Каменный – остров Сапфир
- -
- 100%
- +
Сердце колотится где-то в горле. Это не тот Максим, которого она знает.
Она кивает, почти неосознанно.
– Хорошо, – шёпотом.
– Пожалуйста, – он добавляет, видя её испуг. Голос мягче, но в нём всё ещё – сталь.
***– Ден, ты там что, все фьючерсы скупил? – Амир бросает взгляд на друга, идущего с телефоном в руках. Его собственная мания трейдинга давно прошла, сменившись предпочтением к спокойному пассивному доходу, но Денис, кажется, готов сутками следить за скачущими графиками.
– Нет, просто отец звонил, пришлось задержаться, – отмахивается Денис, не отрывая глаз от экрана.
– Что, твой старик до сих пор контролирует тридцатипятилетнего Дениску и не отпускает в клуб? – Амир ехидно ухмыляется. – Ден-Ден-Ден-Денис! – он снова заводит свою дурацкую песенку из Comedy Club, громко хохоча.
– Всё, заткнись и поехали. Ты за рулём. – Денис швыряет ему ключи от Porsche.
– Оу, хозяин дал Добби носок! – Амир изображает восторг домового эльфа, корча рожу и сгибаясь в преувеличенном поклоне.
– Мужик, у меня нет настроения для твоих дебильных шуток.
– Хозяин дал его Добби! – не унимается Амир, продолжая пародию, пока Денис с каменным лицом наблюдает за этим представлением.
– Может, подарить тебе книгу «Лёгкий способ бросить шутить»? – холодно спрашивает Денис. – Потому что номер у тебя тухлый, как вчерашний суп. Как ты вообще умудряешься залезать к девчонкам в трусики с таким «чувством юмора»?
– А им нравится мой неповторимый стиль и эта милая мордашка, – самодовольно отвечает Амир, постукивая пальцами по своему подбородку.
– Ага, особенно нравятся твои деньги, – усмехается Денис. – И статус в компании. И связи в городе.
– Ох, Дениска, мастер ты подколоть, – Амир прищуривается, но продолжает улыбаться. – Но не забывай – юмор – это лишь верхушка айсберга моего обаяния.
Белый Porsche 911 Targa 4 выезжает с парковки Citycenter, плавно сливаясь с вечерним потоком машин. Амир чувствует себя королём дороги – его пальцы легко перебирают руль, нога играет с педалью газа, наслаждаясь мощью двигателя. Он лихо перестраивается между рядами, будто играет в гоночный симулятор.
– Мужик, хватит дурачиться, – сквозь зубы говорит Денис, вцепляясь в подлокотник. – Довези меня и мою машину в целости, окей?
– Ден, ты что, трусишь? – Амир смеётся, намеренно добавляя газу. – Неужели не доверяешь мне? – Он делает преувеличенно-обиженное лицо, но тут же вжимает педаль в пол. – Будто ты меня не знаешь.
– Знаю, поэтому и прошу прекратить, – голос Дениса становится напряжённым.
Но Амир уже не слушает – он увлечён игрой с дорогой. На мокром после дождя асфальте Porsche летит как пуля, пока на одном из поворотов из-за припаркованных машин не выскакивает чёрный Mercedes GLE. Амир резко бьёт по тормозам, выкручивает руль – и с визгом шин Porsche врезается в припаркованный BMW.
– Твою ж мать. Приехали, – спокойно, но с ледяной интонацией произносит Денис. – Так, мужик, я сейчас пойду в ресторан вкусно жрать и бухать, а ты разбирайся с этим дерьмом, которое устроил.
Он выходит из машины и замечает сцену у входа в «Сыроварню» – высокий мужчина грубо держит за локоть рыжую девушку. Та выглядит испуганной, пытается вырваться. Денис подходит ближе.
– У вас всё хорошо? – обращается он к девушке, игнорируя мужчину.
– Да, спасибо, – она даже не поворачивает головы, голос дрожит.
– Мужик, у нас всё нормально, иди своей дорогой, – рычит мужчина, и в его глазах вспыхивает что-то звериное.
Денис медленно переводит взгляд с девушки на него, хмыкает и, не сказав больше ни слова, направляется к входу.
Внутри его встречает администратор – стройная брюнетка, которая сразу выпрямляется при его появлении. Её взгляд скользит по его фигуре с нескрываемым интересом, губы растягиваются в самой обворожительной улыбке. Но Денис лишь холодно кивает – эта кукла с накачанными губами и слишком явным макияжем не вызывает в нём ни капли интереса.
– Добрый вечер. У вас забронировано? – её голос звучит слащаво, будто она пробует роль гостеприимной хозяйки.
– Ветров, – коротко бросает он.
– Я провожу вас к столику, – она кокетливо виляет бёдрами, но Денис даже не смотрит вслед.
Очередная пресная пустышка. Ни капли огня.
***Диана идёт по ресторану, незаметно растирая запястье – там ещё остались красные следы от пальцев Макса. Каждое прикосновение к коже напоминает о его железной хватке, о том, как внезапно его спокойствие сменилось яростью. Она глубоко вдыхает, пытаясь успокоиться: «Просто поужинаем и разойдёмся. Всё. Больше ничего».
Администратор – стройная блондинка с безупречным макияжем – встречает её лучистой улыбкой. Диана автоматически отвечает на вопросы о брони, но её мысли далеко. Взгляд скользит по знакомому интерьеру – она уже бывала здесь, на открытии, с бывшим. Воспоминание всплывает неожиданно резко, и она резко прикусывает губу, чувствуя, как между бровей образуется морщинка.
Ресторан погружает в атмосферу утончённой роскоши. Мягкий свет падает на белоснежные пионы в хрустальных вазах, играя бликами на столовых приборах. Высокие свечи в витых подсвечниках отбрасывают тёплые тени на скатерти, а томные джазовые аккорды переплетаются с тихим звоном бокалов. В воздухе – смесь ароматов: свежесрезанные цветы, трюфельное масло, поджаренный миндаль. Всё это должно было успокаивать, но Диана чувствует лишь нарастающее напряжение.
– Спасибо, – говорит она официанту, принимая меню. Долго листая страницы, в итоге выбирает салат со страчателлой, рукколой и черри. – И свежевыжатый апельсиновый сок, пожалуйста.
Апельсиновый сок – её ритуал, привычка, которая остаётся неизменной в любом заведении.
Проходит пятнадцать минут. Салат уже наполовину съеден, а Макса всё нет. Диана отодвигает тарелку и прижимается к холодному стеклу панорамного окна, всматриваясь в темноту. Ни его фигуры, ни чёрного BMW.
– Макс, ну где же ты? – шепчет она, доставая телефон из сумки.
В этот момент устройство выскальзывает из пальцев и с глухим стуком падает на пол.
– Девушка… – неожиданный мужской голос заставляет её вздрогнуть.
Он звучит как контрабас – глубокий, с лёгкой хрипотцой, от которого по спине пробегают мурашки. Диана молниеносно опускается под стол, её движения грациозны и стремительны, несмотря на узкую юбку и высокие каблуки.
– Я правильно понимаю, что это ваш друг был на «BMW»?
– А вам какая разница? – бросает она раздражённо, шаря рукой по полу.
Свет в ресторане приглушённый, и найти телефон оказывается непросто. «Бельская, ну ты даёшь, – мысленно корит себя Диана. – Мастер неловких ситуаций».
Наблюдающий за этой сценой Денис не может сдержать усмешки. Вид девушки, почти целиком залезшей под стол, одновременно забавен и раздражает. Он чувствует, как внутри пробуждается его «зверь» – то самое нетерпеливое, первобытное чувство, которое всегда рвётся наружу.
Расстёгивая пуговицу пиджака, он приседает рядом. Его взгляд скользит по её силуэту: чёрная юбка обтягивает бёдра, разрез сзади приоткрывает кружево чулок.
Денис стискивает зубы. Красивые ноги – его слабость, но сейчас он должен сохранять хладнокровие. «Держи себя в руках, Радов», – мысленно приказывает он себе.
– Да где же этот чёртов… – бормочет Диана.
– Девушка, – Денис протягивает ей разбитый телефон, – Вот ваша пропажа.
Диана резко оборачивается. Её глаза – широко раскрытые, с золотистыми искорками – встречаются с его взглядом.
И замирают.
Перед ней – лицо, которое невозможно забыть. Глубокие синие глаза, как два сапфира, сверкающих под вспышкой молнии. Волосы, уложенные с нарочитой небрежностью, прядь, спадающая на лоб. Между густых бровей – едва заметная вертикальная морщинка, придающая лицу выражение лёгкого недовольства.
Её взгляд скользит ниже – сильный подбородок, резкие скулы, будто высеченные из мрамора. А затем – губы. Мягкая, едва уловимая улыбка, от которой у Дианы перехватывает дыхание.
Она непроизвольно прикусывает нижнюю губу, чувствуя, как по телу разливается тепло.
– Вам нужна помощь? – вмешивается официант.
– Нет, – резко отвечает Денис, не отводя глаз от Дианы.
Его взгляд – хищный, изучающий. Он видит её смущение, её попытки сохранить достоинство, и это лишь разжигает его интерес. Когда она прикусывает губу, он чувствует, как внутри всё сжимается.
«Она даже не понимает, что делает со мной», – мелькает у него в голове.
Денис встаёт и протягивает ей руку. Диана недовольно смотрит на его ладонь, но всё же вкладывает в неё свои пальцы.
И тут же чувствует вторую волну мурашек.
Его кожа горячая, ладонь широкая, пальцы – сильные. Денис машинально проводит большим пальцем по её костяшкам и слегка тянет на себя.
Диана оказывается прижатой к его груди. Его рука обхватывает её талию – крепко, но аккуратно, будто он боится сломать эту хрупкость.
«Какая же она маленькая», – думает Денис.
Диана чувствует, как сердце замирает. Его запах – древесный, с нотками дорогого виски – заполняет всё пространство вокруг. Она хочет оттолкнуться, но тело не слушается.
Их взгляды снова встречаются. В его глазах – что-то дикое, опасное, но и любопытное одновременно.
– Отпустите меня! – наконец вырывается у неё. – Что вы себе позволяете? И отдайте мой телефон!
– Девушка, перестаньте кричать, – Денис нехотя разжимает пальцы, но тепло от её тела ещё долго остаётся с ним.
– Вы отдадите телефон или присвоите его? Что, розовый цвет вам нравится? – язвит Диана.
– Держите, – хмурится он, протягивая устройство.
– Спасибо, – она резко выхватывает телефон и направляется к барной стойке.
«Отлично, теперь он не работает. Как я узнаю, где Макс? Ладно, увидимся в театре – потребую объяснений. Блин, а как теперь вызвать такси? Всё из-за этого идиота! Кто так подкрадывается? Кретин!» – мысли несутся вихрем, пока она пытается привести в порядок дрожащие руки.
Глава 3
Диана погружена в свои мысли и не замечает, как за ней по пятам следует Денис. Выходя на улицу, она ощущает прохладное дуновение сентябрьского ветра и внезапное прикосновение к спине. Вздрогнув, она снова оказывается в крепких объятиях незнакомца – на этот раз совершенно неожиданно. Острая боль в подвернутой лодыжке заставляет её зажмуриться, и она, потеряв равновесие, буквально падает на его мощную грудь. Его руки рефлекторно смыкаются вокруг её хрупкой фигуры, и на мгновение они замирают в той же позе, что и в ресторане – только теперь под открытым небом, в прохладном вечернем воздухе.
– Я даже вашего имени не знаю, а вы уже второй раз в моих руках, – Денис оскаливается, демонстрируя ослепительно белые зубы. Его улыбка одновременно обаятельная и наглая.
– Зачем вы меня пугаете? И почему трогаете? Из-за вас я снова подвернула ногу! – возмущается Диана, чувствуя, как жар разливается по щекам.
– А зачем вы встали в проходе? Людям пройти мешаете, – поднимает бровь Денис, его голос звучит насмешливо. – Идти можете?
– Да, если вы наконец-то меня отпустите! – хмурится она. – Вот негораздок, – бормочет себе под нос.
Денис разжимает объятия, но Диана тут же морщится от резкой боли и едва не падает снова. Он мгновенно ловит её, подхватывая на руки.
– Отпустите меня! Что вы себе позволяете?! – Диана начинает отчаянно толкать его в грудь, ощущая под пальцами твёрдые мышцы. – Отпустите! Немедленно! Нахал! Болван!
– Если перестанешь обзываться, может даже помогу. Донесу хотя бы до лавочки, а то расползёшься тут, как молодая косуля, – его голос звучит одновременно насмешливо и заботливо.
– У тебя что, фроттеризм? Лапаешь, трёшься об меня. Так ещё и парнокопытным обозвал! – сверкает глазами Диана, её взгляд острый, как лезвие.
Денис разражается смехом – не злым, а искренним, удивлённым её всплеском эмоций.
– Фроттеризм? – переспрашивает он, брови взлетают вверх. – Это что, оригинальное оскорбление? Ну извини, если моя помощь воспринялась как что-то… большее. – Его улыбка смягчается, но в глазах остаётся озорной блеск.
Диана закатывает глаза. Внутри всё кипит, но она понимает бесполезность сопротивления. Надув губы, как обиженный ребёнок, она всё же сдаётся. Её руки складываются перед собой, локоть упирается в его грудь. Мимолётная мысль проносится в голове: «Боже, какая же она твёрдая… Так, Бельская, о чём ты вообще?!» Щёки пылают, но она быстро прячет смущение за маской раздражения.
Денис движется плавно, будто её вес в пятьдесят килограммов для него – пустяк. Заметив, что лавочка пыльная, он садится сам, не желая испачкать её наряд. Теперь Диана оказывается у него на коленях – её стройное тело идеально вписывается в его объятия. Одной рукой он уверенно держит её за талию, другую нагло кладёт на её колени, будто проверяя границы. Диана чувствует его близость, сердце бешено колотится, на мгновение теряя самообладание.
– Что ты делаешь, болван? Я не разучилась сидеть! Отпусти сейчас же! – её голос дрожит от возмущения, хотя где-то в глубине вспыхивает искра чего-то большего.
Денис лишь усмехается, не спеша ослаблять хватку.
– Ты слишком упрямая, – спокойно говорит он, глядя прямо в глаза. – Расслабься, я просто держу тебя. И кстати, болваном меня назвала? – делает удивлённое лицо. – Лавочка пыльная и холодная, разве ты хочешь заболеть или испачкать платье? Не зря же так нарядилась.
Его усмешка говорит сама за себя – он явно наслаждается её всплеском эмоций.
– Да, болван, – гордо поднимает подбородок Диана. – Ладно, что с тебя взять… Мне нужно такси. Мой… друг куда-то пропал, а телефон сломался благодаря ТЕБЕ, – язвительно выделяет она. – Ни такси вызвать, ни узнать, где он. – к концу фразы её голос звучит уже как рычание разъярённой кошки.
– Рыжуля, успокойся, – Денис нарочито копирует её интонацию. – Убытки возмещу – про телефон. А вот со старым другом не помогу. Зато могу стать новым. – его взгляд скользит по её ногам, губы растягиваются в хищной ухмылке.
– Ага, очень нужен такой друг, – фыркает она. – Вызови такси и свободен.
– Куда едем? – в его глазах загорается опасный огонёк. Он уже знает о судьбе её «друга», но предпочитает помолчать – так интереснее.
Охотник вышел на тропу.
– Так я тебе и сказала! Дай телефон, сама вызову, – протягивает руку. – Вдруг ты маньяк? – прищуривается, изучая его лицо. – Мы уже выяснили, что у тебя фроттеризм. Нет уж, спасибо, – отворачивается, стараясь не смотреть в эти пронзительные глаза, от которых внизу живота разливается тепло.
Денис усмехается, видя её раздражённый жест.
– Ну да, маньяк. Такой, который помогает и такси вызывает, – хмыкает он, но всё же достаёт телефон. – На, вызывай. Хотя… может, мне стоит проследить, чтобы ты не сбежала, пока не узнаю твоё имя?
Диана берёт телефон, но не спешит заходить в приложение. Она хмурится, чувствуя противоречивые эмоции. Внутренний голос твердит бежать, но что-то в этом мужчине заставляет задержаться.
– Не надо следить. Это странно, – бросает быстрый взгляд, чувствуя странное тепло внутри. – И вообще, с чего это тебе так важно моё имя?
Денис хитро сверкает глазами.
– Может, мне интересно, кто прячет такой острый язычок за красивой упаковкой? – его голос звучит мягко, но с вызовом.
Сердце Дианы бешено колотится, но она подавляет это чувство.
– Острый язычок – не единственное, что у меня есть, – парирует она. – А твоё любопытство не даёт права лезть в мою жизнь.
Быстро заказав такси, она протягивает телефон обратно, избегая взгляда.
– Отпустишь или будем сидеть тут, как школьники? Или признаешься, что психически нестабилен?
Он улыбается, проверяя заказ.
– Живёшь в «Флотилии»? – «Вечер обещает быть интересным», – мелькает мысль.
– Специально указала неверный адрес! Ну конечно, там живу. Мышцы накачал, а кровь в мозг не доходит? – язвит она.
Денис тихо смеётся.
– Язык как бритва, – бросает он, проверяя время прибытия такси. – Но я справлюсь. Мышцы есть, и мозг тоже работает.
Наклоняется ближе, поймав её взгляд.
– И не говори, что не нравится сидеть со мной, – его голос звучит мягко, почти игриво. – Ты ведь ещё не ушла. И если бы хотел обнимать, сделал бы это… иначе.
Диана прищуривается, хотя сердце бешено стучит. Этот мужчина одновременно раздражает и привлекает, сводя с ума. «Вот чёрт!» – мелькает мысль.
– Качки все одинаковы – бицепсы и язык, – бурчит она.
Денис усмехается, явно получая удовольствие от её колкостей.
– Зато работает, соседка, – подмигивает.
– Только не говори, что ты там же живёшь! – восклицает она.
Он молча ухмыляется.
– К тебе или ко мне? – играюще спрашивает, разряжая обстановку.
– Каждый к себе! – буркнув, она машинально прикусывает губу.
– Без обид, – смеётся Денис, поднимая руки в знак мира, хотя ухмылка не исчезает.
Он наслаждается её реакцией – этой смесью язвительности и смущения, особенно когда она снова прикусывает губу. Для него это становится своеобразным сигналом – её защитный механизм даёт сбой, и это невероятно заводит.
Диана закатывает глаза, но на её губах играет предательская улыбка. Этот мужчина мастерски выбивает её из колеи, и от этого становится одновременно тревожно и… невыносимо интересно.
– Соседка, а как ты вообще планировала добираться домой со сломанным телефоном? – его голос звучит насмешливо, но в глубине глаз пляшут опасные искры.
Каждый её взгляд, каждое движение губ разжигает в нём внутреннего зверя, которого становится всё труднее сдерживать. Прохладный сентябрьский ветер только подливает масла в огонь, делая атмосферу между ними электрически натянутой.
– Я об этом не подумала, – пожимает плечами Диана. Её дерзкий тон слегка смягчается, но она всё ещё пытается держать оборону, хотя уже не может скрыть пробуждающийся интерес к этому странному соседу.
Она замечает, как его взгляд прилипает к её губам, и сердце начинает колотиться с бешеной скоростью. Нарочито медленно она снова прикусывает нижнюю губу, прекрасно зная, какой эффект это производит.
– Так что без твоей помощи мне пришлось бы ночевать на лавочке, – усмехается она. – Может, это и был твой коварный план?
Денис чувствует, как напряжение внутри него достигает предела. Он наклоняется ближе, сокращая расстояние между ними до минимума, их дыхание смешивается, когда он тихо произносит:
– Если бы это был мой план, соседка, ты бы здесь уже не сидела.
Его тёплое дыхание скользит по её шее, вызывая новые мурашки. Диана не понимает, от чего дрожит сильнее – от его близости, игры или прикосновений. В животе распускаются тысячи искр, а сердце бешено стучит.
– Ты дрожишь, – его голос хриплый, почти шёпот. – Тебе холодно?
Но они оба знают – дрожь не от холода. Она молчит, сжав губы, боясь, что любое слово разрушит этот хрупкий момент. Внутри неё бушует буря эмоций.
Когда он накидывает на неё свой пиджак, Диана замирает. Его объятия уверенные и нежные одновременно, и это только усиливает накал. Она вдруг осознаёт – не хочет уходить. В сердце шевелится что-то новое, будто она попала в эпицентр грозы.
Денис чувствует это. Его внутренний зверь готов сорваться с цепи. Её близость, тепло, аромат волн – всё сводит с ума. Он хочет большего, но сдерживается, понимая хрупкость границ между ними.
– Ты в порядке? – его голос звучит надтреснуто, когда он наклоняется к её уху.
Она не отвечает сразу, не доверяя собственному голосу. Но её тело предательски прижимается к нему сильнее, будто против её воли.
– Мы же просто соседи, да? – наконец выдыхает она, но голос предательски дрожит.
– Просто соседи, – повторяет он, сжимая её талию крепче, но его тон говорит об обратном.
Момент становится фатальным.
Её окутывает густой аромат его парфюма – бергамот, чёрная смородина, жасмин, мускус и едва уловимая ваниль. Диана закрывает глаза, узнавая каждую ноту. Её навыки, отточенные в парфюмерном магазине, мгновенно анализируют композицию, но название ускользает, оставляя лишь сладкую загадку.
Он не может оторвать взгляд от её губ. Внутри бушует ураган желаний. Её колючесть только разжигает страсть. Казавшаяся такой дерзкой, теперь она выглядит хрупкой в его руках.
Когда она снова прикусывает губу, время для него останавливается. Непреодолимое желание ощутить их вкус сводит с ума.
Их взгляды встречаются. Воздух становится густым, электризованным. Его рука на её талии кажется обжигающе горячей.
– Что ты делаешь? – выдыхает она, голос звучит слабее, чем хотелось бы. Разум кричит отстраниться, но тело не слушается.
В этот момент мир для них двоих замирает.
– Я должен… – его голос хриплый, надломленный. Мысли путаются, сдерживание становится невозможным.
Их губы встречаются в поцелуе, который мгновенно становится всепоглощающим. Его рука крепко держит её за затылок, другой он прижимает её бёдра к себе. Всё её тело пульсирует в ответ на прикосновения.
Сначала она напрягается, но сопротивление тает, уступая место волне страсти. Она отвечает на поцелуй, позволяя ему углубиться. Их языки вступают в неистовый танец, где доминирование смешивается с нежностью.
Внутри неё что-то взрывается – все страхи и сомнения исчезают. Её руки обвивают его шею, пальцы впиваются в волосы. Она тонет в этом моменте, в его объятиях, в безумном вихре эмоций.
Это точка невозврата.
Неожиданно она ощущает что-то твёрдое, упирающееся в её бедро.
– Надеюсь, это твой телефон, – хрипло произносит она.
– Это телефон, – он кладёт аппарат на лавочку.
– А это уже не телефон.
– Догадлива.
Её смех звучит нервно, но разряжает обстановку. Взглянув на его напряжённое лицо, она осознаёт, как далеко зашли.
– О, значит, проверка пройдена? – усмехается она, приподнимая бровь.
– Более чем, – его бархатный голос полон обещаний. Взгляд горит, словно стирая все границы между ними.
Когда он касается её подбородка, сердце готово выпрыгнуть из груди. Граница нарушена. Её больше нет.
– Мы же понимаем, что это зайдёт слишком далеко.
– Может, ты именно этого и хочешь, – его палец скользит по щеке.
– К тебе или ко мне?
Он замирает. Его взгляд темнеет, полный опасного вызова. Внутренний зверь на свободе.
– Ты даже не представляешь, что только что сказала, – рычит он, проводя пальцами по её шее. Её бешено бьющееся сердце под ладонью сводит с ума.
– А вдруг я маньяк? – прикусывая её губу, он дышит чаще, издавая похожий на рычание звук. – Я тебя не отпущу.
– Тогда покажи, что мне терять нечего, – её шёпот прерывист.
Голос совести тонет в потоке мыслей: «Мы взрослые. Один раз живём». Её тело отвечает быстрее разума, откликаясь на каждое прикосновение. Всё происходит стремительно и естественно, будто так и должно быть.
«Один раз живём…» – последняя осознанная мысль перед тем, как она полностью отдаётся моменту.
Глава 4
Он бережно вносит её в квартиру, и её тело мягко опускается в глубокое кресло, стоящее в просторном, слабо освещённом коридоре. Дверь закрывается с тихим щелчком, и он, неспешно сняв обувь, приближается к ней с той уверенностью, от которой у Дианы перехватывает дыхание. Медленно, словно совершая ритуал, он опускается перед ней на колени. Его пальцы скользят по её щеке, запутываются в рыжих прядях, спускаются ниже, к бедру, задерживаясь на мгновение, будто давая ей время осознать каждое прикосновение.
Юбка-карандаш приподнимается его ладонью, обнажая кожу, и тут же его губы, горячие и влажные, касаются внешней стороны бедра. Он не торопится, словно исследует её, оставляя за собой след из лёгких поцелуев, медленно продвигаясь вниз, к изгибу колена, к нежной лодыжке.
Диана замерла, будто загипнотизированная. Каждое прикосновение его губ – как удар тока, от которого по телу разливается жар. Его руки твёрды, но движения удивительно нежны, и она чувствует, как её тело отвечает ему без слов – мурашками, учащённым пульсом, прерывистым дыханием. Когда его губы достигают лодыжки, внутри всё сжимается в сладком предвкушении. Она едва сдерживает стон, инстинктивно приподнимая бёдра, словно моля без слов: дальше, не останавливайся.
Разум отступает, уступая место чистой, неконтролируемой жажде.
Он снимает первую туфлю, затем чулок, и его губы касаются её пальцев – сначала лёгкий поцелуй, потом мягкое, но настойчивое прикосновение языка. Он задерживается на большом пальце, слегка посасывая его, и Диана вздрагивает, не в силах подавить дрожь. Его взгляд приковывает её, тёмный, полный обещаний.
Когда он повторяет то же со второй ногой, она запрокидывает голову, и на этот раз стон вырывается сам – громче, откровеннее. Внутри разливается густое, сладкое тепло, и каждое его движение только подливает масла в огонь.
Её тело живёт своей жизнью, отзываясь на него с первобытной откровенностью. Эти ощущения новые, головокружительные – смесь щекотки, жгучего возбуждения и чего-то ещё, отчего темнеет в глазах. Он ведёт её, и она с радостью отдаётся этому, потому что в его руках она чувствует себя не просто желанной – она божественна.