Альтушка для дракона

Глава 9

На место встречи Аля пришла заранее. Во-первых, дочерний долг она исполнила ещё вчера, а потому сегодня с чистой совестью вознамерилась провести вечер, как хочется, а не как надо. Так уж у них было заведено: долгая ночная отлучка, позднее возвращение, скандал, немного времени в кругу семьи – и новый загул. Мама бесилась, но сделать ничего не могла. Пробовала запереть Алю дома, но кончилось тогда всё скверно.

Тётя ещё, помнится, говорила: «Это всё переходный возраст, Маш. Пусть перебесится. Вспомни себя!..»

Мама тогда вздохнула, спросила горестно: «Да сколько можно переходить? Взрослая баба уже, сиськи отрастила, а голову… Я в её возрасте уже с ребёнком была!»

Тут тётка не растерялась: «Хочешь, чтобы и Алька тоже?»

Мама помрачнела, пробурчала: «Да не дай бог! Пусть сначала выучится, мозги включит, тогда уже и дети».

На этом разговоры про Алино воспитание закончились. Ну, или она их больше не слышала.

Во-вторых же она прибежала пораньше, чтобы порисовать. Возникла у неё вчера одна идейка… В пару к птеродактилю над городом. Небольшая, так что до прихода Вадика всегда можно успеть.

Но творческим планам не суждено было сбыться. Едва Аля добралась до своего любимого козырька, выяснилось, что по её работе прошлись какие-то недоумки с баллончиками и засрали его своими тегами. Где-то в глубине души она была готова к такому повороту событий. Но желание найти виновных и засунуть им орудие совершения преступления в задницу оказалась очень острым.

И она принялась закрашивать следы чужого творчества на крыльях летающего ящера. В голове при этом крутилась мысль: а что, если она своей картинкой притянула дракона в свою жизнь? Не попробовать ли на чём-то другом? Нарисовать пачки денег или там довольную маму, которая не выносит мозг, победу в конкурсе… да что угодно, чтобы изменить размеренное течение этой жизни.

За спиной раздался сдавленный кашель. Але потребовалось всё её самообладание, чтобы не подскочить на месте, а спокойно, хоть и быстро обернуться на звук с баллончиком на изготовку.

– Как ты в этой вонище работаешь? – спросил Вадик. Он стоял, прикрыв рот и нос рукой. В другой он держал шуршащий пакет с большой цифрой пять на боку.

– А щас всё проветрится… Ничего страшного, – не очень уверенно проговорила Аля.

– Хочешь, я тебе респиратор с работы принесу? А то вдруг… потравишься…

Респираторов ей ещё точно не дарили. Цветы были, пивом угощали, даже какие-то браслеты-цепочки-колечки. Приятно, конечно, но… Тут прям сразу чувствовалась забота.

– А давай! – Аля шагнула на встречу Вадику, прикидывая, не обнять ли, но решила, что пока рано. Полёт не повод для объятий.

– Это ты сама нарисовала? – В голосе дракона слышалось лёгкое удивление.

– Ага. А ты что думал? Я вообще, – Аля подмигнула. – Талантливая.

– И от скромности не умрёшь.

– Не умру.

Аля критически оглядела птеродактиля. Ещё вчера он ей нравился. А теперь вылезли мелкие косяки с анатомией. Их, конечно, никто не заметит. Но Алю они уже начинали бесить. А место на стене уже манило заняться новым творением.

– Хочешь, тебя нарисую? – предложила она.

Вадик опустил глаза и отвёл руку с пакетом за спину. В пакете что-то звякнуло и зашелестело.

– Может, не надо? Зачем всему городу на мою рожу смотреть?

– Да не надо никакой рожи! Я тебя в виде дракона нарисую. Будет единственный в своём роде дракон с натуры. Полностью анатомически достоверный…

Вадик весь день нервничал из-за предстоящего свидания, и пока ехал сюда на автобусе, весь извёлся. Так что предложение нарисовать его с натуры в полный рост застало его врасплох и полностью деморализовало. Аля, по ходу, и правда ебанутая на всю голову. Хочет его подставить – и даже сама пока не понимает, насколько серьёзно.

Он итак рисковал из-за неё уже дважды – когда летал над рекой и когда тренировался прошлой ночью. Но тогда вроде всё обошлось… А вот выставить свой портрет на всеобщее обозрение – это как мишень на лбу нарисовать. И себе, и Андрюхе, и Ксюхе… И всем, кого он даже не знает.

Обычным-то людям оно ничего не скажет, а вот знающим…

– Не стоит… – Он помотал головой. Говорить или нет? – Мы же не просто таклюдям не показываемся.

– В смысле, что на опыты разберут?

– В смысле, что есть ещё охотники…– Он с трудом подбирал слова для того, что было очевидно каждому драконёнку. Аля держалась ничего, только глазами хлопала. Может, потому что не верила? – Не только учёные. Поэтому нам лучше не светиться…

– Ладно, убедил…

Так что, пока она творила, меняя баллончики с краской, он притащил с помойки у крафтового бара два крепких ящика и устроился в партере с бутылкой безалкогольного эля, любуясь, как из пустоты возникают очертания будущей работы – крыши старинного городка, силуэт девушки с длинными волосами и летящая по небо змеюка с крыльями.

– Ну а что? Ты сам сказал, что подробно и правильно– нельзя, – ответила Аля на его замечание, мол, что это за зверь такой. – Вот я и нарисовала Васю…

Вадик недоумённо хмыкнул, она продолжила:

– Василиска в смысле. Ну, из «Гарри Поттера». Ты же смотрел?

– Читал. В Интернете в пиратском переводе. Ещё в детстве. И вот только скажи, что это неправильно и неэтично.

– А по тебе и не скажешь…

– Что я умею читать? Ну да, куда уж нам, простым работягам…

Аля в два движения отметила свою работу какой-то закорючкой, видимо, подписью, и обернулась к нему.

– Не, я про ГП. Думала, такие как ты… Они больше про впопуданцев. И спасение СССР.

Вадик быстро допил остатки пива и поставил бутылку рядом с собой. Опять их с Алей разговор приобретал обидный для него оборот. Тут же в памяти всплыли все прошлые неудачи, разговоры о том, какой он Вадик нудный, неинтересный, скучный… А что поделать? Ну вот такой он. И тоже хочет, чтобы его любили.

– Не суди книгу по обложке, – глубокомысленно изрёк он. – Может, там у меня охуенно богатый внутренний мир.

Аля резко придвинулась к нему, словно собиралась то ли поцеловать, то ли дать леща. Вадик поднял на неё голову. Было что-то завораживающее в том, что сейчас она оказалась выше него.

– Открой рот! – потребовала она голосом доктора в детской поликлинике.

– Зачем?

Вместо ответа она двумя пальцами схватила его за подбородок и надавила на ямочку под нижней губой. Вадик волей-неволей разжал челюсти.

– Буду искать внутренний мир. – Аля склонилась к нему, их лица оказались невыносимо близко. Захотелось подтянуть её к себе и поцеловать, вот прямо такую, пахнущую краской, сидром и мятной жвачкой. Но его словно парализовало. – Зубы вижу. Язык. Нёбо. Горло, – перечисляла Аля. – Внутренний мир не вижу.

Ему показалось, что он попал во власть каких-то злых чар. Умом понимал, что всё это – шутка, может, забавная даже, и наверно лет через пять он сам про это вспомнит со смехом, но сейчас она ножом полоснула по больному. Все внутренности свело от холода, к горлу подкатила лёгкая тошнота.

Захотелось встать, послать Алю нахуй и уйти. Если это – его Истинная, пусть подумает над своими словами, подёргается. Сама прибежит. А если нет, туда ей и дорога.

Но это будет по-бабски. Вадик сам не любил таких обиженок обоего пола. Значит, надо как-то иначе. Съязвить, уколоть в ответ.

– А у тебя-то он есть? – Вадик и сам удивился, сколько злости прозвучало в его голосе. – Внутренний мир? Или тоже только, – тут он начал перечислять, изображая Алю, – зубы, дёсна…

Глава 10

Вообще Аля всегда любила испытывать своих кавалеров на прочность. Выстёбывала, задавала странные вопросы, могла сбежать посреди первого свидания и проверить, побежит за ней парень или нет. Большая часть отваливалась сама собой. Хотя почему большая? Собственно, все, кроме Семёна. Но и с тем слишком быстро стало скучно.

И вот был бы сейчас перед ней просто очередной мутный чечик, можно было бы смело продолжать, глядя, как он корчится, словно уж на сковородке, и сбегает со свидания. Ну, или просит о следующем, если мазохист.

А тут перед ней сидел самый настоящий, мать его, дракон с телом скуфа и душой нежной фиалки. И Але впервые страшно хотелось, чтобы он остался. А значит, надо было как-то, не теряя лица, сдать назад.

– Ну ты чего так сразу? – пробормотала она. – Шучу я так. Юмор у меня такой, понимаешь?

– За такие шутки в зубах бывают промежутки, – сказал Вадик, но уже не так зло.

– Обещать, что это не повторится, не буду. – Аля снова потянулась к нему, запустила пальцы в отросшие тёмные волосы. На удивление чистые и мягкие. – Но я постараюсь.

Вадик на мгновение застыл, глядя на неё и, по ходу, не понимая, что происходит. А она продолжала перебирать его пряди, и он прикрыл глаза и подставил голову, как кот.

Ну вот!.. как же всё просто с мужиками! Немного намёков, пара прикосновений – и он уже размяк и поплыл. Или это ей такие всегда попадались? Тактильные?

Не открывая глаз, Вадик притянул её к себе, обнял даже не за задницу, а ниже, за бёдра, и ткнулся головой в живот.

Некоторые на этой стадии уже попытались бы облапать, а он ничего, держал себя в руках. Але это нравилось. И волосы перебирать нравилось. Подстричь бы их помоднее, да жилетку идиотскую выкинуть – вовсе и не скуф будет. Нормальный парень. Точнее, нормальный дракон.

– Но мы ведь сегодня полетаем? – спросила Аля, запуская и вторую руку Вадику в волосы.

Он отстранился, поднял голову, не разжимая объятий.

– Нет. – Голос у него стал как будто ниже, в нём звучали томные нотки.

– Всё ещё обижаешься?

– Не хочу палиться лишний раз. Может, лучше махнём за город на выходных? – Аля почувствовала, как его ладони сдвинулись выше, но возражать не стала. – Мангал, шашлык. И там полетаем? Чтобы не мешал никто.

Она наморщила лоб, изображая задумчивость. В опустившихся сумерках этого не было видно, так что гримасничала Аля больше по привычке.

– А что у нас в выходные? Вроде свободно.

– Значит, договорились? – Вадик вновь прижался лбом к её животу. От его дыхания было немного щекотно и смешно, но и это ей нравилось.

– Договорились. Но ты сейчас хотя бы превратишься? Я хочу на тебя посмотреть.

Аля убрала руку.

«Хорошенького понемножку», – подумал Вадик, возвращаясь с небес на землю.

– Превращусь, – сказал он. – Но не здесь. Ты же ещё будешь здесь, – кивнул на птеродактиля на стене, – рисовать?

– Ну да. – Аля сдула со лба прядку волос. – А что?

– Если я сделаю это здесь второй раз, тебе придётся искать другое место. – Вадик развёл руками. – Говорю же, охотники.

– А ты их… видел? – с некоторым беспокойством в городе поинтересовалась Аля.

– Сам – нет. Андрюха сталкивался в детстве. Он мне рассказывал. Им с матерью пришлось бежать из родного города. И мне не хотелось бы…

Рассказывать, что самцам-драконам встреча с охотниками грозила верной гибелью, он не стал. Защитить детёнышей и самок, и сложить головы самим.

– Ну хорошо. – Аля резко опустилась на бетонный пол рядом с ним. – Не здесь – значит не здесь. Но ты вчера обещал помять мне спинку.

Схватила его за колени, поёрзала немного, устраиваясь поудобнее, откинулась назад, как на кресло. Вадик почувствовал, что его покидают остатки разума, а кровь от мозга перетекает куда-то метром ниже. Сознательно Аля его дразнила, или это получалось как-то само, случайно?

Ну неправильно это было, неправильно! Возбуждение боролось с раздражением. Фантазия подсказывала, что вон там, недалеко, Аля раскатала пенку, и можно бы неплохо устроиться на ней и откатать основную программу. Только холодно будет…

И ещё он не подготовился. А к детям с первого раза он не готов.

– Ты не боишься отморозить жо… – с преувеличенной грубостью начал Вадик, будто это могло помочь совладать с переполняющими эмоциями. – Почки отморозить.

– Не боюсь, – проворчала Аля, но подтянула свой рюкзак, убедилась, что в нём нет ничего бьющегося и твёрдого, и подложила под себя. – Так лучше?

Вадик кивнул и зачем-то прокашлялся.

– Давай уже, – недовольно потребовала Аля. – Мужик сказал – мужик сделал. Вы же так говорите?

Ему захотелось ответить, что все вопросы к Андрюхе, который и затеял всю вчерашнюю переписку. А он тут совсем не при чём.

Но вместо этого он только вздохнул, положил ладони ей на плечи и слегка сжал напряжённые мышцы.

– Ай, так – больно, – прошипела Аля. – Я тебе не болванка, чтобы так…

– За болванками не ко мне, – заметил Вадик, продолжая разминать ей плечи, но уже мягче, осторожнее. – У нас сборка.

– Ну всё равно…

Он понемногу начал спускаться вдоль позвоночника, проводя большими пальцами вверх-вниз. Аля вытянулась, выгнулась назад и протянула:

– Ага, так – хорошо.

Вадика посетила мысль, что что-то идёт… ну, не то, чтобы не так… Но выглядит со стороны довольно странно, да. В старых джинсах стало очень тесно. Ещё немного – и он точно не выдержит.

Руки двинулись вверх, к плечам. Аля откинулась назад, только чудом не ударив его головой в пах. Конечно, он не отказался бы от того, чтобы её голова оказалась у него между ног. Но тоже несколько в других обстоятельствах.

– А ты умеешь доставить женщине удовольствие, – промурлыкала Аля, ткнувшись щекой ему в колено. Вадик не выдержал, чуть толкнул её вперёд, сам встал, чувствуя лёгкую дрожь напряжения во всём теле, и сказал:

– Слушай, я взрослый мужик. Я так не могу! Если ты не собираешься со мной трахаться, перестань так делать. Иначе я просто не выдержу.

Он уже не мог бы разглядеть выражение Алиного лица. Было слишком темно, да ещё она отступила на пару шагов, так что был виден только её силуэт. Вадик ждал, что сейчас она ответить что-нибудь в духе: «Трахаться с тобой? Ты совсем ебанулся?»

Но она и тут удивила. Сказала серьёзно:

– Здесь холодно. И жёстко. Может, к тебе?

Вадику казалось, стук его сердца слышно даже в соседнем крафтовом баре. Птеродактиль, которого нарисовала на стене Аля, глумливо ухмылялся флюорисцентной рожей. Сгрести девушку в охапку и поехать домой было заманчивой перспективой. Но дома, во-первых, срач, во-вторых, Андрюха. Он ведь даже возмущаться не будет, просто заебёт потом подколками. И Алю напугает. Ей, конечно, палец в рот не клади, но у всего есть предел.

– Чего молчишь? – спросила она дрогнувшим голосом. – Или ты передумал?

Вадик помотал головой. Оставалось надеяться, что она увидела этот его жест.

– У меня друг дома. Мы договорились: никаких баб. – Тут он кривил душой, Андрюха порой забывался и приводил к ним очередную любовницу, когда Вадик отдыхал после тяжёлой смены. Слушать охи-вздохи и скрип кровати было не особо приятно. Приходилось на утро напоминать, что так не надо. – Так что, может, лучше к тебе?

Тут настал черёд Али мотать головой. Почему к ней нельзя, она объяснила одним словом:

– Мама.

«Ну а что, заодно и с тёщей познакомимся», – чуть было не ляпнул Вадик.

– Я с ним поговорю. С Андрюхой, – наконец предложил он. – Но раньше пятницы не получится. Если ты не передумаешь, конечно. А потом полетаем…

Глава 11

Они еще чуть не час ходили по городу в обнимку в поисках места, где Вадик мог бы превратиться. «Найти уголок потрахаться, было бы проще», – думала Аля.

Вроде и стемнело, и люди разошлись по домам, а всё равно, только найдут спокойное место, то машина блеснёт фарами, то кому-то приспичит вынести мусор или покурить на балконе. Аля злилась. Она затевала всё это, чтобы посмотреть на дракона. И любая преграда на пути к цели выводила её из себя.

А насчёт секса… Тут она с удивлением поймала себя на мысли, что идея перестать с Вадиком ей по меньшей мере не противна. Он, может, и не похож на романтического героя девичьих грёз (хотя почему не похож, он же, мать его, настоящий дракон), но пахнет приятно, с нею бережен, не лезет лапать, когда не просят, и на лицо не урод. А что в отцы годится, так, может, у него хотя бы опыт есть.

Про Семёна всякое говорили: сколько у него девушек было, как им нравилось… И что? За время их недолгого романа удовольствие от процесса Аля получила раза три-четыре. В остальном было неплохо, но… но вот не огонь. Может, тут будет получше? Вадик решит доказать, что ничего он не скуф и постарается?

Правда, пока она не очень понимала, вот если бы Вадик сразу сказал: «А поехали ко мне!» – она бы согласилась, или сама сдала назад? Всё-таки одно дело – провести ночь с кем-то знакомым, а другое – с тем, кого видишь в третий раз. Впрочем, если считать их первую встречу свиданием, то главное правило современной девушки срабатывало. Но лучше подготовиться. А то мало ли что!..

Вадик гладил её по боку, постепенно спускаясь всё ниже, к заднице. Аля думала, нравится ей это или нет. Пока вроде бы нравилось. А потом всегда можно сказать «нет» и понаблюдать за реакцией. В прошлые разы в таких ситуациях Вадик забавно дёргался.

Становилось всё холоднее. Аля прижалась к нему, обняла покрепче. Если и в этот раз не найдётся подходящего места, придётся ехать домой… А туда ей пока не хотелось, пусть усталые ступни и намекали, что пора бы лечь, устроиться поудобнее, закинув ноги на спинку дивана.

– А с чего ты решил про охотников? – спросила она больше для поддержания разговора, чем из реального интереса.

А вот Вадик, кажется, был вполне серьёзен:

– Кажется, за нами следили. Там, у реки. Ты не заметила?

Аля пожала плечами.

– Не знаю. Может быть. Мне показалось, там был Семён. Он меня сталкерит.

– Чево делает? – удивился Вадик. – Я таких слов не знаю. Фильм знаю, игру знаю… Книжки читал, знаю. А что такое сталкерит – нет.

– Ну, ходит за мной, следит, пишет с новых номеров. Я его баню, а он продолжает. Но это так, не всерьёз, даже забавно.

– Может, ему для профилактики морду начистить? Чисто для поправки мозгов…

– Да ладно тебе! Он в принципе безобидный. Бывает хуже. Я потому и не стала говорить.

Рука Вадика, добравшаяся наконец до её ягодиц, поднялась обратно. Он притянул Алю к себе, обхватил за талию, поворачивая лицом к себе. Вышло эффектно, почти как в танго.

– Если оно опять будет, сразу скажи мне, ладно?

– Ладно, уговорил. – Аля встала на цыпочки и ткнулась своим лбом в его. Вадик ещё сильнее впился пальцами в её бок, стараясь, чтобы она не упала. Аля чмокнула его в кончик носа и попробовала отстраниться, но Вадик подтянул её к себе и поцеловал. Неожиданно и по-настоящему.

И это оказалось не просто «не плохо», как с другими парнями. А просто охрененно. Будто её молния прошибла от губ до трусов и ушла в землю. Аля и не представляла, что от поцелуя бывают такие сильные ощущения. Правда, усы у Вадика кололись, но это сейчас казалось такой мелочью… ну помажет потом мазью от раздражений, ничего страшного…

Они расцепились только для того, чтобы добраться до ближайшей лавочки, и снова слились в единое целое. Аля закинула ноги Вадику на колени, он чуть навис над ней, как будто всё пытался вытащить откуда-то – и никак не мог, сам падал всё дальше и дальше.

В окне первого этажа вспыхнул свет, громко, как выстрел, щёлкнула щеколда, разрушая волшебное оцепенение. Старушечий голос возвестил:

– Вы ещё поебитесь здесь! Совсем стыд потеряли!

Але захотелось ответить как-нибудь язвительно, например: «Спасибо за совет, что бы мы без вас делали!» – но Вадик уже сделал это за неё. Погрозил окну кулаком со словами:

– А вы не завидуйте!

Старушка разразилась гневной тирадой о моральном облике современной молодёжи и пообещала вызвать милицию. Аля за это время успела встать с лавки, подобрать рюкзак и решительно показать кайфоломке язык.

До превращения в дракона дело так и не дошло. Но она ни о чём не жалела.

Уже в прихожей Вадик понял, что у них гости. Точнее, гостья. Не узнать Ксюхины кроссовки сорок первого размера было сложно.

Ещё недавно её приход означал горячую ночь. Как и брат, Ксюша любила трахаться и делала это с огоньком. Что вполне естественно для молодой здоровой драконихи. Вот и Вадику периодически перепадало от её щедрот, тем более, что негласный договор не водить баб на неё не распространялся.

– Это кто там пришёл? – донёсся с кухни Ксюхин голос, уже чуть смазанный алкоголем, и возбуждение, утихшее в такси по дороге к дому, тут же вернулось.

– Наш Ромео, – тут же отозвался Андрюха. – У Вадика началась вторая молодость.