- -
- 100%
- +
Когда я приехала на привокзальную площадь, огромные настенные часы над входом вокзала показывали без двадцати минут восемь. Отправление моего поезда ожидалось в восемь часов, поэтому стоило поторопиться.
Только прилетев с отдыха на море, покрытая загаром и наполненная новыми впечатлениями, умиротворенная, я возвращалась домой.
Тот ритм жизни, в котором прожила почти две недели, растворяясь в блаженстве максимальной расслабленности и наслаждаясь красотами великолепных видов, вдыхая дурманящий воздух с нотками ароматов востока, сильно отличался от атмосферы мегаполиса с ее суетой, динамикой и цейтнотом.
Характерный для вокзала гул мешал мне сосредоточиться и найти свой поезд. Всюду сновали грузчики с огромными тележками, голос диспетчера, звучащий из громкоговорителя, сливался с длинными звуковыми сигналами локомотива, вблизи которого я стояла.
Какая-то женщина с огромной сумкой стремительно пронеслась мимо меня, громко дыша и крича куда-то вдаль: «Толя, помоги, мне тяжело!»
Когда я подошла к вагону, меня окликнула торгующая на перроне женщина:
– Девушка, купите себе в дорогу мороженое, пирожки, чипсы или кукурузные палочки!
– О! Как вы вовремя! Давайте кукурузу, две пачки! – обрадовалась я любимому нехитрому лакомству.
Только я рассчиталась с продавщицей и достала из сумки паспорт, как стала свидетельницей следующей сцены, которая разворачивалась перед моими глазами в замедленном темпе, как в кино: молодая женщина с младенцем на руках, поднимаясь в вагон, поскользнулась и чуть не рухнула на перрон, мужчина, который поднимался следом, к счастью, подхватил ее, но сам еле удержался и ударился рукой об железную дверь.
Женщина с ребенком благополучно поднялись, а мужчина, охнув присел на перроне на корточки.
«О!» – выдохнула я, увидев, что кожа на руке у спасателя была прилично разодрана.
– Помощь нужна? – крикнул ему высокий худощавый мужчина с копной светлых волос.
– Все в порядке, – махнул тот в ответ, прижимая руку к груди.
– Бро, ты молодец, держи пиво! – обратился к нему седоватый мужчина, который явно был навеселе и держал в руках несколько банок со спиртным.
Люди, ставшие невольными свидетелями этой сцены, одобрительно кивали и как-то старались поддержать мужика.
Погода стояла теплая, хотелось надышаться вечерним свежим воздухом, прежде чем нырнуть в вагон, где наверняка было душно, поэтому я стояла на перроне, пока проводница не стала всех зазывать, оставалось пять минут до отправления.
Каково же было мое удивление, когда я вошла в купе и увидела всех участников сцены спасения женщины с младенцем на лестнице, кроме самой спасенной!
– Опа! А вот и девушка, она разбавит нашу мужскую компанию, – весело констатировал мужчина с банкой пива.
Я улыбнулась и, поздоровавшись, прошла на свое место, благо оно было нижнее. Мужчина, который не выпускал банку пива из рук, занимал верхнее место, напротив меня сидел тот, который помог женщине, а над ним, на верхней полке устроился высокий, худощавый парень, который предлагал помощь спасателю.
К нам в купе заглянула проводница, раздав белье, она спросила:
– Чай, кофе желаете?
Мужчины заказали себе чай, я же решила, что не стану перед сном ничего пить.
Когда поезд тронулся, молодой человек, который помог женщине удержаться на подножке вагона, потирая поврежденную руку, неожиданно представился:
– Меня зовут Михаил, – и выжидающе посмотрел на своего соседа.
– Ринат, – белокурый мужчина протянул ему руку.
– Володя, – откликнулся с верхней полки мужчина.
Я тоже назвала свое имя и спросила у Михаила:
– Сильно болит рука? Я видела, как вы поранились.
– Знаете, не столько руку, сколько ногу травмировал… – вздохнул с горькой улыбкой на лице он в ответ.
– Вы молодец, пострадали, зато помогли женщине, – поддержала я его.
– Ну а как же не помочь было? – пожал он плечами с видом человека, который не представляет себе иного поведения.
В купе заглянула проводница с чаем на подносе. Володя с верхней полки протянул ей банку пива:
– Не хотите угоститься?
Молодая проводница нахмурила брови и сухо отказалась.
– Строгая какая, – бросил ей вслед мужчина.
Какое-то время мои попутчики молча пили чай, как вдруг неожиданно тихим голосом заговорил Ринат:
– Да, сострадание – это очень важно… Не пройти мимо человека, который нуждается в помощи – это дорогого стоит.
– Тем более пастору, – усмехнулся Михаил.
– О, вы пастор? Протестант? – поинтересовалась я.
– Да, вот еду на юг, в университет, буду читать лекцию, в основном работаю с молодежью, – слегка наклонив голову, Михаил внимательно присматривался к нам, дабы понять, как мы реагируем на его откровение о себе.
Он был одет в черный костюм, темные короткие волосы ежиком обрамляли широкое светлое лицо, на котором блуждала улыбка. Плотного телосложения, он производил впечатление добродушного и довольно открытого человека. Лет ему было около тридцати.
– А я вот православный! – над нами навис Володя, тряхнув седыми волосами, и я только вблизи рассмотрела, что мужчине было около сорока лет, седина и не совсем свежий вид прибавляли ему возраст.
– Да тут наверняка все православные, – отозвался пастор и вопросительно посмотрел на Рината и меня.
– Нет, я монах, буддист, – ответил ему Ринат.
– Оу! – удивился Михаил.
– Интересная компания, – весело констатировала я.
И тут все трое посмотрели вопросительно в мою сторону.
– А почему, простите, мы представляемся религиозными конфессиями? Ну хорошо, я христианка! – радостно объявила я.
– Это как же небеса постарались, чтобы тут нас всех собрать, – медленно произнес пьяным голосом Володя, – Ринат, а как так получилось, что ты в буддисты подался?
Ринат, как, впрочем, и следовало монаху, отрешенно смотрел в окно, казалось, он не услышал вопроса.
– Смотрите, – монах показал рукой в направлении окна, – молнии одна за другой, темно-серые тучи практически все небо закрыли, сейчас пойдет дождь, – сказал он.
Мы все завороженно смотрели, насколько это возможно, так как радиус нашего видения ограничивался рамками окна вагона, как стихия буйствовала во всей своей красе.
– Монахом я стал несколько лет назад, – ответил на Володин вопрос Ринат, это было неожиданно даже для меня самого. – Я всегда искал ответы на вопросы бытия, зачем? Для чего я тут? И только буддизм помог найти ответы. Сострадание – вот главное, что я уяснил для себя.
– А где вы сейчас проживаете, Ринат? – поинтересовалась я.
– Постоянно нигде, странствую. Живу на пожертвования, вот даже билет в это купе мне купили совершенно незнакомые люди, с которыми я познакомился буквально вчера, – Ринат говорил тихим, спокойным тоном. У него было удлиненное лицо, прямой нос и волевой подбородок. Светлые волосы казались выцветшими. Одет он был во все чистое, но сильно потрепанное, рубашку и джинсы. Ринат источал уверенность и непоколебимость. – Мне нравится такая жизнь, без лишней суеты, когда не знаешь, что произойдет с тобой завтра, что ты будешь есть и будет ли где преклонить голову.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.