Мечта для пса из породы хранителей

Глава 1. У-бе-ри-те ваших собак

Начало мая, праздники, прекрасная погода! Что может быть приятнее, чем прогулка с собаками в ближайшем лесу? Алёна и Павел даже не сразу поняли, что эти выкрики относятся к ним!

– У-бе-ри-те! Немедленно! Слышите! Уберите их отсюда! Вы что, не соображаете? Здесь же ДЕТИ!!! Уберите ваших собаааак!

Алёна оглянулась в поисках тех, кто мог так довести или напугать очень прилично одетую молодую женщину с ребенком лет шести, которого она с усилием схватила на руки.

– Я к вам, к вам обращаюсь! Немедленно уберите ваших псов! Ещё озирается, типа не соображает! Беременная, а туда же!

При упоминании о беременности Алёну, наконец, осенило. Визг, опасно приближающийся к границе ультразвукового диапазона, оказывается, относился именно к ним. Павел недоуменно пожал плечами. И Урс, и Бэк были в ошейниках, на поводках, да и шли вовсе не по детской площадке в городе, а по обочине просёлочной дороги, ведущей в лес.

– Простите, но псы абсолютно безопасны для вас, и все правила выгула выполнены, – если Павел думал, что как-то успокоит девицу, то он сильно ошибался.

– Да кто ты такой, чтобы решать, что безопасно моему ребенку, а что нет? Завели всяких убийц и ходят с ними туда-сюда! – заверещала она.

– Паш, пошли, – Алёна на нервных особ насмотрелась в школе. Бывало, что попадались мамы, уверенные в том, что уж её-то дитятко на голову выше всех вокруг, включая случайно пробегавших мимо Нобелевских лауреатов. Такие особы всех несогласных с собственным единственно правильным мнением старались истребить звуковыми залпами ещё на дальних подступах к гениальному дитяти.

– Идите, идите, да подальше! Чтобы и духу вашего в нашем посёлке не было! – верещала девица вслед. Лицо её сына опасно морщилось от пролетающих в непосредственной близости от него истеричных выкриков.

– Вот ребенок слушает, слушает, а потом сам так же визжать будет, – вздохнула Алёна, и успокаивающе положила руку на локоть мужа. – Не нервничай, говорить ей что-то совершенно бессмысленно. Она сейчас слышит только себя.

– И немудрено! Так орать-то! Интересно, где она живёт, надеюсь, далеко от нас, – Павел поёжился, представив такую особу в близких соседках.

Псы переглянулись и синхронно вздохнули. Им и в голову бы не пришло как-то навредить ребенку, а вот мать… От такой хотелось бежать, поджав хвост просто из-за крайнего омерзения.

– Это ж как Люська, только ещё хуже, – покачал тяжеленной чёрно-рыжей головой Бэк. Цвергшнауцер Люська, визгливая и истеричная, его всегда сильно доставала.

– Хуже, да! – согласился Урс, принюхиваясь к визгухе и её сыну. Так, на всякий случай, чтобы заранее подальше обходить. А то, мало ли, будут они с хозяйкой гулять, а на дороге попадется это… Место откуда хвост растёт… – Люську-то можно за поводок изловить, да к хозяйке отволочь, а эта сама себе хозяйка, и такая плохая для себя, аж удивительно! Ей бы себя подрессировать что ли… Да ещё и щенку своему голову морочит. Разве ж так можно? – недоумевал Урс.

Возвращаясь с прогулки, они снова услыхали знакомые крики, правда, уже активно перекрываемые незнакомыми голосами.

– Уберите! Немедленно уберите всех ваших собак и вот этого мальчика! Он только что отнял у Петеньки игрушку!!!

– Да это его игрушка, он просто свою забрал обратно!

– Он отнял. Петя ещё не поиграл. И убери свою шавку!

– Чего-то её заело на собаках, не находишь? – посочувствовал Павел.

– Да, пожалуй, среди всех объектов, которых она не любит, собаки занимают особое место, – согласилась Алёна.

Они аккуратно обошли подальше небольшую толпу, собравшуюся поинтересоваться, чего это с утра пораньше такие вопли, и уже довольно далеко ушли, как скандальная девица их увидела.

– Кууууда это вы попёрлись в наш посёлок? А ну, пошли отсюда вон! Убирайтесь, откуда пришли! – заорала она им вслед.

– Лиля! Они тут живут уже больше года. Не верещи! – устало сказал Фёдор, проходивший мимо с Чарой, послушно трусившей у его ноги. – И имеют право здесь ходить, где хотят, когда хотят и как хотят! А про Чару даже рот не открывай. Пожалуюсь твоей бабке!

Алёна вопросительно глянула на соседа, и Фёдор, пока они шли домой, охотно рассказал про скандалистку.

– Она с детства была громкая. Вечно чуть что – визг, крик, слёзы. Бабка у неё только за голову хваталась. Она на другом конце посёлка живёт, Ирина Ильинична. У неё внук и внучка. Мальчишка – Вовка, ну, сейчас уже Володя, конечно, и эта, – Фёдор мотнул головой в сторону раскручивающейся звуковой воронки. – Лилька. Володька – чистое золото. Хотя, бабка сразу так и говорила, что при такой сестрице он или с ума сойдёт, или вырастет очень и очень уравновешенным человеком. С ума не сошел, и вырос действительно спокойным непрошибаемо! А Лилька… Ну, вы сами слышали!

– А чего её так на собак-то плющит? – поинтересовался Павел, который нервных женщин не любил, опасался и вообще старался обходить как можно дальше.

– И на кошек, и на коров даже. Она вообще животных не любит. Считает, что это всё вредно, опасно, глисты, зараза, загрызание детей, взрослых и порча экологии. Во! – Фёдор выговорил всё это одним махом и пожал плечами. – Одна радость, когда Лилька с Кешей встречается.

– А Кеша это кто? – удивилась Алёна.

– Кеша? Это козёл. Замечательная по силе воздействия тварюга, я тебе скажу. Ты его ещё не видала? А! Ну, да, ты ж только в прошлом году приехала. Он как раз на вывозе был. Сначала на вязках, потом на выставке, а потом на съемках. Он какой-то супер – племенной, очень занятой зверь.

– На съемках? – переспросила Алёна.

– Да, в рекламе пива снимали. Даже того… Гримировали, то есть красили.

– Как красили? – удивился Павел.

– Натурально. Хозяйка рассказывала, что он хотел убить гримёра, режиссера и всех до единого актёров, – Фёдор рассмеялся. – Да вы не думайте, я не шучу. По рекламе козел должен был быть какой-то каштановый, что ли… Рыжеватый, короче говоря, а он до нужного колера не дотягивал. Да вы его сами увидите, он сейчас на той стороне на выпасе, – Фёдор махнул рукой, указывая направление, и Павел встревожился.

– Федь, а он не опасный? – он покосился на жену.

– Для Алёны? Да у неё же Урс! Для неё даже тираннозавр не опасен, – рассмеялся Фёдор. – Да и потом наш Кеша женщин не трогает в принципе. У него только одно исключение – Лилька! Она как начинает на него орать, козёл начинает звереть. Пару дней он доводит себя до нужной кондиции, а потом идёт войной. И тогда у нас такая лепотаааа, – мечтательно протянул Федор.

– Тишина? – понятливо подсказал Павел.

– Нет, лучше! Лилька орёт, козёл мекает, ногами топают оба, бегают. Народ кайфует. Кто-то предлагал билеты продавать на это зрелище! Вы не думайте, мы не садисты какие-то… – открестился Фёдор от возможных подозрений. – Просто эта зараза так всех достаёт, что никаких сил нет. Парнишку только её жалко. Муж с ней развёлся очень быстро, а вот ребенку деваться некуда. Причём, когда с ним бабка возится или дядя, он и спокойный, и рассудительный, а как только послушает материны завывания, во! Слышите, уже включился!

В крики Лили, легко перекрывающие остальной гвалт, вплёлся басовитый плач мальчишки.

– А козёл его не пугает? – уточнила Алёна.

– Не, он детей, женщин и животных не трогает. Незнакомых мужчин не любит, пьяных терпеть не может, ну, или если сочтёт мужчину себе соперником.

– А это как? – Павла Кеше официально не представляли, и ему не хотелось быть не только незнакомым, но ещё и попасть в ранг соперников.

– Да на коз не смотри, и не критикуй, только и всего. Птичек рассматривай, на собаку вот можешь любоваться, на свою жену! – понятливо рассмеялся Фёдор. – А то тут один специалист в позапрошлом году жён Кешиных оглядывал, да так… Критично. И нет бы молча, нееее, он ещё и булькал чего-то. Мол, эта не такая, а та не этакая, вымя маленькое, сама не красивая. А Кеша молча в кустиках стоял. Ждал, пока критик на территорию поглубже забурится. Он, вообще, козёл умный! Кому ж понравится, когда бюст супруги разглядывают, да высказывают чего-то там этакое? – резонно заметил Фёдор. – Вот и Кеше такое не нравится! Ох, и бегал потом этот критик от Кеши! Словно за олимпийскую медаль соревновался! Самое-то что чудное, что у нас народ простой как три копейки! Кеша пасется на участке хозяйки. Она несколько гектаров заросшего поля у колхоза в аренду взяла. Огородила. Ну, как огородила – жерди положены! Так нет, непременно кому-то надо залезть, впереться на чужую территорию и устроить корриду с Кешей.

– А Лиля? Неужели тоже лезет? – недоверчиво уточнила Алёна.

– А то как же! Она принципиально требует козла убрать! У неё это любимое слово. Всё надо убрать! Собак, кошек, других детей, козла и коз, и машины до кучи – экологию портят и ездиют, мешают Лилиному сыну на дороге играть. Есть такое слово дурацкое – яжемать. Вот явление верное, а слово поганое! У нас всех мамы есть, и святое пачкать такими дурищами противно! Такие как она, скорее яжпупземли! – разошелся Фёдор. – Дети-то вырастут, а вот характер этакий – это уже диагноз.

Про диагноз Алёна и Павел окончательно убедились уже к вечеру того же дня. Услышав знакомый визг у собственного забора, Павел вышел поинтересоваться, что надо?

– А! Вы тут проживаете! Так вот! Гуляйте со своими собаками у себя на участке, а не то я в полицию обращусь! Я законы знаю! Я всех проклятых собачников обхожу! Не выводите своих псов, а не то я их всех потравлю! – прямо ему в лицо завопила Лиля. Павел пожал плечами и хотел было закрыть калитку, решив, что ничего интересного или содержательного и так больше не услышит, а с пупом земли спорить – себе дороже, но его остановили.

– Паш, пропусти-ка! – голос Светы, в котором явно звучали стальные нотки, заставил Павла резво убраться из-под её ног. Светлана, ещё утром сильно жалела, что не пошла с сестрой и зятем прогуляться, поленилась, вдоволь набегавшись у озера с Иваном, Блэком и Касей. А вот теперь на ловца-то и зверёк прибежал! Нет, есть справедливость на свете! Есть! Света держала в руках смартфон и успела заявление этой дурищи полностью снять на видео.

– Милочка, вы законы о выгуле собак в принципе когда-нибудь читали? – осведомилась Света. – Можете не отвечать. Я и так знаю, что нет. Так вот я вам сейчас процитирую. Возможно, откроете для себя что-то новое!

Лиля хотела было ляпнуть, что и без законов всяких дурацких свои права знает, но не смогла и слово вставить. Эта блондинистая мегера завалила её какими-то словами вроде «кодекс», «подзаконный акт», «местные территориальные органы власти». И потом и вовсе добила:

– Так что владельцы собак при соблюдении озвученных правил имеют полное право выгуливать своих животных. А вот вы, дорогая моя, сейчас на грани нарушения закона.

– Чего это? – вскинулась Лиля.

– Угроза причинения вреда имуществу, принадлежащему гражданам. Статья 167 УК РФ, – мгновенно отозвалась Света. – Тем более, что угрозы слышали многие свидетели, и у меня она записана на видео.

Лиля хотела было что-то по привычке провизжать, но обнаружила, что язык от неожиданности как-то скомковался во рту. Не слушается.

– Очень рекомендую вам перед заявлениями подобного рода, впредь думать, что именно вы говорите, – блондинка опасно сверкнула глазами, вызвав волну восхищенных вздохов среди зрителей, пришедших на крики Лили.

– Блин, это даже круче, чем Кеша! – резюмировал происходящее какой-то высокий парень, с крошечной псинкой под мышкой. – Девушка, вам от нас с Фросей. – он предъявил псинку, подняв её повыше, – Респект и уважуха!

– Премного благодарна, – улыбнулась Света, а потом перевела взгляд на Лилю, которая всё пыталась разобраться с собственным непослушным органом речи. – У вас ещё какие-то вопросы, предложения, заявления имеются? Нет? Тогда не смею вас больше задерживать!

Света демонстративно медленно закрыла калитку, шагнула на участок и наткнулась на явно одобрительные улыбки бабушки и Матильды Романовны.

– Красиво милая! Грамотно, красиво и изящно! – отреагировала Матильда.

Глава 2. Такой козел

Лиля только зубами клацнула, когда перед её лицом закрылась калитка. Хотела было по привычке разразиться угрозами, но тут они не работали. Нельзя сказать, что уходила она молча. Выкрики про то, что она тут всем покажет, были, разумеется. Но такие неуверенные, что на это и внимания-то обращать не стоило.

А Светлана прошла к дому, и светским тоном обратилась к Алёне. – А кто это, тот Кеша, которого я круче?

– Да как бы тебе сказать… – Алёна едва сдерживала смех, – Ты только не удивляйся, но это козёл!

– В каком смысле? – удивилась Света.

– В самом прямом! Козёл натуральный, породистый, артистичный. И очень разумный. По крайней мере, так Фёдор утверждает.

– Я хочу на это посмотреть! – у Ивана аж глаза загорелись. – Мы коз как-то на катере вывозили, при наводнении. Восемь штук. Они, елки-палки, такие дисциплинированные оказались. Козёл чего-то мемекнул, и они как солдаты, плечом к плечу заходили! Только одна глазки моему приятелю строила и молнию на куртке жевала. Так ей козёл потом выговор сделал. Нет, честно. Чего-то там такое строгое заявил.

– Хорошо, что козёл молнией не заинтересовался. И куртки бы не было! – Марина Сергеевна рассмеялась. – Это звери серьёзные. Я с ними общалась, когда на конюшни ходила. Их часто держат с лошадьми. Во-первых, они очень бдительные, а во-вторых, от крыс полезно – крысы козловый запах не переносят. А бывает так, что козёл крыс ловит отлично, ну и в-третьих, лошадей веселят. Конь – животина нервная. А козёл – это и есть козёл. Скотина неунывающая, простая, как лопата и очень забавная. Ну, для тех, с кем ладит, конечно. Короче, в качестве перманентного антистресса – самое то!

– Ба, а ты ничего не перепутала? Как козлы могут крыс ловить? – удивилась Света.

– Копытами, милая. Очень метко и жестко. Сама видала. Это редко, конечно, но и такое бывает. Козлы – они ж азартные, – рассмеялась Марина Сергеевна.

– Тоже хочу познакомиться с артистичным коллегой по борьбе с истериями! – заявила Светлана.

– Вроде как женщин он не трогает, а вот мужчинам надо не смотреть на коз! – припомнила Алёна. – Козёл ревнивый, ни комплиментов, ни критики в адрес своих дам не переносит.

В конце концов, решили сходить и познакомиться к козлу коллективно. Позвонили Фёдору, тот уточнил у Зины – хозяйки козла. Рассказал о соседях, и она дала добро на посещение Кеши. Только посоветовала собак с собой взять – познакомить сразу.

– Иннокентий, он уважение очень любит, – рассказывала невысокая худощавая женщина с короткой стрижкой, встретившая их в конце улицы. – А вот крики, и Лилю вместе с её воплями, наоборот, не любит. И психов всяких, которые к козам лезут, не переносит абсолютно. Как раз хорошо, что познакомитесь, мало ли… выйдет он случайно. Нет, это редко бывает, только когда нам загон козий ломают.

– А зачем его ломают? – удивился Лёха, который тоже увязался смотреть козла.

– Ну, как зачем? Один вот жердины хотел уволочь, решил, что в хозяйстве-то пригодится. А что оно прибито, так, может, случайно кто-то гвоздей наколотил! Так, шел человек с молотком и гвоздями, дай думает, приколочу чего-нибудь… – флегматично вздохнула Зина.

– Стесняюсь спросить, и что было, когда Кеша вышел? – Иван выглядел как ребенок, которому сказку рассказывают.

– Много чего. Сначала мужик долго бегал там, – она махнула рукой на ближайшую рощицу, – Потом там, – она повернулась и помахала дальше. – И ведь так, знаете, быстро бегал, я прямо залюбовалась! Потом, он сообразил, что единственное его спасение – добежать сюда, и он рванул! Я думаю, что у этих… как негров нынче правильно называют? А! Афронигерийцев, которые лучшие бегуны, кондратий бы приключился от зависти, как тот мужик бежал! Причем он такой, с пузичком, а несся, словно он какой-нибудь джейран степной. Кеша даже удивился!

Иван бессильно повис на ближайшем заборе и вытирал слёзы от смеха.

– Вот и я смеялась, – согласилась с ним Зина. Но, самое забавное, что этот чудак домчался, у меня за спиной стал и потихоньку опять жердину тянет! Я ему говорю, мол, мужик, у тебя острое воспаление наглости? А он типа, а что? Это твоё что ли? А где написано, что твоё? И тут его догнал Кеша. Хорошо ещё не успел голову наклонить, а так лобиком двинул. Прямо до машины и добросил. Мужик даже гвоздодёр тут оставил! Так что мы были с прибыточком. Так сказать, трофей номер раз!

– Что, и номер два был? – живо заинтересовалась Света.

– А то как же! – с гордостью ответила Зина. Вон, Фёдор не даст соврать! Следующих двух гавриков он лично с дерева снимал. Они, отчего-то, нипочём не слазили. Ну, народ у нас добрый, соседи предложили костерок снизу разложить, но мы не решились, к тому же деревья жалко.

– А что же соседи гавриков-то так не возлюбили? – Матильда Романовна вопросительно изогнула безукоризненную бровь. – Причина-то должна была быть увесистая.

Зина одобрительно кивнула. – В корень зрите! Приезжали они как к себе домой. Лазили по огородам, собирали, что хотели. Тут же много дачников, которые только на выходные приезжают, вот к ним и лазили. Решили от большого ума козу увести. То ли продать, то ли молока надоить, не знаю, они ответить так и не смогли.

– А что так? – беззаботно уточнила Марина Сергеевна.

– Ну, они для того, чтобы козу вывести опять сломали забор, даже выбрали разумно – комолую, беленькую, пошли её ловить, – Зина хмыкнула, удивляясь такой поразительной беспечности. – Я так думаю, что Кеша специально дождался, пока они забор сломают, чтобы ему удобнее было выбегать. Потому что, он их на территорию запустил, а потом одного под колени сразу сбил, и прошелся сверху. По-моему, ещё и копыта вытер, судя по отпечаткам. Хотя, я не настаиваю, возможно, девочки тоже поучаствовали. Прошли как татаро-монгольское иго туда-сюда. Несколько раз. Короче, один просто лежал и орал. Второй схватил ломик и отбивался от Кеши. И этим только сильно его раздразнил. Сдавался бы сразу, дурачок! – с сожалением покачала головой Зина. – Ломик Кеша выбил быстро и пошел в атаку по всем правилам. То есть рога наставил. А это уже, знаете ли, чревато. Хорошо, я дома была, услыхала, что бой идёт, заорала, и Кеша его отпустил. Правда, не совсем отпустил. На дерево загнал. Когда они пробегали мимо лежащего, тот почему-то так впечатлился, что тоже вскочил и побежал на дерево. Ну, а дальше мы с Федором их долго снимали.

– Ломик, как я понимаю, это второй трофей? – Павел хохотал так, что тоже слёзы вытирал.

– Ломик и бампер. Кеша сильно разозлился, – извиняюще пожала плечами Зина. – Я честно предложила его забрать, но они почему-то не стали задерживаться. И больше уже не приезжали.

– Народ был очень Кеше признателен! – прогудел Федор.

– Ещё бы! – согласилась Света. – Самооборона от козла! Хоть патентуй прямо! И ведь фигушки кто признается, что ему козёл накостылял. Это ж со стыда сгореть можно!

– Ну, видимо, и это срабатывает, – покладисто согласилась Зина. Ей новые соседи понравились ещё по рассказу Федора. И собаки их понравились. По собакам вообще много можно сказать о людях!

– А ещё трофеи? – Лёха впечатлился, у него аж глаза горели.

– Ну, разумеется, были! – Зина прищелкнула пальцами, отгоняя от жердей двух козочек. – Один чудак просто не вписался в поворот. Сшиб угол, но он случайно. Расстроился сам. Вышел попытаться поставить обратно, а тут Иннокентий. Но мужик оказался не только порядочный, но и умный. Добровольно отдал микрофибровую тряпку с узорчиком в подсолнухи и щётку для стёкол. Пока Кеша их изучал, мужик жерди назад поставил. Я предложила тряпочку и щёточку вернуть, но от них уже так мало чего осталось… Так что это такие не совсем трофеи. То есть не совсем целые. А мужик теперь ездит и молоко покупает. Каждый раз Кеше чего-нибудь привозит типа сушек или сухарей. Он ванильные очень уважает!

– Ты лучше про критика расскажи! – напомнил Зине Фёдор.

– А! Это вообще гений! Приехал с женой дачку присмотреть. Знаете, такой специалист всего на свете. Нобелевский лауреат в пятом поколении, елки-палки! Увидал коз и полез про них жене лекцию читать. Ну, и читал бы на расстоянии, так нет! Снял жердину, перелез на участок, ходит, пальцами в вымя им тычет, типа маловато… Хорошо хоть не додумался руками их трогать! Ходил, ходил, а тут ещё козочка в кустике стоит!

– Ну, и? – Света сверкала глазами от любопытства.

– Он и решил уточнить, как у той козочки обстоят дела с выменем. Подошел поближе, а тут кустик как-то распадается, и на этого профессора козьих наук выдвигается Кеша. Чудак сходу определил, что вымени нет, и жить ему осталось немного! Одного взгляда хватило! Кааааак рванет этот мужичок от козла-то моего. Казалось бы… Мелкий, щуплый, а прям летел! Забор взял как чемпион мира по прыжкам в высоту! Только жердь-то он одну снял, когда на участок лез, а Кеша считает, что это даёт ему право на преследование злоумышленника. Короче, он даже за машиной гнался, так хотел догнать критика и оскорбителя!

– Надо думать, дачку они тут не купили? – Матильда Романовна вытерла слёзы, выступившие от смеха. – А от этого деятеля что осталось?

– Левый кроссовок и очки, – доложила Зина. – Я думала, может, приедет, заберёт, но нет… Так и не вернулся! Странный такой… В одной обутой ноге как-то неудобно машину вести!

Пока Зина рассказывала о козле, он скромно не появлялся, а когда понял, что его представили по всем правилам, вышел, гордо неся свою рогатую особу и позволяя благодарным зрителям налюбоваться собой, единственным и неповторимым.

– Ой, мамочки мои! – ахнули догадливые зрители, осознав всю продуманность выхода и красоту принятой позы. – Какой изумительный красавец!

– Вот это зверюга! – восхищенно завилял хвостом Блэк. – Вот бы его попасти!

– Я тебе попасу! Я тебя самого того… Выгуливать буду… Рогами! – пригрозил Кеша, насмешливо взмемекнув.

– Не связывайся! – беззвучно остановил Урс более увлекающегося Блэка. – Он – козёл умный, и опытный.

– Именно, что умный, – Кеша принюхался. Как уж он улавливал что-то сквозь собственное амбре, было абсолютно непонятно, но, тем не менее, про Урса он всё понял моментально и даже изобразил некий приветственный взмах рогами. – Ааа! Редкая порода! Кто из них твой?

– Женщина. Вот эта! – Урс указал на Алёну.

Кеша присмотрелся. – А! Ну, эту я бы и не тронул, тем более, она с козлёнком. Да тут, вроде и остальные нормальные… Про мужчин пока не знаю… А козы, в смысле женщины тихие, не орут! Я тут одну сильно не люблю. Такая визгливая, словно кошке на хвост наступили и так по ней и ходят, ходят! Мне кошки нравятся. А вопли такие не очень! О! А это кто? Тоже кошка?

– Тень! – Бэк, который следил за маленькой Тенькой, так отвлёкся на козла, что не заметил, как она выбралась из травы, около его лап и проскользнула внизу под жердями.

– Это собака, просто маленькая, – Урс говорил очень спокойно, но не сводя глаз с козла.

– Ой, мамочки, там Тень! – Алёна испугалась, мгновенно припомнив рассказ бабушки о козлах и крысах.

– Вот такую ещё не видел! Лохматенькую мелкую знаю, а этаких не видал, – Кеша, любознательно обнюхал Теньку потряс бородой над хвостиком-сабелькой и позвал своих коз и козлят познакомиться.

– Да вы не бойтесь, он даже с Фросей дружит, – Зина улыбнулась Алёне. – Фросю видели? Это такой йорк, килограмма два живого веса, из них полкило шерсти и полкило характера. А, вот и вторая ваша невеличка пошла знакомиться. Цвет-то какой красивый. Прямо золотистая. Умные девочки, сразу понимают, что Кеша – джентльмен.

Кася тоже не выдержала, и теперь виляла хвостом среди козлят, стараясь не дать им пожевать уши.

– Они вообще-то друг друга значительно лучше понимают, чем люди. Хотя, казалось бы… Абсолютно разные виды, – Зина только руками развела. – Как так выходит?

Кеша насмешливо мекнул и отчетливо подмигнул Урсу.

– Нам-то горааааздо проще, да, хранитель?

Глава 3. Фотосессия на природе

Козёл давал окружающим возможность налюбоваться на него самого, и на козлят, не забывая бдительно контролировать, а не слишком ли близко подошли его жены к забору? Не критикует ли их кто?

Зина пригласила новых знакомых зайти к ней и угостила вкуснейшим козьим сыром, продолжая рассказывать о Кеше.

– Я думала, что Лиля поутихла. Но, нет! Регулярно приходит и рассказывает мне, что на дачных участках держать коз запрещено. А то, что я специально арендовала землю сельхозназначения, она не понимает. Понятий таких не разумеет. Ходит, орёт, а Кеша злится.