Собиратель теней. Становление рода

Глава 4

Еще один граф магии

Во время спокойного сезона дреги всегда прекращали охоту на рабов и старались не покидать своего обиталища. Причина проста: для портальных чар дальнего действия требовалось огромное количество энергии. Если у себя дома ее недостатков не было, то за пределами острова сразу после буйного сезона магический фон заметно снижался, и его насыщенности не хватало для заклинаний. Использовать же артефакты и накопители для большинства охотников за рабами считалось непозволительной роскошью.

Существовала и другая возможность перемещений в Миригию и обратно: использовать обнаруженные там местные источники. Правда, у них, как правило, имелись законные владельцы, которым следовало платить, и платить немало. Поэтому дреги за пределы своей территории до наступления поры пробуждения отправлялись только в самых крайних случаях.

Кадург посчитал, что наступил именно такой, когда на острове участились убийства рабов. Поводом для них стали распространившиеся среди молодых дрегов слухи о возможности увеличения собственного могущества через жертвоприношения одаренных.

Самое страшное, что кровожадные ритуалы действительно повышали способности. Правда, лишь на время, а после наступала расплата. Молодых неоднократно предупреждали о последствиях, но кто-то очень постарался убедить горячие головы, что старики просто боятся конкуренции. В результате сложилась опасная ситуация: с одной стороны – резкое сокращение рабов, а с другой – быстрая деградация в ближайшие два года тех, кто сейчас погнался за дармовой магической мощью.

Перед зрелыми дрегами встал жизненно важный вопрос: как уберечь молодое поколение? Пока ответ не находился. Юнцам основательно промыли мозги, но найти и вывести на чистую воду этого «банщика» не удавалось даже после подключения немалых сил.

Кадург детей не имел, хотя был несколько раз женат, однако ситуация встревожила и его. Особенно после того, как в гости заглянула одна из бывших жен.

Супруга в свое время ужасно раздражала тем, что все ее ожидания мелких неприятностях в будущем оказывались пророческими, хотя оракулом она не считалась. Бывшая жена номер три несколько дней назад три пришла к Кадургу и безапелляционно заявила, что им следует провести ночь вместе. Колдун не стал возражать, памятуя, что именно близость обеспечивала бывшей супруге наиболее четкие видения о грядущем.

А утром он записал следующее:

«Жертвующие рабами сами станут жертвами призыва. Чужаков-рабов сменят чужаки-хозяева, чуждые этому миру. И лишь чужак, не ставший рабом, может им помешать, если поспешит».

Еще не проснувшаяся женщина говорила нараспев, растягивая каждое слово. Таким же образом обычно изрекали оракулы, рядом с которыми постоянно находились слухачи и писари, в обязанности которых входило не упустить ни одного слова и донести сказанное до высоких чинов.

А ведь накануне Кадург ее просьбу приготовить ручку и бумагу воспринял с большим скепсисом, поскольку раньше ничего подобного не происходило. Хорошо, что не стал возражать и все же подготовился.

Поскольку исстари так сложилось, что настоящим оракулом становился лишь дрег мужского пола, то на женский «бред» вообще не обращали внимания. Кадург в бытность мужа этой дамочки тоже сначала не воспринимал ее слова всерьез. Правда, в те времена она во сне не разговаривала и петь не пыталась.

Стоило бывшей проснуться, он попробовал добиться от нее толкования собственных предсказания, но женщина лишь пожала плечами и сказала:

– Сие известно лишь одному дрегу – тебе. Вчера было видения для меня, я его выполнила, разделив с тобой в постель. А дальше – сам. Прощай, Кадург.

Она ушла, оставив дрега размышлять над каждым словом.

– «Жертвующие рабами» – наша молодежь, – он принялся размышлять вслух. – Тут сомнений нет. «Станут жертвами призыва»… Неужели их накачивают магией для проведения ритуала некоего прорыва? Если учитывать, что наш остров – самая активная магическая зона, то лучшего места для подобного непотребства не найти. Получается, те, кого эти молокососы призовут, обратят в рабов нас? Паршиво! Так-так… Теперь о некоем чужаке, который не стал рабом. Почему он должен был им стать, и какое отношение к этому имею я? В моей практике была лишь одна неудавшаяся охота… Алтон?!

Стоило произнести это имя, и все стало на свои места. Одно еще было непонятно: что произошло за пределами острова, заставившее накачивать здешнюю молодежь магией?

Кадург незамедлительно отправился в Миригию, воспользовавшись самым мощным известным ему источником магии на территории этой страны, находившемся неподалеку от древнего замка Громовских. И там стал свидетелем появления величественного сооружения, сопровождавшегося мощным всплеском энергии. Благодаря этому «фонтану» дрегу удалось переместиться дальше на окраину столицы и организовать передачу письма баронету Кортису.

С миригским дворянином дрег познакомился при довольно странных обстоятельствах, когда очнулся от магии соплеменника, некоего мэтра Буринга, разыскивавшего в столице Миригии причину гибели Хидрака. Кадург случайно столкнулся с этим во всех отношениях опаснейшим типом и, попав под его ментальную магию, выложил все об Алтоне.

Все еще находясь под воздействием чар, Кадург оказался в таверне «Пятый угол» за одним столом с Кортисом – еще одной жертвой Буринга. Они очнулись от чар почти одновременно. Баронету дрег, находящийся тогда под прикрытием мощного артефакта, представился купцом Рилгом. Они познакомились и даже плечом к плечу отражали чужой натиск в драке, когда покинули таверну. Чуть позже дрег выяснил, что баронет хорошо знаком с Алтоном.

Прекращение воздействия чар дознавателя Буринга, как выяснилось впоследствии, было связано с гибелью этого могущественного дрега, вздумавшего поохотиться на Алтона. Позже Кадург наведался в тот отель, где останавливался мэтр, и стал обладателем тени погибшего…

В то посещение Миригии дрегу не удалось повидаться с парнем, который выиграл турнир претендентов и отправился на озеро Рахна. Кадург вернулся на остров. После тех событий прошло не так много времени.

«Надеюсь, в этот раз получится переговорить с Алтоном? Ставки слишком высоки, – размышлял дрег, глядя в окно дома на окраине, который он снял в небольшой деревеньке. – Прежде даже представить себе не мог, чтобы просить помощи у человека. Да еще у того, кто хитростью лишил меня двух теней. Неужели он и вправду способен остановить безумие, начавшееся на острове?»

В нынешнее посещение столицы Миригии Кадургу не пришлось тратиться на дорогой маскировочный артефакт. Тень Буринга, умевшего мастерски скрывать атрибут, по которому люди распознавали дрегов, позволила убрать из видимости торчавшую из уха кость. Островитянин торопился. Он надеялся переговорить с Алтоном в ближайшие три дня, однако не хотел рисковать. Работа с недавно обретенной тенью требовала времени, а за несколько дней после гибели Буринга Кадург освоил лишь азы магии могучего волшебника.

Только-только справился с тяжелейшей задачей, став владельцем замка. Устал, как марафонец, отмотавший дистанцию туда и обратно. Был уверен, что уж после этого мне точно положен хотя бы небольшой отдых. И снова не угадал.

Сразу после полудня меня срочно вызвали к ректору, лишив возможности переговорить с друзьями, которые должны были подойти после своих тренировок. Занятия проводил лично Ургас, который со всей ответственностью отнесся к подготовке парней к экзамену на четвертый ранг.

С Бориной поговорили всего четверть часа. Она спросила разрешения сообщить родителям о нашей свадьбе. Я тут же предложил девушке забрать родных в древний замок, чтобы многочисленные враги не нанесли удар по моим почти родственникам. Идея понравилась, и моя любимая принялась составлять послание.

Заглянув в кабинет Силамского, был несколько огорошен его словами:

– Алтон, нас срочно вызывает король. Во дворец мы отправимся через портал.

– Вы вроде не собирались никому о нем рассказывать?

– При общении с его величеством дополнительный козырь никогда не помешает. Он не очень рад твоему графству, а потому нужно немного задобрить монарха.

– А вы знаете, как с помощью портала попасть в королевский дворец? – Я не помнил такой опции. Вроде речь шла только о живой степи, академии и лабиринте.

«Может в академическом портале другие возможности?»

– Ты что-нибудь слышал о королевском лабиринте? – спросил ректор. Он разговаривал со мной, сидя за столом, и одновременно подписывал бумаги.

– Не доводилось.

– Вход в него находится на территории дворца, и он также заблокирован, как и мой до вчерашнего дня.

– Думаете, получится открыть?

– По крайней мере, попытаться стоит. Если дело выгорит, король получит очень полезную возможность. Кстати, заодно хочу проверить еще одну мысль. Пойдем.

– Минутку, пожалуйста.

Визит к монарху мог затянуться на неопределенное время поэтому попросил Ялгуса быстро найти Борину и известить о своем срочном отъезде. Когда мы оказались в портальной комнате, Силамский открыл дверь собственным ключом.

– Сейчас выйду наружу и запру тебя здесь. Видишь серебряную пластину слева от выхода?

– Вижу.

– Подойдешь и заявишь вслух о прибытии на портальную площадку.

Кивнул. Когда через минуту выполнил просьбу графа, услышал в ответ:

– Ожидайте, вас встретят.

Затем двери открылись. На входе стоял не только ректор, но и два призрачных стража, вытянувшихся по стойке «смирно», стоило им меня увидеть.

– На всякий случай мы с капитаном призрачной стражи договорились, что его парни будут встречать всех гостей.

– А если вас не будет в академии, кто откроет дверь? Вы кому-то доверите ключ?

– С ключом не все просто, Алтон. Абы кто им воспользоваться не сможет, но в этой комнате я обнаружил пять перстней. Кроме меня, ключом может воспользоваться обладатель такого перстня.

Похоже, ректор провел тут немало времени и обследовал каждый уголок портальной комнаты. Мне также следовало побольше узнать о возможностях своего наследства. Причем, в отличие от Силамского, я мог спросить у призрачных слуг замка. Вернусь, обязательно это сделаю.

Когда от Борины вернулся Ялгус, мы отправились к лабиринту.

– Как вы посмели, смерды!!! – раздался грозный рев сразу после перемещения.

В следующее мгновение в нашу сторону полетела шаровая молния размером с голову. Она зависла в метре от моего лица и взорвалась с оглушительным грохотом.

Нас с ректором отбросило к стене. Тут же проявился Ялгус, который остановил убийственные чары шестиугольным щитом и активировал луч пустоты на мерцающего призрака со злобной физиономией.

«Я его долго не удержу. Грязный алтарь слева!» – передал мне паренек.

Нашел взглядом большой зеленый камень с многочисленными красными пятнами. Нанес удар пустоты, который попросту отскочил в сторону. Следом запустил луч – без результата. Цепь пустоты стала методично обстреливать камень своими звеньями, откалывая кровавые пятна. Только на восьмом алтарь исчез, чтобы сразу проявиться в одном цвете – в зеленом.

Шум борьбы привидений прекратился, но тишина длилась недолго:

– Кто такие, зачем пожаловали?! – прозвучал тот же голос, который теперь не оглушал. Ответить не успел, поскольку переставшее мерцать привидение продолжило: – Извини, граф, не признал, но это все равно не дает тебе права врываться сюда без приглашения.

– Меня вообще-то пригласили… – начал было Силамский, но был грубо прерван.

– Не к тебе обращаюсь, незнакомец. Не будь рядом с тобой настоящего графа, грохнул бы, не задумываясь.

Мне стало неловко перед ректором, однако опасность, судя по тону привидения, не исчезла окончательно. Нас восприняли, как незваных гостей, и ситуацию требовалось исправлять.

– Кто может выдать такое приглашение? – спросил я.

– Только те, в чьих жилах течет кровь… – грозно начал, но неожиданно умолк голос. – Еще раз прошу прощения, граф, вы имеете право не только посещать это место, но и выдавать приглашения.

Не стал пока ничего выяснять, хотя был слегка ошарашен подобным заявлением. Быстро сориентировался и произнес:

– Граф Силамский, Ялгус! Граф магии Алтон Громовский приглашает вас посетить это место.

– Устное приглашение зафиксировано и получило законную силу на ближайшие трое суток. Мною, графом магии Дюрзаном Гуршанским, призрачным стражем королевского портала, подтверждается принадлежность Алтона Громовского к особам, имеющим это право! – напыщенно заявило привидение.

Что-то вспыхнуло вокруг нас троих.

«Еще один граф магии? Только-только почувствовал себя уникальным, а тут… Да еще – не совсем живой».

– Ваше сиятельство, не подскажете, как нам пройти во дворец? – спросил я.

– Разве вы не желаете отправиться к лабиринту, граф? – озадачил вопросом Гуршанский.

– Не сегодня. Мне нужно встретиться с королем, – четко обозначил цель визита.

– Сейчас в Миригии нет короля, только его дочь, – произнес Дюрзан.

– Нас пригласил ее супруг, – произнес Силамский, за что был одарен не слишком дружелюбным взглядом.

– Этот человек не прошел испытание, позволяющее править Миригией. У него нет благословения прежнего короля.

– Однако это не мешает Урдену Первому уверенно сидеть на троне, – вырвалось у меня. – Скажите, граф, он сможет пользоваться порталом?

Вопрос был очень важный: если страж столь неуважительно высказывается в отношении нынешнего монарха, то может и молнией встретить «самозванца». А меня потом обвинят в покушении.

– Граф, ты вправе отдать ключ тому, кого посчитаешь достойным, – объяснил Гуршанский.

– Тут где-то должны быть кольца на право пользования ключом. Верно?

– Имеются, но корольку советую передать не больше двух пригласительных перстня. Остальные перстни среди обитателей дворца имеет право распределять лишь леди Элира, как дочь истинного короля.

Мне указали тайник, где находились артефакты. Я взял три перстня, еще пару оставил на месте. Если королева захочет, пусть сама сюда приходит и забирает.

Ректор успел рассказать о своей встрече с ее величеством, которая втайне от супруга вызвала Силамского для беседы. В монаршей семейке явно не всё слава Варду, но Элира, похоже, выступала на нашей стороне, или мы на ее. Опять же, заявление местного привидения также свидетельствовало в ее пользу.

Сам ключ находился в замочной скважине, и мы отворили двери. Проем оказался закрыт плотной дымкой.

«Опять туман? Неужели нельзя без дешевых спецэффектов? Ладно, пойдем сквозь пелену».

Не сразу понял, куда нас занесло. Присмотревшись, сообразил, что находимся внутри странной беседки.

«И кто так строит?»

Шестигранный постамент высотой в человеческий рост, искривленные колоны по углам, прозрачная пирамидальная крыша над головой… Половина проемов между колонами заполнена дверями. Зачем – непонятно. Наверное, дизайн такой. Причем в каждой имеется замочная скважина и над ней ручка.

Через одну из этих дверей мы и попали в беседку, хотя по другую сторону створки ничего не наблюдалось. Явно какие-то магические фокусы с пространством.

С постамента пришлось прыгать, лестницу для нас никто принести не догадался.

– Это королевский сад, – пояснил Силамский. Ректор выглядел озадаченным. То ли неприятный осадок оставило поведение местного привидения, ведь призрачный хозяин ни во что не ставил моего спутника, а может, обескуражили мои действия с алтарем.

Мне также общение с графом Гуршанским не понравилось. Мог бы и «спасибо» сказать за очистку алтаря. А то работаешь почти ассенизатором, и никакой благодарности.

– Нам куда? – Принялся оглядываться по сторонам.

– Прямо по тропинке.

Силамский ступил на выложенную плиткой дорожку и решительно зашагал по ней. Я двинулся следом, рассматривая причудливые деревья.

– Алтон, при разговоре с королем будь предельно осторожен. С твоим умением приобретать новых врагов – поссорится с его величеством – раз плюнуть. Этого нельзя допустить категорически. За его плечами вся Миригия, не хотелось, чтобы тебя назначили врагом целой страны.

«Прямо как у нас в прошлом веке, – припомнил уроки истории. – Ляпнул лишнего против власть имущих, записали во враги народа без права переписки, а может и без права жить, там уж как „повезет“. Да, пожалуй следует быть чертовски осторожным, а то Урден Первый вместо того, чтобы стать посаженным отцом, посадит меня в казематы, перед встречей с палачом. Тяпун мне на язык! Что-то я не о том думаю…»

– Постараюсь показать себя с лучшей для короля стороны, – наконец, пообещал ректору.

– Это как? – он захотел уточнить.

– Недостойным внимания столь значимой особы и благоговеющим от каждого услышанного слова.

– А получится?

– Не уверен, но приложу к тому максимум усилий.

– Когда усилий будет не хватать, начинай кашлять от благоговения, – усмехаясь посоветовал Силамский.

Вход во дворец охраняли два стражника, которые сильно забеспокоились, заметив нас.

– Доложите начальнику, что по личному приглашению его величества прибыли ректор академии граф Силамский и граф магии Алтон Громовский, – приказным тоном распорядился ректор.

Глава королевской охраны появился через минуту.

– Прошу следовать за мной, ваши сиятельства, – произнес он.

В приемной нас передали секретарю, и после длительного ожидания пригласили в кабинет Урдена Первого.

– Господа, я жду объяснений, – строго начал король. – Каким образом вы оказались в королевском саду?

Глава 5

Встреча с королевской четой

Барон Гултон Ямский, студент третьего курса, не мог без ярости вспоминать, как какая-то простолюдинка заставила стоять перед ней на коленях, а после еще сцепиться с бароном Лашским. Но тот – хотя бы ровня, а эта… Унизить титулованного дворянина, да еще в глазах других вельмож! Такого Гултон простить не мог. И плевать, что виконт отозвал свою просьбу. Дело касалось поруганной чести и требовало отмщения.

Конечно, следовало вызвать нахалку на поединок, но Борина училась на первом курсе, а старшекурсникам запрещались дуэли с первогодками. И нельзя было сбрасывать со счетов ее парня, который успел себя показать и на турнире претендентов, и в недавней схватке на арене, когда ему под иллюзией студента противостоял сильный маг. А главное, Гултон и сам сильно сомневался, что одержит победу в честном поединке с зеленоглазкой.

«Да кто она такая, чтобы рассчитывать на честность? Безродная сучка, которая сумела пролезть в любимчики декану? Наверняка он ей показал несколько тайных приемов, вот она и обнаглела. Но не всегда девке будет так везти. Эта безродная тварь еще пожалеет, что унизила дворянина! И мой ответ будет не менее изощренным!»

В академии учились несколько отпрысков родов, зависимых от папаши Гултона. Кроме того, и сам барон за три года в академии обзавелся должниками, готовыми на любые поручения, лишь бы избавиться от долгов или уменьшить их бремя. Обиженный, чтобы «восстановить справедливость», обратился именно к ним.

«Пусть вымажут ее в грязи. Будет знать, что барон не спускает оскорбление никому. А то развели в академии бардак – где это видано, чтобы простолюдинка считала себя ровней вельможе, да еще держалась столь высокомерно, будто приходится родней герцогу или маркизу! Ненавижу!»

Акцию возмездия барон решил провести днем, поскольку знал конкретное время, когда наглая выскочка обычно ходит в магическую лабораторию водного факультета через сквер. Он заранее присмотрел место, где удобнее устроить засаду, там же он планировал ту состоявшуюся не в его пользу встречу. Однако Борина тогда не пошла в лабораторию, и ему пришлось караулить ее в элитном поселке.

«А ведь эта стерва еще и против ментальной магии устояла. Даже не представляю, сколько стоит защитный амулет против мозголомов. Надеюсь, трое менталистов справятся с защитой?»

Ямский посчитал, что пяти бойцов вполне достаточно, чтобы быстро разобраться с Бориной. И все же на всякий случай поставил еще троих на подстраховку. Задачу поставил простую: ошеломить, повалить на землю и избить ногами до беспамятства, а под конец содрать с девушки одежду.

Барон не мог отказать себе в удовольствии понаблюдать за экзекуцией. Он не поленился забраться на дерево, откуда открывался прекрасный вид на небольшую полянку, где вскоре должно развернуться действо.

«Похоже, началось!» – мысленно приготовился наблюдатель.

Первым пунктом нападения был назначен ментальный удар сразу трех одаренных, за которым следовал воздушный молот. Борину как минимум должно было парализовать и сбить с ног, однако атаки не заставили девушку даже споткнуться. Магия воздуха, похоже ударила мимо цели, оставив круглую вмятину в трех шагах слева.

«Упились они, что ли?! Как можно промазать с такого расстояния? Или девка с ног до головы обвешана амулетами?! – Гултон сжал челюсти до скрипа в зубах. – Не смогли магией, так вломите ей кулаками!»

Его словно услышали. Правда, вместо пятерых на полянку почему-то выскочили только трое. Один из них сразу получил невидимый удар под дых и согнулся пополам, у других двоих заискрились щиты от магической атаки.

Барон подал сигнал подключаться резерву, состоявшему из наиболее сильных одаренных. Насколько он знал, парни совсем немного не дотягивали до пятого ранга. Те сразу обрушили на Борину град заклинаний третьего и четвертого ранга.

Молнии заставили девушку скривиться от боли и отступить на пару шагов. Тем временем на полянку, хромая на обе ноги, вышел еще один участник сражения.

«Должны же они ее уделать, в конце концов!?» – мысленно возмущался барон, до боли в пальцах вцепившись в ветку.

Неожиданно Борина выстрелила в нападавших водными пружинами, которые выбросили с полянки половину бойцов. Самый низкорослый из оставшихся на ногах достал какой-то артефакт, и к девушке устремился целый пучок туманных копий. Половину «стрел» развеяли щиты амулетов, часть отскочила от тела Борины, а парочка все-таки сбила ее с ног.

В следующий миг владельца артефакта отшвырнуло на несколько шагов и впечатало в дерево чем-то невидимым.

«Да кто она такая?!» – едва не закричал наблюдатель, заметив, что упавшая поднялась.

По лицу девушки было видно – ей очень больно, однако сдавшейся она не выглядела. Скорее, наоборот, – готовилась к ответному удару.

В этот момент на поляне проявились два призрачных стража, и к нападавшим устремились серебристые змейки. Барон видел, как за пару секунд всех исполнителей связали и уложили в рядок на траве.

Один из магических охранников что-то сказал девице, поклонился и вернулся к пленникам. Второй испарился, но практически сразу возник перед наблюдателем, из-за чего тот едва не свалился с дерева.

– Организация нападения на студента в стенах академии, едва не приведшее к смерти, карается по всей строгости. Прошу немедленно явиться к декану водного факультета с объяснениями своего поведения.

– Я ни на кого не нападал, просто смотрел, – попытался выкрутиться барон.

– Тебя обвиняют не в драке, – произнес стражник. – Твое преступление более тяжкое. Хочешь усугубить?

– Как вы смеете? Знаете, кто мой отец?

– В этом нет необходимости. Или он работает в академии?

– Нет, – растерянно ответил Ямский.

– Таким образом, знать его в мои обязанности не входит, а вот тебе следовало бы понимать, на кого замахнулся.

– Я не…

– Ты можешь избежать суда, если до него доживешь – перебил стражник Гултона.

– Вы мне угрожаете??

– Стража не станет тебя защищать, когда в академию вернется Алтон.

– Подумаешь…

– Он, скорее всего, вызовет несостоявшегося убийцу своей невесты на смертельный поединок. Ты готов умереть?

– Да кто он такой, чтобы…

– Он – граф магии, и имеет право вызвать на дуэль даже герцога, – огорошил стражник. Ты идешь к декану или останешься ждать возвращения графа?

Переварить услышанное барон еще не успел, но осознание, что он попал по полной, и его месть самому грозит смертью, сомнения не вызывало. И папа тут точно не сумеет помочь.

– Я уже бегу к декану.

У короля мы провели более часа. В начале аудиенции ректор принялся объяснять причины нашего столь необычного появления в королевском дворце: