По праву Дракона – 2

Глава 1

– Ты… – мой изумленный выдох тонет в тишине ночи.

Я вижу лишь очертания его фигуры, но безошибочно узнаю. Хотя и не могу поверить, что это он.

Он в моей комнате.

– Деррик…

На этот раз я и сама не слышу собственный голос. Поэтому вряд ли его слышит и он, но делает шаг в мою сторону.

Штора в комнате шевелится от легкого дуновения жаркого ветра, на секунды пряча его силуэт и я затаиваю дыхание.

Боюсь пошевелиться. Боюсь закрыть глаза, чтобы он не исчез. Не думала, что он придет. Хотела, но не верила.

А сейчас он здесь.

Его шаги бесшумны.

Медленные. Он будто борется с собой, но вот оказывается у моей постели. Мое дыхание останавливается, словно опасаясь разрушить этот момент, а взгляд лихорадочно скользит по высокой фигуре.

Черты его лица скрыты ночными тенями, но я знаю каждую линию, каждую черточку. Я изучала их пальцами, своими губами.

Мне очень хочется приподняться, прикоснуться к нему. Но тело непослушно. Это страх. Страх, что я невольно снова что-то испорчу, сделаю не так, и он уйдет.

Переживу ли я это?

Да. Наверное. Ведь в прошлый раз у меня получилось. Но я больше не хочу – без него.

Целая вечность – вот так… под его пристальным взглядом. Никаких звуков в тишине. Никакого движения.

А потом он снова делает шаг, и я чувствую, как прогибается матрас под тяжестью его тела.

И все меняется.

Сердце начинает бить барабанами, дыхание становится громким и рваным, а мои руки тянутся вверх и с силой обхватывают широкие плечи. Не отпускать больше… не дать ему снова уйти…

Но это излишняя осторожность, потому что он обнимает так, что не вырваться, даже если бы я захотела.

Моя ночная сорочка словно тает под мужскими ладонями – жадными, властными.

Он стягивает ее с моего тела, сминает, не обращая внимания на ее жалобный треск. Ему не до этого. Нам не до этого.

Его руки на моем теле.

Его губы на моем теле.

Только это имеет значение.

Поцелуи жадные, немного болезненные, они обрушиваются на меня нескончаемым жарким потоком. Шея, ключицы, ниже… еще ниже… повсюду… Бесстыдно раскрываюсь перед ним – потому что так хочет он. Потому что так хочу я. Потому что стыд неуместен под натиском этой жажды из долгой тоски и желания.

Нет слов.

Только стоны, разбивающие тишину моей комнаты.

Нет мыслей, кроме одной, лихорадочной – «еще, пожалуйста, еще, только не останавливайся…»

Его руки касаются моей кожи, проникают между бедер, лаская, дразня, заставляя меня выгибаться навстречу.

Его рот оставляет горячие следы на моей шее, моем животе.

Его запах заполняет мои ноздри, впитывается каждой клеточкой моего тела.

Его движения – уверенные, размашистые доводят до сумасшествия.

Жарко.

Томительно жарко.

Я задыхаюсь.

Метаюсь на подушках.

Но меня тут же придавливает его сильное тело, а движения становятся резче, отчаянней, с нескрываемой жадностью. И в каждом его движении, в каждом касании его пальцев – голод, голод по мне, голод по нам, голод по страсти, которая нас накрывает.

Это мощно… это слишком хорошо, это слишком… В какой-то момент мне начинает казаться, что я не выдержу, и я хочу попросить его чуть замедлиться, дать мне секунду, чтобы прийти в себя. Но голос не слушается. Только шевелятся губы. А потом этот странный, непонятный страх пропадает, у него не остается ни единого шанса, когда его рот накрывает мой.

Поцелуй – наказание.

Поцелуй – искупление.

Жесткий.

Нежный.

Он меняет их вкус, следя за моей реакцией. Мучает. Изматывает так, что я не в силах пошевелиться под натиском его ласк.

Видеть его… чувствовать… вдыхать его запах… ощущать под своими пальцами его кожу, влажную от нашей страсти…

Удовольствие огнем проходится через мои нервы. Мне хочется раствориться в нем, хочется отдаться ему, и я обхватываю его за плечи, прижимаясь ближе. В голове туманится, я настолько обессилена его натиском, что мои стоны становятся тихими, не громче, чем шепот.

А вот его движения становятся еще напористей, резче.

Его руки сжимают сильнее.

Губы целуют жестче.

А я… вместо удовольствия я вдруг чувствую липкие щупальца страха, которые сковывают мой позвоночник.

Остановись…

Нужно остановиться…

Что-то не так…

Но он не понимает меня, не чувствует этого страха. С плотно закрытыми глазами он продолжает движения, упоенный своими ощущениями. Хочу позвать его – не могу, губы, искусанные, уставшие снова не слушаются.

И я обхватываю ладоням его лицо, чтобы он понял, увидел, чтобы он…

Холодная кожа… почему у него такая холодная кожа… Но эти мысли бьются вдребезги и забываются, когда он открывает глаза.

Они не просто красного цвета.

В них полыхает огонь.

Нет…

Нет, нет, нет…

Крик застревает в моем горле. Потому что на меня смотрит пламя. Жадное, голодное пламя.

Его руки сжимают меня еще сильнее, чем раньше, не позволяя вырваться. На его губах мелькает усмешка. А потом он склоняется ниже, как будто мечтая испепелить меня, и я слышу рык самой бездны:

– Мое!!!

Резко зажмуриваюсь…

И в холодном поту открываю глаза.

Влажная простынь… тишина… я в своей комнате… совершенно одна…

Слава Пресветлой Богине, это был сон. Просто сон. Страшный, дурацкий сон. Но настолько реальный, что кожа до сих пор чувствительна, будто долго нежилась в ласках, а в комнате мне чудится запах дракона…

Чушь какая!

Тряхнув головой, я поправила сбившуюся от неспокойного сна сорочку и закрыла окно.

В ванной я долго плескала в лицо холодной водой, чтобы как-то прийти в себя. Сон был таким ярким и таким живым, словно все происходило наяву, и чувство леденящего страха, охватившего меня в самом конце, тоже было настоящим. Но страх быстро прошел, а вот чувство потери осталось.

Я встряхнула намокшими волосами. Хватит об этом думать. И совершенно нелогично тут же подумала именно об этом. А не магистр ли Савайн навел на меня это видение? Я все еще мало знаю о драконьей магии, может им и такое под силу?

Да нет, глупости, зачем ему это? Хотел бы что-то вернуть – мог явиться сам. В конце концов, это он отказался от меня, а не я от него. Вот и нечего тешить себя глупыми надеждами.

До начала работы в библиотеке оставалась еще уйма времени. Теперь так было каждое утро. Ничего удивительного, мне ведь уже не надо упаковываться в подушки, наносить грим, цеплять парик. Причесалась, надела платье – и вот уже готова. Но кое-что надо было сделать.

Я достала из саквояжа коробку. Открыла. Там аккуратными, ровными рядами лежали тонюсенькие, закрученные как кудряшки на моем парике, макароны. Сверху пакетик с магической смесью. Я налила в коробку воды, высыпала магическую смесь, прошептала заклинание. Вода тут же вскипела, по комнате поплыл ароматный пар. А через пять минут в коробке уже была еда.

Ну да, какая-то еда. Нельзя сказать, что это очень вкусно, зато оно горячее и сытное. А главное я могу съесть это прямо у себя в комнате, и нет необходимости идти в столовую.

Я вздохнула. Раздатчица Глория мне очень нравилась, и мы вроде бы здорово подружились, только я ей теперь не нравлюсь.

Я взяла в руки маленькую вилочку, что прилагалась к этому набору, и начала медленно, без аппетита есть. В целом вполне съедобно, и я очень даже рада, что во время своего короткого отпуска додумалась закупить этих магических коробочек столько, сколько смогла унести. Отпуск закончился и уже три дня я тихой мышью пролетала мимо столовой, не рискуя столкнуться ни с сердитой раздатчицей, ни с любопытными коллегами. Красота же.

Только хватит моих запасов в лучшем случае на неделю. И что делать потом? Снова проситься в короткий отпуск? Ну да, на один денек. Нормально поесть в кафешке и пополнить запас магических коробочек, будь они неладны.

В дверь постучали.

Я вздрогнула и подобралась. Сердце разом ухнуло куда-то вниз, тут же подпрыгнуло и застучало где-то в районе горла. Неужели мой сон был не просто сном, а что-то значил? И магистр Савайн все-таки решил ко мне зайти.

Я тут же обругала себя: что за глупые мысли? Надумай Савайн ко мне явиться, уж точно не стал бы стучать в дверь. Появился бы по своему обыкновению посреди комнаты. Да только он не появится, и хватит, хватит уже об этом думать.

Я оторвалась от еды и осторожно приоткрыла дверь. На пороге стояла Глория, наша раздатчица. «Это еще зачем? Почему?» – беспокойно заметались мои мысли. Наверное, даже визиту магистра Савайна я бы так не удивилась. Впрочем, долго гадать о причинах моего визита мне не пришлось.

– Ты что это, девка, который день в столовую не приходишь? Я думала заболела, в лазарет перевели. А сегодня лекарь сказал, нет никого в лазарете.

Она заглянула мне за спину и всплеснула руками.

– Да что ж за дрянью ты питаешься?

Затем перевела взгляд на меня.

– И что, все это время? Ешь эту пакость? Я вам что, готовлю невкусно?

– Вкусно, очень вкусно, – торопливо сказала я. – Просто я думала, вы на меня злитесь, и не хотела…

– А я и злилась, – перебила меня Глория своим трубным голосом, и уже тише добавила: – Поначалу злилась, а потом подумала, что человеческой девушки, да еще такой хорошенькой рядом с нашими драконами загребущими не выжить. Схватят, уволокут в замок – и поминай как звали. Тут в какое только чучело не переоденешься.

В глазах предательски защипало. Захотелось обнять Глорию и разрыдаться у нее на груди. Да где там, она буквально схватила меня в охапку.

– А ну быстро в столовую! У нас сегодня такая каша, пальчики оближешь!

И не слушая возражений, потащила меня по коридору. И в этом своем стремлении могла бы дать фору любому «загребущему» дракону.

Порцию, которую мне выдала Глория, съесть в одиночку было невозможно.

– Вон какая худющая стала, кожа да кости, – ворчала она. – Придумает же такое – макароны из коробок трескать! Это ж чистый яд, даром, что магический.

Я еле донесла тяжеленный поднос до столика. Тут было все: и ароматная каша, и салат, и целая миска с фруктами. Я покосилась на раздатчицу с подозрением, уж не решила ли она откормить меня до прежних размеров?

И все же с удовольствием принялась за еду. После пакетиков она казалась фантастически вкусной. Вот где настоящая магия!

Я так увлеклась завтраком, что когда закончила, чуть встала из-за стола.

– Спасибо, – прошептала я Глории. – Очень вкусно.

Она окинула меня суровым взглядом.

– Конечно, вкусно. Чай не дрянь ваша магическая. И чтоб в обед была тут как штык! – строго сказала она. А потом подмигнула и с улыбкой добавила: – Я такую грибную похлебку сделаю, пальчики оближешь!

– Конечно, приду, – улыбнулась я.

Открывая дверь библиотеки, я тихонько улыбалась своим мыслям. Кажется, жизнь налаживается.

Глава 2

Единственное, что я услышала – только тихий шелест страниц. Разумеется, рабочий день начался, вот-вот начнут приходить посетители. В такое время разговаривать книгам уже не положено.

– Привет, мои дорогие! Доброе утро! – сказала я с искренней теплотой.

Мне-то разговаривать можно в любое время. И пусть я не услышу ответа, это не так важно, я ведь знаю, каким он должен быть.

И в этот раз подопечным удалось меня удивить. Когда я пошла между стеллажами, чтобы лично убедиться: все стоят ровненько, все на своих местах, одна из книг упала прямо мне в руки. Я прочитала на обложке: «Как забыть этого негодяя. Лучшие заговоры и настои от разбитого сердца».

Ах вы мои хорошие!

Я тихонько рассмеялась. Ну конечно, не думала же я, что от них можно что-то скрыть.

– Спасибо, – обратилась я сразу ко всем. – Обязательно пролистаю.

А про себя добавила: «Только вряд ли воспользуюсь чем-то из этой мудрой книги». Это казалось мне совершенно неправильным. Любую печаль следует переживать самостоятельно, и не пытаться глушить ее заклинаниями и настойками. И пусть сейчас сердце разрывается от боли, это боль моя. Настоящая, живая. И я не желаю заменять ее наведенным мороком спокойствием.

Завершив свой обход, я устроилась с книгой за стойкой. И тут же открылась дверь, впустив в библиотеку стайку студентов. Я тихонько вздохнула. Работа у меня отличная, как ни крути. Единственный минус – читатели. Не будь их, как бы здорово я проводила время в обществе своих подопечных. Но увы, мир не идеален. Так что я улыбнулась и приступила к своим обязанностям.

К счастью, необъявленный конкурс «Позови библиотекаршу на свидание», кажется, уже закончился. Все участники получили по отказу, а некоторые, особо настойчивые, по два-три, и успокоились. Теперь они являлись в библиотеку исключительно за книгами. Если я и получала какие-то неприличные предложения, то случалось это не более двух-трех раз в день. Да и предложения делались, скорее, для проформы, без особой надежды услышать положительный ответ.

А вот с драконицами было иначе. Слухи о том, что магистр Савайн мало того, что положил на меня глаз, так и еще и собирался жениться, разлетелись по академии со скоростью лесного пожара и теперь никак не желали утихать.

Весьма иронично. Когда мы с магистром действительно были близки, об этом никто не знал, даже предположить такое было невозможно. Все-таки чучело, которое я из себя сделала, вышло на славу. А теперь, когда все кончено и он не желает меня видеть, все об этом заговорили.

«Ранние» студенты получили свои книги, одарив меня положенной порцией любопытных взглядов, и убежали на занятия. Не успела я выдохнуть и заняться своими делами (некоторые книги все еще не мешало подновить и привести в порядок), на пороге появилась молодая драконица. Та самая, что когда-то выпытывала у меня, кто же покорил сердце Савайна. Для чего? Ну разумеется, для того, чтобы ее убить. У этой девицы не было ни малейших сомнений в том, что именно так следует бороться за свое счастье.

– Доброе утро, – пропела она с фальшивой улыбочкой.

А потом всплеснула руками:

– Ох, или оно недоброе? Ходят слухи, что магистр Савайн и вовсе перестал заходить в библиотеку. А ведь раньше был здесь частым гостем.

– Доброе утро, – ответила я с такой же фальшивой улыбкой. – Какую книгу вы ищете?

– Ой, да брось, кому нужны твои книги, – отмахнулась девица.

– В библиотеке? – я удивленно приподняла брови. – Вообще-то всем.

Она словно и не услышала меня.

– Так вы поссорились? Расстались? Он тебя, наконец, бросил?

Драконица буквально сверлила меня взглядом. Ужасно захотелось ответить ей: «Да, мы поссорились. Мы расстались. Так что забирайте своего магистра, рвите на части, разыгрывайте в лотерею, запишитесь к нему в очередь или что там ваш фан-клуб планировал с ним сделать». Но, разумеется, ничего такого я не сказала. Еще не хватало вступать в переговоры с наглыми девицами.

Поэтому я молча достала заранее заготовленную табличку и поставила ее на стойку. На табличке было написано: «Прием по личным вопросам не ведется».

Какое-то время она рассматривала табличку. Глаза ее наливались гневом, только что пар из ушей не шел. Наконец драконица перевела взгляд с таблички на меня.

– Хорошо, – промурлыкала она. – Тогда дай-ка мне лучшее пособие по ядам. Очень полезная книжка.

Я снова улыбнулась.

– Конечно, сию же минуту, – проговорила я и протянула руку. – Давайте.

– Что давать?

На ее лице отразилось непонимание, даже растерянность. Ну что ж, это лучше, чем надменное злорадство.

– Разрешение от декана, разумеется. Такие книги выдаются студентам только в исключительных случаях и для особых научных исследований, которые проходят только под руководством декана.

– Боюсь, я его забыла в другой сумке, – зло бросила она и к моему великому облегчению удалилась, так высоко задрав подбородок, что я, грешным делом, испугалась: а ну как споткнется о порог.

Но ничего такого не случилось, только дверь хлопнула так, что эхо еще долго гуляло между стен библиотеки.

Я выдохнула, посмотрела на часы. Скоро обед и обещанная мне щедрой раздатчицей грибная похлебка. А я еще, кажется, от каши не отошла. Вот и что ты тут будешь делать.

Впрочем, долго решать, что делать с предстоящим обжорством мне не пришлось. В библиотеку заглянула помощница ректора.

– Магистр Фламгард ждет вас у себя.

Я похолодела. Хоть последний мой визит к ректору вроде бы прошел неплохо, и все же я не уверена, что он окончательно простил мне мой маскарад. Кажется, он был единственным пострадавшим, поскольку умудрился испытывать к чучелу, которое я изображала, романтические чувства. Чувства эти сразу же улетучились, как только он увидел меня настоящую. А вот обида – вовсе не такая эфемерная штука, и вполне могла остаться.

– Я… я сейчас не могу, – пролепетала я. – До перерыва еще час и библиотека должна быть открыта. Давайте я зайду к нему в обеденный перерыв.

А что, отличное решение. И ректор будет торопиться на обед, так что беседа пройдет быстро, и мою встречу со строгой раздатчицей и ее похлебкой придется немножечко оттянуть. Вдруг за это время я все-таки проголодаюсь.

Девушка коротко кивнула и исчезла за дверью, а я судорожно заметалась за своей стойкой, бездумно перекладывала книги, а сама в это время пыталась угадать, чего ждать от встречи с ректором. Что-то мне подсказывало: ничего хорошего.

Не прошло и десяти минут, как дверь открылась. Ректор, магистр Фламгард стоял на пороге.

– Но зачем вы… Я бы сама пришла, – только и смогла промямлить я.

– Ничего, не надорвался, – громко сказал он. – А дело срочное, ждать не будет.

Я похолодела. Срочное… И ректор самолично явился в библиотеку… Ох, не нравится мне все это. Дверь снова приоткрылась, и какой-то студент попытался в нее войти.

– А ну брысь! – рявкнул магистр Фламгард и тот тут же исчез. Оптимизма мне это, прямо скажем, не добавило.

– Тут такое дело, – без обиняков объявил ректор. – Неподалеку от нас обнаружили древнюю сокровищницу. Там много всякого дорогого барахла: золото, камни, магические амулеты.

– Хм, понятно, – прошептала я.

И соврала: ничегошеньки мне было не понятно. Особенно не понятно было, какое отношение ко мне имеет все это древнее, как он выразился, «барахло».

– Ничего тебе не понятно, – осадил меня ректор. – Кроме всей этой ерунды в сокровищнице нашлась книга. Чертовски редкая. И вот она-то действительно ценная. Ты себе даже представить не можешь, чего мне стоило ее заполучить для нашей академии. Пришлось задействовать все свои связи.

Он красноречиво посмотрел на потолок, из чего я заключила, что связи были очень высокими.

– Так это же здорово, – обрадовалась я.

Новая книга в библиотеке, да еще древняя, ценная…. Представляю, насколько интереснее станет жизнь моих подопечных. Они, вообще-то любят новичков, даже тех, кто только что вышел из типографии. А уж древняя книга – это просто сокровище. Да и самой интересно поработать с ней, странички подновить. Если позволят все же. Я слышала, некоторые древние книги так гордятся своим старинным происхождением, что не позволяют даже пыль с себя смахивать.

– Здорово? Не то слово.

Ректор произнес это так мрачно, что мое сердце снова сжалось.

– Ее должны были уже доставить, но тут возникла маленькая неувязочка. Характер у книги оказался весьма строптивым, к ней даже подойти толком никто не может.

– Как это? – не поняла я.

– А вот так. Первых двоих смельчаков обдало огненной волной.

Я охнула.

– Нет, с ними в порядке, только брови и ресницы обгорели, ну и волосы немного. Еще один решил схватить ее с разбега. Швырнула о стену так, что он еще долго в синяках ходить будет. А больше к ней никто не рискнул приблизиться, ни за какие деньги. Сказали: ваша книга, вы и забирайте.

– Ага, – озадаченно проговорила я, уже начиная понимать, что от меня потребуется.

– В общем, мне нужно, чтобы ты приехала туда и уговорила эту строптивицу поехать в библиотеку.

– Понятно.

Теперь мне действительно было понятно, только энтузиазма это предложение совсем не вызвало.

– Ты справишься, – подбодрил меня ректор. – Наша библиотека не самая покладистая. До тебя все на нее жаловались, а ты как-то умудрилась поладить с книгами. Да они практически у тебя из рук едят. Так что и с древней книгой ты договоришься.

Мне бы его уверенность. И все же теперь я понимала, что больше всего на свете я не хочу ехать туда, в эту самую сокровищницу. В конце концов, не такой уж я и опытный библиотекарь. Да что там, совсем не опытный, считай, вчерашняя выпускница.

– А я … могу отказаться? – спросила на всякий случай.

– Нет, – строго сказала ректор. – Так ты согласна?

Интересная постановка вопроса, учитывая то, что отказываться нельзя.

– Ну, наверное да, – без малейшей уверенности в голосе проговорила я.

– Вот и отлично! – ректор радостно хлопнул рукой по стойке.

Книги подпрыгнули, и я, кажется, вместе с ними.

– Значит так. Сегодняшний день, так и быть, доработай до конца. Вечером закрой дверь, повесь объявление, что библиотека временно не работает. После два часа на сборы – и вперед…

– Так быстро? – изумилась я.

– Так быстро, – подтвердил ректор. – Магистр Савайн уже готов выехать, а его лучше не задерживать. Очень уж он сердитый в последнее время…

Что? Я подумала, что ослышалась.

– Магистр Савайн? – пролепетала я непослушными губами. – А при чем тут магистр Савайн?

Глава 3

– Ну разумеется, – сказал ректор. – Не думала же ты, что я отпущу тебя одну, без охраны. Книга, можно сказать, бесценная. Но на любую бесценную вещь обязательно найдется умник, который захочет сделать ее просто дорогой и поживиться на этом. Да и тебе нужна защита, мало ли что.

Эти объяснения ректора я со спокойной совестью пропустила мимо ушей.

– Ну почему именно магистр Савайн? – воскликнула я.

Он пожал плечами.

– Просто решил послать туда кого не жалко.

– Что-о?!

Моя челюсть непроизвольно упала.

– Да шучу, шучу, – успокоил меня ректор. – Просто он самый сильный боевой дракон нашей академии, и никто не защитит тебя лучше, чем он. А я все-таки забочусь о твоей безопасности.

Ректор почему-то отвел взгляд, и я почувствовала себя неловко. Однако сейчас не время было разбираться в наших сложных отношениях, передо мной маячила проблема куда серьезнее.

– Так пошлите со мной двоих защитников похуже. Уж вдвоем они лучше справятся, чем один магистр Савайн.

Ректор нахмурился.

– А может мне еще весь преподавательский состав туда отправить? А студентов отпустим на каникулы. С начала учебного года почти месяц прошел, они, наверное, устали.

Я набрала воздуха, чтобы возразить, но ректор снова стукнул рукой по библиотекарской стойке. И снова все подпрыгнуло, включая меня. Только на этот раз стучал он явно не радостно.

– Хватит! – рыкнул он. – Ты – единственная, кто может справиться с заданием, а он – лучший, кто может тебя защитить. Это значит, что я выбрал лучшее решение и не стану его отменять из-за девичьих капризов. Закончишь работу – и через два часа будь готова отправиться в путь.

Он развернулся и стремительно вышел, а я обессиленно опустилась на стул. Книги испуганно молчали. Ни звука, ни шороха, ни шелеста. Мертвая тишина, которой в моей библиотеке давно уже не было. Эта тишина меня пугала, наверное, еще больше, чем перспектива оказаться наедине с магистром Савайном. Хотя нет, оказаться наедине было все-таки хуже.

Прошло добрых четверть часа, прежде чем дверь приоткрылась и в этот узкий зазор протиснулась голова студента. Кажется, того самого, которого недавно выдворили из библиотеки перед началом разговора.

– А ректор уже ушел? – робко спросил он.

– Ушел, ушел, – вздохнула я.

Он открыл дверь пошире и робко перешагнул порог.

– Мне нужны кое-какие учебники и методичка.

В глазах его плескался искренний страх. Неужели стоял под дверью и слышал рычание ректора? Тогда понятно, сама испугалась.

– Надо – значит сейчас найдем, – вздохнула я.

Дальше рабочий день тек, как обычно. Я выдавала книги, принимала книги, оформляла формуляры, а мысли мои были далеко. Вернее, они были нигде. То есть не было никаких мыслей, только шум в голове, тревожный и угрожающий. Так шумит лес перед грозой, когда резкие порывы ветра уже начинают срывать листву и ломать сучья. А потом среди этого шума раздался голос:

– Не смей никуда ехать. Ты не обязана.

А следом за ним зашелестели другие голоса.

– Да-да, ты не какой-то там курьер, а библиотекарь. Ты наша, вот с нами и оставайся. А мотаться куда попало – не твоя работа.

Я наконец вышла из своего оцепенения, поняла, что говорят со мной книги и тут же сообразила: это значит, рабочий день закончился. Через два часа мне надо выехать. А дел на эти два часа невпроворот. Прежде всего успокоить свои книги, не могу же я оставить их в таком настроении, да еще на несколько дней, одних. Я уже давно понимала и чувствовала: магическая сила моей библиотеки велика.