Келпи. Граничные земли

– Прошу в лодку, она отвезет нас на остров, – улыбнулась Идилис своей странной улыбкой и первой перешагнула через борт, Терри последовал ее примеру. Лодка отчалила от берега, Идилис ловко обращалась с длинными веслами и через несколько минут они были уже на острове.

– Ты отлично умеешь грести, – похвалил ее Терри.

– У меня было много возможностей попрактиковаться, – ответила девушка, но не стала объяснять причины.

Выпрыгнув из лодки, девушка раздвинула руками заросли прибрежных кустарников, за которыми обнаружилась крошечная поляна, напоминавшая естественную комнату, со стенами – деревьями, и крышей ей служило небо. Посреди этой лесной комнаты была сложена скошенная трава, по которой были рассыпаны лепестки и бутоны горных и луговых цветов.

– Что это? – тихо спросил Терри.

– Наше брачное ложе, – спокойно ответила Идилис. – И я не променяла бы его ни на одно другое. Мне не нужны замки и роскошные покои.

– Надеюсь, это окончательно развеет все сомнения, и ты забудешь свои видения, – сказал Терри, опуская девушку на траву. Идилис лишь продолжала улыбаться своей странной полуулыбкой.

Так Идилис Доэрти, лесная ведьма, и Терри, двенадцатый граф МакНейл, стали мужем и женой.

Они были счастливы, они были влюблены. Но, тем не менее, оба понимали, что должны скрывать свой брак от людей, поэтому сразу же после брачного обряда, Терри вернулся в замок, где обнаружил, что на широкой зеленой полене Даррен учил Мэрион стрельбе из лука. Даррен был оживлен, а Мэрион радостно смеялась, казалось, эти двое созданы, чтобы быть вместе! Терри поздоровался с ними, и поспешил уйти к себе, опасаясь, как бы его не выдало выражение радости на лице.

Ужин прошел в непринужденной обстановке, Терри был весел, шутил, и старый граф принял его поведение за знак благосклонности к леди Мэрион, что наполнило сердце Роберта покоем и радостью. После ужина, когда Терри поднялся к себе, готовясь ко сну, ведь он проснулся на рассвете и его день был длинным, верный Коннор отворил дверь.

– Что тебе, Коннор? – устало произнес Терри.

– Ваш отец просит пожаловать в его покои. Он хочет поговорить с вами, сэр, это важно, – ответил Коннор.

Терри почувствовал, как сжалось его сердце, он знал, о чем пойдет разговор. Он втайне надеялся, что ему удастся склонить отца принять решение в пользу Даррена и выдать леди Мэрион за младшего брата. Вряд ли сэр Оуэн останется доволен подобным решением, но зато, кажется, сама леди Мэрион будет весьма удовлетворена исходом событий.

Терри надел рубашку и направился в покои отца, когда он шел, ему казалось, что он слышит удары собственного сердца.

– Ты звал, отец? – спросил Терри, войдя в покои отца, тот сидел за столом, позади его стула стоял дядя Эдвард.

– Да, сын, входи, – произнес граф Роберт почти ласково. – Я должен сообщить тебе нечто важное.

Терри наклонил голову, приготовившись слушать.

– Ты знаешь о моей давней дружбе с Оуэном МакДоннелом. Это богатый клан, владеющий хорошими землями, к тому же это МакДоннелы люди чести, они всегда были нашими союзниками. Ты же – мой любимый сын, и уже не мальчик, но взрослый мужчина, которому пора подумать о процветании наших земель и расширении владений. Поэтому я и сэр Оуэн обсудили вот что – у меня прекрасный сын, у него чудесная дочь – добрая, воспитанная, красивая девушка. Мы решили обручить тебя с леди Мэрион. Что ты скажешь о нашем решении? Я ведь уже говорил ранее, что хотел бы видеть Мэрион твоей женой.

Повисла пауза, Терри подбирал слова, а граф Роберт гордился своим красноречием. Эдвард же сжал руки, готовясь к буре, которую, как он понимал, невозможно будет избежать.

– Отец, – осторожно начал Терри, – Леди Мэрион замечательная девушка, несомненно, она станет прекрасной графиней и украшением любого клана…

Граф Роберт кивнул в знак согласия.

– Но, разве ты не видишь, что она питает куда больше симпатии к Даррену, чем ко мне? И разве не видишь, как полюбилась она моему брату? Что же до меня, то, несмотря на мое восхищение этой девушкой, я вполне готов уступить Даррену счастье сделаться ее мужем. Мне кажется, это будет правильным решением.

Воцарилось молчание, а потом Роберт хлопнул ладонями по столу и громко расхохотался.

– Нет, вы это слышали! – проговорил он сквозь смех, – Эдвард, ты слышал? Он хочет отдать красавицу‑невесту брату! Да перед Дарреном поставь столб и нацепи на него юбку – и он будет счастлив! И где ты видел девушку, которая предпочла бы Даррена тебе? Ну и насмешил ты меня Терри… Давно я так не веселился!

– Я видел такую девушку – это леди Мэрион, – твердо ответил Терри.

– Терри, твое благородство и забота о брате восхищают меня, – произнес граф Роберт. – Но где это видано, чтобы младший брат женился раньше старшего? Не бывать такому! Кроме того, ты забыл спросить саму леди Мэрион. А между тем, она сказала отцу, что готова стать твоей женой.

– Потому что женой Даррена ей стать не предложили, – продолжал настаивать Терри.

– Не говори глупости, – в голосе Роберта теперь послышалось раздражение, – Никто не захочет выйти замуж за Даррена вместо тебя, хотя бы потому, что ты наследуешь замок и мои владения. Поэтому хватит пустых разговоров, ты женишься на леди Мэрион, а не Даррен!

– Отец, – возразил Терри, – Но я не могу жениться на ней!

– Почему же? – спросил Роберт с изумлением.

– Я почти не знаю ее и не люблю.

Роберт снова рассмеялся, поднялся и положил руку на плечо сына.

– Любовь! Все вы молодые мечтаете о ней! Но поверь, сын, есть вещи важнее любви, например, твой долг перед нашим кланом. Кроме того, со временем любовь придет, нужно иметь поистине каменное сердце, чтобы не полюбить такое сокровище, как леди Мэрион. Я и сам, уже старик, но готов влюбиться в нее!

– Она обладает множеством достоинств, – кивнул Терри согласно, – Но я позволю себе выразить сомнения в том, что могу полюбить леди Мэрион, отец.

– Терри, – Роберт начал терять терпение, – Я выбрал тебе в жены эту девушку. Ты что, ослушаешься своего отца? Ты нарушишь мою волю?

– Отец, я был бы счастлив исполнить твою волю, как исполнял всегда. Но не могу.

Роберт изумленно перевел взгляд на Эдварда, тот покачал головой в знак неодобрения, и взгляд Роберта, помрачневший, вернулся к сыну.

– Почему же? – сурово спросил он.

Терри собрался духом и твердо произнес:

– Потому что я люблю другую женщину.

Роберт покачал головой, и на его губах мелькнула усмешка.

– И это все? Я не думал, что ты еще мальчишка, Терри! Я думал, ты истинный воин, настоящий сын графа. Думал, ты способен управлять моими землями. И что – ты готов отказаться ото всего ради какой‑то юбки? Ты ли это, Терри? Ну, ничего, мой мальчик, поверь, любовь быстро выветрится у тебя из головы!

– А если нет?

– Что ж… если эта твоя девушка из простолюдинок – тебе никто не мешает навещать ее и после женитьбы на леди Мэрион. Покажите мне знатного лорда, который не делал бы подобного? Вот ты, Эдвард?

Эдвард пожал плечами.

– Всякое бывало, брат, – ответил он, – хотя, видит Бог, я любил и уважал мою жену, мир ее праху.

– Да, в былые годы мы с тобой были те еще весельчаки, – заметил Роберт, и так как он явно собирался углубиться в воспоминания, Терри кашлянул, чтобы привлечь к себе внимание.

– Отец, дядя, – сказал он. – Все несколько сложнее. Дело в том, что я обручился с этой девушкой и женился на ней. И как вы знаете, мне не взять второй жены. Поэтому я никак не смогу стать мужем леди Мэрион, и предлагаю, чтобы не нарушать уговора с сэром Оуэном, отдать ее руку Даррену, моему брату.

На этот раз повисла гробовая тишина, эффект от его слов был поразительный – и отец, и Эдвард, застыли на месте, раскрыв рты, они с изумлением смотрели на него. Было слышно, как колышутся от ветра листья деревьев за окном, да шаги слуг в коридорах замка. Терри, побледнев, со страхом, ждал, что скажет отец.

– Что?! – произнес, наконец, Роберт яростным шепотом, – Повтори! Повтори, что ты сказал! Я не ослышался – ты посмел жениться без моего согласия?

– Ты не ослышался, отец, – ответил Терри.

– Но почему?

– Ты не одобрил бы этот брак. А я не представляю своей жизни без этой женщины.

Роберт закашлялся, и его лицо побагровело, наконец, с трудом переводя дыхание, он спросил:

– И кто же она?

– Этого я не могу сказать, – ответил Терри. – Я боюсь, что ты обернешь свой гнев против нее.

Снова повисло молчание, Терри и Эдвард напряженно ждали, а старый граф обдумывал свой ответ.

– Но, как же тогда я могу признать ее своей дочерью? – спросил Роберт, решивший проявить хитрость.

– Дай мне слово, что не причинишь ей вреда! – попросил Терри.

– Даю слово, – твердо пообещал Роберт МакНейл.

– Ее зовут Идилис Доэрти, – сказал Терри. – Она из бедной семьи и живет на окраине деревни. Но она добрая, честная и красивая девушка. Я уверен, из нее бы получилась отличная графиня…

Терри не договорил, потому что отец жестом заставил его замолчать.

– Как ты посмел… Как ты, мой любимый сын, моя надежда, посмел сделать из отца посмешище? Что я должен сказать сэру Оуэну? Как мог ты сочетаться браком без моего разрешения? Я думал, ты просто юнец, а ты еще и дурак!

Терри опустил голову, он чувствовал свою вину, но не мог не понимать, что он прав. Ведь это была его жизнь, и лишь он вправе распоряжаться своей свободой и своими чувствами.

– Прости отец, – сказал он. – Я не мог иначе.

Несколько секунд Роберт молчал, Терри ждал его решения. На лице графа эмоции сменяли друг друга, в его душе боролись любовь к сыну и гнев, вызванный его непослушанием, но все это затмевал стыд – его честь была запятнана, он опозорен перед сэром Оуэном! Как он будет смотреть тому в глаза?

– Эдвард, – сказал он, наконец, – Позови лучников. Пусть они проводят моего сына в темницу, в комнату на старой дозорной башне. Ему будет полезно посидеть там в тишине и поразмыслить над своими поступками.

– Пусть будет так, отец, – тихо ответил Терри.

Эдвард вышел. Терри и Роберт остались одни, но для старого графа сын словно перестал существовать, он не проронил больше ни слова и лишь прохаживался по комнате, углубившись в свои мысли. В коридоре раздались шаги, вошли лучники, Терри поклонился отцу и последовал за солдатами, но Роберт даже не взглянул на него. И лишь когда закрылась дверь и звуки шагов стихли, он обратился к вернувшемуся Эдварду, стоявшему у стены комнаты, с напряженным, почти каменным лицом.

– Что ты об этом думаешь? – спросил Роберт у брата. – Как такое могло произойти? Если ты еще способен думать, конечно!

– Я способен думать, брат, – ответил Эдвард, – И мне есть, что сказать. Я подозревал, что подобный исход возможен, я видел, что Терри не хочет брать в жены леди Мэрион, но не думал, что он сможет зайти так далеко. И, тем не менее, я хотел бы открыть тебе глаза на причину происходящего.

– О какой причине можно говорить! – горько воскликнул Роберт, – Любимый сын так разочаровал меня, жизнь утратила смысл, ведь Терри был для меня всем…

– Возможно, твое разочарование напрасно, – осторожно заметил Эдвард.

– Что ты имеешь в виду? – насторожился старый граф, и в его глазах вспыхнула надежда.

Эдвард сцепил пальцы и с задумчивым видом прошелся по комнате.

– Эта девушка… Идилис Доэрти… полагаю, ты не слышал о ней, – начал он. – Ты редко интересуешься делами бедняков…

– Нет, а что? Она необыкновенно красива?

– В деревне говорят, что Идилис Доэрти могущественная колдунья, такая же, как и ее мать, Рослин. Их силы достаточно, чтобы перевернуть землю и поменять ее с небом местами. Околдовать молодого парня, такого, как Терри, для нее пара пустяков. Твой сын самый завидный жених в этих краях, что тут отрицать! – Эдвард посмотрел на брата, который, казалось, необычайно воодушевился его словами.

– Вот как, – тихо произнес он, – Значит она ведьма… Это очень многое объясняет! Только колдовство могло побудить такого преданного и любящего сына, как Терри, пойти против отца. Эта колдунья приворожила его! Ну что ж, тогда ситуация упрощается. Терри упомянул, что они женаты. И что взять в жены леди Мэрион он не сможет. А значит – у нас есть лишь один выход. Мы должны избавить моего сына от этих уз, то есть сделать так, чтобы у него больше не было жены. Тогда он снова будет свободен, чары рассеются, и он сможет исполнить волю отца, женившись на той, которую я выбрал для него.

– Но как ты себе это представляешь? – с изумлением произнес Эдвард. – Ты же обещал не причинять девушке никакого вреда!

– Разумеется, и я не нарушу слова, – ответил Роберт, улыбнувшись. – Я сам не причиню ей никакого вреда, но это вряд ли поможет.

– Осторожно, – предупредил брата Эдвард, – Идилис могущественная колдунья, не стоит становиться у нее на пути.

– Как бы сильна она ни была, она узнает, что значит становиться на пути у Роберта МакНейла, – решительно ответил старый граф, – И видит Бог, девчонка пожалеет о том, что сделала!

– Что ты задумал? – спросил Эдвард, и в его голосе послышались тревога и волнение.

– Пошли кого‑нибудь проследить за домом девушки. Пусть они узнают ее привычки, куда она ходит, что делает, чем занимается. Терри пока останется в тюрьме. Думаю, мы можем сказать Оуэну, что Терри стал жертвой злых чар, которые вызвали болезнь моего сына,и пока он не может видеться с леди Мэрион. Кроме того, я хочу поговорить с Баррианом.

– С озерным королем? – Эдвард был невероятно удивлен, – Но озерные люди наши враги!

– Несомненно, – ответил Роберт. – Но мы могли бы сделать наши отношения более терпимыми. Кажется, они просили вернуть им земли. Разумеется, я этого не сделаю, но я могу предложить им небольшой участок земли, тот самый, который принадлежит семье Доэрти, а также земли вокруг их дома. При условии, что они возьмут их сами, конечно же…

– То есть…

– То есть убьют ведьму. Сами мы не справимся с ее чарами, но вот озерным людям это вполне под силу. Организуй слежку за девушкой. А я отправлюсь к Барриану.

– Но ведь она всего лишь девушка, молодая и красивая, – Эдвард попробовал вразумить брата, но Роберт решительно покачал головой.

– Она колдунья и должна умереть, – ответил он. – Не будем терять времени! Идем!

Первым делом, они принесли извинения сэру Оуэну и леди Мэрион, известив их о странной болезни, поразившей Терри, кроме того, усилили караул, охранявший его самого. Терри между тем, находился в башне, где, словно лев в клетке, расхаживал из угла в угол, пытаясь найти выход из сложившейся ситуации. Больше всего его страшила разлука с Идилис, кроме того, он опасался, что люди графа все‑таки решаться причинить девушке вред. Тогда он еще не подозревал, что Идилис способна защитить себя лучше, чем кто‑либо другой.

Прошло несколько дней. Их Терри провел в темнице, изнывая от беспокойства. Его собственная судьба была ему неведома, но куда больше волновался он о своей молодой жене, вдруг отец решится нарушить слово? Решился же он посадить в тюрьму родного сына! Гордость не позволяла Терри расспрашивать стражей, которые относились к нему с почтением и сочувствием. Он сидел на холодном каменном полу, обхватив колени руками, и беспрестанно молил Бога о помощи и защите.

Между тем Идилис волновалась не меньше. Прошло несколько дней со счастливых мгновений их свадьбы, но Терри бесследно исчез и не подавал о себе вестей. Тревога закралась в ее сердце, девушка не знала, что думать: возможно, он пожалел о своем безрассудстве и теперь не решается показаться ей на глаза. А что если, получив желаемое, он потерял к ней интерес? Или же сама она чем‑то разочаровала своего мужа? Но, скорее всего, и именно так чувствовала она в глубине души, что‑то произошло, что‑то случилось, и эти неведомые события способны разлучить их, способны помешать им быть вместе! Идилис не забыла о своем видении, она знала, что не ошибалась, что однажды Терри променяет ее на другую, но, в то же время, не могла поверить, что это произойдет так скоро.

Поздно вечером выходила она из дома и бродила по деревне, словно призрак, глядя на темные окна домов, где мирно спали соседи. Она подходила к замку, окутанному ночным мраком, и пыталась понять, что же произошло с ее возлюбленным, почему он перестал появляться, почему не послал никого предупредить ее! Волнение не позволяло ей увидеть будущее.

Погруженная в свою печаль, девушка не замечала, что за ней наблюдают, преследователи ни на секунду не оставляли ее одну, они изучали привычки лесной ведьмы, старались найти слабые места, чтобы, как можно скорее, избавиться от девушки.

В эти дни произошло и другое важное событие. Граф Роберт, в сопровождении брата Эдварда и без обычной свиты, направился к озеру, находившемуся в глубине острова, чтобы приветствовать Барриана, короля озерных людей.

Их путь к озеру пролегал ночью, чтобы никто не мог обнаружить следов или узнать о тайной встрече. Они молча ехали в темноте, лошади ступали осторожно, ведь тропки в этих краях были узки и в любой момент опрометчивый всадник рисковал сорваться в пропасть. Однако скоро дорога спустилась вниз, в долину. На берегу граф и его брат спешились и принялись ждать. Спустя несколько минут они увидели силуэт мрачной темной лодки, показавшейся из ночной мглы, которая приблизилась к берегу. Из нее вышел высокий рыжеволосый мужчина, пожалуй, его можно было назвать великаном или гигантом, его тело скрывала синяя светящаяся в темноте мантия, которая не позволяла видеть и лица, он шел в сопровождении такой же высокой и стройной девушки с огненно‑рыжими волосами, развевавшимися словно пламя в ночи. Они не были похожи на людей. Да они ими и не являлись.

Граф Роберт поклонился.

– Приветствую тебя, король Озерного народа! – сказал он.

– Приветствую тебя, МакНейл‑ завоеватель, – ответил Барриан низким глухим голосом. – Что тебе нужно и зачем ты позвал меня?

– Я давно хотел выразить тебе почтение, – спокойно ответил МакНейл, скрестив руки на животе, – А также предложить сделку. Много лет твои люди просят, вопреки договору, отдать вам земли, прилегающие к озеру. Сегодня я согласен исполнить вашу просьбу, но в обмен на услугу, которую вы могли бы мне оказать.

Барриан задумался, на его лице отразились сомнения, но было очевидно, что предложение ему интересно.

– И что это за услуга? – спросил он, наконец.

– В моих краях завелась ведьма. Она наносит урон нашим владениям, насылает заговоры на людей и может навлечь проклятье на весь клан. Я хотел бы избавить от нее наши острова. Если кратко – тот, кто сумеет убить ведьму, получит озерные берега.

– Мы согласны, – быстро ответила вместо короля рыжеволосая девушка, – Пара пустяков! Кто эта ведьма?

– Ее зовут Идилис Доэрти. Она живет на краю деревни.

– Но кто может подтвердить, что твои слова правда? – спросил Барриан, – Что ты не обманешь и вернешь хотя бы часть нашей земли?

– Даю слово чести, слово графа МакНейла, – решительно произнес Роберт, – И этот свиток в придачу. Здесь написано о том, что после выполнения всех условий, земли перейдут к Озерному народу. Но учтите – ведьма сильна и могущественна, будьте осторожны с ней!

Озерный король и девушка, переглянувшись, расхохотались.

– Не бойся, она не уйдет от нас, – заверила его девушка, и ее темные глаза вспыхнули.

– Считай, мы договорились, да будет так! – произнес глухим голосом Барриан. Они, не простившись, повернулись, снова вошли в лодку, которая отчалила от берега и через некоторое время исчезла в темноте, а потом и вовсе скрылась в расступившихся водах глубокого озера.

– Дело сделано! – граф Роберт повернулся к брату, – Они избавят нас от этой ведьмы, мое предложение им по нраву! Озерные люди охочи и до земли, и до убийств.

– Не нравится мне это, брат, – мрачно произнес Эдвард. – Лишить жизни невинную девушку, которую любит твой сын…

– Эдвард! Она не невинная девушка. Она хитрая и коварная колдунья, поверь, все это я делаю во имя процветания нашего клана и очень рассчитываю на твою поддержку!

Он посмотрел брату в глаза, и тот кивнул в знак согласия. Роберт похлопал его по плечу, и они, тронув поводья, отправились в обратный путь.

На следующий день Идилис, не выдержав тревоги за мужа, решилась отправиться к дольмену, чтобы спросить совета и понять, как ей жить дальше.

Девушка вышла на рассвете, но дольмен находился за пустошью, идти пришлось долго, кроме того, несколько раз принимался дождь, и она пережидала его под густыми кронами деревьев. Наконец, Идилис добралась до дольмена. Она почтительно прикоснулась рукой к древним камням, потом присела в его тент и задумалась.

– Скажи мне, – сказала она, чуть погодя, – Что произошло с моим мужем, Терри МакНейлом? Почему он больше не приходит ко мне? Скажи, что делать, как мне жить дальше?

Идилис закрыла глаза и постаралась сосредоточиться, но постоянная тревога мешала девушке. Ведь чтобы увидеть будущее, сознание должно оставаться спокойным, иначе завеса грядущего не поднимется. Идилис снова и снова задавала этот вопрос дольмену, но лишь тишина была ей ответом, да шелест травы, склонявшейся под дуновениями ветра.

Растерянная, девушка не знала, что и думать, но она не намерена была сдаваться. Ее сердце, ее интуиция не могли обмануть, Терри любил ее, он не просто пошел на поводу у своей страсти. Он хотел стать ее мужем, готов был противостоять отцу, а значит, не мог оставить ее вот так, без предупреждения. С Терри что‑то случилось, но что именно она не знала.

Поэтому Идилис до самого вечера просидела у дольмена, она поднималась, обходила древние камни, прикасалась к ним, а потом снова садилась рядом и задавала вопросы. Постепенно, покой снизошел на ее душу, тело расслабилось, дыхание стало ровным, она прислонилась к стене дольмена и закрыла глаза. Несколько секунд она наслаждалась этим состоянием, а потом видение прорезало ее сознание – девушка увидела полыхающую крышу дома – ее собственного дома, увидела странных людей, окруживших его, потом – все словно окутал туман, а когда рассеялся, перед ее закрытыми глазами проскакал табун светящихся синих лошадей, они уносили ее мать, уносили в озерные воды, чтобы никогда не вернуть назад.

В ужасе Идилис вскочила и бросилась бежать, она понимала, что еще немного, и она может опоздать, что озерные люди напали внезапно, воспользовавшись ее отсутствием! Как часто отражала она их нападения на земли МакНейлов, старый граф и не подозревал, кому он обязан безопасностью своих подданных и процветанием клана! Так неужели же, она не сможет защитить собственный дом! Девушка пожалела, что не умела перемещаться в пространстве, эта магия была ей недоступна, хотя многие эльфы и фэйри владели подобным искусством.

Идилис продолжала бежать, она задыхалась, падала, ветки кустарников царапали ее лицо. Наконец, показалась знакомая кромка леса, и уже с ячменного поля девушка увидела клубы дыма и зарево пожара. Она остановилась – слишком поздно, ее дом уже догорал. Но, возможно, она еще сумеет спасти маму!

Идилис снова бросилась бежать, она выскочила из леса и очутилась на пепелище. Кое‑где еще бушевало пламя пожара, и его отсветы освещали ее лицо. Она почувствовала, как слезы покатились по щекам. В этот момент из темноты выступили высокие фигуры, их было несколько, по очертаниям Идилис сразу же поняла, что это были озерные люди. Впереди них шла женщина с огненно‑рыжими волосами.

– Ты – ведьма Доэрти? – резко спросила она.

– Это я, – ответила Идилис. – А ты – Эллина, дочь Барриана, жрица озерных богов, я узнала тебя.

Эллина мрачно улыбнулась.

– Моя слава опережает меня.

Идилис не улыбнулась в ответ, она продолжала смотреть на пришедших рыжеволосых людей своими фиалковыми глазами, в которых только слепой не прочел бы прямой угрозы.

– Зачем вы явились сюда, зачем сожгли мой дом? – гневно спросила девушка.

– Мы пришли, чтобы убить тебя, – сообщил один из мрачных озерных стражников. – Дом тебе больше не понадобится.

– Кто вас послал? – снова спросила девушка. – Почему вы хотите моей смерти?

– Мы всегда хотели твоей смерти, – ответила Эллина. – В этом нет ничего удивительного.

Озерные люди приблизились. Они выглядели угрожающе, но Идилис не сделала ни шагу назад.

– Где моя мать? – спросила она. – Я видела, как ее унесли Келпи! Верните ее немедленно, или клянусь, вы пожалеете!

Эллина засмеялась, вслед за ней захохотали и остальные.

– Ты решила нас напугать? Ты, жалкая лесная ведьма, которая может лишь лечить больных, гадать, да привораживать графских сынков? – сквозь смех произнесла она, – Мы испугались! Знай же, что твоей матери нет в живых. И Келпи уносили лишь ее тело.

Идилис вскрикнула от ужаса и прижала руку к шее, словно стараясь победить удушье.

– Не печалься, вы скоро встретитесь, я помогу тебе, как помогла ей, – произнесла Эллина.

По щекам Идилис покатились слезы.