Герои не носят плащи (*70 иллюстраций)

Глава 1 – Весна пришла

Едва пришла весна, как Стёпка Рябов понял, что пора что-то менять. Всё-таки весна – время обновлений. Природа оживает: лужи появились, снег начал таять.

Тогда мальчик шести лет от роду первым делом решил сменить гардероб. За все прожитые с родителями дни даже он понимал немало в одежде. Когда тепло – люди носят шорты и майки. Зато шапки, шубы и куртки засовывают подальше на антресоли и по шкафам распихивают. Их доставать надо, когда холодов ожидают.

«А какие холода, когда лето на носу»? – подумал Рябов.

Тут же собрав в один пакет все тёплые штаны, подштанники, кофты, свитера и шарф с перчатками, которые нашёл в комнате, Стёпка задвинул это дело под кровать, а из шкафа шорты достал и майку с улыбающимся колобком. И в гардеробе примерять новые образа начал.

«Жаль, с зимними ботинками и курткой так легко и просто не выходит», – подумал мальчик: «Они в коридоре все. А по коридору бабушка и мама туда-сюда ходят. Кто их знает, готовы ли они к весенним обновлениям? Или только через пару деньков только догадаются, что тепло идёт? Но если подштанники больше носить не нужно, то дело в шляпе».

Шляпу Стёпка тоже пытался найти в гардеробе, но нашёл только кепку. Похоже, ковбойскую шляпу кузен Стивен забрал с собой в Лондон.

– А чем это ты занимаешься? – очнулся на док-станции робот.

Получив свой заряд на максимум после того как всю ночь разряжался. Теперь бродя из угла в угол, Кузьмич думал на тему: «почему люди не летают как птицы? Ведь могут! Ракеты же построили. Почему бы и крылья каждому не сделать? Пригодится»!

– К весне готовлюсь! – объяснил Стёпка. – Ты пока спал, на улице уже лужи таять начали.

– Так меня всего три часа с утра не было, – уточнил Кузьмич, который привык всё в мире фиксировать. От уровня шума лапок Тимки по паркету до аппетита чавкающей собаки-лабрадора.

– К обеду как раз и распогодилось, потеплело. Даже Корку разморило на солнышке, – ответил Стёпка и тут оба посмотрели на собаку, которая валялась на полу, греясь в луче света, и даже порой дёргала лапкой, как будто ехала на мотоцикле и скорости переключала.

– И что? – удивился робот, так как потеплело пока только до нуля градусов. – Несомненный переход от отрицательных температур к положительным, но пока даже роботы на улице ночевать не решились бы!

Поэтому его зарядку на балкон никто и не переносит. В комнате стоит, где отопление от батарей работает. Потому и тепло и людям, и роботам.

– Как что? Весна приходит, а я без шорт! – возмутился Стёпка и снова зарылся в шкафу в поисках хотя бы солнцезащитных очков. – А ещё крем для загара пригодится и сланцы.

Кузьмич и рад бы подсказать любимому человеку, как люди весной одеваются и тем более – летом. Но увы, его летом только спроектировали, а запустили осенью. Поэтому опыта насчёт всего цикла температур в мире у него пока не было, и весну только предстояло изучить.

Но металлический друг тут же поддержал идею и спросил у своего человека:

– А роботам можно носить шорты?

– Конечно! – повеселел Стёпка. – Кто ж вам запретит? Вы же скоро и так всю работу в мире делать будете, пока мы загораем на солнце.

– Но у нас же будут перерывы? – тут же уточнил Кузьмич, который и сам был не против получить заражающееся устройство, которое могло бы ловить солнце и тем самым заряжать его дополнительно.

А то стоит у розетки как привязанный постоянно. Никакого прогресса. Хоть революцию устраивай.

– Насчёт тебя я точно договорюсь, – успокоил робота мальчик и Кузьмич тут же передумал насчёт революции.

Приятно, когда о тебе заботятся. А с правильным человеком можно и в шортах походить. Удобно поверх краски на корпусе, не выгорает. В шарфе же всю зиму проходил и ничего.

Даже роботам порой приятно гардероб обновлять.

Глава 2 – Чайку не желаете?

Стёпка и робот напялили шорты, майки и встали друг напротив друга, довольные тем, что скоро придёт тепло в город, а они первые подготовились.

– На календаре всё-таки уже первое марта, – отметил этот факт робот. – А люди весну не просто для галочки придумали.

– А тебе разве не тепло? – спросил мальчик Кузьмича, поправив резинку шорт и приготовившись загорать.

Но в квартире с этим были определённые проблемы. Солнца едва на спящую на полу собаку хватало. И котика на подоконнике.

Тимка дремал прямо между денежным деревом и алоэ и даже не думал за кем-то гнаться во сне.

Люди ему всё сами принесут.

– Тепло, – ответил робот, измерив температуру окружающей среды. –Датчик показывает двадцать пять градусов по Цельсию… А тебе тепло?

– Да как-то не понятно, – признался Рябов-младший, понятия не имея, кто такой этот Цельсий. Но раз все на него ссылались от бабушки до робота, значит человек солидный. – Надо проверить!

– А как проверять будем? – уточнил тут же робот.

– На сравнениях! – нашёлся Стёпка, пришёл в спальню и во всю распахнул дверь на балкон.

С балкона тут же повеяло холодом по ногам.

– Ух! Чую тепло где-то там от нас и прячется! – заявил мальчик и выбежал на холод.

Кузьмич тут же последовал за ним. Но оба очень скоро вернулись. И снова закрыв дверь на балкон, принялись растираться и топтаться на месте, чтобы быстрее согреться.

– Ух! Ну и дубак, – поделился своим впечатлениями мальчик в летних шортах.

– Там определённо около нуля Градусов по Цельсию, – зафиксировал показания запотевшего датчика робот. – А на улице и того холоднее. Знаешь, что я думаю, Стёпка? Кажется, для шорт ещё не пришло время.

Рябов только зябко передёрнул плечами и ушёл на кухню, где за столом сидел дед, а перед ним кружка.

– Чего делаешь, Степан Матвеевич? – тут же спросил Андрей Егорович по-взрослому.

– Закаляюсь, – признался Стёпка, не желая избавляться от шорт в календарную весну.

– Дело хорошее, – кивнул дед и тут же предложил. – Чайку не желаешь? Замёрз, поди?

От горячего чая после первой встречи с долгожданной весной внук, конечно, не отказался. Всё-таки варенье рядом стояло клубничное. А вот с весной всё и так понятно. Запаздывает.

«Надо только немного подождать, пока настоящая весна догонит календарную, тогда и носи шорты сколько влезет», – понял мальчик.

Попивая чай, слушая деда и робота, Рябов-младший теперь точно знал, что встречать первое весеннее тепло лучше в хорошо отапливаемой квартире. А зимние вещи он рано убрал.

«Надо будет обратно всё достать, а то гулять не пустят», – пришла на ум ещё одна хорошая идея.

– А закаляться лучше в душе, – поделился наблюдением дед, отложив газету. – Включил тёплую воду, разогрелся. Потом – бац! И холодную резко включил. Перетерпел. А потом снова тёплую включай. И хорошо тебе, и организму полезно. Считай, закалился.

Мальчик совету внял сразу. У взрослых всё-таки больше опыта. Пожили. Знают.

Придётся попробовать.

Глава 3 – Домашняя закалка

Чтобы не откладывать в долгий ящик дело с закаливанием, Стёпка оставил деда на кухне, а сам пошёл в ванную.

Верный робот последовал за ним.

– Кузьмич, – обратился к нему мальчик, едва они закрыли дверь. – Будем делать так. Пока мне тепло, сразу включишь холодную. А как станет холодно, горячую включай, не медли. Потом снова холодную, чтобы меня не ошпарило, но и про горячую не забывай. Холодно будет всё-таки! Так и включай туда-сюда, пока не закалюсь.

– А теплую когда включать? – уточнил робот и подключившись к домашней сети, объяснил. – Комфортной для человека водой считает та, что находится в пределах 37-38 градусов по Цельсию.

Мальчик уже разделся до трусов, залез в ванную, задёрнул шторку и прикрыв глаза, ответил:

– Не, комфортная нам не нужна. Нам нужна прохладненькая. Для закалки. Как на море.

– Это какая?

– Это едва тёпленькая, – объяснил, как мог Рябов. – Тогда дело пойдёт. Тогда я так закалюсь, что в шортах в январе смогу гулять. Вот мама тогда на тёплых вещах на мне экономить будет!

Озадаченный робот посмотрел на человека. Удивительно. На нём ни одного прибора и датчика нет, а так точно для себя температуру определяет.

Кузьмич снова подключился к волнам домашнего интернета. А как поймал информацию о море, тут же добавил:

– По мнению большинства любителей морских купаний, комфортная температура воды начинается от 21 градуса по Цельсию выше нуля.

– Там всё просто. Если ниже нуля, то лёд мешает грести, – тут же уточнил Стёпка. – А тогда даже пингвины расстраиваются.

Он стоял, так и не открывая глаз. Чтобы не пропадал эффект неожиданности. Ну и чтобы не закричать. Ведь никогда не ясно, в какой именно момент на него холодная вода польётся.

Но робот всё ещё не мог подобрать оптимальной температуры, чтобы не заморозить, но и не ошпарить своего человека.

Кузьмич, сверяясь с инструкцией, снова сказал:

– Человеки говорят, если море прохладнее, пребывать в нём стоит недолго. Лучше остерегаться простуд. Выходит, что минимум надо купаться при температуре градусов 30, а лучше при 25. А если морская вода ниже 13 градусов, то в воду лучше вообще не лезть. Это может привести к переохлаждению. Зато при плюс 25 будет ощущение, будто плаваешь в «парном молоке». Ты когда-нибудь плавал в молоке?

– Нет. Ни разу. Честное слово!

Робот что-то ещё зачитывал ему про температуры из интернета. Стёпка слушал-слушал, ждал-ждал, прикидывал так и этак. Даже пытался вспомнить, если ли в доме термометр для воды? Брали ли они его когда-нибудь на пляж?

Но так ничего и не вспомнил.

Потому Рябов вздохнул, выбрался за бортик, снова оделся и вышел из ванной комнаты, как будто так и надо.

– Ты куда? – не понял робот. – А как же закалка?

– Да ну её, эту закалку! – ответил мальчик и с грустью в голосе добавил. – Где ж я тебе море для закалки возьму? А измерять мне чем? У меня даже термометра морского нету!

– Слушай… Может, у Маши термометр найдётся? – тут же предложил Кузьмич.

Стёпка даже повеселел:

– Голова! – заявил он. – Соседка точно должна знать, когда вода тёпленькая, а когда прохладненькая.

Девочкам для этого никаких термометров не надо. Они как-то сами справляются.

Глава 4 – Машкины воины

Хорошо, когда подруга рядом растёт. По-соседски удобно. Ходить далеко не надо.

Поэтому ребята первым делом вышли на общую площадку и тут же принялись стучать в дверь к Маше.

– Ма-а-аша! Дело есть!

Девочка открыла почти сразу, словно у двери стояла и ждала, пока постучат.

Главное, стоит вся такая важная, с парой косичек и глаза зелёные. Аж растеряться можно.

Стёпка любил в них смотреть. Но недолго, а то оба начинали хихикать. А эту игру в гляделки он всегда проигрывал, моргая первым.

– Пр’ивет, р’ебята, – поприветствовала их русая девочка пяти с чем-то лет от роду, которая всё ещё боролась с правильным произношением буквы «эр». – Как дела?

– Да вот, закаляться хотим. А температуры не знаем, – с ходу обозначил свою проблему Стёпка. – У тебя термометр для воды есть?

– Или для моря, – тут же добавил робот и пояснил. – Человеки очень любят купаться в тёпленькой воде, а в прохладненькой им закалку подавай. Зачем только им вода? Вот мы, роботы, отлично без неё обходимся.

– Ой, а у меня нет тер’мометр’а, – ответила девочка. – Я вообще занята. Я штур’м крепости жду. Проходите, тоже посмотр’ите. А то мои р’ыцар’и меня уже заждались.

От такого количества буквы «эр» Стёпка аж про закалку забыл. И тут же вошёл с роботом в гости. По-соседски, просто.

Мамы и папы Маши нигде не было видно.

«Наверное, на работе пропадают», – решил мальчик: «Зато ребята сразу заметили «крепость» в зале».

Это было большое сооружение, состоящее из подушек от дивана, пуховых подушек и кучи книжек, из которых были выложены башенки. А на вершине самой главной башенки сидела кукла с важным видом.

– Это Р’оза, – тут же объяснила Маша. – Она ждёт, пока пр’идут р’ыцари.

Тут ребята заметили кучу пластиковых рыцарей на паласе из различных наборов конструктора. Они очевидно собирались брать штурмом крепость с принцессой, но никак не могли до неё дойти.

– А что им мешает прийти? – спросил Стёпка.

– Как что? – удивилась девочка. – Ты только посмотр’и, сколько деталей от констр’уктора на полу валяется. Им же больно по деталькам ходить! Они даже коней пастись отпустили. Вот бы у меня Кор’ка снова жила. Она бы быстро с тем констр’уктором р’асправилась! А я что? Я одна, а его много!

Рябов попытался найти коней, но не смог разыскать ни одного. Действительно, сбежали все кони и лошади. От такого бардака на полу-то.

Присмотрелся мальчик. Тут не один набор конструктора рассыпан. Не то, что в крепость не попасть, вообще никуда не пройти!

– Нет, ну это не дело. Надо убраться, – тут же предложил Стёпка и повернулся к Кузьмичу. – Зови Корку, а я пока лично прибираться начну.

И мальчик первым начал сгребать детальки в коробочку.

– А то принцесса вообще никогда своих рыцарей не дождётся, – пробурчал Рябов следом.

Корка только пришла и сразу улеглась на полу, довольная вниманием.

Девочка тут же улыбнулась и добавила со смешинкой во взгляде:

– Вот за что я тебя уважаю, Стёпка, так это за подход. Вроде в гости пришёл, а сразу такой помощни-и-ик!

Робот старался не отставать от человека и тоже принялся убираться. Ещё и собака помогла, сгрызая пару деталей.

Долго смотреть, как убираются за неё ребята Маша не стала. И тут же начала… руководить уборкой. Ведь и современных принцесс тоже никто не отменял. А свои рыцари найдутся для каждой девочки.

Нужно только немного подождать было.

Глава 5 – Соседи мечты

Когда все конструкторы были собраны по коробкам, начался штурм. Кузьмич включил тревожную, эпическую музыку и под его громогласные комментарии из динамика, пластиковые рыцари пошли в атаку на крепость.

Проблема была в том, что в крепости пусто. На самой её вершине в башне-донжоне, была только принцесса-кукла. И никто её не защищал.

Выходило, что все рыцари пошли в атаку на саму принцессу. А ей разве что перчаткой от них отбиваться. Кожаное. Демисезонной. Да и та у неё – одна, на коленке лежит, руку прикрывая.

– Нет, ну это как-то неправильно, – заметил Стёпка и уже хотел предложить принести свои игрушки, но затем в голову пришла идея поинтереснее, и он сказал. – Так это робокота надо звать! Для массовки!

Он вышел в коридор, открыл дверь и попросил Салюта проследовать за ним. Робокот охотно пришёл в гости, сел посреди комнаты и уставился на крепость, на которую тоже был не прочь взобраться, чтобы лучше округу видеть.

– Стёпка, ты привёл мохнатого др’акона? – тут же уточнила Маша и уже представила, как робокот будет рычать и бросаться на рыцарей, используя лапы и зубы.

Пластиковым воинам точно не поздоровится.

Но мальчик лишь покачал головой и сказал:

– Нет, я принёс проектор, – улыбнулся он и дал команду. – Салют, проецируй солдат! Нам нужна армия.

Робокота дважды просить не пришлось. С той лёгкостью, с которой он проецировал рыбок для кота Тимки, Салют начал воспроизводить однотипных рыцарей, как две капли воды похожих на те, что атаковали замок.

Вот и выходило, что одни рыцари (пластиковые) нападали, а другие (голографические), защищались.

– Вот так дела, – воскликнул Кузьмич, продолжая воспроизводить звуки. – Столько человеков воюют. И всё ради одной принцессы! Не рационально.

– Зато красиво… Все войны р’ади женщин, – почти трагично вздохнула Маша, поправила косичку и немного покраснела.

Всё-таки с момента переезда к ней впервые пришли гости. Ещё и мальчик среди них. А она даже родителей предупредить забыла.

«Но ничего, вернуться с магазина – предупрежу», – нашлась девочка.

А в комнате разыгралась целая баталия! Стёпка с Кузьмичом во всю двигали пластиковых рыцарей и ни о каких родителях и не думали. Робокот двигал сфотографированные прежде со всех ракурсов три-дэ модели, добавляя им анимации. И всё под звуковое сопровождение и яркие комментарии Маши.

– Так их! С фланга нападают! На позици-и-и!

Когда вернулись родители, они едва сумки не выронили с покупками от этих выкриков.

Тётя Валерия сначала не поняла, что за шум. А дядя Игнат Иванович даже за швабру схватился. Уж не грабят ли их под звуки сирен и рычание драконов? Но когда оба вошли в зал, где происходила батальная сцена, они тут же расслабились.

– Просто дети играют… вместе, – сказала тётя Лера и тут же решила испечь пирог для друзей дочери.

– Не просто дети, а друзья Маши! – добавил важное замечание военнослужащий, который привык к точности по работе.

Он удалился следом за супругой на кухню. Помогать пирог печь. И сок из двухлитровой банки по высоким стаканам разливать. Каждому родителю приятно, когда ребёнку есть с кем играть. А чем интенсивнее игры, тем быстрее жажда замучает.

– Кто же победит? Кто же получит внимание принцессы? – доносилось из зала уже от соседского мальчика.

И где никто не знал, какой будет развязка. Но все были так увлечены процессом, что не замечали ничего вокруг. А родители на кухне только улыбались, прислушиваясь и старались вести себя потише, чтобы не мешать.

Это ведь лучше, чем сидеть целыми днями в интернете.

Глава 6 – Мой час близок

Когда Стёпка с роботом наигрались в гостях и вернулись домой, уже папа Матвей пришёл с работы. То дело обычное.

Но переделав немало по дому, он вдруг подошёл к сыну и спросил:

– А ты не знаешь, который сейчас час?

– Не знаю, – признался Стёпка. – А что? Мы куда-то опаздываем?

Тогда старший Рябов подвёл младшего к часам с кукушкой, где на циферблате были две стрелочки – большая и малая и сказал:

– Маленькая стрелочка показывает часы. Большая считает минуты. Сначала смотришь на маленькую стрелочку, чтобы понять, сколько часов. Потом на большую, чтобы уточнить, сколько минут. Часов всего двенадцать, а минут всего шестьдесят. Есть время дневное для общения, есть ночное для отдыха и тишины, если совсем по-простому… Так сколько сейчас времени?

– Час и тридцать минут дневного времени, – быстро понял Стёпка.

– Правильно! – даже обрадовался папа, быстро сходил в спальную и вернулся с коробкой. – Давай руку. Заслужил.

Рябов без сомнения протянул отцу руку, а тот достал из коробки ручные часы и водрузил их сыну за запястье.

– Вот, носи на здоровье. Теперь ты всегда будешь знать, который сейчас час, – сказал довольный папа и снова ушёл по своим делам куда-то из дома на улицу.

Кузьмич тут же присмотрелся к часам. Посмотрел так и этак. И высказал своё мнение, которое у робота появилось совсем недавно:

– Они на батарейках. Если остановятся, подойди и скажи мне или папе. Поменяем батарейку. И вообще, Матвей Андреевич упростил тебе задачу, – добавил Кузьмич. – На самом деле часов в сутках двадцать четыре, но для их обозначения человеки два раза считают по двенадцать.

– Как это? Зачем? – тут же растерял все навыки по определению времени мальчик.

– С ноля часов ночи по двенадцать часов дня – это первые двенадцать часов, а с двенадцати часов дня до двенадцати часов ночи – это вторые двенадцать часов, – тут же объяснил робот. – Чтобы обозначать время после полудня, называют либо указанные на циферблате цифры «после полудня», что означает после обеда, либо к двенадцати часам прибавляют ещё указанные часы. То есть сейчас тринадцать часов и уже… тридцать три минуты.

– Ничего себе! Целых три минуты прошло, – снова понял Стёпка, сверяясь с часами на руках. – Но что делать, если мы уже у Маши пообедали? Ждать нового обеда?

– Тогда будем ждать двадцати четырёх часов ночи, – предложил Кузьмич. – В это время человеки всё обнуляют. Потому, когда наступает 24 часа говорят – ноль. И начинают считать день заново.

– Но там же ночь! – возразил Рябов-младший. – При чём тут день? Ночью – темно! А днём – светло.

– Вот именно поэтому нам, роботам, с человеками тяжело работать, – тут же пожаловался Кузьмич. – То, что для нас ноль, для вас ночь, а то, что для нас двадцать четыре, для вас легко может стать двенадцатью, если какому-нибудь папе приспичит объяснить ребёнку, как считать время и всё упростить.

Рябов кивнул и спросил у проходящего рядом робокота:

– Салют, а как ты думаешь, сколько сейчас времени?

– Тринадцать часов, тридцать шесть минут, – с готовностью ответил электронный кот, так как каждый робот имел свои внутренние часы. Хоть на запястье их и не носил.

– Это по-человечески – час и тридцать шесть выходит, – кивнул Стёпка, ловко отняв от тринадцати часов двенадцать, а минуты указывая как есть.

Да и часы с циферблатом не дадут соврать.

«С другой стороны, папа мог и электронные часы подарить», – подумал мальчик: «Они тоже на батарейках. Только с роботами бы спорить не пришлось. А то им и так тяжело жить среди людей от нуля к двадцати четырём часам, пока люди те живут от обеда и до обеда».

Глава 7 – Бесформенный Тимка

Стёпка долго разглядывал часы, ходил из угла в угол, из комнаты в комнату. Пока не остановился возле подоконника, где на солнце дремал котик.

Часов Тимка не наблюдал. И за временем не следил. Потому как у кошек (и котов в особенности) был свой распорядок дня. И свой порядок по жизни, которого они неукоснительно придерживались.

Напомнить о том, что жить «как хотят» среди людей котам могли только собаки. И едва Корка увидела, что её человек играется с котом, как тут же поднялась с коврика, подошла поближе и как следует гавкнула. Один раз, но звонко.

– Гав! – прозвучало в комнате.

Выпад Кузьмич тут же перевёл как: «ну ты чего, я же лучше этого блохастого».

Хватило одного собачьего возгласа, чтобы Тима подскочил спросонья, дал дёру с подоконника и тут же нырнул в… вазу.

Это была ваза для цветов. Красивая, с узорами, она стояла у телевизора в шкафу, ожидая своего звёздного часа, когда маме дарили цветы. Лидия тут же ставила их в вазу, а саму вазу оставляла на столе, чтобы все видели, что в доме есть красота.

На этот раз красотой решил стать сам Тимка. Получилось спонтанно, неожиданно, но котик вдруг разлился по сосуду, как сок по стакану.

Лупанув глазами по ту сторону стекла раз и другой, Тимка мяукнул.

– Мяу? – прозвучало это для людей.

Но Кузьмич точно мог сказать, что тот возразил собаке и сказал: «Ну ты чего? Как это ты можешь быть лучше, чем совершенство»?

Забыв про часы, Стёпка вначале испугался.

Даже Кузьмич спросил:

– Он не ушибся?