Образовательная модель свободных искусств и наук. Мировой и российский опыт
- -
- 100%
- +
5
Makarovs K., Achterberg P. 2018, 876: “Post-industrial societies are characterized by a skeptical and suspicious attitude toward science”). Там же ссылки на дальнейшую литературу.
6
“Curious (interested in everything, exploring)” (Fischer, Schwartz S. 2011, 1130–1132).
7
См.: перевод опросника в статье: Магун, Руднев, Шмидт 2015, 78.
8
Косвенным указанием на отношение к науке может быть измерение уровня научной грамотности в обществе. По имеющимся здесь не безусловно представительным и не вполне синхронным данным, Россия оказывается во второй половине, ближе к середине, из 40 изученных стран. См.: материал Ольги Шуваловой на сайте Левада-центра: URL: https://www.levada.ru/2018/02/05/ko-dnyu-rossijskoj-nauki-2/.
9
Есть интересные данные, что в экономически менее развитых странах, не достигших уровня общества потребления, обнаруживается большее уважение к науке, чем в постиндустриальных. См.: Inglehart, Baker 2000, 27–28.
10
См., например: Ридингс 2010; Nelson 2010; Nixon 2011; Mittelstraß 2012; Кроу, Дэбарс 2017, 26–35; Кузьминов, Песков 2017; Соколов 2017; Юркевич 2017.
11
В американских университетах в период с 2002–2003 по 2014–2015 гг. заработки преподавателей с учетом инфляции остались практически теми же в гуманитарных и социальных науках, за счастливым исключением экономики (Curtis, Kisilewsky 2015).
12
Стоит отметить, что страны ОСЭР заметно отличаются друг от друга в отношении баланса между государственными и частными инвестициями в образование, включая высшее. Частные инвестиции в высшее образование весьма значительны в таких странах, как Чили, США, Колумбия, Великобритания, Австралия, Канада. В России они значительно ниже, но все же их доля ощутимо выше, чем в северных странах и Австрии (см.: https://data.oecd.org/eduresource/public-spending-on-education.htm#indicator-chart; https://data.oecd.org/eduresource/private-spending-on-education.htm#indicator-chart).
13
Обе позиции документированы в книге Роберта Мертона (Merton 1970 [1938]). Впоследствии под «тезисом Мертона» стала известна идея о решающей роли протестантизма в институциализации современной науки; сам Мертон высказывался менее категорично.
14
Об этом ярко сказано, в частности, у Макса Вебера (Вебер 1990, 707–735, 708–712).
15
Выражение «воображаемое сообщество» подразумевает отсылку к книге Бенедикта Андерсона (Андерсон 2001). Среди обширной литературы, посвященной феноменам нации и национализма, особое место занимают работы Лии Гринфельд, в которых нация и nationalism (русское слово «национализм» здесь не будет эквивалентным) интерпретируются как базовая структура и основа мировосприятия современного общества соответственно. В этих работах очень много ценного, хотя – как всегда в такого рода случаях – какие-то явления могут быть поняты и представлены иначе. Так, мое рассуждение предполагает упадок и трансформацию феномена нации в последние полвека, тогда как Лия Гринфельд говорит о глобализации этого феномена (Greenfeld 2016, 128–137). Поскольку в одном случае речь идет о европейских странах, а в другом – об Индии и Китае, оба подхода, возможно, совместимы.
16
Такая тенденция вообще характерна для постиндустриальных обществ. В период с 2006 по 2011 г. тренд на смещение баланса в ущерб послушанию, отмечает Л. А. Окольская, остановился, но, впрочем, аналогичные процессы наблюдались и в некоторых западных странах.
17
Магун, Руднев 2010; Магун и др. 2015. По формулировке (и классификации), предложенной во второй из указанных статей, «наиболее дефицитным для России, как и для большинства других постсоциалистических стран, является ценностный класс Роста, сочетающий приверженность социальным ценностям Заботы (альтруизма, толерантности, равенства и справедливости) и индивидуалистическим ценностям Открытости (самостоятельности, смелости и стремления к новизне)» (С. 93). Ряд данных побуждает думать, что женщины в России больше, чем мужчины, «тяготеют к полюсу альтруизма» (Окольская 2017, 495).
18
https://www.youtube.com/watch?v=wGhCYI9yl5k.
19
Позволю себе снова процитировать эссе «Когда закончилось Новое время?»: «Эпоха без коллективных целей в сочетании с экономическим процветанием неизбежно оказывается эпохой гедонистической» (Панченко 2009, 51).
20
Ср.: там же. С. 52: «Современный человек безусловно признает право каждого на pursuit of happiness. Здесь, правда, ситуация тоже оказывается достаточно новой. Принцип усилий, направленных на обретение счастья, остался, но утратил свой социальный смысл, коль скоро все социальные предпосылки обеспечены. Обретению счастья теперь не мешают ни сословные перегородки, ни происхождение из малообеспеченной семьи. В результате речь идет даже не об усилиях, направленных на обретение счастья, а о поисках счастья – которые и сами по себе предполагают достаточно приятное времяпрепровождение».
21
См., например: URL: https://adindex.ru/news/researches/2017/ 03/10/158487.phtml.
22
Креативность, о которой идет речь, не вполне соответствует тем «талантам», привлечение, формирование и удержание которых различными странами изучает Европейский институт управления бизнесом (INSEAD). Там речь идет скорее о человеческом капитале, о возможности и способности страны его использовать. Новейший суммарный рейтинг, опубликованный INSEAD, ставит Россию на 53-е место, тогда как возглавляют его Швейцария, Сингапур, США, Норвегия, Швеция, Финляндия (Lanvin, Evans 2018, 13–15, table 1). Интересны и более частные данные. Например, в области global knowledge skills России отведено 26-е место, причем 7-е – в отношении high-level skills. Российские университеты находятся на 26-м месте, возможность продолжать обучение в течение всей жизни – на 57-м, «неутечка мозгов» (brain retention) – на 71-м, доступ к возможностям роста – на 101-м.
23
«Лучшее подобно воде: она приносит пользу всем существам и не борется с ними» («Дао дэ цзин», 8).