Убийство в бокале просекко

— Ты меня уронишь!

— Не уроню, — настаивал Дима, делая первые шаги на шаткий мостик, — но если ты продолжишь дрыгать ногами, то мы непременно свалимся.

То ли девушка не прислушалась к его совету, то ли расчеты юноши оказались не верны, но буквально через пару секунд они с громким всплеском свалились в реку. С головой погрузившись в холодную воду, Аня, казалось, моментально протрезвела. Нащупав ногами дно, она, чихая, выпрямилась и поняла, что речушка в месте их падения совсем не глубокая и вода едва ли достает ей до пояса. Через мгновение, она увидела перед собой мокрую голову Димы, который точно так же как она встал на ноги и обеспокоенно смотрел на девушку.

— С тобой все в порядке? — спросил он.

— Да, — ответила она, — только холодно. Даже испугаться не успела, нам надо выбираться на берег.

Дима разглядывал ее с совершенно несвойственным их обычному общению блеском в глазах, и девушка проследила за его взглядом. Ее мокрая белая футболка плотно облегала кружево тонкого бюстгальтера, не скрывая его содержимое. Аня покраснела и обхватила грудь руками.

Потом они вместе выбрались на берег и долго грелись у костра, завернутые в теплый плед. Потом уставшие, возвращались домой на все том же микроавтобусе. На этот раз Ане не пришлось довольствоваться его коленями, и она уютно устроилась на сиденье рядом, так как самые сознательные сотрудники к этому моменту уже предпочли разъехаться. Усталость и тепло разморило девушку, она задремала, положив голову на Димино плечо. Он нежно погладил ее по голове, желая, чтоб этот момент никогда не прекращался.

Май, 2022

Нескончаемая трель дверного звонка разбудила Аню, прерывая сон приятных воспоминаний. Поначалу ей казалось, что это звонит ее будильник, однако все ее попытки его отключить оказались безрезультатны, и только тогда она поняла, что звонят в дверь.

В полумраке темной квартиры, слегка освещаемой огнем ночного фонаря, она подошла к входной двери. Зажмурившись от света, проникающего через распахнутую дверь, она, щурясь, смотрела на вошедшего.

— Дима? — изумилась девушка, стоя на пороге в короткой футболке, заменяющей ей ночную сорочку.

Дима окинул взглядом стройные ноги, и уже через пару секунд, слегка сдвинув ее со своего пути, ловко снимал обувь в глубине ее небольшого коридора.

— Мне казалось, что мы все обсудили. Что-то случилось?

— Я просто не мог оставаться дома один. Стены давят на меня. Лешка у бабушки, я решил, что мне тоже лучше не оставаться наедине с пустой квартирой.

— И ты не нашел ничего лучшего, как заявиться ко мне?

— Именно так, — кивнул он и прошел в распахнутую дверь спальни.

Сквозь не зашторенное окно в комнату проникал свет уличного фонаря, расположенного прямо напротив квартиры Ани. Тускло освещая смятую постель и разбросанные на полу розовые тапочки, неяркий свет терялся в дверном проеме, в котором стояла растерянная фигура хозяйки. Совершенно неожиданно, Дима подошел к ней так близко, что Аня вынуждена была сделать шаг назад.

— В темноте и заспанная ты очень сексуальна, — пробормотал Дима, глядя на нее.

— Ты пил? — с сомнением спросила она, почувствовав резкий запах алкоголя.

— Немного, чтоб расслабиться, — перешел он на шепот.

— Дима, что происходит? — спросила она подозрительно.

— Я уже забыл, как вкусно ты пахнешь, — продолжал мужчина, обнимая Аню и утыкаясь носом в ее шею.

— Дима, у тебя только что умерла жена. Ее даже не успели похоронить.

— Я помню, — ответил он, не выпуская ее. — Именно поэтому я здесь. Побудь со мной, я тебя не обижу.

— Сомнительное утверждение, — ответила она, но не отстранилась.

— Я не хотел, чтоб все так вышло, — продолжал он. — Я очень тебя любил. И Карину тоже любил. По-своему.

— Да, я слышала, можешь не повторяться.

— Такое чувство, словно мы только вчера расстались, и не было всех этих лет, — прошептал он в район Аниного плеча, прижимаясь еще сильнее.

— Ты ведь не уйдешь? — обреченно спросила она, чувствуя предательское тепло внизу живота.

— Нет, теперь я никуда от тебя не уйду, — сказала он глядя на нее затуманенным пьяным взглядом.

— Ложись спать, — устало распорядилась она, подталкивая его к своей смятой кровати.

— Ты только не уходи, — попросил он, не выпуская ее из рук.

Аня сняла с него верхнюю одежду, уложила на кровать и села рядом.

— Обещаю, я не буду… — Дима замялся, подбирая нужные слова — позволять себе вольности. Просто полежи со мной немного.

Видя бесполезность попыток его вразумить, Аня опустилась рядом, надеясь, что через пару минут он заснет, и она спокойно ляжет спать на диване в гостиной. Мужчина обхватил руками ее тело и Аня напряженно вздохнула. Его дыхание стало спокойнее, и она тоже слегка прикрыла глаза. Именно так их и застало утро. Пробивающиеся в окно солнечные лучи ласкали лицо девушки, сигнализируя о начале нового дня. Она нехотя приоткрыла один глаз, и в поисках телефона зашарила рукой по тумбочке.

— Который час? — услышала она мужской голос и похолодела, вспоминая все произошедшее накануне.

— Пора вставать, лежебока, — ответила она обреченно и поднялась с постели.

— Как я здесь оказался? — спросил ее гость, откидываясь на подушках. — Я ничего не помню.

Аня не ответила, поднялась с постели и направилась в ванную, торопясь привести себя в порядок. Через пару минут она вышла на кухню завернутая в халат и застала хозяйничающего там Диму.

— На работу поедем по отдельности. И без того все о нас судачат, — коротко бросила она усаживаясь за стол, где стояла полная чашка ароматного кофе.

— И тебе доброе утро. Я помню, что ты любишь на завтрак.

— Звучит как-то двусмысленно, — усмехнулась Аня.

Горячий напиток медленно пробуждал ее к жизни и наполнял позитивом.

— Макаров, зачем ты вчера приперся? — спросила она немного погодя.

— Хоть убей не помню. Наверное, мне стало тоскливо. Я надеюсь, я вел себя как джентльмен?

— Затрудняюсь ответить на этот вопрос, — уклончиво ответила Аня, избегая его взгляда.

— Только не говори мне, что это наконец-то случилось, и я ничего не помню. Я не прощу себя до конца жизни.

— Не переживай Макаров, тебе все еще есть к чему стремиться, — успокоила его девушка и, чуть помедлив, добавила: — Ты вел себя довольно мирно.

С легким прищуром он посмотрел на нее, кажется, не удовлетворенный ответом.

— Я пошла одеваться, через пять минут выходим. Можешь вызывать себе такси. Я вместе с тобой не поеду. Хватит с меня пересудов.

— Как скажешь, родная, — улыбнулся он, но она уже скрылась за дверью спальни.

На работу Аня, конечно же, опоздала. Собственно, это не было для нее сюрпризом. Еще вчера, открывая дверь Макарову, она догадывалась, что вовремя на работу сегодня не придет. Когда она с легким кивком прошла мимо сурового охранника в форме, в холе уже никого не было. Наверняка, все давно разбрелись по своим местам.

Одетая во все черное, Аня направилась к своему кабинету невольно замедляя шаг возле соседней двери. Она посмотрела на часы — самое время пить чай и перемывать косточки коллегам. Ранее ее никогда не занимали чужие пересуды, и своими действиями в данный момент она не гордилась, но отказать себе в удовольствии остановиться и прислушаться Аня не смогла.

Как она и ожидала, за дверью уже звучала веселая воркотня коллег, которая, кажется, не имела к ней никакого отношения. Вздохнув с облегчением, и немного устыдившись, она уже намеревалась продолжить свой маршрут, как услышанное пригвоздило ее к месту.

— Вы представляете, кто вышел утром из подъезда Калининой? Макаров! — звучал звонкий женский голос.

Аня напряженно прислушалась, пытаясь поймать каждое слово.

— Она же живет в новостройке напротив моего дома. Я как раз вышла и дочку в машине ждала, она у меня такая копуша, всегда полчаса собирается, а сегодня прямо сама себя превзошла. Я уже лифт вызвала, а она еще телефон забыла и вернулась. Обычно с ним не расстается, даже в туалет без него не ходит, а тут, надо же, забыла! И как вовремя!

«Да уж, ничего не скажешь, вовремя», — подумала Аня. В коридор завернула полная женщина, которую девушка раньше никогда не видела, и она открыла сумочку, делая вид, что усилено ищет в ее недрах что-то, представляющее для нее в этот момент несомненную ценность.

— Ближе к делу, — прервал настойчивый голос коллеги, в котором Аня без труда узнала Ольгу.

— Так вот, — продолжила интригующим голосом Альбина, — смотрю, мужик выходит и кого-то мне напоминает. Он остановился и некоторое время стоял, ждал такси. Пригляделась получше — точно, Макаров! Я поначалу сомневалась, что ему тут делать? И вспомнила, что именно здесь Калинина живет, и у меня прямо сразу пазл сошелся! Вы посмотрите, что делается! Каринку схоронить не успел, а уже утешился!

— Совсем страх потеряли. Хоть бы для виду приличия соблюдали.

— Ну, они попытались. Он сел в такси и уехал, а Калинина позже вышла. Я специально дождалась, когда она выйдет, хоть дочка и подошла уже. Чтоб проверить.

— Вместе на работу не поехали, значит, чтоб не светиться.

— Шило в мешке не утаишь, — философски изрекла Альбина.

— Интересное кино получается. Может и правда они от Каринки избавились. Вступили в преступный сговор и…

— Или кто-то один из них, не обязательно вместе.

— Очень даже может быть. Говорят, что не сама Каринка умерла. Помогли ей, и вроде даже каким-то нашим лекарством. Мне в бухгалтерии рассказали, но подробности пока никто не знает. Там все супер секретно.

— Нашим лекарством? — опешил незнакомый Ане голос.

— Да, да, да. Смекаете, какая картинка складывается?

— Анна Николаевна, — услышала Аня и вздрогнула, застигнутая врасплох за своим неприглядным занятием.

— Да, Вячеслав Григорьевич, — улыбнулась она начальнику, подозревая, что получается это у нее неважно.

— Потеряли что-то? — подозрительно спросил он, останавливаясь рядом с ней.

На людях и вне своего кабинета руководитель всегда разговаривал с ней на «вы», несмотря на то, что отношения за много лет сложились у них самые теплые.

— Ключ не могу найти, — ответила она явно нервничая и поспешила дальше по коридору, не желая, чтоб до ушей директора долетели обрывки чужих разговоров.

— Заходите ко мне на чай, — улыбнулся он, кажется искренне.

— Да, сейчас зайду, — ответила она доставая, наконец, из недр своей сумочки небольшую связку ключей с веселым брелоком из ракушек.

Оказавшись в тишине и одиночестве своего кабинета Аня облегченно выдохнула. Обстоятельства складывались совершенно не так, как хотелось бы. Сами по себе все события этой цепочки случайностей не казались ей криминальными, но в совокупности представляли собой удручающую картину. Пересуды про их отношения с Макаровым, нелепый конфликт и последующая скоропостижная смерть Карины… да еще и от лекарства, которое имелось в их фирме! Не удивительно, что коллеги шепчутся. Девушка вздохнула, пытаясь отогнать от себя неприятные мысли.

Дима больше о себе знать не давал. После того, как они расстались этим утром, Аня его не видела, и считала это не плохим знаком. Если бы что-то случилось, он бы уже объявился. По ее мнению, им явно следовало держаться друг от друга подальше, не привлекая внимания коллег и полиции. Отрезвевший Макаров, вероятно, придерживался этого же мнения, не звонил, сообщений не писал и в кабинет не заходил.

Единственный вопрос, на который Аня не могла дать себе ответа — это ехать ли ей на похороны Карины. С одной стороны, близкими подругами они никогда не были, с другой стороны, в сложившейся ситуации, проводить Карину в последний путь казалось ей правильным. Сомнения терзали Аню до последнего, и только когда до назначенного часа прощания оставалось двадцать пять минут, она торопливо направилась к своей машине.

Принятое в последний момент решение заставило поторопиться, и Аня трясущимися руками искала в сумочке ключи от машины, все еще сомневаясь в правильности своего поступка. Ключ нашелся и автомобиль весело сигнализировал ей о том, что она может отправляться в путь. Она опустилась на водительское место и, забросив сумку и телефон на сиденье рядом, быстро тронулась с места.

Боясь опоздать на столь важное мероприятие Аня, не в пример обыкновению, ехала очень неаккуратно, резко перестраиваясь из одно ряда в другой и пыталась проскочить на мигающий зеленый. Одна такая выходка едва не стоила девушке здоровья и сохранности ее новенькой машинки. Пытаясь проехать прямо через перекресток она прибавила скорости и уже на желтом свете светофора оказалась на середине пересечения улиц, а прямо перед ней поворачивал на лево большой белый автобус. Девушка успела затормозить в сантиметре от неминуемого ДТП, догадываясь, что заслужила парочку нелестных эпитетов от водителя маршрутки. Вещи с пассажирского сиденья с глухим стуком полетели вниз, а кто-то истошно сигналил. Оставшийся путь Аня преодолела гораздо спокойнее, понимая, что торопиться на встречу с Кариной в таком буквальном смысле не стоит.

С трудом найдя место для парковки возле зала прощания, Аня принялась поднимать свою сумочку и телефон, так неудачно свалившиеся куда-то на дно машины. Не то чтоб они были ей очень сильно нужны, действия девушки носили скорее машинальный характер, ведь женщиной она была аккуратной. Сумка беззащитно лежала на коврике пассажирского сиденья, а вот телефон находится никак не желал. Аня перегнулась, пытаясь рукой нащупать холодный пластик под сиденьем, и натолкнулась на что-то твердое. Через пару секунд она уже совершенно забыла о своем телефоне, с интересом разглядывая находку в своих руках. Это был небольшой ежедневник в простой красной обложке с плотными белыми страницами, мелко исписанными неровным почерком. Аня открыла последний заполненный лист и попыталась прочитать чужой заковыристый почерк. Письмена расшифровать оказалось нелегко — пишущий человек явно торопился и не стремился сделать свой шрифт легкодоступным.

Наткнувшись на свою фамилию она с небольшим трудом разгадала чужие каракули и смогла прочесть: «Сегодня приехала Калинина, и мой муженек аж котлетой подавился, когда об этом узнал. Теперь у меня добавился еще один повод для беспокойства, мало мне того, что случилось».

Оторвавшись от ряда неровных букв Анна вспомнила, как Карина уронила сумку, когда они тронулись с места возле винного магазина, и все ее содержимое полетело в разные стороны. Наверно, тогда этот маленький ежедневник и закатился под переднее сиденье, а женщина его не заметила. Впрочем, не заметила бы его и Аня, если бы не упавший телефон.

Не имея больше времени на разглядывание своей находки, Аня сунула ежедневник в сумку, нащупала, наконец, телефон и быстрым шагом припустила к залу прощания. Как она и ожидала, в просторном холе собралось уже достаточно народа, и многие стояли с цветами. Она укорила себя за проявленную непредусмотрительность, но успокаивалась тем, что без цветов стояла не она одна.

Среди множества знакомых и не очень людей, Аня искала глазами Диму, желая поделиться с ним информацией о своей находке, но его нигде не было. Неожиданно кто-то схватил ее за руку, и девушка вздрогнула.

— Ты пришла, — услышала она сзади Димин голос.

— Да, я хочу с тобой поговорить, — прошептала она, плотнее сжимая в руках сумочку.

— После похорон или сейчас? — так же тихо спросил он, видя, что Анна заметно нервничает.

— Лучше сейчас.

— Иди за мной, — казалось одними губами произнес Дима, но Аня его поняла.

Мужчина не спеша развернулся, и Аня осторожно проследовала за ним, стараясь выглядеть естественно и не оглядываться по сторонам. Покинув прощальный зал, Дима повернул в коридор и его спина исчезла за дверью, ведущей, вероятно, в подсобное помещение. Аня юркнула в оставленную им широкую щель и попыталась оглядеться. В нос ударил запах затхлости. В небольшой кладовке, где они оказались, царил полумрак, а свет пробивался лишь через маленькое оконце, расположенное под потолком. Она различала неясные силуэты швабры в ведре на колесиках, стеллажи, заставленные коробками и банками, несколько венков в углу. Дима плотно закрыл за собой дверь и вопросительно посмотрел на Аню.

— Ты как? — спросил он, заглядывая в лицо девушки, она не отвечала, и мужчина добавил: — Ты знаешь, что тебе очень идет темнота.

Он провел внешней стороной ладони по ее щеке.

— Просто морщинки не заметны, — усмехнулась она, убирая его руку.

Дима молча смотрел в ее глаза, и Аня решила напомнить ему зачем они здесь собрались:

— Мы на похоронах твоей жены, если ты забыл. Про нас черте что болтают на работе, хотя я вижу, что тебя это нисколько не беспокоит.

— Не я позвал тебя в этот романтичный уголок, — с веселыми искорками в глазах парировал он, обводя руками все великолепие старой кладовки.

— Я нашла под передним сиденьем кое-что интересное, — перешла к делу Аня, доставая из сумки ежедневник.

— А я-то уже возомнил, что ты воспылала бурной страстью.

— На похоронах твоей жены? Ты в своем уме, Макаров? — опешила Аня, передавая ему находку.

— Что это? — спросил Дима, беря из ее рук красную книжицу.

— Думаю, это дневник твоей жены. Я не успела толком его просмотреть. Да и сейчас ты ничего тут не увидишь, слишком темно.

— Как это у тебя очутилось? — спросил Дима взволновано.

— В тот вечер, когда мы ехали с Кариной к вам домой, она уронила расстегнутую сумку, и кое что из нее выпало. Тогда я ничего такого не заметила, да и сейчас нашла его совершенно случайно, потому что у меня телефон закатился под сиденье.

— Любопытно, — потер лоб Дима и перелистал исписанные страницы. — Темно ничего не видно, включи свет, выключатель должен быть где-то возле двери. Надо посмотреть.

Они как по команде повернули головы к двери и замолчали. Дверь была приоткрыта, о чем явно свидетельствовал пробивающийся лучик света. Дима в два шага преодолел небольшое расстояние узкой подсобки и распахнул ее. В коридоре было пусто.

— Я абсолютно точно помню, как закрывал ее, — задумчиво пробормотал мужчина.

— Может, сама открылась, — поспешила немного успокоить его Аня. — В любом случае, надо отсюда выбираться. Потом разберемся с моей находкой.

— Я заеду к тебе вечером, — без намека на вопрос уверенно сказал Дима.

— Хорошо, — не стала обращать внимания на его самоуверенность девушка, желая вернуться ко всем, пока на них не обратили внимания.

Когда они заняли место среди скорбящих, прощальную речь произносил невысокий старичок в очках и с грустными глазами, а рядом с ним постепенно выстраивалась небольшая разношерстная процессия. Все они появлялись возле старика постепенно. Сначала ей бросилась в глаза довольно красивая пара состоящая из яркой молодой девушки и высокого мужчины, затем она заметила еще две пары, похожие на супружеские, но гораздо менее привлекательные, чем предыдущая.

«Это отец Карины и другие родственники», — догадалась Аня, до этого видеть семью усопшей ей не доводилось.

Рядом с уставшим пожилым оратором стоял среднего роста мужчина в очках, имеющий со старцем едва заметное сходство, говорящее о том, что они близкие родственники. Позади него стояла неприятная на вид полноватая женщина лет тридцати пяти с копной убранных под черный платок бесцветных волос и озабоченным лицом.

— Кто это? — спросила Аня у стоящего позади нее Димы.

— Это ее отец Андрей Леонидович Истомин, — ответил Дима и удостоился негодующего взгляда пожилой дамы, стоящей неподалеку от них. — Рядом с ним в очках — младший брат Карины Артем. Явный неудачник. Полная женщина рядом с ним — его жена Валентина. Именно она глава и источник дохода их небольшой семьи. Детей у них нет. Рядом с ними видишь колоритная парочка?

— Да, — ответила Аня едва шевеля губами.

Она внимательно посмотрела на действительно довольно яркую пару — высокого статного мужчину в дорогом костюме с поблескивающими камнями на запонках и его юную светловолосую спутницу в неброском черном платье, плотно облегающем изящную фигурку. Блондинка держала в руках шесть белых роз, которые чрезвычайно ее украшали.

— Это старший брат Карины — Виктор Андреевич. Он занимается каким-то совершенно непонятным мне бизнесом, недавно женился второй раз на этом эфемерном существе рядом с ним. Жена младше него лет на пятнадцать и зовут ее Анжела, она известна среди определенной аудитории как блогерша «Angel». Это его второй брак, от первого остался сын-подросток. А рядом с ними незаметная пара, видишь?

Аня перевела взгляд на темноволосую женщину, отдаленно напоминающую чертами лица Карину и ее непримечательного светловолосого спутника.

— Это сестра Каринки Яна и ее муж Виталик. Она работает медсестрой, а он, кажется, водитель, но я могу ошибаться. У них двое детей, и, могу предположить, что скоро будет третий. Обрати внимание на ее живот.

Аня скосила взгляд, но сказать что-то определенное затруднялась — женщина не отличалась хрупким телосложением и делать какие— либо выводы казалось преждевременным.

— А где мать Карины?

— Она уже давно умерла, еще до рождения Лешки.

— Молодые люди, — не выдержала стоящая рядом с ними пожилая дама, — имейте уважение, хватит шушукаться. Если вам есть, что сказать — выйдите и скажите это перед всеми.

Дама тоном и выражением лица напомнила Ане ее школьную учительницу Альбину Константиновну. Слова были произнесены ею довольно громко и присутствующие с любопытством покосились на них. Дима поспешно умолк, и более они не обменялись ни словом до самого конца церемонии.

После прощания Аня решила, что вернется на работу, посчитав, что поводов так откровенно прогуливать почти половину рабочего дня у нее нет. На светофорах она уже не спешила, аккуратно притормаживая и никуда не торопясь. В какой-то момент ей показалось, что за ней неотрывно следует белый автомобиль популярной в городе службы такси, и она внимательнее стала поглядывать в зеркало заднего вида. Действительно, на каждом повороте в хвосте плелся «Рено» с ярким рисуночком.

«У меня паранойя», — сетовала она, сворачивая на перекрестке, чтоб проверить, куда поедет привлекший ее внимание таксист. В потоке машин она потеряла преследователя из вида и немного успокоилась.

Остановившись на парковке у офиса, она вновь заметила пролетевший мимо нее автомобиль с веселеньким рисуночком, но разглядеть номер машины и ее пассажиров девушка не успела.

«Я схожу с ума, — подумала Аня, направляясь к офису, — таких машин по улицам ездят сотни. Или тысячи. И они все на одно лицо. А я уже напридумывала себе такого, что хватит на две части шпионского боевика». Призвав себя мыслить здраво, она отбросила все подозрения и поспешила вернуться к труду.

Работа в новой для нее должности, да еще и в обстановке повышенной нервозности, требовала особой собранности, и девушка, как только переступила порог своего кабинета, поспешила выкинуть из головы неприятные мысли и сосредоточиться на неотложных делах.

Совершенно незаметно время подошло к концу рабочего дня, но Аня домой не торопилась, стараясь разобраться в свалившихся на нее срочных заданиях. На телефон с легким щелчком пришло сообщение от Димы: «Буду у тебя через час». Поражаясь, как быстро пролетело время, Аня выглянула за окно — уже начинало темнеть. Девушка поняла, что на сегодня хватит — пора возвращаться домой, раз уж ей предстоит свидеться с Макаровым. Прежде чем вернуться в свою холостяцкую обитель требовалось забежать на ужин в кафе неподалеку от ее работы. Что-то подсказывало ей, что готовить сегодня она не будет. «Это не свидание», — несколько раз повторяла она себе, торопливо спускаясь по лестнице.

Дорога без ежедневных вечерних пробок заняла гораздо меньше времени, что не могло не порадовать Аню. Девушку беспокоил ее внешний вид, и она стремилась поскорее попасть домой, чтоб успеть привести себя в порядок. «Это не свидание», — как мантру твердила она про себя, но томительное волнение в душе, все же, не проходило.

Добравшись до дома в рекордно короткий срок, она посмотрела на часы и с удовольствием отметила, что до визита Димы еще есть время, и она успеет… подготовиться. Что именно Аня вкладывала в это слово, она и сама не знала.

Девушка медленно вышла на просторную парковку возле современной новостройки, специально обустроенную для жильцов дома, щелкуна сигнализацией и повернула в сторону подъезда. Начинало темнеть, по весеннему времени сумерки сгущались довольно рано. Машины плотными рядами примыкали друг к другу практически не оставляя свободного места. Не успела она отойти от своего автомобиля, как недавние страхи на каком-то первобытном уровне предчувствий вернулись к ней. Девушке показалось, что здесь, среди плотных рядов машин она не одна, и там, в темноте, где кончается скудное освещение уличного фонаря, ее кто-то поджидает. Ей казалось, что она отчетливо видит силуэт темной фигуры, таящий в себе неясную угрозу.