привык к одиночеству. Его радовала лишь перспектива посидеть на мягком диванчике в тепле и почитать журнальчик. Ночью, как правило, водителей заезжало мало, и он надеялся, что сможет даже вздремнуть.

Солнце по-прежнему радостно покрывало своими тёплыми лучами ещё не согревшуюся после зимы землю. Съёжившись от холодного ветра, Фрэнк накинул капюшон тёплой рабочей куртки.

Автозаправка находилась за пределами города, в десяти милях от Хармонта, и добираться на работу не так-то просто. Особенно, если у тебя нет собственного транспорта. Хоть чему-то Фрэнк был доволен – у него была машина. Старенький и потрёпанный «форд», который достался ему от отца. Старик обожал его, и почти всё своё свободное время проводил в гараже, наводя марафет своему железному красавцу.

Всю свою жизнь отец Фрэнка работал в автомастерской, и честно выполнял свои обязанности, попутно обучая своего сына этому ремеслу.

«Однажды «форд» достанется тебе, сынок, когда ты будешь достаточно взрослым и ответственным», – говорил его отец.

Взрослым – да, но ответственным – ни капли.

Но теперь ничего привлекательного в этой груде проржавевшего металла Фрэнк не видел, и красавцем его уже много лет назвать сложно. На большее у него бы не хватило денег, но и «форд» был неплохим вариантом, хоть и единственным. Зато компания давала скидку на бензин своим сотрудникам. А это тоже был плюс.

Пока солнце медленно скрывалось за серыми облаками, заправка постепенно пустела. Машины проносились мимо, устремляясь по шоссе вдаль, и постепенно удалялись, пока не исчезали из вида совсем. И вместе с ними прекращался и гул, но вновь проезжающие, приносили его с собой. Даже ночью здесь почти не бывает тихо, однако найдётся такой момент, в котором тишина бывает оглушительной. Всего на несколько минут, после того, как пронесётся очередной автомобиль, воцарится тишина, нарушаемая лишь стрекотом сверчков в траве. В такие мгновения начинает казаться, что ты остался одним единственным человеком на Земле и ты можешь делать всё, что душа пожелает, потому что никто не запретит и не осудит. И эти несколько секунд поистине восхитительны.

Вновь подъехала машина, и Фрэнк проделал то же самое, что делает уже на протяжении пяти лет – вставил «пистолет» в бензобак, пока пожилая женщина медленно вылезла из салона и зашаркала в магазинчик. Он повторял эти действия столько раз, что при всём желании, не смог бы забыть, что же он всё-таки делает на работе. Он проделывает одно и то же изо дня в день. Фрэнк выучил все действия до автоматизма. Если разбудить его ночью, он без запинки смог бы описать их и в сонном состоянии, возможно, повторить, вяло рассекая воздух перед собой. Однако ничего мудрёного он и не делает, ребёнок бы справился. Но его всё равно тошнило от этой работы. Мерзкое, тошнотворное и отвратительно скучное однообразие.

Кто-то скажет, что однообразная работа может свести тебя с ума, и Фрэнк бы согласился, не думая.

Он вдруг почувствовал голод. Перед работой он перехватил пару бутербродов, но сейчас не отказался бы перекусить снова. Выпить кофе, поболтать с Сэнди, которая вечно подпиливала ногти или смотрела по маленькому телевизору с искривлённой антенной какой-нибудь сериал. Но время перерыва проходило так быстро, и Фрэнку вновь приходилось выходить на улицу и приниматься за работу.

Звякнули колокольчики на двери, женщина не спеша шла к своему автомобилю, увлечённо рассматривая чек в сморщенных старостью руках. Фрэнк вернул на место «пистолет». Женщина, даже не взглянув на Фрэнка, открыла дверь и залезла в машину. Двигатель «ситроена» заурчал, и тот медленно двинулся в сторону автострады, неуверенно вклиниваясь в редкий поток машин.

–Не за что, старая карга, – пробубнил он сквозь зубы, съежившись от подувшего ветра.

Фрэнку хотелось курить. Он нащупал в кармане куртки пачку сигарет и легонько сжал её в руке. Некоторое время боролся с желанием поджечь сигарету. Ну, кто курит на заправке, когда в паре метров бензин?

Я зажгу сигарету, сделаю пару затяжек и запущу ее прямо в лужу бензина. Хватит даже самой маленькой капельки. А потом буду с удовольствием наблюдать, как эта груда металла, называющая себя автозаправкой, взлетит на воздух.

Фрэнк усмехнулся.

Однако, он бы никогда этого не сделал. Рассудок у него ещё присутствовал. Хотя он был бы не прочь спалить это место ко всем чертям и свалить отсюда куда подальше.

Уже начало смеркаться, и ветер становился холодней. Солнце с каждым часом опускалось всё ниже, озаряя всё тусклым оранжевым светом. Со стороны леса ветер приносил аромат свежести, который мешался с запахом бензина.

Фрэнк смотрел на закат, и ему казалось, что его рабочий день длится вечность, а минутная стрелка часов зависла на одной отметке. В очередной раз взглянув на наручные часы, Уиллсон отметил, что уже десятый час. Ещё каких-то полчаса и Сэнди сядет в свою машину и уедет домой.

За это время ещё четыре машины подъезжали, чтобы наполнить бензобаки, а их водители после оплаты молча садились обратно и уезжали, не говоря Фрэнку даже «спасибо». Но ему было на это наплевать. Он уже привык к тому, что люди его не замечали.

Наконец он услышал, как дверь открылась, и из магазинчика вышла Сэнди, в своём сером поношенном плаще и неаккуратно заплетённой косой русых волос. Она перекинула сумку через плечо и достала что-то из кармана плаща.

–Вот ключи, – произнесла она и передала ему связку. – Смотри, не кури в зале, а то опять будет вонять на весь магазин.

–Я не курю в зале, было-то всего один раз, – отмахнулся Фрэнк.

–Засыпать в зале тоже не следует.

–Да знаю я, – с раздражением произнёс Уиллсон. – Посидела бы всю ночь в этом дурацком кресле, я бы посмотрел на тебя с утра.

–Но я сплю в своей кровати, – Сэнди слегка улыбнулась. В уголках её глаз появились морщинки. – И не забывай выкидывать свои бутылки пива из-под стола, если не хочешь, чтобы тебя уволили. Мне надоело их за тобой убирать и говорить тебе тоже надоело.

Фрэнк кивнул и попытался улыбнуться, но получилось нечто небрежное, отдалённо похожее на улыбку. Они попрощались.

Сэнди села в миниатюрный «фольксваген жук», и через минуту Фрэнк наблюдал, как он едет по шоссе, постепенно набирая скорость, а вскоре его задние огни исчезли за холмом.

Как только Уиллсон оказался в магазине, на него тут же накатила усталость, и голод снова дал о себе знать. Тепло окутало его тело, которое целыми днями стоит на холоде, хоть и периодически отогревается в комнате для персонала. Рабочая куртка с эмблемой «Ойл-экспорт» его согревала, но временами этого было не совсем достаточно.

Фрэнк прошёл за кассу, толкнул дверь и оказался в комнате с небольшим помятым и в некоторых местах порванным диванчиком, деревянным кофейным столиком, небольших размеров холодильником для еды и микроволновкой. Повесил куртку на вешалку и закатал рукава на чёрном свитере. Живот заурчал, вновь напоминая о том, что уже не мешало бы перекусить.

–Что у нас на ужин, Бэрримор? – нарочито низким и деловитым тоном спросил Фрэнк сам себя. – На ужин несолёная вермишель и твёрдые магазинные котлеты, сэр! Никакой овсянки, сэр!

С губ сорвался смешок. Фрэнк открыл холодильник и достал пластиковую коробочку, в которой лежала его еда, приготовленная без особой любви, с какой готовят домохозяйки в фильмах своим мужьям. Он снял крышку и запихнул коробку в микроволновку на две минуты. Ему захотелось выпить. На работе он много не пил, одну-две бутылки, но почти каждый раз покупал их себе в ночные смены, чтоб было веселей коротать время. Уиллсон прошёл обратно в зал, закинул в кассу плату за две бутылки, а потом достал их из холодильника.

Через короткое время, он уже сидел на диване, ел свой ужин, запивая пивом, и слушал мерное гудение холодильника, которое через определённые промежутки времени становилось громче, а потом вновь стихало.

Под вечер клиентов становилось всё меньше. За последующий час приходило всего человек пять, а к тому времени часы уже показывали четверть одиннадцатого. Фрэнк достал из ящика стола под кассой журнал «Нэшнл Джиографик» и принялся листать страницы, рассматривая фотографии самых красивых мест на планете, по мнению автора. И не заметил, как задремал.

Разбудил Фрэнка хлопок входной двери. Он резко дёрнулся и, выпрямившись, взглянул сонными глазами на вошедшего.

К кассе направлялся мужчина в черном плаще, безукоризненно чистой белой рубашке и чёрном слегка распущенном галстуке. На вид ему было около тридцати, может чуть меньше, а на губах появилась улыбка.

–Разбудил вас? – усмехнулся он. – Мне нужно машину заправить.

–Как и всем вам, – произнёс Фрэнк и положил в кассу протянутые деньги клиента.

Нажал на кнопку, чтобы активировать подачу бензина в колонке, рядом с которой стояла машина покупателя. Фрэнк взглянул на наручные часы – двенадцать вечера, он спал почти час.

–Вам тут очень весело, верно? – улыбнулся мужчина, осматривая магазинчик.

–Особенно ночью, – согласился Фрэнк. – Хоть вздремнуть можно.

Мужчина захлопал себя по карманам плаща, будто что-то искал. Рука остановилась на груди, в том месте, где должен быть внутренний карман, и клиент удовлетворённо кивнул. Фрэнк предположил, что тот искал свой бумажник. Он достал из него деньги и протянул Уиллсону. Тот молча убрал их в кассу и выдал клиенту чек.

–Ну что ж, доброй ночи, мистер! – весело сказал он и, развернувшись, бодро зашагал к двери.

Мне бы твой настрой, парниша.

Решив покурить, Фрэнк поднялся и достал из кармана куртки, висевшей в комнате, пачку сигарет. Отметив, что их осталось пять штук, он недовольно вздохнул. Пройдя через коридор за комнатой для персонала, Уиллсон вышел через заднюю дверь на улицу. Холодный ночной ветер тут же обдул его, взъерошив тёмные волосы, покрытые лёгкой сединой. Кроны деревьев шелестели в лесу, находящемся неподалёку. Где-то вдалеке каркнули вороны.

Фрэнк чиркнул спичкой о коробок, и на секунду прыснули искры, тут же потухнув. Достав вторую спичку, чиркнул ещё раз, и его лицо осветило небольшое пламя. Закурив, Уиллсон бросил догорающую спичку на асфальт, и она тут же погасла. Сделав глубокую затяжку, он медленно выдохнул дым. Серое облако струйкой выходило из его лёгких, тут же рассеиваясь в ночном воздухе. Фрэнк посмотрел на звёздное небо.

Было тихо. Ни одна машина не проезжала по шоссе. Нарушали эту прекрасную тишину лишь стрекочущие в траве сверчки и шелест листвы.

Единственное, что он ещё любил в этом мире – так это тишина и звуки природы. Не считая сигарет и алкоголя. Фрэнк усмехнулся. Как мало сейчас ему нужно, только чтоб почувствовать хоть что-то кроме разочарования и ненужности своего существования. Если бы кто-то сказал ему об этом пару десятков лет назад, он бы рассмеялся этому человеку в лицо.

–Эй, вы тут, мистер? – послышался глухой голос из зала магазинчика.

–Даже покурить нельзя нормально две минуты, – недовольно пробурчал себе под нос Фрэнк.

Затушив сигарету о кирпичную стену, он кинул её в мусорный бак. Толкнув заднюю дверь, он вновь оказался в коридоре и вышел в зал. Перед ним вновь стоял тот парень, увидев кассира, он виновато улыбнулся.

–Я колесо проколол на выезде со станции, и мне бы не помешала ваша помощь. Запаски у меня нет, и я подумал, может у вас найдутся запасные колёса. Естественно, я заплачу.

–Извините, но у нас не чинят машины. Я могу дать вам номер эвакуатора или ремонтников, которые вам и помогут. Хотя сомневаюсь, обычно они этим не занимаются.

–Но я не могу тратить время на эвакуатор. Мне нужно быть в Хармонте через два часа, желательно даже раньше. Это очень срочно, – настаивал парень.

–Я повторяю, могу дать номер эвакуатора. Или же закажите такси. Больше я ничем не могу вам помочь.

Фрэнк выдавил из себя улыбку, которая получилась не совсем доброжелательной.

–Ладно, – грубо сказал молодой человек. – Давайте номер вашего эвакуатора.

Я всего лишь продаю бензин, а не меняю колёса, парниша. Ещё чего. Номера с меня более чем достаточно.

Фрэнк открыл ящик стола и достал листок, на котором неровным почерком были выведены цифры.

–Желаю удачи, – он протянул листок молодому человеку.

–Могу я воспользоваться телефоном?

Уиллсон махнул в сторону телефона, стоявшего справа от него, среди всякой ерунды, которую Сэнди опять забыла убрать. Молодой человек быстрыми нажатиями клавиш набрал номер с листка и застыл, ожидая ответа. Фрэнк какое-то время разглядывал его неподвижное, ничего не выражающее лицо. Ему показалось, будто этому человеку плевать на то, что он может застрять ночью на автозаправке, в нескольких милях от города, хоть он и утверждал обратное. Кассиру стало интересно, что может понадобиться человеку среди ночи в городе, причём срочно. Такими темпами мужчина рисковал прибыть туда только часа через три или четыре. Вдруг его лицо резко изменилось, стало раздражённым и злым, и посетитель со стуком кинул трубку на положенное ей место.

Фрэнк вздрогнул от такой неожиданности.

–Вот же чёртовы работники! – воскликнул мужчина и энергично зашагал по залу магазинчика, уперев взгляд в свои ботинки.

–Придётся вам вызывать такси, – равнодушно пожал плечами Фрэнк. – В здешних краях эвакуаторщики не особо разговорчивые.

Но посетитель, казалось, не слышал и продолжал вымерять шагами зал. Какое-то время Уиллсон спокойно наблюдал за его действиями, желая, чтоб он поскорее ушёл. Но спустя всего минуту он уже начал его нервировать. Эта его безостановочная ходьба порядком надоела.

–Эй, мистер, – наконец произнёс Фрэнк. – Может, вы будете ходить где-нибудь в другом месте? Например, вокруг своей машины, а не посреди торгового помещения.

–Нет-нет-нет, – пробормотал себе под нос посетитель, начиная очередной круг. – Я бы хотел немного задержаться.

–Что? – в недоумении переспросил Фрэнк.

–Мне нужно что-то более весёлое, – продолжал разговаривать сам с собой мужчина. – Эти перемещения мне порядком надоели.

–Знаете, а мне порядком надоели ваши перемещения по моему залу, – Фрэнк начинал терять терпение. – Поэтому, если не хотите сделать ещё один звонок или что-то купить, то идите ловить попутку, раз вам так срочно нужно ехать в Хармонт. Нечего здесь круги наматывать. Идите уже!

Ночной посетитель вдруг остановился и посмотрел на кассира. От его взгляда Фрэнку сделалось не по себе. Он был холодным, ничего не выражающим, будто взгляд мертвеца. Стеклянные глаза впились в лицо Фрэнка. А потом молодой человек вдруг рассмеялся. Кассир вздрогнул от неожиданности и с изумлением уставился на посетителя.

–С вами всё хорошо? – недоверчиво поинтересовался Фрэнк.

–Какие же вы, люди, раздражительные и грубые, – еле успокоившись, выдавил мужчина.

Он смахнул проступившие от смеха слёзы и весело уставился на собеседника.

–Добро пожаловать в реальный мир, – буркнул Фрэнк и уселся на стул, перед этим подобрав с пола упавший журнал.

–Есть у вас, людей, одно расхожее выражение, – медленно протянул мужчина, подходя к кассе. – Как же там говорится…

Он дотронулся пальцами до рта, вспоминая. Продавец не отрывал от него равнодушного взгляда.

–Ах да! – вдруг воскликнул мужчина, и его улыбка стала ещё шире. – «Протянуть руку помощи»! Я попал в трудную ситуацию, и где же ваша рука?

Он протянул через кассу свою руку.

–Меня зовут Абрахам.

Фрэнк недоверчиво бросил взгляд на мужчину, потом перевёл взгляд на его протянутую руку. Клиенты никогда не были так общительны, и уж тем более не вели себя так странно. Продавец медленно протянул руку посетителю.

–Фрэнк Уиллсон.

–Очень приятно познакомиться с вами, Фрэнк Уиллсон, – Абрахам чуть сжал его руку и энергично ею потряс.

–Просто Абрахам? – продавец быстро одёрнул руку и засунул её в карман. – А фамилия?

–Моя фамилия вам ни к чему, мой дорогой друг. Достаточно имени.

Абрахам сцепил руки за спиной и обернулся вокруг себя, осматривая торговый зал.

–Вам нравится эта работа? – вдруг спросил он, и его глаза остановились на Фрэнке.

–Кажется, вам нужно быть в Хармонте как можно скорее, – напомнил он. – Не хотите попробовать доехать туда автостопом? А завтра заедете за своей тачкой. Только отгоните ее в сторону, чтоб не мешала другим.

–Вы совершенно правы, Фрэнк Уиллсон, – кивнул Абрахам.

Он резко развернулся и направился к выходу. Хлопнула входная дверь, звякнули колокольчики, и в торговом зале повисла тишина. Фрэнк какое-то время пялился на дверь, а затем шумно выдохнул.

–Ну и придурок, – произнёс он, усаживаясь в кресло и вновь раскрывая перед собой журнал.

Стрелки на наручных часах Фрэнка достигли цифры один. В зале стало немного прохладно, однако Уиллсону это никак не мешало. Прохлада действовала освежающе, и ему меньше хотелось спать. Он уже забыл о своём недавнем довольно необычном и странном посетителе и смотрел по маленькому телевизору какой-то старый и скучный фильм, закинув ноги на стол.

–Фрэнк Уиллсон! – послышался громкий голос только что вошедшего человека.

Кассир от неожиданности вздрогнул и чуть не свалился со стула.

–Чёрт бы тебя побрал, – еле слышно выругался он и быстро схватился за край стола, чтоб не упасть.

Приняв устойчивое положение и опустив ноги на пол, Фрэнк выглянул из-за стойки. От двери медленно вышагивал тот самый мужчина в черном плаще.

–Я думал, что вы уже уехали, – сказал Фрэнк, поднявшись со стула.

–Вы представляете, никто не остановился, – пожал плечами посетитель. – Я стоял там не меньше часа, и никто не остановился. Стоял как статуя и не шевелился, чтоб не пропустить ни одной машины. Думал, что привлеку внимание.

–Вид неподвижного мужчины с каменным лицом посреди шоссе, знаете ли, отпугивает, а не вызывает желание остановиться, – заметил Фрэнк и усмехнулся. – Вы что, не смотрели фильмы ужасов?

–При чём тут фильмы ужасов? – на лице мужчины появилось недоумение.

–Ну, обычно в них…

Фрэнк взглянул на посетителя. Его лицо действительно выглядело непонимающим, но в то же время, в нём читался интерес. Будто Абрахам действительно не понимал, о чём идёт речь.

–А, знаете, забудьте, – махнул рукой Фрэнк. – Просто нужно было сделать какой-нибудь жест, чтобы привлечь водителей.

–Какой? – спросил Абрахам, засунув руки в карманы.

–Стоять и «голосовать», например.

–«Голосовать»? – недоумённо переспросил мужчина.

Уиллсон вздохнул.

Не думал, что когда-нибудь буду разговаривать со взрослым мужиком, как с ребёнком.

Фрэнк приподнял руку и оттопырил вверх большой палец.

– А-а-а, – протянул Абрахам и улыбнулся. – Да, теперь понял, о чём вы.

Его улыбка стала шире, и он повторил действие Фрэнка.

–Как это странно.

Несколько секунд они молчали и смотрели друг на друга. Абрахам не сводил глаз с лица Фрэнка, отчего тому сделалось не по себе. Было в этом взгляде что-то такое, что отталкивало. Он будто прожигал его насквозь. Будто Абрахам мог читать его мысли.

–У вас не найдётся сигареты? – нарушил тишину посетитель.

–Парочка есть, – кивнул Фрэнк.

Он не особо любил делиться сигаретами, но посчитал, что покурить в компании кого-то хоть как-то его развлечет, и эта долга и скучная ночь будет хоть немного разнообразнее.

Они оба вышли через заднюю дверь на улицу. Их тут же обдало холодным ночным ветром. Фрэнк прикурил сам и отдал спички Абрахаму. На мгновение вспыхнул огонёк и через две секунды погас. Уиллсон и Абрахам затянулись и одновременно выпустили струю дыма.

–Вы не ответили на мой вопрос, – напомнил Абрахам, затянувшись.

–Какой? – не понял Фрэнк и недоумённо взглянул на него.

В свете тусклого фонаря ему показалось, что лицо его собеседника слишком вытянутое и даже в какой-то степени костлявое. Скулы слишком высокие, щёки впалые, а под глазами тёмные пятна. Фрэнк поспешно отвернулся.

–Я спрашивал, нравится ли вам эта работа.

–Нравится или нет, но пока она меня устраивает, – протараторил Уиллсон. – Лучшего мне всё равно не найти.

–Может, вы и правы, – пожал плечами Абрахам, слегка стукнув кончик сигареты пальцем.

Пепел отвалился, и его тут же подхватил ветер.

–Но всё равно недовольны своей работой. Признайтесь, Фрэнк Уиллсон, вы её проклинаете.

Он вновь взглянул на ночного посетителя. Его лицо было обычным, как и при свете дня. Фрэнк вновь сделал затяжку, немного подержал в себе дым, а затем выдохнул его.

–Вам-то какое дело?

–Знаете, я прожил достаточно, чтобы понять одну элементарную до тошноты вещь, – медленно начал Абрахам. – Некоторые люди слишком ленивы, чтобы что-то менять. Они не задумываются о том, что несчастны. А если даже и понимают это, ничего не делают для того, чтобы изменить свою жизнь. Вырулить её на светлую полосу, так сказать.

Абрахам впился взглядом в лицо Фрэнка. Губы ночного посетителя сомкнулись в плотную полоску, глаза загорелись злобой, а брови нахмурились.

–Они слишком тупы, чтобы понять, что дело в них самих, а не в окружении. Но есть в их жизни один единственный момент, который открывает им правду.

Он на мгновение помолчал, не отрывая взгляда от Уиллсона. Ему хотелось отвести взгляд, закрыть глаза, сделать хоть что-нибудь, чтобы не видеть лицо Абрахама. Но он не отворачивался. Потому что не мог. Знал, что хочет повернуть голову, но по какой-то причине, её будто заклинило, как старый ржавый вентиль.

–В момент страха за свою жизнь. Страха перед лицом смерти.

Неожиданно лицо Абрахама расплылось в улыбке. Но улыбка выглядела зловеще. Свет уличного фонаря странно игрался с лицом Абрахама, так что Фрэнку показалось, будто его зубы похожи на крокодильи – такие же острые и тонкие. Мужчина отвел взгляд.

–Вот когда люди действительно понимают, что, возможно, прожили свою жизнь зря. Когда близится их смерть. Они умоляют Бога оставить им их жалкую жизнь, чтобы попытаться сделать то, чего бы никогда не сделали. Поверь мне. Но не к Богу должны обращаться эти молитвы. Бог не слышит. Он посылает своих псов, чтобы отбирать душу и жизнь тех, кто вот-вот с ней расстанется. А вот Дьявол может даровать жизнь, в обмен на услугу. Как ыы понимаете, не задаром.