Академия Магии, или Будь Моей Равной

А парни, между тем, о чем-то говорили. Вернее, Ник говорил, а Крист рычал. Прислушалась.

– Чтоб я тебя рядом с ней не видел. – Со мной? Я только за. Улыбнулась и, чтоб парни не увидели, уткнулась рыжему в плечо. Он прижал меня еще крепче, хотя, куда уж крепче то.

– А ты у девушки спросить не хочешь? Кажется, ей понравилась. – Молчи дурак. Ничего подобного.

– Зато мне так не кажется. – О, мой герой. Один ты меня понимаешь. Но за чудовище ответишь.

Я посмотрела на окна женского общежития и увидела на балкончике Ли. Она все это видела, кажется, у меня даже уши покраснели. Дриадочка широко улыбнулась и подняла два больших пальца вверх. Она… что? Это все специально, что ли? Это же она отправила нас гулять. И потом, в окне постоянно на нас смотрела. Вот…

– Я дважды повторять не привык, Ник. Ты меня знаешь.

Я повернулась в сторону моего бывшего кавалера и увидела уже его спину. Он ушел. А мы остались.

Стоим. В обнимку. Молчим. Ну, молчали.

– Проводить или Ника позвать, – спросил меня Крист.

– Ты же его сам прогнал. – Только что, был таким хорошим, а сейчас опять задевает.

– Дурак был. Пошли. – Ехидна. Почему он такой?

Обнимать меня перестали, развернулся и направился к женской общаге. Я и с места не сдвинулась. Развернулся и нахмурился.

– Не надо меня провожать, я сама дойду, – вздернула подбородок и прошла мимо него. У дриад есть гордость.

– Да, ты достала меня, зараза. – Заорал он.

– Сам такой, – я даже голову не повернула. Гордость, наше все.

– Стой, чудовище. Как же ты мне надоела за эти сутки. – Меня догнали и развернули к себе.

– Чего пристал тогда? Иди своей дорогой. И вообще, верни мне Ника. Он очень милый парень.

– Я тебе сейчас верну. Я тебе, так верну. Чтоб даже не думала к нему подходить, поняла? – он кричал все это мне в лицо. Но я стояла и улыбалась, как дурочка.

Дурочка, ключевое слово. Потому что через мгновение, я услышала хлопок двери, и с порога женского общежития к нам бежала какая-то девица.

– Крист, милый, ты меня ждешь? Соскучился?

Вампир отпустил меня, и на нем повисла какая-то брюнеточка. Вампирша. Не стесняясь меня, впилась в него поцелуем. Так и проглотить можно ненароком. Хотя, мне-то, откуда знать? Меня, третью наследную принцессу дриад, держали, как можно дальше от мужчин. Не знаю, как меня сюда-то, отпустили. Спасибо сестренке. А рыжий и брюнетка все целовались.

Сволочь. Вот и не суйся ко мне больше. Еще и Ника отогнал от меня. Хотя, это правильно. Противен он мне. Черт. Ее целует и чудовищем не называет.

Стало до жути обидно, и я сорвалась на бег к своей комнате. Уже забегая на порог общежития, услышала крик вампира.

– Мия, стой!

Одинокая слезинка скатилась о щеке. Зачем, свечку вам держать?

– Все парни одинаковые.

Забежав в комнату, завалилась на кровать и разревелась.

– Но ты же вчера прогнал от нее Ника. – Удивилась я.

– Ага, зато ее от меня, прогнала Берлинда.

– В смысле? – или с утра у меня плохо работает голова, или он бредит. Вообще, голова у меня всегда плохо работает. Но себя надо любить, поэтому второй вариант возьмем за основу.

– Понимаешь, я вчера хотел проводить Мию в комнату, а нам на встречу вылетела, как черт из табакерки, Берли. Вампирша. Я с ней пару ноч… ээ… в смысле, вечеров гулял.

– Бабник.

– Не правда. Единственная моя любовь, это ты и Лина.

– От темы не уходи.

– Ну, вот. Полезла ко мне целоваться, и пока я ее отдирал, Мия убежала в общежитие. Как то так.

– Ох, Крист. Пригласи ее на свидание. Она же нравиться тебе.

– Да, но… эээ…Лина?

– Причем тут Лина? Крист, пригла…

– Да посмотри, – друг развернул меня, и я увидела чудную картину.

Наша русалочка шла рядом с нашим же деканом. И что самое удивительное, они смеялись. Оба. Ну, наконец-то.

– Наконец-то, – повторил мои мысли вслух рыжий, и тоном заботливого папочки, пробурчал, – но по морде, он все равно получит. Ох, моя сестренка стала уже такой взрослой.

Я не удержалась и рассмеялась, ткнув, вампира локтем в бок. Смеющаяся парочка подошла к нам, и поздоровалась.

– Привет, ребята, – Лина.

– Привет, сестренка и остолоп, – демон.

– Грин! – мы с русалкой.

– Привет, зятек! – Крист, явно победил.

– О, Светлая, Крист, закрой свой дырявый рот. Грин, прикрой варежку. Дриадочка моя любимая, где Мия?

Злая русалка это нечто. Но мне понравилось, парни были единодушны впервые. Оба стояли, открыв рты. Смешные.

– Не знаю, хорошая моя. Наш вампирюшечка ее вчера обидел.

Лина повернулась к вампиру и прищурилась.

– Ой, вон, она идет. – Я заметила красную шевелюру и побежала в том направлении, русалка за мной.

– Привет.

– Привет, – с какой-то натяжкой ответила Дриада.

– Если ты из-за Криста такая грустная, забудь. Он еще пожалеет. Обо всем. Даже о том, чего не делал. – Подмигнула я красноволосой.

– Да у него по девице в каждом углу. Даже не напоминайте. О, Анхелина, как твое здоровье?

– Все хорошо, спасибо. Зови меня просто Лина, ладно?

– Ладно. Девочки, а вы не слышали, что с теми парнями, которые вчера ко мне… ну, вы понимаете. – Дриадочка поморщилась и гулко сглотнула.

– Я знаю, этих уродов исключили из Академии, без права на повторное зачисление. Помимо этого, Грин подал во всемирный суд заявление, о принятии мер по отношению к ним. Мы свидетели.

Братишка молодчина. Суд назначит этим парням пять лет исправительных работ у троллей. Не позавидуешь. А суд примет эти меры, даже заступничество главы дроу, не поможет. Академия, наследника демонов. Его слово, против двух зарвавшихся парней. Да они пыль под его ногами. А Дай, точно поддержит Грина.

– Туда им и дорога.

– Возможно, вы и правы.

– Пойдем, уже все строятся. Грин отошел уже от отповеди нашей русалочки.

Крист стоял, хмурился, но когда увидел Мию, напрягся. В его глазах, был тот же блеск, что и у Грина, когда он наблюдал за русалкой на тренировке с фантомом. Демон же, посмотрев на Лину, расцвел улыбкой. А она в ответ засмущалась и потупилась.

Где мой любимый ректор?

Дни бежали, поход в выходные в таверну мы отменили. Погода была плохая. Лину, пока больше не мучили приступы. Но я по вечерам копалась в библиотеке ректора и искала информацию, по этому поводу.

Крист, так и не пригласил Мию на свидание. А Мия, старалась держаться от него подальше. Обижалась за чудовище, и «баб, которые штабелями ложились у ног вампира». С дриадочкой мы сдружились. Крист злился, потому что она нормально общалась с нами и, даже к Грину привыкла, который пусть не часто, но иногда бывал с нами по вечерам, а вот с вампиром, разговаривать не желала. Всячески его избегая, и делая вид, что не знает кто это.

Даже наши уговоры не помогали. Русалочка с братом, тоже не на много продвинулись вперед. Грин не хотел связывать себя на всю жизнь, возможно, безответной любовью. А Лина, боялась стать игрушкой на одну ночь. А самое обидное, что меня никто не слушал. И все считали, что я просто пытаюсь успокоить. Ко мне ходили жаловаться Лина и Мия. Грин и Крист. И даже Ник, как то подошел и сказал, что ему понравилась одна девчонка, дриада, но и Троку она тоже приглянулась. А та мечется между двух парней и не может выбрать. Вот он и пришел за советом. Я же тоже на четверть дриада.

На вопрос, почему не к Мии, ответил, что Кристиан голову оторвет. Мии, я в тот момент завидовала. Сказала, что если не решается выбрать, сделайте выбор за нее. Разберитесь между собой. На следующий день они пришли ко мне. Оба злые, как черти, с разбитыми губами и без пары клыков. Зрелище еще то. Обвинили меня в том, что я плохой советчик. И опять! пожаловались, что эта девчонка выбрала, какого-то оборотня. Было бы очень смешно, если не так грустно.

Я сходила с ума от беспокойства. Со дня, когда уехал ректор, прошло чуть больше месяца, но каждый день я получала «птичку» утром и вечером. Так и жила у него в доме. Но и свою комнату не забывала, потому что мы часто сидели с друзьями у меня. Но уже несколько дней мне не приходило посланий.

Братишка рассказал, что Дай уехал осваивать какую то силу. Конкретно ничего толком не объяснил. Ректор тоже ничего не писал. В общем, моя тревога росла за демона, а раздражение переполняло мою голову с горкой.

Прошла еще неделя, мои нервы были на пределе. Лекция проходила в корпусе боевой подготовки. Что-то изучали, Грин ходил по парам и тройкам, смотрел отработанные навыки, мы отдыхали.

Кстати, соревнования, наша тройка выиграла. И теперь, у меня, русалочки и вампира есть по маленькому золотому кубку победителей.

Всех восхищало наше оружие. У меня парные клинки с гравировкой. У вампира два меча, раздвоенные на концах. А у русалочки, два кинжала. Из рукояти торчат три лезвия, которые закручиваются в спираль. И если хозяин сего оружия, захочет сделать противнику больнее, то нажав на рычаг на рукояти, эти лезвия расходятся в разные стороны, образуя, что-то вроде формы глубокой миски. На фоне наших плавных и играющих движений, Крист выглядел агрессором. Воином. Хозяином. Это было красиво. И естественно, наша отработанная техника, победила всех наших соперников. Грин сиял от восторга. Мия, тоже радовалась за нас. А ректор через саламандру передал нам подарки за победу. Мне шкатулку из алмазов. Анхелине тоже шкатулку, только из изумрудов. А Кристу метательный нож ручной эльфийской работы.

Крист, тогда показал нам его всем и, посмотрев на Грина, сказал.

– Вот это я понимаю, зятек. Но ты, Грин, не переживай. Знаешь пословицу? В семье не без урода, так что…

– Кристиан, – я, Лина и Мия.

– Девчонки, самобичевание полезно. – Гринвонд.

Вампир только хмыкнул, за последнее время они часто так шутят.

И вот, мы свое на сегодня отработали. Сидели, отдыхали. К нам присоединилась и Мия. У нее техника одиночки. Она стреляет из лука. Но и сами стрелы в ее руках опасное оружие.

Посмотрев на свой браслет, я увидела то, от чего впервые в жизни упала в обморок. Камень на замочке больше не горел. Дайлонд.

Очнулась в своей комнате. Рядом стояли все самые близкие мне не люди. Но не было только его. Дай. Мой любимый ректор.

– Грин, она пришла в себя. – Сказал Крист.

Русалочка сидела возле моей кровати и держала за руку. На щеках слезы. Мия была тут же, и тоже плакала. Вампир обнимал ее. Грин и еще какой-то молодой мужчина, стояли чуть в стороне.

– Сестренка, как ты? – я подняла руку с браслетом и посмотрела на замочек. Ничего.

– Грин, что с ним?

– Я отвечу вам на ваш вопрос, но попрошу выйти всех остальных, – сказал мужчина. Он был очень красив. Длинные пшеничные волосы, забраны в высокий хвост. Хищный взгляд, казалось, в нем собранно все темное. И в то же время, такое притягательное.

– Кто вы? – Спросила я.

– Поймете, – улыбнулся он. – Можете обращаться ко мне Артемий, – как-то странно, со смешком, ответил.

– Хорошо. – Демон потащил всех на выход, но русалочка и вампир заупрямились.

– Мы будем за дверью, Лин, – уговаривал декан подругу.

– Дверь останется открытой, – строго сказал рыжий.

– Знаете, можете не выходить, – вдруг сказал Артемий. Подошел ко мне и опустился в кресло, стоявшее около моей кровати.

Друзья удивленно на него посмотрели. И остались на месте. А мужчина навесил на нас полог тишины. Вампир понял сразу и выругался.

– За вас очень переживают, Амалия Анабель.

– Что? Мы знакомы? – мое полное имя знают только мои близкие.

– Лично, нет. Но я о вас наслышан.

– Что с Дайлондом?

– Не переживайте, если вас интересует жив ли он, то да. Но сейчас находится на той грани, на которую даже боги не все попасть могут. Сейчас он в гостях.

– Что? О чем вы? Я не понимаю.

– Есть один полубог, который… скажем так, очень сильно может навредить миру. Вы с Гринвондом приходите из семьи, связанной с одним из богов. Родство очень дальнее, но твой брат носит наши крылья. Так вот, именно ваша смерть и нужна тому полубогу. Дайлонд один из сильнейших магов в Андалии. Я бы сказал самый сильный маг, если выберется от… мм… гостей.

– Подождите. Что значит, выберется? – голова шла кругом. Мои девчонки переминались с ноги на ногу. Парни их прижимали к себе и хмуро смотрели в нашу сторону.

– Сила, данная ему, очень редкая. И чтоб освоить ее, нужно пройти испытания. Но ты не переживай. Он сильный. Очень сильный. Что насчет тебя? Придется тебе поболеть немного, чтоб принять силу предков. Время у вас еще есть до сражения. Но хочу сказать, не рассчитывай только на свои силы. У тебя прекрасные друзья, и вы вместе сможете победить любого врага. А теперь, мне пора. Мое время подходит к концу на земле. До встречи, а она обязательно состоится, – Артемий улыбнулся, как то устало, но по-доброму.

Наклонился ко мне и поцеловал в лоб. Краем глаза заметила, как сорвались с места парни, но налетели на невидимую преграду.

Выпрямившись, мужчина обернулся и улыбнулся моим друзьям.

– Амалия, на счет русалки, советую поторопиться с поисками исцеления. На ней уже печать Мрака. У тебя, возможно, остался месяц, не более. – Сняв полог тишины, но, удерживая парней на расстоянии, произнес, – берегите друг друга. Ведь жизнь на земле так коротка. Удачи.

Закрутилась воронка, поглощая мужчину в себе. Но мне показалось, что у него на спине появились крылья. Кто это такой? Его образ… что то знакомое… или может… Тут, на ум вспомнились слова: «Родство очень дальнее, но твой брат носит НАШИ крылья». Наши?!

– Грин, – завизжала я истерически, – у тебя есть крылья?

– Ээ. ну, когда я в боевой ипостаси, а что?

– Откуда? У демонов нет крыльев.

– Наши матери из рода богов. А все боги, как известно, изначально были крылатыми.

– Быть не может…

– Да что случилось то? Амалия, объясни кто это? И почему он к тебе целоваться полез? – не выдержал вампир.

Я сидела и только глазами хлопами. Темный, это был Темный.

«Молодец, девочка. Сообразительная».

Аааа, кто в моей голове? Кто здесь?

«Сообразительная и очень громкая. Это я».

Блин. Кто я? Так и шизофреничкой можно стать. Темный? Ой, мамочка, давно я тебя не вспоминала. Что мне теперь четырем любопытным пар глаз говорить?

«Мамочка твоя, удивительная женщина. А друзьям можешь рассказать все. Только придется отложить пока рассказ».

Почему это?

«Приготовься. Сейчас начнется. Прости. Но это больно».

Да, что…

Додумать я не успела, резкая боль сковала все тело. Казалось, что меня пытаются вывернуть наизнанку, помешивая огромным половником мои внутренности. Я горела в огне и тут же попадала в ледяную, режущую тысячами иголочек, воду.

В своей голове я иногда слышала голос. «Терпи, девочка, терпи». Терпеть? Сил нет больше ни на что. Сколько это продолжается? Минута, две, час, день, год? Не знаю. Кричала ли я? Не знаю.

Где то в другой реальности, я слышала голоса друзей.

– Что с ней? – моя русалочка плачет.

– Лина, успокойся, это магия. Она увеличивается. Я не вижу всего, но ее резерв сейчас, буквально втрое вырастает.

– Как так? Это же при рождении происходит. Получит силу в таком возрасте? Грин, но это очень…

Да, моя хорошая, больно. Очень больно. Как и твои приступы. Как и страх Криста. Как и боязнь братика. Все в мире очень больно и страшно. Это только кажется, что у нас много цветов, на самом деле же, все черно-белое. Нет радости, нет улыбок, нет счастья. Всюду обиды, злость, насилия и убийства.

Боль, с новой волной. Теперь еще и страх, что она не закончится. Мир, нужен ли он мне?

«Девочка, не о том думаешь».

Сквозь муки, послышался знакомый голос. Не о том? А о чем думать? Боль не дает, даже задуматься о чем то. С каждой секундой она все больше. Нет, не могу больше. Мрак, молю, забери меня.

«Вспомни, что только ты сможешь помочь своей подруге. Без тебя она умрет, вот в таких мучениях. Твой брат не переживет две потери сразу. Кристиан, никогда не излечится после этого от своей болезни. А Мия, Мия будет следующей жертвой, что та, которую ты нашла. Подумай. Вы все связанны. И самое главное, узнай Дайлонд, что тебя нет, и он не вернется. Никогда».

Нет!!! Нет. Дай. Лина. Мия. Кристиан. Братишка. Нет. Только не они. Я все перетерплю. Нет.

«Умничка».

Что-то острое кольнуло меня в сердце, и я выгнулась.

– Крист, что с ней? Зови декана! – Мия, наша милая дриадочка. Не за что тебя не брошу. Я еще докажу, что ты должна позволить вампиру пригласить себя на свидание.

Еще один укол. Снова выгибаюсь. Кажется, я застонала.

– Амалия, родная моя. Ну, когда же это закончится? – Кристиан. Ты самый добрый молодой человек, каких я только знаю. Как я могу тебя оставить, с твоими-то тараканами в голове?

– Что с ней, Ми? Что такое? – русалочка. Моя подружка. Мой первый близкий человечек. Мы найдем лекарство, мир перевернем, но найдем лекарство от твоей проклятой болезни.

– Сестричка, ну же, приходи в себя. Давай! – Грин. Мой братик. Мой декан. Наставник. Моя кровиночка. Я вернусь, и обязательно погуляю на вашей с русалочкой свадьбе.

Два резких укола в сердце. И мой же крик бьет по моим ушам. Как же больно.

– Смотрите, браслет. – Сказала Мия.

– О, Темный, он светиться. Дай жив. – Прошептал брат.

Но этот шепот набатом прогремел в моих ушах. Дайлонд. Любимый. Мой. Он тот, кто подписывается «жених» в посланиях. Кто говорит, что любит и скучает. Кто заботиться о том, чтоб я позавтракала. О, Дай.

Пятый. Пятый удар в сердце такой силы, что даже голос пропал. Но именно после него, я знала, что все скоро закончится. У меня есть ради кого жить.

Пробуждение было болезненным и резким. Такой острой и всепоглощающей боли уже не чувствовала, но ломило все тело, будто я занималась спортом трое суток без перерыва.

– Ли, – кинулась ко мне русалочка. Слезы капали из ее глаз. Она начала меня целовать в щеки, обнимать и опять целовать. Я могла только улыбаться в ответ.

– Иди сюда, моя маленькая заноза, я же помру во цвете лет, если еще раз такое повторится, – притворно возмущался вампир, крепко меня обнимая. – Слава всем богам, ты вернулась к нам, – тихо прошептал он мне на ухо.

– О, Ли. Как же мы переживали. Ли, не делай так больше. – Маленькая дриадочка. Тоже плачет горючими слезами.

– Сестренка, – выдохнул братик и схватил меня на руки. Сел на кровать и устроил у себя на коленях. – Я чуть сам Мраку душу не отдал. Я не пережил бы твоей потери. Ушел бы за тобой.

Моя душа не выдержала. И я вместе с ней. Из моих глаз потекли слезы. И я видела, что в глазах демона собирается влага. Мужчины не плачут. Слабые не плачут. А сильные – плачут. Потому что у них живая душа.

Я обняла братишку и уткнулась ему в плечо. В комнате стояла тишина. Но такая счастливая. Я бы даже сказала, уставшая. Ребята, конечно, выглядели не лучшим образом. Но улыбки были на всех лицах. И да, они радовались за меня.

– Куколка моя, браслет. Он светится. – Через какое то время, отстранившись от меня, сказал Грин.

– Да, я слышала, – улыбка была усталой, но такой радостной. С ним все хорошо. – Сколько прошло времени с того момента, как я отключилась?

– Почти неделя, Амалия. Мы с ума сходили. Лекари руками разводили. Целители, из столицы демонов, говорили ждать. Я звал императора и нашего придворного мага. Но и они ничего сделать не могли. На тебе стоял блок от всех вмешательств извне. – Говорил братишка.

– Вампиры тоже не смогли помочь. Мы пробовали через кровь. Ритуалы, заклинания. Но пробить не могли. – Продолжил, вводить меня в шок, вампир. – Кстати, ты теперь моя почти кровная сестричка, правда, я немного перестарался. Так что, если нечаянно подожжешь что-нибудь, не переживай, ладушки?

– Что? – выдохнула я.

– Этот болван, влил в тебя свою магию вместе с кровью. А так, как все происходило во время ритуала, магия там и осталась. Мы потом пробовали с мамой это исправить, но плюнули, на гиблое дело и силой дриад пытались тебя, хотя бы, обезболить. Но и у нас не вышло. – Выговорилась Мия.

– А я пыталась поделиться с тобой частичкой души, но тоже не получилось. – Тихо прошептала Лина.

– Что сделать? Грин, как ты позволил? – заорала я.

– Я и не знал. Лина, какого черта? Ты же обещала? – взбеленился братишка.

Русалочка опустила голову и заплакала. Мы все молча, уставились на нее. Отдать часть своей души. Но это же… Это же… Что она говорит?

– Я очень боялась за Ли. Она для меня много значит. Я должна была хотя бы попробовать. Мне и так не долго, осталось. Сегодня ночью был приступ, вновь. Я знаю, еще месяц не больше. И если это помогло Амалии, хотя бы облегчить боль, я бы и не задумываясь, так поступила. Но почему то этот ритуал тоже не прошел. Хотя сказано, что эта магия, где то на грани.

«Твоя подруга молодец. Знала, что делать. Но ей, к сожалению, и отдавать то уже почти не чего».

В голове прозвучали слова Темного. И что-то в душе меня кольнуло. Какая-то мысль крутилась, но поймать ее я никак не могла.

«Лови. Именно она тебе и нужна».

– Русалочка моя, перестань плакать. Все прошло. И не думай, что ты умрешь. Я тебя не отпущу, слышишь? – обнимая Лину, говорил декан.

А я не могла простить такого ей. Почему она не заботиться о себе, почему все время бросается на защиту других, не думая о своей жизни? Что это за мания, загнать себя в гроб, не с помощью приступов, так каким-нибудь еще, более изощренным способом. Почему она себя не любит?

– Ли, она хотела помочь, – тихо сказал Крист. Он разгадал ход моих мыслей.

– Помочь? Угробив себя? – закричала я. – А подумала ли ты, дорогая моя подружка, что было бы со мной, получись у тебя твой ритуал. Подумала, как бы я себя чувствовала, если бы знала, что мое спасение или, тем более обезболивание, стоило жизни тебе? Ты не имела права даже думать о таких вещах. Ваши жизни дороже мне, чем моя. Я готова тысячу лет терпеть эту боль, только чтоб вы не пострадали. Ты предала меня, когда в твоей голове возникла мысль, о том чтоб пожертвовать собой.

– Ана! – одернул меня Грин.

Русалка стояла и плакала, глядя мне в глаза. Я знала, что обижаю ее. Видела это. Но мысль, что я могла проснуться, только для того, чтоб похоронить ее тело, разрывала мне сердце.

– Прости меня, – прошептала она и вылетела за дверь.

И ты меня. Прости. Я найду способ спасти тебя. Но эта злость, пройдет ли?

Брат осуждающе посмотрел на меня, и ушел следом. Крист хмурился и о чем-то думал. Мия подошла ко мне и взяла меня за руки.

– Ли, я понимаю тебя. Но подумай о том, что и ты нам, так же дорога, как и мы тебе. И я уверена, что будь такая возможность, никто бы из нас не задумываясь, пожертвовал собой ради тебя. По другому и быть не может, – тихо, но твердо произнесла девушка.

Я посмотрела на вампира, а он кивнул. Как бы подписываясь, под каждым словом, сказанное Мией.

– Отдохни, мы тебя оставим. – С этими словами меня чмокнули в щеку и оставили одну.

«Дриадочка права, Амалия Анабель».

Темный. Возможно, ты и прав.

Я не стала обдумывать, что-то еще. Собрав немного вещей, и сжав камень перехода, шагнула в портал.

Дом ректора встретил меня тишиной, как и ожидалось. В ванной я умылась. Заварила себе крепкого чая и отправилась в библиотеку.

Вокруг меня была куча книг, когда на руки упало послание.

«Ли, ты где?

Вампир. Посмотрела в окно, солнце стояло высоко в зените. Ничего себе, я почти сутки здесь нахожусь, но пока ничего.

«У ректора в доме. Занята. Что хотел?»

«У Лины снова приступ, ели успели. Декан был с ней. Полчаса. Я не знаю, как долго, она продержится. Прошу тебя приди к лекарям».

«Не могу, Крист. Не могу».

Полчаса. Большими буквами отпечаталось в моем мозгу. Бедная моя русалочка.

Еще сутки. Больше не было «птичек». Никто не приходил. Что происходит за стенами ректорского дома, я не знала.

Прошло еще два дня. Буквы мерещились мне везде, я стала путаться. Нужно было хоть немного поспать. Но назойливый голос в голове не уставал шептать.

«Опаздываешь, Амалия. Ее жизнь утекает, как сквозь пальцы вода».

И я с новыми силами лезла за книгами по полкам стеллажей и читала, читала, читала.

На пятый день пришло послание от Мии.

«Ли, умоляю. Русалочка уже сутки лежит под обезболиванием. Грин рвет и мечет. Крист отказывается выходить из палаты. Я не знаю, что мне делать. Мне страшно, Ли».

Слезы текли по щекам, сжав письмо, я упала на пол и взмолилась.

– Мрак, прошу тебя, не забирай. Дай мне еще немного времени. Прошу тебя. Забери меня, но не ее. Русалочка, как же так? Что с нами будет без нее?

«Он не может, Амалия. Очень хочет, но не может. Правила установленные богами, не нарушают и сами боги. Мне очень жаль».

И уже намного тише, будто боясь, что кто-то услышит.

«Вспомни, о чем твоя подруга говорила, ритуал, что на грани. Вспомни, ту мысль, что так не осторожно, ты откинула».