Паровоз из прошлого

Глава 10. Школа

Втянув голову в плечи, Маша сидела на уроке истории и про себя молилась, чтобы он скорее закончился. Учитель истории, Нина Устиновна, вела активный опрос по теме предыдущего урока. Девочка не была готова и сильно нервничала, когда учитель смотрела в журнал, чтобы вызвать очередного ученика к доске.

Марии неоднократно приходилось краснеть и опускать глаза в пол, когда учителя отчитывали ее за невыполненное домашнее задание. Наконец-то прозвенел долгожданный звонок, и Маша вздохнула с облегчением, радуясь тому, что сегодня все обошлось.

Возвращаясь из школы, Мария вспоминала, с каким удовольствием она училась раньше в начальных классах. Ей легко давалась школьная программа, она все схватывала на лету, девочку хвалили учителя. Ее сочинения были лучшими, а стихами собственного сочинения восхищалась педагог из продленки. На любой вопрос на уроке Маша всегда поднимала руку первой и расстраивалась, когда спрашивали кого-то другого.

– Я знаю, что ты готова и ответишь на пятерку. Но мне нужно, чтобы и другие показали свои знания, поэтому я не могу спрашивать тебя одну, – говорила Маше учительница.

Мария отлично закончила первый класс, во втором ее и еще несколько человек досрочно приняли в пионеры, чем она очень гордилась. Спустя год пионерию отменили, но девочка была счастлива, что ей все-таки посчастливилось побывать в ее рядах.

Машу хвалили на родительских собраниях и всегда приводили в качестве примера. Девочке очень хотелось, чтобы мама пришла и узнала об ее успехах, но Светлана категорически отказывалась. «Мне не в чем идти на собрание – последняя юбка и та порвалась», – говорила она дочери в качестве оправдания.

Мария помнила, что то же самое она сказала и на первое сентября, когда Маша только пошла в первый класс. Девочке тогда пришлось идти на торжественную линейку одной, отчего она испытала огромный стресс. Не интересовали маму и школьные концерты, активное участие в которых принимала дочь. А узнав о денежных взносах на ремонт, Светлана и вовсе не хотела даже слышать о визите в школу.

Классный руководитель Алла Сергеевна часто задавала Марии вопросы, почему мама не приходит на собрания. Девочка стыдилась сообщить учителю истинную причину и всегда молчала, опуская глаза в пол.

После того как Машу отстранили от физкультуры за отсутствие спортивной формы, Алла Сергеевна попросила ее остаться после уроков, чтобы поговорить с ней наедине. Марии пришлось признаться, что у нее нет спортивной формы, так как маме не на что ее купить.

Поняв, что девочка из неблагополучной семьи, учительница перестала терзать Машу расспросами, а в скором времени сообщила, что для нее выделена материальная помощь. Получить деньги могла только мама, и для этой цели у нее, конечно же, одежда нашлась.

Школа, где училась Мария, готовилась к преобразованию в педагогический колледж, поэтому Машу вместе с другими одноклассниками перевели в другую. В тот год была введена одиннадцатилетняя программа, и девочка перешла из третьего класса сразу в пятый.

В новой школе Маша также активно включилась в общественную жизнь школы. Она посещала уроки музыки, выступала на школьных концертах, участвовала в проведении новогодних елок для начальных классов.

Вместе с другими ребятами девочка несла почетный караул на посту № 1, возле Вечного огня на Монументе Славы. В свободное от уроков время Маша посещала творческие кружки, училась вязать на спицах и крючком.

Зимой после школы Мария с одноклассниками часто ходила кататься с «горы». Так они называли пожарную лестницу у одного из корпусов института, который располагался неподалеку. В снежное время года эту лестницу никогда не чистили, и она превращалась в ровный ледяной склон, с которого школьники скатывались прямо на портфелях. Эти катания приносили ребятам огромное удовольствие, несмотря на то, что возвращались они все мокрые и в снегу, в покрытых льдинками варежках.

Долгие летние каникулы Маша проводила с ребятами из ближайших дворов. Собираясь по десять – пятнадцать человек, они придумывали веселые развлечения для всей компании. Ребята играли в «лягушку» на небольшой полянке с торца Машиного дома, перепрыгивая по очереди через мяч, отскакивающий от стены. Баба Тося с первого этажа, чьи окна были ближайшими к месту бросания мяча, часто гоняла юных озорников, но каждый день шумная компания ребятишек возвращалась снова.

Игр с мячом было достаточно много, играли в вышибалы, съедобное-несъедобное, а также в игру с невероятно сложными условиями для ответов, которая называлась «вы поедете на бал?». Суть ее сводилась к тому, чтобы не говорить «да» и «нет», не носить черный с белым и не выговаривать «р».

Со словами «море волнуется раз, море волнуется два, море волнуется три – морская фигура на месте замри!» – дети замирали в определенных образах, а ведущий должен был разгадать, кого изобразил каждый участник.

Разместившись на лавочке, ребята играли в глухой телефон, когда загаданное слово передавалось шепотом на ухо впереди сидящему участнику. Часто ребята из баловства старались передать слово непонятно, а потом громко смеялись, когда вместо «леденец» получалось «полено».

Весной ребята пускали кораблики из пенопласта по бегущим вдоль дорог ручьям, бежали за ними, провожая в долгое странствие, и верили, что они уплывут в другую часть земного шара. Когда высыхали лужи, школьники мелом чертили классики на асфальте и по очереди прыгали, соблюдая правила. Если собиралось больше десяти человек, ребята делились на две команды и играли в увлекательную игру казаки-разбойники с подсказками в виде нарисованных мелом стрелок на асфальте.

Но самой любимой игрой Маши была невероятно популярная в то время резиночка, участие в которой, как правило, принимали только девочки. Для игры нужна была трёхметровая резинка со связанными концами, которая натягивалась в длину с помощью ног двоих участниц. Остальные должны были прыгать через натянутую резинку, выполняя определенные комбинации.

Играли в резиночку, как правило, втроем или вчетвером, пара на пару, а при желании можно было играть даже одной, если зацепить резинку между двумя деревьями. Сложность игры также зависела от высоты резинки: первый уровень – когда резиночка размещалась на щиколотках стоящих в ней участниц, второй – на икрах, третий – на коленях, четвертый – на бедрах. Чем выше поднималась резинка, тем сложнее было прыгать участницам.

Самый сезон для резиночек расцветал вместе с весенним солнцем, когда снималась верхняя одежда, и продолжался до конца осени, до наступления холодов. Девочки играли в резиночку с огромным удовольствием и вдохновением, прыгали не только во дворах, но и в школьных коридорах на переменах. Цветные юбочки девочек поднимались и опускались во время прыжков, напоминая порхание ярких бабочек. Но если неподалеку стояли пацаны – девочки придерживали юбки руками, чтобы не сверкать белыми трусиками, вызывавшими любопытство у мальчиков.

«В круг, за круг, по палочкам, заворотик, галочка», – так проговаривали девочки во время выполнения комбинации под названием «московские». Самыми простыми были «березки» – каждая линия резинки по очереди должна была оказаться между ног прыгающей участницы определенное количество раз.

Но когда Маша стала заниматься торговлей, времени на школу и творчество оставалось все меньше и меньше, не говоря уже про общение с одноклассниками и друзьями. Девочка перестала посещать кружки, все реже готовилась к урокам и выполняла домашние задания. Соответственно, успеваемость стала снижаться, а хорошие оценки сменились на тройки. Замечания учителей все чаще стали отражаться в дневнике, а главное – оседать в душе Марии.

Каждый день, проведенный в школе, становился стрессовым. Повзрослевшие одноклассницы одевались все эффектнее, у них появлялись золотые сережки и модные сумочки. Маша же была одета очень просто, приходилось носить обноски, которые отдавали соседи и знакомые. Девочка чувствовала себя гадким утенком среди остальных, она стала держаться в стороне и сидела одна на задней парте.

Глава 11. Телевизор

Маша помнила те счастливые времена, когда в доме был телевизор. Тогда можно было наслаждаться просмотром красочных мультфильмов и детских передач. Вместе со всей страной девочка смотрела бразильский сериал, переживая за главную героиню – рабыню Изауру.

Со временем телевизор стал капризничать, но денег на ремонт не было. Поначалу голубой экран приходил в исправность от стука матери. Стоило женщине ударить слегка ладонью по корпусу, как помехи тут же исчезали. Но с каждым разом рябь становилась все интенсивнее, прыгающие полоски появлялись на самом интересном месте. Светлана стучала уже не ладонью, а кулаком, но помогало это ненадолго. Как будто обидевшись на удары, в один прекрасный день телевизор отказался показывать совсем.

Однажды мама пригласила домой своего знакомого, который жил неподалеку. Гостя звали Андрей Мякишев, и поэтому все на массиве называли его «Мякишем». Несмотря на то что мужчина выпивал, выглядел вполне опрятно. Его светлая рубашка была чистой и поглаженной, а туфли натертыми до блеска.

Мякиш принес с собой бутылку водки, и они со Светланой быстро приговорили ее на кухне. Маша заметила, что матери мужчина нравится, она кокетничала с ним, сидя у него на коленях. Гость был довольно болтлив, постоянно шутил и громко заразительно смеялся.

Маша слышала, как мама спросила Мякиша, умеет ли он ремонтировать телевизоры. Мужчина заверил Светлану, что сможет устранить любую поломку.

Услышав эту новость, девочка готова была прыгать до потолка. Мякиш показался ей добрым волшебником, которого послала сама судьба. Маша не любила усатых мужчин, но, несмотря на это, он казался ей необыкновенно очаровательным.

Уходя, гость забрал телевизор с собой, чтобы починить его у себя дома. Мякиш пообещал, что вернет его в рабочем состоянии буквально через пару дней.

Прошла неделя, полная ожиданий и надежд. Мужчина не приходил, и никаких вестей о нем не было. Сестры прислушивались к каждому стуку в дверь, с надеждой, что Мякиш вот-вот появится на пороге и принесет отремонтированную вещь. Прошла еще неделя, и у Маши на душе заскребли кошки от плохого предчувствия. Прошел еще месяц, когда всем стало понятно, что Мякиш ничего уже не вернет. Окончательно потеряв надежду, Мария горько плакала, уткнувшись в подушку.

Позже дошли слухи, что мужчина и не собирался ремонтировать телевизор, а сразу же обменял его на три бутылки спирта.

Это известие окончательно разбило Машу. Глубокое разочарование захлестнуло резкой болью, была разрушена ее вера в добро. Как же она презирала Мякиша, который поступил с ними таким нечестным образом. Ей хотелось увидеть его, посмотреть ненавистным взглядом и вцепиться прямо в лицо, чтобы расцарапать его до крови. Но что она могла сделать, ведь ей было всего восемь лет.

Со временем Маша смирилась с отсутствием телевизора, хотя иногда ей все же удавалось посмотреть его у знакомых. По воскресеньям Маша ходила в соседний дом, в семью с фамилией Штраус, чтобы посмотреть очередную серию мультфильма про веселых бурундуков Чипа и Дэйла.

Дочери семейства были подругами Ксюши, поэтому сестра проводила там много времени. Штраусы всегда доброжелательно встречали и Машу, иногда даже приглашали обеих сестер в гости встретить Новый год. Зная трудное положение девочек, тетя Наташа Штраус всегда старалась накормить сестер или угостить чем-то вкусным.

Дома же единственным развлечением оставался радиоприемник с настроенной радиостанцией «Маяк». Когда сломались последние в квартире часы, радио долгое время было добрым помощником Маши. Девочка выучила, во сколько начинаются и заканчиваются передачи, знала звуковые отбивки программ. Поэтому с помощью эфира она легко могла определить примерное или даже точное время.

«Союз нерушимых республик свободных сплотила навеки великая Русь! Да здравствует созданный волей народной Единый могучий Советский Союз!» – под эти строки в шесть утра Маша просыпалась много лет подряд.

Приемник будил девочку по утрам, поэтому она знала гимн СССР наизусть. Вечером, перед тем, как ложиться спать, важно было дождаться полночи, чтобы сделать радиоприемник на полную громкость.

Светлана и повзрослевшие девочки скучали без любимых песен. На радио так редко включали музыку, а проигрыватель пластинок не работал уже много лет.

Когда сестры стали заниматься торговлей, в квартире появилась магнитола китайского производства. На ее покупку сестры несколько месяцев откладывали деньги с выручки, договорившись с матерью. В киоске на привокзальной площади купили и первую аудиокассету с альбомом Кая Метова.

Маша хорошо помнила, как в тот вечер в квартире прозвучали первые звуки хита «позишн намбер уан». Два динамика магнитолы были оформлены по кругу яркими светодиодными лампочками, которые красиво мигали в такт музыке в темноте. Как зачарованная, Маша наблюдала за огоньками и пребывала в состоянии счастья, размышляя о том, кассеты каких певцов она купит еще.

Глава 12. Торговля

В этот вечер Мария приехала на площадь довольно рано, еще только начинало темнеть. Торговки, работающие днем, уже разъезжались, и Маша постепенно сдвигалась в начало ряда, где продажи шли лучше.

Прямо напротив стоял киоск звукозаписи. Продавец без конца гонял «Дым сигарет с ментолом», популярную песню группы «Нэнси». Маша ее обожала и с удовольствием слушала, иногда даже подпевала.

Батоны быстро разбирали, и Маша, вдохновленная успехом и музыкой, стояла в отличном настроении. С наступившей темнотой появилась тетя Надя, с которой девочка подружилась за это время. Женщина приезжала на площадь вечерней электричкой из небольшого городка Искитима.

Надежда пережила развод с супругом и в одиночку воспитывала четырнадцатилетнего сына. Сокращение на работе заставило ее подрабатывать, чтобы прокормить себя и ребенка. Нужда сквозила в одежде женщины, видавшее виды светло-серое пальто с потертым меховым воротником из песца уже стало тесным на слегка располневшей фигуре.

Тетя Надя старалась не унывать даже в самые тяжелые времена. Она любила пошутить и посмеяться, приободряя соседок по ряду задорным смехом. Ее приятный мелодичный голос напоминал журчание ручья в полуденный зной.

Мягкие черты лица выдавали в тете Наде доброго человека. Женщина жалела Машу и часто в холодное время отпускала погреться в здание Вокзала, приглядывая за товаром.

Было только восемь вечера, а у Маши осталось всего три батона. Не желая упускать возможность подзаработать еще, девочка решила купить для продажи хлеб. Она оставила баггеты тете Наде и отправилась через переходной мост в круглосуточную пекарню.

Мария возвращалась с полной сумкой горячего ароматного хлеба. Девочка останавливалась каждые десять метров, чтобы отдохнуть. Подняв тяжелый груз в очередной раз и сделав первый шаг, Маша почувствовала чью-то руку на своей. От неожиданности она вздрогнула и обернулась.

Рядом с ней стоял Гудрон, из-за шума проезжающих автомобилей Мария не услышала, как он подошел сзади. Не говоря ни слова, юноша взял у Маши сумку и жестом дал понять, что поможет донести.

За время дороги Гудрон не произнес ни слова, стараясь не встречаться с девочкой взглядом. Его лицо было немного напряжено, казалось, он был погружен в какие-то свои мысли. Маша выдохлась, пытаясь не отставать и идти с Гудроном на одном уровне. Он донес сумку до торгового ряда, и также, не говоря ни слова, ушел, лишь кивнув на слова благодарности.

«Ого, у тебя уже кавалер появился, сумки носит», – засмеялась тетя Надя.

«Нет, он просто помог», – ответила смущенная Маша. Но в глубине души ей было приятно проявление такого внимания со стороны этого мальчика.

«Ой, что это за кавалер – беспризорник! Вечно на Вокзале отирается», – откликнулась стоявшая по соседству тетя Люба, услышавшая разговор.

Тете Любе «Парик», так за глаза называли ее в ряду, недавно исполнилось сорок пять. Но женщина походила скорее на Бабу-Ягу, чем на бабу-ягодку. Над карими, с прищуром, глазами, хищными птицами взлетали нарисованные черным карандашом брови. Из-за сутулости спины высокая худощавая фигура женщины походила на длинный крюк. Стоптанные полусапоги на сплошной подошве большого размера еще больше подчеркивали шаркающую походку. Женщина дымила, как паровоз, сжимая тонкими губами сигарету без фильтра. Видя, как торговка по-мужицки сплевывает, Маша думала, что ей очень подошла бы черная повязка пирата.

На голове тетя Люба носила рыжий парик, и по этому поводу по ряду ходили различные слухи и догадки. Некоторые уверяли, что на голове у женщины нет ни единой волосинки, некоторые считали, что волосы есть, но очень редкие. Никто не решался задать столь волнующий всех вопрос напрямую, так как торговка имела скандальный характер. Часто тетя Люба нарушала внегласные правила, пытаясь встать в самое начало торгового ряда, а в ответ на замечания других начинала браниться, употребляя самые изысканные слова из блатного жаргона.

Но несмотря на это, Маша хорошо общалась с тетей Любой и даже сумела подружиться с её дочерью. Шестнадцатилетняя Наталья была полной противоположностью тети Любы, поэтому многие удивлялись, когда узнавали об их родстве. У девушки был покладистый характер, привлекательная внешность и прямые густые волосы до самых бедер. Нежная кожа лица выглядела свежей, как лепестки розы с каплями утренней росы.

Наталья, так же как и Маша, росла без отца. Она редко бывала на Вокзале, чаще всего тетя Люба торговала одна. Но когда девушка приезжала помогать матери, они с Марией всегда весело болтали, стараясь встать по соседству.

Вечер уже заканчивался, но вдруг в конце ряда послышался громкий детский голос «Пакеты, пакеты!». Маша с удивлением посмотрела в сторону, откуда этот голос раздавался. Вдоль ряда шла девочка лет одиннадцати – двенадцати, в руке она держала связку пакетов. Каждые три метра юная торговка останавливалась и пристально изучала стоящего напротив продавца и его товар. После она снова шла вдоль ряда с громкими призывами о продаже пакетов.

Девочка была очень худая, с длинными и тонкими, как спички, ногами. Широкий нос, обильно усеянный веснушками, казалось, занимал половину лица. Она была одета в зеленый пуховик с меховым воротником, серые шерстяные штаны и черные сапоги из дерматина с высоким голенищем. На ее голове воцарилась вязаная шапка с большим помпоном.

– Это что за чудо? – спросила тетя Надя после того, как девочка буквально просканировала ее взглядом в течение минуты и отправилась дальше.

– Я ее видела как-то на Центральном рынке, – рассказала со смехом тетя Люба, – она там нерусским, которые цветы продавали, пыталась пакеты втюхать, минут пятнадцать стояла и повторяла «ну купи пакеты, ну купи пакеты». Так те ее обрызгали водой, чтобы она ушла и не доставала их.

Тетя Люба залилась непринужденным смехом, широко раскрыв рот и не скрывая отсутствия некоторых зубов.

Тем временем девочка уже шла обратно вдоль ряда. Она уже не рекламировала пакеты, а уплетала за обе щеки горячий пирог, купленный у торговок. Было очевидно, что девочка голодна, и Марии стало ее жалко.

– Сколько стоит пакет? – спросила Маша. Получив ответ, она отсчитала деньги. В глазах у юной продавщицы промелькнула радостная искорка. Марии не нужен был пакет, она купила его, чтобы поддержать девочку, судьба которой, по всей видимости, была такой же непростой, как и у самой Маши.

– Тебя как зовут-то? – спросила тетя Надя.

– Инга, – хитро прищурившись, ответила девочка.

Глава 13. Луна-парк

Маша стояла в торговом ряду и с приятной радостью думала, что весна все же приближается. День удлинялся, и в этот вечер на площади было непривычно светло.

Мария с нетерпением ждала первые теплые деньки. Когда природа пробуждается ото сна, а воздух наполняется восхитительными запахами цветущих деревьев. Вместе с молодой листвой обновлялась и душа девочки, окрыляясь энергией весеннего солнца.

Маша подняла глаза и заметила своего одноклассника – Кудрявцева Данила. Мальчик шел по площади вместе со своими родителями в сторону метрополитена. Девочку бросило в жар при одной только мысли, что юноша заметит ее среди торговок.

Маша сделала шаг назад и спряталась за спиной тети Нади. Женщина сразу все поняла и еще шире расправила плечи. Девочка вздохнула с облегчением, когда одноклассник скрылся из виду.