Быстрее. Еще быстрее

Волки нагоняли его. Они с каждой секундой окружали все больше и больше. Четверо заходили с флангов, а еще трое гнались у него за спиной. А ему не оставалось ничего, кроме как бежать. Бежать вперед и вперед. Вокруг из деревьев, как назло, только широченные сосны совершенно неимоверной высоты, настолько огромные, что кажется, словно даже веллингтонии не настолько могучи в своих размерах, как они. Впереди показалась лесная река. Небольшая, всего, может, метра три в ширину, но на той скорости, что уже развил человек, она не казалась непреодолимым препятствием. Он прыгнул в самый последний момент, безошибочно рассчитав свое действие каким-то подсознательным, задним чувством. В воздухе он подвис, широко расставив ноги, словно садясь на продольный шпагат, силясь дотянуться передней ногой до противоположного.

И, что удивительно, дотянулся. Только было слишком поздно: нога уперлась в мягкую черную землю, покрытую буйным мхом, а оставшаяся часть тела остановилась над водой, и добыча волков рухнула в ледяную воду.

Внезапно человек проснулся. На его голову было надето легкое устройство наподобие какого-то паука, управляемыми присосками прикрепленное к вискам и лбу. Словно паутина, провода и пластиковые штанги опутывали его волосы. Все его тело лежало на кушетке, больше напоминавшей больничную, только рядом не было ни капельницы, ни иного медицинского оборудования. Помещение было небольшим и напоминало кубрик, словно каюту не самого дорогого судна паромной переправы. Непонятные вентиляционные устройства покрывали его серый потолок, а черный плиточный пол отражал унылые серые стены с черными угловыми плинтусами. В голове проскочила мысль:

«Голопроекторы».

Пытаясь понять, где находится, мужчина повернул голову налево. Стеклянная дверь в помещение открылась, и через нее вошли двое ученых лет тридцати пяти, максимум сорока. И он вспомнил…

Это были те физики и нейробиологи, которые какое-то время назад встретили и повели его на собеседование в центр разработок многопрофильного предприятия «Заслон». Но почему он спал, и что за устройство торчит у него на голове?

– Что происходит? – возмущенно вопросил гость, лежащий на кушетке, на что ему спокойно ответили те, кто явно привык проворачивать подобный номер многократно, а потому ничуть не испугались его реакции. Стоящий по правую руку от своего товарища светловолосый ученый произнес уверенно и без спешки:

– Физический эксперимент. Не переживайте, вы просто спали некоторое время. Чтобы у вас не возникло подозрений, возьмите в руки псионный сканер с вашей головы. Мы сейчас отключим присоски, а если он упадет, это будет ваша вина. Подобное оборудование обходится недешево.

Человек с подозрением взял устройство, что, по его ощущениям, держало его в заложниках, за одну из штанг, а второй на кнопку на пульте. Присоски с чавкающим звуком отпустили виски и лоб жертвы, оставшись у нее в руках. Затем тот, что держал в руках пульт, шатен с зелеными глазами, резво быстрым голосом упрекнул своего товарища-блондина, причем явно не в первый раз:

– Хватит пугать гостей, Дим! Какой еще псионный сканер? Обычный считыватель мозговой активности.

– Ускорение времени – это псионная способность! – не унимался Дмитрий, поворачивая взгляд голубых глаз на товарища. – Рано или поздно, Паша, ты это поймешь.

Мужчина уже сел на кушетку, свесив полностью одетые в его «родные» черные брюки и темно-синие туфли ноги к полу, а также удерживая двумя пальцами в руках сканер, снятый с головы:

– Господа, я вам не мешаю?!

Те моментально успокоились, уставились на него, а Дмитрий отреагировал словами:

– Да, извините. Положите сканер на кушетку и пройдемте с нами.

– Вообще-то, я не собираюсь никуда идти, – воспротивился гость организации, но сканер на кушетку положил, чтобы случайно не повредить «оборудование, обходящееся недешево» неловким броском последнего на пол, – пока вы мне не объясните, что произошло! Я не подписывал никаких согласий на участие в каких-то «физических экспериментах»!

При этих словах он вскочил на ноги, осматривая целостность своей клетчатой синей рубашки. Проверил наличие наручных атомных часов, после чего вновь обрушился на вошедших в «кубрик» ученых, неприлично тыкая в них и в пол попеременно пальцем:

– Какие еще «псионные способности»? Что за «ускорение времени»?

Пульт из рук зеленоглазого Павла уже незаметно исчез, а в правой руке появился пистолет. Не направленный на человека, палец параллельно стволу, но не на спусковой скобе:

– А вот за такую информацию вас придется убить.

Констатация жестокого факта резко осадила пыл гостя организации. Из кандидата в работники он одним движением руки оказался в заложниках. При виде оружия ноги у него подкосились, и мужчина присел обратно на койку. А вооруженный ученый покачал головой и в свою очередь обратился к Дмитрию с таким тоном, словно они были не коллегами, а давними соперниками, где в битве на данный момент выигрывал именно Павел:

– Дмитрий, если вы продолжите болтать лишнего при гостях, то, уверяю, следующий эксперимент станет для вас последним.

Дмитрий лишь покачал головой:

– Вот… Зачем отправлять меня на подобные переговоры? Я лучше свою работу делать буду, чем как-то участвовать в подобных разборках.

Блондин обиженно отвернулся. Оружие в руках коллеги его словно вообще не волновало, на что со смесью страха и удивления глянул мужчина-подопытный. Дмитрий же обратился к нему, прервав неловкую паузу:

– Юрий Ильич, следуйте за нами. Вы же на собеседование пришли. Вот и пройдемте.

Жертва молча подчинилась. Юрий даже не убедился в том, что все его личные вещи остались на месте, лишь на выходе он их увидел, но настолько опасался сотрудников «Заслона», что даже не подумал как-то подойти к тумбе, где лежали его связное устройство и идентификационная карта. Павел затормозил его у дверного проема и прямо сказал:

– Вещи заберите. Они нам тут ни к чему.

Дрожащими от страха руками Юрий рассовал по карманам то, что имел, а потом последовал за Павлом. Его завели в просторный кабинет работника отдела кадров, а затем ученые успешно испарились из его зоны видимости.

Автоматическая дверь закрылась у мужчины за спиной. Не зная, как ему быть, он лишь стоял на месте и осматривался. Вдруг тут все повязано на насилии? Ему, как человеку гражданскому, вообще не привыкать.

Помещение имело округлые формы, ни одного ребра, везде сплошные плавные сопряжения. Стены плавно переходили одна в одну и в потолок, даже с полом соединение было плавным и скругленным. Бежевая краска стен неплохо сочеталась с бежевыми же этажерками и панелями офисных шкафов, при этом сям-там встречались также окрашенные в черный элементы дизайна. Например, ножки стола прямо по курсу и пустующее кресло, но не комфортабельное, как обычно в кабинетах директоров или менеджеров, а скорее барный стул. На подоконнике и на столе не было ничего лишнего, кроме непонятно как примостившихся в черно-бежевом дизайне зеленых растений. Справа наблюдался проход в соседнее помещение, откуда быстрым шагом к столу вышла стройная девушка с темно-каштановыми волосами, серыми глазами, в песочного цвета блузке с рукавами до локтевых суставов и в юбке цвета сгущенного молока с цикорием и длиной до середины бедра.

Юрий стоял не шелохнувшись. Девушка молча села на свой стул, улыбнулась гостю и заинтересованно спросила:

– Юрий Ильич, чего стоите? В ногах правды нет.

Удивительно, но на ней не было никакой видимой косметики. Красота ее лица была слишком самодостаточна. Она указала ему рукой на стул возле стола. Мужчина нехотя двинулся к нему:

– Я вот думаю, нет ли у вас тут оружия…

Коротко усмехнувшись, девушка ответила:

– Не переживайте…

У Юрия только отлегло, как она добавила:

– …конечно же есть.

Еще немного, и от перенапряжения гость чуть не упал бы в обморок. Хотя, у него в голове подобный расклад был весьма предсказуем. Не желая показывать свою слабость, Юрий собрался с силами. Все-таки, перед ним та, на кого необходимо произвести приятное впечатление. А та, в свою очередь, продолжила:

– Но, стоит надеяться, оно нам не понадобится?

Спешно отрицательно помотав головой, посетитель заявил:

– Нет, конечно. Просто после того, как ваш сотрудник тыкал в меня пистолетом…

Глаза визави моментально сузились, а улыбка выпрямилась, отчего Юрий осекся. Девушка успешно перехватила у него право слова:

– Нехорошо… Не успели прийти, как уже врете.

На него словно вылился ушат холодной воды, и он неуверенным голосом ответил:

– Извините?

– Наш сотрудник не направлял оружие ни на кого, если вы об этом. Он лишь показал вам всю серьезность ситуации. Тем не менее, не обольщайтесь, стрелять он умеет.

Пришлось Юрию собраться вновь. Он оправдался:

– Извините, но со мной не каждый день происходит нечто подобное. В конце концов, меня же без всякого согласия поместили куда-то и провели эксперимент. Что за он был хоть?

– Секретный проект нейробиологии и физики. Вам знать не положено, – улыбка вернулась на лицо девушки. – Но вы были во сне с симуляцией, никакого вмешательства в ваш организм. Итак, для чего вы выбрали нашу компанию?

Но мужчину уже захватили воспоминания из разговора ученых: «псионные способности» и «ускорение времени». Из-за того, что он упустил вопрос собеседницы, возникла неловкая пауза. Ей пришлось Юрия вернуть в реальность:

– Я вас спрашиваю. Для чего вы выбрали нашу компанию?

– Я бы хотел попасть на тот самый проект. В эксперименте, в рамках которого участвовал вопреки своему желанию.

Девушка хмыкнула. Только что он еле отвечал на вопросы, боялся оружия, а теперь уже просится едва ли не в святая святых центра разработок «Заслона». На его предложение прозвучал весьма конкретный вопрос:

– Вы служили в армии?

Юрий ошарашенно переспросил:

– Н-нет… А к чему это?

– Вы на оборонном предприятии, проситесь на оборонный проект. У меня, к примеру, есть оружие. У наших сотрудников того проекта, как вы могли убедиться, оно тоже имеется. Как вы думаете, кто заказчик?

Мужчина рассудил весьма быстро:

– Оборонный проект? Министерство обороны, наверное.

– Верно, – заключила девушка. – В армии не служили, соответственно, остается у вас последний шанс туда попасть. Ваша компетенция должна быть достаточно высокой.

Девушка достала лист бумаги с напечатанным на нем текстом. Осмотрев его, Юрий вопросил, но уже без претензий:

– Подписка о неразглашении? Согласие на слежку?

Он начал колебаться, на что женский голос вновь отправил к нему слова:

– Небольшая цена за право участвовать в судьбе целой группы стран, не так ли?

Что ему терять? Он – человек одинокий, круг общения у него невелик: институт, откуда его отправили на нечто вроде «повышения квалификации», немногочислен, и настоящих друзей у него там нет. Начальство и коллеги – вот и все, с кем ему приходится иметь дело. Сотрудник он невыдающийся, в силу чего по открывшемуся каналу в «Заслон» из всего коллектива отправили именно его, а не кого-то еще. Но, желание сделать хоть нечто стоящее гнало его теперь туда, где придется работать под страхом смерти. Все-таки, мотивация отличная.

Сначала он промычал пару секунд, но следом выдал:

– Согласен. Где подписывать?

Девушка ему указала, а затем направила в помещение номер 24, объяснив путь «направо, первый коридор слева и затем вторая дверь налево». Сине-черная тема коридоров с потолками стандартной высоты создавала впечатление элитной холодной арктической базы или даже подводной стеклянной гостиницы «не для простых смертных». Шумопоглощающий пол глушил топот ног, а стены были настолько надежно звукоизолированы, что в коридорах, несмотря на появление иногда в них людей, стояла без преувеличения мертвая тишина. Теперь за ним будут следить… Ну и пусть. Быть может, на этот раз ему не придется с угнетенным скукой лицом возвращаться с работы в пустой дом.

Хотя, понятное дело. На этот раз лицо будет угнетено не скукой, а страхом.

Постучав в дверь, Юрий попытался ее открыть. Дверь была заперта. Звукоизоляция не пропустила стук, а на кнопку вызова, висящую рядом с дверным проемом, мужчина не сразу догадался нажать. Но после того, как кнопка при нажатии окрасилась в красный цвет и начала мигать, проходит буквально секунды четыре, как дверь открывает, и оттуда показывается Дмитрий:

– Что, решили к нам? С чего бы это? Настя вас еще как-то пропустила?

– Слишком занимательные у вас разработки. Мне сказали сразу идти сюда, чтобы в курс дела меня вводили…

Дмитрий прервал:

– Да, да, и проверяли вашу квалификацию. Проходите, раз еще не сбежали отсюда.

Юрий вошел в темную комнату, которая противоположной стеной имела одностороннее стекло. Через него наблюдался тот «кубрик», где над ним состоялся эксперимент. Также в комнате находилось несколько компьютеров и непонятная установка, окруженная защитным экранирующим кожухом с прозрачными стенками. Она походила на сложную схему из проводников, антенн и прочих электрических устройств от малых до великих. Павел находился около компьютера, управляющего установкой, и вводил туда какие-то параметры, меняя то ли режим ее работы, то ли просто конфигурацию полей, что она создавала. Обернувшись, зеленоглазый ученый приподнял бровь:

– И что же вы тут забыли?

Юрий сглотнул слюну от волнения и ответил:

– Собеседование. Считаю, что мои знания могут быть вам полезны.

На сей раз удивился еще и Дмитрий:

– Вот как? Что же это за агрегат по-вашему?

– Какой-то нелепый излучатель, – решил пойти в наступление гость предприятия. – Судя по форме, вероятно, имитатор работы мозга. Конечно же, далекий от повторения великого творения Природы.

– Допустим. Скажите, что такое время?

Юрий постепенно осознавал, куда попал, однако решил показать, что умеет. В случае, когда не знаешь, какого ответа от тебя ждут, просто говори правду:

– Математическая абстракция. Его не существует. Его просто придумали люди для оценки скорости процессов.

– Вообще-то вся математика абстрактна, – присоединился Павел. – Надеюсь, вы не станете отрицать ее важность. Чем время хуже?

На это Юрий ответил следующее, начиная жестикулировать руками:

– Это не совсем то же самое. Понимаете ли, длину мы можем реально потрогать, силу – ощутить или приложить, напряжение… Ну, вы понимаете. А время… Его просто нигде нет. Вот никак оно себя не проявляет. Просто что-то происходит быстрее или медленнее. И здесь, собственно, определение времени заканчивается. Оно было математизировано эталоном секунды, на этом все.

– Псевдонаучные отговорки, – сообщил Павел, обращаясь к своему коллеге. – Мы точно должны его брать?

Юрий заторопился, дергая руками:

– Еще время – это такая… Ну, координата в пространстве-времени…

Дмитрий жестом заставил Юрия замолчать и настойчиво, словно пытаясь раз и навсегда вбить в голову собеседнику мысль, сообщил:

– Распространенное заблуждение. Время – это не координата. А произведение скорости света на время в теории относительности – это не то, чем кажется на самом деле. Я понимаю, что именно об этом вы говорили. Не так ли?

Юрию ничего не оставалось, кроме как утвердительно кивнуть.

– Теория относительности – это спекуляция. Вокруг ее же собственного названия: «все относительно». Скажите, теоретик, а с квантовой физикой вы знакомы?

Мужчина не совсем понимал, чего от него хотят услышать, но предпринял попытку, движением руки придавая словами мнимого веса:

– Оператора времени не существует в квантовой механике.

Блондин щелкнул пальцами в качестве реакции:

– В точку. А операторы пространственных координат – существуют. В чем подвох?

– Потому что время в квантовой физике – это всего лишь внешний параметр. Математическая абстракция, – дал ответ Юрий.

– Вот именно, что внешний. Внешний для этого Мира. Для этой реальности. Его власть здесь безгранична, и ничто не способно устоять перед его напором, – мечтательно произнес Дмитрий, похаживая из стороны в сторону. – Координата не обладает такими свойствами. Координату можно изменять как в большую, так и в меньшую стороны. Но не время. Время нерушимо, оно неумолимо течет вперед. Ничто не способно его удержать или заставить откатиться назад.

– А вы пытаетесь… изменить скорость Мироздания? – осторожно поинтересовался «испытуемый», осознавая, что словосочетание «скорость времени» суть полная бессмыслица, так как само понятие скорости вводится через понятие времени.

– Воистину. Вы ведь в курсе, что отрицать возможность подобного действия глупо?

Юрий осознавал это. Он знал, что люди способны управлять временем. Иногда происходят странные вещи вроде перехвата быстро летящих или падающих предметов людьми так, словно они двигаются не быстрее некоторых сонных черепах. Самое распространенное – это явление замедления времени, когда человек роняет, например, стакан, со стола, но спокойным движением ловит его и ставит обратно на стол, причем абсолютно не напрягаясь, словно взял его с полки кухонного шкафа.

Но единственный нюанс подобных явлений – замедление времени запускается неосознанно, на уровне подсознательном. Им невозможно напрямую управлять.

– Конечно. И вы пытаетесь повторить работу мозга человека?

– Естественно. Но для этого мы сканируем его деятельность в процессе стресса. Для этого используется симуляция, в которой вы и поучаствовали, – пояснил дополнительно Дмитрий.

Почесав затылок, Юрий предложил:

– Может, попытаться не конфигурацией взять, а энергией поля? Ведь соотношение неопределенностей говорит, что…

Павел сразу показал рукой, мол, остановись:

– Оно лишь ограничивает минимальное значение произведения энергии на время жизни частицы. В целом, едва ли квантовая физика в подобном виде применима для макромира. Все-таки мы – не частицы, а нечто, самую малость большее по размерам.

Кивнув, новичок сообщил:

– Да, но посудите сами. Чем выше скорость движения или энергия, тем медленнее время, так? Ну, замедление времени. Однако, это для внешнего наблюдателя. Для внутреннего наблюдателя все ровным счетом наоборот.

Дмитрий дополнил:

– Отсюда вывод. Такой эффект нам не нужен. Нужно «перевернуть» так, чтобы весь остальной мир двигался медленно, а некая ограниченная область – быстро.

Павел в это время прислушался к соображениям Юрия, подумал и высказал:

– Может, нужно просто все поля скомпенсировать? Я запущу тестирование данных по работе мозга в моменты ускорения времени. Или вероятного ускорения времени.

Вся тройка быстро оказалась у компьютера, где Павел стал менять параметры геометрии, а Юрий задал ученым вопрос:

– Ваша схема умеет менять геометрию? Конечно, я понимаю, что с помощью столь сложной системы можно создать многие конфигурации полей, только меняя само распределение токов по ней, однако в мозгу же постоянно возникают новые связи. Меняется его геометрия. Может, здесь стоит сделать то же самое?

– Как вы себе это представляете? Еще и сервоприводы туда засовывать? Или, может, как-то… – начал Павел, но Дмитрий выдал вариант сразу же:

– Нет же, какие сервоприводы, ты чего? Нужен материал с пьезоэффектом. Тогда форма будет меняться при пропускании импульсов определенного типа.

– В таком случае, повторить работу мозга почти невозможно. Но куда ближе к истине, чем тот путь, которым шли мы, – согласился Павел. – Ну что, Димон, берем Юрия к себе? Иногда соображает, нам бы не помешали лишние мозги.

– Возьмем, делать нечего. Он уже все равно все знает. А к нашему проекту заказчик относится… Ну так. Скептически, – решил блондин.

Зеленоглазый коллега усмехнулся и с укором вновь поглядел на Дмитрия:

– Да уж. Потому что кое-кто написал «генератор ускорения времени» вместо «устройство адаптации и имитации активности головного мозга». Под такое несбыточное название вообще удивительно, что нам в целом выделили финансирование.

– Между прочим, это военные. Зачем им какой-то «имитатор мозгов», когда можно так и сказать: «мы поставим на вооружение нашей страны само время»?

Юрий наблюдал за этим диалогом, как ошарашенный. «Куда я попал?» – не отпускали его мысли. Не каждый день видишь, как парочка горячих голов замахивается не просто на что-то, а на целый внешний для этой реальности параметр.

В кабинет директора отдела разработок предприятия вошла та самая девушка, что направила Юрия к ученым проекта по исследованию ускорения времени. Автоматика, не привлекая внимания, закрыла за ней двери.

– Анастасия? Проходите, присаживайтесь, в ногах правды нет.

– Я тут постоянный работник, потому постою. Так здоровее, – любезно отказалась Анастасия, привычно прислоняясь к шкафу слева от входа, улыбаясь и глядя на директора. Она не понимала, зачем начальство ее вызвало, а потому сложила руки перед собой.

– Этот новый гость на повышении квалификации… Юрий Ильич Солонов. Зачем вы направили его в «Быстроту»? Проект не самый, скажем так, публичный. Могли бы направить его куда-нибудь на нечто более полезное, нежели на прожигание денег Министерства обороны.

– А вы по-прежнему считаете, что проект несбыточен? Знаете, ребята стараются. Юрия они уже приняли, я это видела. Мне система оповещения прислала соответствующую запись. Им бы «не помешали лишние мозги». Куда бы вы его направили?

Высокий и массивный мужчина взглядом карих глаз пробуравил Анастасию, но та выдержала его спокойно: после тщательного обучения навыкам владения боевым оружием в некоторых людях пробуждается уверенность в себе. Вот и здесь, работница отдела кадров уже весьма спокойно манипулировала границами дозволенного, потому не пугалась.

– Действительно, куда можно деть теоретика, которого сбросили из рядового НИИ на «повышение квалификации». Точно не на что-то важное, правда?

Ответом ему были не слова, а еле заметный утвердительный кивок головы. Анастасия тогда спросила:

– Я могу идти?

Директор замялся, поскольку был погружен в собственные мысли, потому воспринял слова не сразу:

– А?.. Нет, подождите. Скажите, вы сами хоть верите в то, что они смогут создать свое странное устройство?

– Честно? – девушка наклонила голову, и ее волосы по-новому распределились по плечам, спине и груди. – Я не знаю. Хотя, думаю, что все возможно. В любом случае, работы стоит хранить в секрете.

– Только в том случае, если они не являются диверсией для наших потенциальных друзей, не так ли?

– Даже в том случае, что вы описали. Для убедительности.

Юрий уходил в тот день в совершенно новом виде. С ума сойти – ускорение времени! Если Дмитрий прав, и подобная возможность у человека и вправду является псионной способностью, то что же последует дальше? Сканер мыслей? Передатчик энергии души? Аватары людей из живой ткани?

На следующий день мужчина проснулся уже с совершенно обновленными мыслями. Поначалу ему показалось, что история с ускорителем времени – это всего лишь сон, и сейчас ему придется тащиться вновь на рутинную работу в свой рядовой, ничем не выделяющийся НИИ, где он сам также ничем не выделяется от обычных его сотрудников. По крайне мере, в лучшую сторону. Однако, как оказалось, на его устройство связи пришло сообщение из «Заслона» о том, что ему стоит поторопиться: «грядут испытания». Прямым текстом про ускоритель никто не писал, да и о каких испытаниях идет речь, также написано не было, но Юрий догадывался, что за испытания будут происходить.

Он собрался весьма быстро, тщательно выбрив утром щетину и расчесав свои уже порядком отросшие волосы. Усов он не носил, потому закончил бровями, даже не позавтракав. Выбежал на улицу, где прохлада раннего утра моментально придала ему бодрости и даже заставила содрогнуться от холода при порыве ветра. Оказавшись внутри, Юрий проследовал в помещение, где располагалась имитация работы мозга. Павел уже сидел там, в очередной раз подгоняя параметры, а Дмитрий открыл дверь:

– А, Ильич. Проходи.

– Доброго утра, Дмитрий, – поздоровался Юрий. – Павел?

– Да, доброго, – ответил шатен наотмашь. – Знаешь, есть у меня определенные сомнения, что ваша теория верна. Точнее, она-то верна, скорее всего, но едва ли нам удастся реализовать в полном объеме изоляцию полей, как вы говорили.

Внутри устройства уже лежали атомные часы. Точно такие же контрольные находились около компьютера управления. Завершив ввод параметров, Павел отложил клавиатуру и повернулся к прибывшему в кабинет Юрию, вставая с компьютерного кресла и протягивая ему руку:

– Проблема в сенсорах. Причем, если с электромагнитными полями мы еще разберемся, то вот с гравитацией проблемы. Как вообще ее имитировать?