Изгои. Обрученные судьбой. Часть 1

Глава 1

В аэропорту нас встретил человек с именной табличкой в руках. Это оказался водитель нашей фирмы «Le monde uni» – мужчина лет сорока, с кудрявыми седеющими волосами, в строгом черном костюме с белым воротничком. Он важно нас поприветствовал и попросил следовать за ним к машине.

– Встречай, Париж! – пропела взбудораженная Алина, хватая меня под руку и спеша к нашему транспорту. – Я вся в предвкушении!

Проезжая по улицам Парижа, мы восторженно вздыхали перед красотой города. Элегантные и неповторимые улочки, мелькающие в окне, так и манили к себе, призывая коснуться к историческим местам и познакомиться с их культурой. Мы зажглись идеей как можно скорее устроить себе экскурсию и всю дорогу подмечали куда обязательно вернёмся посмотреть, но уже без спешки и суеты.

Прибыв на место назначения, мы вышли из машины и огляделись. Перед нами распростерлось современное десятиэтажное стеклянное здание, первый этаж которого занимали магазины и кафе, а остальные были отданы под офисные помещения.

Проследовав за водителем, мы поднялись на пятый этаж. Он привел нас к кабинету под номером шесть с уже знакомой нам табличкой «Le monde uni». В небольшом уютном кабинете нас встретила женщина лет 35 в модном брючном темно-синем костюме. Ее черные волосы до плеч были стянуты в высокий хвост. Мы представились друг другу и обменялись рукопожатиями, после чего она жестом пригласила нас присесть на кожаный диван, а сама села за стол и открыла папку с документами.

– Итак, мадмуазель Мильская, мадмуазель Бойко, – начала Мари Бюше, – рада приветствовать вас в Париже. У вас прекрасные рекомендации лучших учениц одного из ведущих российских университетов. Ранее вы практиковались в Англии и Германии, продемонстрировав прекрасное владение языками. Настало время проявить себя во Франции. Уверена, вам здесь понравится. Скажите, какими языками вы владеете в совершенстве?

– Не могу сказать о совершенстве, – осторожно ответила я и Алина посмотрела на меня сердитым взглядом, в котором явно читалось, что я сошла с ума, – однако мы свободно владеем английским, немецким, французским, итальянским, испанским, финским и польским.

– Ах, скромность – прекрасная добродетель, – улыбнулась француженка. – В ваших характеристиках указано именно совершенное владение языками. Уверена, так оно и есть.

– И русский входит в их число! – насмешливо добавила Алина.

– О, разумеется, мадмуазель Бойко. Это самое главное. Родной язык должен знать каждый.

Я посмотрела на Алину и показала ей глазами, чтобы она держала себя в руках и не делала глупостей. Мы слишком хорошо знали друг друга, чтобы понимать все с полувзгляда.

– Насколько мне известно, – продолжала мадам Бюше, – вы сами могли выбрать семь основных языков, которые впоследствии стали изучать. Почему именно эти?

– Это одни из самых известных и красивых языков мира на мой взгляд. Я восхищаюсь культурой этих стран и хочу узнать как можно больше о них, свободно общаясь с коренными жителями и посещая те удивительные места, о которых только лишь читала, – ответила я.

Мари Бюше одобрительно кивнула и перевела взгляд на Алину.

– Надо же что-то выбирать из всего многообразия, почему бы не эти, – беззаботно пожала плечами Алина.

Я тихонько вздохнула. Смелости ей было не занимать. Она почти никогда не бывала серьезной даже с начальством. Серьёзная Алина – это большая редкость. Большая удача или большое проклятье. В институте даже приметы о ней сочиняли: увидишь серьезную Алину – жди беды, а иногда просто к дождю.

– Что ж, очень хорошо, что ваш выбор именно таков. Для вас, мадмуазель Мильская, мы усложнили задачу. Вы будете переводить с французского на итальянский.

– Как на итальянский? То есть я буду очень рада такой возможности, просто я не ожидала! Нас не предупредили об этом, – опешила я.

– Понимаю, – улыбнулась Мари Бюше, – Мы предоставляем возможность нашим клиентам самим выбирать себе переводчика по нашим анкетам. Мы и сами не ожидали, что так будет, поскольку гости нашей страны, как правило, выбирают человека, для которого французский – родной язык или же родной язык тот же, что и у них. Однако клиент из Италии выбрал именно вас. Разумеется, это доказывает, что клиент безукоризненно доверяет нашей фирме.

– Или он просто большой оригинал! – хихикнула Алина.

Я нахмурила брови, улучив момент, когда Мари Бюше повернулась к подруге, чтобы намекнуть ей следить за языком, всё-таки это деловая встреча. Та лишь невинно захлопала ресницами, улыбаясь.

Откашлявшись, Мари Бюше продолжила излагать наши права и обязанности, прописанные в договоре.

Глубоко вздохнув, я подумала о том, что жизнь не ищет для меня легких путей. Я всегда оказываюсь «везунчиком», на которого взваливают самые сложные и ответственные дела. Тем не менее, чего не говори, но этот случай обещает быть интересным.

После обсуждения всех деталей Мари Бюше передала нам необходимые документы, и водитель отвел нас к машине. Ему было поручено доставить нас в забронированные гостиницы. Первой привезли меня, поскольку мой клиент из Италии остановился неподалеку, в самом центре Парижа на правом берегу Сены. Алине повезло меньше. Ей пришлось ехать 4 часа, прежде чем она смогла расположиться в своем номере.

Алина была очень недовольна тем, что нам совсем не оставили свободного времени, да к тому же расселили так далеко, а её так вообще сослали за город. Однако правила есть правила. Теперь мы прикреплены к своим «хозяевам» как собачки на поводке и должны сопровождать их везде, где им потребуются наши услуги. Это значит никакой личной жизни за все время нашего пребывания во Франции. Целых три месяца лета. Но такой расклад меня ничуть не огорчал – я уже привыкла к такому положению вещей, а вот подруга приуныла, ведь её розовые мечты рухнули в одночасье. Ну а я долго и усердно занималась, чтобы оказаться здесь, в столице Франции, и ни о чем не жалею.

Комната, представшая передо мной, была небольшой, но довольно уютной: кремовые стены, скромного размера кровать, располагавшаяся ровно по середине комнаты, телевизор, стоявший на тумбе цвета тропического дерева, маленький журнальный столик, невысокий шкаф и конечно же холодильник. Обнаружив душевую и туалет в номере, у меня словно камень с плеч упал. Я все время ждала какого-нибудь подвоха, но теперь выдохнула с облегчением. Все удобства в номере – прекрасно! Агентство не поскупилось.

На первом этаже даже был ресторан, готовый любезно кормить своих посетителей с семи утра до полуночи за небольшую по их меркам сумму. Во всяком случае, так они заявляли.

– Хм. Надо будет изучить их меню, – проговорила я самой себе, застыв на входе ресторана.

– Желаете отобедать? – я вздрогнула от неожиданного голоса, прозвучавшего прямо за моей спиной и, обернувшись, увидела молодого парня примерно моего возраста. Судя по форме, это был портье. Ещё один? На входе меня встречал другой. А, впрочем, это не важно.

Парень ужасно смутился. Об этом красноречиво говорили пунцовые щеки и потупившийся взгляд.

– О Боже мой! Я такой неловкий. Я напугал Вас. Простите меня, мадмуазель… – быстро защебетал он, сделав паузу на последнем слове.

– Мильская, – продолжила я после недолгой паузы, догадавшись, к чему он клонит.

– Прекрасно, мадмуазель Мильская! – заулыбался тот. – Ещё раз прошу меня простить!

– Да бросьте Вы! Ничего страшного. Сама виновата, – остановила его я.

– Меня зовут Жан. Я портье. Всегда к Вашим услугам, – отвесив поклон, он жестом пригласил меня пройти в ресторан. – Позвольте проводить Вас. У нас прекрасная кухня.

– В другой раз, спасибо, – отрезала я.

– Ну, тогда позвольте показать Вам гостиницу, – с надеждой проговорил Жан.

– Что ж, – согласилась я, не выдержав его жалобного взгляда, – пожалуй, экскурсия придётся весьма кстати.

Обрадованный портье с большим энтузиазмом провел меня по всем уголкам здания, рассказывая, что здесь происходит интересного и не очень. Теперь я знала о гостинице все, вплоть до совсем, на первый взгляд, ненужной информации. Например о том, что на первом этаже жила скандальная дама с собачкой. Она почему-то невзлюбила Жана и все время норовила цапнуть его за штанину. И речь шла совсем не о даме, конечно, как уточнял Жан. А еще неподалеку от нее заселился популярный на телевидении, как утверждал тот сам, шеф-повар; так вот от его придирок плакала вся кухня отеля, поскольку этот повар каждый раз словно ревизор проникал на кухню и учил всех готовить «правильно».

Провожая меня до номера, он акцентировал внимание на том, что если мне что-нибудь понадобится, что угодно, то я могу смело обращаться к нему. Я поблагодарила чрезмерно услужливого парня и, наконец, закрыла за ним дверь.

Оставшись одна, я разложила вещи по местам и приняла душ. Позже зазвонил телефон. Это была Алина.

– Как тебе гостиница? – первым делом спросила она.

– Мне нравится. Здесь есть все необходимое.

– Ну, это, конечно, не королевские покои, но вполне сносно. Ну, давай, рассказывай, кто тебе достался? – нетерпеливо проговорила Алина.

Ее любопытство никогда не имело границ. Я вообще удивлена, что она так долго продержалась, позволив мне обустроиться в своей комнате. Зная ее, это было невероятным снисхождением по отношению ко мне.

Я тяжело вздохнула и посмотрела на папку, лежащую на столе. Я так и не решилась ее открыть. Меня охватывало странное чувство волнения, когда я смотрела на нее. Казалось, открой я ее, и это станет поворотным моментом в моей жизни. Я смеялась над собой, списывая все на стресс от пребывания в чужой стране, но все же откладывала этот момент на потом.

– Я еще не смотрела.

– Да ты что? – взорвалась Алина. – Разве тебе не интересно? Я первым делом прочла информацию о своем «хозяине» еще по дороге в гостиницу. И знаешь, что? Мне досталась пятидесятилетняя русская женщина. Да ее едва ли можно будет вытащить из собственного номера! По-моему, она просто искала компанию в чужой стране, потому что ни черта тут не понимает.

– Алина, ты ведь этого не знаешь! Может быть, это интересная и энергичная дама, с которой ты обойдешь весь Париж, – усмехнулась я.

– Нет уж, спасибо, – фыркнула Алина, а затем мечтательно протянула: – Я предпочла бы это делать со своей лучшей подругой или с красавчиком французом.

– Жизнь не так проста, – вздохнула я.

– Да, знаю-знаю. Но мы все равно найдем время, чтобы кого-нибудь тут подцепить. Это даже не обсуждается. Что я, зря, что ли, приехала сюда?

Я закатила глаза.

– Так, дорогая, ну-ка открывай свою папку.

– Алина, я не хочу сегодня думать о работе.

– Нет-нет, ты так от меня не отделаешься! Если тебе не интересно, то я уже умираю от любопытства, что за горячий итальянец тебе попался, – ухмыльнулась Алина.

– Наверное, очередная женщина, которая нуждается в компании, – попыталась отмахнуться я.

– Солнце, ты ж у меня красавица! Да за твою кандидатуру передрались все мужчины! И победил могучий итальянец! Только не разбивай ему сердце! Хотя, если только чуть-чуть, а я буду той, кто его утешит, – смеялась Алина.

– Алина, прекрати! – запротестовала я.

– Разве ты не замечаешь? На тебя заглядываются все здравомыслящие парни, да и не здравомыслящие тоже, увы. – Хохотнув, она продолжила: – Тебе стоит, наконец, довериться кому-нибудь. Не все ведь такие, как…

Алина вдруг запнулась, сообразив, что затронула больную тему.

– Давай не будем об этом вспоминать. Это прошлое, а я живу настоящим, – с грустью проронила я.

– Да-да, именно прошлое, – тут же подхватила Алина, – Забудь об этом. Ты обязательно встретишь достойного человека, я уверена в этом.

– Спасибо, дорогая.

Алина всегда меня поддерживала, когда мне это было необходимо, и верила в меня как никто другой. Я любила эту вздорную девчонку как свою сестру.

Еще долго мы болтали о всяких пустяках, больше не затрагивая парней и мою папку, одиноко лежащую на столе.

Во время разговора я чувствовала себя легко и непринужденно, но теперь, оставшись наедине со своими мыслями, чувство тревоги вновь вернулось ко мне. Просидев какое-то время за телевизором, я решила, что пора прогуляться. Поискав в путеводителе подходящий торговый центр, я остановила свой выбор на районе Ле-Аль. Станция метро Chatelet находится неподалеку, так что мне не составит труда быстро добраться туда на метро.

Надев свое любимое голубое платье, волнами спадающее до колен, я застегнула широкий пояс из резной белой кожи на талии под цвет любимой вместительной сумочки и цветочных босоножек; и прежде, чем выйти из номера, я накинула приталенный белый жилет с укороченными рукавами. Волосы как всегда были уложены в моей традиционной манере. Я всегда любила собирать боковые пряди заколкой в виде белой розы на затылке, как сделала это сейчас. Таким образом, локоны свободно спадали по спине и не лезли в глаза при наклоне головы. Сережки в виде ласточек в колечках как нельзя лучше завершали образ.

Спустившись вниз я, увидев, как Жан восхищенно смотрит на меня, улыбнулась ему в ответ, лишь ненадолго задержав на нем взгляд. Открывая дверь на выходе, я услышала голос Жана и, уже шагнув в дверной проем, обернулась.

– Приятного вечера, мадмуазель Мильская, – крикнул он мне в след.

В ту же секунду я почувствовала, как врезалась во что-то твердое, и меня отпружинило назад. Кто-то приобнял меня, не позволяя отлететь в сторону. Развернувшись, я увидела высокого, невероятно сильного мужчину в элегантном черном костюме. Сложно было определить его возраст, поскольку он выглядел молодо лет на двадцать семь, но при этом невероятно опытным, словно имел сотни лет за плечами. Это читалось в его глазах, его чертах. Он будто прошел через огонь и лед, рай и ад, и вернулся оттуда с таким же молодым телом, но мудрым духом. Его черные волосы почти доходили до плеч. Смуглая кожа и карие глаза придавали экзотичности его образу. Лицо было мужественным, с суровыми чертами закаленного в боях воина и невероятно притягивало своей дикостью. Он держался уверенно, словно всё окружающее находилось в его власти. И я была готова поверить в эту власть, учитывая его комплекцию. Я перестала дышать, разглядывая державшего меня мужчину. В его суровых глазах зажегся лукавый огонек, и он растянул губы в чувственной улыбке. Опомнившись и ощущая, как запылали мои щеки, я отстранилась от него. Он тут же отпустил меня.

– Прошу прощения, – смущенно произнесла я.

Его глаза мгновенно окинули меня с ног до головы, не упуская мельчайших деталей. Он издал тихий гортанный звук, похожий на удовольствие.

– Ну что Вы, это мне следует извиниться. Я оказался на пути у столь прелестной женщины и чуть не сбил ее с ног. Не могу сказать, что огорчен, но прошу прощения.

Его низкий голос был мягким и учтивым, но в то же время в нем таилась властность и неопределимая угроза, словно бархат, скользящий по лезвию ножа. Он бережно взял мою руку и легонько поцеловал. По моему телу прошел электрический разряд от того места, где он коснулся губами моей кожи, вызывая мурашки по всему телу.

Мужчина разжал свои пальцы, но не отстранил свою ладонь от моей руки, предоставив тем самым возможность мне самой убрать ее. Глубоко вздохнув, я едва заставила себя сделать это. Его горячая, пульсирующая энергией кожа была словно магнит для меня. Я смогла лишь улыбнуться ему в ответ и, собрав всю свою волю в кулак, вышла из гостиницы. Перед тем как закрылась дверь, я оглянулась назад и увидела, что он смотрит мне в след с легкой улыбкой на губах. Вспыхнув, я быстро отвернулась и пошла прочь.

– Глупая, – всю дорогу твердила я себе, – как я себя вела? Я стояла как завороженная и таращилась на него. Я совсем не хотела уходить. Да что со мной такое? Он словно опасный дикий зверь, а я маленькая мышка, которая должна бежать прочь. Я вообще больше не хочу поддаваться чувствам с кем бы то ни было, тем более с таким человеком.

Я помотала головой, отбрасывая мысли на эту тему, и вошла в торговый комплекс Форум-де-Аль, уходящий на четыре уровня под землю. Магазины, бутики, кафе, кинотеатры, небольшой парк – всё это входило в Форум-де-Аль. Долго блуждая по магазинам, я подобрала себе флакончик ароматных цветочных духов и синюю атласную блузку с рукавами до локтя. Мною было принято решение надеть ее завтра на встречу со своим «хозяином» из Италии в сочетании с классической узкой черной юбкой до колен. Так я буду выглядеть довольно элегантно и в то же время по-деловому.

Многие улицы, примыкающие к территории торгового центра, пешеходные: на них сосредоточено множество кафе и сувенирных лавок. Я зашла в одно из таких кафе, заказала чашечку кофе и присела за свободный столик, наслаждаясь приятным вечером.

– Добрый вечер, мадмуазель! Должно быть, впервые в Париже? – услышала я низкий приятный голос.

Я оторвала взгляд от окна и посмотрела на стоящего рядом молодого человека. Высокий, крепкий голубоглазый парень со светло-русыми растрепанными волосами, спадающими на лоб, смотрел на меня и дружелюбно улыбался.

Вот уже второй красавец-мужчина за сегодняшний день разговаривает со мной, с явным интересом меня разглядывая. Алина, должно быть, умерла бы от счастья, будь она на моем месте.

– И вам добрый вечер, месье! С чего Вы взяли, что я здесь впервые? – удивилась я.

– Можно? – спросил он, усаживаясь напротив.

Отвечать было бессмысленно, поскольку он уже сел, поэтому я неопределенно пожала плечами.

– Даниэль, – протянул он мне руку.

Поколебавшись немного, я протянула руку в ответ. Мне не хотелось заводить случайные знакомства с парнями, но не могла же я обидеть человека, вот так вот просто протягивающего руку с безобидной улыбкой. Он, на первый взгляд, не вызывал никаких опасений.

– Лана.

– Прекрасное имя у прекрасной незнакомки.

Даниэль легонько сжал мою ладонь и поцеловал руку.

– Здесь что, все целуют руки незнакомкам?

Смутившись, я убрала свою руку на место. Даниэль улыбнулся еще шире.

– Только таким прелестным нимфам, как ты. Это страна поцелуев. Там, откуда ты приехала, выражают чувства иначе?

– Ограничиваются только словами.

– Тогда я определенно предпочитаю быть французом. Так откуда ты приехала?

– А как Вы догадались, что я не местная? – парировала я.

Даниэль склонил голову набок и заговорщически ухмыльнулся.

– Я расскажу свой секрет сразу же, как только услышу откуда ты.

Я сузила глаза.

– Это тайна? – Даниэль иронично изогнул бровь.

– Из Англии, – соврала я.

Даниэль пристально разглядывал мое лицо, особо задержав взгляд на губах, затем перешел на глаза, глубоко вздохнул и отрицательно покачал головой, давая понять, что ни капли не поверил мне.

– Хорошо, Америка, – выпалила я.

Он следил за моими глазами со скептическим выражением лица.

– Ладно, раскрыл, Польша, – уверенно заключила я.

Даниэль усмехнулся и снова покачал головой. Я предлагала ему различные варианты, один за другим.

– Россия? – невзначай обронила я, когда у меня почти закончились страны.

Лицо Даниэля озарилось улыбкой.

Я широко распахнула глаза в немом удивлении. Парень же, напротив, буквально лопался от удовлетворения.

– Говорят, что русские женщины – самые красивые. Теперь я сам в этом убедился.

– Как Вы это поняли? – в недоумении спросила я.

– Судя по всему, ты совершенно не умеешь врать. Тебя выдает лицо. Особенно глаза. Эти прекрасные глаза отражают твои мысли и чувства.

Я машинально их закрыла, сердясь на себя за свою непреднамеренную открытость. Это слабость, от которой нужно избавиться. Придется потренироваться над собой перед зеркалом.

Даниэль рассмеялся.

– Но как Вы узнали что я не местная еще до нашего разговора?

– Все по той же причине, – пожал плечами Даниэль. – Ты так восхищенно разглядываешь улицы и проходящих мимо людей. Французы не обращают на это никакого внимания

– Ну конечно, – мне хотелось стукнуть себя по лбу настолько очевидный ответ, что и не стоило спрашивать вовсе.

– Я подошел сюда в надежде, что этот восхищенный взгляд коснется и меня, хотя бы на мгновенье, – продолжил Даниэль.

Я искренне улыбнулась ему в ответ. Этот обаятельный парень располагал к себе, но сейчас я не нуждалась ни в каких отношениях. Именно об этом я собралась ему заявить. Вздохнув, я изобразила серьезное выражение лица.