Божественный отбор

© Валерий Стерх, 2024

ISBN 978-5-0055-5758-2

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

Введение

в котором автор много на себя берет и обязуется ответить за свои слова

Религия и наука – это два разных взгляда на наш мир. Но действительно ли религия несовместима с наукой? Как возникла Вселенная? Могла ли жизнь появиться без Бога? Насколько состоятельна теория эволюции? Можно ли доверять научным методам датирования?

Думаете, вы знаете правильные ответы?

Вопросы непростые. Теисты и атеисты отвечают на них по-разному. Хотелось бы рассмотреть эти вопросы по возможности объективно.

Эта книга анализирует проблемы теорий возникновения Вселенной и человека с трех сторон: атеизма, эволюционной теологии и классического креационизма; доступным языком объясняются особенности взглядов каждого из трех направлений, их достоинства и недостатки. В книге учтены наиболее достоверные последние научные исследования.

Прочтя эту книгу, верующие люди узнают как вести дискуссию с атеистами и отвечать на их критику, чтобы не выглядеть смешно, и почему не нужно бояться признать существование эволюции. Атеистам книга будет полезна, позволив взглянуть с другой стороны на общепринятые научные теории происхождения Вселенной и человека.

Мне понятен религиозный скептицизм в отношении некоторых научных теорий. Однако границы скепсиса должны иметь разумные рамки. Например, отдельные христиане нередко отрицают существование эволюции. Они страшатся ее настолько, что воюют с эволюционистами всеми доступными способами. Это довольно странно, если не абсурдно. И не только потому, что мы ясно наблюдаем результаты эволюционных процессов, но и потому, что отрицание эволюции несовместимо с Библией. Да, в Священном Писании нет слова «эволюция», тем не менее, эта идея раскрывается в Ветхом и Новом Заветах достаточно хорошо.

Впрочем, не будем забегать вперед. Теорию эволюции мы обязательно обсудим. Но будет лучше, если мы начнем раскрывать поднятые вопросы последовательно, по порядку и с самого начала.

Глава 1. Научный взгляд на возникновение Вселенной

О том как во время приготовления кваркового супа произошел Большой Взрыв, и кто в этом виноват

Существует множество научных теорий, объясняющих происхождение Вселенной, некоторые из них противоречат друг другу. Одни ученые считают Вселенную вечной. Другие ученые уверены в существовании начала и конца Вселенной. Третьи выдвигают теорию циклической Вселенной и т. д. Кто же из них прав? Увы, научных критериев истины в этом вопросе не имеется.

Что же делать? Неужели подробно рассматривать каждую теорию? Если так поступить, то для этого понадобится не одна книга. Поэтому мы сосредоточимся на самой популярной концепции – теории Большого Взрыва. Эту теорию вполне можно назвать общепринятой в научном сообществе.

Суть теории Большого Взрыва можно описать фразой, приписываемой Терри Пратчету: «В начале было ничего, которое взорвалось». На самом деле теория несколько сложнее. Попробуем изложить ее вкратце.

В некий нулевой момент Вселенная находилась в сингулярном состоянии. Сингулярность понимается как состояние первичного вещества (плазмы) с очень высокой плотностью и температурой. Затем произошел взрыв, в результате которого произошло выплескивание «кваркового супа» и Вселенная начала расширяться и охлаждаться.

Как полагают ученые, Вселенная продолжает расширяться и в настоящее время, подтверждением чему считается наблюдаемый эффект космологического «красного смещения». Когда свет от далеких галактик летит через космос, а пространство расширяется, то вместе с ним расширяется и волновой пакет. Соответственно, изменяется и длина волны в сторону красной части спектра.

Но не все в этой теории так радужно. Одним из противоречий теории Большого Взрыва является неподчинимость сингулярности законам физики, поскольку не могут быть бесконечно высокими одновременно и плотность и температура, так как при увеличении плотности мера хаоса стремится к нулю, что не может совмещаться с высокой температурой.

Некоторые ученые пытались выдвинуть гипотезу о изначально холодной Вселенной, но эта гипотеза не подтвердилась данными астрофизики. Между тем, гипотеза горячей Вселенной достаточно правдоподобно объясняет обнаруженное в космосе реликтовое излучение.

Однако самой большой проблемой теории Большого Взрыва является то, что она не может объяснить, откуда взялась сингулярная Вселенная, так как непонятно, каким образом из ничего может появиться нечто?

Ответ на этот вопрос стремится дать гипотеза зеркальной Вселенной. Сторонники этой гипотезы полагают, будто в момент Большого Взрыва образовалась не одна, а две Вселенных, наша и зеркальная. Причем зеркальная Вселенная имеет противоположные физические характеристики, так что в сумме обе Вселенные равны нулю. Идея замечательная в своей простоте, спору нет, но есть в ней и недостатки. Во-первых, эта гипотеза не соответствует критерию Поппера для научных теорий, так как отсутствует принципиальная возможность ее опровержения. Во-вторых, введение еще одной Вселенной нисколько не приближает к пониманию первопричины Большого Взрыва и не отвечает на вопрос: «Откуда взялась сингулярность?»

Глава 2. Религиозный взгляд на возникновение Вселенной

О том как растянуть неделю на неопределенный срок

Креационизм – это концепция, согласно которой Вселенная, планета Земля, основные формы жизни и человечество рассматриваются как непосредственно созданные Богом-Творцом.

В настоящей книге мы будем ориентироваться на христианский креационизм, базирующийся на Библии, главным образом, на книге Бытие (Быт 1—2).

Согласно первой книге Ветхого Завета, наш мир сотворен Богом за шесть дней (Быт 1:1—31).

В первый день Бог сотворил небо, Землю с водой и свет (Быт 1:1—5).

Во второй день Бог создал небесную твердь, разделившую воду на земле от воды в небе (Быт 1:6—8).

В третий день Бог образовал сушу посреди воды и насадил на земле траву, растения и деревья (Быт 1:9—13).

В четвертый день Бог образовал Солнце, Луну, звезды и планеты (Быт 1:14—19).

В пятый день Бог сотворил рыб, водных животных и птиц (Быт 1:20—23).

В шестой день Бог сотворил земных животных и человека (Быт 1:24—31).

Буквальный креационизм настаивает на прямой интерпретации библейского описания творения, именно в таком порядке и за шесть дней (24-часовых суток).

Адаптивный креационизм понимает шесть дней творения как «шесть периодов», где каждый период длился миллионы или миллиарды лет. Оправдывается это тем, что в Библии слово «день» (др.-евр. יוֹם «йом») означает не только сутки, но часто указывает на неопределенный отрезок времени или период (Быт 2:4; ср. Быт 2:17; Пс 89:5; 2 Пет 3:8). Такой подход стремится адаптироваться к современным научным теориям и датировкам.

Христианский богослов Андрей Кураев выразился об этом следующим образом:

«…У православия в отличие от язычества, демонизирующего материю, и от протестантизма, лишающего тварный мир права на сотворчество, нет оснований для отрицания тезиса, согласно которому Творец создал материю способной к благому развитию.

Сама же сущность процесса развертывания мира не меняется от того, с какой скоростью он происходит. И наивны те, кому смутно кажется, что Бог становится не нужен, если мы растянем процесс творения. Равно, как наивны и те, кто полагают, что сотворение мира за более чем шестидневный срок умаляет величие Творца. Нам важно лишь помнить, что ничто не мешало, не ограничивало творческого действия. Все происходило по воле Творца. А состояла ли эта воля в том, чтобы создать мир мгновенно, или в шесть дней, или в шесть тысяч лет, или в мириады веков – мы не знаем» (Кураев А. Может ли православный быть эволюционистом?).

О хронологии и достоверности методов датирования мы поговорим позже. А сейчас перейдем к более подробному обзору взглядов креационистов.

Глава 3. Адаптивный креационизм

О том почему обезьянничающий всегда будет догоняющим и проигравшим

Адаптивный креационизм (креоадаптизм) – это одна из интерпретаций представления о сотворении мира Богом, стремящаяся к сближению с наукой за счет адаптации креационистского богословия с научными теориями.

Дни творения креоадаптисты понимают как периоды времени, длящиеся миллионы или миллиарды лет.

Прежде всего, посмотрим как в креоадаптизме соотносится библейское описание начала творения с теорией Большого Взрыва.

О первом дне или периоде творения читаем: «И сказал Бог: да будет свет. И стал свет. И увидел Бог свет, что он хорош, и отделил Бог свет от тьмы. И назвал Бог свет днем, а тьму ночью. И был вечер, и было утро: день один» (Быт 1:3—5).

Можно ли этот свет связать с взрывом сингулярности? На первый взгляд никаких препятствий к этому нет, поскольку согласно теоретическим выкладкам ученых, ранняя Вселенная представляла собой горячую плазму, состоящую из электронов, барионов и постоянно излучающихся, поглощающихся и вновь переизлучающихся фотонов (квантов света). Считается, что эти первичные фотоны в настоящее время составляют реликтовое излучение, равномерно заполняющее всю Вселенную.

Но, строго говоря, библейский рассказ о творении начинается не с создания света, а с сотворения неба и земли (Быт 1:1—2). Как истолковать эти слова?

Если под «небом и землей» понимать физическую Землю и ее атмосферу, то в рамках этой версии креоадаптизма такое понимание войдет в противоречие с современными научными представлениями, ведь получится, что наша планета возникла до Большого Взрыва.

А что если здесь идет речь о мире духовном? Ведь согласно Священному Преданию перед созданием видимого мира Бог создал мир невидимый (Быт 2:1). Этот невидимый для нас мир населен ангелами, и в нем есть «небо небес», состоящее из нескольких уровней.

Апостол Павел писал о нем так: «Знаю человека во Христе, который назад тому четырнадцать лет (в теле ли – не знаю, вне ли тела – не знаю: Бог знает) восхищен был до третьего неба. И знаю о таком человеке (только не знаю – в теле, или вне тела: Бог знает), что он был восхищен в рай и слышал неизреченные слова, которых человеку нельзя пересказать» (2 Кор 12:2—4).

Равным образом на духовном небе имеется и «небесная земля», на которой стоит небесный Иерусалим (Откр 21:2), и даже «небесное море», подобное кристаллу, как сообщает апостол Иоанн Богослов (Откр 4:5). О них ли говорится в первых строках Библии?

«В начале сотворил Бог небо и землю. Земля же была безвидна и пуста, и тьма над бездною, и Дух Божий носился над водою» (Быт 1:1—2). Придать этим строкам аллегорический духовный смысл довольно проблематично. Не только из-за трудности применения их к образу духовного неба, но также из-за того, что в описании второго дня творения речь идет о создании «небесной тверди», отделяющей земные воды от атмосферных (Быт 1:6—8). Следовательно, Земля была сотворена ранее, в первый день.

Альтернативный вариант толкования предлагает протоиерей Константин Пархоменко:

«Творение, упомянутое в первом стихе, – это еще не творение привычных нам неба и земли. Если мы будем внимательны, то заметим, что в дальнейшем повествовании священный автор вновь говорит о творении неба и земли. В 6—8 стихах говорится о творении неба, в 9—10 стихах – о творении земли. Значит, в первом стихе, когда утверждается творение Богом „неба и земли“, говорится о чем-то ином. Современные ученые считают, что первый стих Библии говорит о сотворении всей Вселенной, вернее, первовещества, которое позже упорядочится в тот мир, который мы знаем. Возможно, здесь библейское небо и земля сродни шумеро-аккадскому понятию „ан-ки“ (букв. „небо и земля“), то есть вся Вселенная» (Пархоменко К. Сотворение мира и человека, гл. «Начало Библии»).

Проблема такого толкования заключается в следующем. Если полагать небо сотворенным в Быт 1:6—8 (во второй день), а Землю в Быт 1:9—10 (в третий день), то сразу возникает вопрос: почему земное небо появилось прежде Земли? Однако толкователь не замечает этой нестыковки.

Нельзя признать удачной у Константина Пархоменко и трактовку Быт 1:2 в части образа бездны/воды: «Бездна здесь (древнеевр. техом), несомненно, как-то перекликается с вавилонской богиней Тиамат, существом, олицетворявшим страшные первобытные океанские воды… Библейский автор не случайно использовал образ страшной Тиамат. Он писал свои строки вскоре после возвращения иудеев из длительного вавилонского плена1… Упоминая богиню хаоса, библейский автор намекает нам на демонизм, вкравшийся в мир уже при самом истоке его бытия. Но что мы видим в этой темноте, в которой плескались волны мирового океана, первозданного вещества?.. Мы видим, как эту бездну согревает животворящее Божие дыхание» (Там же, гл. «Ангелы света и ангелы тьмы»).

Не будем комментировать привлечение к христианскому толкованию языческой богини. Отметим другое. У толкователя с первовеществом отождествляется и небо, и земля, и бездна, и вода. По сути, Константин Пархоменко первые два стиха Библии заменяет одной фразой: «В начале сотворил Бог первовещество». Вряд ли такой подход можно назвать корректным.

Иным, но похожим образом, нивелирует значимость первых строк Библии протоиерей Стефан Ляшевский:

«Да не смутят нас два первоначальные стиха первой главы, где сказано о небе и земле до сотворения света, о котором сказано только в третьем стихе, ибо первые два стиха – это то, что в современном понятии нужно было бы назвать эпиграфом и поставить в правом углу, а не в строчках текста» (Ляшевский С. Опыт согласования современных научных данных с библейским повествованием в свете новейших археологических раскопок и исследований, гл. «Первый день творения»).

По сути предлагается эти неудобные строки (Быт 1:1—2) если не выбросить, то как минимум вынести за скобки толкования первого дня творения. Далее Стефан Ляшевский пишет:

«Что это только эпиграф можно судить из дальнейшего текста: так, в стихе 7-м говорится: „И создал Бог твердь и назвал Бог твердь небом“ (ст.8). Следовательно, небо (звездные миры) было создано после света, о котором говорится в третьем стихе. И о тьме говорится, что после создания света „отделил Бог свет от тьмы“, так что „тьма над бездною“ не могла быть до образования тьмы и отделения ее от света. В такой же мере это относится к земле и воде» (Там же).

Смысл этого предложения в том, чтобы перенести сотворение неба и Земли из первого дня творения во второй, куда помещается также создание Солнечной системы. При этом небо второго дня, которое отделяет «воду от воды», плохо соотносится с предлагаемыми «звездными мирами», поэтому Ляшевский придает слову «вода» смысл «мировой эфир»2 (Там же, гл. «Второй день творения»).

Утверждение автора о невозможности существования тьмы до создания света просто нелогично. Претензия к «земле и воде» не подкреплена внятными доводами и поэтому непонятна. В результате, все это в целом звучит неубедительно.

Еще один вариант креоадаптизма был предложен протоиереем Глебом Каледой в двух очерках под общим названием «Библия и наука о сотворении мира». Начальные пять стихов книги Бытия, относящиеся к первому дню творения, он понимает аллегорически и соотносит с определенными этапами теории Большого Взрыва. Стихи с шестого по восьмой Каледа оставляет без комментариев, не найдя подходящего модернистского толкования для второго дня творения. Дальнейшие его рассуждения о последующих днях творения представляют эклектический винегрет из идей классического креационизма и несовместимых с ними научных гипотез.

Более развернутую критику очерков Каледы можно найти в работе протоиерея Константина Буфеева «Православное учение о Сотворении и модернистское богословие» (том 3, часть 2, глава 2).

Фундаментальную попытку естественно-научного толкования первых четырех дней творения можно обнаружить в книге кандидата физико-математических наук Алексея Клецова «Физика Бытия». Эпохи теории Большого Взрыва он соотносит со стихами 1—10 и 14—19 (Быт 1). Здесь пропущенные стихи Быт 1:11—13, не нашедшие места в концепции и относящиеся к появлению растительности на Земле, очевидным образом обличают ущербность этой версии толкования.

Что остается креоадаптистам? Только предполагать Большой Взрыв и рождение Вселенной в словах «в начале сотворил Бог небо», соглашаясь с возникновением Земли в первый день или период творения (Быт 1:1). В этом случае возникают трудности в соотнесении создания света (Быт 1:3—5) с современными научными теориями, ведь библейский свет появляется после создания Земли, но до создания Солнца (Быт 1:14—19).

Не меньше проблем у креоадаптистов вызывает толкование появления земной растительности на третий день или в третьем периоде (Быт 1:11—13), а Солнца и других небесных светил – на четвертый день или в четвертом периоде (Быт 1:14—19). Получается, что миллионы или миллиарды лет растения обходились без солнечного света и тепла? Здесь, правда, Стефан Ляшевский замечает:

«Лучи солнца [до четвертого периода творения] не проникали непосредственно на землю, но преломлялись под известным углом через мощную оболочку водяных паров и освещали землю в то время совершенно иначе, нежели сейчас: ночь была не такой темной и не такой длительной, а день не таким ярким. Не было ни зимы, ни лета, ибо не существовало астрономических законов. Деревья того времени не имеют годичных колец, но как у травы, их структура была трубчатая, а не кольцевая. Не было и климатических поясов, ибо теплоизоляционная оболочка водяных паров сохраняла тепло по всей поверхности земли» (Там же, гл. «Третий день творения»).

То есть предполагается, что в описании четвертого дня творения речь идет не о создании Солнца, а только о его оптической видимости с поверхности Земли.

Но как бы ни старались креоадаптисты, их богословские построения пока не могут полностью соответствовать одновременно и Библии, и научным теориям, при этом оставаясь непротиворечивыми. В итоге, безоглядная гонка за большей научностью в богословии приводит жертвам в области логики и библеистики.

И даже если кому-то когда-нибудь удастся худо-бедно приблизить толкование начальных строк книги Бытия к текущей научной парадигме, то и такой вариант нельзя будет назвать вполне успешным. Ведь научное знание с течением времени эволюционирует, на место одних гипотез приходят новые, теория космологии развивается и изменяется. А это значит, что креоадаптисты всегда будут в роли неудачников, то есть вечно опаздывающих в погоне за локомотивом научных тенденций.

Глава 4. Буквальный креационизм

О том как вера в чудеса находит опору во Всемогуществе

Классический или буквальный креационизм (креобуквализм) – это одна из интерпретаций представления о сотворении мира Богом, отвергающая те научные теории, которые противоречат буквальному прочтению Священного Писания. Сторонники буквальной интерпретации ставят во главу угла библейское описание творения, понимая его максимально близко к тексту. Отношение креобуквализма к науке строится по двум направлениям: критика богословски неприемлемых научных теорий и гипотез, а также формирование научной парадигмы, не противоречащей классическому креационизму.

Поскольку в Библии написано, что Бог сотворил мир за шесть дней, то ничто не мешает религиозным людям принимать это за истину. Ведь для верующих Бог – Всемогущий, а значит Он может создать Вселенную за шесть суток и в том порядке, как описано в книге Бытия. Если верить во всемогущество Бога, то нет препятствий для признания подлинным откровения о Шестодневе.

Хотя порядок сотворения мира, изложенный в Библии, не совпадает с доминирующими научными гипотезами, однако ему нельзя отказать в определенной логике. Его описание не настолько фантастично, как в мифах примитивных религий. Во всяком случае, оно не содержит ничего абсолютно невозможного.

Давайте рассмотрим это описание (первые четыре дня), учитывая комментарии с двух сторон: теизма и атеизма.

День 1.

В начале сотворил Бог небо и землю. Земля же была безвидна и пуста, и тьма над бездною, и Дух Божий носился над водою. И сказал Бог: да будет свет. И стал свет. И увидел Бог свет, что он хорош, и отделил Бог свет от тьмы. И назвал Бог свет днем, а тьму ночью. И был вечер, и было утро: день один (Быт 1:1—5).

В первый день Бог сотворил космос (небо), нашу планету (Земля) с мировым океаном (бездна, вода).

Атеистические критики выдвигают следующие возражения. Как мог существовать свет без источника света, ведь Солнце было сотворено только в четвертый день? Если в первый день не было Солнца, то не было восхода и заката, как тогда возможны вечер и утро?

Указанные вопросы не новы. Еще в древности отцы и учители Церкви дали на них ответы. Эти ответы во многом не утратили актуальности и в наше время.

Св. Амвросий Медиоланский: «Мы замечаем, что свет произошел прежде дня, а солнце видимым стало позднее» (Шестоднев, 1.9).

Свет по своей природе совершенно независим от Солнца. Он может быть порождением огня, электромагнетизма, химических процессов. Также свет излучается при некоторых физических взаимодействиях. Широко известно и признано наукой реликтовое излучение, представляющее собой космическое сверхвысокочастотное световое фоновое излучение. Оно является остатками изначального первобытного света, имевшего место в начале возникновения Вселенной.

Св. Василий Великий: «Ныне, по сотворении уже солнца, день есть освещение воздуха солнцем, которое сияет в полушарии, лежащем над землею, а ночь – покрытие земли тенью, когда скрывается солнце. Но тогда не по солнечному движению, но потому что первобытный оный свет в определенной Богом мере то разливался, то опять сжимался, происходил день и следовала ночь» (Беседы на Шестоднев, 2).

Св. Иоанн Болгарский: «Первоначальный свет существовал как без солнца и без круглой формы и образа, так и без тела; только одним распространением и исчезновением по всемогущей воле Бога, создавая день и ночь, что невозможно понять человеческому разуму» (Шестоднев, 1).

Протоиерей Серафим Слободской: «Свет есть следствие колебания эфира, которое теперь производится главным образом через солнце, но которое может быть произведено и множеством других причин. Если первобытный свет мог явиться раньше солнца и мог быть, как например, свет теперешнего северного сияния, результатом соединения двух противоположных электрических течений, то, очевидно должны быть и моменты, когда этот свет начинался, достигал высшего блеска и затем опять уменьшался и почти прекращался. И таким образом, по библейскому выражению, были дни и ночи, могли быть вечер и утро, прежде чем явилось солнце, служащее именно мерилом для определения этих частей времени» (Закон Божий, Беседа о первом дне творения).

Зададимся и другим вопросом: как могла существовать земная вода без источника тепла, не превращаясь в лед в отсутствии Солнца?

Согласно современным научным представлениям, под земной корой располагаются вязкая мантия и плотное ядро. Внутренние слои Земли находятся под воздействием давления и имеют высокую температуру, о которой мы можем судить, например, по такому явлению как извержение магмы из вулканов. Вполне допустимо предположить, что изначально эта температура была достаточной, чтобы прогревать земную кору и мировой океан.

День 2.

И сказал Бог: да будет твердь посреди воды, и да отделяет она воду от воды. [И стало так.] И создал Бог твердь, и отделил воду, которая под твердью, от воды, которая над твердью. И стало так. И назвал Бог твердь небом. [И увидел Бог, что это хорошо.] И был вечер, и было утро: день второй (Быт 1:6—8).

Во второй день Бог создал земную атмосферу (небесную твердь), разделившую воду на земле от воды в воздухе.

Среди атеистов принято насмехаться над образом «небесной тверди», карикатурно представляя ее в виде твердого купола из стекла или чего-то похожего, однако такое представление очень далеко от ортодоксального богословия. Даже в древние времена подобное толкование не являлось общепризнанным.

Св. Василий Великий: «Но на том основании, что по общепринятому мнению твердь представляется происшедшею из воды, не следует еще почитать ее подобною или отвердевшей воде или такому веществу, которое получает начало чрез процеживание влаги, как, например, камень кристалл, который, как сказывают, превращается из воды вследствие чрезвычайного ее отвердения, или слюда, образующаяся между металлами, а это такой прозрачный камень, имеющий преимущественно ему свойственный и самый ясный блеск, что если найден в чистом своем виде, не источен какой-нибудь гнилостью и не наполнен внутри трещинами, то прозрачностью подобен почти воздуху. Посему мы не уподобляем тверди ничему такому. Ибо, конечно, детскому и простому разуму свойственно иметь такие понятия о небесном» (Беседы на Шестоднев, 3).