Ты моя, Птичка!

Пролог

– Птичкина, мать твою. Долго ты мне будешь мозг делать?

– Громов, я тебе в сотый раз говорю. Отвали.

– Нет. Никогда.

– Да ну, с тобой же невозможно просто. Ты мне не нравишься. Понимаешь? Не буду я с тобой. То, что было в детстве прошло сто лет назад.

– Не прошло. У меня, так точно.

– Я сказал, что ты будешь со мной, значит так и будет!

Молодой человек шибанул со всей дури по стене кулаком так, что сбил костяшки на руках. Девушка, было дернулась в его сторону, но остановила себя и отвела взгляд с его окровавленной руки.

– Я принесу перекись и бинт. – тихо произнесла девушка, пытаясь скрыть дражайшие нотки в голосе и подступающие слезы.

– Вась, прости. Просто… – Антон замялся и, схватив девчонку за запястье, притянул к себе, обнимая за талию. Она выставила руки, упираясь ему в грудь ладошками, но попала в плен его серо-стальных глаз и уже не смогла сопротивляться ему. – Ты…

– Громов, перестань, я прошу тебя. – Она собрала все мысли в одну кучу и сказала то, о чем тут же пожалела. – Антон, я встречаюсь с молодым человеком и то, что ты меня сейчас прижимаешь к себе не приемлемо. Для меня, так точно.

Руки молодого человека сжались сильнее, впиваясь в кожу девушки сильными пальцами. Взгляд начал темнеть, брови сошлись на переносице.

– Что. Ты. Сказала?

– Ты слышал. – прошептала она.

– Ты моя, слышишь? Моя. Забудь о любом, кто хочет подкатить к тебе свои яй… Кто хочет подкатить к тебе. Ты была моей еще в двенадцать, и с тех пор мало что изменилось. Поняла? – рычит он, прижимая ее к себе все ближе и ближе.

– Нет. Ничего подобного. Не твоя. – наперерез ему возмущается Василиса.

– Убью. Уничтожу. Любого, кто приблизиться к тебе. А тебя,… тебя запру, спрячу, укрою, украду… – последние слова он уже шепчет, склоняя свое лицо к губам девушки.

– Антош… – так же шепотом произносит она и смотрит лишь на его губы.

– Скажи, что ты скучала по мне. Скажи, что я нужен тебе, Птичка. Моя Птичка. Я прошу тебя. Скажи, что я не безразличен тебе. – шепчут его губы.

– Ну…жен,… Тош…

Он впивается поцелуем в ее губы, подхватывая под колени и прислоняя своим телом Василису к стене. Она отвечает ему с той же страстью, с тем же трепетом. Отдается ему со всей своей любовью, что так хранила первые годы и так болезненно пыталась вырвать из своего сердца.

Антону хотелось никогда ее не отпускать. Никогда. Он рвался, рвался до нее и, наконец-то,… Он хотел буквально сожрать эту девчонку, которая доводила его до грани и, в тоже время, вытаскивала из глубины его черствой разгульной души какие-то нежные теплые нотки. Они буквально, как щупальца осьминога тянулись к доброму и отзывчивому сердцу маленькой девочки, птички, что сейчас в его руках сгорала от страсти.

– Птичка, Птичка моя любимая. – он погладил ее щеку рукой, пачкая в своей крови. – Я тебя испачкал, – счастливо рассмеялся он, не переставая покрывать ее лицо поцелуями.

– Все равно… Пусть… Только не отпускай меня…

– Никогда. Слышишь. Ты моя. Навсегда.

Глава 1

Антон

– Какого черта вы тут творите?

– Дан проставляется. – отсалютовал Рыжий бокалом.

– Повод? – спросил я.

– Прибавление в семье. – не весело отозвался Шторм.

– Пойдем, парень. Что-то ты мне не нравишься сегодня. – Я позвал Дана с собой в свой кабинет.

Шторм был уже совсем пьян, ноги его держали с трудом, однако, это не помешало ему ущипнуть одну из официанток за задницу, когда та пробегала мимо.

– Слишком высокая. – буркнул тот и ввалился в мой кабинет следом за мной.

– Кидай свою тушу на диван и рассказывай мне. Что за прибавление?

– Гром, давай потом. – заплетающимся языком пробухтел друг и растекся по небольшому диванчику.

– Хотя бы в пару словах. – попросил я потому, что было очень интересно, что там у него за прибавление, о котором, видимо, он сам только сегодня узнал. Неужели товарищ Пушкин нашалил на стороне.

– Сегодня я обза… обзя… оз,… короче, – выдохнул Шторм устало, – у меня теперь есть мачеха. И сестра. Сестренка, мать ее. – горько рассмеялся пьяный парень.

– Младшая? – спросил первое, что пришло на ум.

– В этом и проблема. Слишком маленькая для меня. Совсем кроха… Знаешь, Гром, – Даня вдруг сел ровнее и попытался сфокусировать на мне свой взгляд. – Она, прям, как мышка. Всего боится. И дрожит постоянно. И такая маленькая. Низенькая. Дюймовочка. Я ее обнял и чуть не потерял в своих объятиях, прикинь?

– Так. Спи давай, жук. Завтра будем разбираться. – махнул я на него рукой, потому что он начал нести откровенную чушь.

– Запиши на меня, что там ребята закажут, – прежде чем отключится, буркнул Шторм.

– Ага, как же. Пойду разгонять, а то не успокоятся никак.

Оставив Дана у себя в кабинете, сам спустился в зал, в VIP-кабинку. Народу здесь, как обычно было не мало. Рыжий, который не пропускал ни дня в моем клубе, Кокс, которого мы сДаном не переносили, но крутились в одной компании. Девочки, сидящие на коленях у парней.

Я отошел к огромному окну, что было в полстены. Вид с него был на танцевальную площадку, сцену с аппаратурой, захватывало места столиков и полностью барную стойку, что находилась справа. Я специально выбрал именно эту комнату, чтобы весь мой клуб был, как на ладони. Люблю смотреть за персоналом. За кишащей внизу работой клуба. За посетителями, которые, напиваясь, уходят в отрыв. За девчонками, которые не стесняясь, крутят своими задницами в коротких юбках или через чур узких шортах, которые и трусы не в силах прикрыть.

Я обожаю свое детище, так же сильно, наверное, как Дан любит свои дороги и скорость. Как отец любит свою клинику и работу в ней. Как «Пушкин» свои рестораны.

– Антон, как ты? – со спины ко мне подходит Ангелина. Не нужно даже слышать ее голоса, узнаю по очень ярко выраженным духам, а может она просто выливает их на себя литрами. Иногда, после тесного общения с ней, у меня свербит в носу.

– Хорошо. Давно здесь? – не поворачиваясь к ней, спрашиваю я.

– Не больше часа.

Она красива, стройна, с ней есть о чем поговорить, да и помолчать можно. Она слишком хорошо делает минет. Я частенько остаюсь с ней наедине в моем кабинете.

В моем кабинете…

Блин, Дан.

Кабинет отменяется.

Я продолжаю смотреть вниз на танцующих и размышляю где бы мне уединиться с Ангелиной. Сегодня суббота, скорее всего все кабинки заняты. На квартиру тащить ее не хочу.

– Антон, может, выпьем? – предлагает она и проводит своей рукой мне по плечу, спускаясь по лопатке, а потом и спине, ближе к ремню.

– Может, и вы…

Неожиданно, в поле моего зрения появляется до боли знакомые длинные волосы, которые в свете неоновых лучей отливают почти карамельно-шоколадным цветом. Мне даже чудиться этот сладкий запах. Я пытаюсь взглянуть в лицо и да, она поворачивается в танце в мою сторону, и я вижу этот вздернутый носик, эти большие глаза и пухлые губы.

Она, это она.

Я оборачиваюсь на Ангелину, на ребят, что сидят, пьют и курят на диванчиках. И хочу спросить у них. Не мерещится ли мне это? Я действительно вижу ту девчонку. Но никто не обращает на меня внимания, кроме Ангелины.

– Пойдем, Антон. Закажем что-нибудь.

Она тянет меня за руку, но я вновь всматриваюсь в танцующих и, в первые мгновения, не могу найти ее глазами. Меня накрывает паника. Я тут же представляю себе, что со мной мои собственные глаза, мой мозг сыграл в шутку. Жестокую шутку.

Но вот она вновь, я вижу ее. Она улыбается и перемещается с какими-то девушками к барной стойке. Бармен Иван смеется и подает им бокалы с коктейлем. Отсюда не вижу какие. Алкогольные или безалкогольные.

Срываюсь из VIP-кабинки вниз. На первый этаж, к барной стойке. Там где сидит девушка, которая… которая бросила меня восемь лет назад.

Расталкиваю народ, кто-то возмущается, кто-то здоровается со мной, кто-то окликает, но я не слышу и не вижу никого. Целенаправленно иду к ней. Она не видит. Не видит меня, сначала. Затем ее взгляд касается моего лица, улыбка медленно сходит с ее пухлых губ по мере моего приближения. Она ставит, как в замедленной съемке, бокал на стол позади себя и встает с высокого барного стула, до нее мне не больше четырех шагов, а она неожиданно срывается с места и пытается скрыться в толпе.

В толпе моего клуба? Серьезно?

Я нагоняю ее на выходе из здания. Хватаю за локоть , она вскрикивает, пытается вырваться. Но я сильнее, намного. Делаю несколько шагов и прислоняю ее к стене клуба за углом.

– Узнала? – шепчу я, жадно разглядывая ее лицо.

– Нннет, извините, я не знаю…

– Узнала. – Подтверждаю я свои слова. – Ты выросла, Птичкина.

– Отпусти меня, – переставая разыгрывать из себя дурочку, прошипела она.

– И не подумаю. – Широко улыбнулся я.

– Я буду кричать.

– Будешь, родная. Обязательно. Подо мной в постели. Громко, так чтоб соседи в стены долбились.

– Ты дурак? Пусти меня немедленно, Громов. Как ты вообще здесь…

– Как и ты. – не удержался и провел кончиком носа по ее шее, впитывая в себя ее запах. Этот карамельно-шоколадный вкус. Ни на грамм не изменился, а прошло уйму времени.

– Отвали. – шипит она.

– Вась, – неожиданно я посмотрел в ее глаза и превратился в того четырнадцатилетнего пацана, что стоял у калитки ее забора и признавался девочке в любви. – Я так скучал, Вась. Так скучал по тебе.

– Антош, – прошептала она, и я не дал ей больше и слова сказать, впиваясь в ее рот поцелуем.

От неожиданности она приоткрыла рот, и я, не теряя момента, ворвался к ней языком. Исследовал, облизывал, всасывал, ласкал. Хотел съесть ее. Всю. Такую сладкую.

Вася отвечала, отвечала, казалась бы, с такой же звериной тягой, что была и у меня. Она вцепилась в мои волосы и не отпускала, тянула на себя, царапала шею ногтями. Мы оба тяжело дышали, пока…

Не хлопнула входная дверь.

Девушка буквально оттолкнула меня от себя так, что пришлось сделать пару шагов назад. Я чувствовал себя, будто пробежал несколько километров. Вот только пробежка так не возбуждает.

– Не подходи, – выставила руку вперед Птичкина, такая же взъерошенная, как и я.

– Вась…

– Нет! – взвизгнула она и рванула в сторону стоянок. Да так быстро, что я немного замешкался, а она уже сидела на заднем сидении такси. Я не успел подбежать к машине, как та тронулась с места.

–Пусть, все равно найду, – улыбнулся я, запоминая номер такси. – Сава, – набрал я номер в телефоне своего начальника охраны.

– Да?

– Я пришлю тебе номер такси, узнай потом у водилы, по какому он адресу девочку с длинными волосами с моего клуба отвозил сегодня в это время.

– Понял. Сделаю.

Я сбросил и вернулся обратно в клуб. Ко мне выскочила Ангелина.

– Где ты был?

– Какая разница, девочка?

Ангелину уже не хотелось, хотя стояк в штанах грозил прорвать себе путь на свободу.

Глава 2

Антон

Ушел к себе в кабинет. Ну и пусть , слышно пьяный храп друга с диванчика, но он совершено не мешает мечтать о новой встречи с моим видением.

Не знаю, что на меня нашло, там на улице. Нет бы, подойти нормально, поздороваться. Вспомнить, как дружили, узнать, почему уехала тогда, хотя знала, что я вернусь на каникулы. Почему сбегала постоянно, каждые выходные. Спокойно, мирно поговорить.

А я?

Я набросился на нее, как будто у меня секса двадцать лет не было. И Вася первая женщина, которую я встретил за все это время. Дебил.

А те слова, что она будет кричать подо мной в моей постели?

Ой, дурак!

Посмотрел на Шторма, тот приоткрыл один глаз и глянул на меня, будто почувствовал.

– Сколько я проспал?

– Мало. Спи еще. – отозвался я, вновь уплывая в свои мысли.

– Охраняй тогда, – буркнул обнаглевший друг и вновь уснул.

– Хамло! – рассмеялся я.

Крутанулся на кресле вокруг своей оси и впечатался коленями в стол.

– Бл*ть!

Восемь лет назад

Тогда, будучи четырнадцатилетнем пацаном, я, конечно, не знал в чем проблема. Почему меня вдруг отправили к бабушке и дедушке по маминой линии в деревню за почти четыреста километров от родного дома. Но как бы там не было, мне в деревеньке очень понравилось.

В трех километрах от нее был небольшой городок, в котором находились школа, детский сад, несколько универмагов и целый торговый центр с кинотеатром. С домом не сравнить, конечно, но мне много и не нужно было.

Бабушка с дедушкой жили в хорошем добротном доме, им его папа отстроил, когда на маме женился. По соседству стояли обычные деревянные строения, именуемые скорее старыми халупами, чем хорошими домами. Деревня разваливалась, честно говоря.

По крайней мере, на тот момент. На сколько я знаю сейчас, тот городок, что был неподалеку, за последние восемь лет разросся и сейчас, те старые деревушки скупили и построили шикарные дома в три четыре этажа, а деревня стала продолжением города, но только для элиты.

Однако, тогда пацаном я приехал к бабке и деду и пытался развлечь себя, как мог.

Познакомился с некоторыми деревенскими парнями. Им я был интересен, потому что у меня был свой мобильник, еще и самой последней модели. А еще я привез с собой приставку. И мы часто зависали в моей комнате.

Пока, однажды, я не познакомился со своими соседками.

Это было 31 декабря. С самого утра мы на машине съездили в магазин в город, а потом я помогал переносить сумки в дом. На улице стоял мороз, изо рта шел пар, а под ногами трещал снег.

Проходя в калитку с очередной сумкой, я случайно бросил взгляд на соседний дом. А там на крыльце в белой шапке, в белой куртке и белых меховых сапогах стояла… Снегурочка. Она тоже смотрела на меня и крутила в руках кончик длиной косы из шоколадных волос.

Не ожидав увидеть такую красоту, я поскользнулся на льду и полетел на задницу, взмахнув смешно сумкой так, что она отлетела за забор к нашим соседям, а точнее, за забор к Снегурке.

Мое триумфальное падение она, конечно же, видела и, улыбнувшись, прикрыла ладошками свой ротик, хихикнув.

Я же продолжал сидеть на заднице, с шапкой на одном глазу и пялился на свою соседку.

– Антошечка, ну ты где там? – вырвала меня из какого-то шока или транса баба Галя.

Я подскочил, чуть опять не навернувшись на этом чертовом льду. Отряхнулся, выдохнул и… пошел к соседям собирать все, что высыпалось из сумки.

– Привет.

Она спустилась с крыльца и подошла ближе к разбросанным мандаринам. Присела на корточки и начала собирать их в пакет.

Хотелось достать телефон и запечатлеть этот момент. Снегурочка вся в белом с длиной шоколадной косой собирает оранжевые фрукты на белоснежном снегу.

– Привет. – тихо ответила она, отведя взгляд.

Я покидал все в сумку, а она протянула мне собранный пакет мандаринов, но так и не подняла на меня свои глаза.

– Я Антон. А ты? – решил я представиться.

– Я знаю, как тебя зовут. – ответила она, до сих с протянутой рукой, в которой сжимала пакет с фруктами.

– Откуда?

– Баба Галя тебя только что звала. Да и до сих пор зовет, – кивнула она в сторону моего дома. А там и правда стояла бабуля и махала мне рукой.

Повернулся обратно к Снегурочке, а та уже бежала к своему крыльцу, пакет с мандаринами лежал рядом с собранной сумкой.

Она подбежала к двери, распахнула ее и, оглянувшись на меня, вошла внутрь.

– Антошечка, ну, ты идешь? – вновь позвала бабушка.

– Да, иду. Иду, – буркнул я. Однако, пакет с оранжевыми фруктами подложил на крыльцо. Снегурочке они, скорее всего, нравятся. Попрошу деда еще раз сгонять в магазин.

Глава 3

Антон

Восемь лет назад

Целый день я выбегал на улицу и не отрывал взгляд с соседского дома. Несколько раз замечал ее в окнах за шторками, но как только я ее видел, она тут же пряталась за занавесками.

К шести вечера за мной зашли ребята погулять. Я тут же оделся и выбежал на улицу, конечно же, направив свой взор на соседский дом. И как же сильно я обрадовался, когда увидел около соседского забора девушку в белой шапке и куртке. Снегурка.

Рядом с ней стояла еще одна девчонка. Такого же роста и, подойдя ближе, я даже сначала подумал, что надышался дыма от дедовских сигарет, потому что передо мной стояли две одинаковых девчонки. Только одна вся в белом, другая в красной шапке, ядовито – салатовой куртке, и сапоги у нее были выше колен и на небольшом каблуке. А волосы… не ниже плеч.

– Антоха, смотри соседки твои. Лизка, привет, – махнул рукой один из ребят.

Я уставился на девушек и заметил, что в ответ помахала другая девчонка, а не моя Снегурочка.

– Вань? – позвал я того парня, что поздоровался с соседками. – А кто это?

– Это Птичкины. Лиза та, что с короткой стрижкой и ее близняшка Васька, эта та, что с косой.

– Васька? – тихо переспросил я.

– Ну да. Странная, немного и молчаливая. Они обе красотки, но Лизка более общительная. Васька за ней хвостиком ходит и помалкивает в основном.

Василиса. Какое красиво имя у нее.

Я подошел ближе и посмотрел на девушек. Действительно, по одному прямому взгляду Лизы было понятно, что деваха оторва. И Вася, которая даже глаз не поднимает.

– Привет. – поздоровался я. Скорее с Василисой, чем с кем-то еще. Но ответила лишь ее сестра.

– Привет, сосед. Антон? Верно? – звонко рассмеялась она и протянула мне руку.

Я в ответ пожал руку и подтвердил, что да. Я Антон. Василиса так и не подняла на меня глаза.

– Ну, чего стоим? Пойдемте на горку, покатаемся. – позвал нас Ванька и мы двинулись к одному из обрывов на берегу реки, из которого и сделали горку.

Василиса шла позади всех. Ее руки были запакованы в белые варежки со звездочками на наружной стороне кисти. Она сжимала свою косу и смотрела себе под ноги.

– Антон, мама сказала, что ты приехал из Краснодара. Это правда? – спросила Лиза, подстраиваясь под мой шаг. Мне хотелось, чтоб у меня спросила это Вася, но та не смотрела на меня, сколько бы я не оборачивался на нее.

– Да, правда.

– А правда, что у твоего папы есть своя больница медицинская? – вновь спросила она и взяла меня под руку. Краем глаза заметил, как Василиса бросила на нас короткий взгляд.

– Да, есть. Только клиника, а не больница. – про себя рассмеялся я ее вопросу.

– А у мамы свои швеи?

– Ателье это называется. – хотелось рассмеяться не образованности девушки, но я вновь обратил внимание на Васю.

Вася прикрыла рукой в варежке глаза и покачала головой, будто удивлялась, в кого сестра такая глупая.

– А ваши родители? – поинтересовался я, с желанием узнать о семье Василисы, как можно больше.

– На заводе в городе работают. А мы в школе учимся. В седьмом классе. А ты, сколько тебе лет?

– Четырнадцать. Я в девятом классе уже. Первый выпускной впереди, – улыбнулся я и поймал робкую улыбку Василисы.

Мы, наконец, дошли до горки. Ребята откуда-то достали огромные покрышки от КАМАЗа, еще были колеса от обычной легковой машины. На КАМАЗных катались по двое, а то и по трое человек, а потом тащили их наверх, хохоча и шутя.

Я тоже с удовольствием прокатился. Ко мне часто подсаживалась Лиза. Обнимала меня со спины и заразительно смеялась, когда мы катились вниз.

Через какое-то время я понял, что из нашей компании, которая состояла из шести человек, не катается только Василиса. Все-таки решился и подошел к ней.

– Пойдем, прокатимся? – позвал я ее. И только сказав это, подумал, что в белых вещах кататься ей будет не очень удобно. Грязные покрышки сделают из ее светлой одежды цвет половой тряпки.

– Не могу. – тихо ответила девчонка.

– Из-за одежды, да?

– Да, – опустив голову, проговорила Вася.

Я осмотрел ее с ног до головы, оглянулся на большое колесо и, схватив за руку опешившую девушку, потащил за собой.

– Что ты делаешь? – спросила она, когда я подтащил к вершине горки огромную покрышку.

– Подойди ближе, – попросил я ее. Василиса нахмурилась, но выполнила просьбу. Я плюхнулся на колесо задницей и быстро дернул Васю на себя, усаживая на свои колени.

– Что ты… – она попыталась вырваться, но я держал ее крепко, обнимая за талию.

– Держись, Снегурка, – крикнул я и оглянулся на Ваньку с Саньком, которые тут же столкнули нас с Василисой с горки.

Я уткнулся в ее капюшон носом и вздохнул карамельно-шоколадный запах, с нотками мандаринок. Она сжалась и затаила дыхание, я прижал ее к себе ближе. Это было восхитительно. И я не о катании на горке.

– Ух, тебе понравилось? – спросил я, когда мы скатились, наконец, с горки, но продолжали сидеть на покрышке. Точнее, я то на покрышке, а она на моих коленях.

– Понравилось. Но больше так не делай.

– Почему? Весело же. – удивился я.

– Не нужно. Лиза расстроится.

И причем тут ее сестра? Я ничего не понял, но помог ей подняться и встал сам. Потащил за веревку колесо наверх. Тяжелое оно жуть просто какое.

– Давай, я помогу, – предложила Вася.

– Да ты что?! Испачкаешься, – наотрез отказался я и с удвоенной силой потащил колесище наверх. На пол пути мне спустился и помог Ванька. Хороший какой, все-таки парень.

– Давай еще раз? – спросил я у девушки.

– Нет, нет. Лизу пригласи.

Лиза оказалась тут как тут.

– Антон, давай вместе прокатимся?

Я только кивнул, продолжая смотреть на Василису. Лиза ждала, что я сяду и посажу ее к себе на колени, но я не спешил вновь засовывать свою задницу в это колесище.

– Лизка, давай, – неожиданно появился из ни откуда Ванька и, плюхнувшись на покрышку, дернул Лизу на себя, как недавно сделал я, только с ее сестрой. Я же, быстренько помог им скатиться. Лиза что-то верещала, я смеялся, и смог, наконец, поймать ответную улыбку Василисы.

Мы еще несколько часов катались, но Васю мне так и не удалось больше уговорить покататься. Время близилось к десяти вечера, и мы направились по домам. На развилке ребята ушли в одну сторону, а я с Лизой и Васей в другую. Однако, до этого мы договорились встретиться после часу ночи и пойти вновь к той горке. Ваня сказал, что оттуда хорошо видны салюты, которые будут пускать в два ночи в городе, что находилось неподалеку.

– Антон, зайдешь за мной? – спросила Лиза.

– За тобой? А Вася… – я посмотрел на девчонку в белом. – Ты что не пойдешь?

– Нет, она не хочет. – ответила за нее сестра.

– Но почему? – не отставал я.

– Откуда же я знаю.

– Я и не у тебя спрашиваю, – разозлился я.

– Ой, какой ты грубый. Все, жду тебя пол второго. – она подбежала ко мне и поцеловала в щеку. А после развернулась и побежала домой.

– Пока, – тихо сказала Василиса и пошла домой, тихо прикрыв калитку.

– Подожди, – я протиснулся через калитку и схватил Снегурку за руку. – Почему ты не хочешь идти смотреть на салюты?

– Я.. я… спать лягу. Не люблю поздно вечером гулять. Извини.

– Но…

– Васька, ты идешь? – выглянула Лиза из-за двери.

Вася вырвала руку и убежала домой.

Глава 4

Антон

– Гром? – в кабинет постучался Сава.

– Да?

– Водила вернулся. Адрес узнали. Еще…

– Что?

– Он сказал, что девушка плакала всю дорогу.

– Черт. – выругался я. Знаю, что я сам виноват. Это я ее довел до слез.

– Сав, найди ее по камерам и отправь кого-нибудь следить за ней. Чем занимается, работает, учится. Хоть что-то. И номер квартиры желательно. Но только так, чтоб она не сном, не духом об этом. Понял?

– Сделаю, Гром.

– Спасибо.

Начальник охраны ушел, а я решил отвезти Шторма домой.

– Дан! – толкнул я друга. Тот тут же подорвался и уставился на меня ошалевшими глазами.

– Че? – прокаркал он.

– Поехали, домой отвезу, дружище. – предложил я.

– Я на своей тачке, – буркнул тот, потирая лицо руками.

– За руль все равно тебя не пущу. Осталось только Чемпиону без прав остаться. Вот умора будет, – улыбнулся я, когда Даня скривил рожицу.

– Ладно, вези, дозволяю. Только на квартиру. Домой не хочу.

– Нет, ну хамло, оно и есть… хамло! – возмутился я.

Я отвез Дана на квартиру, а сам поехал домой. Хотелось отдохнуть, подумать.

Я вновь прокрутил в голове сегодняшнюю встречу с Васей. Она такая красивая. Я помню ее двенадцатилетней девчонкой. С милой улыбкой, большими карими глазами, которые всегда смотрели на меня с интересом, иногда со смешинками. Но частенько я видел в них грусть и обиду. Я помню ее длинные волосы, которые всегда были заплетены в косу.

Я помню, как, однажды, она меня обняла, сама. Как раз перед моим отъездом. Как говорила, что будет по мне скучать. Будет ждать летних каникул. Я верил.