Настоящие. Серия Превращаясь в бога. Часть 1

Вступление

Наш Мир изменился. Люди больше не верят в богов и магию. Их вера рухнула.

Алчность и насилие, обогащение правящей верхушки, нищета народа, несправедливость судов и озлобленность людей на государственную систему, войны и голод, цинизм и обман побудили их сознание к безбожию.

«Господь покинул нас! Он оставил наш маленький Мир, ему не интересны наши души, он больше не защитит нас. Мы обречены!» – 1863 году Ц.Б.Фредерик III, Великий священник эры Христа, Рим, Италия.

«Столетиями, люди были готовы бороться и умереть за бога с его именем на устах. Он был спасителем, повелителем, вдохновителем идей, исполнителем наших мечтаний и целей. Был! И ушёл… Навсегда!» – 2001 год, Джино, студент NYU, факультет древних культур и философии, Нью-Йорк, США.

«Бог? Конечно, он существует. Иначе, кто же вселяет в нас веру и надежду?» – 2012 год, Михаил, механик, Москва, Россия.

«Говорят, что перед смертью каждый вспоминает прожитую жизнь в деталях, не упустив ни крупицы, чтобы на небесах рассказать о себе новым друзьям.

Вдаваясь в сентиментальные воспоминания, мы с жаждой смакуем содержимое памяти и слизываем его до молекулы. Вкусив благости, мы точим языком мельчайшие подробности, чтобы ничего не упустить» – 2012 год, программист Артём Левченя, Лос-Анджелес, штат Калифорния, США.

*

Я – Арт, сейчас расскажу вам о своей жизни, всё то, что происходило со мной до настоящего времени.

*

В салоне вертолёта…

Сегодня нас, меня и моего учителя Айса доставят в пирамиду Рамзеса, где и захоронят. Здесь закончится наше существование. За окном жгучее солнце Ливии. В салоне напротив меня стоит Наоми, – моя истинная любовь и её напарник, – наёмник со штурмовой винтовкой, – Сэм. Лететь нам менее четверти суток. Времени осталось слишком мало, чтобы на пути к спасению Вселенной изложить всё, о чём я узнал. Главное не упустить ни единой мелочи. Это путь в ад или рай, как повезёт. Но одного я постараюсь не допустить, – умереть в тишине, сокрыв тайну о богах. Я расскажу вам о событиях последних лет. Это история о происхождении богов на Земле. Кто-нибудь должен услышать мою исповедь и узнать правду.

Сейчас я рассказываю моим захватчикам о своей короткой жизни с середины. Это может быть даже ближе конец моей истории, чем начало. Возможно, их заинтересует ещё и процесс моего перерождения в бога, тогда об этом я расскажу им позже.

Итак, Катя…

Осеннее солнце жарило не меньше летнего. На деревьях чирикали птицы, на дорогах было полно автомобилей, в воздухе царил городской смог, а у нас в головах – любопытство. Водный канал у моего студенческого общежития был спокоен. Ветер слегка задевал кроны растущих вдоль него берёз. Стаи уток сновали в зарослях камышей в поиске пропитания, заселив речушку какой-либо формой жизни.

– Ну, что ж, вот и пришли… – я вопросительно взглянул на мою девушку, – что теперь? Что делать-то?

– Ну-у… – Катя подняла брови и, устремив глаза в небо, задумалась. Помолчав, она тихо проговорила: – Ты же сказал, что контактировал с водой, когда эту самую ауру почувствовал. Если ты и впрямь колдун или ведьмак, или кто-то там ещё, ты должен быть в непосредственной близости с собственным знаковым элементом, чтобы его контролировать. Так, по крайней мере, в книжках пишут… Попробуй ещё раз запустить свою ауру. Сунь руки в воду и сконцентрируйся. Ещё было бы хорошо закрыть глаза и воспроизвести эмоции и те ощущения, которые проявились у тебя в больнице.

– Откуда ты такая умная взялась? – я недоверчиво хихикнул.

– Ай, – махнула рукой Катя, – люблю фэнтези читать. И, вообще, хватит мне голову морочить! Суй руки в воду!

Она подтолкнула меня ближе к воде, а сама осталась в стороне, на всякий случай. Возможно, испугалась или просто воды боялась. В любом случае я сделал так, как она предложила (может, это она – ведьма, а не я?.. откуда у неё познания в астрофизике?).

Подойдя к краю, я встал на колени и опустил правую руку в воду. Ничего не произошло.

– И что теперь? – расстроился я. – Ты что-нибудь видишь?

– Пока – нет… – ответила экспериментаторша, – сконцентрируйся и подождём!

И я ждал… ждал, представляя, как вода обволакивает моё тело. Закрыл глаза, чтобы углубить фантазии и не отвлекаться на посторонние шумы. Старался стать одним целым с водой. Хотел всосать всем телом её в себя.

Речной штиль был нарушен внезапным волнением. Прокатилась слабая волна. Ощутив её мощь, я открыл глаза. Окружение приобрело ярко-изумрудный цвет. Я глянул вниз: руки стали прозрачные, слились с поверхностью воды. Она окутывала меня, поднимаясь от плеч к голове и спускаясь к пяткам. И замкнулась на спине, закрыв тело в плотный сейф. Я стал неделимой часть водной массы. Похожий на стеклянную статую я поверг Катю в изумление: то ли от увиденного ею действа, то ли от её собственной правоты. Мгновением позже меня затянуло в реку, оставив мокрый след на том месте, где я стоял.

– Артём! – закричала Катя и бросилась спасать меня.

– Нет! Подожди! – я материализовался и, вытянув руку, ладонью запретил ей подходить.

Она не понимала, что случилось. То ли звать на помощь, то ли бежать не оглядываясь, то ли учёных пригласить для фиксирования факта моих сверхспособностей. Страх и восхищение в одном флаконе. Склонившись над водой, Катерина прокричала моё имя ещё пару раз.

– Чего ты кричишь? – устав от её воплей, я подал признак жизни из-под воды вблизи от берега. – Я в порядке. Зацени!.. Клёво, да?!

Водная масса поднялась двухметровой статичной волной и сформировала мой силуэт в паре шагов от любимой. Став частью реки, я смеялся и кричал от радости, ныряя в воду подобно дельфину. Это было реально круто!

– Обалдеть! – я кричал, выныривая: – С ума сойти! Это полный … – и снова ушёл под воду, так что концовку Катя додумала сама.

– Прекрати! – разозлилась моя симпатия. – Ты меня до смерти пугаешь! А ну выходи, немедленно!

Я послушно перестал кувыркаться и вышел на берег, оставшись сухим и в привычном цвете.

– Как у тебя это получилось?

– Понятия не имею, я просто представил себя частью воды, вот и всё. А ты как думаешь, я ведьмак или кто?.. Что ты говорила? А вот, смотри, что я ещё нашёл… – я достал маленькую аквамариновую жемчужину из кармана. – Там, – под водой валялась.

– Какая обворожительная! – Катя пальцем потрогала жемчуг.

– Надо будет из неё кулон сделать, – я обнял Катю и наградил её долгим горячим поцелуем. – Рад был нашему знакомству, спасибо за помощь!

Она взяла жемчужину в руку и присмотрелась к ней.

И вот…

Её глаза, словно остекленели. Время застыло, всё вокруг замерло и только я двигался.

Перед тем, как забрать из рук моей девушки находку, я заметил, что из Катькиных глаз дымной струйкой перетекала информационная нить прямо в жемчужину и растворилась в ней. Насколько я понял, её только что лишили воспоминаний. Может, оно и к лучшему.

Я забрал из рук любимой «стиратель» памяти и ещё мгновение наблюдал за остолбеневшей Катей. Очнувшись, она посмотрела по сторонам, равнодушно взглянула в мою сторону и, не узнав меня, ушла.

Глава I Бог морей и океанов

В салоне вертолёта…

Захватчики слушали не перебивая. Однако Наоми наотмашь врезала мне по лицу, когда я закончил рассказ про Катюшу. У меня, казалось, хрустнула челюсть. Признаюсь, хлёсткий удар пришёлся мне по нраву. Оплеуху я воспринял, точно крепкий поцелуй. Значит её чувства ко мне всё ещё живы.

– За что?! – я для вида поскулил, схватившись за подбородок.

– Ты! Оставил бедную девочку… – до сего момента, моя суровая «подруга» не поддавалась эмоциям, но женская солидарность ломает любые стены.

– Да я не бросил её! – потирая ушиб, я повысил тон: – Не надо было ей знать то, что она видела, это было чревато последствиями для её психики!

– Да кто ты такой, чтобы решать?! – отпарировала Наоми.

Наёмник Сэм ехидно посмеялся. Мужская солидарность тоже дала о себе знать, даже в стане врага.

– Ну, я вроде бы – бог? – намеренно съёжившись, я прикрыл лицо руками.

Второго удара не последовало.

– Кто бы говорил… – злобно сверкнув глазами, женщина-полуробот скрестила руки на груди и отвернулась, намекая на мой сложный характер.

– Успокойтесь, дети! – встрял Айс. – Мы, – боги, должны принимать правильные решения. Не так ли Наоми? Или ты забыла? – Наш наставник взглянул на экс-ученицу. Её закаменевший взгляд сообщил, что она ничего не помнит. – Девочка, ты везёшь нас на погибель. Неужели тебе этого мало? Дай парню высказать перед смертью всё, что он хочет.

Наоми стояла с отрешённым видом, как вкопанная статуя. Напарник Сэм неохотно убрал с лица улыбку, потому что драка отменялась.

– Не в тишине же лететь… – я пожал плечами и подмигнул учителю.

Вояка, толкнув меня прикладом в плечо, спросил:

– Арт, что там с жемчужиной случилось дальше?

– Ах, да! – я продолжил, как ни в чём не бывало. – Это было только начало моего пути к перерождению. – Подняв бровь, я впился взглядом в Наоми. – Помнишь нашу встречу?

Захватчица, невольно дёрнув шеей, прислушалась, ибо была любопытна, как любая женщина. Её статичная солдафонская поза (расставленные ноги на ширину плеч) за время полёта ни на йоту не изменилась, но распахнутые веки и приоткрытый рот говорили, что она полна внимания и желания выслушать историю. Я продолжил рассказ о Кате и моей жизни в университетском общежитии. Сэму нравились мои байки, ведь он обыкновенный солдафон.

*

…Смакуя жареную картошку вприкуску с малосольными огурцами от мамы, я слушал новости по телику и уже намеревался убежать на пары.

– Эй, Арт! – послышался голос. – Ты там?!

Я открыл дверь комнаты в общежитии. За ней никого не было. Выглянув в окно, я не обнаружил источника голоса. Телевизор был не включён. Воцарилась тишина. И я уже подумал, что у меня галлюцинации начались.

– Эй! Ответь… – это был мужской голос, теперь он явно шёл от моей груди. Я засунул мизинец в ухо и поковырял. – Сколько ждать?!

Я пошарил по грудной клетке, удивляясь, что голос был слышен под носом. Уже давно, на моей шее болталась золотая цепочка крупного якорного плетения с кулоном из жемчужины, которую я нашёл на дне канала. Взглянув на неё, я обомлел. Она пульсировала светом.

Я снял с шеи трофей и поднёс близко к глазам. В жемчужине светились тысячи галактик, они ярко сверкали в чёрном пространстве Вселенной. Их сияние было сравни бриллиантам в свете софитов. Положив на ладонь цепочку, искусно подобранную ювелиром для чудо-находки на дне водного канала у студенческого общежития, я отцепил жемчужину и ждал что будет дальше. Феерический комок концентрации света приподнялся над ладонью. Он увеличился до размеров волейбольного мяча. Похожий шар, но только светло-оранжевого цвета, я многократно видел во снах про шамана.

Свечение внезапно прекратилось. Жемчужина сменила оттенок на цвет морской волны, ближе к зелёному. Шар испускал вверх по спирали дымку серого цвета.

– Стиратель памяти, что ли?.. Ща всё забуду? – подумал я.

Через пару секунд на жемчужной поверхности появились очертания человеческого лица. Затем ясно вырисовался мужчина полувекового возраста. Его загорелые пухлые щёки обрамляла аккуратно выстриженная бородка, – эдакий бородач-добряк. «Как такое могло быть? – задался я вопросом и на всякий случай потряс головой, проверив – не сон ли это. – Что за чудеса?!»

В надежде, что моя голова в порядке и крыша не съехала набекрень, я вслух спросил:

– Вы кто? – я даже не мог представить, каким было моё лицо: испуганным, удивлённым, трусливым или смеющимся. Скорее, это была смесь всех существующих чувств.

– Аа! – радостно воскликнул мужчина. – Наконец-то! Нам надоело ждать тебя. Ты когда собираешься возвращаться?!

У старца на проводе были ко мне весьма доброжелательные эмоции. Я это сразу понял и, расслабившись, попросил разъяснений:

– Возвращаться?.. Куда? – я не знал о чём он говорит и, словно оправдываясь перед незнакомцем, зачем-то ответил: – Я никуда не уезжал и не уходил. Вы кто, собственно, такой?! – меня обуял интерес и одновременно раздражение.

– Арт! – дядька вздохнул и, хлопнув себя ладонью по лбу, бросил с экрана претензии: – Только не говори, что ты до сих пор ничего не вспомнил.

– Ну, – я сдвинул брови, – я много чего помню, но… Кто вы такой? Я вас не знаю. И почему вы называете меня Арт? Меня зовут Артём, похоже, вы ошиблись… Да?

Меня заклинило, и я со скоростью компьютера перебирал в голове предпосылки к тому, что сейчас произошло, но ничего путного не нашёл.

– Осмелюсь предположить… Это ваша жемчужина, что ли? Что происходит? – я прикрыл глаза и подумал: «У меня, наверное, бред. Сначала водяные штуки всякие, теперь это…».

Ноги подкосились, и я рухнул на кровать. Шар развернулся и последовал за мной, чтобы мужчина с экрана был обращён лицом ко мне.

– Во имя Нибиру! – бородач восклицал каждый раз, когда обращался ко мне. – Ты опять жемчужину сделал? Ты неисправим!

Он незлобиво журил меня, сверкая белозубой улыбкой и продолжал:

– Ладно, буду действовать по старинке. Приезжай ко мне. Эти трансмиттеры сильно истощают меня, а мигрень моей голове сейчас ни к чему. Жду тебя на центральном железнодорожном вокзале, – у входа… – взглянув на часы, он добавил, – через час. Жемчужину не забудь! Я, кстати, – Айс. Будем знакомы… снова!

Образ растворился, шар принял первоначальный размер и упал, цокнув о пол. Я поднял мизерную, словно горошина, зеленоватую жемчужину и, прикрепив на цепочку, вернул на шею.

Айс! Очень знакомое имя… хотя в пост СССР таких имён, точно, не было. Я захотел встретиться с ним. Для меня была жуть как интересна происходящая суматоха.

Полчаса я не находил места, обдумывая невероятное событие. Затем вступился в кроссовки и пошёл ловить такси, чтобы прибыть ко времени на вокзал.

Центральный вокзал, недавно отстроенный, выглядел роскошно и представлял собой величие современной архитектуры. Конечно, не такой крутой, как Гранд Централ в Нью-Йорке, но всё же не менее симпатичный.

Его древнегреческий стиль с колоннами и мозаичными окнами, каменными ступенями и статуями людей пробуждали в людях эстетический вкус. Зеркальные стены снаружи отражали небо, которое, соединяясь с окружающим миром, создавало иллюзорный простор. Присутствие в пространстве здания выдавали окна, обрамлённые в рамы. Изнутри строения были видны все прилегающие улицы.

Пассажиры хаотично двигались по периметру, но места хватало, чтобы не задевать, проходящих мимо людей. Опаздывающий на свой рейс народ, поглядывал на часы, сверяя время с расписанием поездов. Уставшие от долгого пути странники отдыхали тут же на лавках, ожидая пересадку. Остальным праздношатающимся гражданам спать на диванах и стульях зала ожидания вокзала было запрещено. Вероятно, это из-за шатающихся без дела бездомных придумали жёсткие правила.

На входе седобородый бомж в грязной одежде почитывал газету, пристроившись на край пуфа у журнального стола. Он и привлёк мой взгляд. Рядом с ним была припаркована металлическая тележка полная хлама и барахла. Однако это был не тот старикан, которого я увидел в трансмиттере. Я огляделся, но Айса не нашёл. Не было никого похожего не него.

Уютно устроившись на видном месте в зале ожидания, я погрузился в глубокие размышления о новом знакомом и приобретённых мной способностях. Кого я ждал? Номер телефона он мне не оставил, конкретное место встречи не указал, лишь буркнул, что ждать его у входа, а сам не пришёл. Почему я так быстро поверил чужаку и согласился ехать через весь город? Словно колдовство какое-то. Вечно я спешу выполнить приказ, а зачем и для чего, – не уточняю.

Теперь вот сижу и гадаю, ругая себя за опрометчивость и легковерность.

– Здравия желаю, товарищ! – раздался грубый баритон позади меня, и на плечо приземлилась тяжёлая рука.

«Наконец-то», – подумал я и, заполнив грудь воздухом, повернул голову, желая высказать «опоздуну» всё, что я думаю.

Над моей головой вырос амбал двухметрового роста в погонах. Он отдал честь и представился:

– Владимир (дальше я не слушал), пройдёмте в участок! – приказал он, сверкнув острым взглядом. У меня задрожали колени (в наше время попасть в руки правосудия не самый лучший исход дела), я почти заикался от вида мордатого верзилы:

– Куда пройдёмте? Зачем? Я ничего не сделал… сижу вот здесь, никого не трогаю… имею право… – нервничая, я поднялся с кресла и отступил на пару метров от дылды, чтобы не прилетело от него кулаком.

– Не волнуйтесь! Молодой человек… – успокаивал офицер, вытянув вперёд раскрытую ладонь, – вы действительно ничего не сделали, однако, у меня есть несколько вопросов касательно украденных драгоценностей. Может, вы что-нибудь вспомните?

Мысли в моей голове забродили и устремились к найденной жемчужине схожей больше на алмаз. Я насторожился. В тюрьму мне не хотелось.

– А… – кивнул я, – ну, ладно, спрашивайте. Но, по-моему, вы не к тому свидетелю обратились, я не в курсе любых краж и ничего похожего не видел и не присутствовал.

– Разберёмся гражданин… – улыбнулся служитель правопорядка во все свои тридцать два ровных зуба, – мы вам поможем вспомнить.

Тут я припомнил, что говорил Айс: «Ты много чего забыл…». Для этого я и приехал на встречу с ним, узнать, что конкретно я забыл. Исключительно из любопытства я проследовал за рослым блюстителем закона. Мы прошлись по залам и коридорам, меняли направление, выходили за пределы здания и снова возвращались внутрь. Большую часть времени в пути я смотрел на широкую спину с надписью «полиция» и на потный двухслойный затылок провожатого. Через четверть часа мы попали в зону с надписью: «Только для техперсонала», где стены украшали сантехнические трубы и узлы. Пройдя несколько десятков метров по узкому техническому коридору, мы подошли к зелёной обшарпанной двери. Охранник открыл её, адресовав мне широкую улыбку и ехидное:

– Добро пожаловать, мистер Арт! – и схватив за шиворот, шкаф затолкал меня внутрь. Захлопнув за мной дверь, он остался на страже, чтоб я не сбежал.

Освободившись из жёстких рук Владимира, я ожидал увидеть коморку, – место моего заключения. Но осмотревшись, был удивлён… скажу больше, – повержен.

Перед моим взором открылось далеко не помещение и даже не комната. На вид пространство походило на амфитеатр (хотя я ни разу не видел амфитеатр, но точно знал, что он так выглядит). Один из тех, где Сократ ученикам читал лекции. Бред! Откуда внутри вокзала амфитеатр? Зачем?! Кто выстроил сие помещение?

Спотыкаясь на всём пути «полёта» от резкого толчка верзилы в спину, я умудрился лавировать и удержался на ногах. Благодаря каким способностям я не рухнул на пол, осталось загадкой. И тут вспомнился случай в общежитии, когда я влетел головой в батарею, а на утро ни одного синяка на моём теле не нашлось.

Удерживая равновесие, я развернулся вполоборота и гневно выругался, провожая недобрым взглядом засранца полицейского. Руки, так и чесались надрать ему… сами знаете, что. Словно щенка, он бросил меня в центр чего-то масштабного. Я ощутил, что меня выдернули из действительности и затолкали в иной мир.

Перед глазами открылась арена, окружённая каменными колоннами увитые лианами. Она расположилась на песчаном основании, словно я попал в пустыню. По её периметру за узорным металлическим заборчиком пышно цвели экзотические насаждения. Я поднял голову чтобы взглянуть на потолок. Он был слишком высоким, чтобы… Та-ак! А где потолок? Его нет? Там небо! Точно – Хогвартс. Чудеса!

В центре арены круглый каменный стол в стиле ордена короля Ричарда окружали двенадцать кованых стульев. На двухметровых спинках красовались шпили с эмблемами знаков зодиака. На креслах восседали люди различного возраста, внешнего вида и вероисповедания.

С моей стороны весьма смелое предположение, особенно по последнему пункту. Однако попробую обосновать, почему я так подумал. Знакомиться с ними я начал по часовой стрелке.

Первым, в этом странном окружении, мне приглянулся монах по имени Чоу. Седобородый азиат со сверкающей лысиной был по уши укручен в оранжевые тряпки. Он был похож на служителя Шао Линя. На кресле под символом – «Скорпион» он перебирал чётки и бубнил молитву, восхваляющую богов. Когда я на него взглянул, он ответил мне выразительным взглядом и, склонив голову, воздел руки к небу и произнёс:

– Слава Аллаху!.. – и снова уткнулся в чётки.

– Привет… – словно прибитый пыльным мешком, ответ я сопроводил кивком.

На троне под знаком «Рака» восточная красавица представилась мне как Рисако.

– Артём!.. – я ответил ей так тихо, что звон в моей голове был во сто крат сильнее.

Радужки в цвет её зрачка пронзили меня до глубины души. Ответно взглянув в бездонный омут, я в нём увяз с головой и чуть было вынырнул обратно. За мгновенье пребывания в чёрной бездне её глаз мне показалось, что она считала мои мысли и распознала весь мой внутренний мир. Её выразительная внешность мне понравилась. Выбеленное пудрой лицо, яркий макияж и просторное кимоно с рисунком цветущей сакуры делали каждое её движение манким. Гладко зачёсанные чёрные волосы блестели, словно атлас. «Гейша, что ли?» – подумал я.

Под символом «Козерога» мужчина лет тридцати привстал и представился:

– Гарри!.. если, конечно, ты помнишь…– он хохотнул, бросив мне в руки телефон новейшей марки. Я еле успел его поймать.

Он был похож на биржевого брокера или риэлтора. Выделялся среди всех элегантностью дорогого костюма и правильно подобранным галстуком. Его золотые часы определяли статус обладателя. Лакированные ботинки указывали на аккуратность хозяина. Глянув на свои дорогие часы, красавец манерно провёл руками по выбритым щекам и пригладил смазанные бриолином волосы. Прокашлявшись, он оценил взглядом мои запыленные кроссовки, не безупречно чистые, как его обувь. Я даже скукожился от его циничной улыбки. И застыл, когда он ещё раз провёл руками по волосам и резким движением, казалось, сбросил накопленный негатив с затылка на спину.

Слегка оконфуженный я стёр пыль с кроссовок, потерев их о штанину джинсов, и ответил:

– Артём! И, спасибо, – я поднял руку с телефоном.

Трон со знаком «Рыб» и следующий – «Овна» были пусты.

– Хм… мой, что ли?.. Я – «Рыба».

Инициатора встречи я сразу узнал – это был Айс. Он улыбнулся и поприветствовал меня поднятыми руками с перекрещёнными между собой пальцами, – знаком дружбы. Его кресло украшала эмблема, – «Близнецов».

По левую руку от Айса восседала, словно жрица, – женщина с большой буквы «Ж», пудов на десять потянет, точно Монсеррат Кабалье в лучшие годы. «Тоже итальянка?..» – подумал я.

Меня сильно впечатлили весомые достоинства Дивы. На ней было красное платье в чрезмерно затейливом стиле. Идеальная для круглого лица подводка её губ эффектно сочеталась с корпулентными женскими формами. Она жевала бутерброд размером с батон, а рядом на столе ждала очереди ещё пара хлебов, прослоённых ветчиной с овощами и майонезом. Загоревшая до землистого цвета её цыганская кожа обвисла на щеках, выдавая почтенный возраст:

– Привет, голубчик! Хочешь, Арт?.. – и она протянула мне огромный бутерброд.

Я сглотнул слюни, ибо уже желудок прилип к спине и, улыбнувшись, протянул за ним руку:

– Спасибо! Я Артём, извиняюсь… – и, чуть не сломав челюсть, куснул душистый батон. – Ошибошка вышла… – Прожёвывая, говорил я. – Я не Арт…

И подумал: «Интересно, в какую сторону склонялись её весы, – к McDonaldʼs или KFC?» Ну, вы поняли, что трон солидной дамы украшала эмблема «Весов».

Я перевёл взгляд на следующего «заседателя». Над ним красовался знак «Тельца». «Ну, да! Куда же мне без вас – «Тельцов». Ох! Сколько же вас в моей жизни?» – пролетела мысль. Я прилип взглядом к его лицу, как мне показалась, уж больно знакомому. «Шаман?! Что за чёрт… Как этот чел из моих снов оказался здесь, да ещё и живой…» – меня прошиб пот.

Это был он. Только моложе и кожа без морщин.

Дреды «Тельца» смешно торчали из-под ямайской вязаной шапочки. Круглые, как у участника Ливерпульской четвёрки, – Леннона, очки, которые плотно прикрывали, может быть, уже выцветшие глаза. Он походил на хиппи. Распахнутая рубашка оголяла его тощую грудь чёрного. Атрибуты выдавали его принадлежность к группе фанатов битлов.

– Здарова, чува-ак!.. Буи-е-шь? – и он протянул мне косяк.

– Спасибо! Потом. Я, – Артём… – радостный, вытерев крошки батона о рубашку, я протянул ему руку для приветствия.

– Да, чувак, мы снова вместе… Это хороший знак, – он вышел из-за стола и обнял меня.

Слегка стушевавшись, я ответил ему, похлопывая рукой по спине. Он, зажав в зубах самокрутку, пыхнул на меня дымом (отгадайте, чем запахло?). «Фу, брось дядя каку!» – подумал я, пребывая в восторге от знакомства с Журом.