Собиратель Теней. Живая степь

Глава 5. Не все то золото, что блестит

Через пару дней непрерывных мучений мне все-таки удалось разобраться с воздушным кулаком. Методом проб и ошибок я выяснил, что сначала нужно представить какой-то мерзкий поступок людей, вызывающий внутри злость, затем начать выпускать ее наружу, подбирая слова, чтобы выругаться, и на пике остановить почти сорвавшееся с языка бранное слово.

И ведь получилось! И что примечательно: чем «сочнее» было невысказанное ругательство, тем сильнее получался удар. В общем, к исходу второго дня тренировок я научился создавать воздушные оплеухи, пинки и удары. Первые могли сбить с ног, вторые – отбросить на пару шагов, а третьи – отправить в полет метров на десять.

– Платон, – вечером после сдачи моего первого магического экзамена меня подозвал капитан Ашкун. – Завтра в рейде будьте осторожны. Ты, хоть и младший по званию, но, случись что с ребятами – с тебя спрошу в первую очередь. Понимаешь, почему?

– Не совсем, – я пожал плечами.

– Ты к жизни относишься серьезнее. И не только к своей. Ведь мог же жандармского капрала мордой в землю ткнуть, но лишь слегка припугнул, да еще так, что и претензий не предъявишь – дескать, детские страхи сказались. Поэтому, если молодые будут на рожон лезть, осади их.

– Попробую, капитан.

А самому так и хотелось сказать: «А ничего, что мне ненамного больше, чем твоему сыну? Да и здесь я дней – по пальцам одной руки сосчитать можно».

– Вот и договорились.

Благодаря амулету, с освоением речи я справился, а вот с верховой ездой оставались неразрешимые пока проблемы. Хорошо хоть кобылку мне подобрали спокойную. Думал – за счет конторы, но сильно ошибся. Ее стоимость сразу вычли из моей будущей оплаты за подзарядку накопителей.

Игун немного просветил относительно здешних финансовых вопросов, однако эти знания пока никак не помогали мне выбраться из долгов. Повседневный мундир, походная одежда, лошадь, запасные болты к арбалету – все стоило денег и вписывалось в долговую карту новобранца. И только благодаря добытым у дрегов трофеям, мне не пришлось покупать еще и оружие. А поскольку в доме капитана я бесплатно проживал, не нужно было оплачивать постой в казарме.

– Рядовой, подъем! – разбудил меня радостный голос капрала. – Четверть часа на еду и сборы, после чего выдвигаемся.

– Так темно же еще, – пробурчал я, не испытывая никакого энтузиазма от предстоящей вылазки.

– Вард благосклонен к ранним пташкам, – изрек он аналог нашей поговорки.

Через полчаса мы уже неслись по степи. Два бравых командира скакали впереди, их единственный подчиненный плелся в хвосте. Через пару часов я не выдержал. Соскочил с лошади, снял кольчугу и такой же, как у Алгая, шлем, пристроил это все на кобылке и побежал рядом, еще больше задерживая наше продвижение.

Парни в конце концов были вынуждены придержать скакунов, чтобы ехать рядом. Игун недовольно пробурчал:

– Рядовой Платон, ты не только нарушаешь форму одежды, но и ставишь под угрозу выполнение важной войсковой операции.

Я действительно чувствовал себя сухопутным якорем отряда, но выслушивать «наезды» не собирался. Ведь они оба знали, какой из меня всадник, потому и решил немного поставить на место нетерпеливых спутников.

– Я просто пытаюсь намекнуть, что устраивать гонку во время рейда небезопасно. Вспомни: когда вы меня везли, мы постоянно останавливались, ты на разведку выезжал… И все равно наткнулись на врага. Думаешь, сейчас в этом нет необходимости?

По глазам парней понял, что попал в точку. И это не понравилось капралу.

– Я не понял – кто здесь командир?

– Бесспорно, главный здесь ты, Игун, но, если сам Вард посылает знаки…, – в это время я заметил какие-то блики на горизонте и решил их использовать для подтверждения своих слов.

– Какие еще знаки?

– Да вон, впереди бликует что-то, – кивком указал направление.

Самым зорким у нас считался Алгай. Он внимательно глянул вдаль и тут же быстро соскочил с лошади. Ловким движением сначала заставил ее упасть на землю, после чего занялся моей кобылкой. Капрал также споро уложил своего скакуна. Мы разом упали в пожухлую траву.

– Солнце с нашей стороны, вроде не должны заметить, – прошептал Игун.

– Кто это? – так же тихо спросил я.

– Кочевые угаи, – пояснил он. – Наверное, перебираются на новое место. Тебе точно Вард благоволит. Если бы не его знак, мы бы мимо них не проехали.

– И что? – я посмотрел на Алгая.

Тот красноречиво провел пальцем по горлу.

«Надо поосторожнее со словами. Вот так ляпнешь, не подумав, и сразу во что-то упрешься. Хорошо, что в плюс пошло».

Мы провалялись более получаса, пока караван угаев не скрылся из виду. Только после этого мои командиры подняли лошадей.

– Остаетесь здесь до моего возвращения! – распорядился капрал, ускакав вперед на разведку.

– И чем кочевые угаи отличаются от обычных? – задал я мучивший меня вопрос.

– Кочевники – крайне воинственные племена, для них врагом является любой, кто не угай. Мужчин они убивают и скармливают своим скакунам, а женщин забирают в гаремы.

– Их скакуны жрут людей?

– Вместо лошадей у них длиннозубы или скаковые волки. Кровожадные опасные твари, но для своих хозяев незаменимы. Они и лагерь от других хищников охраняют, и в бою опаснее любого бойца будут.

Сразу вспомнил толкиеновских орков на волках – тех, что в фильме про хоббита.

– Кочевые живут в степи? А как же всякие магические всплески и порталы дрегов?

– Я не знаю, где эти дикари обитают. Слышал, угаи умеют находить в степи оазисы, а там вроде всплесков не бывает. Но для нас главное, чтобы они селились как можно дальше от Ибериума, – ответил Алгай.

«А ведь в сам город я так и не попал, – неожиданно подумал я. – Парни с этим воздушным кулаком мне совсем голову заморочили. Вернемся из рейда, надо будет обязательно прогуляться, а то прибыл в новый мир, а ничего толком и не посмотрел. Напарники могли бы и обзорную экскурсию организовать для сослуживца».

Ближе к полудню мы добрались до нужного места. Причем заметить его со стороны было практически невозможно. Подумаешь, неглубокая ложбинка, практически заросшая травой.

– Там живет призрак, – таинственно сообщил Алгай. – А где призраки – обязательно должны быть сокровища.

– А головоотрывательных ловушек там не должно быть?

– Мы с Игуном все ловушки обнаружили и знаем, как их обойти. Нам только призрака нужно отодвинуть от сокровищницы. И тут уже без ветра никак.

– Уверен?

– Да у нас любой пацан знает: нашел пещеру с призраком – значит там сокровища.

Мне ответили не на заданный вопрос, похоже командиры сейчас были серьезно зациклены на припрятанных богатствах.

– И что, этот призрак по простоте душевной готов ими поделиться? – скептически произнес я.

– Кто из нас местный?! – раздраженно вмешался в разговор Игун. – Ты боишься призраков? А что они могут нам сделать? Это же не привидения.

– Так, а в чем отличие? – я перевел взгляд с одного на другого.

– Сквозь призрака все видно, он почти прозрачный. А привидение плотное. Вот этих тварей действительно стоит бояться. Им человека погубить – раз плюнуть.

«Как же у вас тут сложно! И степь у них живая, и на волках какие-то дикари катаются, и призраки в норах живут, а привидения… Как говорил небезызвестный Григорий: «В этой системе без убойного крэка фиг разберешься».

– Ладно, командир. Какие наши дальнейшие действия в войсковой операции?

Игун немного смутился, вспомнив мое недавнее вмешательство в его командование, но быстро собрался и ответил уверенно:

– Алгай остается сторожить лошадей. Ты идешь за мной след в след. Когда подниму руку – останавливаешься, сделаю вот так, – он изобразил отмашку, словно отгонял комара, – сдуваешь призрака в сторону. Разговаривать в пещере нельзя, и стен касаться тоже.

Отодвинув заросли, проникли внутрь. Не заметил, чтобы капрал прихватил с собой факел или какой-нибудь фонарь, и вскоре понял, почему – по стенам пещеры сетью засветилось множество точек. Меня подобная иллюминация сильно напрягла.

Суровые пятницы сделали меня крайне подозрительным, особенно к тем моментам, которые, на первый взгляд, облегчали жизнь. Они позволяли расслабиться, но только для того, чтобы впоследствии нанести неожиданный и весьма ощутимый удар.

Вот и сейчас… Зачем освещать фактически ворам путь к сокровищам? Всем известно, де бывает бесплатный сыр, и что ожидает любителей этого продукта. Полагаю, кара для охотника за халявными сокровищами будет ничуть не милосерднее.

Шедший впереди Игун довольно легко разрядил ловушки в виде самострелов, гильотин и возникавших на пути провалов. В конце коридора оказалась квадратная комнатка с единственной дверцей напротив входа, через который мы прибыли. Именно перед ней и висел призрак – милый забавный карапуз. Увидев такого, об опасности думаешь в последнюю очередь.

«Точно, мышеловка!» – Тревожные набаты застучали в душе, а капрал сделал отмашку.

Приготовившись к худшему, создал воздушную оплеуху. Карапуза действительно сдуло от двери. Капрал метнулся к двери и взялся за ручку.

– Воры!!! – прозвучало на языке, который я слышал среди угаев.

Забавный карапуз сразу преобразился в злобного старика и стал непрозрачным. И не милым. Он резко метнулся к Игуну, отбросил того от двери, а затем, отрастив большую когтистую лапу, потянулся к испуганному парню.

– Не сметь!!! – дико прорычал я так, что стены комнаты завибрировали, как и само привидение.

Старикан переключил внимание на меня.

– Мне приказывать?! – возмутился он. – В тебе лишь тень того, кому я бы подчинился, так что уходи, пока цел! А это – моя добыча, – он кивнул в сторону парня.

– По какому такому праву? – отдавать Игуна без боя я не собирался.

– Он – вор, позарился на сокровища, которые я должен сохранить, – привидение снова повернулось к жертве.

– Сохранить для кого? – Сделал шаг к капралу.

Старик, похоже, думал, что я воспользуюсь шансом ускользнуть, но не на того напал.

– Ты еще здесь? Испытываешь мое терпение?!

– Я задал вопрос!!! – постарался придать голосу максимальную громкость, и стены пещеры затряслись сильнее, даже пол под ногами закачался.

– Хочешь превратить мое жилище в свою могилу?

– Точно. А заодно отправить тебя на заслуженный отдых: в завалы больше никто не заглянет, и охранять клад будет не от кого.

– Я поклялся великому Оргину, что ни один недостойный не войдет в эту комнату и не коснется его сокровищ.

– А я поклялся, что этот человек не умрет, пока я жив. Поэтому запросто развалю твой склеп, чтобы выполнить свою клятву.

– Моя клятва священнее, смертный.

– Ты ее и не нарушил – он в комнату не входил и ничего не брал.

– Касание двери – явное намерение, за которое следует суровое наказание. Он виновен.

Только представил, как вернусь без Игуна и придется объясняться с его отцом, стало так тяжко на душе… Уцепился за единственную мысль, промелькнувшую в голове.

– Этот человек – мой слуга, который собирался открыть дверь мне. Попробуй доказать, что я недостоин охраняемых тобой сокровищ!

– Ты поклялся ради слуги? – оскалился старик, считая, что подловил меня на лжи.

– Да, перед очень достойным человеком, его отцом, когда брал сына к себе на службу. Или ты смеешь не верить мне!? – вопрос задал тоном, от которого снова задрожали стены.

– Достойный, говоришь? Тогда заходи и бери любую вещь, но только одну. Она и докажет, насколько твои слова правдивы.

– Мой человек не может открыть дверь. Ты его ранил – тебе и отворять, – наглеть, так уж по полной. Внутреннее ощущения подсказывали, что дверной ручки касаться не стоит.

– Строишь из себя великого господина? Ну что ж, входи. Только учти: времени у тебя – одна минута. И выйти без добычи ты тоже не сможешь, – старик противно захихикал, а дверь отворилась сама собой.

Комнатка оказалась почти такого же размера, что и соседняя, но здесь в центре стоял стол, буквально заваленный сокровищами. Чего там только не было: и золотые кубки, украшенные бриллиантами, и ларцы, и вазы, и кинжалы, и ожерелья… Практически все сияло и переливалось в ярком освещении. Бери – не хочу.

То, что все это богатство – ловушка, я не сомневался ни секунды, но никак не мог отыскать среди всего этого блеска какую-нибудь простенькую вещицу. Наверняка использовали принцип, как и со святым Граалем, но где же здесь свой «деревянный кубок»?

Обошел стол дважды, пока в глаза не бросилась тесемка, перекинутая через угол стола. Поскольку время истекало, быстро ее схватил и почти бегом бросился на выход.

– Стой, человек. – Теперь в голосе чувствовалось уважение.

– Сам сказал – у меня всего минута. Я не хочу задерживаться.

Хранитель сделал какой-то странный пасс рукой, вроде отмашки, из чего я заключил, что теперь лимит времени отменен.

– Ты владеешь истинным зрением?

– Еще бы знать, какое зрение является истинным, – хмыкнул я.

– Но почему ты взял торбу нищего? – судя по голосу, он действительно очень хотел знать ответ на этот вопрос.

– У нас говорят – не все то золото, что блестит.

– Ты действительно достоин малой доли сокровищ этой комнаты, – с досадой произнес страж. – Но я хочу, чтобы ты посмотрел, от чего отказался.

Повернувшись, окинул взглядом содержимое стола, на котором теперь вместо сокровищ валялись взведенные капканы. Причем в некоторых оставались кости оттяпанных кистей рук.

«Да, относительно мышеловки я не ошибся».

– Не все, что радует глаз, так же благотворно для остальных частей организма. Продолжай охранять чужие цацки и дальше, – не удержался я от прощального совета.

– Я буду ждать тебя. Возвращайся, когда станешь больше, чем тенью, – ответил старик. – А сейчас забирай своего слугу и убирайтесь отсюда.

Уговаривать нас не пришлось. Помог Игуну подняться, подставил плечо, и мы двинули на выход.

К счастью, за то недолгое время, что мы пробыли в пещере, ловушки не успели перезарядиться. Через несколько минут мы оказались под открытым небом. Только здесь вздохнул облегченно. Слегка встревоженный Алгай был на месте, лошадки рядом.

– Ну как? – с воодушевлением спросил он.

– Призрак оказался привидением, – пробурчал Игун, морщась от боли.

– Как это? – наш ефрейтор приземлился на пятую точку, открыв рот.

– Хочешь узнать, почему мы выжили? Все вопросы к Платону. Сам не верю, что избежал смерти.

– К Платону? – удивился Алгай.

– Он разговаривал с привидением на древнем наречии. Да так, что иногда стены трясло от его говора.

– Хвала Варду! – юноша перевел взгляд на меня. – Но как тебе удалось?

– Вот и мне, как командиру отряда, хотелось бы это узнать. Хотя, какой из меня… Два раза за один день всех едва не погубил. Знаешь, Платон, давай договоримся – в нашей группе главным будет рядовой.

– Только когда мы одни, – внес я поправку.

– Хорошо, командир, – кивнул он. – А теперь расскажи подчиненным о том, что произошло в пещере, когда призрак превратился в привидение.

– Да чего там рассказывать… Вредный старикашка протянул к тебе свои когтистые лапы, я заорал с перепугу, аж стены ходуном заходили. Он забеспокоился о своем жилище, начал юлить, в комнату заманил, думал – я на его обманки клюну, но не тут-то было. Меня сверкающими цацками не соблазнишь. Схватил торбу, а всяких золотых и брильянтовых вещиц даже касаться не стал. Когда же морок развеялся, все они оказались зубастыми.

– Это как?

– Стоило схватить любую – считай, руки и нет.

– А в торбе что? – спросил Алгай.

– Пустая, не видишь, что ли?

– А вдруг там карта с тайными кладами?

– Если к каждому сокровищу такой страж приставлен, то я вполне обойдусь без них, – произнес я, но руку в сумку машинально засунул. – Что за?…

Из пустой торбы вытащил довольно увесистую резную фигурку. Скорее всего, из кости.

– Ух, ты! – воскликнул юноша. – Красота какая! Наверное, древняя.

– Точно, артефакт! – произнес Игун. – По-моему, я нечто подобное в книге видел. В городской библиотеке.

Посмотрел на статуэтку. Это была фигура мужчины в полный рост, который обхватил руками голову и, судя по выражению лица, что-то кричал. Поражала детализация резьбы. Скульптор проработал все до мелочей, даже пуговицы на рубахе можно было различить. А еще внимание привлек цилиндрический постамент с двумя углублениями, расписанный неизвестными символами.

– Может, он больших денег стоит? – предположил Алгай.

– Так, бойцы: на сегодня нам приключений достаточно, возвращаемся. О стычке в пещере – ни слова, иначе нас в следующий раз никуда не пустят. Отцу скажешь, – обратился к Игуну, – что артефакт мы нашли… Есть тут место, где мы бы могли отыскать нечто подобное?

– Имеется, – подтвердил капрал. – Предлагаю к нему на обратном пути и наведаться, если не возражаешь.

– Так и сделаем.

Отказываться от командования не стал. Да, ребята местные, они знают особенности своего мира, но мне в непростой жизни на Земле приходилось постоянно думать об опасностях. Каждый пятый день недели ждать новой катастрофы, прикидывая, из-за какого угла выскочит очередная напасть. Кроме того, мои магические странности, проявившиеся в этом мире, похоже, решили возместить весь ущерб, нанесенный пятничными неприятностями за двадцать четыре года. Хотя, с чего вдруг я так решил, увидев лишь вершину айсберга? Чем все это аукнется, покажет время, поэтому не стоит и самому расслабляться, и другим не позволять этого.

Глава 6. Экскурсия в храм

Степь пока не проснулась, и поэтому к месту, откуда поступил странный сигнал, Кадургу пришлось добираться через три портала и сутки трястись верхом. К счастью, он успел найти иссохшие тела соплеменников до того, как те были съедены местными обитателями. Осмотрев трупы, он определил, что все трое были убиты особым оружием, не позволявшим ничего узнать о последних минутах их жизни.

«Откуда у местных могли взяться поглотители?» – недоумевал дрег.

Информацию о здешних краях он получил из отчетов разведки. Правда, последние сведения имели полуторамесячную давность, но вряд ли за это время здесь что-то изменилось кардинально, если не считать неожиданного появления в степи соплеменников.

Благодаря наведенному мороку, сейчас Кадург практически не отличался от обычного мирига. Однако если приглядеться, можно было заметить выступавший на мочке левого уха небольшой костяной нарост – особенность расы, скрыть которую полностью не способен никакой морок.

«Раз изгои вернулись, значит, они нашли тень Ярга, иначе бы не посмели показаться дома. Но как они умудрились проникнуть в живую степь во время спокойного сезона, сюда ведь нет пути через портал? Да и погибли они почти сразу – не успели даже сообщение о прибытии отправить».