Пёс из породы хранителей
- -
- 100%
- +
– Ты прикинь, какой талант пропадает! Её бы в мирных целях использовать, цены бы не было! – отдышавшись после быстрого бега, сказала Алёна. – Могла бы противотуманной сиреной работать. Как взвоет, все аж за несколько километров будут знать, что сюда низззя! Или может объявления озвучивать в метро натуральным, то есть естественным путём. Рявкнет в тоннель, и все-все сразу слышат. Хотя, такая может и поезд звуковой волной остановить. Если сильно постарается.
В приличном отдалении от толп гуляющих, они нашли хорошее местечко и Урс сначала потихоньку, а потом всё больше и больше проникаясь прелестью такой прогулки, начал отбегать в сторону. Понюхать, метку поставить, побегать на свободе не боясь, что сейчас все лапы отдавят, да ещё и в ухо навизжат. Покататься в снегу, а потом прибыть к хозяйке похожим на белого медведя и радостно отряхнуться вплотную к ней. Пусть тоже порадуется!
– Урс, ты точно медведь! – Алёна и забыла, когда последний раз так веселилась в снегу. Наверное, когда совсем маленькая была. Пёс радостно вилял хвостом, поднимался на задние лапы, так, что морда оказывалась практически на уровне Алёниных глаз. А потом он нашел палку и несмело принёс её хозяйке.
– Ты умеешь приносить поноску? – Алёна точно увидела, как пёс кивнул! – Тогда апорт!
Она швырнула палку подальше, и уже через пару минут пёс снова оказался перед ней с палкой. Один из бросков Алёны был не очень удачным. Палка попала за заросли кустов, почти полностью заваленных снегом, и Урс устремился туда, откапывать ценную игрушку. И вдруг кусты затрещали и закачались, словно в них катался средних размеров слон. Это Урс, позабыв про палку, выдирался из зарослей, учуяв, что к хозяйке приближается опасность!
Алёна ждала Урса, немного пританцовывая на утоптанном снегу, потому что начала замерзать.
– Эй, ты же глянь, какая тут танцовщица! Девушка, а можно с вами познакомиться? – Алёна резко повернулась, и увидела развесёлую компанию из четырёх парней, набравшихся ровно настолько, чтобы море казалось по колено, и появилась уверенность, что все встреченные девушки просто мечтали с ними провести время.
Алёна замотала головой, и только рот открыла, сказать, что не хочет она знакомиться, но тут один из парней, более пьяный и пребывающий уже в агрессивной стадии, оттолкнул приятеля и потянулся схватить Алёну за руку.
– Ну, чего ты кочевряжишься, пошли с нами! Видали мы таких… Ломается ещё!
Испугаться, вскрикнуть или отшатнуться она не успела, потому что немыслимым прыжком из обледенелых кустов вырвался разъяренный Урс.
– Вот теперь он действительно похож на медведя… – мысли почему-то были заторможенные, медленные, Алёна отстранено, словно в кино, увидела, как Урс перехватил тянущего к ней руку за запястье, с силой отшвырнул его в глубокий снег, так, что тот крутанулся, упал вниз физиономией и приглушенно завыл. А пёс и напружинился для прыжка в сторону оставшихся троих, показав огромные клыки в оскале.
Удивительно, как быстро могут трезветь люди! Вот только что были готовы учинить любое непотребство, просто потому, что спиртное залило все тормозные центры, и умственные способности практически утонули. А увидев огромного, явно свирепого и пребывающего в дичайшей ярости пса, и тормоза заработали, и мозги включились, и шальное веселье улетучилось стремительно!
– Ээээ, пёсик, пёсик, да ты чё? Тише, хороший пёёёсик… – заблеял один из них, самый невезучий, оказавшийся ближе всего к Урсу. С такого расстояния пёс выглядел больше собаки Баскервилей из фильма про Шерлока Холмса! Ему всегда казалось глупым, что кто-то там может коньки отбросить от вида собаки. А вот теперь и сам едва на ногах от ужаса стоит! И то, только потому, что упасть – это ещё страшнее!
Его приятель, который и заметил девицу среди сугробов и предложил подкатиться, да поразвлечься, вдруг заныл тоненьким и жалобным голосом.
– Уббберите еггго, я собббак бббоюсь!
– А приставать к девушкам не боитесь? – Алёна сама себе удивлялась. Она всегда опасалась оказаться в такой ситуации, а вот теперь ей ничуть не страшно! А причина этой неожиданной отваги была прямо перед ней. Алёна развернула плечи, и первый раз в жизни поняла, как это, не бояться! Не бояться даже такой вот опасной и стрёмной ситуации. Нет, сама бы она в неё не полезла, и нарываться не стала бы. Но, раз уж так случилось, трусить ей уже не надо! У неё есть защитник!
– Да мы ж того, просто пошутили… Шутка… Понимаете? – подал голос, доселе молчавший коренастый блондин.
– Не похоже на шутку было! – строго сказал Алёна. – Забирайте этого своего агрессора и валите! – можно было бы и припугнуть их, Алёне стало противно.
Она кончиками пальцев чуть придержала Урса за ошейник, откуда-то точно зная, что он послушается, и отступила назад, давая стремительно протрезвевшим парням забрать отплёвывающегося от снега приятеля.
Алёна была уверена, что испуг обязательно к ней вернётся. Так с ней всегда было. Начинали дрожать губы, холодели пальцы, хотелось забиться в угол и никого не видеть, пока не успокоишься, но ничего такого и близко не было! – Урс, какой же ты молодец! Ты меня просто спас! – хвалила Алёна пса. А тот как раз был собой не доволен. Тщательно обнюхал следы ушедших, нехорошо прищурился им вслед, и вообще выглядел так, как человек, делающий важную пометку типа «не забыть» в записной книжке.
– Она меня хвалит! Да я постыдно отвлёкся! Я же должен был учуять их, когда они только приближались! Нет, застрял в кустах как последняя овца! Фу, как стыдно! – думал Урс, неспешно шагая рядом с Алёной, когда они возвращались с прогулки. – Но, этих я уже запомнил. Теперь я точно их узнаю, даже если они будут идти далеко! Узнаю и прослежу! Сегодня им очень повезло! Если бы не хозяйка…
Алёна расписывала бабушке подвиг Урса так, что тому было очень неловко. Был бы человеком, стоял бы красный как помидор!
– Он у меня прямо как ангел-хранитель! – развеселилась Алёна.
– Ну, уж не ангел точно! – бабушка покачала головой. – Ангелы – светлые, бесплотные и бессмертные духи. Ангел-Хранитель, он у тебя за спиной. А это пёс. Совершенно замечательный пёс, но не ангел. И, кстати, точно не бессмертный. Ты уж поаккуратнее. Могли бы и ножом его пырнуть.
Алёна ахнула, сообразив, что бабушка-то права, обняла Урса за шею и, не обращая внимания на его крайнее изумление, поцеловала в нос. – Да, это я беспечная курица! Буду осторожнее, раз у меня есть такое сокровище! Пёс – хранитель!
– Она знает? Догадалась? А если знает, то почему говорит такие смешные вещи? Хранителя не надо оберегать! Я сам, сам оберегаю тебя!
Он пытливо всматривался в лицо хозяйки, пока не понял, что она про псов-хранителей ничего не знает, просто случайно сказались верные слова. – Жаль, но я постараюсь ей объяснить! Тогда она поймёт, что ей не надо больше бояться.
Алена стала замечать за собой странные вещи. Она, вечная трусиха, опасающаяся хоть чем-то задеть людей, теперь могла спокойно отказаться от неудобной замены урока.
– Ну, Алёна меня, разумеется, заменит! – журчала в учительской худая как жердь химичка Инна Сергеевна. – Договаривались ли мы заранее? Нет, а что там договариваться? Она всегда заменяет. Правда? – она повернулась к Алёне и усмехнулась победной улыбкой.
– Нет, мне завтра неудобно, – покачала головой Алёна, сама ошарашенная таким поворот дел.
– Как это тебе неудобно? Я же на тебя рассчитывала! – возмутилась химичка.
– Извини, но ничем не могу помочь. Попроси кого-то другого! – Алёна отчетливо поняла, что никто больше меняться с Инной не будет. Шевельнулось было в душе некое сожаление, но Инна сама тут же его яростно затоптала, возмущаясь на всю учительскую.
– Инночка, ну если вы не договаривались заранее с Алёной о замене, так какие претензии могут быть? – медовым голосом произнесла завуч, даже больше обычного химичку не любившая. Ей вообще не нравились люди, пытающиеся выехать всюду на чужом горбу.
Алёна поймала злобный взгляд Инны и подумала что, наверное, дешевле было согласиться, но когда-нибудь всё равно не смогла бы она выполнить очередную просьбу, и нарвалась бы на такую же злость!
Известно, что в часто в женском коллективе царит особая атмосфера. Серпентарий по сравнению с иными рабочими сообществами, состоящими исключительно из прекрасных дам, вполне может показаться милым, тихим и очень безопасным местом. Очевидно, если бы Инне не хотелось так отчаянно хоть чем-то досадить историчке, испортившей ей планы, все дальнейшее вышло бы совсем иначе. Но, Инна, услышав в школьном коридоре о псе, забежавшем на территорию школы, думала только о том, как испортить настроение мерзкой девице, которая несколько раз рассказывала, как она любит собак. Ну, пусть теперь полюбуется…
Инна с видом исключительно занятого и важного человека влетела в учительскую и с порога объявила, что надо срочно вызывать отлов, потому что у них в школьном дворе сидит страшный пёс-убийца!
Алёна тут же кинулась к окну, на мгновение испугавшись, что это Урс, который каким-то непостижимым образом выбрался из дома и нашёл её. Но, нет, в самом дальнем закутке между кирпичной стеной соседнего здания и огромным тополем, сидел крупный ротвейлер.
Её испуганный вид сразу же показал Инне, что больное место дуры-исторички она нашла безошибочно, а раз так, то ничего не мешает ей развлечься от души!
– Наверное, Иваныч уже и полицию вызвал! Обещал скоро позвонить! Отлов-то, долго едет, а у нас дети, и тут собака-убийца! Порода-то жуткая! – с удовольствием рассказывала она.
– А почему не попытались собаку просто выгнать с территории? – строго спросила директриса.
– Попытались! Иваныч её и метлой пытался выкинуть и лопатой для снега. А псина как зарычит! Чуть не кинулся! А ведь мог прямо в горло вцепиться! Небось, полиция церемониться не станет, пристрелит и вся недолга! – Инна не замечала, что на неё, смакующую предстоящую собачью казнь, смотрели с какой-то брезгливостью.
– Галина Николаевна, пожалуйста, я уведу собаку! Я сейчас же её уведу! – Алёна, понятия не имела, что будет делать с кидающимся на всех ротвейлером, но стоять и смотреть на то, что им предстояло увидеть, было выше её сил.
– Алёна, она же тебя покусает! – крикнула ей вслед директриса, но молоденькой учительницы истории и след простыл. Только и успела пальто накинуть.
– Сумасшедшая совершенно! – с удовольствием кивнула головой Инна, устраиваясь у окошка поудобнее.
– Ой, что я делаю… Ой, что творю! – ступеньки, кажется, сами подставляли свои каменные спинки ей под ноги. – Ой, что творю, что дееелаю!!! – вот, вроде как мозги-то понимают, что лезть нельзя, неразумно, а появилось какое-то дикое чувство, что если она этого не сделает, то… То что-то в ней сломается. Нельзя иначе и всё тут! – И ладно! Делай, что должен и будь, что будет! Ну, уважаемый император Марк Аврелий, ты, молодец, конечно, что такую фразу выдумал, а сам-то к ротвейлеру шел один на один? – пробормотала Алёна. – А! Что мне древнеримские императоры! Я-то нормальная русская женщина, куда им-то до нас! – Алёна в эту загадочную фразу вместила всех императоров Древнего Рима до кучи! Глубоко вздохнула и решительно расправила плечи, шагнув во двор. – И у меня есть пёс-хранитель! Что я с каким-то ротвейлером не справлюсь? Справлюсь! – ей показалось, что уверенность превратилась в плеснувший за плечами пурпурный плащ, столь любимый римскими правителями, и ростом она стала повыше и уж точно решительности в голосе прибавилось.
Пёс сидел на месте, а увидев идущего к нему человека негромко, глухо, но очень угрожающе зарычал.
– И что это ты себе тут позволяешь? – строго спросила его Алёна. – Ты почему рычишь? Ты разве не знаешь, что в приличных школьных дворах так себя не ведут?!
Пёс осмотрел Алёну, вздохнул и убрал клыки. Морда сразу стала несчастной и очень жалкой. А может, это Алёне так казалось…
– Ну, что у тебя случилось? Ты что, потерялся? – Алёна подходила к псу спокойно и очень уверено. Ей казалось, что она морально готова к любому развитию событий, но только не к тому, которое на самом деле произошло. – Где твой хозяин? А?
Крупный, мощный, широкогрудый пёс страшной породы, вдруг шагнул к ней и завздыхал, поскуливая, силясь рассказать, объяснить что-то для него совершенно понятное и очевидное.
– Ой, бедный ты мой, бедный! – и куда там подевался страх и дурацкие опасения, когда вот он, "жуткий" пёс, которого надо срочно отловить или застрелить, а он плачет, тычется носом в ладони, заглядывает в глаза, пытаясь сказать, как он боится, потому что потерялся, как он бежал по холодным улицам, не узнавая ни одну из них, как шарахались от него прохожие, а кто-то и замахивался, вот как этот тип, который его хотел ударить лопатой. А за что? Он же ничего плохого не делал! А от этой девушки не пахнет угрозой или страхом, а пахнет псом! То есть она поймёт? Ну, должен же хоть кто-то его понять, ну пожалуйста!
Прозвенел звонок на урок, но школа застыла у окон, потому что никто глазам поверить не мог, и в первую очередь учителя!
– С ума сойти! И вот это свирепый пёс, который чуть Иваныча не слопал? – директриса грозно повернулась к Инне. – Вы, я надеюсь, понимаете, что вызов отлова надо срочно отменить, а уж тем более, вызов полиции? Не хватало нам ещё тут ужасов жутких на глазах у детей! – она вновь в окно покосилась на прижавшегося к ноге Алёны ротвейлера. – У нас вон, историк какой имеется. Пришел, увидел, победил!
Глава 4. Бэк
Алёна отлично понимала, что остаётся со спасенной собакой один на один. Хорошо, что она была в пальто и сапогах, а сумку ей опасливо вынесли коллеги. И на том спасибо! Взяла пса за ошейник и пошла к стоянке. Сложно было расстелить одной рукой плед на заднем сидении, потому что ошейник она выпустить боялась, сумка постоянно падает с плеча и вообще, накрывает ощущение полного раздрая.
–Опять влезла непонятно куда! И этого красавца тоже к бабушке тащить? Ещё неизвестно, как на него Урс среагирует. Хотя, всё равно оставить его там было невозможно! А раз невозможно, значит и нельзя! Всё, заканчиваю топтаться по собственным нервным окончаниям, всё равно толку в этом никакого нет.
Алёна покосилась на ротвейлера. Вроде огромный, страшный, а так смотрит жалостно…
–Не дрейфь, прорвёмся! – строго велела Алёна, и потянула пса к сидению. Тот явно в машине ездил, и дело это любил, вскочил охотно, потоптался на пледе, и облегченно уселся. Уселся, повернулся к Алёне и посмотрел на неё, явно вопросительно. Вроде как, всё ли он правильно понял? Сюда можно? Не выгонишь? Не пошлёшь опять бегать по безнадёжному холоду и слякоти?
–Всё правильно ты сделал, умница! – Алёна расправила край пледа, подняла глаза и практически носом уткнулась в металлическую пластинку на ошейнике. С чёткой гравировкой – два номера телефона. – Ой, счастье-то какое! Телефоны есть! Ну, да, я же тебя торопилась скорее увести, не до того было, да и не видно сверху, а ты такой на вид строгий, что сразу тебе ошейник разглядывать мне как-то в голову не пришло. Насущнее было выяснить, а не собираешься ли ты меня слопать! Так, двигайся тогда!
Алёна себя со стороны видеть не могла, и понятия не имела, насколько дико выглядел её поступок со стороны. Особенно со стороны не собачника. Пасть ротвейлера оказалась выше уровня её глаз, зубы огромные, выглядит это всё весьма пугающе. Только ей было не до того. Она быстро набрала первый номер с пластинки – адресника. Выслушала любезный электронный голос, сообщивший ей, что абонент находится где-то так далеко, что там и сеть не предусмотрена.
–Ну, вот! Стоило только мне обрадоваться! – Алёна уже не так оптимистично набирала второй номер. И вот там ответили!
–Слушаю! – женский голос, явно сильно расстроенный.
–Простите, а вы случайно ротвейлера не теряли? – Алена затаила дыхание, стараясь морально подготовиться к любому раскладу. Скажут, например, что в глаза никогда никаких собак не видели, и что такое ротвейлер попросту не в курсе.
–Теряли!!! Теряли! Вы нашли? Он жив? Он цел? Как он? – женщина закричала в трубку, заплакала, тут же рядом заволновался и пёс. Гавкнул, запыхтел, пытаясь сунуться носом поближе к такому чудесному, родному и любимому голосу, который он уже и не надеялся услышать!
–Ой, не лай мне в ухо! И не лижи смартфон, останемся без связи, будет нам печально! – Алёна строго покосилась на пса. Вот ни разу он уже не выглядел устрашающе. Толстенные черно-рыжие лапы топчутся в радостном предвкушении, истово виляет вся задняя часть, увенчанная коротким обрубочком. Глаза заблестели, забавные рыжие брови поднялись в восторженном предвкушении.
–Бэк! Нашелся!!! Счастье-то какое! Девушка, миленькая, только не бросайте его, умоляю! Я вам заплачу! Я вам хорошо заплачу, у меня деньги есть! Только привезите его домой! Я ногу сломала, выйти не могу! Умоляю!
–Не волнуйтесь, пожалуйста, конечно, я его привезу. Вы мне только адрес эсэмэской пришлите, а то руки заняты. Бэк обниматься пришел!
Алёна с трудом отодвинула от себя широченную грудь счастливого пса, который вполне реально пал ей на шею, уложив тяжёлую голову на плечо.
–Слушай, я тоже очень рада! Веришь? О! Уже сообщение пришло. Не очень-то и далеко ехать, если по трассе, а пешком через парк и того ближе. Погоди, если ты мне сломаешь своей головой ключицу, мы никуда не доедем! – Алёна покосилась на умильную рожу страшной собаки, на которую чуть было не вызвали отлов и полицию, и вздохнула. – Ладно уж, давай, я тебе уши почешу. Небось, испугался жутко? Ну, всё, всё. Не бойся. Теперь уже всё хорошо. Сейчас я тебя до твоего дома подброшу, и сама поеду. А то меня там тоже пёс ждёт!
Пришлось, конечно, постоять в пробке, но не очень долго, и вскоре Алена уже вывела Бэка из машины и едва не упала от его рывка. Пёс так обрадовался знакомым местам, что забыл про своё приличное воспитание.
–Бэк! Нельзя! У меня цель – довести тебя до твоей хозяйки, а не пахать физиономией грязь у твоего дома.
Подъездную дверь открыли сразу, стоило только набрать номер квартиры, и вот Бэк уже просто приплясывает у лифта в предвкушении. А когда двери лифтовой кабинки открылись, метнулся к квартире.
–Бэк, милый, хороший мой, мальчик мой! Ой, только не сбей меня! – Алёна рванула следом за псом, как только увидела, кто открыл дверь. Пожилая женщина, миниатюрная, на костылях, заплаканная, с опухшим от слёз лицом и счастливейшей улыбкой, была просто снесена радостным псом, весящим ничуть не меньше хозяйки.
–Вы не ударились? – Алёна поймала хозяйку Бэка, подала ей один из костылей, и помогла дойти до ближайшего стула.
–Нет, спасибо вам, огромное вам спасибо за всё! Я вам сейчас деньги дам!
–Да ну что вы! Какие деньги! Я сама счастлива, что так получилось. Его же к нам в школу занесло, чуть полицию не вызвали и отлов. А у меня дома уже есть пёс и я боялась, что они не поладят. Нет-нет, не надо! – Алёна помотала головой, и собралась было уходить, но плачущая уже от счастья хозяйка, опять уронила костыли, по ним сайгачил Бэк, и было не похоже, что женщина сама сможет их поднять и при этом не будет затоптанной.
Через двадцать минут, Алёна возвращалась в тот же дом из магазина, нагруженная кучей пакетов.
–Бабулечка, ты не волнуйся, я тут немного задерживаюсь, я ротвейлера нашла, а потом нашла его хозяйку, но она сломала ногу, и несколько дней из дома не выходила, еды у неё никакой нет, я ей за продуктами сбегала, и скоро приеду! – Алёна придерживала смартфон подбородком, потому что руки были заняты. – Ага, позвоню!
Бэк уже встретил её как старую знакомую, а Матильда Романовна, как звали его хозяйку, таким потоком благодарностей, что Алене даже неловко стало.
–Алёнушка, вы у меня как фея-волшебница, спасибо вам огромное! Сын улетел в командировку в Красноярск, а я ногу сломала! Бэка выгуливать попросила соседа. За деньги, я же не просто так навязалась! А сосед пса взял, деньги взял и ушел. Вернулся без пса и пьяный совсем-совсем! И говорит, что не заметил, куда Бэк делся. Даже сомневался, что он пса на прогулку брал, говорит, может у вас в квартире затерялся, а с меня требуете! – Матильда вытерла подступающие слёзы, вспоминая, как она умоляла соседа поискать Бэка. – Он же район не знает почти, вернуться сам не мог! И что бы с ним могло случиться…
–Так, вы только снова не плачьте! У вас сын, когда возвращается?
–Завтра, уже завтра! – Матильда Романовна обрадовалась было, а потом покосилась на Бэка и закручинилась. Соседа было просить совершенно невозможно, тем более что он и лыка не вяжет, а больше она никого в этом доме не знала. Переехали они в этот дом недавно, раньше она жила в Подмосковье, и все подруги остались там. Нелепо просить подруг ехать к ней на электричке, чтобы собаку выгулять или в магазин сходить. Тем более что без продуктов она бы пережила, а вот с собакой ни одна из её подруг не совладала бы точно!
Матильда Романовна, несмотря на звучное имя, сильно напоминала нахохленного беленького и расстроенного воробышка, и Алёна решила, что ехать ей сюда от дома недолго, погуляет сначала с Урсом, а потом с Бэком. Подумаешь, на полчаса раньше встать! А то пойдёт этот чудик опять с соседом гулять и снова появится у неё в школе, а то, ещё куда-то попадёт, похуже!
–Если хотите, я вечером приду его выгуляю и завтра утром. А потом ваш сын вернётся, и всё наладится!
Матильда обрадовалась, всплеснула руками, засуетилась, чтобы хоть чаем Алёну напоить, едва удалось отказаться.
– И чего я вечно вляпываюсь-то? – ворчала Алёна, вечером подъезжая к дому, чтобы выгулять Бэка. – Делать мне нечего! Всё нахожу себе приключений на пятую точку, или это они меня находят?
Бэк вёл себя идеально, поводок не тянул, не дёргал, и после короткой прогулки был возвращен хозяйке в целости и сохранности.
Только Алёна выгуляла перед сном Урса и собиралась наконец-то заслуженно отдохнуть, как раздался звонок в дверь. Они с бабушкой недоуменно переглянулись и пожали плечами – никого они не ждали.
–Алёна! Ну, сколько можно бабушку утруждать! – вполне хорошее настроение испарилось, словно вода, попавшая на раскаленную сковороду. Её сестра вплыла в квартиру, благоухая новыми духами, в шубке и с дорогой сумочкой. Презрительно оглядела Алёну и Урса. И обратилась к бабушке.
–Бабуля, я понимаю, что ты человек добрый и всё это терпишь даже из последних сил, но, я нашла выход из ситуации! – она победно оглядела бабушку. – У меня у поклонника есть загородный дом, и там есть охранник. Так вот он согласился взять эту псину.
Изящный пальчик в перчатке ткнул в Урса, который тут же встревожено оглянулся на Алёну. Он унюхал запах чужой собаки, слышал, что хозяйка говорила о породистом ротвейлере, и вдруг испугался, что она решит завести какого-то другого пса, лучшего, чистопородного, а его отдаст…
– Завтра же его заберут! – то, что поклонник – это просто коллега с работы, загородный дом представляет собой обычную дачу, а охранник – сторож на дачных участках, Света никак не могла сказать! Прямо язык не поворачивался.
– Никуда его никто не заберёт! – решительно сказала Алёна, к её ногам прижался боком Урс, и она ощутила прилив неслыханной отваги. Защищать кого-то порой гораздо проще, чем себя. – Вот ещё не хватало! И вообще, с какого перепуга, ты моим псом распоряжаешься?
– Как это, с какого? – хотела спросить Светлана. Она всю жизнь распоряжалась Ленкой как хотела. Любая её вещь была их общая, тогда как вещи Светланы принадлежали только ей одной! И вот на тебе, сестрица удумала! В квартире страшный бардак. Еды нет, а в продуктовые магазины ходить Светлане было скучно и неинтересно. Постирать в стиралке она, разумеется, смогла, но вот гладить? Увольте! Не хватало ещё! Она приняла волевое усилие и решила младшую дуру-сестрицу вернуть. Польза от неё оказалась ощутимая. Но, она ж впилась в свою собаку подзаборную! Светка пошла так далеко, что даже уговорила очередного одного из коллег найти, куда можно пристроить пса. А Ленка ещё и выпендривается?!
– Света! Я никогда и никуда Урса пристраивать не буду. Это мой личный и собственный пёс! – размазня Алёна решила, что с неё хватит! Тем более, что Урс так испуганно смотрит… – Занимайся хозяйством сама!
–Что? Да как ты… Да я… Потратила время, силы, всё для тебя, дуры! Ты же так и останешься одна со своим псом дворняжным! Я-то хотела тебя от такой проблемы освободить, а ты? Ты же училка – синий чулок! На тебя и так-то никто не посмотрит, а теперь ты ещё и псиной это провоняешь, дура, даже псу твоему там лучше будет! Я – то с тобой по-хорошему, а ты ничего не ценишь?!
–Нет, не ценю! Потому что ты не от проблем меня хотела освободить, а делать тебе ничего не хочется. Ты после работы отдыхать любишь! А моей собаке лучше только со мной!
–Да! Люблю! Потому что я работаю! По-настоящему работаю!
–Так и я не понарошку работаю! Так что прости, но в домработницы к тебе я больше не пойду.