Философия существует! Вопросы теории и методологии философских исследований

О философствовании и философии

М. Ю. Смирнов, О. А. Бокова

Слово «философия» прочно присутствует в отечественном лексиконе, а энциклопедии и словарно-справочные издания, разъясняя его этимологию, часто отмечают, что по-русски оно буквально означает «любомудрие», «любовь к мудрости». То есть основной смысл философии заключен в стремлении к мудрости[2]. Под мудростью же обычно понимается способность людей постигать подлинные причины и суть того, что происходит, уже произошло или может случиться, точно ориентироваться в жизненных обстоятельствах, находить всему уместные по ситуации объяснения и реагировать на происходящее оптимальным образом[3].

Стремление к мудрости не является монополией философии – аналогичную функцию выполняют также религия, наука, мораль, искусство, политика и право. Но все эти формы общественного сознания концентрируются преимущественно на конкретных объяснительных стратегиях, культивируя те ракурсы взгляда на мир, которые обусловлены спецификой породивших их потребностей.

Философия же обладает свойством преодолевать специфические различия, посредством операций мышления, то есть рационально (с помощью разума), обобщать идеи и образы, возникающие в любых сферах познания человеком мира и себя в этом мире[4].

Философская рефлексия всегда с необходимостью антропологична[5] – вне и без человеческого сознания она невозможна. Но именно антропологичность делает эту рефлексию разноуровневой, в зависимости от степени ее востребованности субъектом.

Прежде всего, философия – это обобщающая рефлексия над всем многообразием бытия, черпающая материал для осмысления из всех доступных разуму ресурсов. Объект философского осмысления динамичен и неисчерпаем. Поэтому философия существует не как какое-то действие с окончательным результатом, но как длящийся процесс, завершить который может только необратимое исчезновение субъекта философии. Однако субъекты философии – это не только конкретные личности с ограниченностью их жизненного времени. Совокупным субъектом является общество в целом, посокольку философия открывает и удерживает внеличностные смыслы, помогает выразить языком упорядоченного разума предельные значения факторов человеческого бытия. В этом плане можно говорить об общественном статусе философии как формы самосознания социального целого.

Но столь высокий статус философии, как правило, не имеет зримых внешних признаков. Он открывается только при несуетном и заинтересованном размышлении о сущности бытийных процессов и его выражении посредством специального понятийно-категориального аппарата.

Вырабатывать такой аппарат, владеть/оперировать им, транслировать его способны далеко не все. Эта деятельность требует обучения (в разных обстоятельствах устроенного по-разному – от философских кружков и «школ» античности до философских факультетов современных университетов) и профессионализма (как ни странно это звучит для кого-то, философия предполагает профессиональную институциональность – академическую и образовательную).

Конечно, иметь диплом с записью о квалификации – «философ» и быть философом – нетождественно. Однако это тождество и не обязательно. Легитимность в обществе получают те индивидуальные субъекты философии, которые обладают признанными в данном обществе свидетельствами профессионального образования и ученых степеней.

Если они и не всегда генераторы философских идей, то в большинстве своем вполне грамотные трансляторы философских знаний.

Как особый вид интеллектуальной деятельности философия существует уже более 2500 лет. Значит, есть востребованность этой деятельности. Хотя профессия «философ» никогда не была массовой – сложность философских знаний делает их освоение элитарным занятием, требуя особого образа мысли и, для большей органичности, особого образа жизни. Поэтому среда профессиональных философов всегда немногочисленна, во всяком случае количественно существенно уступает юристам или политикам.

Но кроме того, чтобы быть (1) формой общественного сознания и (2) видом профессиональной умственной деятельности, философия обнаруживается еще и (3) в модусе обыденности.

Известно, что в речевом обиходе нередко звучит выражение «отнестись к чему-либо философски», чаще всего – к проблемным, затруднительным ситуациям, в которых могут оказываться люди. Это выражение как бы рекомендует перевести восприятие ситуации в отвлеченный режим, воспринимать нечто как неизбежное и тем самым снизить остроту переживания.

Конечно, такое отношение еще не является собственно философией. Но оно свидетельствует о наличии у людей уже на уровне повседневного, будничного мировосприятия потребности и способности к преодолению зависимости от частных событий (нередко очень болезненных или тревожащих) посредством взгляда на ситуацию в целом, увязывания происходящего с общим состоянием пространства, окружающего человека. То есть имеет место стремление к упорядочиванию и связности единичных и общих представлений, на основе чего возникает целостно-обобщающее понимание.

Это стремление можно назвать философствованием[6]. Оно потенциально присуще любому человеку. Уместно сказать, что философствование свойственно людям как неотъемлемый элемент их сознания. Даже если сам человек и не подозревает об этом, он философствует, когда в мыслях и действиях выходит за пределы конкретных единичных актов и высказывает обобщающие суждения. Любое серьезное интеллектуальное занятие, стремление что-то уяснить и раскрыть смысл требуют обобщающих идей и понятий. И базовым подспорьем здесь служит философствующая мысль, она указывает на «лес за деревьями», на суть за явлениями. В этом плане философия – необходимый атрибут культуры, то есть того, что отличает человеческое бытие от природного.

Нередко встречается ироничное или саркастическое упоминание философии как бесполезного занятия, «напускающего туман» с помощью словесной эквилибристики и лишь запутывающего людей непонятными словесами. Однако как только мысленно, вслух или письменно появляются такого рода порицательные оценки, в своем обобщающем звучании они сами уже являются своего рода философствованием.

Более того, за отрицательным отношением к философии часто кроется интуитивное опасение, что философия на самом деле – это что-то труднопостижимое, требующее особых умственных усилий, к которым критикующий ее индивид может оказаться неспособен, то есть обнаружит свою интеллектуальную несостоятельность. Парадоксальным образом в издевке по адресу философии можно усмотреть прием совладания с ней, когда отношение к труднодоступному явлению строится через его перемаркировку – скажем, обозвать «мутью», «ерундой» или иной уничижительной словесностью, то есть перевести семантически сложное явление в плоскость примитивизирующего объяснения. Но в этом случае также имеет место своего рода философствование, пусть и опрощающее сложноустроенный предмет. То есть можно не понимать или не любить философию, но она все равно обнаруживается в жизни, на разных ее уровнях.

В настоящее время философия продолжает оставаться обязательной дисциплиной высшего образования, согласно ФГОС ВО. Однако в высших учебных заведениях со стороны части студентов, да и со стороны некоторых представителей конкретных наук присутствует отношение к философии как к отвлеченному, не всегда понятному предмету, не очень, может быть, нужному, забирающему время у специальных наук. Характерно такое отношение к философии и для представителей министерств, руководящих высшим образованием и наукой, что проявляется в стремлении изъять философию из состава кандидатских экзаменов и вступительных экзаменов в аспирантуру. С 2005 года «Философия» была заменена в качестве кандидатского экзамена «Историей и философией науки», более ориентированной на специальность аспиранта. В 2016 году вузы получили право не включать философию в состав экзаменов при поступлении в аспирантуру (сдается специальность и иностранный язык). Эта ситуация отвечает идее все большей специализации, ориентации выпускников на потребности рынка труда, профессионализации образования. Вот только не ведет ли это к упрощению образования и погружению в специальные знания в ущерб умению мыслить и рассуждать более обобщенно, принимать существование иных точек зрения?[7] Такая недооценка философии в становлении не просто специалистов, но будущих исследователей представляется несправедливой.

Мыслящий человек не обязан быть философом, но обязан ориентироваться в философских знаниях (учениях, идеях, терминах). Эти знания расширяют кругозор, делают мышление более гибким и самостоятельным. Чем ниже уровень самосознания и примитивнее мышление, тем легче человек поддается на обман, заблуждается, принимает ошибочные решения. Философия – не панацея в таких ситуациях, но она является одним из сильных средств, изобретенных человечеством для решения проблем своего бытия.

Оставим первый и третий из названных модусов философии для отдельного рассмотрения, остановившись на втором модусе – философии как специфическом виде профессиональной умственной деятельности. Чем занимается философия в этом качестве? Точнее, чем занимаются философы[8] (поскольку, как ни банально это звучит, философии без философов не бывает)?

Если сгруппировать разные траектории профессионального философствования, то суммировать их тематику можно следующим образом. Философия формулирует целостное миропонимание, упорядочивает и систематизирует представления о различных фрагментах бытия, подбирает наиболее точное содержание для обобщающих понятий и высказываний, ориентирует научные направления познания на выяснение фундаментальных причин изучаемых процессов и явлений, выявляет так называемые предельные смыслы отношения к миру. Это, конечно, неполный перечень – в трудах по философии и, особенно, в учебных изданиях можно найти куда более подробные, развернутые описания предметной среды и функций философии[9].

Но и сказанного достаточно, чтобы увидеть специфику философии. Эта специфика в том, что философия сама не создает нового знания, но делает возможным получение нового знания в любой области познания, поскольку позволяет найти нестандартный ракурс взгляда на уже известное или на только еще разыскиваемое и открываемое. Это трудная, часто неблагодарная, но благородная миссия философии.

Философия – это рациональная, то есть основанная на деятельности разума, форма сознания. В основе философской рефлексии – отношения субъекта и объекта. В гносеологическом значении субъектом выступает познающий человек, направляющий свою мысль на что-либо, сообразно возникающим потребностям. А объект – это то, что становится предметом познания, на что направлено это познание. Для субъекта философии объектом является мироустройство как целостная сложносоставная структура, связывающая множество элементов материального и идеального характера, включая и самого субъекта, точнее, мир его мыслей.

Не будет ошибкой полагать, что в акте познания любой адресат становится объектом не сам по себе, а в силу какого-либо отношения к нему со стороны познающего субъекта (следуя старой, не раз оспоренной, но не упраздненной философеме «нет объекта без субъекта»). То есть познание измеряется степенью потребности субъекта в объекте или в его отдельных свойствах.

Так и в актах философской рефлексии – природа, общество, индивиды рассматриваются в отношении к ним философствующего субъекта, чей интерес к объектам определяется потребностью в их рациональном обобщающем осмыслении для выработки определенного отношения к миру.

Мир многообразен, и философия имеет дело со множеством его состояний. Отсюда «профилизация» философской рефлексии: философия природы, социальная философия, философия истории, философия культуры, философия морали, философия науки, философия религии, философия искусства, философия права, философия политики и так далее, вплоть до самоосмысления философии через свою собственную историю. Неодномерны и философствующие субъекты, отсюда – многообразие философских направлений, учений, понятий (сейчас рискованно даже простое их перечисление, все равно полностью охватить невозможно, а любая «номинация» может быть оспорена).

Философское отношение человека к мироустройству раскрывается в различных плоскостях, в силу чего происходит дифференциация сфер философских знаний. Наибольшую устойчивость в философской мозаике современности сохраняют онтология, метафизика, гносеология/эпистемология, аксиология. Прочие «разделы философии» маркируются в соответствии с терминологическими вкусами философских авторитетов[10]. Каждый раздел: (а) предполагает теоретические модели осмысления разных граней бытия и мышления (объясняет о предмете, ЧТО это такое) и (б) дает методологический ключ (объясняет, КАК это можно понять).

Претензия философии (а значит, философствующего субъекта) быть метауровнем осмысления всего, мерой всех вещей (по протагоровско-платоновской формуле: «существующих, что они существуют, и несуществующих, что они не существуют») обусловливает основные функции философии. Из множества обычно называемых функций выделим три, как представляется, ключевых.

Во-первых, мировоззренческая функция – логический аппарат философии дает возможность выявлять причинно-следственные связи, устанавливать достоверные (то есть проверяемые и подтверждающиеся) основоположения; эти основоположения составляют теоретическую систему ориентиров для повседневной жизни (так называемую картину мира); выражая картину мира в предельно обобщающих понятиях, философия способствует формированию целостного мировоззрения.

Во-вторых, методологическая функция – философская аналитика мышления вычленяет в ментальной деятельности такие ходы, процедуры, правила (диалектика, феноменологические операции, герменевтика, структурно-функциональный подход и др.), соблюдение которых в формате методологии позволяет устанавливать реальное состояние изучаемых объектов, сообразно достигнутому на данный момент уровню знаний; тем самым открывается перспектива выхода на новый уровень постижения объектов.

В-третьих, гносеологическая функция – философии свойственно дифференцирующее структурирование познания: различение чувственного и рационального, эмпирического и теоретического, осознанного и интуитивного; установление соответствия получаемых знаний действительному состоянию объекта, иными словами, «подводка» к истине.

Поскольку мир как всеобъемлющий объект философии динамичен, то и его осмысление не может быть статичным. Поэтому предметность философских знаний требует постоянного уточнения (отсюда и возникновение все новых направлений философии).

При этом философия, «питая» свою мысль материалом конкретных наук, постоянно выходит за пределы эмпирического содержания предмета (состав, проявления, свойства и пр.), разрабатываемого этими науками. Философия выводит результаты частных научных достижений и открытий в область их мировоззренческого значения.

Сама же философия не является наукой, несмотря на известное определение, согласно которому философия есть «наука о наиболее общих законах развития природы, общества и мышления». Она не основывается на эмпирическом базисе в той же мере, как конкретные науки; философия в историческом своем развитии плюралистична, в ней велика роль авторской субъективности. В образовательной практике в настоящее время философия, являясь обязательным предметом в высшей школе, нередко воспринимается студентами как одна из преподаваемых им наук, в которой есть набор устоявшихся истин. Для объяснения студентам того, что ее статус образовательной дисциплины не ведет к пониманию ее как науки, предлагается, например, различать философию в ее сущности как форму духовной культуры и философию как учебный предмет и гуманитарную науку об этой форме духовной культуры[11].

Философия не есть удел высоколобых теоретиков, увлеченных непонятными штудиями. Поскольку она обращена к жизни, то сама и оказывается частью этой жизни. Философ – нормальный человек, которому свойственны такие же житейские проявления, что и всем остальным[12]. Если что его и отличает, так это постоянное стремление своей мыслью выходить за рамки обыденности в поисках доступных разуму обобщающих смыслов.

Философия утрачивает свои сущностные качества, когда превращается из свободной деятельности мысли в идеологическую конструкцию, провозглашающую монополию одного учения. Мир как объект философского отношения неисчерпаем, да и философская мысль не кончается какой-то раз и навсегда установленной картиной этого мира. Поэтому философия не содержит окончательных выводов, всегда критически настроена, будит мысль, заставляя ее проникать в глубины бытия.

История философии как философия

О. И. Ставцева

Когда говорят о философии, то вспоминают прежде всего философов – Сократа и Ф. Ницше, И. Канта и Г. В. Ф. Гегеля, А. Камю и А. Н. Уайтхеда. Этот набор может быть разным в зависимости от обстоятельств, времени и места и, особенно, в зависимости от предпочтений говорящего и от целей его высказывания. Личностная определенность знания, отпечаток создателя знания на самом знании роднит философию с искусством. Не может быть философских суждений вообще, ничьих, как не может быть ничьих картин или музыкальных произведений. В гуманистическом пафосе всегда декларируется, что философия – авторское знание, оно создано личностью, иногда даже выстрадано ею. Но критический метод нашептывает, что мышление любого человека определено проблемами и языком своего времени. Ученый и философ детерминированы теми проблемами, которые достались полю исследования от предшествующих поколений. Такое пересечение свободы и необходимости, личностного и всеобщего порождает специфику философского, а шире – гуманитарного знания, имеющего ценность не с прагматической точки зрения, а в мировоззренческом плане, поскольку помогает человеку понять, осознать самого себя. Хорошо это формулирует М. Хайдеггер, когда пишет: «Философия – противоположность всякой успокоенности и обеспеченности. Она воронка, в середину которой затягивает человека, чтобы только так он без фантазирования смог понять собственное присутствие»[13].

Философия понимается нами как попытка объяснить мир, не обращаясь к мифу. Философское мышление основано на рефлексии, анализе, логике и потому лежит в основе научного метода. Философия, развиваясь от мифа к логосу, отделяется от мифа, превосходит его. Миф для философии – объект критики, но миф остается важной структурной частью религии, искусства, идеологии. Под мифом мы понимаем нерефлексивное чувственно-образное постижение мира.

Философия движима желанием человека понять мир и самого себя. «Философия – такое вопрошание, которое ставит под вопрос и самого спрашивающего» – так верно суть философии определяет Хайдеггер[14]. Такое занятие приводит к познанию не столько мира, сколько самого себя и прояснению своих экзистенциальных, культурных, социальных условий. Философия связана с самостоянием человека, как формулирует Хайдеггер, или с Просвещением, как формулирует Кант.

По Канту, «Просвещение – это выход человека из состояния несовершеннолетия… Несовершеннолетие есть неспособность пользоваться своим рассудком без руководства со стороны кого-либо другого»[15]. М. Фуко, комментируя Канта, определяет Просвещение как «постоянно возобновляющуюся активизацию установки, которая состоит в постоянной критике нашего исторического бытия»[16]. Эта критика и пересмотр собственных позиций позволяет человеку не только находить себя на фоне мира, но и постоянно менять себя и изменять мир. Особенно важно это оказывается во времена социальных изменений.

Философия, понимаемая как установка на просвещение личности, способствует тому, что человек осознает свое существование, обретает ясность относительно своих целей, что и делает его «совершеннолетним». Понимание философии как просвещения личности является возвращением к античному (платоновскому) определению философии как способа существования, пронизанного идеей мудрости, с сохранением одновременно и трагических, и иронических смыслов этого понимания. Иронический смысл идеи мудрости связан с осознанием собственного незнания как предпосылки движения к ней, трагический – в представлении о ее божественной недостижимости. Философия как стремление к мудрости, описанное Платоном в диалоге «Пир», определяется негативно – через то, чего она лишена (в данном случае мудрости), поскольку нельзя стремиться к тому, что имеешь. Эта негативность, перенесенная из пространства античной культуры, так или иначе связанной с сакральным, в координаты культуры модерна, затрудняет задачу, т. к. связана с осознанием того, что за тебя это движение к мудрости или «совершеннолетию, пользованию собственным рассудком самостоятельно» не сделает никто, и это движение будет неоднократным, бесконечным. Фуко пишет, что работа свободы, как постоянная критика собственных пределов, никогда не может быть завершена. Успех или завершение процесса не свойственны этому пути. Философствование представляет собой путь к мудрости, который не может быть завершен.