Лунная башня

Пролог

Мир горел, мир сгорал, но продолжал биться в агонии. Пламя от бесчисленных пожаров поднимало в небо волны пепла, покрывая всё на своём пути. Невыносимый жар убивал всё живое. А ужасающее алое зарево пожаров обращало всех в бегство. По небу ползла тьма. Она словно черная плесень пожирала небо. Люди прятались, боролись и пытались выжить. Но огонь не знал пощады. Города тонули в пепле. Умирали, оставляя после себя руины. Страны исчезли в клубах дыма, оставляя лишь ничего не значащие названия. Всё горело, всё сгорало.

А потом на костях прошлого восстал из пепла священный город Дит. И в мире начали вновь появляться и расцветать поселения, образуя новые страны.

Но подобно новому пожару, человечество снова подняло в небо пепел, покрывающий всё на своём пути.

Глава 1. Новый пожар

Жерар лежал на траве в тени громадного дуба. Его лопата валялась неподалёку, сломанная пополам. Весь день он копал траншеи, думая о завтрашнем дне. Завтра бой и всё будет полыхать. Земля превратится в грязь и смешается с кровью. Трава почернеет от копоти, и даже старый дуб, у которого он лежал, сгорит. Но это будет завтра, а сейчас он хотел насладиться природой. Он лежал на спине и смотрел на небо. На пролетающих над ним птиц. Он чувствовал мягкую траву под собой, источающую жизнь. Жерар хотел сохранить в памяти этот момент.

– Сержант Янполь, – послышался знакомый голос, нарушивший тишину. Жерар вскочил на ноги и увидел капитана Кабернетти. Это был древний опытный солдат с аккуратной седой бородкой. На лысой голове у него красовалась фуражка с золотой кокардой в форме паука. Как всегда на нём была надета идеально выстиранная и выглаженная форма ядовитого зеленого цвета. На его фоне Жерар выглядел жалко. Весь в грязи, рубашка на половину высовывалась из штанов. Волосы топорщились в разные стороны. На сапогах был толстый слой глины. Капитан укоризненно оглядел Жерара с ног до головы.

– Где твоя лопата сержант? – он и так знал ответ, но, тем не менее, Жерар ответил.

– Сломалась пополам, когда я рыл траншеи, сэр, – немного подумав, он добавил. – Я не виноват. Это всё импланты, не могу к ним привыкнуть.

Кабернетти медленно перевёл взгляд на бесполезный мусор, который был когда-то лопатой, а затем снова на Жерара.

– Это у тебя и с винтовкой было? – капитан прищурился.

– Так точно. Я её слишком сильно сжал, когда стрелял по мишеням,– положение ухудшалось. Жерар начал думать, что ему влепят выговор и оштрафуют.

– Так не должно быть, – капитан начал задумчиво наглаживать свою бородку. – Сколько тебе лет?

– Двадцать, сэр, – ответил Жерар.

– Импланты лучше у молодых усваиваются,– капитан продолжал наглаживать бородку. – Сходи в лазарет, проверься. Скажи фельдшеру, что я тебя послал. А то ты нам тут всё переломаешь, – подумав не много, капитан добавил. – Но сначала заправься и сходи в штаб. Тебя вызывают.

Затем капитан развернулся и пошёл в сторону траншей. Жерар спешно начал поправлять свою форму, провожая взглядом Кабернетти. На спине у капитана красовался рисунок отвратительного паука. Эта тварь была на всех офицерских мундирах. Каждый раз, когда Жерар видел этих монстров, у него начинали бегать мурашки по всему телу. Паук смотрел прямо в его душу. Его восемь лап нежно обнимали спину капитана. И Жерару казалось, что паук хитро улыбается. Словно усмехаясь над тем, что люди творят друг с другом. Самое пугающее во всём этом было то, что в жизни они были ещё более отвратительными. Жерар всегда думал, что они ждут момента, когда людей останется меньше, чтобы захватить весь мир. Кабернетти удалялся всё дальше, забирая с собой чудовище.

– Проклятые пауки, – процедил сквозь зубы Янполь. Он встряхнул головой отгоняя мысли о коварных пауках и пошёл в сторону штаба.

Вокруг штаба крутились солдаты и наёмники. В основном они отдыхали и набирались сил перед боем. Сам штаб находился в сарае, вокруг которого были поставлены палатки. Они заняли эту заброшенную ферму три дня назад и устроили тут временный лагерь. Враг шёл в их сторону, и завтра до них должна была дойти огромная армия. Жерар вошёл в помещение. Внутри пахло потом и отчаянием. В центре сарая находился стол с картой местности на нём. И конечно десяток офицеров вокруг него, со спин которых на Жерара смотрели мохнатые мордочки. Мурашки снова побежали по всему телу. Один из офицеров посмотрел вопросительно на него.

– Сержант первого пехотного полка Жерар Янполь, – он отдал честь, приложив руку к голове, а затем продолжил. – Прибыл по вашему приказу.

Офицер улыбнулся и подошёл к Жерару. Это был главнокомандующий Галанд.

– Давайте поговорим на улице молодой человек, – сказал он. Улыбка на его лице растворилась, и Галанд стал очень серьёзным. И даже не много обеспокоенным.

– Ты ведь сын легендарного героя? – Жерар чувствовал, что это риторический вопрос. Они вышли из штаба, и он ответил.

– Да, маршал Дюбон Янполь мой отец.

Галанд тяжело вздохнул и вытащил из мундира запечатанное в белом конверте письмо.

– На базу в Наршиике была совершена атака, – главнокомандующий протянул письмо Жерару. – Твой отец был тяжело ранен и умер в госпитале. Перед смертью он написал тебе, – Галанд положил руку на плечо Янполю. – Мне жаль парень. Соболезную.

Галанд развернулся, показав рисунок паука, от которого Жерара начало подташнивать, и пошёл обратно в штаб. Жерар взглянул на конверт. На нём было написано: «Дорогому Жерару». Затем он усмехнулся и смял письмо.

– Прощай, старый урод, – затем он выкинул мятое письмо в лужу и пошёл в лазарет, который представлял собой палатку синего цвета.

В лазарете был только фельдшер. Раненых у них пока не было. И сюда ходили только с расстройством желудка, зубной болью и хламидиозом.

– Проходите, сержант. Присаживайтесь, – фельдшер указал на одну из коек. Его лысина блестела под наспех подвешенной лампой, а на лице у него была марлевая маска.

– Добрый день, – Жерар присел на койку. – У меня проблемы с имплантами. Сегодня лопату случайно сломал пополам. Ещё на стрельбище приклад у винтовки треснул.

Фельдшер достал из ящика резиновый мячик и сенсорный планшет.

– Сожми мячик, – сказал фельдшер и начал смотреть на показатели в планшете.

Жерар сжал без всякой жалости несчастный мячик. Его рука словно раскалилась.

–Я чувствую, как будто у меня кости горят. Но боли нет. И это часто происходит.

Фельдшер молча читал что-то в планшете. Лицо становилось всё серьёзней.

– Импланты не правильно прижились, – заключил он. – Такое иногда происходит. Нет повода для беспокойства.

Жерар вскочил с койки, выронив мячик. У него перехватило дыхание.

– Какого хрена! Вы издеваетесь! – начал он кричать. – Вытащите их из меня.

Фельдшер отшатнулся, но сохранил невозмутимый вид.

– Я отправлю запрос, и тебе проведут операцию. Их удалят. Нет повода для беспокойства, – фельдшер поднял с пола мячик и продолжил. – Твой организм неправильно отреагировал. Импланты укрепляют кости, иначе они бы сломались. И болевой порог снижен. Поэтому тебе кажется, что они горят.

Жерар выругавшись, вышел из лазарета и отправился к дереву, у которого он лежал ранее.

– Это всё он, – говорил себе под нос Янполь. – Это он во всём виноват.

Жерар снял свой мундир и начал осматривать своё тело. Импланты вживили пару месяцев назад, сразу после начала войны. До сих пор он не предавал значения своим шрамам. Жерар снова громко выругался. Кости снова начали гореть.

«Что они со мной сделали»? Он думал, что он станет немного выносливее. И это спасёт ему жизнь. Жерар смотрел на руки, на грудную клетку, и снова на руки. Всё тело было в маленьких шрамах длиной в 8 миллиметров. По четыре шрама на каждой руке и два в области сердца. Он ощупал спину и затылок. И там тоже были шрамы. Жерара начали посещать тревожные мысли. Что если их не смогут вытащить? Что если станет хуже? Жерар начал делать глубокие вдохи и выдохи, стараясь прийти в норму.

– Нужно успокоиться, – говорил себе Жерар. – Всё будет хорошо. Соберись тряпка. Завтра будет бой. Нужно выжить. Я выживу.

Он надел мундир и пошёл к казармам. Ему стало легче, но беспокойство осталось. Он вошёл в небольшую палатку, где располагались сержанты. Вместе с ним здесь ночевал его друг Рауль, с которым он окончил военное училище.

– Дерьмово выглядишь, Жерар, – сказал Рауль. Он сидел на койке с телефоном, скорей всего переписывался со своей девушкой. – Тебя не было на вечерней поверке.

– Я был в лазарете, – буркнул Янполь и лёг на койку. – У меня неправильно прижились импланты. Я сломал лопату. Ах да, и ещё у меня умер отец.

Рауль вскочил на ноги и обеспокоенно спросил.

– Ты как, дружище?

– Я в норме, – ответил Жерар, но это была ложь. Он не был в норме. Он чувствовал, что его заперли в чужом теле. Он уже давно это ощущал и до сих пор он врал себе, боясь это признать. А ещё он злился, но не на отца к своему удивлению, а на самого себя. Жерар закрыл глаза, представляя себе прекрасный дуб, у которого он лежал. И злость отступила.

– Ты точно в норме? – прозвучал голос Рауля, разрывая в клочья его фантазию. – Соболезную по поводу отца.

– Мой отец был двуличной скотиной, – сказал, не поднимаясь, Янполь. – А завтра нас всех убьют. Так что я в норме.

– Я понял, не буду тебя трогать, дружище, – расстроено сказал Рауль.

Жерар начал вспоминать своё детство на ферме, на которой он жил вместе с матерью, до того как в их жизнь вернулся отец. И вскоре Янполь погрузился в сон.

Рёв сирены вырвал всех из сна. Они вскочили и начали одеваться.

–Ну что ж, началось, – произнёс Рауль, голос его дрожал.

Жерар пристегнул шлем к голове. На нём конечно же был изображен паук. Они выбежали из казармы к центру лагеря, где им выдали винтовки и патроны. Квартирмейстер с недоверием глянул на Жерара, когда выдавал ему оружие.

– Аккуратнее, – сказал он хмурясь.

Янполь закинул винтовку за плечо и побежал к окопам с остальными. Сирена продолжала реветь. Было часа два до рассвета, так что вокруг царила тьма. Жерар освещал себе путь фонариком, чтобы не убиться ещё до начала боя. Наконец он добрался до окопа и занял позицию для стрельбы. Рауль затаился рядом. Сирена заткнулась, одарив всех тишиной.

– Готовьтесь, – послышался голос капитана Кабернетти. Он стоял в стороне и смотрел в бинокль с ночным зрением. – Скоро станет светлее. Стрелять по моей команде.

Жерар зарядил винтовку. Впереди было огромное чистое поле. Больше он не видел ничего. Янполь оглядел окопы. Их было около двух сотен. У них были танки и артиллерия. Их задачей было сдерживать силы противника. Сердце колотилось в груди у Жерара, пытаясь вырваться на свободу и убежать.

Начался грохот и яркие вспышки в дали. Работала их артиллерия. Вскоре разорвала ночное небо авиация. Самолёты сбрасывали вдали бомбы. В них стреляли в ответ, несколько самолётов вспыхнуло, и они упали за горизонт. Небо окрасилось в алый цвет. Жерар начал лучше видеть, что вокруг происходит.

«Что я здесь делаю?» – думал он. Рядом с ним сидел Рауль, прижавшись спиной к окопу, и молился. Вдоль всего окопа торчали головы в шлемах с нарисованными паучками. Внезапно на горизонте появились яркие вспышки молний. Но грома не было.

– Проклятье,– ругнулся Кабернетти. – Это буревестники.

По окопу пошли перешёптывания. Рауль начал молиться в два раза громче. Волосы на теле Жерара встали дыбом, словно стали живыми и тоже не хотели во всём этом участвовать. Он почувствовал резкий металлический запах озона. На горизонте возникли буревестники. Жерар раньше никогда их не видел. Ходили лишь слухи. Вокруг них было силовое поле. Они неуязвимы для любого оружия и выпускали энергию похожую на молнии. Буревестники двигались в их сторону. Они походили на обычные танки, но с длинными шипами по всей броне. Подобно змеям вокруг них извивались электрические разряды. Они очень быстро приближались, внушая непреодолимый ужас. Один за другим самолёты падали, сгорая дотла в странном жёлтом пламене. В них били молнии, сбивая с алого неба. Затем Жерар заметил человеческие фигуры рядом с буревестниками.

– Огонь по пехоте, – скомандовал капитан Кабернетти.

И начался пожар. Люди падали истекая кровью. Всё вокруг горело, и было светло как днём. Вражеская артиллерия била по их окопам. Краем глаза Жерар заметил, как взрывной волной снесло тот самый дуб, под которым он лежал. А вся земля превратилась в коричневую безжизненную массу. Жерар стрелял по силуэтам, и те падали. Снаряды артиллерии попадали по буревестникам, распространяя пламя по полю. Но они продолжали приближаться. Когда закончились патроны, Жерар повернулся к Раулю, чтобы взять у него. Но тот лежал с простреленной головой. Молитва не помогла Раулю. И ничто не поможет Жерару. Отчаяние охватило его. Приклад винтовки с хрустом треснул. Кости снова начали гореть, и он вжался всем телом в окоп. Кабернетти орал, чтобы все продолжали стрелять. На поле выехали их танки. Но всё это было бесполезно. По окопам начали бить молнии. Всё горело. Танки сгорали в жёлтом пламене. В Кабернетти попала молния и тот тоже загорелся. Отовсюду слышались крики боли. У Жерара потекли слёзы.

«Всё кончено. Я сейчас умру» – пронеслось у него в голове. Из их окопов уже никто не стрелял. Он ничего не видел, всюду был огонь. И били молнии. Жерар закрыл глаза, думая о матери. Он вспоминал детство, огромный дуб и траву под собой. В надежде забрать всё это с собой.

Яркая вспышка охватила его тело. Превращая все его надежды в прах. Всё горело. Всё сгорало. И всё умирало. Вместе с Жераром.

Глава 2. Человек в фарфоровой маске

Небо заволокло тёмными как пепел тучами. Из земли тянулись прямоугольные надгробия, словно пытаясь взлететь. У каждого в центре был аккуратно вырезанный круг, через который задувал ветер. Они олицетворяли пустоту в каждом человеке. Каждый терял кого-то или что-то, кто-то терял самого себя. И так рождалась пустота. Жерар смотрел на всё это мрачное великолепие через окно больничной палаты и думал о своих потерях. Его голова была полностью замотана в бинты, оставляя небольшой разрез для глаз. Доктора сказали, что он выжил только благодаря имплантам. Пострадало его лицо, и теперь он боялся увидеть то, что скрывается под бинтами. И потому просто стоял и смотрел в окно на кладбище города Наршиик.

– Там нет твоего отца, – послышался позади голос главнокомандующего Галанда. – Его тело перевезли на запад в родной город. Были бы у него импланты как у тебя, может и выжил бы. Тебе ведь их так и не сняли?!

Жерар повернулся к Галанду и спросил:

– Как идёт война? Я уже несколько месяцев здесь и никто мне ничего не говорит.

– Война идёт к концу, – Галанд улыбнулся и похлопал Жерара по плечу. – Друг твоего отца генерал Арно прислал за тобой. Он сейчас в священном городе Дит, – затем Галанд ободряюще подмигнул Жерару. – Нечего тебе тут делать. Тебя переводят туда, сержант.

Жерар не знал, что Арно и его отец дружили. И что его ждёт в городе Дит? Он никогда там не был и слышал только безумные истории о нём. Воскресший город, подаривший человечеству новую жизнь. Родина безумных фанатиков, поклоняющихся паукам. Тело его матери отвезли туда. Он так и не попрощался с ней.

Жерар вышел вместе с Галандом на улицу. На нём был его верный мундир, сильно посеревший после стирки. Его отмыли от собственной крови Жерара. Снаружи ждал грузовик. В него спешно загружали медицинское оборудование. Рядом с ним стоял местный врач, и активно жестикулируя руками, что-то кричал водителю. Главнокомандующий подбежал к нему.

– Я ещё раз повторяю, – крикнул ему Галанд. – За вами заедет автобус этим вечером. Вас отвезут в аэропорт. Сейчас там давка, вам не улететь. Мы решаем вопрос.

Затем он повернулся к Жерару.

– Мы уже заканчиваем загружаться. Я остаюсь здесь, а ты вместо меня садись, – Галанд показал пальцем на кабину грузовика. За рулём сидел бородатый мужик, похожий на обычного наёмника.

– Возьми это, Жерар, – он передал стопку бумаг. – Здесь твоё личное дело, паспорт и распоряжение о переводе. Тебя отвезут в порт. Сейчас это единственный способ для тебя добраться до города.

Жерар убрал документы за пазуху и спросил:

– Но что мне делать в городе? Зачем я нужен генералу Арно?

– Раз тебя переводят в Дит, значит ты там нужнее. Удачи, сержант, – Галанд отдал честь и вернулся к спору с врачом. Жерар устроился на пассажирском сидении в кабине грузовика.

– Сержант первого пехотного Жерар Янполь, – он протянул руку водителю в дружеском приветствии и попытался улыбнуться, но затем вспомнил что этого не видно под бинтами.

–Дюк, – сухо пробурчал наёмник и пожал руку Жерара. Затем он завёл двигатель, и они отправились в путь по улицам города.

Жерар заметил, что улицы Наршиика были безлюдны. Витрины в магазинах разбиты. Повсюду царил беспорядок. Всю ночь Янполь промучился от кошмаров и не слышал никакого шума с улиц. Затем он вспомнил разговор Галанда с доктором и решил спросить.

–Дюк, я немного отстал от жизни. В палате не было телика и со мной не особо общались. Что происходит? Где все люди?

–Да? И этой штучки у тебя нет? – Дюк достал, держа одной рукой руль, из внутреннего кармана смартфон.

– Нет. Я рос на ферме далеко от городов. У меня на такое не было денег.

Дюк усмехнулся и начал что-то искать в смартфоне. Затем протянул его Жерару.

–Ну, что ж, у меня есть новости для тебя, сержант, из вашего города Дит.

На смартфоне включилось видео без звука. Там была большая площадь с кучей народу. В центр вывели нескольких мужчин в разорванной одежде. Они были сильно избиты, но Жерар узнал их. Это был весь верховный совет. Правительство и даже мэр города Дит. Внезапно их начали закидывать камнями. Камни летели со всех сторон. По площади потекла кровь. Даже когда они падали на землю, в них продолжали кидать камни. Он выключил видео и отдал обратно телефон.

– Класс да?! – засмеялся Дюк. – Я раз пятнадцать пересмотрел. Мэру потом уши отрезали.

– Что за хрень? – воскликнул Жерар.

– Это, сержант, называется революция, – Дюк быстро закинул в рот сигарету и зажёг её, а затем продолжил. – Наш бравый генерал Арно договорился с врагом с республикой Гарвант. Правительство желало продолжения войны, так что они в сделку не входили, – Дюк снова засмеялся. Грузовик выехал из города, и они уже двигались по пустому шоссе в сторону морского порта, через бескрайние зелёные поля. Затем он затянулся сигаретой и продолжил. – Теперь Арно правительство. Все кто его не поддержал, мертвы или сбежали. Но есть хорошая новость, боевые действия окончены. Так что я возвращаюсь на родину, как только мне заплатят.

– Мы заключили мир? – оживился Жерар.

Дюк чуть не поперхнулся сигаретой. Быстро докурил её и выкинул в окно в зелёную траву. Затем продолжил.

–Ты что, сержант, оглянись. Идёт эвакуация полным ходом. Теперь это всё принадлежит республике Гарвант.

– Мы проиграли? – горечь подступила к горлу Жерара. – Значит, я потерял ферму. Я хотел вернуться туда после войны.

– Ну, не переживай парень, – подбодрил его Дюк. – У вас остался священный город Дит. Арно договорился, чтобы город и прилегающую территорию не трогали.

«Арно договорился, договорился» – звучало в голове у Жерара. Он всё потерял. Всё что у него было. И теперь ему очень хотелось поговорить с другом своего отца.

Наконец они подъехали к морскому порту. На деревянном пирсе стояла очередь. Они садились на причалившее пассажирское судно. Так же у порта было припарковано множество машин. Их просто здесь бросали и садились на корабль. Дюк как мог, припарковал грузовик между брошенными машинами, и они вышли из кабины. Вдоль берега тянулись бесконечные складские здания, со стороны которых к ним подошли вооружённые солдаты.

– Я от главнокомандующего Галанда, – сказал им Дюк. – Привёз медоборудование и этого.

Он показал пальцем на Жерара. Тот представился и его повели к пирсу. Приблизившись к кораблю, он смог разглядеть его имя «Офелия». Это был старый начинающий ржаветь корабль. Он был призрачного белого цвета, не считая ржавых пятен. Он явно не мог уместить всех людей. У Жерара промелькнуло сомнение в том, что судно сможет доплыть.

– Сохраняйте спокойствие, – слышался голос с корабля. – Будет ещё судно и вас всех вывезут.

Жерара молча вели мимо толпы к кораблю, расталкивая людей. Он обратил внимание, что люди были в основном пожилого возраста. И они смотрели с большим недовольством на него. Жерар поднялся на борт, где его встретил капитан. У него была седеющая длинная брода. А на груди красовались золотые медали в форме пауков. Янполь вытащил свои документы и передал капитану.

– Сержант первого пехотного полка Жерар Янполь, – представился он.

Капитан удивлённо посмотрел на документы, затем сказал.

– Я слышал, что ты ранен. Но не ожидал такого, – он скинул документы. – Сочувствую сержант.

«Сочувствую» – пронеслось в голове Жерара. Он дотронулся до бинтов на лице. Станет ли он прежним?

– Мы ждём ещё нескольких человек, – продолжил капитан. – Потом отплываем в Дит.

Жерар решил остаться на палубе. Он подошёл к борту корабля и начал ждать, вдыхая солёный морской воздух. Помимо него на палубе было ещё несколько человек. В основном это были модно одетые местные богачи, но были и представители среднего класса, потерявшие всё, как и сам Янполь. Один человек выделялся среди всех. Это был проповедник. На нём была яркая красная мантия с нарисованным черным пауком на груди. Паук был очень реалистичным и выглядел так, что вот-вот спрыгнет с мантии и убьёт всех на корабле.

– Пусть никогда не покидает вас любовь и верность к Нему, – говорил он. – Напишите их себе на скрижали своего сердца. Тогда вы завоюете благосклонность и доброе имя в глазах Его. Во всех отношениях признайте Его, и Он сделает ваши пути прямыми.

Во время проповеди он размахивал руками, пытаясь то ли взлететь, то ли уплыть к небу. И выглядел абсолютно безумным.

– Вот блин, – послышалось восклицание.

Это был новоприбывший, обвешанный сумками и чемоданами. Ему было примерно как Жерару. Он был небольшого роста и немного полноват, молодой, с хитрой ухмылкой и короткими светлыми волосами. С ним была молодая симпатичная девушка. Судя по животу, она была на девятом месяце беременности. Они озирались по сторонам.

– Если капитана зовут Харон, то я прыгаю за борт, – новоприбывший залился звонким смехом. – Лучше вплавь.

К нему подошёл капитан, проверил документы, а затем скомандовал.

– Больше не будем ждать, отчаливаем.

– «Офелия» отличное имя, кстати, для корабля, капитан, – саркастично заявил новоприбывший.

Корабль тронулся с места и начал отчаливать, оставляя позади людей на пирсе. Новоприбывшие отправились к каютам. Проходя мимо Жерара, он взглянул на него и произнёс.

– Ну, хоть человек невидимка с нами, – новоприбывший тепло улыбнулся и отправился с девушкой в каюты.

За ним последовали остальные люди, и вскоре Жерар остался один, не считая проповедника. Тот стоял неподвижно, закинув голову, и смотрел в небо. Они всё дальше и дальше отплывали от берега. Впереди был бескрайний горизонт, а за ним на другом берегу был священный город Дит. Янполь смотрел на бегущие волны. На секунду он подумал, заметит ли кто-то, если он спрыгнет за борт. Но он тут же прогнал мрачные мысли. Но легче не стало. Он чувствовал себя холодным могильным камнем, на который он смотрел утром. И ощущал внутри вырезанную дыру. Жерар повернулся к проповеднику. Он мало знал о таких как он. Они верили, что их Бог спас человечество после великого пожара. И люди возродились в священном городе Дит. Но его мать говорила, что это ложь. И таких мест было много. Тем не менее, она верила, что Он существует. Жерар снова взглянул на проповедника. Тот словно читая его мысли, повернулся и произнёс.

– Ищешь спасения? Цель? Дорогу в потёмках?

Жерар установился на изображение черного паука на мантии и спросил

– Я никогда не понимал. Почему пауки?

–Мы их так не зовём, – проповедник улыбнулся и распахнул мантию на груди. Из под одежды выглянула мохнатая голова размером с кулак. И посмотрела на Жерара всеми восьмью маленькими чёрными как изюм глазами. У него перехватило дыхание, ноги стали ватными и его начало подташнивать. Проповедник, не замечая этого, продолжил. – Это сородичи. Когда мы нашли Его во время великого пожара, сородичи помогли нам выжить. Они Его слуги.

У Жерара начала кружится голова. Проповедник спрятал обратно паука под мантию.

– В священном городе Дит запрещено убивать сородичей, – продолжил проповедник. – Мы заботимся о них. Делаем из их паутины шёлк. А когда они умирают, мы поедаем их плоть.