Тише воды

Глава 1. Дело чести

Корникс мерила шагами кабинет от шкафа до стола и обратно. Казалось, она вот-вот заискрит от напряжения. Если есть в этом мире что-то более мучительное, чем ожидание, так это ожидание дурных вестей. Ночь прошла в молчании.

– Сядь! – скомандовал сэр Коллоу. – Я больше не могу смотреть, как ты мечешься туда-сюда. Все уже случилось. Мы имеем, что имеем, и с этим придется смириться.

– Не могу поверить! – лицо Никс побагровело. – Долго вынашивал эту глупость? Я-то надеялась, что ты разрабатываешь очередной хитрый план, как вытащить Орден из дерьма.

– Истерика? – Брови Джулиуса иронически изогнулись. – Если тело найдут, его доставят сюда. Это не первое предательство, и не последнее. Возьми себя в руки. Если ты не способна успокоиться, представляешь, что чувствуют другие Тени? Те, кто знал Тони. Иногда я думаю, что все мы просто бомбы замедленного действия. Одному богу известно, когда кого сорвет с катушек. Но спросить его не получится. Нам запрещена религия.

– Шутишь в такой момент? – Тень нахмурилась.

– Полегчало? – Коллоу достал из ящика плотно закрытую бутылку виски.

Джулс придирчиво взглянул сквозь стекло на коричневую жидкость.

– Меньше половины… – протянула Корникс. – Если ты не прикладывался все эти годы, значит… мы стольких потеряли.

– Стаканы в шкафу. Льда нет, прости. Как-нибудь так. – Он с усилием вынул пробку.

– За Тони или… за нее? – как бы между прочим спросила Никс, распахивая тяжелые створки.

– За обоих, – выдохнул Коллоу.

Слова крутились на языке, но никак не желали наружу. Сухая формулировка: преступление против Ордена. Леди Ева Шепард не подчинилась прямому приказу, нарушила все положения декрета о невмешательстве и жестоко убила сэра Антонио Карвальо, посланного взять ее под стражу. Горстка строк в рапорте и невероятных размеров скандал за ними. Еще и совершенно не вовремя! Люди слишком давно всерьез не воевали, и мир трещал по швам.

– Почему всегда больно? – проглотив жгучую жидкость одним глотком, прошептала Корникс.

– Потому что алкоголь гадость. Но традиции, ничего не поделать, – Джулиус поставил стакан донышком вверх на крышку стола.

Он прекрасно понимал, что речь не о том. Тянуть бессмысленно.

– Наказание за предательство однозначно. Ни объяснений, ни лазеек. Подозреваю, что Ева не собирается сдаваться без боя. Вопрос в том, кого еще она заберет с собой, прежде чем будет остановлена.

Корникс достала сигарету. Джулс хотел возразить, но вовремя одернул себя. Не сегодня.

– Скажешь Танглу? – прямо спросила Тень.

– Он мой друг.

Фраза сорвалась с языка сама собой. Храбрый мальчишка оказался сильнее многих, но на его долю и так выпало достаточно за последние годы. Сначала покончила с собой Уиквилд, за ней Борджес предал Орден, потом Маркус погиб, сошла с ума Виатрикс, а теперь это. Пара его наставника убила Танцора и представляет угрозу для всех. Не слишком ли?

– Это не ответ. – Никс закашлялась.

– Он все равно узнает, – пожал плечами Коллоу.

– Струсил? – Тень подалась вперед. – Если Руфус и правда твой друг, ты сам расскажешь ему. Никаких писем. Встретишься с ним лично, сядешь, как со мной, и поговоришь. Надо будет… выпьешь. Не смей морщиться!

Зеркало на столе дернулось и завертелось, избавив Джулиуса от продолжения разговора.

– Тело обнаружено? – вместо приветствия осведомился он.

– Сэр, вы должны понимать, что тот мир постигла катастрофа… – начал реконструктор заранее подготовленную речь.

– Если от Карвальо остался хоть ноготь, я хочу его видеть, – отрезал Коллоу.

– Вы недалеки от истины, – признался тот. – Останки на опознании. Мы не уверены, что фрагменты принадлежат Сэру Антонио Карвальо. Как только эксперты закончат с ними, вы будете поставлены в известность.

– Когда? – уточнил Танцор.

– В ближайшее время, – вполне уверенно ответил реконструктор, попрощался и пропал.

Никс потушила сигарету в пустой стакан и поднялась на ноги.

– А может, никакого предательства не было? Только нарушение декрета? Вдруг причиной смерти Карвальо стал катаклизм? – Джулс сам не верил, что говорит это.

– У нас есть показания связного Карвальо, снятые смотрящими в ночь, – покачала головой Корникс.

– Пусть попробуют еще раз, – уперся он. – Мне нужно больше деталей. Ошибка будет стоить слишком дорого. Займись этим.

– Я-то займусь, – устало улыбнулась Тень. – Но ты все равно поговори с Танглом. Не откладывай. Это коснется его в любом случае. Даже дважды.

– Нет! – неожиданно резко возразил Джулиус.

Никс промолчала. Она махнула рукой и вышла из кабинета. Так или иначе, Джулс последние месяцы чувствовал себя трусом. Ему не хватило смелости открыть Корникс правду о них и о том, что Орден сделал когда-то. Ариэль безропотно принял плашки на хранение и поклялся, что никто, кроме самого Коллоу, никогда не увидит их.

Коллоу убрал бутылку и надежно запер ящик.

Одиночество в пустом доме тяготило Руфуса. «Зимние каникулы когда-нибудь закончатся», – успокаивал он себя. Скоро студенты вернутся в Шейдивейл, и Тангл снова начнет преподавать. Эта мысль, пожалуй, была самой радостной.

Девочки разъехались кто куда. Эмьюз гостила у Тэсори, а Лют выиграла билеты на зимний фестиваль чего-то там. Яник не был в восторге от перспективы сопровождать свою Тень. Только его никто не спрашивал.

Руф сидел с ногами на широком подоконнике, настраивал гитару и наблюдал за соседями, по которым можно было сверять часы. Миссис Пинни из дома напротив выволокла упирающегося пса гулять. Раскормленный мопс в синем комбинезоне ненавидел свою хозяйку всем сердцем. Пожилой антиквар и большой чудак, мистер Дэвис приобрел коллекцию старинных пороховых ружей и вот уже неделю раз в день выходил из дома, чтобы выстрелить в воздух. Шум пугал всю аллею. Когда перед дверью собралась толпа соседей, горящих желанием его урезонить, старичок заявил, что если не стрелять, ружья испортятся. Испортятся! Как будто это молоко или пирог. Алиса обещала принять меры.

Тангл любил дом и аллею, на которой тот стоял. Он перечитал почти все книги библиотеки Натана, но по-настоящему тронули те, что прежний владелец написал сам. Его многочисленные дневники и цитатники. Там живая история Ордена не выглядела скучным бредом. Если хорошо пораскинуть мозгами, что-то наверняка пойдет для лекций.

Только ни умиротворяющий пейзаж, укутанный пушистым снегом, ни монотонное бренчание не могли заглушить сосущую тревогу. Ночью умер Танцор. Кто, где и почему, – Руф не знал.

Он едва не подпрыгнул, когда внизу ожил дверной колокольчик. Гостей Руфус не ждал. «Наверняка соседи опять что-то измыслили против антиквара, – подумал Руф. – Я же им ясно дал понять, что полиция все так не оставит». Тангл остановил дрожание струн и потер лоб. Колокольчик замолчал, но стоило расслабиться, как в окно второго этажа деликатно постучали.

Сэр Коллоу за стеклом укоризненно покачал головой и недвусмысленно кивнул в сторону парадного крыльца. Руфус стрелой просвистел к двери.

– Что-то случилось? С Эмьюз? – Сердце Тангла бешено колотилось.

– Да и нет. Да, случилось. И нет, не с Эмьюз. – Джулс шагнул через порог. – Где будет удобно говорить?

– Думаю, в кабинете. – Руф принял у гостя промерзший серый плащ.

Они поднялись по скрипучей лестнице. Коллоу мучительно подбирал слова, а Руф размышлял, насколько уместно предложить чашку чаю.

Строгая, но уютная комната почти не изменилась со времен старого владельца. Та же мебель на прежних местах, картины, книги, лампы. Джулиус устроился в кресле и оборвал молчание:

– Что тебе известно о паре Маркуса? – спросил он.

– Ничего, – Руфус опешил. – Это она умерла сегодня ночью?

– Фигурально выражаясь, – криво усмехнулся Коллоу. – Погиб Тони Карвальо. Убит Евой Шепард. Сам знаешь, когда кто-то предает, всех, имеющих к нему отношение, предупреждают. Наставника, пару и воспитанников преступника. Всех. У Евы есть только ты, девочки не в счет. Она вообще… особый случай, и едва ли появится, чтобы просить убежища или помощи. Но порядок есть порядок. Уверен, что ничего не знаешь о ней?

– Мы с наставником не были близки по понятным причинам. – Руф до предела напряг память. – Еву я видел всего однажды. В зеркальном отражении. Я стоял у приоткрытой двери, а она поносила Маркуса, на чем свет стоит. Тогда я был с ней согласен. Предала Орден и убила Танцора? Почему?

– Это мы и пытаемся выяснить, – признался Джулиус. – Следствие ограничено в средствах. На планете, где все случилось, не осталось ничего живого. Предположительно, техногенная катастрофа. Резидентура в шоке.

Вдруг Тангл резко побледнел.

– Эмьюз… она прошла посвящение, – простонал он. – Есть предатель, и есть Вестник. Это как один плюс один!

– Меньше эмоций, – попросил Коллоу. – Знал бы ты, сколько у меня желающих решить проблему. Вся резидентура жаждет избавиться от пятна на репутации. Нет, я, конечно, им запретил. Однако не думаю, что это кого-то остановит. Эмьюз на службе пока только номинально. Разумеется, ее посвящение ставит Орден в крайне неловкое положение. Это чтобы грубее не сказать. Еву поймают, а дальше разберемся. Моя задача сейчас состоит в том, чтобы ее просто не разорвали без суда и следствия.

– Звучит замечательно, – возразил Руфус. – Поймаете и осудите. А приговор кто исполнит? Эмьюз? Головой я понимаю, что именно этим она станет заниматься всю жизнь. Потом. Но не сейчас. Огради ее. Девочку нужно перевезти в Шейдивейл. У Тэсори слишком широкие взгляды. Она дает слишком много свободы, а ее методы воспитания…

– Полегче, Руфус! Мария воспитала меня, – попытался пошутить Джулс, но собеседник был слишком серьезен. – Хорошо. Сам увидишь.

На кураже Коллоу достал из кармана зеркальце и отдал приказ. Пару минут ничего не происходило, наконец, в стекле появилось мутное изображение. Комната по ту сторону утопала в густом тумане. Что-то едва заметное, большое и мохнатое, выскользнуло из кадра. Игра света?

– Что стряслось? – хрипло спросил голос, отдаленно похожий на тот, к которому Джулиус привык.

– Мария, позови, пожалуйста, Эмьюз, – не так уверенно, как хотелось, предложил Коллоу.

– Не могу. – Женщина чихнула и спрятала лицо в носовой платок. – Она отпросилась погостить в доме подруги. Так что сейчас девочка у Хаулингов.

Руф сделал страшные глаза и развел руками.

– Забери ее оттуда, – не теряя присутствия духа, скомандовал Джулс.

– Я бы с радостью, Жи-Жу, но у меня температура, и предписан постельный режим, – парировала Мария. – Знал бы ты, как я это ненавижу.

– Знаю, – оборвал Коллоу, игнорируя комичное прозвище. – Поправляйся быстрее. Я сам заберу ее.

– А что… что-то случилось? – забеспокоилась женщина.

– Ничего, не волнуйся, – как можно миролюбивей заверил Коллоу.

Неловкое молчание опустилось на кабинет, когда изображение в зеркальце исчезло. Руфус методично раскладывал заточенные карандаши на столе по размеру, а Джулс пытался что-то сказать, чтобы не чувствовать себя таким болваном.

– Обстоятельства бывают разными, – бросил Тангл через плечо. – Тэсори больна, девочка неизвестно где. О чем я говорил? Эмьюз нужно забрать.

– Вот заладил, как заклинило, – покачал головой Коллоу. – Я сам заберу ее. Это все от безделья, Руф. У меня нет приказа для тебя, так займись чем-нибудь другим. Признай, тебе скучно, оттого и бросаешься на любую мелочь.

– Отчасти верно, – смутился Руфус. – Будет Эмьюз, начнем тренировки. Хочу к лету вытащить девочек в открытое небо.

– Задачка, – усмехнулся Джулс. – Постараюсь вернуть тебе Эмьюз поскорее.

Только за Коллоу закрылась дверь, Руфус как по команде переоделся в форму и поспешил к тому единственному человеку, у которого имелись ответы на интересующие вопросы. Неприятное сосущее чувство поселилось между лопаток. Маленькая Тень не отвечала на вызовы. Только превращаться в наседку Руф не хотел.

Вильгельм хорош еще и тем, что его никогда не нужно искать. После того, как жизнь Хьорта резко изменилась, Руф не беспокоил того. Обрушившееся на друга счастье кололо глаза. Завидовал ли Руфус? Конечно, завидовал. Только сейчас это не имело значения.

В теплой комнате, забитой милыми мелочами, чувствовалась заботливая женская рука. Шелдон поздоровался и тихо укатился в комнату с мониторами. Хьорт выглядел холеным домашним котом, получившим все, о чем мог мечтать.

– Мне нужны сведенья, – после приветствия начал Тангл.

– Вот так сразу? И не спросишь, как я? – обиделся Вильгельм.

– Спрошу, но позже, – пообещал Руф. – А сейчас ты расскажешь мне все.

– От сотворения мира? – усмехнулся тот.

– Вилли, мне не до шуток, – предупредил Танцор. – Знаешь, кто погиб?

– Разумеется, я же главный сплетник Ордена. – Вильгельм сел на диван. – Толстый Тони.

– Он правда был толстым? – зачем-то уточнил Руф.

– Нет. Тони следил за собой до какого-то клина, – взгляд Хьорта подернула пелена. – Он бредил диетами и тренировками, а сам был тощим, как богомол. Я связывался с его парой. Боюсь, как бы Пилар не наделала глупостей. Эти двое – резиденты. Элита. Немногим старше меня. Лет пять разницы. Они всегда работали вместе, пока Пилар не комиссовали.

– Ясно. Что тебе известно о Еве Шепард? – оборвал поток воспоминаний Тангл.

– А при чем тут эта психованная сучка? – удивился Вильгельм.

– Значит, ты знаешь не все, – подытожил Руфус.

– Рассказывай, – потребовал Хьорт, но зеркало на стене громко позвало: «Пап!»

Вилли подскочил как ужаленный, смахнул со стола хлам и жестами попросил Тангла деться куда-нибудь.

– Да, дорогая, – ласково сказал Вильгельм. – Только быстро, я на службе.

– Пансион организует экскурсию, можно поехать? Это ненадолго, но я не успею вернуться к началу занятий. Всего ничего пропущу. Ерунда же? – с надеждой спросила девочка-подросток, чем-то неуловимо похожая на Хьорта.

– Дальше, – отмахнулся он. – Хочешь ехать? Ехай.

– Я говорила, что люблю тебя? – улыбнулась та. – Но тебе нужно написать разрешение в свободной форме, что бы это ни значило.

– Не вопрос, – пожал плечами Вильгельм. – Пусть мама это сделает. Или… или она против?

Девочка потупилась.

– Улажу, – пообещал он. – За первые пару дней ты ничего не потеряешь. А пропустив интересную экскурсию, будешь жалеть. Теперь оставь меня, но будь на связи.

– Слушаюсь, мой генерал! – Девчонка взяла под козырек воображаемой фуражки и пропала.

Вильгельм еще с минуту глупо улыбался, потом посерьезнел. Как ни мучительно было возвращать друга к неприятной теме, выбор многообразием не блистал.

– Вил, Ева Шепард виновата в смерти Антонио Карвальо, – сообщил Тангл. – Это точно. Коллоу навещал меня. Мир, куда они были посланы, уничтожен, потому Орден считает, что Ева здесь. Расскажи мне про нее.

– Бледная моль с невыразительным лицом и фигурой, по которой пол надо еще постараться определить, – выплюнул Хьорт. – Не то страшненькая девица, не то слишком миловидный парень. Друзей не имела. Не нуждалась в них. Какое-то время крутилась около нашей компании. Улыбку на ее физиономии я не видел никогда. Зато там было два настроения, сменявших одно другое. Первое – «я тебя презираю». Второе – «мне на тебя наплевать». Ева любые действия просчитывала на сто ходов во все стороны. Полагалась только на себя.

– Скудно, – с досадой протянул Руфус. – Я хочу знать о ней как можно больше. Пока ты нарисовал мне демоническую амебу. Внешне ни рыба ни мясо, а внутри злой гений.

– Ты хочешь сведений, которыми не обладает никто. – Вильгельм ощутимо напрягся. – Мои давно устарели. Тени отличаются от людей. Резиденты – это Тени в кубе. А Ева еще и ушибленная на всю голову. Ты не выследить ее задумал? Выкинь эту затею из головы. Мы для них как жевательные игрушки для бойцовых собак.

– Мы? А Эмьюз?! – вспыхнул Тангл.

– При чем тут она? Детка, это высшая лига, – усмехнулся Хьорт. – На равных с резидентами могут сыграть единицы. Навскидку: Коллоу, Корникс, Вика, Хэвэн, и еще десяток имен. Из простых смертных спастись от резидента сможет разве что Тэсори. Ничего в мозгу не щелкает? А должно бы! Ладно. За морскую милю видно, насколько серьезно ты настроен. Хочешь отрезвления, поговори с Пилар Карвальо-Торес. Но учти, она вдова по вине пары твоего наставника. Пилар не будет тебе рада. Бесплатный совет: не ходи к ней в форме.

– Спасибо, конечно, – фыркнул Руфус, – но я не верю, что ты так хорошо знал Маркуса и совсем не знал Еву.

– Мы с тобой не в карты играем. Что значит «не верю»? – обиделся тот. – Один раз я видел, как Ева работает. Это был захват заложников.

– Значит, вы выполняли общее задание? – нахмурился Тангл.

На лице собеседника отпечаталось неподдельное раздражение, граничащее с яростью. Вильгельм резко выдохнул и продолжил:

– Группа дивных захватила здание узловой призматической подстанции. – Впервые на памяти Руфуса Танцор рассказывал что-то настолько неохотно. – Но они не представляли, что среди работников затесался резидент Ордена. Как и мы. Когда я вошел в здание, нашел только группку перепуганных насмерть заложников, гору трупов и записку похабного содержания. Освобожденные не могли говорить. Они находились в глубоком шоке. Бедолаги сами блокировали воспоминания. Ни один псионик не смог докопаться до картины событий.

– Ясно, – Руфус поднялся. – У меня нет времени слушать старые сказки про великих и ужасных. Прости, дружище, но с меня хватит. Непобедимых нет.

Он приложил руку к эмблеме Ордена и отдал приказ.

Руфус злился. Появление еще одного человека из прошлого выглядело вызовом судьбы. Если Маркус ограждал их с Айни от Виатрикс, то про Еву от него воспитанники и слова не слышали. Самолюбие требовало принять вызов, не оставляя здравому смыслу ни единого шанса.

Танцор не сразу сообразил, что очутился не дома. Носатый мальчишка потушил сигарету и выпрямился.

– Сэр, – начал он, – со мной связалась Эмьюз. Она просила передать, что с ней все в порядке. Зеркальца отключены. В доме Хаулингов семейный час. У них особые правила, которым подчиняются все.

– Коллоу еще не забрал ее? – стараясь вернуть самообладание, поинтересовался Руф.

– Нет, а зачем? – насторожился Клаус.

– Пока не важно, но скоро Эмьюз вернется в Шейдивейл. Мне нужно подготовиться к встрече.

Связной коротко кивнул и без лишних расспросов отправил Тангла туда, где тот более всего хотел быть.

Жизнь в доме Хаулингов казалась невероятно обычной. Эмьюз радовалась каждому дню, проведенному с Би, ее братом и родителями. Хаулинги садились за стол исключительно вместе и в строго определенное время. Они весело болтали и не держали друг от друга секретов. Миссис Хаулинг выглядела немного неповоротливой из-за большого круглого живота, но такой она нравилась Эмьюз еще сильнее.

– Может, Сэм? Мам! – не отставала Би. – Сэм Хаулинг. Красиво же? И подойдет любому малышу, девочка это будет или мальчик. Саманта или Самуэль. Нет?

– Милая, не торопи события, – попросила подругу мама.

– Миссис Ха, можно мне добавки? – решилась вставить Эмьюз.

– Конечно, дорогая. – Женщина хотела подняться из-за стола, но Конор протянул руку и остановил ее.

– Сиди, ма, я принесу, – сказал он.

Вдруг лампы ощутимо моргнули. Конор Хаулинг – старший нахмурился. Это был строгий, молчаливый мужчина с заметной сединой в каштановых волосах. С сыном их сходство начиналось именем и заканчивалось им. Однако гримасничали в разговоре они совершенно одинаково.

Необъяснимая тревога вкралась в сердце Тени. Нарушать покой и идиллию такого дома – преступление само по себе.

– Пойду во двор, посмотрю, в чем дело. – Отец семейства отложил салфетку и поднялся.

– Перепад в эфире, – улыбнулась миссис Хаулинг. – Такое случается. Ничего страшного. Я говорила, что этот город особенный. На подстанциях здесь не бывает скучно.

Конор Хаулинг-старший пожал плечами и вернулся за стол. Тут откуда-то тревожно пискнуло зеркальце. Миссис Хаулинг виновато улыбнулась.

– А как же наше правило? – нахмурился ее муж.

– Это с работы.

– В прошлый раз твоя подруга стулом выдернула шнур и обесточила приборы, а паниковала так, словно мир рушится, – покачал головой тот.

– Будь снисходителен, – ласково попросила Миссис Ха. – Бедняжка никогда не получала таких ответственных заданий.

– Сдаюсь, – мученически вздохнул мистер Хаулинг.

Женщина покинула комнату, а когда вернулась, выглядела встревоженной.

– Конни, проводи девочек в их комнату, – попросила миссис Хаулинг.

– Мамочка, что случилось? – не выдержала Робин.

Может быть, женщина и ответила бы, но ее перебил звонок в дверь. Сохраняя полную невозмутимость, миссис Ха направилась посмотреть на визитера. А поскольку ни Би, ни Эмьюз никто не останавливал, они поспешили следом.

Не узнать гостя Эмьюз не могла при всем желании. Сэр Коллоу приветливо помахал ей.

– Ронда, – он протянул руку маме Робин, выпрямившись в коридоре.

– Джулиус, – женщина ответила на рукопожатие. – Неужели наше происшествие серьезно?

– Происшествие?

– Ничего особенного, – твердо заверила миссис Ха. – Небольшое окно перехода. Команда выехала. Как жители, мы уже предупреждены. Я собиралась отправить девочек наверх.

– Хорошо, – ничего не значащая реплика заполнила собой пустоту. – Мне нужно забрать Эмьюз.

– Надолго? – Би не желала расставаться с подругой.

– Насовсем, – отрезал Коллоу, но тут же исправился. – Вы увидитесь в Шейдивейл.

– Все ясно, – подытожила миссис Хаулинг. – Неприлично заставлять себя ждать. Робин, помоги гостье собрать вещи и попрощайся. Джулиус, могу предложить чашку чая.

Взрослые направились в гостиную, а Би волоком затащила Тень в ванную комнату и подперла дверь спиной.

– Тебе тоже кажется, что все не просто так? – прямо спросила Робин.

– Ночью кто-то умер, – призналась Эмьюз. – Танцор. Где-то очень далеко. Я уже чувствовала подобное. Меня больше занимает, с чего твоя мама и Коллоу такие друзья.

– Не представляю. – Би закатила глаза. – Знала как бы, что они знакомы. Но чтобы настолько.

– Сплетничаете? – Конор бесцеремонно вломился в комнату и в разговор. – Официально объявили, что через окно кто-то просочился. Пока не поймают, будем на осадном положении. Может, вообще эвакуацию объявят.

– А тебе все это нравится! – всплеснула руками Робин.

– Мне лилово, – отмахнулся тот. – Больше интересно, что это за тип любезничает с твоей матерью.

– Мастер Тени, – хихикнула Эмьюз. – Джулиус Коллоу.

– Ничего себе новости! – парень закашлялся. – Что ж там «просочилось», если тут такие люди?

– Не радуйся раньше времени, – Би с чувством показала брату язык. – Он пришел забрать Эм.

– Вы как знаете, а я пойду, кину ухо, о чем они говорят, – глаза Конора блестели.

– Главное, чтоб его там тебе не оторвали, – улыбнулась Робин.

– Собирайтесь, а то уши оборвут вам, кумушки, – фыркнул Конни.

Спорить с правдой сложно. Девочки нехотя поплелись наверх. Времени было потрачено предостаточно, оттого Эмьюз просто затолкала свои вещи в сумку. Меньше всего сейчас Тень хотела возвращаться в пустой университетский комплекс и в город, где ее никто не ждал. Но стоило задуматься об этом, как в памяти возникли профессор Отто, наставник и, конечно, Клаус. На сердце тотчас же сделалось чуточку легче.

– Ты обещаешь связаться со мной, как доберешься? – остановившись на лестнице, строго спросила Би.

– Обязательно, – заверила Эмьюз.

Вдруг откуда-то донесся негромкий хлопок. Словно открылось и закрылось окошко.

– Слышишь? – Робин вцепилась в подругу. – В подвале… кто-то возится!

– Слышу, – улыбнулась Тень. – Незачем так пугаться. Наверняка это соседский кот. Ты сама говорила, что защелка сломалась. Но если так переживаешь, пойдем и посмотрим.

– Разве это разумно? – девочка побледнела. – А если там трансум? Давай позовем взрослых?

– Ты права, неразумно, – шутливо согласилась Эмьюз, а после короткой паузы добавила: – Неразумно волновать твою маму по пустякам.

Хотелось ли Тени, чтобы в подвале оказался настоящий пришелец из другого мира? Конечно, хотелось. Тогда бы им с Би не пришлось расставаться. Ведь, согласно учебникам, в таких случаях полагался карантин. А уж Тень нашла бы способ подольше побыть с подружкой.

– Эмьюз, – промямлила Робин. – Мне правда страшно.

– Чего тебе бояться? Ты умрешь бабушкой, – Тень почти передразнивала подругу.

– Господи, ума бы в эту голову, – проворчала девочка, снимая связку ключей с крючка и отпирая дверцу в подвал, притаившуюся под лестницей.

Короткий спуск впереди окутывала тьма. Эмьюз медленно переступила порог. Ей по-прежнему требовалось некоторое время, чтобы сосредоточиться и смотреть. Лестница не скрипнула. На первый взгляд – совершенно ничего необычного. Здесь пахло старыми тряпками и немного луком. Веники сухих трав свисали с потолка, а на стеллажах поблескивали боками старые чайники и непарные чашки.