- -
- 100%
- +
1. Фарфоровый кабан
Юлдуз уволили.
Ее просто выкинули за стеклянные двери гипермаркета, как нашкодившего котенка.
Дело давно к этому шло.
Хрупкая, будто лилия, Юлдуз совсем не была расторопной и ловкой. Тоненькая юная смугляночка с трудом выстаивала тринадцатичасовую смену. Случалось не раз: ошибалась, расставляя товары по полкам.
Помимо прочего – от работницы торгового зала требуется покорно гнуться перед начальством. Молча и не морщась проглатывать унижения. На языке менеджеров это называется «стрессоустойчивость».
Тут Юлдуз явно не дотягивала до корпоративных стандартов.
Плакала от каждого несправедливого замечания и язвительного упрека. Так что другие девочки забывали про работу и гурьбой бросались утешать Юлдуз.
Можно представить, как по-тигриному свирепела от этого госпожа-администратор!..
Администрация копила свой гнев на Юлдуз – раздуваясь потихоньку, как рыба-фугу – пока неосторожная тюркская девушка не разбила фарфорового кабана в отделе сувениров.
Это стало последней каплей!..
Задыхающаяся от ярости начальница Ирина матерно обругала Юлдуз перед продавщицами и покупателями.
– Ах ты… шалава!.. Псина!.. Любовница своего отца!.. Немедленно собирай манатки – и вали… вали с глаз моих долой!.. Ты уволена!.. И не вздумай требовать расчет: вся твоя зарплата уйдет на покрытие убытка, который ты нанесла магазину… Бегемотиха в посудной лавке, млин!..
…Стоял поздний август. Листья – желтые и ржаво-коричневые – облетали с черных деревьев.
Юлдуз – понурая, в потертой курточке – брела по аллее. Прохладный ветер играл с темными волнистыми волосами девушки. Слезы все еще увлажняли ее миндалевидные глаза.
Разглядывая трещины в асфальте под ногами – Юлдуз думала о многом.
Как теперь быть?..
Надо платить за койко-место. Надо отсылать деньги маме на родину. Надо – в конце концов – что-то есть. Хотя бы хлеб и макароны…
О, Аллах!.. Как трудно выживать в негостеприимной расейской столице – в этом жестоком мегаполисе, похожем то ли на бурный океан, то ли на гигантский разворошенный муравейник…
В кармане Юлдуз завибрировал телефон.
Девушка приняла вызов.
– Здравствуй, дочка, – по-тюркски сказала мама.
– Салем, мама, – так же по-тюркски ответила Юлдуз.
– Как дела у тебя, душенька?..
– Все… хорошо.
Девушка напряглась. Но заставила свой голос звучать спокойно и ровно.
– Юлдуз, – сказала мама. – Твоей маленькой сестричке нужны подгузники и молочко…
– Да… – уже не так уверенно откликнулась Юлдуз. – Я пришлю деньги… через несколько дней.
– Звездочка. У тебя точно все в порядке?.. – настороженно поинтересовалась мама.
– Д-да, мамочка. Все… все замечательно.
– Береги себя, родненькая.
– И ты себя береги. Поцелуй от меня сестренку.
– До свидания, Юлдуз.
– До свидания, мама.
Юлдуз спрятала телефон в карман. Сделала несколько шагов – и остановилась.
Сердце ее трепыхалось, как птичка в силках. Девушка едва сдерживалась, чтобы не расплакаться.
Ярко-желтый навес еще работающего летнего кафе.
Юлдуз взяла стаканчик горячего шоколада с молоком – и приземлилась за пластмассовый столик.
Ее тонкие пальчики дрожали. Обжигающий напиток чуть не выплескивался через край бумажного стаканчика.
Юлдуз всхлипнула. Но постаралась взять себя в руки.
«Итак… меня уволили… Мама ждет денег… Я должна найти работу… Ничего, ничего, Юлдуз. В расейской столице много, много работы…».
Не допив свой шоколад – девушка покинула кафе.
2. Черный список
– А я говорю: не надо тебе устраиваться уборщицей!..
Полная, лоснящаяся, как от масла, двадцативосьмилетняя Жанна – соседка Юлдуз по комнате – вертелась перед зеркалом.
Женщина красила губы в кроваво-красный цвет. Она уже нанесла на ресницы радикально-черную тушь и подвела глаза фиолетовым.
– Подумай сама, Звездочка. Сколько ты заработаешь мытьем полов?.. Не больше, чем в своем треклятом гипермаркете!.. А я готова предложить тебе дело, приносящее настоящие деньги… Подумай о сестре – в конце концов!..
Юлдуз слушала со слабой улыбкой. Не то что б девушка не понимала, к чему клонит разукрашенная соседка.
– Нет, Жаннушка. Спасибо, конечно. Но я должна попробовать. Мне так нелегко было записаться на эти два собеседования…
Это была чистая правда. За два дня Юлдуз позвонила – наверное – в полтораста компаний.
Первым вопросом рекрутеров было: «А какое, лапочка, у вас гражданство?..»
– Восточный Туркестан, – лепетала робкая, как лань, девушка.
– Извините. Вы нам не подходите.
У Юлдуз не было не то что расейского гражданства – но даже и вида на жительство.
Когда – устав от прозвона вакансий – Звездочка уронила телефон на диван и залилась солеными слезами, Жанна и предложила в первый раз:
– Только скажи – и я все устрою!.. Ты молода, красива. Бровки – как углем нарисованы. И тебе – скрести паркет?!.. Ты могла бы зарабатывать по несколько тысяч червонцев в день…
У Юлдуз только расширились от страха и изумления глаза и дрогнули лепестки-губы.
– Жанна, нет!..
Девушке таки удалось согласовать два собеседования. Одно – на должность уборщицы, другое – продавщицы.
– Я поехала, Жанна.
– Удачи, Звездочка!.. – продолжая гипнотизировать зеркало, отозвалась двадцативосьмилетняя дама.
Путь Юлдуз предстоял не близкий.
Стоя в переполненном вагоне электропоезда метро – она твердила про себя:
«Меня возьмут на работу. Возьмут. Возьмут. Возьмут. Я попрошу аванс – и отправлю деньги маме».
Кое-кто из пассажиров колол Юлдуз холодным презрительным взглядом. Выходя из вагона – девушка услышала глухой шепот за спиной:
– Понаехавшая… Раскосая… Азиатка…
В другое время чувствительная Юлдуз съежилась бы от таких слов. Но сейчас она даже не обернулась. Все ее мысли были о предстоящем собеседовании.
В комфортабельном офисе с золотыми рыбками в аквариуме и яркими натюрмортами на стенах Юлдуз встрела улыбчивая женщина в очках и деловом костюме.
– Так вы, красавица, к нам на вакансию уборщицы?..
– Д-да, – чуть запнувшись, подтвердила Юлдуз.
– Не робейте.
Не изменяя своему благожелательному тону – кадровичка задала девушке еще несколько вопросов.
Отметила елейный голосом:
– Кстати: вы здорово говорите по-русски.
Сердце Юлдуз учащенно забилось.
«Меня примут, примут на работу!.. Ура, ура!..
– Думаю: вы нам подходите, – заключила мадам в очках. – Осталась чистая формальность: проверить вас по базе.
Безмятежная, как кошка – Юлдуз откинулась на спинку кресла.
«Пусть проверяет. Я преступлений не совершала и с миграционной картой у меня все в порядке…».
Мадам поправила очки, перевела взгляд на экран компьютера.
– Так-с.
Юлдуз не сразу заметила, что черная тень наползла на лицо кадровички.
– Так-с… Вы у нас Юлдуз Аманбаева 20… года рождения?..
– Д-да…
– И вы три дня назад были уволены из гипермаркета «Добрый кролик» за порчу имущества?..
Краешки губ кадровички были опущены. Она сверлила Юлдуз острым взглядом.
– Я… я… – попыталась что-то сказать девушка.
– Ничего не говорите, – резко перебила мадам. – Вы приехали в чужую страну и… вместо того, чтобы честно трудиться – нанесли ущерб своему работодателю, который платил за вас налоги. И после этого – как ни в чем не бывало заявляетесь требовать место уборщицы?!..
Улыбчивая женщина в одну секунду превратилась в злую кикимору.
«Фарфоровый кабан!..» – пронеслось в мозгу Юлдуз.
Она вспомнила: осколки на полу, истерично орущая Ирина…
«За это меня занесли в черный список работников», – поняла Юлдуз.
Кикимора так и пилила девушку глазами.
Юлдуз даже не попыталась оправдываться, защищаться.
Когда она вышла на улицу – по щекам девушки текли слезы.
В уютном скверике Юлдуз присела на лавку – и долго смотрела в голубое небо. Зелено-желтые кроны деревьев шелестели под прохладным ветром.
Девушке хотелось умереть.
Но она была по-своему сильной натурой.
«Я не должна сдаваться. Не должна».
Юлдуз выпрямилась.
«Пусть меня занесли в черный список. Не все работодатели смотрят базу. Во всяком случае: мне назначено еще одно собеседование. Я попытаю счастье.
Через минуту юная тюрчанка шагала в сторону метро.
3. Моржовые усы
Магазин, куда Юлдуз надеялась утроиться продавщицей, располагался в тихом спальном районе – на первом этаже высотки.
В клубе пестрели цветы. На площадке гоняли мяч беззаботные дети. Пушистый рыжий котяра развалился под скамейкой. Голуби клевали какие-то крошки.
Юлдуз невольно улыбнулась.
Отчего-то ей стало спокойно на душе.
«Не может ведь мне все время не везти».
Девушка поднялась по ступенькам под вывеску «Продукты», достала телефон и позвонила.
Директор магазина сам вышел встретить Юлдуз на порог. Это был упитанный добродушного вида мужчина с моржовыми усами.
Он приветливо кивнул:
– Здравствуйте, Юлдуз. Пойдемте.
Директор и девушка прошли через торговый зал, мимо стеллажей с морепродуктами, хлебобулочными изделиями и сырами.
Завернули в подсобку.
– Присаживайтесь, – пригласил мужчина.
Юлдуз опустилась в кресло.
Ее вдруг охватило запредельное волнение. Пульс зашкаливал.
– Но-но-но!.. – воскликнул директор. – Не надо так переживать!.. Выпейте воды.
Директор оказался настолько галантным, что сам подал девушке стакан.
– Спасибо, – слабенько улыбнулась Юлдуз.
– Вы напряжены, как струны церковного органа, – пошутил директор.
Сел в кресло напротив Юлдуз.
– Итак – вы к нам на должность продавщицы?.. Имеете опыт работы в торговле?..
– Я работала в гипермаркете «Добрый кролик», – ответила девушка.
– Замечательно!.. Превосходно!.. – мужчина улыбнулся в моржовые усы и захлопал в ладоши.
Юлдуз перевела дух и проговорила:
– Скажу вам правду. Из гипермаркета меня уволили. Потому что я… разбила сувенир… Случайно.
Директор сочувственно улыбнулся и покачал головой.
– Юлдуз. Я знаю: в «Добром кролике» сотрудники ужасно перерабатывают. Вы – должно быть – здорово устали за смену. Оттого сами не заметили, как опрокинули этот злополучный – хрупкий, как яичная скорлупа – сувенир…
Юлдуз не поверила своим ушам.
Важный усатый русский дядька так хорошо ее понял!..
Уму непостижимо!..
Глаза девушки засияли.
А директор похлопал себя по коленке и сказал:
– Юлдуз. Забудьте, что было в монструозном «Кролике». Я предлагаю вам работу в нашем маленьком уютном магазинчике. Будете раскладывать товар по полкам и иногда стоять за кассой. Ничего пыльного. И зарплата выше, чем в среднем по рынку. Мигните – и работа ваша.
– Правда?..
Юлдуз не удержалась – и рассмеялась, как дитя.
В воображении ее поплыли радужные картины.
Работа в «Продуктах», за достойные деньги, под началом невредного директора… О чем еще мечтать скромной девушке-мигрантке?..
Добрый дяденька с моржовыми усами – конечно – не откажет в авансе. И Юлдуз пошлет перевод маме…
Сестра не останется без распашонок и детских смесей…
– Правда?.. – снова спросила расцветшая, как роза, Юлдуз. – Вы берете меня на работу?..
Директор пристально посмотрел в лучистые глаза девушки.
– Да, Юлдуз. Если желаете – работа ваша. Осталась самая малость…
– Какая?.. – беспечно поинтересовалась девушка.
Директор кашлянул.
– Вы взрослая мадмуазель. Вы понимаете: все под луной имеет свою цену. Чтобы я взял вас на работу – вы должны кое-что сделать для меня… прямо сейчас.
– Что сделать?.. – уже настороженно, нахмурив полумесяцы бровей, спросила Юлдуз.
– О, говорю же: самую малость!.. Вы просто сделаете мне хороший минет. Ну как?.. Готова, красавица?..
И директор принялся расстегивать штаны.
– Ми-нет?..
Юлдуз бросило в дрожь.
Агатовые глаза девушки едва не выкатились из орбит.
Она подумала, что ослышалась. Что плохо понимает русскую речь.
Но беспощадный, как инквизитор, директор – потеребив моржовый ус – подтвердил худшие опасения Юлдуз:
– Да, милочка. Минет. Если ты не понимаешь это слово – скажу проще. Ты обхватишь своими прелестными вишневыми губками головку моего члена и нежно пососешь… чтобы я кончил в твой маленький ротик.
У Юлдуз помутнело перед глазами.
Ее скрутил ужас – точно антилопу, до которой долетел рык тигра.
– Как?!..
Директор не выглядел больше добряком. И был похож теперь не на моржа – а на грязного хряка с влажным похотливым блеском в заплывших жиром микроскопических глазенках.
Юлдуз задыхалась.
Есть ли вообще на небесах справедливый господь?!..
Почему невинная восемнадцатилетняя девушка – которая в жизни никому не желала зла – должна получать работу через унижение?..
Сломаться… Уступить негодяю…
А что дальше, Юлдуз?.. Что дальше?..
Ты будешь работать продавщицей под руководством обесчестившего тебя усатого подлеца. Ради мамы и сестренки.
Постараешься забыть о своем позоре. Возможно – даже снова начнешь улыбаться. Будешь делать хорошую мину при плохой игре. До тех пор, пока…
Пока сладострастный свин не затащит тебя снова в подсобку и опять над тобой не надругается.
А ты не посмеешь даже сопротивляться. Потому что ведь тебе нужна проклятая работа.
– Ну как, голубка?..
Директор не отрывал от Юлдуз горящего мерцающего взгляда.
Девушка поднялась с кресла.
– Отличненько. Иди к папочке, моя послушная девочка!..
Директор даже хрюкнул в предвкушении удовольствия.
– Бог вас накажет!.. – вспыхнула Юлдуз и птицей выпорхнула из подсобки.
Девушка не успела увидеть, какая звериная гримаса перечеркнула круглую физиономию директора, так и оставшегося сидеть с расстегнутыми штанами.
Плача, Юлдуз пробежала мимо стеллажей с продуктами к выходу из магазина.
Старушка-покупательница, выбиравшая макароны и крупу, посмотрела вслед молодой тюрчанке, перекрестилась и пробормотала:
– Свят, свят, свят!..
4. Тупик
Юлдуз сидела на скамейке – и плакала.
С шумом пролетали по автостраде машины.
Девушка обращала взгляд к плывущим по голубому небу ватным белым облакам и мысленно задавалась вопросом:
«Почему?.. Почему все так плохо?..»
Юлдуз не понимала: «Разве мне много надо?..»
Честно работать. Отправлять деньги маме. И себе оставлять на койко-место, прокладки, хлеб и овощи. Большего девушка не требовала от жизни.
Но отчего-то другим – даже самым нескромным грешникам – непостижимый Аллах щедро отсыпал из кормушки. А на пути Юлдуз только воздвигал препятствия.
Из-за разбитого фарфорового кабана девушка потеряла работу. А маме как раз понадобились деньги…
Юлдуз попыталась найти новую работу. Но…
Что делать?.. Что делать?..
Девушка почувствовала себя в душном каменном мешке.
Отчаяние захлестывало Юлдуз, как соленая морская волна.
В кармане завибрировал телефон. Достав гаджет, девушка взглянула на экран: звонила мама.
Внутри у Юлдуз что-то оборвалось. Она долго не решалась нажать «принять вызов».
Смартфон продолжал вибрировать.
Наконец девушка ткнула пальчиком в сенсорный дисплей, поднесла телефон к уху и сказала:
– Алло?..
– Алло, милая, – отозвалась мама. – Как ты?..
Юлдуз постаралась, чтобы голос не прозвучал надтреснуто:
– Все хорошо, мам.
Несколько секунд мать и дочь молчали.
– Звездочка, ты прости… – выдохнула мать. – Но деньги нужны… до конца недели…
Юлдуз ответила не сразу – но решительно:
– Деньги будут. Не переживай, мамочка.
– Хорошо. Спасибо тебе, родная. Храни тебя Аллах.
Спрятав телефон – Юлдуз горько разрыдалась.
Она не могла сказать маме: «Я не пришлю тебе денег». Но и не представляла, где эти проклятые деньги достать.
«Боже!.. Направь меня. Как мне выбраться из тупика?.. Где взять деньги для мамы и сестренки?.. Всемилостивый!.. Дай мне какой-нибудь знак!..».
Закрыв лицо руками – Юлдуз залилась слезами пуще прежнего.
Она плакала, пока не обессилила. А бог так и не ответил.
Юлдуз никогда не была атеисткой. Но сейчас усомнилась в благости и даже в существовании господа.
Девушка вытерла глаза и почти минуту смотрела прямо перед собой. В висках у Юлдуз шумело. Губы были плотно сжаты.
Девушка снова достала телефон.
– Алло. Жанна?.. Твое предложение еще в силе?..
5. Красное платье
На сковородке жарилась яичница с луком и кругляшками помидоров.
Юлдуз с кружкой кофе сидела за столом и как-то растерянно улыбалась.
А Жанна – с утра уже успевшая накрасить губы и подвести глаза – стряпала бутерброды и пела соловьем:
– Так-так-так, подруженька. Нам нужно плотно позавтракать: силы нам понадобятся. Потому что сегодня нам предстоят великие дела…
– Я начинаю свою новую карьеру?.. – с кислым смешком спросила Юлдуз.
– В яблочко!.. А вот и яичница сготовилась.
За едой Жанна продолжала болтать. При этом успевала орудовать вилкой и наворачивать бутерброды. Юлдуз же поклевала немного воробышком, а слов обронила всего-то два-три.
Когда завтрак был закончен – Жанна сложила грязную посуду в раковину и сказала с широкой улыбкой:
– Одевайся, милая. Пора ехать.
Жанна вызвала такси.
Пока мчались по улицам и проспектам – сияющая Жанна не прекращала говорить:
– Запоминай, Звездочка. Нам нужны: красное платье без рукавов, черные туфельки. Помада. Духи. И – само собой – презервативы.
– Жанна!..
Юлдуз залилась краской.
Водитель, крутящий баранку – многозначительно хмыкнул.
А Жанна потрепала подругу за щеку – и звонко рассмеялась.
Такси затормозило у роскошного ТЦ.
– Приехали, дамы.
– Спасибо, отец!.. – обольстительно улыбнулась Жанна. – Юлдузка, пойдем.
В сверкающем ТЦ грохотала музыка. Люди плотными косяками плыли по всем направлениям. Манили витрины, павильоны, бутики. У Юлдуз зарябило в глазах, закружилась голова.
– Смелее, душенька!.. – Жанна похлопала девушку по спине.
Подруги больше часа обшаривали ТЦ.
Они выбрали и ярко-красное платьице, и два флакончика духов, и помаду, и туфли. Не забыли заглянуть и в аптеку за презервативами.
За все заплатила Жанна.
С полной сумкой подруги зашли в кафешку на втором этаже ТЦ – и взяли по стакану морса. Жанна так и лучилась. Юлдуз трясло.
– Жизнь хороша, – глотнув морсу, сказала Жанна.
– Мне страшно, – призналась Юлдуз.
– Дурочка!.. – по-матерински рассмеялась Жанна. – Считай: десять кусков червонцев у тебя на карте. Ты помнишь все, о чем мы условились?..
– Помню… – пролепетала Юлдуз.
– Давай еще раз все проговорим. Я предоставлю тебе помещение, приведу клиента. За это с тебя – две тысячи червонцев из денег, которые он тебе заплатит. Плюс ты возместишь мне стоимость платья и всего остального… Впрочем, духи пусть будут моим тебе подарком. Тебя все устраивает, золотце?..
– Да, – тихо откликнулась Юлдуз.
– Вот и славненько, принцесса. Салатик какой-нибудь будешь?… Я угощаю.
– Н-нет. Спасибо…
– Ну да: мы с утра основательно закусили. Ну что – тогда едем?..
6. Два бокала
Такси отвезло подруг в спальный район, в котором Юлдуз никогда не бывала.
Возле подъезда высотки растопырил ветки тонкий клен. На замусоренном дворе каркали черно-серые вороны.
Юлдуз озиралась, как испуганная серна.
– Идем, идем, – подбодрила Жанна.
Ключом-таблеткой она открыла подъезд. Подруги поднялись на шестой этаж. Жанна отперла черную дверь.
– Проходи.
Женщина легонько подтолкнула свою юную нежную спутницу. Трепещущая Юлдуз переступила порог.
Стены малогабаритной квартиры были завешены пестрыми коврами. Почти всю комнату занимала широкая двуспальная кровать. На столике – ваза с красными цветами.
– Уютно тут. Не правда ли?.. – сказала Жанна.
Юлдуз всхлипнула.
– Я боюсь, Жанна.
– Понимаю: первый опыт. Погоди.
Жанна принесла с кухни бутылку вина и прозрачный бокал.
– Сейчас ты выпьешь немножко – и тебе полегчает.
Юлдуз часто заморгала:
– Что ты, Жанна!.. Алкоголь – это харам.
Жанна рассмеялась.
– А отдаваться чужому дядьке за деньги – не харам?.. Я так думаю: когда ты грешишь в Расее – Аллах не видит. Во всяком случае – он тебя простит.
Ноги уже не держали Юлдуз.
Она присела на край кровати.
Жанна налила вина в бокал. Протянула Юлдуз. Девушка взяла.
– Выпей, солнышко, – промурчала Жанна.
Напиток в бокале был алый, как кровь. Искристый. В каком-то странном оцепенении Юлдуз смотрела на вино.
– Выпей, – с настойчивостью повторила Жанна.
– Ладно…
Девушка поднесла бокал к губам. Сделала глоток. Поморщилась: вино горчило.
– Похоже на микстуру какую-то, Жанна.
Жанна засмеялась.
– Ничего, дорогая. Пей до дна.
Юлдуз послушалась. Она осушила бокал. Поставила бокал на столик и застыла, прислушиваясь к своим ощущениям.
– Ну как?.. – спросила Жанна.
– Юлдуз посмотрела на приятельницу заблестевшими агатовыми глазами. В голове у девушки гудело.
– Не знаю… Как-то… необычно…
– Вот и отличненько. Еще бокальчик?..
– Пожалуй – да.
Пока Юлдуз пила свой второй бокал – Жанна достала из кармана смартфон и позвонила.
– Алло, Антон, мой сахарный. Можешь приезжать. Девочка тебя ждет.
Жанна забрала у Юлдуз пустой бокал.
– Так, моя хорошая. Переодевайся. Клиент будет через полчаса.
Сердце Юлдуз екнуло.
Но после двух бокалов вина по телу ее разлилась легкость – а ум как бы заволокло туманом.
«Все будет хорошо», – сказала себе девушка.
Жанна помогла Юлдуз нарядиться в платьице и обуть туфли.
Затем Юлдуз накрасила губы помадой, опрыскалась духами и распустила свои длинные черные волосы.
– Красавица!.. – оценила Жанна.
Юлдуз стояла с опущенной головой.
– Веселее, Звездочка!.. – Жанна положила руку девушке на плечо. – В самом деле: веселее. Во время… процесса постарайся расслабиться. Тебе не обязательно будет больно.
Жанна выглянула в окно.
Под ветвистым кленом припарковалось желтое такси.
– О. Вот – кажись – и Антошка прикатил.
7. Девушка и Минотавр
Сахарный «Антошка» оказался тощим великовозрастным очкастым мужчинкой с полированной лысиной и начинающими седеть усами.
Подруги встретили гостя в прихожей.
– Заходи, заходи, дорогой!.. – сияющая Жанна обняла Антона и чмокнула в дряблую щеку.
Потом взяла у него пальто.
Юлдуз – у которой взрывалось сердце – топталась за спиной у Жанны.
– Здравствуйте, дамы!.. – лихо салютовал Антон. – Как ваше ничего?..
– Ты приехал, Антош, и мы счастливы!.. – голубкой проворковала Жанна. – Но чего мы застряли в прихожей?.. В комнату – идемте в комнату.
В комнате Жанна подошла к окну и закурила. Юлдуз – в своем красном платье – стояла у кровати и трепетала, как осенний листочек. Опустившийся на стул Антон смотрел только на Юлдуз. Буквально облизывал ее глазами.
– Как зовут твою подружку?.. – спросил гость у Жанны.
– Лиля, – ответила женщина, выдохнув ароматный голубоватый дымок.
– Ха. Это – конечно – псевдоним?.. – ухмыльнулся мужчинка.
– А не все ли равно?.. – пожала плечами Жанна.
Антон снова уставил похотливые глаза на Юлдуз. Ноздри у него раздувались.
– Ты точно девственница?.. – поинтересовался гость у юной тюрчанки.
– Обижаешь. Все как я обещала, – за подругу ответила Жанна.
– Да. Я девственница, – выдавила из себя Юлдуз.
Дрожь прошла по всему телу девушки.
– Ай ты зайка!.. – Антон расхохотался, показав желтые зубы. – Так ты не немая?.. И русский знаешь?..
– Все она знает, – сказала Жанна. – Ну, я пошла. Сами разберетесь, чем без меня заняться. Два часа у тебя, Антончик. Только сначала перечисли Лиле денежку.
Жанна продиктовала номер карты.
– Легко!.. – Антон полез в карман за телефоном.
Юлдуз снова почувствовала слабость в ногах. Присев на кровать – девушка даже не проверила, «капнула» оплата от Антона на карту или нет.
Жанна ушла на кухню.
Юлдуз трепетала – и боялась поднять взгляд на Антона. Больше всего ей сейчас хотелось отключиться. Потерять все чувства. Умереть.
Девушка осталась наедине с Минотавром.
Антон медленно приблизился. Сел на кровать рядом с Юлдуз. Девушка ощутила исходящий от клиента запах, напоминающий о пережаренном репчатом луке.