- -
- 100%
- +
– Что произошло?
– Кто кричал?
Я прислушивалась и вглядывалась в темноту, пытаясь вычислить нарушителя спокойствия. Однако маг себя никак не выдавал. Гомон голосов прервал громкий рык. Люди замерли в ужасе. Одна из дверей комнат резко распахнулась и в коридор выскочила большая черная тень.
Тот час помещение заполнили крики ужаса.
– Оборотень! – раздался чей-то возглас. Испуганное чудовище – это явно был проклятый оборотень – зарычало еще раз, заглушая крики людей. А потом, раскидывая всех, кто попадался по пути, побежало к единственному источнику света – в сторону кухни.
За спиной вскрикнула Мелания. Я резко закрыла дверь, но когти чудовища, посчитавшего нас лучшей добычей из всех, пронзили тонкое деревянное полотно. Я отскочила, не желая, чтобы и меня постигла та же участь.
Оборотень, откинув сломанную дверь, оскалил зубы и посмотрел прямо на меня. По изуродованной морде невозможно было понять, кто это. Возможно проклятие настигло кого-то, с кем я близко общалась. От того я медлила, и чудовище напало первым.
– Уходите, госпожа! – крикнула я Мелании, прежде чем сосредоточиться на противнике.
Сражаться кухонным ножом против проклятого оборотня было сомнительным занятием. Удары коротким лезвием не столько ранили чудовище, сколько еще больше злили. Я крутилась вокруг столов, избегая замахов когтистых лап. Нужно было отвлечь оборотня, протянуть время, стараясь ранить и ослабить его, пока подоспеет стража. Оставлять в живых это существо, кто бы ни скрывался за личиной чудовища, было нельзя. Ноги путались в длинной юбке, но у меня не было ни секунды, чтобы хоть как-то поправить её. Оборотень размахивал лапами, пытаясь задеть меня, и раскидывал все, что попадалось под его лапы. Я оступилась. Перекатившись через спину, едва ушла от удара когтистой лапы. Когда я снова оказалась на ногах, увидела, как Мелания лупит чудовище кочергой. Оборотень, забыв обо мне, кинулся на нового врага – ему было все равно, кого убивать. Мелания закричала, а я едва успела оказаться перед ней и задержать лапу чудовища. Ладони оцарапала жесткая шерсть, на ощупь больше похожая на рыбий хребет.
Истинные оборотни достаточно сильны даже в облике человека. Но охваченное безумной яростью чудовище оказалось сильнее. Я пыталась оттолкнуть его от себя, но уже видела, как чудовище замахивается второй лапой. Я поднырнула под лапу, стараясь избежать смерти и готовясь принять удар на левое плечо. Когти коснулись кожи, порвав рукав и оставив глубокие царапины. Топот ног и лязг стали рассказали о том, что стража наконец здесь. Я отскочила в сторону, чтобы не мешать воинам делать свое дело. Уже через несколько минут оборотень был повержен. Я тяжело вздохнула и осмотрела разгромленную кухню и собственную рану. Было больно, но вполне терпимо. По светлому рукаву расползалось алое кровавое пятно, и ткань неприятно липла к коже. Мелания, к моему облегчению получившая лишь несколько ушибов, осела у стены и заплакала.
– Госпожа, вы в порядке? – обратился к ней один из стражников. Мелания кивнула, но продолжила всхлипывать.
Она теперь в безопасности. Убедившись в этом, я ринулась в коридор, откуда выскочил оборотень. Возле комнат прислуги царил хаос. Кто-то все еще кричал и рыдал. Те, кто успел увидеть смерть оборотня, перекрикивали других, сообщая, что все закончено. Возле комнаты, из которой выскочило чудовище, было особенно много народу. Я с трудом пробилась сквозь толпу.
Комната была залита кровью. На полу среди обрывков одеял и обломков разбитой тумбы валялись разорванные тела двух служанок, в чьих лицах я с ужасом узнала своих соседок по комнате. Третью соседку, Тарью, не было видно, и я надеялась, что она успела спрятаться.
Запах мага, которого уже здесь не было, в нашей комнате не ощущался, хотя в коридоре он всё еще не развеялся. Лишь едва уловимый аромат полыни таял в воздухе. Или мне показалось? Я снова попыталась пройти через толпу, чтобы найти того, по чьей вине, я уверена, всё это произошло. Однако народу вокруг двери нашей комнаты стало еще больше. Когда мне удалось выйти, запаха магии уже почти не чувствовалась – маг ушел.
– Разойдись! – скомандовал старший стражник, разгоняя любопытных от комнаты. Я же вернулась на кухню, чтобы позаботиться об испуганной Мелании.
Девушку уже увели, а на кухне стоял старший лорд Эверсон, одетый в халат прямо поверх пижамы, и выслушивал доклад стражников.
– Вот, она была здесь! – указал на меня стражник.
Лорд Эверсон обернулся ко мне. Лицо его было хмурым.
– Значит, проклятый оборотень, – пробормотал он, когда выслушал мой краткий рассказ, и задумался. Я умолчала лишь о маге, никаких доказательств, кроме собственного чутья, у меня не было. И что скажет старый лорд, если это окажется работой Эрика?
Он посмотрел на тело чудовища, что до сих пор лежало на полу кухни. В дверях охали поварихи, переживавшие о разгроме. Но стражники не впускали ни их, ни других любопытных.
– Уберите это. Проверьте, кого из слуг нет – нужно понять, откуда в поместье проклятый.
Лорд Эверсон отпустил меня, обещав подробнее расспросить потом повторно, когда прибудет следователь из города. Я пошла к Мелании, убедиться, что она в порядке и уже отошла от пережитого. А после необходимо было заняться и собственной раной. Хоть сначала я старалась не обращать внимания на боль, с каждой секундой она становилась сильнее. Вместе с кровью боль стекала к оцарапанным ладоням и пульсировала в такт сердцу.
Когда поднималась по лестнице, столкнулась с Эриком.
– Куда-то спешишь? – он преградил мне путь.
– На госпожу Меланию напал проклятый оборотень, – ответила я.
– Что? На Меланию? Она ранена? – его взгляд опустился на мой разодранный рукав, но он больше ни о чем не спросил.
– Нет, но очень напугана.
Эрик выругался и заторопился вниз.
– Господин! – окликнула его я. Мне не хотелось верить в то, что он замешан в произошедшем, хоть я и не доверяла ему. Он оглянулся. – Там был маг.
– Ты видела его? – холодно спросил он.
– Нет. Но…
– Значит, не было. Иди. Я разберусь.
***
Темный силуэт пробирался через парк к стене, отделяющей жилище лордов от города. Путь к замку был быстрым. Теперь же, когда он шел назад, приходилось таиться. Еще и ногу подвернул, спрыгнув второпях из окна на оставленную садовником лейку.
В письме, что мужчина получил от своего господина, было прописано время смены караула, обозначены места, где можно обойти защиту поместья или на время спрятаться. Сейчас, когда дело было сделано, стало слишком людно и в самом замке, и вокруг него. Но можно теперь не торопиться и переждать, пока снующие по двору и вдоль стен стражники отойдут на безопасное расстояние.
Всё прошло, как и планировалось. Служанка, которую выбрали жертвой, легко поддалась убеждению. Да и сложно ли убедить девушку, страдающую от безответной любви, что причина её бед – другая девица? Возможно, более смелая или красивая. Есть ли что-то, что сделает несчастную красивее соперницы и привлечет внимание любимого? Конечно есть, ведь ей повезло именно сейчас встретить настоящего мага!
Мужчина усмехнулся. Глупышка поверила, что магией можно что-то изменить. Этим даже детей сложно провести. Он сказал ей, что явится к ней в назначенный час и принесет нужное средство. Господин сам рассчитал время. А архимаг лично выдал ценный бутылек с проклятием, остатки которого маги не так давно научились находить и собирать, будто обычный редкий эликсир. Нельзя было допустить, чтобы девушка приняла с трудом найденное проклятие раньше или позже назначенного времени. Как нельзя было позволить ей струсить в последний момент и отказаться от него. Его визит был правильным решением – девушка действительно сомневалась и попыталась выгнать мага.
Но всё прошло, как и задумывалось. Служанка приняла проклятие. С подначек мага всё больше злясь на соседку, которая была и успешнее неё, и милее, дала проклятию подпитку гневом и завистью. Маг сам проводил её до комнаты – всё должно было случиться именно здесь. Главное действующие лицо, та самая соседка, должна быть первой и основной жертвой проклятого оборотня. Чтобы проявить себя, свой дар истинного оборотня, и помочь осуществлению их плана. В том, что дар проявится, никто не сомневался – проклятые оборотни слишком сильны, чтобы с ним так просто справился обычный человек, тем более слабая девушка. Чтобы выжить, жертва проклятой служанки обернется волком. Не важно, сколько в итоге погибнет слуг поместья, и выживет ли сама виновница этого мероприятия. Да и разве верит кто-то, что она сможет выжить? Та, на кого особенно злится новообращенный проклятый, и будет его главной целью. А после господин позаботится о том, чтобы во всём обвинили истинных оборотней.
Мужчина уже добрался до стены, когда некто схватил его за плечо и, резко развернув, врезал кулаком в челюсть.
– Что ты наделал? – услышал он голос Эрика Эверсона. Тот схватил мужчину за горло и прижал к стене. – Я же сказал, что моя семья не должна пострадать.
Эрик отдернул руку. Маг закашлялся и сплюнул кровь из разбитой губы. Будь на месте господина кто-то другой, то уже был бы мертв.
– Я все сделал, как вы велели, – прохрипел он. Кольцо-артефакт, подчиняющее магов лордам, жгло пальцы – злость мага на своего господина пробудила спящее заклинание.
– Ты должен был убедиться, что там не было никого лишнего.
– Что делать лордам в комнатах прислуги? – едкая ирония, которой маг привычно подменил гнев, успокоило кольцо, и боль в руке начала отпускать.
Эрик выругался. Маг был прав. Они упустили свой единственный шанс подставить оборотня, но Эрику больше некого было винить, кроме исполнителя.
– Что оборотень? Мертв? – спросил маг. Голос его был хриплым и чуть насмешливым.
– Она жива. И даже не обращалась. Она была с Меланией на кухне.
Маг выругался, а Эрик снова разозлился, едва сдержавшись, чтобы не ударить мужчину еще раз. Исполнитель должен был убедиться, что все действующие лица на месте! Кроме того, Мелания, которая по какому-то недоразумению оказалась совсем близко, могла серьезно пострадать. Если бы не Алиша… Проклятая девчонка!
– Твое счастье, что на оборотне был браслет подчинения, и она защитила сестру…
– Браслет подчинения? – маг засмеялся. Маги знали, что такими игрушками оборотня не сдержать. Господин Эрик, хоть имел дар, но не знал многое из того, что должен был знать обученный маг. – Браслеты не действуют на оборотней. Ты просчитался, господин.
Маг, смеясь, заковылял к калитке, которая этой ночью была для него открыта.
Эрик же молча смотрел ему вслед, пораженный услышанным. Если бы Алиша захотела, его сестра сегодня была бы мертва.
Глава 6. Телохранительница леди Эверсон.
Все три мои соседки были мертвы. Тарья, нарвалась где-то на проклятие. Две другие были убиты ею в эту ночь. Из четверых девушек, что жили в той комнате, в живых по счастливой случайности осталась лишь я.
Утром, как и обещал лорд Эверсон, в поместье явился следователь из города. Он снова опросил слуг – и тех, кто все видел, и тех, кто только слышал о ночных событиях. Осмотрел коридор возле комнат для слуг и кухню, особое внимание уделил помещению, где всё произошло. И заключил, что виной всему случайность. Ничего подозрительного он не нашел, а проклятие, как известно, появлялось хоть и редко, но абсолютно непредсказуемо.
Позже из города явился маг. Я не видела его, предпочитая на всякий случай держаться подальше. Он не требовал встречи с участниками произошедшего, осмотрев лишь место обращения девушки и её смерти. К моему удивлению, и он ничего не обнаружил. Не нашел следов другого мага. Даже не почувствовал моего присутствия в поместье. Пусть я ни разу не использовала свой дар, но комната, где я жила, должна была пропитаться запахом оборотня, как кабинет Эрика пах магией. Может, это случилось благодаря ароматическим свечам госпожи Эверсон – слуги говорили, как маг морщился и прикрывал нос платком от их проникающего повсюду запаха. А может…
Может кто-то скрыл следы. Я все больше была уверена, что без участия Эрика тут не обошлось. Я заставила себя думать, что причина моих подозрений – лишь недоверие к единственному магу, которого я знала. Не было никаких доказательств, что он был в крыле прислуги в эту ночь. Но вот то, что он постарался, чтобы пришлый маг меня не обнаружил, казалось очевидным. И это было для меня странным.
Если бы тот маг рассказал обо мне лордам, уверена, из поместья меня прогнали бы в тот же день. Значило ли это, что господин Эрик намерен оставить меня при себе? От этой мысли по спине бежал холодок.
Сам Эрик, лично наблюдавший за расследованием, был скорее раздражен, чем встревожен произошедшим. Я несколько раз ловила на себе его взгляд, но он ни разу за утро не обратился ко мне. Это лишь укрепило мои подозрения на счет него – молодому господину было, что скрывать.
Когда ближе к вечеру явился посланник императора, шум вокруг ночных событий улегся. Тела погибших передали родственникам, раненым оказали помощь, а комнаты прибрали. После суеты, что царила здесь накануне, атмосфера в поместье казалась тихой и напряженной. Слуги переговаривались шепотом. Заплаканные служанки то и дело всхлипывали, вспоминая об ушедших подругах.
Я была свободна от работы. Оставленные оборотнем раны были не слишком серьезными и почти не доставляли мне беспокойства. Даже оставленный на плече след когтей, казавшийся в начале ужасающим, оказался не слишком глубоким. Лекарь Эверсонов обещал, что не останется даже шрамов. Только повязки, наложенные на саднящие от жесткой шкуры чудовища ладони, мешали выполнять привычные дела. Мелания, заметив несколько оброненных мною шпилек, сказала:
– Отдохни сегодня. Это меньшее, что я могу сделать за то, что ты спасла меня.
– Благодарю, госпожа, – ответила я. – Но и вы спасли мою жизнь. Вы очень смелая.
Мелания улыбнулась, наверное, единственный раз за этот день и отпустила меня.
Идти мне было некуда – мой дом был в поместье. Дел, кроме службы господам Эверсон, не было. Заниматься на тренировочной площадке не могла. Потому, отоспавшись после бессонной ночи в комнате Эммы, я вышла посмотреть на посланника.
Посланник был очень молод. Крепкое телосложение и будто отточенные движения выдавали в нем натренированного бойца и притягивали взгляд. Висевший на боку длинный чуть изогнутый меч подтверждал мои догадки. Я подумала, что такой человек рядом с Меланией во время путешествия – лучшая компания. Удобная свободная одежда, не сковывающая движений, лишь подчеркивала его широкие плечи и стройное тело. Темные растрепанные после дороги волосы были собраны в короткий хвост на затылке. Он обвел цепким взглядом темных глаз комнаты и ведущую наверх лестницу. Полупоклон, которым он приветствовал лорда Эверсона, говорил о его незнатном происхождении, но высоком положении при дворе.
Я стояла в тенях наверху лестницы, наблюдая, как лорд Эверсон проверяет бумаги, подтверждающие личность посланника, и приветствует его. Мимо меня прошла Мелания, чтобы лично встретить гостя из столицы. Она всё еще была бледна, но это не скрывало её красоты. Длинные рукава платья прятали ссадины на руках. Она держалась достойно, с улыбкой приветствуя посланника. Ни тоном голоса, ни выражением лица, она не показывала гостю своих переживаний и печалей. Ему знать об этом ни к чему.
Когда посланника проводили в его комнаты отдохнуть перед ужином, я пошла прогуляться в саду. Это занятие мне быстро наскучило – и как Мелания и старшая леди Эверсон могут так прогуливаться здесь каждый день? Съев подаренное садовником свежее яблоко, я побрела назад к дому. Возвращаться в свою опустевшую комнату не хотелось. Дверь уже починили, а следы крови на полу и стенах отмыли. Но оставаться там одной было жутко.
Я отправилась в комнаты Мелании. Поболтаю со служанками, ожидающими возвращения госпожи, а потом, когда она придёт после ужина, послушаю её рассказ о посланнике. Если она, конечно, вообще захочет говорить сегодня. В коридоре опять столкнулась с господином Эриком. Он был задумчив, а потому будто не сразу узнал меня.
– Прошу прощения, господин, – я поклонилась и отступила, чтобы пропустить его. Он смотрел на меня, не двигаясь. Я снова поклонилась и, не дождавшись ответа, продолжила путь.
– Постой, – он схватил меня за руку и притянул к себе. Нас разделял всего шаг. Я почувствовала легкое раздражение, пока он смотрел на мою перебинтованную ладонь, но не делала попыток вырваться. Эрик отпустил мою руку и аккуратно взял за другую – за ту, где был надет браслет. Он нерешительно провел по бронзовому ободу и расстегнул поместье.
– Так значит, это правда, – выдохнул он. – На тебе он не работает.
– Наверное, не работает, – я вырвала руку и вернула застежку на место – расставаться с бесполезным артефактом сейчас, когда свежи были воспоминания о проклятом оборотне, было вдвойне опасно.
– Почему ты не сказала?
– А что я должна была вам сказать? – впервые я смотрела прямо в глаза господина Эрика. Сейчас мы с ним были равны – оборотень и маг, скрывающие свои тайны.
– Он не работает, но ты защищала мою сестру, рискуя собой. Почему?
– Я могла поступить иначе?
Он помолчал немного, а потом сказал:
– Ты бы раскрыла себя, если бы поступила иначе.
Я хмыкнула:
– Мне никто не приказывал охранять её.
– Но ты спасла её. Почему? Ведь ты… оборотень.
– Это что-то меняет?
Эрик молчал. Он смотрел на меня, будто увидел впервые.
– Разве честь и достоинство зависят от того, есть у вас дар или нет? И от того, какова ваша сила? Я такой же человек, как и вы. Я не хочу причинить зло ни вам, ни тем более госпоже Мелании. Если я могу защитить её, то всё сделаю для этого, – запальчиво сказала я. Я не хотела, чтобы Эверсоны видели во мне чудовище, представляющее опасность для других. Потому не стала, как прежде, сдерживать рвущиеся наружу слова.
Но даже так стоящий передо мной маг все еще оставался врагом. И раз появилась возможность хоть что-то прояснить, я не хотела упускать её:
– Я говорила, что в комнатах прислуги этой ночью был маг.
– Это был не я, если ты об этом, – тон Эрика тут же похолодел.
– Но вы знаете его.
– Тебе не стоит лезть в это.
– Но ведь… – начала я, но меня перебили.
– Алиша! – из соседнего коридора выбежала Метти. Она удивленно посмотрела на нас, стоящих неприлично близко – уверена, уже к утру по замку расползутся новые слухи. Но уже через мгновение служанка сделала вид, будто ничего не произошло, и сказала то, что хотела: – Алиша, господин Эверсон ждет тебя в малой столовой.
– Иди, – отпустил меня Эрик. Как и полагается, я не могла уйти, пока он не позволит. Мы с Метти синхронно поклонились и ушли.
Малую столовую редко использовали. Лишь в случаях, подобных этому – гость был не на столько знатен, чтобы ужинать в большой столовой, но и не так близок к Эверсонам, чтобы провести его в столовую в западном крыле, где господа обедали в кругу семьи. Когда я вошла в помещение, ужин уже был окончен. Чета Эверсон, Мелания и посланник императора сидели за столом и беседовали. Я глянула на гостя, отмечая детали, которые не могла разглядеть, стоя на лестнице. Гордый профиль и необычный для наших мест разрез глаз, гладкое лицо и смуглая кожа. Он был привлекательным, хотя и не сказать, что слишком красив по местным меркам. Он притягивал взгляд своей непривычной здесь внешностью, но не утонченными чертами, которые так нравились девушкам в наших краях.
– Вы звали меня, – сказала я, поклонившись, и теперь смотрела лишь на лордов, более не разглядывая нашего гостя, но иногда искоса поглядывая на него.
Мелания посмотрела на меня и тут же опустила взгляд. Посланник и вовсе не повернулся в мою сторону, глядя прямо перед собой.
– Алиша, ты поедешь с Меланией. В качестве личной телохранительницы.
Я подняла голову и посмотрела на лорда – я не ослышалась?
– Напоминаю, что с леди могут поехать только две служанки, – холодно сказал посланник.
– Кого ты выбрала в сопровождение? – обратился лорд к дочери.
– Эмму и Сильвию.
– Поедешь вместо Эммы, – лорд снова обратился ко мне. Уверена, он не различал служанок дочери и назвал имя случайно. И внутренне сжалась – Эмма будет в бешенстве. И если выбирать стычку с магом или с рассерженной Эммой, я бы выбрала первое.
– Как скажете, господин, – только и ответила я, все еще не веря в услышанное.
– Если мы закончили, позвольте мне удалиться, – сказал посланник, решив, что в его присутствии больше нет необходимости. – Нужно проверить, как расположились мои люди и отдохнуть перед обратной дорогой.
Эверсоны и их гость встали, а старшая леди Эверсон запричитала:
– Конечно. Ваших людей разместили с максимально возможным удобством… – она с посланником вышла из столовой, а лорд Эверсон обратился к Мелании:
– Распорядись, чтобы к утру подготовили подходящую одежду для Алиши. Обязательно с гербовой вышивкой – она не должна выглядеть, как наёмница.
– Да, отец, – голос Мелании казался встревоженным.
– Пойдем, – лорд снова обратился ко мне.
Мы шли молча в сторону кабинета старшего лорда. Он чуть впереди, я, как полагается, на шаг позади.
– Не думал, что глупый поступок моего сына окажется столь… своевременным, – вдруг сказал он. – Я о браслете. Раз твои обязанности несколько меняются, им всё равно пришлось бы воспользоваться.
Лорд Эверсон пропустил меня в свой кабинет – впервые перед собой, не как простую служанку. Я смутилась, но зашла. Порывшись в своем столе, он достал перстень с гербом рода и протянул его мне.
– Я прошу тебя стать не просто её телохранительницей, но и моим доверенным лицом. Виен Онсур, посланник императора, сообщил нам тревожные новости. Жизни кандидаток могут находиться в опасности, несмотря на все предосторожности. Появление в поместье проклятого тому подтверждение. Хотя нет никаких доказательств, после разговора с господином Онсуром, есть основания подозревать, что это не случайность. Были нападения и на других девушек. Я говорю это, чтобы ты понимала серьезность происходящего. Я не могу отправить с Меланией кого-то из своей личной стражи – это запрещено. Хотя каждый из них служил мне не один год, прежде чем получили свои браслеты. Мне придется довериться тебе. Хотя, не стану скрывать, мне сложно доверять человеку, проработавшему здесь так мало времени. Но мои люди хвалят твои боевые навыки, и ты успела себя достойно показать.
Я поклонилась и приняла перстень. В нем не было никакой магии – всего лишь печать. Я подняла глаза и вопросительно посмотрела на лорда.
– Я хочу, чтобы ты была рядом с Меланией всё возможное время. Если правила запрещают тебе быть с ней, но ей грозит опасность – ты должна нарушить правила. Если моя дочь потеряет возможность показать себя и выйти замуж за принца, не так страшно, как если она пострадает или лишится жизни. Если что-то случится, сообщишь мне любым доступным способом. Даже если ничего не случится… Сообщай о происходящем как можно чаще. Перстень поможет тебе найти людей, которые смогут помочь тебе, и откроет нужные двери, если от тебя потребуются решительные действия. Конечно, ты не можешь злоупотреблять данными тебе возможностями. Всё это только для того, чтобы обеспечить безопасность Мелании. Поняла?
Я кивнула.
– Господин, вы уверены, что я справлюсь? Я ведь даже не знаю, что должна делать… – я совсем растерялась. Мне всегда хотелось, чтобы лорд заметил мои способности в обращении с оружием, но становиться телохранительницей… Это было для меня слишком неожиданным и серьезным делом. Я оказалась не готова к подобным переменам.
Лорд вздохнул. Но ответил:
– Делай то же самое, что делала сегодняшней ночью – защищай Меланию. Об организации защиты по пути на отбор и там, во дворце, расспроси господина Онсура. Я переживаю за безопасность дочери, но лезть в дела императорской стражи не вправе.
– Хорошо, – коротко ответила я. Отказываться было нельзя. Это мог быть мой единственный шанс заняться тем, что было мне по душе.
***
Хотя среди лордов браки по расчету были обычным делом, Мелания думала о том, что замуж выйдет только по любви. Она только вошла в тот возраст, когда можно было думать о замужестве, и родители не торопили её с выбором. Семья Эверсон была достаточно обеспечена и влиятельна – не было нужды искать партию, чтобы поправить дела, как это делали те, чье положение оказывалось шатким. Но и не были обременены какими-либо политическими обязанностями, чтобы скреплять союзы браком детей. Родители благосклонно относились к свободному выбору своих отпрысков. И Мелания была вольна в выборе мужа.
Когда от императора пришло приглашение на отбор, Мелания была в отчаянии – её мечты о любви начинали рушиться.
Мелания была мало знакома с принцем. Они виделись всего пару раз, еще в детстве, и уже тогда не поладили. Позже, когда девушка с семейством посещали столицу во время Большого бала, то и вовсе лишь мельком видела наследника Его Величества, окруженного придворными девушками. Так что сейчас даже не могла вспомнить его лица. Она не мечтала о расположении наследника, даже несмотря на то, что её отец в молодости был дружен с императором и до сих поддерживал реформы старинного друга, пусть почти не общался с ним лично.