Две полоски под елочку

Глава 1

– На, получи!

Я замахиваюсь и со всей силы пуляю в этого напыщенного индюка горсть снега.

Бам!

Ой…

Накрываю рот ладошками.

А он оборачивается.

Наши взгляды пересекаются.

Меня швыряет на дно кипящего ада.

Его большие, рязъярённые глаза, в которых все вулканы мира взрываются, будто заживо меня сжигают. На расстоянии.

Блин! Что я, чёрт возьми, наделала?

Жарко становится нереально.

Несмотря на то, что сегодня на улице минус девять.

– Аш! Что за фигня! А-ну иди сюда, гадина мелкая!

– Мамочки…

Я не ожидала, что так метко попаду. Правда!

Но попала точно ему в лицо.

А лицо у него… бесподобное. Парень с обложки модного журнала. Идеальный. Словно сошёл со страницы глянца, в котором публикуют интервью с богатыми людьми.

У него большие синие глаза и темно-русые волосы. Модная стрижка. Одет в дорогое пальто с натуральным мехом.

Этот зазнавшийся мажор на дорогой спортивной тачке только что едва не сбил бабушку на светофоре. Еще бы чуть-чуть…

Визг тормозов. Я едва успела оттолкнуть пенсионерку, но ударилась бедром о бампер спорткара, подставив себя под удар.

А потом, разозлившись, зачерпнув горсть снега возле бордюра, да еще и с грязью – специально! От души шмальнула снаряд в напыщенное лицо мерзавца.

Возомнил, видите ли, себя королём мира!

Чего мелочиться вообще?

Он бы ещё по тротуару проехал, чтобы в пробке не стоять.

Не царское это дело.

– Артём! Артём! Ну ты куда? Давай я полицию вызову?! Ты смотри борзая какая!

Из окна пассажирского сиденья мажорской тачки высунулась расфуфыренная девица с большими пухлыми губами.

– Сиди и не рыпайся. Я сам, млин, разберусь!

Скрипя зубами, парень со всех ног бросается следом за мной.

– Стой! Догоню, задницу надеру! Лучше по-хорошему стой!

Жизнь проносится перед глазами.

Ну и чего я добилась?

Психанула. На эмоциях была.

Ненавижу таких папенькиных сынков! Которые ничего кроме своей короны не замечают.

Натянув капюшон ниже на лицо, я всё-таки отмираю и срываюсь на бег.

Он тоже с места стартует, на ходу стряхивая снег с пышного воротника пальто.

Его лицо красное, а ноздри как у быка на родео раздуваются.

Мамочка! Хоть бы не догнал…

Ленивый, наверно, долго не протянет. Через три минуты выдохнется. Делаю ставки я.

Поворот вправо, поворот влево. Прибавляю скорости, юркая в первый попавшийся переулок. Ходить пешком не привык, тем более бегать. Только катать свой задок буржуйский.

А мажор не отстает. Наоборот, догоняет.

Не угадала я. Выносливый, собака, попался!

Чёрт! Надо было притормозить. Поймает, Новый год буду праздновать в одной камере с ночными бабочками.

Эти детишки олигархов высокомерны и безжалостны. Думают им и море по колено.

Но я просто не удержалась. Он ведь мог сбить ту бабушку. Да и мне вообще-то прилично влетело. Синяк теперь будет на бедре.

Всего лишь хотела хоть как-то проучить паршивца!

Может по голове отхватил, да поумнеет? Не будет по городу как на гоночной трассе гонять?

Хотелось бы верить, что жертва моя была не напрасной.

– Стой! По-хорошему!

Сердце в груди бьётся на вылет.

Я понимаю, что он меня догоняет!

Впереди слышится шум – мы приближаемся к выходу из переулка, а там людно и шумно.

Но в последний миг что-то идёт не так.

– Сюда иди! Убью тебя, блин!

Отвлекаюсь на угрозы.

Резкий поворот. Гололёд. Я теряю равновесие.

Успеваю лишь взвизгнуть и упасть лицом в огромную кучу снега.

А потом сразу же ощущаю цепкую хватку на плечах.

Мир переворачивается вверх тормашками. Меня резким рывком опрокидывают теперь уже на спину.

Капюшон вместе с шапочкой слетает с головы.

Я вижу тёмное-темное небо.

А он… видит моё лицо.

Серые тучи сгустились над городом, мелкие точечки, падающие с небес, за долю секунду превратились в обильный снегопад.

Как раз в тот момент, когда мы застыли друг напротив друга.

И время будто остановилось. Всё замерло. Затихло.

Симпатичный брюнет с синими глазами… Схватив меня за капюшон, он яро занес руку для удара, сжав кулак, одновременно сцепив зубы.

Неужели ударит?

Совсем чокнутый?

Да этим напыщенным буржуям всё равно кто перед ним!

Ребёнок, девушка, бабушка.

Эго у них золотое.

Обиды зазнавшиеся олигархи не прощают никому.

Крепко зажмуриваюсь. Не дышу. К боли готовлюсь…

Физическая боль, по сравнению с душевной, ерунда.

Я уже долгие годы живу со шрамом на сердце.

Но, в первую очередь, на лице.

Клеймо уродства. Проклятье судьбы. Застыло на коже, словно печать что я не такая как все – как напоминание о том самом дне, когда я лишилась всего.

Мне тогда было пять лет.

Не выжил никто… Кроме меня.

Родители, бабушка, брат.

Все погибли.

Но я родилась в рубашке.

Почти.

Если бы не ужасные ожоги на теле…

Врачи боролись за мою жизнь и мне удалось побороть смерть.

А смысл?

Наверно было бы лучше, если бы я умерла.

Дальше сиротский приют. Насмешки со стороны сверстников.

Искалеченное детство. Много слёз, душевной боли.

Хоть я была тогда ещё маленьким ребёнком, но крики родных, языки пламени, подступающие со всех сторон, запах гари… я помню до сих пор. Помню так реально, как будто этот кошмар случился только вчера. И часто вижу в своих страшных снах.

Сейчас мне двадцать два. Моя жизнь не меняется.

Я просто плыву по течению и давно уже не верю в чудеса.

Распахиваю глаза, возвращаясь в реальность.

Не замечаю, как на ресницах застыли слёзы.

Крупные снежинки падают на красное, от быстрого бега лицо.

А ему на пышные, темные волосы, которые сейчас дерзко растрепались на холодном ветру.

Этот парень… такой красивый. А я?

Я не достойна даже дышать с ним одним воздухом.

Почему он медлит?

Всё смотрит и смотрит на меня, как на какого-то инопланетянина.

Даже руки разжал.

Кишащая на дне радужки лава тлеет.

Теперь там не ярость кипит, а сострадание.

– Ну же, давай! Бей…

Медлит.

Кулак, застывший в воздухе, плавно опускается вниз.

Я знаю, почему он этого не сделал!

Шрам мой увидел. На лице.

От ожога. Во время пожара.

Глава 2

– Придурок!

Толчок.

Пользуясь моментом, резко отталкиваю от себя преследователя.

Быстро на ноги поднимаюсь, набрасывая на голову капюшон, скрывая лицо, собираюсь бежать. Слёзы как яд глаза слепят.

Домой! Бегом домой. Закрыться ото всех. Спрятаться за замком и за холодными стенами. В привычном, уютном мире. Среди сотни книг и добрых фильмов про дружбу, любовь, семью.

У меня этого всего нет, вряд ли когда-нибудь будет.

Зато есть в книгах.

Семья…

Любящий муж. Детки.

Это всё, о чём я мечтаю больше всего на свете.

Каждый Новый год я загадываю одно и то же.

Но больше не стану.

Чудес не бывает!

И елку в этом году не буду наряжать. Из принципа.

Просто потому, что мне надоело надеяться на то, чего у меня нет и никогда не будет. Из-за моего увечья.

Некоторые люди морщатся при виде меня, стараются избегать.

Пора стать взрослой. Дурацкие желания не работают!

Сколько лет прошло. Сколько было попыток…

Бесполезно.

Нога неловко подворачивается.

Я снова подскальзываюсь.

Бам!

Резкая вспышка боли лупит по левой коленке.

– Ай!

Хватаюсь за ногу, пытаюсь подняться снова, но тут же падаю обратно как спиленное бревно.

Б-б-больно-то как!

– Стой! Осторожней…

Сильная рука за капюшон меня хватает, удерживая.

– Пусти!

– Тише будь, не дёргайся. Дай посмотрю.

Странно.

Парень больше не машет кулаками, а рядом на корточки опускается, взглядом застывая на моём колене. Пальцами проводит по ноге, тщательно ощупывая.

– Ай, – стону, кусая губы.

– Здесь болит? – хмурится.

Удивительно!

Его ладони такие мягкие и теплые…

Приятные мурашки лавиной рассыпаются по спине.

– Не трогай меня.

Ещё раз пробую вырваться, встать, побежать.

Тщетно. Не отпускает.

Да что он прицепился?

Не нужна мне его жалость.

– Глупая, ты коленку разбила.

Прежде, чем я успеваю что-то сказать, парень меня на руки ловко подхватывает. Шокированная, я даже рот открываю, быстро руками за широченные плечи хватаюсь, боясь упасть.

Он ведь намного выше и сильнее меня. Спортом наверно занимается. Внутренности сжимаются от восхищения.

– Ты что делаешь? Лучше отпусти! Или кричать буду, – продолжаю вырываться, но он лишь сильнее к груди прижимает, оборачивая руку вокруг талии.

Я замёрзла.

Одежда промокла, но рядом с ним стало слишком жарко.

Он пахнет бесподобно. Наверно какими-то дорогими духами. От этого прованса голова начинает пьяно кружиться. Причём, против воли. Неосознанно. Рождая какие-то сумасшедшие, абсолютно новые ощущения в области груди.

– Не глупи. Я просто хочу помочь.

А голос у него шикарный, когда он не орёт.

Бархатистый, звонкий.

Может он певец?

Да сейчас каждый второй из их общества элитарного рэпер.

– Куда ты меня тащишь? В полицию? – дрожью от ужаса покрываюсь. – Ладно прости, что снежком кинула. Только не вези меня в полицию. Пожалуйста!

За меня некому будет залог внести. Так и покроюсь там плесенью, ни за что, по сути. За детскую шалость, блин.

Всхлипываю, натягивая капюшон на лицо.

– В больницу, – неожиданно обрывает.

Застываю. Замираю.

Мне послышалось?

В уши снега что ли набило?

Я в его изумительное лицо всматриваюсь и вдруг понимаю, что оно будто мне кажется знакомым.

Артём. Так его фифа размалёванная звала.

Неужели он тот самый Артём Свободин?

Сынок мэра нашего города, недавно избранного. Звезда социальных сетей. Прославился тем, что засветился на одной скандальной вечеринке, во время стрима, в очень крутом жилом комплексе.

Вот так встреча. Какое совпадение!

Глава 3

– Не нужна мне твоя помощь! Ты тот самый сынок мэра, да?

Молчит.

Просто несёт меня обратно, даже внимание не обращает на любопытных прохожих. Со стороны выглядит так, словно мы двое влюблённых.

Кругом тишина. Машин, странно, нет. Ветер стих. И снег сильный падает, превращая невзрачные улицы в настоящую зимнюю сказку.

– Скажи своему папочке, что он козел! Он хочет снести приют на Мельникова и построить там сотый в городе торговый центр!

Я выросла в этом приюте. Там у меня остались теплые воспоминания. И там детки хорошие, которые нуждаются в тепле и внимании.

– Он сказал, что для приюта выделят новое место. – Несет меня на руках, словно пушинку.

– Это ложь! – смеюсь истерически. – Все политики так говорят.

Разговор прерывается, когда мы оказываемся на дороге и я вижу уже знакомую, ненавистную машину.

Ближе подходим. Окошко ползёт вниз, наружу высовывается недовольное личико королевы красоты.

Интересно, а дальше что?

Кому-то придётся покинуть транспортное средство.

Автомобиль то двухместный. Места на всех не хватит.

– Вот это кадр! Ты чё это делаешь? – девица, спутница богача, таращится на нас из окна. – Зачем на руках оборванку тащишь? А вдруг она заразная, – морщится так, словно я не человек, а куча навоза.

– Её в больницу нужно отвезти. У неё травма.

– Тёма, ты спятил? – девушка начинает истерически смеяться. – Она тебе мозги что ли отбила снежком? Она же тебя унизила! И с каких это пор ты печёшься об убогих? Да ты на посмотри только на неё? Выглядит как бродяжка.

В смысле бродяжка?

Да кем эта курица размалёванная себя возомнила?

На мне надеты приличные вещи. Да, прошлогодние. Да эконом-класса. Но я не настолько бедствую, что не могу себе позволить опрятную одежду.

Хоть и живу одна уже два года, как бабушки не стало, во многом себе отказываю, но на первостепенные нужды хватает.

– К тому же мы не поместимся! – капризничает инстаняшка, дуя в трубочку свои утиные губы. – Не дури, Тём. Я уже ментов вызвала. Обезьяне место в обезьяннике!

Что?

Я закипаю.

Дергаться начинаю, пытаясь вырваться из плена сильных рук.

Вот возьму и волосы лахудре все пообрываю за такие словечки!

Парень всё-таки поставил меня на асфальт, придерживая за талию.

– Кто это ещё из нас обезьяна? Ты губы свои видела? Да они как заднее место у павиана!

Не выдержала. Ответила выдре зажравшейся.

А мажор быстро девицу свою перебил и слегка приземлил.

– Вот менты тебя и подвезут. Пошла отсюда! Вылезай из моей тачки! Место освободи.

Ничего себе.

Я прям на месте подпрыгнула от того, с какой громогласной и злой интонацией прокричал последнюю фразу парень.

Девица ещё больше глаза вытаращила. Язык словно проглотила. Что-то пытается мычать в ответ, да слов не может подобрать. Недалекого ума, видно.

Или шок у неё.

У меня не меньше.

Почему это вдруг мажорчика переклинило?

Неужели я ему кого-то напомнила?

Или он проспорил на меня со своими друзьями-богачами?

Как это обычно бывает.

Но это невозможно. Мы видим друг друга впервые в жизни.

Он как на снег меня опрокинул, как лицо истерзанное увидел… бушующее пламя в нереальной красоты глазах вмиг сменилось на милость.

Парень дёрнул дверь авто и почти силой вытащил оттуда девицу.

– Раз так! То между нами всё кончено! Ты просто придурок, Артём.

– Давай, давай. Вали уже отсюда. Ты мне надоела!

К слову, вокруг набирающего оборот представления, стали собираться любопытные зеваки.

– Не поеду! – пробубнила, всё так же скрывая лицо под капюшоном.

В ответ получила тяжёлый вздох.

– Или со мной едешь, или с ними, – кивком указывает на виднеющиеся вдали яркие огоньки полицейской машины.

Чёрт!

Конечно с ним.

– С т-тобой. Поехали!

И сама быстро в машину запрыгиваю.

Он лишь довольно ухмыляется, захлопывая дверь.

Следом в салон запрыгивает.

– Пристегнись, – командует.

– Что?

– Время тикает. Они уже близко.

Подаётся в сторону, быстро пристёгивает меня ремнём безопасности и бьёт по газам.

– Ох!

Я только и успеваю вцепится пальцами в кожаное, очень комфортное сиденье.

Дорогая иномарка с визгом срывается с места.

Глава 4

– Как тебя зовут? – поворачивается, смотрит на меня. Внимательно, пристально. С волнением.

Странный взгляд для незнакомца.

Какие же глаза красивые, хоть и лживые.

Синие-синие. В таких можно как в океане утонуть.

И губы у сыночка мэра пухлые. На них часами смотреть хочется.

Встряхиваю головой.

Да что со мной такое?

И быстро в волосах лицо прячу, поправляя пышные пряди пальцами.

– Тебе какое дело? Не скажу. В тюрьму еще меня засунешь, – бурчу, отворачиваясь к окну.

– Расслабься. Хотел бы, давно уже засунул. Ну как видишь, мы по дороге едем, наоборот, от мигалок удираем. Я просто… п-просто понял, что был не прав. Честно.

С этим парнем явно что-то не так.

Мажор сломался?

Неужели уродство моё на лице увидел и ему вдруг стало жалко бедняжку-сиротку?

– Ну да, как же! Не ты ли хотел меня отшлёпать двадцать минут назад?

Он рассмеялся.

Звонко, мелодично.

По спине пронёсся приятный холодок.

Я поёжилась.

– Замёрзла? Ещё тепла прибавить?

Киваю.

Парень деловито жмёт на кнопки на приборной панели спорткара.

Честно говоря, продрогла знатно. Пуховик совсем износился, не греет. И джинсы намокли, когда я в сугроб упала.

На все те деньги, что у меня были с собой, я купила конфет детям в приюте. Этим сумасшедшим вечером просто возвращалась домой пешком, как вдруг вляпалась в удивительное происшествие.

Опускаю голову ниже, вижу дырку на коленке – как итог этого происшествия. Штанина разорвана, немного кровь виднеется.

И быстро отворачиваюсь, пряча лицо, так как понимаю, что парень смотрит на меня в упор. Точно на рубцы.

Стыдно. Он такой красивый и шрам мой увидел.

Мне. Некомфортно из-за этого. И горько вдвойне.

– Ну правда, зачем тебе меня в больницу везти? Травма пустяковая. Не перелом ведь.

– Откуда ты знаешь? А вдруг растяжение. Лучше пусть врачи проверят. Правда, прости. Ты ударилась из-за меня, теперь я хочу загладить вину. Поверь мне. Так как тебя зовут?

Он притормаживает на светофоре. От полицаев мы благо оторвались. Рука незнакомца ложится на моё плечо, крепко его сжимает. Жар его кожи просачивается даже сквозь приличную толщину пуховика.

– Олеся.

Не оборачиваюсь.

Мне стыдно.

Постоянно стыдно и грустно смотреть людям в глаза.

Я всегда прячу лицо за волосами.

Повезло ещё, что рубцы не на всё лицо.

Как-то удается скрывать их прядями, мастерить причёску.

У меня нет средств, чтобы исправить своё уродство. Но я мечтаю о пластической операции.

Я бы могла начать на неё собирать, но дети… Дети важней. Если со шрамом на лице ещё можно как-то прожить, то с пустым желудком вряд ли. Половину своей зарплаты я жертвую детишкам в детский дом. Именно поэтому у них часто бывает сладкое после ужина.

Мне просто нравится видеть их улыбки и слышать их смех. Они совсем ещё крошечки. Я-то знаю, что такое жить без мамы и папы.

Когда я была в их возрасте у меня не было ничего. Сладости давали только раз в год. На Новый год.

– Олеся… – почти мурчит.

Рука на плече сжимается сильней.

– А я Артём.

– Я уж поняла, – бормочу себе под нос.

Не с ним общаюсь, а со стеклом.

Понимаю, что неуважительно к собеседнику, но ничего не могу поделать с внутренними переживаниями.

Так и сижу, уткнувшись носом в запотевшее окно.

– Посмотри на меня, обернись, – шепчет, наклоняясь ближе.

Горячий шёпот уже почти касается мочки уха.

Как вдруг позади раздаётся череда недовольных гудков.

– Чёрт! – бранится Артем. – Да еду я уже, еду.

С явным гневом бьёт ногой по педали газа.

Мена аж спиной в кресло по инерции вжимает.

Ну и гонщик!

Глава 5

Мы домчались до больницы за пять минут. Я впервые сидела в салоне такой дорогой и шикарной машины. Как будто попала в сказку. Или в сон.

Но всё, что происходит со мной сейчас, происходит на самом деле.

Мою рану быстро осматривают, делают перевязку.

Не скажу, что больно, но жутко неприятно.

– Ого, так быстро? – удивляюсь я, сидя на кушетке, когда процедура подходит к концу.

И нет очередей. И медсестра приятная.

Не то, что в государственной поликлинике, которую я временами посещаю.

– Что-то серьёзное? – с беспокойством интересуется Артём, чем меня удивляет уже в который раз.

Он ни на шаг от меня не отходит, сидит рядом на стуле, внимательно наблюдая за процессом.

– Нет, всего лишь ссадина.

Ну это понятно, клиника то частная.

И ремонт здесь ого-го какой.

А Артёма наверно знает каждый второй в городе гражданин. Он один раз всего улыбнулся девушке на ресепшене, так она уже готова ему звезду с неба достать и как следует выслужиться. Потому что знает, кто отец этого молодого человека.

Осмотр закончен. Повязка наложена. Лечение прописано. Счёт оплачен. Не мной, кстати. Вообще, считаю это справедливым.

Артем первым начал. И травму я тоже из-за него я получила.

Придерживая меня под локоть, парень выводит меня из больницы.

Стеклянные двери мягко разъезжаются, выпуская нас на улицу, в самый эпицентр снежной бури.

– Ну и погодка! Ты только смотри сколько намело? – присвистывает Артём, прижимая меня теснее к бедру.

Буря лишь усилилась за тот период, что мы провели в больнице.

– Да уж. Давно такой вьюги сильной не было. Ничего не видно почти.

Да, он прав.

Две такие разные судьбы, такие разные личности с разным социальным статусом пересеклись друг с другом именно в этот день.

И начался шторм.

Сказка какая-то!

Может потому, что высокомерный мажор влюбился в простую девушку? С первого взгляда…

Ха! Ну прям там влюбился.

Ему явно от меня что-то надо.

Понять бы что?

Ведь просто так ничего не бывает.

Я его проект?

Для какого-нибудь шоу?

Ибо папочка попросил?

Подобные истории постоянно привлекают журналистов.

А Артёмка придумал трюк, чтобы хайпануть, набрав популярности.

Я уже вижу заголовки в газетах и на разных новостных сайтах:

«История, которая взорвала весь интернет! Он едва не сбил её на дороге, а в ответ получил снежком в голову… Богатый принц влюбился в бедную сиротку. Ничто ему не помеха. Ни статус, ни уродство на лице избранницы. Ох уж эти богатые! Странные, всё-таки, личности. Это правда? Или трюк ради хайпа?»

Нет!

Только этого мне еще не хватало.

Надо нам быстро распрощаться и разойтись как кораблям в море.

А мне надо быть осторожной.

Ох, сколько я историй и фильмов на эту тему перечитала.

Обязательно должен быть какой-нибудь подвох.

Мы садимся автомобиль. Нас почти снегом засыпало, не успели и пяти шагов сделать. Уже у каждого по холму на плечах.

Два снеговика.

Артём вообще без шапки.

А свою я потеряла, когда навернулась, убегая.

Только капюшон спасает.

Парень быстро заводит двигатель, становится теплее.

Надо быстрей отчаливать, пока машину не засыпало окончательно.

– Куда тебя отвезти? Где ты живешь?

Ловко управляясь с рулём, мой новый знакомый увозит нас из больничной парковки, выезжая на дорогу.

Я называю адрес.

Ехать не так далеко.

– Значит, конфликт улажен? – спрашиваю, глядя в окно. – Больше не будешь гонять как чёрт? – усмехаюсь.

А этот парень всё же не так плох.

Трепетно обо мне позаботился, ещё и лечение оплатил.

– Нет. Теперь точно не буду, если ты просишь.

Я густо покраснела.

– И я хочу ещё раз перед тобой извиниться, Олеся.

Мне кажется я забываю, как нужно дышать…

Когда он так сладко называет меня по имени.

Глава 6

– Ну вот, приехали, – указываю кивком на полуразвалившееся здание советских времён. – Лучше здесь останови, там дорога в хлам убитая, машину ещё повредишь.

Кошмар как стыдно!

На свалке наверно бродяги лучше живут.

Поскорее хочу, чтобы Артем уехал.

Сейчас мы быстро разбежимся по своим мирам и забудем друг о друге. Он по крайней мере обо мне точно забудет.

А я?

Я буду вспоминать нашу необычную встречу вечность.

Понимаю, что нам с ним не по пути, но всё же…

– Я помогу тебе дойти до квартиры.

– Я как-нибудь сама, – удивляюсь его настойчивости.

Вот прицепился!

– Я настаиваю. Всего лишь провожу. Пожалуйста.

В упор на меня смотрит. Затылком чувствую.

Жар его взгляда…

И сдаюсь.

Этому мелодичному голосу и слову «пожалуйста» невозможно сопротивляться.

Артём помогает мне выйти из машины.

Дорожка, ведущая к подъезду, покрылась гололедом.

Я всё ещё хромаю, но пытаюсь идти сама, как вдруг поскальзываюсь.

– Ой!

– Осторожней! – испугавшись, он ловко меня за талию подхватывает. – Ну вот! Не зря я настоял на своём! Ты могла второе колено расшибить, в лучшем случае.

На полном серьёзе кричит на весь двор.

Теперь я понимаю, что мой спаситель прав.

Какая неуклюжая! Да я сама сейчас не своя.

После того, как его встретила…

Мы поднимаемся на мой этаж. Всё это время у меня щёки полыхают. Одновременно из-за того, что Артём меня к себе прижимает и также из-за того, что мне неловко вести такого расфуфыренного молодого человека в свою зачахлую однушку.

Я прям кожей чувствую, как он морщится от отвращения, рассматривая обшарпанные стены подъезда, разрисованные граффити. Здесь всё на соплях уже держится. На некоторых пролётах даже нет перил.

Мы застываем напротив двери в квартиру.

– Прости за это. Мне неудобно.

– За что?

– Ну что мы в таком месте находимся.

– Одна живешь?

– Да. Я детдомовская.

После признания, следует горестный мужской вздох.

Пробубнив это, я пытаюсь ключ в замок всунуть.

Не получается.

Руки немного потряхивает.

– Квартира съёмная. Поэтому такая… недорогая.

– Я всё прекрасно понимаю.

Замок щёлкает, мы входим внутрь.

Дома у меня полный порядок и не так всё печально, как в подъезде.

Надо чай ему предложить, а то неудобно всё-таки. Не урод вроде моральный. Эмоции искренние. Первое впечатление может быть обманчивым. Но если что я знаю где лежит чугунная сковорода…