Путешествия со смыслом

В одном старом предании говорится, что когда Господь распределял богатства недр по земле, их не хватило для маленькой страны в сердце Европы. И тогда Всевышний дал этой стране горы, подобные небесным замкам, могучие ледники, грохочущие водопады, бесчисленные озера и приветливые благодатные долины.

Когда миром повелевал могучий Рим, Гельвеция видела грозные римские легионы, шедшие на завоевание алеманов и франков. Когда несметные полчища Аттилы в эпоху великого переселения народов двигались вперед, разрушая и созидая племена и народы, бушующие волны этого гигантского людского потока заливали гористую страну, и многочисленные руины и поныне остаются там немыми свидетелями далекой эпохи. Сколько тайн, открытий и далеких воспоминаний всегда готовы к встрече с вами, если вы отправляетесь в путешествие!

Вильгельм Телль: бесстрашный стрелок и «камень Шиллера»

На берегу Фирвальдштеттского озера швейцарцы поставили памятник немецкому поэту. Высокий, напоминающий пирамиду, камень со словами: «Певцу Телля, Фридриху Шиллеру».

Самая знаменитая швейцарская легенда, воспетая Шиллером, уходит корнями в Средние века.

В XIII столетии через альпийские перевалы проходили торговые пути из Италии в Северную Европу. Самым коротким и удобным из них был Сен-Готтардский проход. Жившие на этой дороге горцы участвовали в перевозке и охране людей и товаров и взимали пошлину за право проезда по их владениям.

Но очень скоро выгодами подобного положения решили воспользоваться австрийские Габсбурги. Войска мощной империи постепенно овладевали горными замками и устанавливали на захваченных землях свой порядок.

История нынешнего Швейцарского Союза, объединяющего 26 независимых кантонов, начиналась в Альпах, в самом их сердце – там, где расположен старинный городок Альтдорф, который и по сей день является столицей кантона Ури. Его герб – бык, символ силы. Сила была необходима швейцарцам, чтобы отстоять свою независимость.

В начале августа 1291 г. состоялась историческая встреча представителей трех кантонов: Ури, Швица и Унтервальдена. На лесном лугу Рютли была дана клятва помогать друг другу в борьбе против владычества Габсбургов. Тогда-то и появился Вильгельм Телль.

Легенда рассказывает о том, как однажды австрийский наместник Гесслер заставил жителей городка Альтдорф кланяться установленному на главной площади шесту с надетой на него шляпой. Первым, кто отказался это сделать, был Вильгельм Телль, вольный горец, спустившийся в долину со своим сыном, чтобы купить ему арбалет. Разгневанный неуважением к власти, Гесслер решил подвергнуть Телля жестокому испытанию: «Посмотрим, такой ли ты меткий стрелок, как о тебе говорят. С расстояния тридцати шагов тебе нужно будет попасть в яблоко, которое мы установим на голове твоего сына. Попадешь – подарю тебе жизнь, откажешься – будешь казнен». Выбора не было. Взял Вильгельм Телль две стрелы. Одну спрятал на груди. Другой прицелился… и пригвоздил яблоко к дереву, не задев и волоса на голове мальчика. На вопрос Гесслера, зачем нужна была вторая стрела, горец ответил, что если бы вдруг дрогнула его рука и он попал в сына, то в Гесслера – второй – уж точно не промахнулся бы. В ответ на столь дерзкую откровенность австрийский наместник решил, что сохранит Теллю жизнь, как и обещал, но проведет ее вольный стрелок в тюрьме, в неприступном замке. Туда и отправились они на лодке по Фирвальдштеттскому озеру. Вдруг на озеро опустился непроглядный туман и поднялись большие волны. Стало ясно, что либо лодка разобьется о скалистый берег, либо нужно доверить ее управление Теллю, который хорошо знал эти места. Телль довел лодку до берега, но, как только коснулась она носом земли, соскочил на берег и скрылся в лесу. Вскоре стрела героя настигла австрийского наместника.

Хотя и нет серьезных доказательств тому, что Вильгельм Телль был исторической личностью, вряд ли швейцарцы когда-нибудь расстанутся с любимой легендой. В наш практичный век, требующий на все фактов и доказательств, остается тяга к подобным преданиям – словно необъяснимое влечение сердца.

История и легенда всегда тесно переплетены между собой. Рассказывают, что именно выстрел Телля явился сигналом к народному восстанию, и спустя восемь лет вольные горцы разбили войско Габсбургов в битве при Моргартене и навсегда изгнали австрийцев из Швейцарии. В одной из хроник XVI века упоминается даже «точная» дата знаменитого выстрела: 18 ноября 1307 г. В национальном историческом музее Швейцарии хранится арбалет, который, по преданию, принадлежал Теллю, а на берегу Фирвальдштеттского озера, в том месте, где, как говорят, гордый швейцарец соскочил с лодки, построили красивую часовню.

Но исторические даты и факты – лишь вершина айсберга. Другая, значительно большая его часть скрыта в глубине. Это тайна каждой легенды, ее примеры и уроки. Разве не они оставляют следы в народной памяти? И потому на главной площади в Альтдорфе стоит знаменитый памятник Теллю. И здесь же каждый год ставят драму Фридриха Шиллера «Вильгельм Телль». Тогда легенда входит в наш день из старых времен, и из уст героя можно услышать слова, которые, возможно станут для тебя открытием:

Цюрих, Гете и белые лебеди

В начале прошлого века, когда Швейцария стала вдруг очень популярна среди путешественников, для многих стало неоспоримым фактом, что произошло это не в последнюю очередь благодаря произведениям великих поэтов: драме Фридриха Шиллера, ярким пламенным поэтическим строкам о Швейцарии Байрона, «Письмам из Швейцарии» Гете.

Гете много путешествовал по стране, хорошо знал ее нравы и обычаи. И имел там немало друзей. В Цюрихе он не раз останавливался у своего близкого друга Иоганна Каспара Лаватера в доме № 11 по Шпигельгассе. Сегодня на стене дома – памятная доска с надписью: «В этом доме жил Лаватер, а Гете всегда находил здесь теплый прием». Лаватер был известным проповедником и писателем-философом. Послушать его службу в церкви Святого Петра всегда приходило множество людей. Он был знаменит, обладал многими сокровенными знаниями, а также прославился как автор книги «Фрагменты физиогномики» – искусство определения характера человека и его будущего по чертам лица уходит корнями в глубокую древность. Рассказывают, что Гете тоже принимал участие в написании книги. На стене дома Лаватера рядом с памятной доской можно увидеть и портрет немецкого поэта с надписью: «Дом, который видел таких гостей, разве может после этого утратить гостеприимство?..»

Современный Цюрих – самый большой город страны – находится в так называемой немецкой части Швейцарии. Изысканный и элегантный, со сверкающими витринами дорогих магазинов, многочисленными банками и стерильно чистыми улицами, он легко сохраняет при этом свое очарование, возраст которого измеряется веками.

Самая старая церковь города – церковь Святого Петра, с самыми большими в Европе часами на колокольне, – была построена на средства жителей Цюриха. Говорят, в начале XX века на колокольне круглосуточно дежурил человек, задачей которого было каждые 15 минут глядеть по сторонам – проверять, нет ли в городе пожара. Если где-то был виден дым или огонь, он возвещал об этом, но не звоном колокола, а размахивая красным флагом днем или красным фонарем ночью.

Что же касается самых больших часов в Европе, то достаточно сказать, что диаметр циферблата составляет 8,7 м, а когда проходит минута, большая стрелка часов перемещается на 47 см.

Гуляя по городу, невозможно не заметить, как много здесь фонтанов, маленьких и больших. И во всех до сих пор течет питьевая вода, и не так-то просто привыкнуть к тому, что можно вот так легко утолить жажду у фонтана.

«Дворик лип» – Линденхоф – небольшая, но очень красивая площадь. Считается, что именно здесь, на высоком берегу реки Лиммат, начинался древний Цюрих. Никто так и не знает, как он назывался в эпоху римлян. Предполагают, что имя его было Турикум. Во всяком случае, именно это слово встречается на древних монетах, найденных здесь археологами. Монеты эти сейчас находятся в Национальном историческом музее, как и все, что связано с историей страны.

Здесь же, на Линденхоф, стоит памятник «Смелости жителей Цюриха». Он связан с одной легендой XIII века. Однажды на противоположном берегу Лиммата появился военный отряд одного из представителей династии Габсбургов. К несчастью, именно в тот день большей части мужского населения не было в городе. В критический момент свою находчивость проявили дамы. Они собрались на площади, прихватив с собой барабаны, свистульки и самые разнообразные предметы кухонной утвари, которые могли отражать солнечный свет. Они подняли такой шум, а начищенные кастрюли и сковородки так горели на солнце, что неприятель отступил, испугавшись большой армии защитников города, блеск оружия которой слепил глаза…

Река Лиммат, красивая и спокойная, делит город пополам. Она впадает в Цюрихское озеро, и ночью в месте ее впадения можно наблюдать, как устраиваются на ночлег сотни белых лебедей…

«Странствие есть память, – писал князь Сергей Волконский. – Это прошлое в настоящем… Всякое свое странствие человек с собой несет, в себе несет, потому что каждое меняет его, после каждого он уже не тот, каждое новое странствие есть новое богатство…»

Узник Шильонского замка

Про берега Женевского озера близ городка Монтрё Байрон писал, что они «красивы, как грезы»: линия гор, возвышающаяся над Ронской долиной, сочная зеленая окраска их вершин и синева воды создают здесь картину законченной гармонии. О том, что и в отдаленные времена люди ценили эту местность, свидетельствуют многочисленные старинные замки, расположенные в окрестностях Монтрё.

Здесь же, на берегу Лемана – так еще называют Женевское озеро, – находится и один из самых знаменитых в мире замков Швейцарии – Шильон. В XII веке он был буквально вырублен в скале, о чем свидетельствуют макеты, изображающие несколько этапов возведения крепости. Любопытно, что следы человеческих поселений на Шильонском утесе относятся еще к бронзовому веку, а более поздние – к эпохе Римской империи. Еще в том же XII веке замок был пожалован графам Савойским, которые выгодно использовали его господствующее местоположение на узкой дороге между горами и озером.

Башни и бастионы, залы писцов и гербов, спальни, комнаты для гостей и графские покои… – столетия практически не изменили облика древнего Шильона. Было время, когда в подземелье замка томились узники. Здесь на одной из колонн, по преданию, оставил свой автограф Байрон. После знакомства с подземельем он написал поэму «Шильонский узник»:

Гора Пилата и красный дракон

Недалеко от Люцерна есть горная вершина, имя которой не очень вяжется с европейским колоритом. И тем не менее – гора Пилата, Швейцарские Альпы, высота 2132 м.

Вспомним Булгакова. В конце знаменитого романа Мастер отпускает на свободу душу своего героя в белом плаще с кровавым подбоем, и пятый прокуратор Иудеи, всадник Понтий Пилат, осуществляя свою мечту двухтысячелетнего ожидания, уходит по лунной дороге над черной бездной.

Где и когда успокоилась душа Пилата? На этот счет есть немало разных версий.

Согласно одному из преданий, римский император так прогневался на своего наместника за его деятельность в Иудее, что по возвращении того в Рим заключил в тюрьму, где, мучимый позором, Пилат и закончил свои дни. Его тело было брошено в Тибр, но река не захотела принять его – на воде поднялась буря и продолжалась до тех пор, пока волны не выбросили тело на берег. Потом оно было отвезено в Галлию, но с рекой Роной, протекающей мимо теперешнего Лиона, история повторилась, как повторилась она и в третий раз, когда тело прокуратора Иудеи отказались принять воды Женевского озера. Тогда было принято решение отправить тело в самую глухую область Альп. Там его бросили в глубокое темное озеро недалеко от горы, тогда называвшейся Fractus Mons. Все думали, что теперь душа, погруженная в глубины уединенного озера, обретет, наконец, покой. Но тому, кто «умыл руки» при осуждении Христа, не суждено было покоя. Над горой всегда нависали тучи, всегда там бушевали дождь и ветер. Иногда буря спускалась вниз, затопляя целые стада овец и коров, смывая дома и уничтожая посевы.

Так продолжалось до тех пор, пока молодой студент, знакомый с тайнами магии, не решил повстречаться с беспокойным духом Пилата. Как рассказывает предание, он взошел на гору и, вызвав силой своих заклинаний дух прокуратора, заключил с ним договор. Лишь один раз в году тот мог быть свободен, все остальное время он должен был оставаться в уединении и не тревожить жителей долины. С тех пор воцарилось спокойствие. Но раз в году, в Страстную пятницу, всякий, кто взошел бы на гору или прошел мимо озера, увидел бы страшную фигуру Пилата, восседающего на скале. Несчастье и смерть сулила такая встреча, а потому обитатели этих мест редко поднимались на вершину…

Возможно, не многие из нынешних жителей Люцерна и его окрестностей помнят старое предание о Пилате. А гору Пилата уже не боятся, а очень любят не только сами швейцарцы, но и множество туристов со всего света.

С некоторых пор у нее даже появился новый имидж, если можно так сказать о нынешнем символе горы – красном крылатом драконе. Его изображение я встречал на рекламных щитах при подъезде к Люцерну, в самом городе и, естественно, на многочисленных туристических буклетах.

Дракон этот – тоже из легенды. XV века. Рассказывают, что огромного дракона с каменными крыльями видел высоко в горах один из местных крестьян. Очнувшись от обморока, он якобы обнаружил неподалеку оставшуюся от дракона груду камней, из которой сочились струйки крови чудовища. Камни те, как выяснилось чуть позже, обладали особыми, целительными свойствами. Вот такая история.

Согласно древним преданиям, здесь, в горах, и были пещеры, в которых жили эти драконы. Но сегодня мало кто верит в это, ссылаясь на то, что в сказках этих мест нет упоминаний о драконах. Так что многие склонны полагать, что красный дракон – скорее приманка для туристов, романтический образ, о котором вспомнили в целях рекламы.

Как бы то ни было, горы всегда влекут людей, и гора Пилата – не исключение. До вершины можно добраться разными путями. Во-первых, по подвесной канатной дороге, которая проходит вдоль одного склона горы. На самом верху находятся несколько прекрасных смотровых площадок, вырубленные в скале коридоры, рестораны, кафе и даже небольшой отель – для особых любителей горной романтики.

Второй путь, ведущий на гору по противоположному склону, – предмет особой гордости швейцарцев. Это самая крутая рельсовая фуникулерная дорога в мире. О чем напоминают, например, надписи на бортах вагончиков, в том числе и на русском языке: «Самый крутой подъем в мире». Крутизна наклона – 48 градусов. Время в пути – 40 минут. Незабываемые мгновения наедине с природой – каменные кручи, многовековые сосны-великаны, зеленые альпийские луга…

«Я ехал через Швейцарию, все время в горах, – читаем в одном из писем Федора Шаляпина. – …Каким чувством умиления я был переполнен, смотря на эту удивительную природу… Боже, какое величие, какая красота – мне казалось, что если только существует это нечто, что мы называем Богом, то это, несомненно, или жило, или должно жить здесь, в этой… величественной, святой красоте. Мне даже думалось, что будет лучше, если я на одной из станций уйду из вагона и пойду, благословляя Бога и его создание, куда глядят мои глаза. Мне невольно припомнился этот романс Чайковского на слова Толстого: “Благословляю вас, леса, долины, нивы, горы, воды и всю природу – если б мог, я в свои объятия б заключал“, – и я запел…»

Основные богатства и ценности, которыми гордится любой народ, конечно, сосредоточены в главном городе государства. Это многочисленные музеи, культурные центры, фонды, национальные библиотеки. Да и сама столица – это лицо страны. Но познать душу, увидеть национальный характер, особенности жизни, не приукрашенные мегаполисом, можно только в провинции. Именно в маленьких, полусонных городках можно сделать довольно любопытные зарисовки.

В Чехии для этого можно поехать в любую сторону. Городки за пределами досягаемости Праги самобытны и привлекательны. О трех из них я и хотел бы рассказать.

Подебрады

Город Подебрады расположен в 50 километрах от Праги, на реке Лаба, которая при слиянии с Влтавой образует знакомую всем Эльбу. Помимо исторического ядра здесь существует курорт, и достаточно молодой – ему нет еще 100 лет. В 1905 году были обнаружены три минеральных источника – Бюлов, Хохенлоке и Харикма, а впоследствии их число увеличилось до 13. Бурно развивался курорт в середине 20-х годов, когда в Подебрады отправились лечиться жители Европы, потрепанные лихолетьем Первой мировой.

Меня же, помешанного на замках, больше интересовала внушительная постройка в центре города. Расположенный на холме, замок горделиво возвышается над Лабой, отражаясь в ее медленных водах. Над его основным корпусом доминирует высоченная башня цилиндрической формы, ласково прозванная Гласной. Замок принадлежал мелкопоместному дворянину, который возвел его на месте готического, правда, сохранив дух предыдущей постройки.

Подебрады гордятся тем, что это родина удивительного человека – короля Йиржи. Этот народно избранный король тайно поддерживал сторонников Яна Гуса, за что прозвали его «гуситским». Он находился у власти 13 лет, с 1458 по 1471 год. За этот короткий срок он смог добиться консолидации общества в Богемии и Моравии, разобщенного феодальным распрями, религиозными войнами и постоянным немецким вмешательством в дела чехов. Король Йиржи, надо отдать ему должное, сумел договориться с обеими сторонами. Будучи первоначально королевским казначеем, он знал, как умилостивить одних и жестко поговорить с другими.

Говорят, что этот человек обогнал свое время, родившись на 500 лет раньше. Одним из его достижений является проект союза европейских князей ради достижения общеевропейских целей, а не амбициозных притязаний одного «удельного хозяина». Проект короля Йиржи не смог осуществиться на практике, но зато благодаря ему Европа начала готовиться к объединению и созданию мирных общественных организаций еще со Средневековья. Благодаря королю Йиржи был также возведен фасад и башни храма Девы Марии пред Тыном (Тынский храм) – украшение Староместской площади Праги.

Однако с 1461 года Йиржи стал поддерживать чешских чашников, за что был предан анафеме папой Павлом II и низложен в 1466 году. Понтифик же спровоцировал крестовый поход против чешских чашников, еще один в череде религиозных войн в Богемии. Возглавил этот поход зять Йиржи венгерский король Матияш Хуньяди (Матвей Корвин). Неожиданная смерть «гуситского» короля в марте 1471 года способствовала католическому захвату реальной власти в Богемии.

…На центральной площади перед Подебрадским замком красуется конная статуя короля. Величественный памятник окружен цветами, и кажется, что правитель горделиво выезжает из замка на своем скакуне и движется на запад, в столицу. Что ж, это символично! Вечером его подсвеченный силуэт словно парит над окружающими зданиями. Для него время не остановилось, просто он продолжает жить в своем измерении.

Градец Кралове

В Богемии много красивых городов: каждый из них может похвастаться то интересным собором, то романтической улочкой, то грандиозным замком. Такова Чехия! Но есть городок, чья красота была признана еще в средние века и сохранилась до сих пор. Название его – Градец Кралове. В XI столетии он становится резиденцией Пршемысловичей, не случайно выбравших это место. Над Лабой возвышается холм, с которого удобно наблюдать окрестности. Этот критерий издавна применялся при строительстве укрепленного города.

После возведения фортификационных сооружений эта королевская резиденция была признана самым большим, после Праги, городом во всей Богемии.

В 1305 году после смерти чешского короля Вацлава II королева Элишка приказывает возвести в Градце Кралове собор Святого Духа. Город активно участвовал в религиозных войнах, не раз становясь оплотом войск Реформации, что отразилось и в его облике, и в его истории.

Градец Кралове обладал внушительными крепостными стенами, не сохранившимися, к сожалению, до наших времен. В 1884 году историческое ядро было перестроено: валы и стены были снесены, а на их месте разбит парк.

Путешественника Старый Город встречает двумя своими площадями: Большой и Малой. Ранее Малая площадь носила имя известного реформатора Яна Гуса, а Большая называлась площадью Жижки, вождя таборитов.

Любого, кто вступает на Большую рыночную площадь, поражает удивительно красивый силуэт кафедрального собора. Высокий, строгий, устремленный в небо, он восхищает как специалистов по архитектуре, так и людей, слабо разбирающихся в зодчестве. Темный кирпич, длинные узкие окна-бойницы, высокие башни фасада лишь подчеркивают необычность постройки.

Мы попали в Белую башню, расположенную между собором и зданием ратуши. На самом деле башня серая, она слегка наклонена в сторону кафедрального собора, как бы стараясь с ней слиться где-то в вышине. Медленно вступаем под ее своды. Эхо и прохлада – вот первое, что встречает нас. Гулко отражается звук наших шагов на многочисленных ступенях, по которым мы устремляемся ввысь. Высота колокольни – 68 метров. Средневековые строители воплощали свои архитектурные замыслы смело, основательно и практично: широченные стены, дубовые стропила и переходы.

Наконец мы достигаем колокола, второго по величине в Чехии, по имени Августин. Язык его привязан – свой «голос» он подает только по большим церковным праздникам. Проходим сквозь механизм колокольных часов и выходим на обзорную галерею. Под нами весь Старый город с его площадями, ратушей и старинными домами, закованная в камень река и кварталы Нового города вдали. Совсем рядом с нами – шпили с флюгерами на башнях собора Святого Духа. Сверху он выглядит еще более загадочным.

Для жителей Германии и Австрии Градец Кралове – это напоминание о временах немецкой междоусобной войны, когда в 1866 году в местечке Ульм, что в 11 километрах от Градца Кралове, произошло сражение. 200-тысячное войско Габсбургов было наголову разбито 20-тысячной прусской армией. Этому событию здесь посвящен целый музей.

В конце XX века Градец Кралове был признан одним из самых красивых чешских городов.

Пардубице

Горожане мирно занимались своими делами, когда сильнейший пожар подкрался к центральной части города. Жители спешно покидали свои дома, стараясь впопыхах захватить наиболее ценное. Но это удалось немногим. После пожара выгорел почти весь старый город. Но «кому беда, а кому мать родна». Ситуацией воспользовался удачливый дворянин из Моравии, чьи владения и без того поражали воображение. Вильгельм из богатейшего рода фон Пернштейнов, начал возводить свой замок на территории, недавно еще составлявшей большую часть старого города. Так появился островной замок рода Пернштейнов. Он действительно представляет собой остров, ранее окруженный рвом с водой, а ныне прекрасным садом.

Мы прибыли в город Пардубице под вечер. Выйдя из машины на площади Освобождения, сразу обратили внимание на два необычных здания. Первое из них – Восточночешский театр – отличается от других построек своим фасадом с мозаикой, которая очень напоминает творчество Билибина и Васнецова, их иллюстрации к народным сказкам и былинам. Мозаичная картина здания театра навеяна чешскими сказаниями. Вторая постройка, привлекшая нас, была церковь Святого Бартоломеуса. Небольшая и элегантная, украшенная мозаикой (как и театр неподалеку). Полумрак и богатое убранство – вот что отличает этот храм.

Многие чешские города могут похвастаться своей готикой. Но в каждом из них этот стиль проявился по-своему. Поэтому, попадая в незнакомый мне город Чехии, я всякий раз надеюсь на встречу с необычной архитектурой, будь то замок, собор или просто маленькая часовня.