Полноценный флирт

– … ни с того ни с сего приволокла все свои дипломы, – донесся голос Анечки из приемной. – Повесь, говорит, на стену к остальным. Ну, куда я их повешу? Клиентам по барабану, какой у нас замечательный бухгалтер. Шеф сказал, убери, места нет.

Ксения Васильевна замерла на лестнице за пару ступенек до верха. Рука ее сжала перила, дыхание перехватило: речь шла о ней.

– Что ж ты хочешь – Одуван наш старается соответствовать, – пробасила МарьМихална. – Будешь тут из штанов выпрыгивать, когда каждый месяц – вынь да положь. Квартирка у нее, конечно, конфетка, но ипотеку тянуть теперь полжизни будет. Вот и ходит без настроения.

– Я вас умоляю! Какое настроение, о чем вы! – протянула Ульяна. – Мужика нет, гормоны бушуют! То, как мегера, то хохот этот неуместный. Завела бы кого, но такая она нелепая – обнять и плакать.

– Ты же сама ей эту шапку подарила, – прыснула Анечка. – А теперь говоришь «нелепая».

– Ой, не могу, девочки, еще этот помпон! – согласилась Ульяна. – Дурочка, да и только!

– Дурочка, да. Но добрая, – резюмировала МарьМихална. – Странно, что еще не пришла, на нее не похоже.

Ксения Васильевна сорвала с головы разноцветную, с помпоном шапочку, и, чтобы не зарыдать в голос, засунула ее себе в рот. На цыпочках, боясь наступать на каблуки, скользнула мимо приемной. Свернула налево, потом направо в маленький аппендикс, ведущий к ее кабинету. Сунула руку в сумку, торопливо зашарила, ища ключ. Пальцы сначала уперлись в волосатые киви, купленные для МарьМихалны, потом в грейпфрут для Анечки. Ксения Васильевна сильней сжала шапку зубами и наконец подцепила брелок. Наощупь нашла скважину, провернула, шагнула внутрь, но в последний момент споткнулась о надорванный кусок ковролина, и не вошла – влетела в дверь. Фрукты поскакали по полу, ноутбук она успела подхватить и спасти, как полковое знамя. А вот коленкой со всей мочи приложилась о ножку офисного кресла, что раскорячилось своими колесиками почти на весь кабинет. В подмышке серого старомодного пальто с песцовым воротником треснуло, но это уже не заботило Ксению Васильевну, потому что боль в ушибленном колене казалась невыносимой.

Когда стало чуточку легче, и Ксения Васильевна снова смогла дышать, первым делом она выплюнула шапку. Осмотрела обслюнявленный помпон и швырнула ее на стол. Потом поднялась с пола, стараясь беречь разбитую ногу, замкнула за собой дверь и прямо в пальто тяжело села в кресло. В недрах сумки тренькнул смартфон, она поставила ее на колени, выудила его и бессильно опустила сумку на пол. На ковролин у кресла неслышно выкатилось крепкое зеленое яблоко, для Ульяны.

«Ну, и напряженный денек!» – прочитала она, быстро смаргивая обильные слезы.

Некоторое время она в оцепенении пялилась на буквы, и только потом медленно напечатала:

Ужасный!

«Ты чем-то расстроена? Что случилось?»

Слеза капнула прямо на экран, и она стерла ее рукавом. Обида колола в самое сердце, клавиши расплывались. Пальцы промахивались, вязли в пустоте.

Случайно услышала, что обо мне говорят в офисе.

Ксения Васильевна вытерла глаза тыльной стороной ладони, измазав ее в туши.

«Сочувствую. Сотрудницы?»

Да. Я думала, подруги.

«Чем я могу тебе помочь?»

Она даже покачала головой.

Мы знакомы два дня. В чате. Чем ты мне поможешь?

«Советом. Может, тебе домой пойти? Как будто заболела?»

В последний раз она болела ровно на этом вот месте, обложенная платками и лекарствами. А сотрудники, чтобы не заразиться, подсовывали документы ей под дверь.

Ответить она не успела: телефон заверещал прямо в руке. «Шеф», – высветилось на экране, и она поспешно приняла вызов.

– Ты где? – спросил без предисловий.

– У себя, – испуганно пискнула она.

– Хм, а мне говорят, опаздываешь. Доделала расчёты?

– Нет, – смутилась она.

– Ну сегодня доделай тогда, хорошо?

– Там…эээ… много, Александр Маркович. Мне сегодня зарплату начислять, не успею.

Слышно было, как он усмехнулся:

– И что ты мне предлагаешь? – вопрос прозвучал резко. – У меня завтра презентация, мне расчёты нужны.

– Я вчера сидела до одиннадцати, – вспыхнула она.

– Ты же знаешь, Ксюш, – его голос смягчился. – Мне больше некому доверять, кроме тебя. Ну, сама посуди, кого мне просить? Не Аню же. Надо, чтобы человек соображал. Так что, моя хорошая, я на тебя рассчитываю!

Он отключился, не прощаясь. Она вздохнула, положила телефон на светлый шпон стола. Наконец-то сняла пальто, так и не заметив полуоторванный рукав, повесила на плечики в углу. Потом достала из сумки громоздкий ноутбук и больше уже не прерывалась, даже на обед.

«Пора домой, – снова ожил телефон в шесть вечера. – Что едят на ужин умные и красивые женщины?»

Если ты обо мне, я ем салат.

«Ты любишь салат? А я вот мясоед, обожаю баранину!»

Да, – уже набрала она и занесла палец, чтобы отправить, как вдруг вспомнила вчерашний обед, и ее даже затошнило от возникшего во рту привкуса кунжутной заправки. «А это полезно», – сказала тогда МарьМихална. «И выводит токсины», – добавила Ульяна. Ксения Васильевна подумала, что вряд ли ее токсины настолько нервные, чтобы испугаться кунжута, но салат послушно дожевала до последнего хлорофилла.

Я тоже мясоед, – написала она поспешно. – Но не знаю, люблю ли баранину.

«Как ты можешь не знать? – веселый смайл. – Интригуешь просто. Тогда хотя бы расскажи, как ты выглядишь? Уверен, ты настоящая красавица»

Красавица взглянула в слепое вечернее окно. Там, будто в кривом зеркале, отражалось ее лицо с темными провалами, вместо глаз. Врать не хотелось, но и разочаровывать его тоже. Никто никогда не предлагал ей помощь, а он предложил. Но офис, даже опустевший, совсем не располагал к такого рода рассказам. Поэтому она собралась и пошла домой, намереваясь поработать после, перед сном. Цветная шапка так и осталась ночевать на столе.

При входе в квартиру Ксению Васильевну встретил пристальный мамин взгляд. Ее портрет висел на стене напротив, в спальне. Место над кроватью дочери мама выбрала сама еще при жизни. Оттуда просматривалась большая часть прихожей, и Ксения Васильевна почти в любой момент могла свериться со строгим камертоном материнских глаз: верно ли она живет? Сегодня, к примеру, она намеревалась жить неверно.

Ксения Васильевна села на удобный пуф, на минуточку прикрыла глаза и с наслаждением вдохнула знакомый запах своей квартиры. После медленно разулась, осторожничая с больной ногой, и одним движением поставила обувь на место. Поднялась, повесила пальто на плечики. Встала у большого зеркала в прихожей, неуверенно потопталась. (Что за обезьяньи ужимки, посмотри на себя! Докатилась, пишешь незнакомому мужику!) Чтобы написать хорошее, смотреть придется не как обычно, мельком, мимо души, а внимательно.

У меня темно-карие глаза, – запинаясь на каждом слове, набрала она. – Волосы каштановые, кудрявые. Короткие, за это дразнят Одуваном, – смайлик. Она напряженно, до морщины между бровей, всматривалась в нос, рот, шею. В грудь, – но о ней-то уж точно ни слова.

Очень белые зубы, – умолчала про щель между верхними передними. И в последний момент все же сорвалась: – Еще я слишком высокая. 180 см.

«Ого, классный рост! Но я выше – 186!»

Она улыбнулась экрану, ей даже стало немного легче дышать. (Такая дылда никому не нужна, мужики-то все мелковаты. А если еще и каблуки, как у приличной женщины, то коротать век либо с недомерком, либо одной). Как хорошо, что этот – не недомерок. Хоть она и не будет коротать с ним век.

«Ну, как твой салат?»

Она прошла на кухню, набрала чайник, включила. Ей, может, тоже надо что-нибудь спросить? Как твоя баранина, например. А что в твоем стакане – вода? Ты, наверное, в рубашке? Ты дома? (Имей гордость, ты же девочка!)

А ты как выглядишь?

«Я тощий длинный брюнет, курю, ношу джинсы и свитер».

(Ну что, довольна? Еще и курит!)

Прости, надо закончить работу, опять придется сидеть допоздна.

«Зачем ты работаешь сверхурочно? Тебе за это платят?»

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «ЛитРес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на ЛитРес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.