Не быть одному. Метод формирования круга людей, на которых можно всегда опереться

МЫ НЕ ДОЛЖНЫ БЫТЬ ТАКИМИ ОДИНОКИМИ

На прошлой неделе у меня был приступ паники. Полноценный приступ паники, не могу перевести дыхание, лежу на полу в своем шкафу. Такого у меня не было уже лет десять.

Я пишу эти слова, когда остальная часть этой книги почти закончена. И все же я хочу быть честным с вами: это моя реальность сегодня, после того как я потратил пару лет своей жизни на то, чтобы жить, писать, исследовать и думать о том, что, очевидно, по крайней мере трое из пяти из нас чувствуют ежедневно: Одиночество.

Я думаю, вы здесь потому, что тоже чувствуете это. Это тонущее чувство, что вас никто не видит, вас никто не знает, и вы в одиночку справляетесь с любыми трудностями, которые подбрасывает вам жизнь.

Я понял. Но я убежден, что в основе этого чувства лежит большая и жирная ложь – ложь, которая грозит затянуть нас с вами в темное место, если мы не научимся сопротивляться. Пример тому – мой недавний приступ паники. Это нарастало в течение нескольких недель.

Я затаился, чтобы отредактировать эту книгу, и когда я наконец вышел.

Я поссорилась с одной из своих сестер. Мы не виделись несколько месяцев, и обе были очень заняты. Но мои сестры – две мои самые близкие подруги.

Мой муж был раздосадован тем, что я была настолько оторван от жизни, ведь даже когда я не работал над книгой, я отвлекалась на миллион дел, которые отошли на второй план.

Я понял, что мои люди и без меня строили совместные воспоминания и делились опытом. Прошло столько времени с тех пор, как я был доступен для общения, что они наконец перестали звонить. В моем воображении они пошли дальше, а я остался один на один с собой.

Все это произошло одновременно, вместе с сокрушительной уверенностью: пока я писал книгу о поиске своих людей, я потерял всех своих.

Конфликт, изоляция и страх продолжались неделями. И они продолжали расти. Я постоянно думал об этом. Затем, после того как очередной человек разочаровался во мне, я оказался один на полу в шкафу, не в силах перевести дыхание. Ложь, от которой я задыхался? Я совсем один.

Той же ночью мне приснился яркий кошмар, в котором сбылись мои худшие опасения. Мои люди не просто уходили от меня, они сплетничали обо мне, наносили мне удары в спину, а я выпустил в свет книгу о том, как мы все были близки.

Драма, я знаю. Представляю, как вам сейчас интересно, какой помощи вы можете ожидать от человека, который недавно расплавился из-за этой самой темы. Зачем же говорить об этом?

Потому что на каком-то глубоком уровне одиночество – это страх, который мы все разделяем.

Может быть, вы испытываете одиночество прямо сейчас? Может быть, у вас были люди, но они вас бросили? А может быть, у вас никогда не было своих людей?

А может быть, они у вас есть, но даже когда вы с ними, вы чувствуете себя далеким и незаметным?

Мы не просто хотим, чтобы нас увидели, мы хотим рассказать другу или любимому человеку о своих разочарованиях и надеждах, а также найти утешение.

Мы хотим, чтобы нас заметили и утешили, и хотим быть в безопасности. Но мы не всегда в безопасности.

Мы не всегда получаем утешение, и может показаться, что нас даже не видят.

Иногда это просто мимолетная мысль. Вы засыпаете, беспокоясь о своем будущем, и тут в ваш разум прокрадывается этот шепот: Никто даже не подозревает, через что мне приходится проходить.

Иногда это более глубокая реальность: жизнь была настолько хаотичной и стрессовой в течение многих лет, что вы случайно не инвестировали в свои отношения, и когда вы поднимаете голову, ваших людей уже нет.

Это глубокое, затаенное в глубине души чувство изоляции.

Это вопрос о том, действительно ли вас знают, видят, принимают, даже лелеют, например, когда:

Вы не знаете, кому позвонить, чтобы вас встретили в аэропорту.

Вам есть что праздновать или горевать, но не с кем праздновать или горевать.

У вас есть идея, которую вы хотите обмозговать, но не можете найти никого, кому было бы интересно помечтать вместе с вами.

Вы столкнулись с трудной ситуацией на работе, но не можете вспомнить никого, с кем можно было бы обсудить ее.

Большинство ваших друзей уже женаты и обзавелись детьми, а вы даже не встречаетесь.

Ваши дети выросли, а вы одиноки и проводите большую часть времени в одиночестве.

Вы разговариваете с человеком, которого считали хорошим другом, но понимаете, что у вас совершенно разные взгляды на важные вопросы.

Ваша семья разбита и нездорова, в то время как, казалось бы, все остальные с радостью едут домой, чтобы увидеть свои (нормальные, счастливые, хорошо устроенные) семьи на Рождество.

Эти сцены поражают тихой болью, о которой я говорю. Это просто неизбежная реальность человеческого существования, верно? Разве это не то, с чем мы все сталкиваемся? Или это только у меня? Или это только у вас?

Задумывались ли вы когда-нибудь об этом? Может быть, вы единственный человек, который чувствует себя так одиноко? Между прочим, это не так. Вы не одиноки в своем одиночестве.

На следующее утро после того яркого кошмара я проснулся и увидел все с кристальной ясностью: Я верю в ложь о том, что мне суждено быть одной, и, веря в эту ложь, я превращаю ее в реальность, потому что отстраняюсь и осуждаю тех, кого люблю, ограждаюсь от них, как от врагов.

Было еще рано, но даже когда я размышляла об этом, позвонил один из моих близких друзей. Вместо того чтобы отправить звонок на голосовую почту и накрыться с головой одеялом, я подумала: "Это мой шанс дать отпор".

Когда я ответил, Линдси сказала, что звонит, чтобы узнать, как дела. Я сказал: "Мне нужно ввести вас в курс дела".

Теперь у меня не было шансов снова скрыться. У меня есть такие друзья, которые не оставят меня в покое, пока я им все не расскажу. В тот вечер мы собрались вместе, и я рассказала им о неуверенности в себе, которая нарастала в течение нескольких недель, о кошмаре, о страхе оказаться мошенницей, даже о панической атаке и сложностях в отношениях с семьей.

Они окутали меня любовью, молились и боролись за меня. Когда Линдси высаживала меня, она улыбнулась и сказал: "Дженни, я никогда не чувствовал себя таким близким к тебе".

Затем я позвонил сестре и предложил встретиться. За ужином я заглянула ей в глаза и рассказала о своей обиде, а она – о своей, и мы посмеялись над тем, как сильно мы обе запутались. В итоге мы провели вместе целый день, рассказывая обо всем, что происходит в нашей жизни.

Один за другим я приходил к своим людям и делал именно то, что раньше боялся сделать: Я открыто признал, что я нуждались в них.

Я боролся с ложью, которая угрожала мне гибелью. Я не одинок. Я не мошенник. У меня есть люди.

Возможно, вы сейчас верите в ложь, что вы одиноки. Но что, если люди, которые вам нужны, находятся прямо за углом?

Подойдите ближе и позвольте мне рассказать вам о моих надеждах, которые я возлагаю на нас здесь. Я хочу, чтобы мы обменяли одинокие и изолированные жизни, в которых наблюдаются короткие всплески единения, на тесно связанные жизни, которые знают только короткие интервалы ощущения одиночества.

Думаете, я сумасшедшая? Я здесь, чтобы сказать вам, что это не так.

У меня могут быть кратковременные неудачи, когда ложь о том, что я одинок, закрадывается снова, но я научился не задерживаться на этом. И признавая, что иногда я чувствую себя одинокой, переживая и честно делясь этим, я обнаружила, что это привлекает людей – потому что теперь вы знаете, что вы не одиноки в своем одиночестве!

Связь, о которой мы с вами мечтаем? Я сам убедился, что это возможно. И как только я увидел это, я уже не мог этого не видеть. Я не мог не бороться за такую жизнь. Ты тоже будешь за это бороться, обещаю.

Вы увидите и не сможете не увидеть. Борись с ложью вместе со мной. Давайте найдем ваш народ.

ЕСТЬ ДРУГОЙ СПОСОБ

Верите ли вы в то, что созданы для настоящих отношений? Даже если вы интроверт, все мы физически, эмоционально и духовно настроены Богом на отношения. С момента вашего рождения и до последнего вздоха глубокая, подлинная связь – это то, чего больше всего жаждет ваша душа. Не просто как случайный опыт, а как реальность, вплетенная в каждый день вашей жизни.

Но чтобы получить доступ к этой реальности, вам придется кое-что изменить. Потому что что-то в корне не так с тем, как мы строили свою жизнь.

Вечера и выходные мы проводим в своих маленьких квартирах с семьей, соседями или в одиночестве, уставившись в свои маленькие экраны. Мы готовим ужин только для себя и никогда не хотим беспокоить соседей по поводу чего-либо. Мы заполняем маленькую щель под названием дом всем, что нам может понадобиться, держим двери на замке и чувствуем себя в безопасности. Но мы полностью отрезали себя от людей за пределами нашего маленького самозащитного мирка. Мы можем чувствовать себя комфортно, безопасно, независимо и развлекаться. Но при этом мы чувствуем себя совершенно удрученными.

Почти все мы живем таким образом, и все же это не работает ни для кого из нас. Как я уже упоминал, согласно исследованиям, более трех из пяти американцев говорят о том, что они хронически одиноки, и это число "растет". Тревога, депрессия, суицидальные мысли – все это растет. Ученые теперь предупреждают, что одиночество хуже для нашего здоровья, чем ожирение, курение, отсутствие доступа к медицинскому обслуживанию и гиподинамия.

Так почему же мы позволяем ему определять наши дни?

Разве это жизнь? Разве так должна проходить жизнь?

Позвольте мне перейти к ответу: Нет. Так не должно быть! Знаете, для чего вы были созданы?

Долгие, содержательные беседы с людьми, которые знают вас много лет и готовы пожертвовать свою почку, если бы она вам понадобилась.

Люди, которые приходят с пиццей и бумажными тарелками без предупреждения, потому что соскучились по вам и не боятся навязываться.

Регулярное незапланированное и неспешное время с людьми, которые чувствуют себя семьей, даже если таковой не являются. С теми, кто кричит от радости, когда вы делитесь потрясающими новостями, и плачет вместе с вами, когда вам тяжело.

Люди, которые приходят раньше, чтобы помочь вам готовить, и задерживаются, чтобы убрать.

Люди, которые причиняют вам боль и которым вы причиняете боль, но которые предпочитают преодолевать ее вместе с вами, а не бросать друг друга.

Люди, которые живут рядом с вами, выполняют миссию, бросают вам вызов и делают вас лучше.

Люди, которые знают, что они – ваш народ, а вы – их. Люди, которые принадлежат друг другу.

Это книга о том, как найти своих людей – тех, с кем мы будем жить изо дня в день, тех, кого мы рискнем узнать в полной мере, тех, кому мы будем рады доставить неудобства, тех, кого мы выберем, чтобы любить.

Да, я знаю, как сложно и утомительно заводить друзей во взрослом возрасте. Почему никто не научил нас этому? Неужели это должно быть так сложно? Что мы упускаем?

Я начинаю это путешествие с того, что вы знаете две вещи:

Люди составляют лучшую часть жизни.

Люди составляют самую болезненную часть жизни.

И я предполагаю, что вы взяли в руки эту книгу, имея в голове одну из этих двух истин. Так что, если вы пришли с надеждами, страхами или и с тем, и с другим, ничего страшного. Я подозреваю, что если вы действительно пройдете со мной весь путь, некоторые из ваших страхов могут стать реальностью. Но я также верю, что ваши надежды будут превзойдены.

Можно жить, будучи тесно связанным с другими людьми.

Но подключение стоит определенных денег, причем больше, чем многие готовы заплатить.

Если вы решите присоединиться ко мне в этом приключении по созданию аутентичного сообщества, я обещаю, что то, что вы получите в результате, более чем того стоит, но это потребует от вас пересмотреть почти все в вашей сегодняшней жизни. А именно:

Ваш ежедневный и еженедельный распорядок дня.

Как вы покупаете продукты.

Новый район, который вы рассматриваете.

Живете ли вы рядом с семьей или нет.

Церковь, частью которой вы решили стать.

Чем заняться в выходные.

И еще глубже: насколько открыто вы решили рассказать о своем непростом браке.

Все, о чем я буду просить вас в нашем совместном путешествии, потребует от вас рискнуть своим комфортом и привычным укладом. И в то же время все в вашей жизни жаждет перемен, к которым я вас приглашаю. Потому что я убежден, что мы все делали неправильно.

Ожидание соединения

Я до сих пор помню тот день, когда мне пришла в голову мысль, что у меня нет друзей. Поясню: у меня было много друзей, но у нас с ними была очень насыщенная жизнь, а значит, наше общение было нерегулярным и редким. В то время я была по горло занята воспитанием маленьких детей, а также много путешествовала, выступала и проводила мероприятия с IF:Gathering, организацией служения, которую я возглавляю. И если в дороге у меня было много живительного общения с другими женщинами, то возвращение домой часто было сопряжено со стрессом. Понял ли кто-нибудь из моих "друзей", что меня не было? Знали ли они, что я вернулась?

Конечно, это была не вина моих друзей. У них были свои обязанности, обязательства, отношения и работа. На самом деле они, скорее всего, задавали те же вопросы обо мне: "Знает ли Дженни, что происходит в моей жизни? А может, ей вообще все равно?"

Разве это не знакомо? Мы все как бы ждем, когда связь сама найдет нас. Мы ждем, что кто-то другой проявит инициативу. Кто-то другой будет рядом с нами. Кто-то другой разработает планы или задаст идеально продуманный вопрос, который поможет нам обнажить душу.

Вот что мы делаем: Мы проводим часы в одиночестве в нашем переполненном, шумном, освещенном экранами мире, уделяем лишь единичное время знакомым, а затем ожидаем, что близкие друзья сами собой появятся в нашей насыщенной жизни. Мы думаем, что наши знакомства должны просто волшебным образом породить от двух до пяти лучших друзей. Тогда, полагаем мы, наши потребности в отношениях будут удовлетворены.

Но сообщество – это нечто большее, чем два или три друга. Община должна стать образом нашей жизни. Исторически и практически люди во всех странах и поколениях находили своих друзей в своей большой деревне, состоящей из взаимосвязанных людей.

Я тут изучал этот вопрос, и вот что я узнал: есть научные исследования, которые показывают, сколько отношений мы можем поддерживать и как мы социально взаимодействуем с людьми. По сути, мы можем работать с сетью, состоящей всего из 150 человек. Подумайте о своем рождественском списке. Люди, с которыми вы общаетесь хотя бы раз или два в год. Гораздо больше – и он разваливается!

Внутри этих 150 слоев дружбы, которые углубляются в зависимости от того, сколько времени вы проводите с человеком и насколько глубоки ваши отношения с ним. Исследования показывают, что мы можем общаться только с пятьюдесятью людьми, которых мы назовем нашими знакомыми. Среди этих пятидесяти человек есть пятнадцать человек, которые живут в нашей деревне. И в пределах нашей деревни мы способны сделать пятерых из них своими лучшими друзьями. Вы правильно прочитали. Только пять!

У экстравертов, возможно, немного больше возможностей, чем у пяти, но вы поняли, о чем идет речь.

От того, сколько времени вы проводите с человеком лицом к лицу, зависит, какое место он займет в вашем кругу друзей. А что толкает людей глубже в наш внутренний круг друзей? Количество времени, которое мы проводим с ними. Время это наш лучший актив, когда речь идет о создании глубокого сообщества.

Поэтому, когда мы начнем, я хочу, чтобы вы открыли свой разум для чего-то большего, чем горстка друзей, которую вы представляли себе как свою цель. Моя мечта для вас, Божий план для вас – построить культуру сообщества в каждой части вашей жизни.

Мой друг Курт, эксперт по нейрореляциям, сказал об этом следующим образом: "Каждый новорожденный приходит в этот мир в поисках того, кто ищет его" И это никогда не перестанет быть правдой. Мы с тобой оба немного нуждаемся. На самом деле, Бог создал нас именно такими.

И все же трудно нуждаться в людях. Нет, это страшно – нуждаться в людях, потому что иногда, когда мы признаем свою нужду, нам кажется, что нет никого, кто захотел бы ответить на наш звонок посреди неразберихи. Или, по крайней мере, я так считаю в данный момент.

Моя подруга, о которой я уже упоминала, Линдси, из тех, кто звонит мне по телефону, а не пишет смс, заходит без предупреждения, а не спрашивает сначала, и появляется, чтобы вытащить меня из халата, даже когда я говорю, что хочу побыть одна.

И она звонит мне в самый разгар слез, когда ей больно, когда она сыра и все еще не понимает, почему ей так грустно. Она впускает меня в самые трудные моменты, потому что знает, что страдания в одиночестве только усугубляют страдания.

Когда я плачу, я выплескиваю все из себя, а потом, возможно, звоню другу на следующий день, после того как вымою лицо и проанализирую ситуацию, после того как буду полностью готова к тому, чтобы придать проблеме оптимизма и украсить ее небрежным, кривым бантом. Потому что я ненавижу то, насколько я нуждаюсь в помощи. Мне стыдно за свою разбитость, и, возможно, в глубине души я задаюсь вопросом, захочет ли кто-нибудь вообще оказаться со мной в центре этого плача.

Это иронично, потому что, когда Линдси звонит мне, плача, для меня нет ничего важнее. Этот звонок заставляет меня чувствовать себя нужной, а кто не хочет, чтобы кто-то нуждался в нем? Так почему же я продолжаю притворяться, что моя собственная нужда не существует?

Разумеется, я пишу эту книгу не потому, что являюсь экспертом. Я пишу ее потому, что такое подлинное сообщество необходимо для жизни, но мы превратили его в аксессуар.

Мы заменили навязчивые, настоящие разговоры светской болтовней, а душевную, глубокую, связанную жизнь – смсками и совместными ночными прогулками время от времени, потому что поверхностные вещи кажутся более управляемыми и менее рискованными. Но давайте посмотрим правде в глаза: независимо от того, живем ли мы одиноко или глубоко связаны друг с другом, жизнь беспорядочна. Магия самых лучших отношений – это беспорядок, беспорядок, когда мы сидим вместе на полу в ванной, обнимаемся и рыдаем.

Но, как я уже сказал, я не умею быть нужным. Я нуждаюсь, просто не умею в этом признаваться. И это постоянно портит мои отношения.

Моя склонность скрывать свою нуждаемость – болезненная тема для меня. И так было всегда. Я причинял людям боль. Они причинили мне боль.

Я подвел своих друзей. Некоторые простили меня, а некоторые ушли. Я уверена, что если бы они знали, что я пишу эту книгу, некоторые из них покачали бы головой и закатили глаза. Дженни? Книга о близости, дружбе и проявлять заботу друг о друге в течение долгого времени? Хм…

Те, кто закатывает глаза, правы. Несмотря на то, что я делаю это лучше, чем раньше, в этой области я далека от совершенства. И все же я собираюсь продолжать работать над этим. Потому что чем больше я вникаю в причины нашей нужды и проблемы нашего одиночества, тем больше убеждаюсь, что в своей основе мы созданы для того, чтобы нас полностью знали и полностью любили. Нас любят и знают регулярно и на протяжении долгого времени члены семьи, близкие друзья, наставники, коллеги по работе. Бог создал нас для того, чтобы глубокая связь была частью нашей повседневной жизни, а не только время от времени в присутствии платного психотерапевта.

Почти в каждом поколении с начала сотворения мира люди жили небольшими общинами, вместе охотились, вместе готовили, вместе заботились о детях. Никаких замков, никаких дверей. Они вместе разжигали костры на открытом воздухе и совершали долгие походы за водой, делая все возможное, чтобы выжить день за днем. Люди редко оставались одни. Они жили сообща, в общих помещениях, с представителями разных поколений, используя таланты друг друга, делясь ресурсами друг с другом, зная дела друг друга, заботясь о членах семьи друг друга, отчитываясь друг за друга и прикрывая друг друга – не только чтобы выжить, но и в попытке жить более полноценно… вместе.

И знаете что? Большая часть мира до сих пор живет именно так. Возможно, охота превратилась в общественные сады и местные пабы, но большинство людей, когда-либо живших на планете Земля, всю жизнь жили в тесном кругу из нескольких десятков человек, почти всегда включая свою семью, но также и других, в радиусе едва ли двадцати миль.

Есть одна основополагающая причина, по которой наше поколение побило все рекорды, когда речь заходит о том, насколько одинокими мы все себя чувствуем.

Позвольте мне четко сказать, что сокрушение и грех процветают на протяжении всей истории и во всех культурах. И одиночество тоже. Наша надежда в этом путешествии заключается не в том, чтобы воссоздать что-то старое и сломанное, а в том, чтобы учиться у людей, которые подходили к этому жизненно важному аспекту жизни гораздо более здоровыми способами, чем мы. Да, нам нужна надежда, которая выходит за рамки земных отношений и связей. Именно в этом заключается смысл Евангелия. Но нам, как одной из первых групп людей на земле, живущих столь индивидуалистично, есть чему поучиться у тех, кто выбрал связь вместо изоляции.

У нас там есть семья. У кого-то семья в Оклахоме, а у нас – в Италии. Мило, правда? Несколько лет назад мы с Заком сняли дешевый мотель, погрузили себя, наших четверых детей и кучу багажа в огромный самолет, чтобы провести неделю в маленькой нетуристической деревушке в центре Италии, чтобы впервые встретиться с этой семьей.

Однажды днем мы с мужем зашли в продуктовый магазин на углу, чтобы купить ингредиенты для ужина, который мы собирались приготовить тем же вечером. Мы не могли не заметить четырех мужчин, которые курили и вели глубокую беседу за прилавком – такую беседу, которая, казалось, могла бы происходить каждый день. Один из них, как мы узнали, был хозяином, и он, вместе с тремя другими, казалось, решал все мировые проблемы. Наш вход прервал их беседу, и один из мужчин рефлекторно повернул голову в нашу сторону, что выглядело почти сердито. "Кто вы?!" – спросил он.

Я рассмеялась. Он не был невежлив, просто удивился, увидев незнакомцев в своем уголке мира. Я заметил, что почти все люди на рынке теперь смотрят на нас. Очевидно, мы лопнули пузырь какого-то невидимого инсайдера. Дело в том, что это был крошечный городок. Я не знаю точно, сколько жителей в нем проживало, но сколько бы их ни было, все они знали друг друга. И все они знали, что здесь появились незнакомцы.

В тот день мы хорошо пообщались с несколькими людьми на рынке, а парень из "Кто есть кто" даже указал на итальянское печенье, которое, по его мнению, понравится моим американским детям.

В тот вечер, пока мы с Заком готовили ужин, я размышляла о том, как мне удалось проникнуться атмосферой города. "Можете ли вы представить себе жизнь в месте, где все жители знают вас, а вы их? И где ты можешь пешком дойти до продуктового магазина? И где тебе приходится ходить в магазин хотя бы раз в два дня, потому что на рынке – не говоря уже о том, что это единственный рынок в городе – продаются в основном свежие продукты? И где этот поход за продуктами будет занимать у вас два часа или больше, потому что вы неизбежно столкнетесь с одним, двумя или двадцатью пятью людьми, которые будут задавать вам те содержательные вопросы, которые люди задают, когда они не незнакомцы и даже не знакомые, а обычные друзья?"

Включите песню из сериала "Чирс", если вы достаточно стары, чтобы помнить ее.

Почему бы нам не жить где-нибудь в деревне, думал я, где все знают наши имена? Где все были бы рады нашему приезду? Я начал думать о том, где мы жили и как мы жили, и о том, может ли такая простая вещь, как отсутствие местного магазина, объяснить, почему я чувствовал себя таким одиноким в разросшемся Остине, где мы жили в то время и где большинство моих близких друзей жили в сорока пяти минутах езды в пробках.

А еще есть Уганда. Несколько лет назад я ездил туда с группой людей, которые хотели рассказать истории беженцев из Южного Судана, бежавших на фермерские земли северной Уганды. Эти беженцы не только жили вместе, но и работали вместе. Мы узнали, что они также вместе ходили в церковь и что многие из их детей, если их спонсировали, ходили в школу вместе.

Наша маленькая группа подошла к хижине, где уже шла церковная служба, и энергия поклонения привлекла нас. Люди пели, скандировали и смеялись. Смеялись от души. Смех, который говорил всему миру: "Принеси это". Они могут вынести все, что преподнесет им жизнь. Они преодолеют.

Руки были подняты и раскачивались. Младенцы подпрыгивали на спинах женщин и девушек. Ноги скользили и топали. Все вокруг пульсировало кинетической энергией, как будто все пятьдесят или шестьдесят человек в комнате слились в единое целое.