Неверный. Ты нас предал
- -
- 100%
- +
Наконец, следует его ответ.
– Так это ты был у больницы номер тридцать пять?
– Я! Девушку подвозил, знакомая моя.
М-да… Неужели Андрей любовник той соски? Ужас какой!
– Понятно, спасибо, Андрей, извини за беспокойство.
– Не за что!
Он быстро кинул трубку, а мне стало неприятно.
Интересно, Света знает о гульках Андрея?
Я вдруг вспомнил о его жене…
Светлана. Так, кажется, её зовут.
Мы с ней не общаемся, пару раз на праздниках пересекались, в ресторане.
Мне казалось, друг мужа любит её. Так трепетно за ней ухаживал, почти пылинки сдувал. Они держались за руки и производили впечатление гармоничной пары.
Вот козёл!
Однако, я выдохнула с долей успокоения, убирая телефон в сторону, и мне полегчало.
Саша чист. Худшее позади!
Но назрел другой вопрос – стоит ли открыть недобрый секрет Светлане?
Женская солидарность, как никак.
Однако, поразмыслив, портить себе настроение и влезать в чью-то жизнь мне не хотелось совершенно, это лишние нервы, а мне нужно себя беречь.
Это их дело, пусть разбираются сами. Не хотелось бы попасть под раздачу, тем более, накануне родов.
Значит, Саша был честен со мной… Боже, как я рада!
Как и думала, он не способен на подобную грязь. Хорошо, что я во всём разобралась и не стала сеять панику.
Ошибки случаются сплошь, мало, что те сплетницы – медсёстры, могли наговорить. В женском коллективе нередко функционирует «сарафанное радио», которое потом превращается в «испорченный телефон».
Вот нечем им заняться! Что за люди…
Я скучающе проводила время в больнице в ожидании любимого.
Набрала маму, объяснила ситуацию.
– Валя! – закричала она, перекрикивая ритмичную музыку на заднем плане у себя. – Как это ты в больнице? С ума сошла? А Маша? С бабушкой нельзя надолго оставлять, пенсионерка всё-таки!
Мама у меня уже три года не пьёт, не курит, ведёт здоровый образ жизни.
Удивительно, но она взяла себя в руки и проделала колоссальную работу над собой.
Похудела, похорошела. Сейчас она фитнес инструктор. Преподаёт аэробику и ведёт марафоны по похудению.
Мать у меня резкая, характер – застрелиться. Но не от хорошей жизни она стала такой. Как только ушла от сожителя, многое изменилось в лучшую сторону.
– Я же не виновата… Может ты поможешь?
– Не виноват она, – перекривляла меня, хлопая дверью, музыка затихает, – понарожают и спихивают на бабушек-дедушек.
– Так, ладно, пока.
– Да погоди ты! Посмотрю, конечно, куда же денусь. А Александр что?
– Боюсь его с Машей оставлять, вдруг не справится? Ты же знаешь, какой он занятой.
– Нашли няньку!
– Ну хорошо, тогда в агентство позвоню.
Хотя, этот вариант лично для нас крайняя мера.
Не могу я доверить посторонним людям своих детей, хоть какие у них там рекомендации и дипломы не были. Всякое в мире случается.
– Никаких чужих баб в нашем доме! Сейчас группу отпущу и сменю бабушку. Александра предупреди. И не дуйся на меня! – добавляет мягче. – Я твоя мать, переживаю так за тебя, уж прости.
– Спасибо…
– Ты хоть как там в целом?
– Угроза миновала. Всё будет хорошо!
– Ну и слава богу. А я говорила, нечего беременным делать за рулём! Пусть муженёк твой тебя возит. Перенервничала в дороге, вот итог. Или налегке выскочила на улицу, поясницу продуло. Чтобы больше тебя за рулём не видела, пока не родишь, ясно?
– Ты бабушке позвонишь?
– Наберу, как выйду из клуба. Попрошу, чтобы суп сварила, котлет и компот, наверно.
– Хочу полежать немного… Ничего варить не надо!!!
– Давай, Валечка, люблю и целую! Береги себя.
– Собери, пожалуйста, мне кое-какие вещи, я же с собой ничего не взяла.
– Хорошо, через Александра передам.
* * *Прошло полтора часа с момента нашего с Сашей последнего телефонного разговора. Очень скучаю по нему и по доче!
Я уже почти набираю номер бабушки, в дверь раздаётся беглый стук, на пороге появляется мой муж.
– Саша!
Я очень обрадовалась. Ну просто до слёз! Наконец-то!
Любимый подошёл ко мне, наклонился и обнял, целуя в щеку.
– Здравствуй. Как ты? Как малой?
Поставил пакеты на столик, присел на кровать, положив ладонь на мой живот.
– Всё в норме…
– Ну, и чего ты удумала, Валь? Это что ещё был за обморок средь белого дня?
Рассматриваю лицо мужа, вижу там усталость. Выглядит измотанным. Бедненький, работает на износ, ради семьи. Я ценю это, люблю его неимоверно!
– Испугалась!
– Чего?
– Думала, у тебя есть любовница. Не просто любовница, а соплюха восемнадцатилетняя, и тоже беременная.
Произошедшее проносится в моих мыслях, как страшный сон…
– Ну и глупости! – возмущается сердито. – Да уж, ты и правда со второй беременностью странной стала. Накрученной копец!
– Ну извини! А что я могла подумать?? Лучше не давай больше никому свою машину, а иначе я сойду с ума.
Бросилась к нему и обняла жадно, уткнувшись носом в крепкую грудь, пахнущую терпким парфюмом.
Саша похлопал меня по спине, какой-то весь такой напряженный, твёрдый, как скала.
– Мне не нравится, что ты посмела так подумать насчёт меня. Ты мне не доверяешь?
– Что ты…
Воздух пронзило напряжение.
– Это серьёзный звоночек, Валя.
Отстранился, встал.
– Это заставляет меня чувствовать себя некомфортно.
Вытянул руку вперёд, взглянув на наручные часы, сверкнувшие золотом на запястье.
– Что ж, отдыхай, ещё надо в магазин успеть, твои родные попросили купить кое-что. Устал сегодня, очень.
– Да, езжай, отдохни, – грустно.
– И ты давай, отдыхай, – кивает, – береги себя и нашего ребёнка. Что на УЗИ сказали? Пол видели?
– Видели, – улыбаюсь, – но это сюрприз. Я тоже не знаю, попросила, чтобы мне на листке написали. Как выпишут, устроим гендер-пати, как и хотели!
– Прекрасно! Тут, кстати, твои тебе передачку собрали – загляни в пакеты. Волнуются очень, особенно бабушка. Звонка твоего ждёт.
– О, как мило…
Смотрю на три больших пакета, душа сжимается.
Бабуля как всегда. Наготовила наверно на целое отделение домашней еды. Моя бабушка – это просто ангел.
Мы прощаемся с Сашей, я грущу, но что поделать. У него тоже выдался трудный день – первая, серьёзная конференция, я его прекрасно понимаю.
Муж уходит, тянусь к пакетам, посмотреть, что же для меня собрали родственники… Внимание привлекает симпатичный розовый пакетик, который словно случайно затесался между тремя остальными.
Беру его в руки, заглядываю внутрь.
А там…
У меня щёки краснеют, в жар бросает.
В пакете я нахожу ну очень вызывающие красные трусики и красный лифчик – комплект нижнего белья.
Щупаю ткань, такая нежная, будто из лепестков роз, понятное дело, дорогая.
Читаю на этикетке – «Виктория Сикрет».
Ну Саша, удивил!
Давно он мне не делал таких пикантных подарков…
Получилось как сюрприз.
Так приятно сразу стало. И чувство вины непонятное проснулось, будто я не уделяю ему достаточно внимания за последние несколько месяцев, а это… ну какое же красивое бельё!
Повертела его, рассматривая со всех сторон, к себе приложила. Улыбнулась.
Понятно, Саша на своём бизнесе помешался, но стоит как-то друг друга удивлять, чтобы отношения были крепкими и долгими.
Я готова!
Как только приду в себя после родов, обещаю разнообразить нашу интимную жизнь. Добавить больше романтики, каких-нибудь эдаких штучек, страсти.
Не мешало бы в отпуск съездить, за границу. Там-то уж Саша точно не сбежит от меня к своей работе.
Тут я неловко задеваю пакет рукой, и он падает.
Шлёп!
Кажется, там было что-то ещё.
На пол выкатывается что-то… Ох… Что-то такое длинное, розовое…
И начинает тихо гудеть.
Вибратор, что ли?
Неожиданно, однако!
Глава 5
Передо мной эта штуковина…
Светится розовым огоньком и пожжуживает, пока я краснею и удивляюсь такой необычной находке.
Это намёк?
Сашкин намёк, понятно!
Я же раньше стеснялась использовать такие вещи.
Однажды, во время прогулки, он предложил зайти в магазин для взрослых, но я не смогла преодолеть в себе стыд.
Возможно, это приходит со временем, ведь меня воспитывали иначе, я и первого раза страшно боялась, и секса вообще.
Мать опасалась, что я забеременею в шестнадцать и опозорю её!
Поэтому едва ли не ненависть прививала мне ко всему интимному.
Но сейчас, когда я повзрослела и вышла замуж, блоки постепенно начали рушиться. Я готова была меняться ради любимого человека, и я с радостью попробую что-то новое.
Только не понимаю, почему именно сейчас он решил подарить мне это?
Ответ приходит быстро, когда Сашка вдруг опять залетает в палату, возвращаясь.
Он замирает и прицельно смотрит на бельё, которое я до сих пор верчу в руках, затем на эту… штучку, пожжуживащую на полу.
Я улыбаюсь.
А Саша серьёзен, как профессор наук.
Подходит быстро, поднимает с пола вибратор и прячет обратно в пакет.
– Саш… – хихикаю. – Это что такое?
– Извини, сюрприз не удался, – растерянно бормочет, – случайно прихватил с собой, вообще уже крыша едет от усталости! Такой трудный день, запара адская! Сегодня была важная встреча, на которой мы обсуждали инвестиции в проекты, – тараторит, – потом в магазин зашёл и наткнулся на бутик с нижним бельём. Не знаю, что меня сподвигло, но я решил тебя как-то удивить. На будущее…
– Надо же!
– Я хотел спрятать это пока… дома. Пакет случайно с собой прихватил. Прости, если заставил тебя врасплох. Сейчас такие подарки, наверно, не уместны. Я подумал, скоро хлопоты начнутся с прибавлением в семье, будет не до этого, а ты же меня знаешь, я люблю планировать наперёд, поэтому приобрёл заранее.
– Вот значит как?
Он думал обо мне. О нас. Как это мило.
И да, я не против таких подарков. Наоборот, это меня растормошило. Красные трусики и игрушка для взрослых вызвали у меня бурную реакцию, нежели, если бы это был банально букет цветов.
– Если честно, – подходит ближе и за руку берёт, – мне тебя не хватает. В том плане, что хочется больше интима. Разнообразия, страсти!
– Саш…
– Но я не жалуюсь! Понимаю, тебе сейчас не до этого, беременность – нелёгкое бремя, поэтому я подожду. Буду ждать столько, сколько нужно.
Склоняет передо мной голову и мягко губами запястья касается.
– Спокойной ночи, зайка. Поправляйся, увидимся завтра.
* * *К сожалению, по показаниям врачи рекомендовали мне снизить сексуальную активность во время этой беременности. Так что я понимаю Сашу и делаю всё, что могу, чтобы доставить мужу удовольствие.
Но удовлетворять оральными ласками это одно, а полноценный физический акт – другое.
Терпеть нам обоим осталось недолго. Наверстаем, обязательно.
Главное, мы поговорили. И главное, муж меня понимает.
А вообще, Саша знал на что шёл. В приоритете у мужа был второй ребёнок, это была больше его инициатива, он мне так и сказал:
– Валь, я хочу ещё одного ребёнка! Сына хочу. Сделаем?
– Думаю можно, только я пока не готова. Чуть позже.
Слишком мало времени прошло после первых родов, всего полтора года, я недостаточно окрепла морально. Маленькие детки – это тяжело. Но Саша был настойчив, он кидался на меня как голодный волк и следил за тем, чтобы я не использовала контрацептивы.
В итоге, настойчивость главы семьи победила. Спустя полгода его голодных атак, я снова почувствовала тошноту по утрам и поняла, у меня задержка.
Этой ночью я спала хорошо. Тревожность снизилась, поскольку я увидела мужа, мы поговорили и он развеял сомнения. У нас всегда были доверительные отношения. Однажды мы стали не только мужем и женой, но и лучшими друзьями.
Я думала, так будет всегда.
Я думала, у нас идеальная семья.
Пока не наступило завтра…
День, который я запомню на всю жизнь, как оживший кошмар.
Утром позвонила бабуле. Разговаривала с ней, затем с дочкой и понимала, что мне их не хватает. Всего сутки прошли, а моё сердце рвётся к ней, к моей непоседливой мышке-малышке.
– Мама! Я осень скуцяю, – хихикает Машуля, и что-то жуёт, судя по звукам, – когда ты плиедешь?
– Скоро, Мышка, завтра, наверно.
– Уряяяяя!
Повезло, что у нас есть две замечательные бабушки, готовые в любой момент прийти на помощь.
Мать мужа, Ирина Генриховна, редко к нам приезжает. Она живёт в другом городе и вечно вся в каких-то делах. У неё, как у Саши, свой бизнес, связанный с недвижимостью.
Отношения у нас нейтральные. Но я предполагаю, что Ирине Генриховне я не особо нравлюсь. Думаю, она бы хотела видеть рядом со своим сыном кандидатуру более состоятельную из обеспеченной семьи.
Может поэтому она так редко с нами видится? Словно специально демонстрирует недовольство его выбором.
– Валентина Макеева? Пройдемте на КТГ, Оксана Степановна велела.
В палату заглянула медсестра, окликнув меня.
Я поднимаюсь с кровати, следую за ней. Очень благодарна маме, что передала вещи первой необходимости, включая халат и тапочки, а бабушка, как обычно, до отвала накормила вкусной и полезной едой.
Врач, Оксана Степановна, утром приходила, мы пообщались, она сказала, что у меня всё хорошо, даже анализы хорошие, но всё равно посоветовала ещё пару дней полежать под наблюдением.
Медсестра заводит меня в кабинет, я укладываюсь на кушетку, пока она подключает аппарат. Лежу… Кроха пинается, я поглаживаю животик и представляю, как пройдут роды, как состоится наша встреча. Потом будет выписка, праздник, Машенька увидит своего крошечного братика или сестричку и очень обрадуется. Теперь ей будет веселей.
– Ксюш, ну что там? Слышала, вчера какой-то скандал был? – интересуется одна медсестра у другой, их разговор долетает до меня из-за двери.
– Да, был. Ещё и какой! Кавалер Семёновой отличился. Требовал, чтобы её перевели во второй корпус.
– Здрасте приехали! Так там же роженицы.
– Вот и я о том же. А ему как по барабану! Угрожал, что всё отделение разнесёт, если его хотелки не будут исполнены.
– Ба какие цари! Ну пусть тогда в другую клинику едут, если что-то не устраивает.
– Степановна пока не отпустила, ты же её знаешь. Её пациенты – её ответственность. У девчонки тонус, угроза выкидыша…
Болтушки уходят, я в недоумении, что это они здесь обсуждали?
Процедура занимает около тридцати минут. Благодарю медсестру и возвращаюсь обратно в палату. Скоро обед, а затем Саша приедет. Мы с ним списывались, обещал к трём освободиться.
Выхожу из-за угла, внезапно вижу мужа!
Он быстрым шагом двигается по коридору, глядя в свой телефон, не замечает меня.
Я улыбаюсь. Он рано! Догадываюсь, Сашка решил устроить сюрприз, порадовав меня внезапным появлением.
Ух ты, да он с цветами! Какой потрясающий букет из лилий и хризантем!
Я просто таю перед ним, как в день, когда я поняла, что влюбилась в него без памяти.
Вот, он доходит до моей палаты, я побольше воздуха в грудь набираю, собираюсь окликнуть его, но…
Он пролетает мимо.
Дергает дверь соседней палаты и заскакивает внутрь.
Всё происходит так быстро, что я теряюсь.
Нет. Пожалуйста, нет!
Цепляясь за стену, бреду туда.
Ноги еле-еле двигаются, зато сердце колотится на вылет.
Мне страшно… Мне горько… Но я должна сделать это.
Я словно иду на казнь.
Дрожащая рука сжимает ручку чужой палаты, в которую только что прошмыгнул мой муж, приоткрываю её и замираю.
Оттуда доносятся голоса – сопливый девичий и хриплый мужской, разбавленные стонами и смешками.
А затем я вижу их… Как свой страшный сон.
Кристина. Александр.
Теперь уже точно не спутать. Они передо мной, как на ладони!
– О, как хорошо! Сашечка, ты такой заботливый…
– Подарок понравился?
– Очень! Жена не догадалась? – фыркает высокомерно.
– Нет.
– Ну и отлично!
Александр сидит на кровати, а на нём сверху… эта пигалица – Кристина!
* * *Она лежит на нём и с удовольствием поедает ломтики фруктов, пока мой муж старательно разминает ножки своей избалованной, малолетней любовнице.
– Когда ты сделаешь мне предложение? Ты разведёшься с ней?
– Крис, – вздыхает, – мы уже это обсуждали. Сколько можно?
– Знаю, знаю… Тебя эти вопросы раздражают! Я просто на всякий случай спросила, вдруг твоё мнение изменилось?
– Мы заранее обозначили рамки, так?
– Ну да… Но моя беременность, между прочим, в планы не входила.
– Так получилось. Ничего страшного, родишь, воспитаем. Если забеременела, значит судьба. Ребёнок – это чудо, дар большой. Сейчас тебе важно не нервничать и позаботиться о нём.
– А что будет дальше, Саш? Рано или поздно жена узнает, тебе придётся сделать выбор. Будешь жить на две семьи?
– Это уже не твои заботы. Или ты боишься, что я тебя брошу? – наклоняется к её лицу, нежно дотрагивается до подбородка, – этого не будет. Обеспечу тебя, ребёнка… Я взял на себя ответственность, как мужчина, как отец твоего ребёнка. Всё будет хорошо!
Я пошатнулась.
Как от смертоносного удара в центр моей души, который нанёс мне самый близкий, самый любимый человек.
До боли закусила губы, пытаясь сдержать напирающий поток слёз.
Картинка перед глазами плыла, волны ледяной дрожи обездвиживали меня, утаскивая на дно какого-то ада.
Они были так сильно увлечены друг другом, что не сразу меня заметили.
Муж ухаживал за любовницей с трепетом. Ножки ей массировал, кормил кусочками фруктов, окружив заботой и вниманием.
Я не могла в это поверить, просто не могла!
А она, довольная, чувствовала себя королевой и наверняка радовалась, как ей повезло охмурить такого обеспеченного, опытного, привлекательного мужчину.
– Я люблю тебя!
– Цветы красивые?
– Очень! А вот крем для рук и пижамка на любителя. Размерчик не мой!
– Понял, исправлюсь, – подмигивает и целует пигалицу в губы.
Я отворачиваюсь. Как от выстрела.
Их поцелуй просто выстрел в упор, на поражение!
– Купи мне лучше какое-нибудь красивое бельё. И сумочку новую хочу, можно?
– Когда всё это закончится мы вместе поедем по магазинам и ты выберешь сама, что захочешь.
– А потом в ресторан!
– И в отель…
– Хватит!
Не могу больше всё это терпеть, толкаю дверь и вхожу к ним.
Оба вздрагивают, оборачиваются, уставившись на меня.
У Александра по лицу проносится мрачная тень, а Кристина, наоборот, краснеет.
Она не пытается даже отодвинуться, в сторону отползти, тем более прикрыть свои голые ноги в ультра коротких шортиках.
А муж, наоборот.
Делает вид, что он ни при чём.
– Валя?!
– Ничтожество… – говорю одними губами, наблюдая за тем, как его левая рука вылазит из-под шорт любовницы. Он попытался убрать её незаметно, но не вышло.
Трогал её там… Трусики мял. Как же это противно!
Я улетаю в такой шок, что не могу поверить в реальность.
Она же совсем ещё глупая, безмозглая малолетка! Как они могли?
Подхожу к Александру, чтобы посмотреть в бессовестные глаза предателя, но он холоден и непреклонен. Напоминает тяжёлую, бронзовую статую.
– Как ты мог! Саша! Кааааак? – голос надрывается, ком стоит в горле, а ноги подкашиваются.
Я понимаю, что мне нужно успокоиться и лучше уйти, чтобы сберечь нервы, иначе мне опять станет плохо.
Я не хочу скандалов, не хочу истерик только ради ребёнка.
Я несу за него ответственность и должна во что бы то ни стало держать себя в руках.
– Валя, выдохни, пожалуйста. Только давай без истерик, будем разговаривать спокойно. Ради ребёнка…
Ладонью тянется к моему животу, но я уворачиваюсь – не позволю больше гаду к нему прикасаться.
Он изменил мне, а значит изменил и ему тоже.
Не любит, не уважает нас обоих.
Превратил нашу любовь, нашу семью в груду осколков.
– Не трогай меня! Я видела, где твои руки были минуту назад!
– Это ещё ничего не значит. Нам надо поговорить, наедине. Пошли в твою палату.
– Давно ты мне изменяешь? – киваю в сторону этой невинной, на первый взгляд, профурсетки, что сидит сейчас с ровной спиной, с гордым видом победительницы. – Давно трахаешь на стороне малолетних шалав, пока я нянчусь с нашей трёхлетней дочкой и мучаюсь от токсикоза?
– Эй! Ты кого шалавой назвала??
Хитрая стерва. Змея!
Она знала, знала, что Саша женат, что у него скоро будет двое детей!
Как только такие люди спокойно спят по ночам? У них вообще есть совесть? Сопереживание? Чувство вины?
Если не к жене, то к маленьким детям, у которого ты уводишь отца.
Таких людей даже людьми не поворачивается язык назвать.
– Крис, тише! – остановил свою соску жестом. – Выйди, проветрись.
– Но…
– Выйди, ну!
Фыркает, сползает с кровати и, виляя задницей, которая едва не вываливается из шорт, проносится мимо меня. Хлопает дверью недовольно.
Муж шумно втягивает носом воздух и вздыхает, помассировав переносицу.
– Ну и денёк…
– Нам не о чем разговаривать! Я тоже ухожу!
– Поверь, есть. – Смотрит со страданием. – Я не хочу, чтобы у тебя опять начались преждевременные роды… Очень переживаю за тебя и за ребёнка! Крики делу не помогут, истерики тоже. Мы все оказались в непростой ситуации, нам надо выдохнуть и спокойно поговорить.
– Саш, ты издеваешься?
Я в шоке…
Смотрю на него стеклянными глазами. Для него всё это что? Какой-то пустяк?
– Какие тут могут быть разговоры? Я застала тебя на измене. Ты обманывал меня, за дуру держал! Сколько раз ты мне соврал за вчера??
– Ты преувеличиваешь.
Делает шаг ко мне, за руку ловит, сжимая кисть.
– Я люблю только тебя, это самое главное. А ложь… Это была ложь во благо, чтобы сохранить наши отношения.
Глава 6
– Что ты сказал?
– Ты всё прекрасно слышала.
– Ложь во благо?! Не смей мне больше говорить о любви! То, что я здесь увидела – это тихий ужас! Человек, который любит, так не поступает.
Задыхаюсь от потрясения, да он в своём уме?!
– Ты что, не понимаешь, как ты мне больно сделал…
Слёзы давят на глаза, но, сжав в руке кулак, я держусь как могу. Потому что обязана! Если буду нервничать – заболит живот.
– Это другое, Валя… Как ты не понимаешь… Я слегка запутался, так уж вышло. Мы люди, а не роботы, мы все совершаем ошибки, так бывает.
– Отпусти меня! – дёргаюсь, но тщетно. – Лжец и подлец.
– Я не хочу тебя потерять! Тебя, наших детей… Я буду биться до конца!
– Ты это своей шалаве скажи! Ты серьёзно думаешь, что я позволю тебе жить на две семьи? Ходить налево?!
– Стоп, Валя! – встряхивает слегка. – Мы с тобой взрослые люди, не первый год в браке, через многое прошли, у нас уже есть дочь и скоро второй наш совместный ребёнок родится, так что не руби сразу с плеча, не разобравшись! Давай всё тщательно проанализируем, нам обязательно надо поговорить по душам.
– Нет, – перебиваю колко, – я уже всё увидела собственными глазами.
Делаю несколько глубоких вдохов, но больше не вижу света в конце тоннеля.
Саша очень сильно меня разочаровал! Не знаю сколько я ещё смогу держаться. Он опозорил меня на всю больницу! Такое невозможно забыть, тем более, простить.
– Ты навещал её намного чаще, чем меня в палате. Цветы вон даже притащил…
С горечью вижу за широкоплечей спиной Александра умопомрачительный букет лилий и хризантем. Хризантемы, между прочим, мои любимые цветы.
– Мне пришлось это сделать.
– Ради чего пришлось? Тебя в рабстве что ли держат? – на смешок пробивает. – Или ты вляпался в какую-нибудь дурную историю?
– Я обязательно расскажу тебе всё, когда посчитаю тебя готовой к этой информации. Сейчас тобой управляют эмоции. Я забочусь о тебе и не хочу, чтобы из-за разборок пострадал наш малыш.
– Как давно у тебя с ней отношения?
– Кристина забеременела… случайно. Аборт уже было делать поздно, мне пришлось принять ответственность через не хочу.
Значит подстилка и правда беременна от моего мужа…
Господи, какой кошмар!
Мне требуется хотя бы минута, чтобы перевести дух.
– Причём здесь аборт? Почему ты подумал о последствиях уже после того, как в койку к ней прыгнул!
– На это есть причины.
Вдох. Выдох.
Только дыши, Валя. Только дыши!
– Хотя… стоп! – машу головой. – Не хочу знать, как у вас это было, где, когда и как часто… Это отвратительно, Саша, ей же всего восемнадцать лет! Как ты мог?
– Повторяю ещё раз – это вышло случайно.
– Мне больно всё это слышать! Очень больно… Неужели ты не понимаешь?
– Иди ко мне…
К себе тянет, чтобы обнять, но я упираюсь.
– Не трогай меня!
– Может хотя бы поцелуй тебя расслабит?
Но он не оставляет настойчивых попыток прижать меня к своей груди и даже собирается поцеловать.