Каменный – остров Сапфир

Глава 6

Эти выходные Диана потратила на поиски нового жилья, и вот, наконец, пятый этаж престижного жилого комплекса. В предрассветных сумерках, окружённая картонными коробками, она осознаёт – начинается новая глава её жизни.

Она аккуратно перебирает вещи, несмотря на солидный счёт в банке, оставшийся после смерти отца. Привычка к разумной экономии, вбитая с детства, не исчезла – отец научили её ценить каждую заработанную копейку. Пальцы непроизвольно задерживаются на семейной фотографии: мамина улыбка, папина твёрдая рука на её плече. Грудь сжимается от знакомой боли, но она быстро откладывает снимок в сторону.

«Это правильно», – убеждает себя Диана, расправляя плечи.

Последняя коробка заклеена. Перед первым рабочим днём нужно привести себя в порядок. Горячий душ смывает следы бессонной ночи, но не тревожные мысли. Лёгкими движениями она укладывает рыжие пряди в небрежный пучок, маскирует консилером тёмные круги под глазами.

Зеркало отражает идеальную картинку: собранная, уверенная в себе женщина. Но внутри – хаос. Утро должно было быть обычным, но вместо этого каждый вдох даётся с усилием. Перед глазами снова всплывает зал спортклуба, его твёрдые руки, сжимающие её талию, губы, обжигающие кожу…

«Почему я позволила этому случиться?» – вопрос без ответа.

Наружное спокойствие – лишь маска. Под ним бушует шторм сомнений и сожалений. Но решение принято – нужно остановиться, пока не стало слишком поздно. Нельзя позволить сердцу вмешаться в эту опасную игру.

«Всего лишь момент», – думает она, нанося блеск на губы.

Но где-то в глубине души уже знает – этот момент изменил что-то навсегда.

Диана вызывает такси и, не в силах ждать в четырёх стенах, выходит на улицу. Тёплое осеннее утро встречает её ласковым солнцем и лёгким ветерком, который играет прядями рыжих волос, выбившихся из пучка. Коричневое платье в мелкий чёрный горох колышется вокруг колен, а замшевые сапоги с контрастной строчкой мягко постукивают по асфальту. На плече болтается спортивная сумка – сегодня она твёрдо намерена вернуть своё тело в привычную форму после долгого перерыва.

Новый день, новые возможности. Тренировка должна стать тем якорем, который вернёт ей ощущение контроля. «Хорошая разминка, и всё встанет на свои места», – убеждает себя Диана, представляя, как тяжёлые двери балетного зала захлопнутся за её спиной, отсекая все лишние мысли.

Проверяя приложение, она хмурится – такси застряло в пробке, ехать ещё минимум десять минут. Поднимая глаза от экрана, Диана застывает как вкопанная.

Денис.

Он появляется словно из воздуха, и её сердце тут же срывается в бешеный ритм. Не раздумывая, она приседает за ближайшую припаркованную машину с тёмными стёклами, стараясь сделать себя как можно меньше. Кончики пальцев ледяные, а в груди колотится что-то горячее и беспокойное.

Минуты тянутся мучительно долго. Диана чувствует, как напрягается каждая мышца, хотя осознаёт всю абсурдность ситуации – взрослая женщина прячется на улице, словно провинившийся подросток. «Никаких пересечений. Никаких Денисов», – твердит она себе, прикусывая губу.

Осторожно выглядывая из-за капота, она осматривает улицу – никого. Выдыхает с облегчением. «Пронесло».

В этот момент сзади раздаётся знакомый низкий голос, от которого по спине пробегают мурашки:

– Прячешься от меня, малявка?

Тёплое дыхание касается её шеи, заставляя сердце бешено колотиться. Диана медленно поворачивается и сталкивается взглядом с насмешливыми синими глазами, в которых играют солнечные блики.

– Я… просто… – слова застревают в пересохшем горле.

Денис наклоняется ближе, его губы почти касаются раковины уха:

– В следующий раз выбирай укрытие получше.

Древесный аромат его одеколона с лёгкими нотками мяты окутывает её, вызывая лёгкое головокружение. Диана чувствует, как предательский румянец заливает щёки.

– Я не пряталась! – вырывается у неё, но голос звучит неуверенно даже в её собственных ушах.

Он лишь усмехается, протягивая руку, чтобы помочь подняться.

– Ты что, издеваешься?! – выдыхает она, глаза вспыхивают зелёным огнём. – Ты теперь меня преследовать будешь? – ладони с силой упираются в его грудь, заставляя сделать шаг назад.

– Всё. Остановись. Прости, я был не прав, что напугал. Диана! Диана!

Но рыжая, словно не слыша, продолжает наносить удары. Денис крепко обхватывает её, прижимая к себе так, что любое движение становится невозможным. Их тела соприкасаются по всей длине, через тонкую ткань платья он чувствует каждый изгиб её фигуры.

– Диана, приди в себя!

– Я в себе! Отпусти, наглый мерзавец! Пустоголовый болван! – её голос дрожит от ярости.

– Это ты, дрянная девчонка, начала меня бить, не разобравшись!

– Ты меня напугал! Это была защитная реакция на такого идиота, как ты. Отпусти уже!

Его руки сжимают её талию, а собственное сердце колотится так, что, кажется, вот-вот вырвется из груди. Кровь пульсирует в висках, смывая все доводы разума. Все выходные он убеждал себя, что она ничего не значит, но теперь, чувствуя её тепло, понимает – эта девчонка успела пробраться под кожу.

Диана ощущает, как его дыхание становится тяжелее, а пальцы впиваются в её бока. Внутри поднимается буря противоречий – страх смешивается с чем-то тёплым и тревожным, от чего перехватывает дыхание.

– Извинись.

– Что? За что? Это ты меня напугал.

– Хорошо, прости, что напугал.

– Ладно… И ты меня прости, что накинулась и обозвала. Хотя считаю, что заслуженно.

– Диана… – в его голосе звучит предупреждение.

– Без оскорблений. Только отпусти меня, пожалуйста. – её голос неожиданно становится тихим, почти шёпотом.

На мгновение воцарилась тишина, в которой слышно только их учащённое дыхание. Тело Дианы дрожит мелкой дрожью. Каждое прикосновение его каменного тела к её коже посылает электрические разряды по нервным окончаниям, вызывая непривычную эйфорию. Между ног нарастает пульсация – никогда ещё никто не возбуждал её до такого состояния одними лишь прикосновениями. Все мысли о такси, работе, разумных решениях растворяются в тумане желания. Единственное, чего она хочет сейчас – снова почувствовать его губы на своих.

– Денис, отпусти меня, – её голос звучит слабее, чем она планировала.

– Ты так вкусно пахнешь, малявка, – его нос погружается в её рыжие локоны, вдыхая аромат зелёного яблока с корицей, от которого кружится голова.

– Пожалуйста… – она задыхается, чувствуя, как его тело прижимается ещё плотнее.

– Что «пожалуйста»? – он приближает губы к её полуоткрытому рту, ловя её прерывистое дыхание. – Если не скажешь ясно – я тебя поцелую. Снова.

В сумке начинает вибрировать телефон, мелодичный звонок странным образом гармонирует с напряжением между ними. Кажется, сама вселенная подыгрывает этому моменту.

Телефон не унимается, и Диана чувствует, как реальность напоминает о себе. Внутри разгорается борьба – хочется раствориться в этом моменте, но звонок тянет обратно к ответственности.

– Это… наверное, такси, – еле слышно шепчет она, хотя тело предательски тянется к нему.

– Чёрт с ним, я тебя отвезу, – прежде чем она успевает возразить, его губы захватывают её рот в страстном поцелуе.

Язык Дениса уверенно исследует каждый уголок её рта, пока его руки сжимают талию и запутываются в рыжих прядях. Поцелуи становятся глубже, страстнее, затем перемещаются к шее. Диана запрокидывает голову, открывая доступ не только к своему телу, но, кажется, и к самой душе. Рассудок затуманивается, тело трепещет, и громкий стон невольно вырывается из её груди.

– Тише, малявка, мы же на парковке, – он усмехается, но в глазах читается такое же безумие желания.

– Тогда остановись, чёртов маньяк, – её ответ звучит игриво, хотя голос всё ещё дрожит.

– Что ты со мной делаешь? – Денис прижимает лоб к её, шёпот обжигает кожу. – Давай поужинаем сегодня?

– Я же пряталась от тебя, разве это не намёк, что продолжения не будет? – её слова звучат неубедительно даже для неё самой.

– Не верю, – его рука скользит по внутренней стороне бедра, медленно продвигаясь вверх.

Диана замирает, когда его пальцы находят кружевной край трусиков. Ловким движением он отодвигает ткань, средний палец проникает внутрь, обнаруживая горячую влажность. Его губы касаются уха:

– А я думаю, ты сама меня искала.

– Прекрати! – она резко отстраняет его руку, но в глазах читается больше возбуждения, чем возмущения.

– Пойдём, я отвезу тебя куда надо, а вечером заберу. Один ужин. Ничего больше. Договорились?

– Договорились, – соглашается она, чувствуя, как по телу разливается тёплая волна.

Уголки губ сами собой тянутся вверх. Все утренние решения держаться подальше кажутся теперь глупыми. Каждая клеточка тела помнит его прикосновения, а в животе порхают бабочки, напоминая о том, как сильно он её заводит. Она старается скрыть это волнение, но дрожь в коленях и учащённый пульс выдают её с головой.

Пустынные улицы удивляют – для понедельника утра машин подозрительно мало. Всего десять минут – и «Citycenter» уже перед ними. Денис ловко заруливает на подземную парковку, занимая своё привычное место. Пальцы торопливо расстёгивают ремень безопасности, но Диана оказывается проворнее – её рука уже тянется к дверной ручке.

Щелчок центрального замка раздаётся неожиданно. Диана вздрагивает, чувствуя, как его ладонь намертво приковывает её к сиденью. Что-то в этом жесте заставляет сердце учащённо биться – будто этот момент значительнее простой поездки.

– Что ты делаешь? – голос её слегка дрожит, хотя она изо всех сил старается сохранить спокойствие. Его же взгляд излучает ту уверенность, которой ей так не хватает сейчас.

– Хотел попрощаться как следует, – бархатный бас обволакивает её. – Не убегай, малявка. – Он подносит её пальцы к губам, нежно целуя костяшки. – Побудь ещё немного. Провожу потом.

– Мне правда пора… Первый день после больничного, не хочу опоздать. И… не надо меня провожать. Нас могут увидеть.

– Ну и что?

– Это же не театр, а рассадник сплетен! – Она прикусывает губу, опуская глаза. – Не хочу в первый же день стать главной темой обсуждения. Пойми…

Внезапно она оказывается у него на коленях лицом к лицу. Неловкое движение – и громкий гудок клаксона разносится по парковке.

– Ты что творишь?! – её смех звенит, как колокольчики.

– Ты так кусаешь губу… – Спинка сиденья откидывается, и он прижимает её таз к своему возбуждению, не оставляя сомнений в своих намерениях.

– Не здесь же! Денис!

Но его пальцы уже расстёгивают ширинку. Фольгированный пакетик из кармана, несколько точных движений – и она понимает, что сопротивляться бесполезно. Её ладони охватывают его лицо, губы впиваются в его рот с жадностью, которой она сама не ожидала.

Резкий толчок – и она взвизгивает. Его руки крепко держат её за бёдра, задавая бешеный ритм. Внушительный размер доводит до головокружения – в глазах темнеет, а низ живота наполняется сладким жаром.

– Тише… – он хрипит, но сам уже не может остановиться.

– Тебя это сейчас волнует? – задыхается она.

– Ты меня точно с ума сведешь…

Его движения становятся ещё стремительнее. Когда зубы впиваются в её нижнюю губу, она чувствует, как нарастает волна удовольствия. Последние толчки – и они взлетают вместе, теряя границы между телами.

Она падает ему на грудь, слушая, как бешено стучит его сердце. Его пальцы медленно поглаживают её волосы.

– Ты на меня плохо влияешь, Диана…

– Почему? – она приподнимается, всматриваясь в его глаза.

– Я давно никого так близко не подпускал… – его костяшки скользят по её щеке. – Твой запах сводит с ума. Эти губы… Хочется целовать без конца.

Он притягивает её для нового поцелуя – нежного, но полного обещаний. И она понимает – этот мужчина, ещё недавно чужой, теперь проникает куда-то очень глубоко.

На прощание он берёт её за подбородок:

– Больше не прячься. Поняла?

– Да.

– Во сколько?

– Восемь вечера. Жди здесь.

– Договорились, малявка.

– Договорились, здоровяк.

Она почти бежит к работе, не чувствуя веса собственных шагов. Внутри – странная лёгкость, будто что-то перевернулось. Опаздывать уже не страшно – сейчас важно только это новое, тёплое чувство, разливающееся по всему телу. Его уверенность, его прикосновения, эти бабочки в животе – всё смешалось в голове, вытесняя все разумные мысли.

Амир сидит в кабинете Дениса, нетерпеливо постукивая пальцами по подлокотнику кресла. Все выходные он провёл в переписке с Ксюшей – за эти два дня почувствовал себя шестнадцатилетним мальчишкой, и это странное ощущение ему удивительно нравится. Ни одна женщина раньше не вызывала у него таких эмоций.

Дверь кабинета открывается, и на пороге появляется Денис с глупой улыбкой до ушей. Амир сразу замечает это – его друг обычно холоден и собран на работе, а сегодня выглядит так, будто проглотил солнце. Руки сами собой складываются в замок – слишком уж заманчиво выглядит возможность подколоть приятеля. Но вместо этого он начинает спокойно:

– Привет, Ден.

– Привет.

– Как дела?

– Всё как обычно. – Денис отводит взгляд, но уголки губ всё так же предательски подрагивают.

– Что-то ты подозрительно счастливый сегодня. Рассказывай.

– Мне нечего рассказывать. – Денис пожимает плечами, делая вид, что сосредоточен на бумагах.

– А мне вот интересно, как твои дела с той самой балериной?

Амир игриво приподнимает брови, давая понять, что жаждет подробностей.

– Сам, когда разберусь – расскажу. Пока ничего.

– Ага, – Амир усмехается, – А опоздал ты просто так?

Он указывает на воротник рубашки Дениса – тот застёгнут криво, будто в спешке. Денис опускает глаза, тихо чертыхается и поправляет его. Затем резко открывает ноутбук – немой намёк, что разговор окончен.

Они знакомы уже десять лет – встретились в тренажёрном зале, когда Денис только начинал строить свой стартап, теперь превратившийся в крупную компанию «БРС» – «Брокер Радов Сервис».

Амир тогда учился на экономиста и помогал другу с управлением. Со временем он стал финансовым директором, а потом и совладельцем – теперь у него 50% акций, и компания переименована в «БАиРС» – «Брокер Амир и Радов Сервис».

Каждый раз, тратя очередной миллион на какую-нибудь безумную затею, Амир невольно вспоминает детство – нищету, голод, воровство. От этих воспоминаний становится дурно. Поэтому он всегда благодарит Дениса за шанс, который тот ему дал. Хотя сам Денис лишь отмахивается – мол, это ему повезло с другом.

Поймав намёк, Амир встаёт и направляется к двери. По пути достаёт телефон – новое сообщение Ксюше уже набрано и готово к отправке.

Диана задерживается перед дверью в балетный зал для разминки, пальцы непроизвольно сжимают ручку сумки. Глубокий вдох – выдох. Уголки губ приподнимаются в отработанной за годы улыбке, маске профессиональной непринуждённости. Только теперь она толкает тяжёлую дверь.

Два шага – и движение замирает. Взрыв радости – труппа бросает упражнения, срывается к ней. Сергей первый подхватывает её, сильные руки легко поднимают в воздух. Кружится потолок, мелькают улыбающиеся лица, кто-то хлопает по плечу. Её передают из рук в руки, как драгоценную реликвию. Гул голосов, смех, шепотки за спиной – привычный хаос родной среды.

Резкий стук каблуков по паркету – и всё застывает.

Диану бережно ставят на пол. Воздух мгновенно становится густым, тяжёлым. Труппа выстраивается в полукруг, лица – маски вежливой отстранённости. Она чувствует, как собственная улыбка сползает, словно маскарадная повязка.

Каблуки. Приближаются.

Каждый удар по паркету – будто молот по наковальне. Диана расправляет плечи, но пальцы сами сжимаются в кулаки.

Она скользит взглядом по коллегам – в глазах каждого читается одно: страх. Чистый, животный страх перед тем, чьи шаги сейчас разорвут тишину.

Не начальник. Не руководитель.

Судья.

Тот, кто одним словом может перечеркнуть годы труда.

Диана вдруг чувствует странный привкус во рту – горьковатый, металлический. Адреналин?

И – чёрт возьми – её губы сами растягиваются в едва заметную усмешку.

– Доброе утро. – голос балетмейстера звучит неестественно громко. – Галина Петровна, чем можем помочь?

Тишина становится абсолютной. Даже дыхание замирает. Диана чувствует, как по спине пробегают мурашки .

– Доброе. – Голос Галины Петровны режет воздух – высокий, с характерной хрипотцой, будто простуженный. – Объявление для всех.

Тишина в зале становится абсолютной. Даже дыхание замерло.

– Завтра, во вторник, пресс-конференция. Главные участники – Диана, Сергей… – Она делает театральную паузу, пока их взгляды встречаются в недоумённой улыбке. – …и Аня. – Глаза Галины Петровны закатываются, будто она проглотила лимон. – Одеться прилично. Событие важное. Остальные – в зале на местах.

Последние слова звучат как приговор. Диана чувствует, как холодная волна тревоги поднимается от пяток к затылку с каждым шагом уходящей Галины Петровны. Её голос, этот противный хриплый тембр, ещё долго будет звучать в ушах.

Она бросает быстрый взгляд на Сергея – их улыбки кривые, натянутые. Маски.

Пресс-конференция. Журналисты. «Одеться прилично». Это не просто формальность. Это что-то большее.

«Почему мы? Почему Аня?» – вопросы крутятся в голове, как назойливые мухи, пока взгляд скользит к Ане.

Галина Петровна выходит, оставляя за собой гул напряжённого молчания.

– Так, ребята! – Хореограф хлопает в ладоши, слишком бодро, слишком громко. – Продолжаем. Диана, как рада тебя видеть.

Она кивает, начинает разминку, но тело движется автоматически.

«Аня. Аня. Аня.»

Мысли стучат в висках в такт этому имени. Почему именно она? Ведь не ведущая, не солистка…

Диана краем глаза наблюдает, как та спокойно тянется, будто ничего не произошло. И тогда в груди вспыхивает что-то новое, острое, неприятное. Ревность? Она морщится. С чего бы? Но это чувство уже пустило корни – тёплые, колючие, невыносимые. И хуже всего – она не понимает, откуда оно взялось.

Тренировка идёт своим чередом, но с каждым движением тяжесть на душе только растёт. Будто невидимый груз, что с каждым плие становится невыносимее.

Диана всегда гордилась своей выдержкой.

Но сегодня…

Сегодня что-то пошло не так.

Глава 7

Диана быстро завершает тренировку и направляется в костюмерную, где работает Маришка – единственная, кто поддерживал её в самые трудные месяцы. В отличие от остальных, погружённых в свои заботы, Маришка регулярно присылала маленькие посылочки с домашней выпечкой и тёплые сообщения, скрашивая одиночество. Эта дружба стала для Дианы спасательным кругом, и теперь она хочет отблагодарить подругу по-особенному.

Заранее купив коллекционный набор Lego – тот самый, о котором Маришка мечтала, – Диана заходит в костюмерную. Хотя сама она не понимает увлечения подруги «этим дорогим пластиком», видя в нём пустую трату денег, сегодня ей важно сделать приятное человеку, который не отвернулся в трудную минуту.

Дверь скрипит, открываясь. В помещении пахнет тканями и лёгкими духами – фирменный аромат Маришки. Подруга сидит, сгорбившись над очередным костюмом, игла мелькает в её ловких пальцах.

– Привет, Мари! – Диана широко улыбается, пряча подарок за спиной.

Маришка поднимает голову, и её лицо мгновенно озаряется.

– Ой, Ди! Наконец-то! – Она вскакивает, сметая со стола нитки. – Как ты? Как самочувствие?

– Всё хорошо! – Диана протягивает коробку. – Держи, это тебе.

Маришка замирает, глаза расширяются. Пальцы дрожат, когда она берёт заветный набор.

– Ты что… Это же… – голос срывается от восторга. – Я его полгода искала! – Она бросается обнимать Диану, сжимая так сильно, что хрустят рёбра. – Спасибо, спасибо!

– Пустяки, – Диана отстраняется, гладя подругу по плечу. – Твои пирожки и поддержка стоят гораздо больше.

Они болтают несколько минут, и постепенно тревога после тренировки отступает. Этот простой момент – искренняя радость Маришки, её тёплые объятия – как бальзам на душу.

Выйдя из костюмерной, Диана замечает в конце коридора Сергея и Аню. Они стоят близко, оживлённо о чём-то спорят. В груди ёкает, но она отворачивается – не время для выяснений. Лучше уйти поскорее.

На парковке её взгляд цепляется за знакомую фигуру у машины. Максим. Курит, задумчиво выпуская кольца дыма. Диана делает вид, что не замечает его, ускоряет шаг.

– Диана! – Голос режет тишину.

Она вздрагивает, но останавливается. Не оборачиваясь:

– Да?

– Поговорим?

– Нам не о чём говорить, – её пальцы непроизвольно сжимают ремень сумки. – Я всё для себя решила.

– Что именно? – Он резко хватает её за локоть.

Диана дёргается, высвобождая руку.

– Не прикасайся ко мне. Больше. Никогда. – сквозь зубы, чётко артикулируя каждое слово.

– Чёрт возьми! – Максим швыряет сигарету, искры разлетаются. – Я звонил всё воскресенье! Хотя бы выслушай!

– Ты мне не нужен. Ни твои звонки, ни оправдания. Мы – коллеги. Точка.

– Нашла кого-то, да? – Его лицо искажает гримаса. – Поэтому так резко?

Диана резко разворачивается:

– Моя личная жизнь – не твоё дело. То, что ты себе напридумывал – твои проблемы. До свидания, Максим.

Она уходит быстрым шагом, не оглядываясь. Сердце колотится, в висках пульсирует. Этот день, начавшийся так хорошо, снова оставляет горький привкус. Но теперь она знает – не позволит никому испортить своё возвращение. Ни Максиму. Ни тревогам. Ни этим странным намёкам вокруг Ани.

Денис уже двадцать минут сидит в машине, нервно переключая радиостанции. Этот подростковый трепет, это ожидание – всё это так не похоже на него. Радов не прячется, не выслеживает, не играет в кошки-мышки. Он привык брать то, что хочет, открыто и без лишних церемоний. Но с этой рыжей всё иначе – и это бесит его больше всего.