Связана с моим врагом. Магическая Академия

Глава 1: Ненавижу рыжих

Воздух в Тренировочном Зале гудел от скрытой силы. Пахло озоном и раскаленным камнем – вечный аромат практических занятий по боевой магии. Вдоль стен, под высокими стрельчатыми окнами, стояли студенты, наблюдая за поединком в центральном круге. Сегодняшний спарринг, как и множество раз до этого, превратился в личное представление двух непримиримых противоположностей.

Лея Арден отступила на шаг, и по каменному полу со скрежетом пронесся огненный хлыст. Там, где он коснулся плит, остался дымящийся черный шрам. Она даже не моргнула. Ее пронзительно-зеленые глаза были прикованы к противнику, а все ее тело было воплощением холодного контроля.

– Устала прятаться, Арден? – прорычал Кайр Вест. Его иссиня-черные волосы были растрепаны, а глаза цвета расплавленного янтаря горели азартом и яростью. – Может, попробуешь атаковать, или так и будешь до вечера чертить на полу свои блестящие кружочки?

Он не стоял на месте ни секунды, двигаясь как хищник в клетке, – быстрый, резкий, смертоносный. С его пальцев срывались новые и новые огненные сгустки.

Лея отвела очередной удар, воздвигнув перед собой мерцающий щит из чистого света. Ударная волна отбросила назад ее тугую косу цвета осенней листвы.

– Это называется тактика, Вест, – ее голос был спокоен и резок, как осколок стекла. – Понимаю, для тебя это незнакомое слово. В твоей голове для него, должно быть, слишком мало места рядом с «атаковать» и «крушить».

Его ухмылка стала злее. Он ненавидел ее спокойствие. Ненавидел то, как она превращала его яростную стихию в бесполезные искры, как заставляла его выглядеть глупым, предсказуемым громилой. Демонова рыжая. Каждая их дуэль шла по одному и тому же сценарию: его натиск и ее глухая оборона. Но сегодня он был намерен ее сломить.

Кайр взревел, и воздух вокруг него раскалился. Он собрал энергию для мощного, концентрированного удара – огненного копья, способного пробить любую защиту. Лея видела, как формируется заклинание, видела, как напряглись его плечи. Она знала, что обычный щит такой удар не выдержит.

Именно на это она и рассчитывала.

Пока он готовился, она, отступая от его предыдущих атак, не просто блокировала. Каждое ее касание ногой по полу оставляло на камне едва заметную, угасающую в мгновение ока руну. Она плела свою сеть терпеливо, шаг за шагом, маскируя магические символы под случайными движениями.

– Ну все, Арден! – выкрикнул он, и огненное копье сорвалось с его руки, пронзая воздух с оглушительным свистом.

Лея выставила перед собой щит, но на этот раз он выглядел слабее, он мерцал и дрожал. Она намеренно показала слабость. Удар отбросил ее на несколько шагов назад, прямо в центр начерченной ею ловушки. Она картинно пошатнулась, якобы с трудом удерживая равновесие.

Глаза Кайра вспыхнули триумфом. Он ринулся вперед для завершающего удара, чтобы наконец стереть эту саркастическую усмешку с ее лица. Один шаг. Второй. Третий…

Он наступил в центр невидимого круга.

– Попался, – прошептала Лея.

Она топнула ногой. Руны, до этого дремавшие в камне, вспыхнули ослепительным серебряным светом. Кайра будто ударили под колени. Неведомая сила пригвоздила его к полу, заставляя грузно рухнуть на одно колено. Он попытался встать, но его тело налилось свинцом. Магия не исчезла, он чувствовал, как огонь бурлит в его жилах, но он не мог сдвинуться с места.

– Что… что это?! – прорычал он, тщетно пытаясь вырваться.

– «Гравитационный якорь», – пояснила Лея, подходя к нему. Она отряхнула пыль с рукава своей формы. – Древнее заклинание. Не наносит вреда, но очень эффективно против тех, кто слишком много бегает и слишком мало думает.

Унижение захлестнуло его сильнее любого огня. Он, лучший атакующий маг на курсе, стоял на коленях перед девчонкой-щитовиком, пойманный в ловушку, как новичок. Студенты вокруг начали перешептываться, кто-то не сдержал смешка.

– Победитель – Лея Арден, – разнесся по залу властный голос магистра Элиана, их преподавателя. – Безупречная стратегия.

Магистр щелкнул пальцами, и серебряные путы, державшие Кайра, исчезли. Кайр рывком поднялся на ноги, его кулаки сжимались так, что побелели костяшки. Он хотел испепелить ее, но мог лишь сверлить взглядом, полным бессильной ярости.

Лея спокойно встретила его взгляд. В ее глазах не было злорадства, лишь холодная констатация факта. Я победила. Снова.

– На сегодня все! – объявил магистр Элиан, дождавшись, пока студенты успокоятся. – А теперь, пока вы все здесь, важное объявление. Через две недели дворцовый капитул начинает ежегодный Отбор в Королевскую гвардию.

По залу пронесся взволнованный гул. Королевская гвардия – элита из элит, мечта любого боевого мага. Служба там означала славу, почет и безграничные возможности.

– В этом году, – продолжил магистр, и его голос заставил всех замолчать, – для нашей академии выделено лишь одно место. Одно. Вас ждут сложнейшие испытания. Только самый сильный, умный и стойкий из вас получит право носить королевский герб.

В наступившей тишине Лея и Кайр оторвали взгляды друг от друга. Их личная война, их мелкие стычки на тренировках внезапно показались незначительными. Теперь на кону стояло нечто большее.

Глава 2: Тень генерала

Комната Леи в башне факультета Стратегии была образцом спартанского порядка. Никаких безделушек, никаких разбросанных платьев – их у нее почти и не было. Лишь аккуратные стопки книг по теории магии, карты старых сражений на стенах и идеально заправленная узкая кровать. Этот порядок был ее крепостью, ее способом контролировать хотя бы маленький уголок своей жизни.

Сегодня эта крепость была нарушена. На ее столе лежал пергамент, скрепленный тяжелой восковой печатью с гербом дома Арден – ястреб, сжимающий в когтях молнию. Письмо от отца. Оно прибыло с личным курьером спустя всего несколько часов после объявления Отбора, и эта скорость вызывала дурные предчувствия.

Ее пальцы дрогнули, когда она сломала печать. Почерк генерала был таким же, как и он сам – жесткий, четкий, без единой лишней завитушки.

«Дочь моя,

До меня дошли вести о том, что в Академии вновь затеяли эти игры в солдатики. Надеюсь, твое участие в них не более чем способ скоротать время перед началом настоящей жизни. Твое будущее, как ты знаешь, требует серьезности, а не юношеских увлечений.

Я уже провел переговоры с герцогом Алариком. Его старший сын, Дамиан, прекрасная партия. Он займет место при дворе, и для тебя найдется подобающая должность в Королевском архиве. Тихое, безопасное, достойное место для леди Арден. Свадьба состоится осенью.

Посему, оставь эти глупые забавы. Твоя сила – в нашем имени, а не в умении создавать яркие щиты. Не разочаровывай меня.

Генерал Маркус Арден».

Лея прочла письмо дважды. Воздух в комнате стал густым и тяжелым, стены ее маленькой крепости начали сдвигаться, угрожая раздавить. «Игры в солдатики». «Глупые забавы». «Тихое, безопасное, достойное место». Каждое слово было пощечиной. Он не видел ее, не видел ее таланта, ее стремлений. Он видел лишь фигуру на шахматной доске, которую можно выгодно обменять.

Тень ее отца была длинной, она накрывала всю ее жизнь. С самого детства он пытался вылепить из нее послушную аристократку, а она раз за разом ломала его лекала. Но это письмо было не просто очередным упреком. Это был ультиматум. Осенью. У нее осталось всего несколько месяцев.

Она сжала пергамент в кулаке так, что костяшки пальцев побелели. Ярость, холодная и острая, как сталь, поднялась из глубины души. Эта ярость была чище и сильнее любого страха. Он думает, это игра? Он считает ее слабой? Что ж. Она покажет ему, на что способен ее «яркий щит».

Отбор перестал быть просто целью. Он стал ее единственным спасением. Победа означала не просто место в Гвардии. Она означала свободу. Право владеть собственной жизнью. Лея подошла к окну и посмотрела на уходящее за горизонт солнце. Тень ее отца была длинной, но она вырвется из нее на свет. Даже если для этого придется сжечь за собой все мосты.

В то же самое время, в шумном Нижнем городе, где воздух пах свежим хлебом и угольной пылью, Кайр Вест пересчитывал монеты. Он стоял в углу шумной таверны, где маги за небольшую плату открывали порталы для передачи посылок и денег. Это были не студенческие стипендии. Медяки и несколько серебряных монет были платой за победу в подпольной дуэли прошлой ночью – рискованное дело, строго запрещенное уставом Академии, но откуда еще взять студенту деньги?

Он отодвинул в сторону несколько монет на еду и оплату комнаты, а остальное ссыпал в кожаный мешочек. Подойдя к магу-связисту, сонному старику с седой бородой, он протянул ему деньги и продиктовал короткое сообщение.

– Городок Эшкрик. Адресат – Мира Вест. Сообщение: «На лекарства для Элизы. Берегите себя. К.».

Маг кивнул, начертил в воздухе светящуюся руну, и мешочек с монетами исчез в мерцающей воронке. Кайр смотрел на это с каменным лицом, но в его янтарных глазах на мгновение промелькнула тревога.

Он вышел из таверны. На улице уже зажигались фонари. Он не думал о своей унизительной дуэли с Леей Арден. Не думал о ее хитрой ловушке. Все его мысли были там, в Эшкрике, маленьком шахтерском городке, где его мать надрывалась в прачечной, а младшая сестра Элиза снова начала кашлять.

Его дар, его неукротимый огонь, был для него не предметом гордости, а инструментом. Способом вырваться из нищеты, в которой родилась вся его семья. Место в Академии он выгрыз зубами, пройдя отбор, который был в десять раз сложнее, чем для детей аристократов. И каждый заработанный медяк, каждая победа была лишь ступенькой.

Высокомерие? Самоуверенность? Это была броня, которую он носил, чтобы никто не увидел, как отчаянно он боится потерпеть неудачу. Потому что его проигрыш означал не просто несбывшуюся мечту. Он означал, что Элиза не получит нужных лекарств, а мать так и состарится над корытом с чужим бельем.

Кайр поднял голову и посмотрел вдаль, где на холме, словно корона из света, сияла Академия магии. Лея Арден хотела победить ради славы, ради принципа. Он же сражался за нечто куда более простое и важное. За жизнь. И он не мог позволить себе проиграть.

Несколько дней спустя, поздним вечером, Кайр сидел в своей крохотной комнате в общежитии, пытаясь сосредоточиться на схеме боевого заклинания. Внезапно воздух перед ним замерцал. Из невидимой точки просочился тусклый серебряный свет и соткался в несколько строк, написанных знакомым, усталым почерком его матери. Дешевое, но быстрое магическое письмо.

«Сынок, спасибо. Деньги дошли. Лекарства помогают, кашель у Элизы стал тише, и жар почти спал».

Кайр почувствовал, как напряжение, которое он носил в себе несколько дней, немного ослабло. Он с облегчением выдохнул.

Но письмо продолжалось.

«Но местный целитель сказал, что болезнь засела глубоко в легких. Он сделал все, что мог. Говорит, в столице есть мастер по целительной магии, который мог бы ей помочь. Но его услуги… Кайр, я не знаю, что нам делать. Это немыслимые деньги».

Серебряные строки погасли, оставив после себя лишь темноту.

Облегчение, которое он только что испытал, сменилось ледяным, сжимающим сердце страхом. Время. У него не было времени. Каждый день, каждое испытание, каждая упущенная возможность – все это отдавалось эхом в слабом кашле его сестры.

Он сжал кулаки с такой силой, что костяшки побелели. Пламя свечи на его столе взметнулось вверх, почти касаясь потолка. Отбор перестал быть просто путем к лучшей жизни. Он стал гонкой со смертью. И каждый, кто стоял на его пути, – будь то надменный аристократ или чертовски умная рыжая девчонка, – был не просто соперником. Он был препятствием между Элизой и ее шансом на жизнь.

И он сметет любое препятствие. Любой ценой.

Глава 3: Пыльное заклинание

Их соперничество было похоже на сухой хворост, а объявление об Отборе стало искрой, превратившей тлеющие угли в пожар. Следующее практическое занятие по дуэлям началось с ледяного напряжения и закончилось настоящим огнем.

Кайр был одержим. Урок еще не начался, а он уже вызвал Лею в круг, его голос был громким и вызывающим. Он больше не хотел ее перехитрить. Он хотел ее сломить.

– Никаких ловушек, Арден! – прорычал он, когда магистр Элиан дал сигнал к началу. – Давай посмотрим, как твои щиты выдержат настоящую силу!

Он не давал ей ни секунды на подготовку. Поток огня, плотный и яростный, обрушился на ее защиту. Это была не тактика, это был штурм. Лея, стиснув зубы, возводила один барьер за другим, чувствуя, как каждый удар вытягивает из нее силы. Она отступала, но ее мозг работал с лихорадочной скоростью, ища брешь в его слепой ярости.

Она нашла ее. В короткой паузе, когда он собирал энергию для нового, еще более мощного удара, она изменила структуру своего щита, превратив его из поглощающего в отражающий.

Огненный шар, размером с валун, ударился в ее зеркальный барьер. Но Кайр вложил в него столько силы, что отражение пошло не по прямой траектории. Искаженный и нестабильный, сгусток пламени отлетел в сторону, врезавшись прямиком в стеллаж с тренировочными манекенами.

Сухое дерево и набитая солома вспыхнули мгновенно. Пламя с жадным ревом взметнулось к потолку. Студенты в панике отшатнулись. Занятие погрузилось в хаос.

Магистру Элиану понадобилось всего одно ледяное заклинание, чтобы потушить пожар, но ущерб был налицо. Стеллаж превратился в обугленный остов, а воздух наполнился едким дымом и запахом позора.

– Довольно! – голос магистра был тих, но от него по залу прошла дрожь. Он стоял посреди разгрома, переводя ледяной взгляд с Кайра, тяжело дышащего от ярости и напряжения, на Лею, чье лицо было непроницаемой маской. – Ваше соперничество перестало быть продуктивным. Оно стало опасным. Вы сеете хаос. Значит, в качестве наказания вы будете наводить порядок.

Их судьба была решена. Неделя исправительных работ. В самом скучном, пыльном и заброшенном месте Академии – в закрытой секции библиотеки, где хранились невостребованные архивы.

Закрытая секция была лабиринтом из стеллажей, уходящих в полумрак высокого потолка. Воздух был неподвижным и тяжелым, пахнущим старой бумагой, высохшими чернилами и вековой пылью, которая танцевала в редких лучах света, пробивающихся сквозь затянутые паутиной окна. Тишина здесь была такой плотной, что, казалось, ее можно было потрогать.

– Ненавижу пыль, – пробормотал Кайр, с отвращением проведя пальцем по корешку какой-то книги и тут же вытерев руку о штаны.

– А я думала, ты ненавидишь только рыжих, – не удержалась Лея, сверяясь со списком, выданным библиотекарем. – Расширяешь свой кругозор? Похвально.

– Очень смешно, Арден. Если бы ты не строила из себя неприступную крепость, ничего бы этого не было.

– Если бы ты не вел себя как взбесившийся огненный элементаль, мы бы сейчас были на тренировочном поле, а не в этой гробнице для книг. Так, нам нужно каталогизировать стеллаж «Гамма-7».

Они работали в молчании, которое было еще более напряженным, чем их перепалки. Лея аккуратно снимала книги, стирала с них пыль и сверяла названия с каталогом. Кайр просто сваливал фолианты на стол, поднимая облака пыли и раздражения.

Именно он наткнулся на эту книгу. Она лежала в самом дальнем углу полки, без названия, без каких-либо опознавательных знаков. Тяжелая, обтянутая потрескавшейся кожей, похожей на змеиную. Он вытащил ее и с глухим стуком бросил на стол.

– Вот, еще одна. Тут ничего не написано. Куда ее?

Лея подошла и осторожно открыла фолиант. Страницы были из тончайшего пергамента, исписанные выцветшими рунами, которые она никогда раньше не видела. На одной из страниц была сложная диаграмма: два человеческих силуэта, соединенных витиеватой вязью светящихся линий.

– Это не просто книга, – прошептала она, ее научный интерес перевесил неприязнь к Кайру. – Посмотри на структуру рун. Это древнейшая форма симбиотической магии. Ее нужно отнести в раздел «Редкие артефакты».

– Ерунда, – фыркнул Кайр, склоняясь над страницей. – От нее так и разит магией связи. Чувствуешь? Как будто две стихии стянуты вместе. Ее место в секции «Парные заклинания».

– Ты не можешь классифицировать книги по «запаху», Вест! Есть правила! Академический протокол! Это…

– Да к демонам твой протокол! Магия – это чувство, а не пыльная инструкция! Смотри сюда!

Чтобы доказать свою правоту, он ткнул пальцем в центр диаграммы, где сходились все линии.

– Не трогай! – воскликнула Лея и рефлекторно протянула руку, чтобы его остановить.

Но было поздно. Его палец коснулся пергамента. И в то же самое мгновение ее пальцы накрыли его руку, касаясь той же самой точки на древней странице.

Вспышка.

Руны на диаграмме взорвались слепящим белым светом. Они не просто светились – они, казалось, оторвались от пергамента, обвивая их сцепленные руки светящимися нитями.

По их телам прошел разряд невообразимой силы. Это не было похоже на электричество или магический удар. Это было так, будто в их души вторглись. На одно невыносимое мгновение Лея увидела не пыльные архивы, а ревущее пламя и почувствовала жгучую, дикую ярость, которая ей не принадлежала. Кайр, в свою очередь, вместо белого света увидел сложнейшую вязь рунических формул и ощутил укол ледяного, язвительного упрямства.

А затем мир взорвался болью. Резкий, оглушающий удар, будто молния прошла сквозь них, разрывая их на части и одновременно сплавляя воедино.

Сила вспышки отбросила их в разные стороны. Книги со стола со стуком посыпались на пол. Последнее, что они увидели, – это ошарашенные глаза друг друга. А потом все поглотила темнота.

Глава 4: Головная боль на двоих

Первым ощущением была стерильная чистота. Запах успокаивающих трав и озона от целительных кристаллов. Лея медленно открыла глаза и увидела незнакомый белый потолок. Она лежала на мягкой кровати, укрытая хрустящей простыней. Лазарет.

Она села, ожидая головокружения или боли, но тело было в полном порядке. Даже одежда была аккуратно сложена на стуле у кровати. Рядом хлопотала мадам Помела, главная целительница Академии.

– А, очнулись, мисс Арден, – сказала она, не отрываясь от смешивания какой-то светящейся микстуры. – Ну и напугали вы нас. Библиотекарь нашел вас обоих на полу в архиве без сознания.

– Что с нами случилось? – голос Леи был немного хриплым.

– Магическое истощение и системный шок, – ответила целительница, протягивая ей стакан с водой. – Вероятно, вы случайно активировали какой-то древний артефакт. Ничего серьезного, к счастью. Никаких остаточных проклятий или повреждений ауры я не нашла. Ваш напарник тоже приходит в себя.

Только сейчас Лея заметила, что на соседней койке, отгороженной ширмой, кто-то заворочался. Оттуда донесся глухой стон.

Физически Лея чувствовала себя отдохнувшей. Но с головой было что-то не так. В глубине сознания, как назойливый фон, тлела глухая, беспричинная ярость. Это было странно. Ее собственный гнев был холодным и острым, как игла. А этот – горячий, сумбурный, как угли в затухающем костре. «Наверное, побочный эффект от магического удара», – решила она, делая глоток воды.

Из-за ширмы показалась растрепанная голова Кайра. Он сел на кровати, осматриваясь с диким видом.

– Какого демона… Арден! Это все твои дурацкие книжки!

Прежде чем Лея успела ответить, она почувствовала, как тлеющие угли в ее голове вспыхнули ярче, превращаясь в полноценный гнев. Она узнала его. Это был его гнев.

Кайр, в свою очередь, замер. Он был в ярости, но помимо этого чувствовал еще кое-что. Укол ледяной, высокомерной обиды и стену непробиваемого упрямства. Эти чувства были чужими. Они были слишком… аккуратными для его бушующих эмоций. Он посмотрел на Лею, и его янтарные глаза расширились от смутной, чудовищной догадки.

Мадам Помела, удовлетворенная тем, что оба пациента в порядке, оставила им по кружке восстанавливающего отвара и удалилась, плотно прикрыв за собой дверь.

Они остались одни.

– Прекрати, – ледяным тоном сказала Лея, массируя виски.

– Прекратить что? – огрызнулся Кайр. – Я еще даже не начал!

– Твое… возмущение. Оно у меня в голове. Перестань злиться, это сбивает с мыслей.

Кайр уставился на нее, и его лицо медленно начало бледнеть.

– Так это от тебя… это чувство, будто я проглотил сосульку? Эта колючая, правильная обида?

Они замолчали, глядя друг на друга с одинаковым, нарастающим ужасом. Чтобы проверить догадку, Лея намеренно сосредоточилась на воспоминании о письме отца. О словах «игры в солдатики», о браке с герцогом.

Кайр охнул и схватился за голову. Его затопила волна холодного отчаяния, унижения и такой стальной решимости, что по спине пробежал холодок. Это было слишком реально.

– Что ты делаешь?! – закричал он.

В ответ он мысленно представил сцену своего унижения в дуэльном зале – как он стоит на коленях, пойманный в ее ловушку.

Лея вздрогнула. Ее накрыло волной жгучего, бессильного стыда и ярости. Она чувствовала, как горят его щеки, как сжимаются кулаки.

– Так вот как это было… – прошептала она, потрясенная.

Осознание обрушилось на них, как ледяная лавина. То пыльное заклинание. Оно не просто ударило их. Оно их связало.

– Нет, – пробормотал Кайр, его лицо было искажено паникой. – Нет, нет, нет. Вон из моей головы!

Он зажмурился и со всей силы попытался вытолкнуть ее присутствие, сжечь эту невидимую нить своей волей.

Лея сделала то же самое. Она была стратегом, ее разум – ее крепость. Она начала возводить ментальные стены, кирпичик за кирпичиком, чтобы изолировать себя от вторжения.

Результат был мгновенным и одинаковым для обоих.

Острая, пронзающая боль ударила точно между бровей, будто в череп вонзили раскаленный гвоздь. Она была настолько невыносимой, что они оба согнулись пополам, хватаясь за головы. Кайр издал глухой стон, а Лея зашипела сквозь стиснутые зубы.

Как только они прекратили попытки «заблокироваться», боль тут же отступила, оставив после себя лишь тупую, пульсирующую мигрень и тошноту.

Они рухнули обратно на подушки, тяжело дыша. Испытание было окончено. Вердикт вынесен. Они не могли бороться с этим. Не могли это игнорировать. Они были в ловушке.

Лея смотрела в белый потолок, чувствуя отголоски его паники и свой собственный холодный ужас. Это было хуже любого проклятия. Ее злейший враг, самый раздражающий, невыносимый человек в Академии, теперь поселился у нее в голове. И судя по волне чистого отчаяния, исходившей с соседней койки, он чувствовал то же самое.

Глава 5: Правила игры

Через три дня, когда отголоски мигрени наконец утихли, всех кандидатов на Отбор собрали в Большом зале Академии. Сотни студентов, лучшие со всех факультетов, стояли плотными рядами под высокими сводами, разглядывая друг друга с разной степенью уверенности и страха. Воздух был наэлектризован от честолюбия. Каждый здесь был соперником.

Лея намеренно затерялась в толпе у левой стены, как можно дальше от центра. Она пыталась сосредоточиться, проанализировать потенциальных конкурентов, но это было все равно что решать сложную задачу под аккомпанемент грохочущего барабана. Барабан этот находился у противоположной стены. Его звали Кайр Вест.

Она чувствовала его. Не видела, но ощущала его нетерпение, его рвущуюся наружу энергию, его презрение к этой торжественной церемонии. Это было похоже на низкочастотный гул на границе слуха, постоянную вибрацию, которая не давала ей сконцентрироваться.

Кайр, в свою очередь, прислонился к колонне в дальнем конце зала, скрестив руки на груди. Он пытался излучать уверенность, сканируя толпу в поисках тех, кто мог бы составить ему конкуренцию. Но его собственное предвкушение было испорчено чужеродным холодком. Через гул толпы он чувствовал ее. Ее анализирующий, отстраненный взгляд на вещи, ее легкую тревогу, скрытую под слоями железного самоконтроля. Это бесило. Словно в его голове поселился ледяной критик, комментирующий каждое его чувство.

Они старались держаться как можно дальше друг от друга, но это не помогало. Эмоциональная связь, рожденная в пыли архивов, гудела между ними, как натянутая до предела невидимая струна. Когда кто-то случайно толкнул Лею, Кайр почувствовал укол ее раздражения. Когда канцлер вышел на трибуну, Лея ощутила вспышку его хищного азарта. Они были двумя полюсами одного магнита, отчаянно пытающимися оттолкнуться, но навеки связанными одним полем.

Канцлер Терон, высокий седовласый маг с пронзительным взглядом, обвел зал тяжелым взглядом. Все разговоры мгновенно смолкли.

– Добро пожаловать, кандидаты, – его голос, усиленный магией, гремел под сводами зала. – Вы – лучшие из лучших. Цвет нашей Академии. Но с сегодняшнего дня ваши прошлые заслуги не имеют значения.