Русские ящерицы

– Проходите, присаживайтесь, – президент указал на еще одно кресло рядом с министром.

Только сейчас, подходя к указанному ему месту, Романов распознал в третьем присутствующем Александрова. Он стоял у дальнего края стола, и улыбаясь смотрел на подполковника.

– Здравия желаю, Владимир Владимирович. – поздоровался Александр, когда Романов стал между ним и МЧэсовцем.

– Здравствуйте, – шепнул подполковник, пожимая протянутую руку. – Не ожидал Вас здесь увидеть.

– Прошу садиться. – оборвал их разговор президент, и все опустились в свои кресла. – Уже довольно поздно, – он мельком взглянул на часы, давая этим понять, что затягивать с обсуждением не стоит. – Поэтому перейдем сразу к делу. Александр Александрович мы Вас слушаем.

Александров встал, фирменным жестом поправил очки, прочистил горло характерным кашлем заядлого курильщика, и заговорил тихим, ровным, уверенным тоном. – Господин президент. Господа офицеры. Не для кого из вас не секрет, что с развалом Союза исчезли и некоторые военные структуры. Сократилась внешняя разведка, практически не работает служба внутреннего контроля. Да, существуют такие спецподразделения как «Альфа» или «Дельта», но у них довольно узкий круг обязанностей.

– Все это нам известно – перебил его президент. – говорите по существу.

– Я уже к этому подошел. – В голосе Александрова послышалось раздражение. –Мое предложение – создать на основе ФСБ небольшую, мобильную группу для выполнения некоторых, довольно щекотливых, задач.

– Вы имеете в виду… – президент пристально посмотрел Александрову в глаза.

– Совершенно верно. – Ничуть не смутился тот. – Именно об этом я и говорю. В Советском Союзе эту роль играли агенты КГБ, а сейчас, когда комитет «приказал долго жить», на смену им придут новые кадры.

– Хорошо, – президент открыл блокнот, и что-то быстро черкнул в нем ручкой. – Думаю нужно создать дополнительный отдел в ФСБ для руководства и координации группой. Товарищ Романов Вы готовы взять на себя руководство таким отделом?

Подполковник встал: – Так точно, господин президент. Более того я уже на протяжении полугода добиваюсь от своего командования разрешения на создание подобной группы.

– Ну вот, – улыбнулся он. – Считайте, что уже добились. Присаживайтесь. Основной вопрос я думаю решен. Осталось обсудить детали. Александров вижу у Вас есть кое-какие мысли. Излагайте.

Из президентского кабинета расходились уже глубоко за полночь. Глава государства, и министр МЧС уехали на одной машине (они жили рядом), а за подполковником и Александровым подогнали отдельные.

– Тебе куда? – прощаясь спросил Романов.

– В гостиницу.

– Так ты не москвич? – удивился подполковник, поймав себя на той мысли, что он совершенно ничего не знает об своем загадочном спасителе.

Александров молча покачал головой, открыл заднюю дверь, и уже собрался сесть в машину как вдруг Романов схватил его за руку: – Погоди, я вот что подумал. Поехали ко мне. Посидим, обсудим план работы в тишине, спокойствии. Не знаю как ты, а я уже не усну. Столько в голове мыслей.

Александр посмотрел в глаза подполковнику, захлопнул дверь, и наклонился к опущенному окну: – Передай своему начальству, что я еду с Романовым.

                        5

Чартерный самолет приземлившийся в Каирском аэропорту подрулил к терминалу высадки пассажиров. Первым из открывшейся двери, щурясь от яркого солнца, показался Бочкарев.

– Хорошо -то как.

– Иди давай, – легонько толкнул его в спину Паромов. – А то загородил собой выход, не обойти, не объехать.

– А ты перепрыгни. – засмеялся Петр, и сбежал по трапу на бетонку. За ним последовали и остальные пассажиры.

Пройдя все таможенные процедуры туристы, подхватив свой багаж, поспешили к поджидавшим их автобусам, и лишь немногие прилетевшие задержались у стоянки такси. Среди них были и четверо молодых людей, которые тщетно пытались высмотреть среди множества желтых машин нужную.

– Уважаемые хотят ехать? – рядом с ними, словно из-под земли, появился пожилой араб.

– Уважаемые очень хотят ехать. – ответил за всех Бочкарев. – Где ваш многоместный верблюд?

– Зачем верблюд? Машина есть, – нисколько не смутился таксист. – Вам в гостиницу?

Громов тронул Петра за руку, и глазами показал на стоящего в сторонке молодого человека, который явно пытался обратить на себя их внимание. Бочкарев улыбаясь обнял араба за плечи: – Не совсем. Для начала мы бы хотели сделать четыре круга вокруг Сахары, затемпрокатиться до истоков Нила, а уж потом в гостиницу. За весь этот круиз мы даем вам доллар. Сдача надеюсь найдется?

Пока Петр заговаривал зубы опешившему таксисту Паромов подошел к молодому человеку.

– Добрый день. Говорят, у вас в Саре можно дешево купить ковер. Так ли это?

– Да, уважаемый. Если хотите я отвезу вас туда.

Громов не ошибся. Это был тот человек, которого они ждали. Оставив перепуганного араба стоять посреди тротуара, парни погрузились в потрепанный «фольксваген», и помчались в направлении западной границы.

– По-русски говоришь? – спросил Паромов проводника на родном языке.

– Конечно – с гордостью ответил тот. – Моя мать родом из России, а отец учился в Москве. Там они и познакомились.

– Замечательно – усмехнулся Бочкарев. – Ты прям плод дружбы народов. А зовут тебя, конечно, Вася?

– Нет. Хажира – Петр, по-вашему.

Дружный смех друзей на несколько секунд заглушил в салоне все другие звуки.

– Вот значит, как меня зовут. Ну, будем знакомы, тезка. – отсмеявшись сказал Бочкарев.

За веселыми, непринужденными разговорами никто и не заметил, как машина, оставив позади шумный мегаполис, вырулила на широкий, прямой, как стрела, автобан, и помчалась на запад.

– Теперь к делу. – Согнал с лица улыбку Паромов. – Насколько нам известно в Саре мы должны получить документы и оружие. У вас все готово?

Парень молча прибавил скорость.

– В чем проблема? – уловил его замешательство Громов.

– С оружием. – Хажира неотрывно смотрел на дорогу. – Удалось достать лишь два ножа и один пистолет. На черном рынке все так дорого.

– Да, ну и коррупция же у вас – покачал головой Паромов. – На те деньги, что выделило наше командование можно было купить три танка, а вам хватило лишь на пистолет. Надеюсь с патронами?

– Конечно, целых две обоймы. – оживился проводник.

– И на том спасибо. А с документами – то все в порядке?

– И с документами, и с обмундированием все полный Окей. – повеселел парень. – Четыре комплекта как с иголочки.

– Не российский камуфляж?

– Ну что вы, – обиделся Хажира. – Настоящая, европейская форма.

– И на том спасибо. – вздохнул Паромов. – Петь, ты здесь уже как бы свой человек, потому давай-ка проанализируй ситуацию, и разработаем план действия на той территории.

– Как там на границе? – спросил проводника Бочкарев.

– С Ливадией? – переспросил парень.

– Нет, блин, с Эфиопией.

– У нас с Эфиопией нет границы. – Хажира обернулся, и удивленно посмотрел на Бочкарева.

– До чего тупы крестьянские дети. – вздохнул Петр. – Конечно с Ливадией.

– Так бы сразу и сказал. – Обиделся парень. – Границы практически не существует. После начала войны таможни закрылись, военные разбежались. В общем дорога свободна.

– А Натовцы разве её не перекрыли?

– Какое там, – махнул рукой Хажира. – По началу поставили было посты на дорогах, а когда их несколько раз повстанцы обстреляли, так и те свернули.

– Узнаю брата Колю. – Усмехнулся Бочкарев.

– Кого, кого? – не понял проводник.

– На обращай внимания, – в задумчивости махнул рукой Петр. – Это из Советской классики. Так говоришь граница открыта?

– Я сам несколько раз её пересекал, ни одной живой души не встретил.

– Улавливаете мужики куда наше оружие уплыло?

– Оно и понятно, – кивнул Паромов. – Сейчас Ливадия для контрабандистов золотое дно.

– Какой транспорт нам предоставят для поездки туда? – Снова обратился Бочкарев к проводнику.

– Об этом у нас договора не было, – занервничал парень. – Ваше командование попросило нас только доставить вас до границы, и обеспечить всем необходимым.

– Машина – это тоже часть необходимого. Где она? –в голосе Бочкарева послышались угрожающие нотки.

Хажира отрицательно затряс головой.

– Нету?! – Петр даже привстал с места. – Ах ты сын ишака! Верблюжье дерьмо! Да за такие дела я тебя в твоей пустыне закапаю к едреной фене! Где наша машина, сучий потрох?!

– Там, там, в Саре в гараже у моего брата. – запинаясь ответил проводник, и вжал голову в плечи ожидая удара.

– Вот видишь, а говоришь нету. – уже спокойным тоном сказал Бочкарев. – Слушай, а если я тебе в ухо заряжу может и автоматы появятся? А?

– Нет, нет. Больше правда ничего нету. Честное слово. Клянусь мамой! – залепетал парень, еще сильнее вжимая голову в плечи.

– Оставь его – подал голос Громов. – Оружие действительно разворовало начальство, а он хотел присвоить лишь то, что осталось – машину. Так, Хажира?

– Да, да – затряс головой парень. – Бес попутал. Простите. Я думал она вам не нужна будет.

Бочкарев нагнулся к уху проводника, и прошептал: – Когда, в следующий раз, тебе захочется сделать нечто подобное вспомни обо мне, и поверь ни один бес тебя не попутает. А теперь давай, жми на газ, и не дай тебе твой Аллах сломаться где-нибудь по дороге.

                        6

– Чай, кофе? – Романов, «колдуя» у плиты, через плечо вопросительно посмотрел на гостя.

– Кофе – Александров достал сигарету, снял с подоконника пепельницу, и чиркнул зажигалкой. – Как сын, звонит?

– Конечно – улыбнулся подполковник. – Раз в неделю обязательно. У него все хорошо. Работает в закрытым учреждении, не бедствует. Выехать, правда, не может, но не беда. Главное, что ему там нравится. А у тебя как?

– Все нормально – уклончиво ответил Александр гася сигарету. – Ты со мной о чем-то хотел поговорить?

– С чего ты взял? – удивился Романов.

– Ну как же, – пухлые губы Александрова дрогнули под щетиной усов. –Просто так человека в два часа ночи в гости не приглашают.

– Ну я вроде как по-дружески.

– Володя перестань со мной в прятки играть – поставил на стол чашку Александр. – Ты ведь знаешь, я людей насквозь вижу. Говори в чем дело.

Романов оперся руками о стол: – Саша. Мы с тобой знакомы вот уже…

– Давай оставим в покое наше темное прошлое, – перебил его Александров. – Ближе к делу.

– Хорошо – подполковник поднял голову, и их взгляды встретились. – Что все это значит?

– Что «все это»?

– Вызов меня к самому – Романов поднял указательный палец вверх. – Ты в кабинете, решение того вопроса над которым я бился не один месяц. Как? Почему?

Александр пустил к потолку струю дыма, снял очки, близоруко щурясь протер их фланелевой тряпочкой, водрузил на место, и лишь потом посмотрел на офицера: – Хочешь знать правду?

– Конечно. С сегодняшнего дня мы с тобой вроде как партнеры.

– То есть не друзья? – В глазах Александрова заблестели огоньки веселья.

– Конечно друзья – встрепенулся Романов. – Мы ведь еще оттуда, с Афгана, друзьями стали. Так как ты узнал о моих проблемах?

– То, что ты задумал создать группу я узнал случайно. – Александр заметил недоверчивый взгляд Романова, и поспешил добавить. – Уверяю, совершенно случайно, но идеей загорелся сразу. Мысль потрясающая. Обдумав её всесторонне, я пришел к выводу, что чем меньше людей о ней знают, тем меньше шансов провала. Ты со мной согласен?

– Абсолютно. – Кивнул подполковник.

– Исходя из этого я, в обход твоего ведомства, направился прямиком к президенту.

– Действия правильные, но возникают два вопроса. Первый – как тебя к нему допустили, и второй – зачем тебе я, если ты и сам со всем справился?

– Как допустили мог бы и не спрашивать, а вот почему я привлек тебя? – глаза Александрова вмиг из светло-голубых превратились в темно-синие. – Ты действительно считаешь, что я, могприсвоить себе проект друга?

– Нет конечно. – стушевался Романов.

– Тогда это очень глупый вопрос. Единственное, что я сделал это помог тебе осуществить свой план.

– Спасибо. Это действительно неоценимая помощь. – подполковник собрал со стола пустые чашки, и бросил их в раковину. – Теперь нужно из сотни тысяч офицеров выбрать четырех.

– Почему четырех, а не пять или трех? – закуривая очередную сигарету, спросил Александров.

– По опыту, Саша, по опыту. Пять – это много, группа слишком заметная. Три – мало, нет достаточного боевого напора. Четыре – оптимальное количество.

– Допустим ты прав. Чем она будет заниматься,где, и под каким прикрытием?

–Ни под каким. Официально она существовать не будет. Все эти люди должны иметь мирные специальности, или числиться где-то не в силовых структурах. Это раз. Парни должны владеть всеми видами оружия, управлять любым транспортом, включая летательный, владеть несколькими видами единоборств, и говорить минимум на трех языках. Это два. А также уметь нестандартно мыслить и находить выход из любой, даже безвыходной ситуации.

– Ну и требования у тебя, Володя – покачал головой Александров. – Уж не насмотрелся ли ты Американских блокбастеров?

– Нет, дорогой ты мой, я перечислил только то, что позволит им выжить и вернуться домой. Но как найти таких ребят? Причем сделать это нужно достаточно быстро.

– Вот с этим мы с тобой абсолютно согласны. – кивнул Александров.

– Мы? – Удивленно поднял на него глаза Романов.

– «Мы» – это президент и я. Президент в первую очередь. Он уже поставил перед нашей группой первую задачу.

– Задачу? Какую задачу, перед какой группой? – вскочил с места Романов. – Все еще только на стадии разговоров. Да нам на подбор людей потребуется, может быть не один год.

– Срок – неделя.

– На что «неделя»?

– На подбор людей. Это приказ.

– Но…

– Никаких, но, – Александров погасил в пепельнице сигарету, и поднялся. – Кадрами я займусь сам, а ты обеспечь тренировочную базу, и инструкторов. Все, через три дня жди меня в кабинете.

Он стряхнул с брюк пепел, и направился к выходу.

– Ты куда? – преградил ему путь подполковник.

– Пора, светает уже.

– Я думал ты у меня переночуешь.

– Считай, что уже переночевал. Через полчаса метро откроют.

Хлопнула входная дверь, квартира погрузилась в предрассветную тишину, а Романов еще долго стоял в маленькой прихожей глядя в пустоту.

                        Глава 2

– Если мы в ближайшее время не найдем заправку, то километров через пять станем. – предупредил Громов глядя на показания приборов. Старый, потрепанный «форд» с натуженным ревом преодолел очередную кучку песка, которую ветер нанес на растрескавшийся асфальт, и дребезжа всеми своими помятыми боками покатил дальше. Парни, мокрые от пота, покрытые толстым слоем пыли, качались и подпрыгивали на потрескавшихся кожаных сидениях.

– Вернемся, прибью тезку, – выплевывая очередную порцию песка в сердцах сказал Бочкарев. – Такое хламьё подсунул.

– Нам повезло, что вообще у них хоть какая-то машина оказалась, – философски заметил Морозов. – Нашу то они продали.

– А за это я его два раза прибью. – размазывая по лицу грязь пообещал Петр. – Слава посмотри сколько до Трифоли осталось.

Сидящий рядом с водителем Паромов достал планшет, и через минуту ответил: – Километров сто – сто двадцать.

– Плохо, – вздохнул Бочкарев. – Насколько я помню еще минимум километров на пятьдесят нет ни одного селения.

В этот момент «форд» издал громкий, протяжный рев, под капотом что-то «бабахнуло», и оттуда повалил дым.

– Все, приехали, – устало вздохнул Громов выходя из машины. – Не выдержала американская лошадка Ливадийской жары.

– Ну вот одна проблема отпала. –Усмехнулся Морозов стряхивая с себя песок.

– Какая?

– Не нужно искать бензин.

– Зато появилась другая, – сладко потянулся Бочкарев, разминая затекшие суставы. – Наших запасов воды навряд ли хватит до ближайшего селения. Кстати Слава сколько там до него?

– Сейчас посмотрим – Паромов включил планшет, и тут же выругался. – Ипатьевская летопись! А! зарядка на нуле.

– Веселое у нас получается начало операции, – покачал головой Громов.

– Прям обхохочешься, – проворчал Бочкарев. – Ладно. Хватит ахать да охать. Берем свои манатки и вперед, заре на встречу.

Километров десять парни шли бодро перешучиваясь, и травя веселые байки. Потом, из-за духоты, их темп стал заметно падать.

– Все, господа, привал. – объявил Бочкарев.

– Отлично. – Морозов сбросил с плеч рюкзак, и присел на придорожный барханчик. – Ой горячо! – Тут же вскочил он.

– А то – рассмеялся Петр. – Это тебе не на пеньке у Волги сидеть. Здесь, брат, пустыня. Значит так. Если не хотите обжечься на землю стелите какую-нибудь вещь, желательно плотную. Вот, смотрите. – Он достал из своего рюкзака куртку, постелил её на песок, а потом сел на неё сам. Его примеру последовали остальные.

– Какие планы на будущее, командир? – Обратился Бочкарев к Паромову.

– Вот об этом я и хотел поговорить – Вячеслав повернулся так, чтобы видеть всех сидящих рядом. – Мне кажется здесь командиром должен быть не я.

– Почему? – удивились парни.

– Я ничего не знаю об этой стране, людях, ситуации, а среди нас есть человек, который всем этим владеет. Поэтому глупо было бы не воспользоваться его опытом. Петр угадай о ком я сейчас говорю.

– Обо мне конечно, но простите, вы же офицеры, а я всего лишь сержант.

– Где ты у нас видишь погоны? – с улыбкой спросил Громов. – Сейчас мы все находимся в одном звании –никаком, поэтому и командира себе выбираем в соответствии с ситуацией. Слава абсолютно прав. Ты здесь дома, ну а мы пришли к тебе в гости. Так что командуй. Саша ты как?

– Целиком и полностью. Тихо. – Морозов поднял вверх палец призывая всех к тишине. – Кажется я слышу шум мотора.

– Ага. – вскочил со своего места Петр. За ним поднялись и остальные. – Значит так. Арабский знаем только мы со Славой поэтому разговаривать с ними буду я, а Вячеслав вам переводить. Только шепотом. – Обернулся он к Паромову. – Всем быть на чеку. Все, приготовились.

Через минуту на дороге показался японский внедорожник с полностью срезанным верхом в котором сидело шестеро вооруженных, Ливадийских боевиков. Над машиной развивался повстанческий флаг. Заметив у дороги группу людей, они остановились, и на парней тут же уставились четыре автоматных ствола.

– Кто такие? – Спросил сидящий рядом с шофером, видимо командир.

– Свои из Польши. Прибыли к вам в помощь – ответил Бочкарев, протягивая документы. – До штаба подбросишь?

– Посмотрим, – уклончиво ответил ливадиец внимательно разглядывая паспорта. – А здесь что делаете? Место пустынное ни порта, ни аэродрома поблизости нет.

– Так мы же нелегально, через Египет. Машина сломалась милях в пятнадцати отсюда. Вот, добираемся своим ходом. Тебя как зовут-то, командир?

Вместо ответа ливадиец спрятал документы в нагрудной карман, и жестом указал место среди своих головорезов. «Полезайте сюда».

– Паспорта отдай.

– На базе получите, – отрезал он, и чуть слышно добавил. – Может быть.

Забравшись в машину, парни хотели сесть вместе, но боевики растасовали их между собой так, что каждый оказался между двумя повстанцами. Внедорожник тяжело заурчав двинулся в сторону Трифоли. Мозг Бочкарева работал в усиленном режиме. Оказаться на базе повстанцев это был самый худший вариант, который они продумывали. Там находились отнюдь не дураки, и всех прибывающих к ним в качестве наемников подвергали самой тщательной проверке. К тому же всегда под рукой были советники из НАТО, так что справки о них наведутся в течении максимум суток. А дальше будет все ясно. Поэтому на базу им никак нельзя. Петр поднял глаза, и заметил, что все трое пристально смотрят на него, он еще немного поколебался, взвешивая шансы, а затем медленно опустил веки давая сигнал к началу операции. Два ножа полоснули по горлам боевиков, еще два были выхвачены из ножен у пояса, и вонзились хозяевам в сердце. Сидевший у переднего борта Паромов подпрыгнул, и развернувшись в воздухе нанес смертельный удар носком тяжелого ботинка в затылок командиру повстанцев всадив, при этом, нож под левую лопатку водителю. Опустившись между двумя трупами, он перехватил руль, и нажал на тормоз.

– Молодец, чисто сработано. – похвалил его Морозов спрыгивая на асфальт. – Командир транспорт захвачен. Какие будут дальнейшие указания?

– Для начала спрячем тела.

Изъяв у повстанцев оружие и документы, парни разгребли песок и уложили в получившуюся яму убитых. Тщательно их засыпав, и уничтожив следы своего здесь пребывания ребята погрузились во внедорожник.

– Петь посмотри, что это. –Вячеслав протянул Бочкареву небольшую, пластиковую карту. Сидя у заднего борта они вдвоем разбирали захваченные у боевиков документы.

– О! Это же то, что я ищу. – Обрадовался Петя. – Пропуск через КПП. Сергей присобачь-ка его на лобовое стекло. С этой карточкой мы теперь в Трифоли без проблем въедем.

– Может не стоит её на стекло вешать? – Засомневался Громов.

– Почему?

– Эти же не вешали. Может у них не принято. Спалимся еще.

– Пожалуй ты прав, – немного подумав согласился Бочкарев. – Тогда спрячь её в карман, покажешь при въезде.

– Вот ты и покажешь, – возвращая пропуск ответил Громов. – Не я же с ними говорить буду.

– Ладно, – словно нехотя потянулся Петр за пропуском. – Ох пользуетесь вы моей добротой.

– А то – хохотнул Громов прибавляя скорость. – Теперь по Трифоли промчимся на белых лошадях.

– На белых верблюдах. – улыбнулся Паромов. – В Ливадии почти нет лошадей.

– По мне хоть на самокатах лишь бы побыстрее. – поддержал разговор Морозов.

– Езжайте кто на чем умеет, но в городе общаемся исключительно по-английски. Даже с верблюдами. Понятно? – предупредил ребят Бочкарев.

Напряжение спало, и парни, сдвинувшись поплотнее, принялись рассказывать друг другу анекдоты и забавные истории, не прекращая при этом внимательно следить за местностью.

Город появился так же внезапно как появляется в поле камень. Преодолев очередной холм, они увидели лежащую в долине столицу. Тянущиеся вверх современные небоскребы перемешивались с минаретами старинных мечетей, небольшие, глиняные домики прижимались к высоткам из стекла и бетона, а финиковые деревья и редкая зелень слегка разбавляли серую краску каменного котла, в котором европейцы сейчас варили жуткое варево из человеческих душ и крови. Потом, когда смрадное кушанье будет готово, они выплеснут его вон оставив себе гущу из нефти и денег. Но сейчас, в палящих лучах полуденного солнца, этот город издали ничем не отличался от мирных городов Азии и Африки. Не было слышно ни сухого треска автоматных очередей, не взрывались гранаты. в небе не кружили Натовские разносчики смерти. Улицы были чисты и безлюдны. В стеклах домов отражались миллионы зайчиков, а там, далеко, далеко казалось даже слышно, как плещется голубая вода в морском заливе.

«Тойота», не сбавляя скорости, подлетела к КПП находившемуся на въезде в город. Шлагбаум из пластиковой трубы, и нескольких мусорных баков представлял собой уродливую пародию на пропускной пункт, тем более, что охраняли его трое детей не старше семнадцати лет. Увидев над машиной повстанческий флаг юнцы со всех ног бросились освобождать дорогу даже не подумав проверить документы.

– За такое нарушение под трибунал отдают. – Сквозь зубы процедил Бочкарев, когда они медленно катились мимо вооруженных автоматами подростков.

– Под трибунал как под трибунал, а вот хорошего ремня я бы им всыпал. – Возразил Морозов, и поднял два пальца вверх. Увидев любимый жест молодежь запрыгала от восторга.

– Им еще в школе учиться, а не с оружием бегать. – Покачал головой Сергей.

– Слава куда сейчас? – Повернулся Бочкарев к Паромову.

Вячеслав достал планшет, и его глаза засветились радостью: – Порядок, мужики, есть доступ к интернету. – Повозившись еще с минуту он скомандовал: – Движемся к центру, сигнал идет оттуда.

– Принято. Серёга, поднажми.

                        2

Рабочий день уже подходил к концу, когда ожил селектор, и взволнованный голос Елены Феликсовны сообщил: – Товарищ подполковник к вам Александр Александрович.

– Пусть войдет.

Романов поднялся и встретил посетителя прямо у входа.

– Здравствуй, Саша, здравствуй. Признаться заждался я тебя. Как успехи?

– Вот, принес кое-что, – открывая пухлый портфель ответил Александров. – Взгляни, думаю тебе будет интересно.

Подполковник сел на место, и открыл первую папку: – Громов Сергей Геннадьевич. Лейтенант медицинской службы. – Он оторвался от дела, и с удивлением посмотрел на друга.

– Ты дальше читай.

Пробежав глазами еще страницу Романов закрыл папку: – Что за бред? Зачем мне в боевой группе медик? Да косвенно я могу понять: перевязать рану, достать пулю, но пойми мне нужны такие ребята, которые бы сами могли это сделать.