Бархатная батарейка

© Роман Стейн, 2020

ISBN 978-5-0051-9693-4

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

– 1 —

Конвой из четырех машин двигался по горной дороге. Поднимая за собой пыльный шлейф, они ехали по серпантину на максимально высокой скорости. Здесь всегда так ездят. Последнее время. Особенности местного колорита: в подвижную, скоростную цель сложнее попасть. И можно быстрее выйти из-под обстрела, если вдруг таковой случиться. Мин они не боялись: саперы уже проверили дорогу и по ней прошла бронетехника, а вот обстрел из засады – вполне реален.

В голове колонны шел открытый внедорожник с вооруженными людьми в полевой армейской форме. Машина ощетинилась стволами и четыре пары глаз внимательно всматривались в склон и дорогу впереди, готовые в любую секунду влупить из этих стволов свинцовыми струями.

Следом двигался армейский грузовик с тентом на кузове. Эмблемы на дверцах кабины и номера на кузове были небрежно замазаны краской. Как будто кто-то старался скрыть принадлежность машины, но не очень старался – так, для проформы.

Замыкали конвой два бронеавтомобиля в «пустынной» камуфляжной раскраске, непривычной для этих мест. Опознавательные знаки тоже отсутствовали. Пулеметные турели на крышах – пустые, без оружия. Толстые стекла с затемнением не давали возможности рассмотреть пассажиров.

Грунтовая дорога вела к северной окраине поселка, в обход, через гору, минуя основную трассу. Сам поселок, пару недель назад, освободили от повстанцев. С боями. С применением артиллерии. Штурм длился несколько дней: «духи» сопротивлялись до последнего. Некоторых, особо упорных, выкуривали из подвалов разрушенных зданий прямой наводкой крупного калибра. Все здания сильно пострадали во время операции. Поэтому жители не спешили возвращаться в разрушенные дома. Армейские патрули да бродячие собаки на улицах. Трофейные команды собрали и вывезли трупы с улиц. Поселок пустовал.

На окраину этой полуразрушенной пустоши и подъехал конвой. Грунтовая дорога вывела к воротам небольшой фабрики. Трехэтажное кирпичное здание, два длинных железных ангара и несколько деревянных построек. Вся территория обнесена высоким металлическим забором, в нескольких местах поврежденного взрывами и продырявленного пулями разного калибра. Проломы в заборе были наспех замотаны «колючкой».

Внедорожник без крыши первым подъехал к большим железным воротам. Вооруженные пассажиры повыпрыгивали и двинулись к открывающимся створкам. В проеме показался боец с ручным пулеметом на плече. Коротко кивнув подъехавшим, он распахнул ворота и запустил крытый грузовик, который, не сбавляя хода залетел на территорию.

Броневики, один за другим, резко оттормозились поодаль, подняв клубы пыли. Из них никто не вышел. Ни одна дверь не приоткрылась. Песочного цвета машины замерли в ожидании, затемненными лобовыми стеклами уставившись на въезд.

Из открытого внедорожника вылез последний пассажир. Это был высокий, худощавый мужчина, в армейской форме без знаков различия. Поправив автомат на плече, он повернулся к бронемашинам и жестом показал невидимым пассажирам подождать. Сам же направился в открытые ворота.

Бойцы полукольцом окружили кузов грузовика. Кто-то уже откинул задний борт и приподнял брезентовый полог. Высокий военный встал чуть в стороне. Выслушав короткий доклад бойца с ручным пулеметом, который обращался к нему по званию – «капитан», он кивнул и громко скомандовал:

– Выводите по одному!

Внутри кузова обозначилось движение. Через секунду в проеме возникла фигура человека: на голове – мешок, руки связаны за спиной. Кто-то сзади, из темноты, подтолкнул его и человек неуклюже рухнул на землю. Двое бойцов тут-же подбежали к нему и подхватив под руки, рывком поставили на ноги.

Они оттащили его в сторону и тут-же из кузова выпал еще один с мешком на голове. И еще один, и еще. Солдаты поднимали их, тащили в сторону и ставили в шеренгу.

– Это все? – спросил тот, кого звали «капитаном».

– Да, восемь, – из темноты кузова вышел грузный, в годах солдат, – Отборные! Как заказывали.

– Хорошо, – «капитан» достал из-за пояса толстый бумажный пакет и протянул его в кузов, – Свободны. Коменданту – привет.

Солдат в кузове подбросил в руке пакет, как бы взвешивая его. Потом приоткрыл его и заглянул внутрь. Лицо расплылось в широкой улыбке.

– С вами приятно иметь дело! – хохотнул и задернул тент.

Грузовик резко тронул с места и через несколько секунд скрылся из вида, оставив за собой пыльное облако. Только тогда открылись задние двери бронемашин. Вышли четверо. Одетые в разномастные псевдо-армейские «камуфляжи». Легкие бронежилеты, кевларовые каски с камерами. Все вооружены, но оружие тоже разное, у каждого – свое. Штурмовая винтовка только у одного. Один вооружен автоматическим дробовиком с барабанным магазином. Еще у одного – футуристического вида, пистолет-пулемет. Настолько эргономичный, что казался частью руки. У четвертого, как у заправского ковбоя, на поясе, висели две кобуры, из которых торчали рукоятки больших пистолетов.

«Стволы» у всех – «тюнингованные» – это бросалось в глаза. Да и сами владельцы были обвешаны всем чем надо и не надо. Непрофессионалы – это сразу видно. Нарядные все какие-то, что-ли. Разве что стразов не хватает. Вечеринка в стиле «милитари». Высокий военный отвернул голову в сторону, смачно сплюнул и улыбнувшись, негромко сказал: «Петухи, мля».

– Ну что, капитан, – обратился один из подошедших, тот, что мнил себя ковбоем, – Давай, хвастайся товаром!

Лицо скрыто под маской, но голос молодой. Глаза озорные, с блеском. Горят! Видимо уже в предвкушении. Или «вмазанный».

Один из бойцов начал сдергивать мешки. Второй, следом, освобождал руки.

Бородатые лица, растерянные взгляды. Люди в шеренге затравленно озирались по сторонам, щурясь от яркого солнца.

Все восемь – мужчины. Все, судя по одежде, из местных. Все явно не понимают, где они находятся.

Их привезли из закрытой военной тюрьмы. При погрузке им было объявлено, что их везут «на обмен». Обмен пленными.

Да, они все сдались в плен. Добровольно. Когда правительственные войска взяли район в тугое кольцо. Когда начала работать штурмовая авиация и тяжелая артиллерия. Всем стало ясно, что выжить сопротивлению – шансов нет. Они сдались. Сдавались в надежде, что их выкупят. Ну или обменяют на пленных солдат федеральных войск. Это была обычная практика на этой войне.

И их выкупили! Но заплатили за них не родственники, не полевые командиры – братья по оружию. Всех их купили вот эти – четверо «нарядных» из броневика. И отвалили за их волосатые шкуры тройную цену.

Не спеша пройдя вдоль шеренги бородатых лиц, «нарядный» с пистолетами внимательно рассматривал каждого. Заглядывал в глаза и что-то не громко бормотал. Дойдя до конца строя- резко обернулся на пятках:

– У вас будет 15 минут, чтобы укрыться на данной территории! – громко сказал он, показав за спину, – Потом мы начнем вас искать. Кто продержится 2 часа – уйдет домой живым. Выходить за забор нельзя! По периметру будут дежурить вот эти ребята, – он кивнул на солдат за спиной, – Если они вас застукают то исключат из игры! В голову!

До бородатых в шеренге видимо стало доходить —зачем они здесь. Какая игра сейчас должна начаться. И какими будут ставки. По шеренге пробежал ропот.

Кто-то явно занервничал. Кто-то начал сыпать проклятия на своем гортанном языке. В строю началось движение.

Солдаты тут же взяли оружие на изготовку. Залязгали затворы.

«Нарядный» как то небрежно вскинул автомат и с одной руки произвел несколько выстрелов под ноги бородачей.

– А ну тихо, обезьяны!

Шеренга отшатнулась на пол шага от пыльных фонтанчиков.

– Мы военнопленные! Вы не имеете права! – выкрикнул кто- то из строя.

– Объясняю, – вышел вперед еще один «нарядный», – Здесь идет не война, а борьба с незаконными вооруженными формированиями! И вы все бандиты, а не пленные.

– Ладно, хватит митинговать, – закончил «собрание» первый, – Расставляйте людей, капитан. Начнем, – и обернувшись весело крикнул, – Кто не спрятался – я не виноват!

Все двинулись к выходу. Люди в шеренге остались стоять, нервно переминаясь с ноги на ногу. Никто никуда не побежал, все растерянно оглядывались друг на друга. Ворота с грохотом закрылись.

Бойцы быстро заняли позиции по периметру. Стоя на углу каждый контролировал две стороны забора, страхуя еще двоих.

Капитан с «нарядными» остался у ворот.

– Это должно их взбодрить, – «ковбой» снял с пояса гранату в пластиковой оболочке, – А то они вялые какие то.

Дернув чеку, перебросил через забор в сторону от строя. Через секунду рвануло. Железный забор выгнулся и заходил ходуном. Из за ограды поднялся клуб пыли и черного дыма. Послышались вопли и топот ног. Побежали все таки прятаться.

– Ну вот, другое дело! – «нарядный» повернулся к капитану и с улыбкой предложил :

– Пойдем, перекурим перед охотой.

Трое остальных «охотников» стоя поодаль, курили, передавая друг другу одну большую сигару.

– Я не употребляю, – бросил капитан.

«Нарядный» хмыкнул и двинул к своим. Почти тут же громыхнула короткая очередь.

«Пулеметная», – про себя отметил капитан, – значит с тыльной стороны фабрики. Всегда найдется один шустряк, который попробует уйти через забор. Бойцам приказано не бить на поражение. Только пугнуть трассером. «Нарядные» за них деньги заплатили. Это их добыча. Их развлечение – «Охота на кабана».

Докурив, четверка «нарядных» встала в круг. Обнявшись за плечи, они наклонились в центр и прокричали какой-то девиз или заклинание. Потом постучали друг друга по каскам, видимо на удачу и взяв оружие на изготовку двинулись к воротам.

– Пожелай нам удачи, капитан!, – обернулся перед воротами «ковбой» и не ожидая ответа, поднял вверх большой пистолет и насколько раз выстрелил в воздух. Это было сигналом для тех кто внутри, что охота началась.

Ворота с лязгом захлопнулись. Бойцы разошлись и встали на позиции. Капитан отошел к своей машине и сел на землю, в тени, откинувшись на пуленепробиваемый баллон колеса. Он свернул себе сигарету, прикурил и сделав глубокую затяжку закрыл глаза.

Капитан. Он давно уже был гораздо выше званием, но по понятным причинам не носил знаков различия. «Капитаном» называли его бойцы, да вот такие «туристы». Просто «Капитан» – одинаково звучит почти на всех языках, а гостей из-за рубежа приезжало все больше. Последнее время «эко-туризм» (как его тут называли) стал очень популярен. Развлечение для богатых. Еще один способ пощекотать себе нервы. Хлебнуть чистого адреналина.

Конечно развлечение не совсем легальное, мягко говоря. Ведь убивать людей нельзя. Даже за деньги. Особенно в мирное время. Но за большие деньги можно многое. Очень многое.

Вариаций охоты было много. Кому то предлагали готовый, обкатанный проект. Такие как «Снайпинг», «Загон», «Зачистка» всегда пользовались популярностью у людей определенного круга.

Молодняк приезжал со своими сценариями. Каждый креативил по своему. Но результат всегда был одинаков. Трупы. В разной степени комплектности.

Вопросами морали здесь никто не задавался. На войне свои законы. Свои ценности. В особенности ценности человеческой жизни. Здесь она низка как нигде больше. Да, и если разобраться, он – военный и ему платят за то, чтобы он убивал, а эти «охотники» убивают тех же людей, но платят сами. И платя большие деньги. Так что со стороны закона вроде как все ровно. А «заказчику» все равно, кто будет исполнителем.

Огласки здесь никто не боялся. Его бойцы, обеспечивающие прием и безопасность «туристов», были не из болтливых. Идейных, борцов за правду и справедливость вычисляли на этапе тестирования и отбора в команду. Утечку в СМИ тоже не опасались: мало ли что выдумает «желтая пресса», чтобы увеличить тираж. Да и устранялись эти утечки очень быстро. Вместе с источником.

– / —

Стрельба за забором длилась в течении часа. То стихая до одиночных, то нарастая до длинных очередей из нескольких стволов сразу. Патронов «охотники» не жалели – отжаривали до красна. Изредка хлопали гранаты. У них были без оболочные – фугасные. Проще говоря – кусок тротила с запалом-детонатором. Эффективно глушат в помещении и можно не бояться своих или соседских осколков.

Капитан, по звукам выстрелов, представил диспозицию каждого стрелка. Они работал парами: штурмовая винтовка с «ковбоем», дробовик – с «космическим» ПП. Какой-то грамотной картины зачистки он не видел: движения пар были хаотичны. То они вместе работали по центру, то разбредались по флангам. «Вояки, твоюмать.» – капитан сплюнул и свернул себе еще одну сигарету. Местная трава забористая, но отпускает быстро. Или уже прикуриваться начал.

Канонада почти прекратилась. Между редкими выстрелами стали слышны крики, громкая ругань. Вдруг кто-то завопил, жутко надрывно. Так кричат от дикой боли. Или от такого же дикого страха. Кричат в последний раз, захлебываясь на выдохе.

Капитан сидел в тени джипа, откинувшись на колесо. Ствол на согнутом колене направлен на ворота. Ему нельзя туда заходить. Пока «охотники» сами не выйдут. Да ему и не было интересно – насмотрелся уже всякого. Или по условному сигналу, в случае нештатной ситуации. Случались и такие. Все таки не на ягнят «охотятся». На волков. Только безоружных, беззубых.

Капитана иногда так и подмывало тайком дать «бородатым» пару коротких стволов и посмотреть чья возьмет. Но это было против правил. Они должны оберегать «туристов». Это его работа. И за нее очень хорошо платят.

Хотя, если кто-нибудь принимал бы ставки, он поставил бы на «бородатых кабанов». Жертва, загнанная в угол, способна на многое. Даже неожиданно для себя.

В какой то момент все стихло. Капитан щелчком отбросил сигарету. Поднялся и отряхнув пыль стал ждать – сейчас будут выходить.

Створка ворот с грохотом приоткрылись. В проеме показалась фигура «нарядного». Пинком он распахнул ее настежь. Руки у него были заняты – в каждой он держал по голове. По бородатой голове.

Капитан не громко выругался.

– Это должно было выглядеть как побег! – обратился он к «нарядному», – Мы оговаривали это!

– Да ладно тебе, капитан, – выдохнул тот и бросил головы перед собой, – Ребята в раж вошли – не ломать же им кайф.

Капитан кинул взгляд в открытые ворота. По середине пыльного двора раскиданные тела. Двое «туристов», стоя на колене, орудовали ножами. Третий снимал все на камеру и громко комментировал.

– Доплатим за беспокойство, – «нарядный» достал маленькую фляжку и сделал глоток, – Я же все понимаю!

«Понимает он!» – про себя передернул капитан, – «Понимающий»! Они должны были доставить труппы в комендатуру. Оформить как попытку к бегству, со всеми формальностями. А теперь куда их, в таком виде? Обезбашенных…

Из ворот вышли остальные. С трофеями. Перепачканные все, но видно что довольные. Смеются нарочито громко, нервно. Адреналин еще бушует в крови.

Двое двинулись к броневикам, размахивая трофеями. Последний замешкался в воротах и приотстал. Проходя мимо капитана на секунду остановился.

– Восемнадцатого ждите «миражей», – голос под маской был женский. Капитан слегка опешил от неожиданности.

– Вы обещали «чистого» проводника, – и не дожидаясь ответа, девушка пошла к своим. Те, как дикари, отплясывали с воплями, размахивая оружием и бородатыми головами.

– Будет им проводник, – негромко сказал он в спину удаляющейся фигуре,

– Будет, – добавил тихо, уже для себя.

Подошел боец, охранявший правый фланг.

– У нас проблемы?

Капитан молча кивнул в открытые ворота. Боец посмотрел на беснующихся «туристов» и перевел взгляд на дворик. Секунду оценивал масштаб зачистки и сплюнув, перекинул автомат за спину. На ходу засучивая рукава пошел во двор, обреченно добавив:

– С «придурками» по другому не бывает!

Но капитан его уже не слышал. «Миражи», «чистый» проводник, голос девушки эхом звучал в голове. Перед глазами всплыл образ молодого паренька.

«Ну что же, настало твое время, сержант», – сказал он тихо, одними губами – «Ведь для ЭТОГО тебя и готовили!»

– 2 —

– И как только выдам дочку замуж, тут же разведусь со своей старухой! Деньги сейчас у меня есть, а молодых и красивых вдов по округе – больше чем блох у собаки. Так зачем мне терпеть свою сварливую бабку?»

Два человека шли по лесной дороге. Тот, что говорил, был пожилой мужчина не высокого роста и едва дотягивал до плеча своему спутнику – молодому статному парню. Мужчина, мало того, что был низкорослый, он был еще и колченогий: кривые, колесом, ноги как будто обхватывали толстое, невидимое бревно. Лицо у него тоже было далеко от идеалов красоты, даже по местным меркам. Его молодой спутник был его противоположностью: высокая, атлетичная фигура и правильные черты лица. Он явно не был обделен женским вниманием. С виду никто и не подумал бы, что они родственники.

Хотя одеты оба были в гражданскую одежду, у каждого был автомат. У парня он висел на правом плече. Рукой он придерживал его за ствольную коробку и внимательно осматривался по сторонам. Автомат коротышки болтался за спиной, то и дело цепляясь стволом за штанину. Что, впрочем его не смущало. Он был целиком увлечен собственными мечтами, которыми в красках делился с «неопытным юнцом». Правда, все его мысли крутились вокруг «женского полу» и разговор был о нем же. Таких называют – озабоченными.

Они патрулировали окрестности. Местные силы самообороны.

Лес заканчивался и дорога выходила на открытый склон холма. Не выходя на открытое место, молодой остановился в тени деревьев. Увлеченный болтовней коротышка с ходу ткнулся ему в спину.

– Ты чего?.. – хотел было возмутиться тот, но парень дал ему знак заткнуться. Несколько минут они внимательно осматривали окрестности. Открытый участок тянулся метров на пятьсот и скрывался в зарослях, внизу. Вокруг все было тихо. Никакого намека на опасность или присутствие противника. Близ лежавшие холмы густо поросли кустарником и низкорослыми деревьями, но и там все было спокойно.

– Кого ты испугался? – с наигранной бравадой спросил мужчина, – Федералов не видели здесь уже месяца три. Да и что им тут делать?

– Так ведь и мы с Вами не на прогулке, – вежливо, как и положено младшему, возразил юноша.

Коротышка не стал спорить, видимо вспомнив зачем они здесь. Не много постояв, они двинулись вниз по открытому склону. Парень не стал говорить дяде, что ему очень не хочется выходить на этот склон. Что какое-то тревожное чувство томило его с самого утра, а сейчас оно усилилось. Он не хотел, чтобы дядя поднял его на смех, а потом еще и рассказал всей деревне. Для себя он назвал это чувство – страх, а бояться нельзя, бояться – позор. Переступив через тень и через себя, он шагнул на свет. До лесополосы внизу было около полу километра.

– / —

Две фигуры были хорошо видны на фоне грунтовой дороги. Оптика была мощная. Встроенный дальномер выдал дистанцию. Ветра не было. В распадке между холмами стояла тишина. Это упрощало задачу – поправку можно не вносить. Человек в маскировочном костюме повернулся к куче веток с боку от него и не громко сказал:

– Приготовиться, цель парная, дистанция – тысяча двести.

Куча веток и листьев зашевелилась. Из нее высунулся длинный ствол, обмотанный маскировочной сеткой.

– Наконец то, – недовольно пробурчала куча, – затекло уже все. Хреново работаете, сержант.

Наблюдатель ничего не ответил. Отложив бинокль он установил на сошки винтовку и прильнул к оптическому прицелу.

Местность была пристреляна еще месяц назад. Ориентиры остались не тронутыми. Да и кто их тронет: обычные камни, с белыми подтеками. Все должно быть легко как в тире. Если, конечно, этот толстый клоун не напортачит.

Найдя в прицел спускающихся людей он произнес: «Огонь по готовности!», и плавно положил палец на спуск.

– / —

– Мужчины нынче в цене! А уж при деньгах и подавно, – продолжал рассуждать коротышка, – Ты вот, например, сколько жен себе хочешь?, – и не дожидаясь ответа продолжил: – Если федералы заплатят выкуп за пленных, как обещали, то можно подумать и о двух молоденьких женушках!

Его молодой попутчик ни чего не ответил, только улыбнулся. Болтовня озабоченного старого дядюшки его веселила, но потихоньку начала утомлять. Парень как бы невзначай ускорил шаг, чтобы не слушать назойливое жужжание прямо в ухо и теперь шел в двух метрах впереди. Коротышка не поспевал за ним на своих кривых ногах, поэтому говорил уже в спину.

И вдруг, с глухим хлопком, спина попутчика взорвалась, обдав коротышку липкими брызгами. Он резко встал, наблюдая, как тело парня медленно падает вперед. Сначала вперед упали плечи с головой. Руки одновременно размахнулись и описав нелепую дугу устремились вслед за верхней частью тела. Только потом подкосились ноги и с глухим шлепком тело рухнуло на землю. Но упало не правильно как-то, головой уткнувшись в низ живота.

Только сейчас донесся гулкий раскат далекого выстрела.

Коротышка попятился назад, не в силах оторвать взгляд от дыры в спине, размером с тарелку, из которой вытекал тягучий поток.

Зацепившись ногой за болтающийся сзади автомат, он потерял равновесие и неуклюже грохнулся на задницу. Тут же над его головой что-то вспороло воздух и выбило фонтанчик пыли в нескольких шагах позади.

Поняв, что по ним работает снайпер, коротышка резко подскочил и побежал обратно, к спасительному лесу. Автомат, болтаясь сзади подпрыгивал и лупил его пониже спины, мешая бежать. До границы леса было не больше сотни метров, но бежать приходилось в гору. Страх помогал переставлять ноги с удвоенной скоростью.

Что-то опять вспороло воздух совсем рядом, так близко, что он ощутил ударную волну от пули всем своим телом.

«Нельзя бежать прямо!» – промелькнуло в голове, он резко вильнул в сторону. Одновременно с этим, докатился звук выстрела. Даже такому вояке как он, стало ясно, что бьют издалека. Попасть в бегущую цель на большой дистанции – проблематично! Значит, добраться до леса – есть шанс! И не сбавляя темпа он начал выписывать зигзаги на пыльной дороге.

Наблюдатель спокойно следил за резкими маневрами удаляющейся цели. Он мог бы снять его в любой момент, но он был «вторым номером». Открывать огонь он мог только в крайнем случае. А пока, со своим «Слонобоем» работал «первый» номер. Работал пока не очень удачно. Одно попадание и три промаха. Магазин, у этого крупнокалиберного монстра, на пять патронов, значит, еще один выстрел и нужно будет подстраховать на время перезарядки.

Он нашел в прицел пристрелочную метку на холме, прикинул траекторию движения цели и выбрал точку, которую цель миновать не сможет.

Сбоку оглушительно громыхнул выстрел. Беда с этим крупным калибром – не придумали для него действенный глушитель. Винтовка наблюдателя была под обычный снайперский боеприпас, но с отличной оптикой. В которую было видно попадание рядом с целью. Значит пришло время его выстрела – до кромки леса от бегущей цели оставалось несколько шагов.

В наушнике щелкнуло: – «Уходит. Сержант, работай»

Он не стал отвечать. Задержав дыхание плавно нажал на спуск.

Коротышка бежал дикими зигзагами. Короткие кривые ноги мелькали как в ускоренной съемке. Со стороны, этот спринтерский забег выглядел даже забавно, если не обращать внимания на истинную причину «стометровки». Что подгоняли бегуна не овации трибун, не окрики тренера, а пронзительный свист над головой. И призом в этой гонке была не медаль или лавровый венок. Ставка максимально высока. Да и второго места тоже не было предусмотрено.

Полоска тени от ближайших деревьев, как финишная лента, была уже под ногами когда что-то больно ужалило коротышку в спину и толкнуло вперед. Не удержавшись, он с разгона грохнулся на пыльную дорогу, проехав на пузе пару метров. Автомат по инерции перелетел через голову и упал перед ним, добавив прикладом по затылку.

Наблюдатель видел в прицел, как цель упала, подняв клуб пыли. Он не сомневался в своем попадании. Его задача была остановить цель, не дать ей уйти. Не отрываясь от прицела он громко обратился к первому номеру:

– Мне его добить?

В ответ лязгнул затвор.

– Нет, – ответил недовольный голос из кучи, – я готов.

– / —

Грохнувшись с размаху на землю, он на секунду отключился. Открыв глаза, первое что увидел – рукоять автомата. Он не знал, что пуля снайпера попала в ствольную коробку и пробив жестяную крышку вошла под ребра, уже потеряв свою убойную скорость. Протянув руку он взялся за рукоятку. Уперев ствол в землю он оперся на автомат как на костыль. С трудом приподнялся, и волоча ствол по земле, сделал несколько не твердых шагов оказавшись в тени деревьев.

Короткий режущий свист и шлепок, как будто ударили ладошкой по воде. Автомат упал на траву, сверху на него упала рука, оторванная от плеча. Коротышка крутанулся на месте и упал, скатившись головой в придорожную канаву.