Сирена: Легенда о Морской Королеве Vol. 2
- -
- 100%
- +
Он придерживался порядков предков и их предписаний, которые сильно разнятся с верой Королевства Ноли и Аурума, где женщина воспринимается, как греховное, и не все могут после смерти супруга выйти повторно замуж или же управлять землями. Вильяму никогда не нравились те порядки, он считает их унизительными, хоть и уважает силу и власть, привержен тому, чтобы управлением занимались мужчины, но не сторонник, чтобы женщины всецело им подчинялись. Поэтому королю нравится мысль стать мужем и покровителем подводной нимфы.
Увидев сирену в церкви, Вильям не мог перестать смотреть на нее. Он знал, что Леонардо пытался унизить Эйлин, но та держалась как истинная королева и не позволяла на себя смотреть с презирающим взглядом. Король восхищался ее спокойным и равнодушным видом, и глазами с искрящейся ненавистью по отношению ко всем людям и с легким страхом и недоверием по отношению к нему. Для него это чистой воды удовольствие, словно крепкий солодовый виски, разливающийся по бокалам, и который настаивается и набирает аромат на воздухе и который ожидаешь к потреблению.
Вильям хотел увидеть и Анну, но та упорно не выходила из своих покоев. Ему казалось это очень ироничным и забавным, что Леонардо показал себя милосердным королем, дал падшему человеку шанс, позволил подняться по социальной лестнице, но при этом жестоким правителем, который законную супругу унизит перед всеми знатными людьми и гостями Королевства, чтобы показать свою власть. Но Вильям знает, что сын Энрике Кастильо ни разу не такой — у того собственные цели, которые до последнего будут сокрыты. Именно поэтому он сейчас видит очень удачную возможность в отслеживании сирены, находящейся за пределами замка, за пределами власти и взгляда Леонардо. Идеальная возможность подобраться ближе к подводной нимфе.
***Идет уже второй месяц поисков королевы, а он так и не может найти хоть каких-то следов. Задействовал специальный тайный отряд, выполняющий обычно функции шпионажа, слежкой, убийства конкретных людей, но даже эти наемники, служащие короне, так и не смогли выследить одну-единственную девушку, которая никогда и не жила среди людей и ничего не знает о жизни за стенами замка. Леонардо каждый доклад главы отряда слушает уже безо всякой надежды. Хочет верить, что найдет Эйлин, но с каждым днем надежда меркнет, несмотря на то, что близится весенний праздник их предков. Думал, может, отпраздновать его, но тогда бы тайна о королеве вскрывалась бы. А он — король — должен оберегать ее, пока сама сирена не скажет обратное.
После очередного доклада главы специального отряда обдумывает новые варианты. На ужин не спускается, пьет вино и думает, что еще можно предпринять, чтобы найти сбежавшуюся королеву. Для Леонардо это очень важная задача и крайне трудное. Ведь за полтора месяца он не ответил ни на одно письмо своего отца, который требовал разъяснений. Да и отец Эйлин тоже был не в лучшем расположении. Леонардо смотрел на желто-оранжевый закат в тронном зале, за стенами замка виднелись только верхушки деревьев ближайшего леса, но в голове короля была карта Королевства со всеми городами, поселениями, военными лагерями, торговыми пунктами. Вспоминал, что уже перепробовал и где конкретно велись поиски.
Ответ приходит совершенно неожиданно. Леонардо невольно вспомнил Вильяма Стюарта и его отношение к Анне. И стоит подумать об этом, как решение приходит само собой. Шпионаж. Король тут же продумывает все детали, все функции отряда, который разделит на две группы — на тех, кто будет с помощью силы искать королеву — «предательницу Королевства», как орудуют львы, и тех, чьим оружием станут ловкость, хитрость и наблюдательность, как охотятся лисы. Для короля это самые важные качества. Если с помощью силы не сумеет найти сирену, так хоть с помощью продуманного плана отыщет ее. Но точно знает: король Энрике Кастильо будет вне себя от ярости. И Леонардо надо быть готовым ко всем возможным последствиям.
Правда, оттягивает этот момент, ведь теперь ясный взор, несмотря на выпитые бокалы вина, устремляется на закатное небо и последние лучи. Вспоминает первую встречу с Анной. Та была сломленной, подавленной, но находила в себе силы жить сначала рядом с Вильямом Стюартом, явно издевающимся над ней, а затем — рядом с ним, поручившего сложно-реализуемое задание. Леонардо искренне восхищается ею, она не раз доказывала свою стойкость. И, возможно, именно из-за этой черты характера Анны, он и полюбил ее. За три года для короля графиня Фрей стала не просто подданной, реализующей его проект, не просто фавориткой для удовлетворения плотских желаний, а близкой подругой по духу, женщиной, которая должна была стать матерью его ребенка. Король искренне сожалеет о ее смерти, о том, что не поведал Эйлин о своем предложении, что допустил такую трагедию, повлиявшую на всех. Уже второй месяц они упорно скрывают, что королевы нет в замке, но некоторые придворные уже начинают шептаться и распускать слухи. Леонардо надо срочно что-то придумать, потому что ни доказать, ни опровергнуть слухи он не может.
Отворачивается от окна, обводя взглядом тронный зал, погруженный во тьму, меж которой трудно разглядеть очертания предметов и обстановку, но королю и не нужно рассматривать зал — и так знает, что в нем увидит. У Леонардо не так много вариантов и не так много времени. Вспоминает о старой традиции, которая до сих пор сохраняется в Ауруме. И в Ноли была такая же когда-то, но ее разрушила вдовствующая королева, показав, что эта традиция совершенно бессмысленна. Король принимает решение, на миг чувствует облегчение, но оно сразу же проходит.
В тронный зал входит кто-то, и в кромешной темноте Леонардо не может разглядеть лица, но по одежде, на которую попадает свет из коридора, понимает — Ронан Кин — отец Эйлин. Мужчина, одетый в камизу, аби и кюлоты проходит, вставая рядом. В темноте невозможно разглядеть чужое выражение лица, но Леонардо знает, что там и осуждение, и скорбь, и разочарование, и безысходность. Ронан недавно вернулся из главного подводного клана, где вел переговоры с одним из королей по поводу взаимодействия с человеческим государством и поиском сирены. Тритон молчит, просто стоит рядом, но это молчание красноречивее всех претензий и слов, которые тот может произнести. Леонардо уже смирился с отношением отца Эйлин к нему, принимает, как должное, и пытается исправить ситуацию.
— Я почти переписал новый экземпляр брачного договора, — говорит Леонардо, наконец отодвигая все тяжелые мысли подальше и сосредотачиваясь на делах. Время меланхолии закончилось, он вновь возвращается к своим обязанностям.
— Сначала я его прочитаю вместе с королевой Сейлан, — строго отвечает Ронан. — Что собираешься делать?
— Вновь отправлять поисковые отряды, но уже с более тщательной проверкой, — тяжело вздыхает король человеческого Королевства и продолжает: — Ворота городов будут еще более охраняемы, чем раньше, а границы с Королевствами я полностью закрою. Только торговля и королевская канцелярия могут передвигаться относительно свободно.
— Куда же она могла уйти? — со скорбью выдыхает Ронан, что его плечи еще больше опускаются, а надежда гаснет.
— Только вы сможете ответить на этот вопрос. Она — ваша дочь.
— Но жила полгода среди людей и являлась твоей женой. В нашем мире мы не противоречим таким неравным бракам, хоть и можем быть не согласны, — произносит Ронан. — Что намерен делать со слухами?
— Есть только два варианта, но только один позволит нам выиграть время.
— Какой? — Леонардо ощущает, как Ронан поворачивает голову, а во взгляде будто искра надежды играть начинает. Или это его фантазия?
— Мне надо будет объявить, что королева беременна и будет придерживаться традиций Аурума и до конца беременности будет находиться в покоях.
— Думаешь, поможет? — с нескрываемым скептицизмом спрашивает бывший король северного клана, а его искра надежды вновь затухает.
— Как минимум, некоторые поверят, и это даст нам еще полгода.
— А потом что?
— Надеюсь, к тому времени мы ее найдем.
— Безбожный романтик, — усмехается тритон и уходит из тронного зала, оставляя Леонардо одного в полностью погрузившемся в темноту помещение. Король с горечью бросает мимолетный взгляд в окно, за витражом которого горят звезды яркими огнями, но их свет явно принадлежит кому-то другому — не ему однозначно. Он уже столько ошибок натворил, что искупать их будет всю оставшуюся жизнь, а, может, и после смерти.
Король тяжело вздыхает и выходит из тронного зала, собираясь наконец поужинать. Еду приносят в зал совещаний, где Леонардо намеревается продумать новый детальный план поисков. Служанка преподносит ему разогретую в печи еду, король, не чувствуя вкуса, съедает ее и запивает вином. Все его мысли находятся за пределами замка, они парят над территорией его Королевства, словно ястреб летит высоко в небе и осматривает свои владения, высматривая жертву сбежавшую королеву. Ястреб жесток, коварен, но у него свои принципы, которые нарушать не планирует. Леонардо залпом допивает вино, скидывает аби с камзолом на пустующее кресло, оставаясь в свободной камизе, и раскладывает карту Королевства, в который раз повторно отмечая одни и те же военные пункты, города, места расположения шпионов и лесников. Уже не раз думал начать поиски в лесу, но пока эти планы ограничиваются только идеями и мыслями. Подумает об этом позже.
Сосредотачивается на делах, расставляет новые точки на карте, убирает старые или заменяет их другими, на бумаге прописывает все детали, функции двух разных отрядов, их расстановку на важных пунктах Королевства. Леонардо не замечает, как наступает рассвет, а свечи практически полностью догорают, отчего воск застывает горкой и выходит за пределы подсвечников и канделябров. Но Леонардо не обращает на это внимания, он устало осматривает карту, свои записи взглядом безумца, но в его теле усталости нет и не было, в нем силы хоть на целую битву. Служанка входит, чтобы потопить камни, и вздрагивает от взбудораженного короля и его взъерошенного вида. Девушка тушуется, не знает, что ей делать, но король, заметив ее, взмахивает рукой, говоря, чтобы та приступала к своим обязанностям. Неловкий книксен и разрастание огня в камине под скрежет пера о бумагу, стук каблуков королевских сапог, случайно вылетевшие никак не связанные друг с другом слова от короля.
Даже после ухода служанки, король продолжает работать: разбирается с налогами, письмами от знатных людей со всего Королевства, даже вскрывает непрочитанные письма от отца. Леонардо пишет ответ, но не собирается отправлять их ему, пока не подготовит достаточно Королевство. Ему бы поспать или же отдохнуть, но вместе этого начинает писать письмо королю Делиджентиа — Ричарду Маутнеру. Леонардо уже давно надо было связаться с ним напрямую, а не только сейчас, когда близится экономическая и политическая изоляция от самого сильного Королевства в регионе. А вдовствующая королева верит своей дочери, которая полностью поддерживает Ричарда Маутнера, а ему, Леонардо, нужна поддержка. Он это понимает сейчас как никогда. Ведь не все проблемы можно решить самостоятельно, особенно когда в обязанности входит управление Королевством в довольно непростые времена.
Le Conte № 6
Приближался весенний праздник предков, почитающих древнюю богиню, дарящую надежду, силу и поднимающую из потаенных уголков души те глубокие и светлые чувства о приближении теплого времени года, солнца и красок в природе. И в особенности, что духи, не ушедшие после призыва в Самайн (кельтский праздник окончания уборки урожая. Знаменовалсобой окончание одного сельскохозяйственного года и начало следующего), точно наконец покинут этот мир, — Бригид (в традиционной ирландской мифологии: дочь Дагды, былаважным женским божеством Ирландии, богиней войны, а в мирной жизни — богинейпоэзии, ремесел и врачевания, а также помогающей женщинам при родах) их изгонит, погрузит в сон своими стихами. Ее сила войдет в полную силу, она расправит взор на все свои владения и своих подчиненных, поклоняющихся ей. Бригид только набирает силу, готовится к предстоящему веселью в виде охоты, песен, праздников. Но даже в другие месяцы не оставляет нуждающихся в ней. Рыжеволосая богиня с большими зелеными глазами и в длинном зеленом платье с древними рунами наблюдала, как одна дочь убивала другую беременную дочь. В тот момент богиня просто качнула головой и исчезла из королевского тронного зала. Еще не ее время.
Имболк (один из четырёх основных праздников ирландскогокалендаря, отмечаемых среди гэльских народов в начале февраля или при первыхпризнаках весны. Обычно он празднуется 1 или 2 февраля, так как это деньпереходной четверти на солнечном календаре, на полпути между зимнимсолнцестоянием и весенним равноденствием) только приближается, но люди, живущие на части континента с четырьмя Королевствами, образовавшиеся из древних кланов, ощущали в воздухе запах крови, охоты, несмотря на теплые дуновения. Для них даже выглядывающее чистое солнце кажется холодным с темными пятнами. Его лучи греют, прожигают, создают видимость приближающейся весны, но не более. Ушедшие гвардейцы из всех городов и поселений не внушали доверия. Каждый, проживший на земле среди людей больше десяти лет, догадывался о предстоящих неприятностях. Особенно в приграничных городах с другими Королевствами, где шла активная переподготовка гвардейцев, их перераспределение, озвучивание новых правил и обязанностей. Местные жители со страхом и с непониманием во взглядах и лицах переглядывались и продолжали заниматься своими привычными делами. Находят. в этом оплот стабильности и спокойствия в изменяющемся мире.
Только несколько дней наблюдалась тишина, а рассказываемые новости касались только соседей, сплетен о королевских или знатных отпрысках. И лишь гонец, скачущий из королевского замка в сторону южного Королевства, создает напряжение среди жителей, но те сразу же забывают о нем, ведь королевские взаимоотношения их не касаются. Как же они не правы. Гонец останавливается только на охраняемых постах, там, где люди короля Леонардо Кастильо. Но мало кто учитывает факт шпионажа подданными другого Королевства, теми, кто истинно служит королю соседней территории. Несколько кружек крепкого эля, и гонец рассказывает сплетни из замка, пока шпион вскрывает письмо, предназначенное далеко не для его короля.
«Приветствую вас, Ваше Величество Энрике Константин Кастильо,
До меня доходили ваши письма, я их все прочитал, но у меня не было ответов на ваши вопросы. Прошу прощения за это, ведь мы же с вами не чужие друг другу люди, отец и сын, как-никак. Но сейчас я вам пишу не как ваш сын, а как действующий король Леонардо Александр Кастильо Королевства Ноли. И поскольку я, как монарх, действую в интересах своего государства и должен придерживаться национальных интересов, то вынужден наконец сообщить, что с того момента, как гонец доставит вам это письмо и вернется, — мое Королевство прекращает дипломатические и экономические сношения с Вашим Королевством. Более детальный перечень положений прекращения нашего взаимодействия будет представлен в конец письма. Предвещая Ваш гнев и негодование как от длительного молчания, так и от известия, сообщаю, что все описанные положения вступят в силу только через месяц после официального прекращения нашего взаимодействия. Также не могу не отметить, что официальная переписка между нами, как монархов, также приостанавливается, но, как отец, вы можете мне писать под семейным гербом, а не под символикой Королевства Аурум.
С первого марта, наступающего через месяц после написания действующего письма, двести двадцать девятого года взаимодействие и сотрудничество Королевства Ноли с Королевством Аурум прекращается по следующим направлениям:
— Представители Королевства Аурум, проживающие при дворе, должны незамедлительно покинуть мою подвластную территорию. В ином случае они будут отосланы намерено;
— В течение месяца до первого марта двести двадцать девятого года будет проводиться тщательный контроль над теми, кто пересекает границу Королевств. После — каждому будет запрещено перемещаться между Королевствами;
— Дипломатическая переписка между нами и нашими Королевствами полностью прекращается. Под исключения попадают только переписка между послами, на которых распространяется дипломатическое неприкосновение.
— По экономическим и торговым взаимодействиям мое Королевство отказывается от покровительства Вашего государства и обрывает все связи с торговцами и ремесленниками;
Если у Вашего Величества будут какие-либо вопросы по отношению к принятым решениям, то прошу направлять послу письму, чтобы Ваши претензии или вопросы были доведены до меня и урегулированы.
Да прибудет с Вами, Ваше Величество, Энрике Константин Кастильо, Таранис бог (в мифологии кельтских народов бог грома, молний инебесного огня)».
Гонец что-то напевает себе под нос, распластавшись на деревянном грязном столе, на котором следы от эля, жирных блюд, засохшего воска от свеч и невесть что еще, что может быть в небольшом поселении на охранном посту, где проживают дни гвардейцы и куда не во все помещения допускаются жительницы поселения, зарабатывающие уборкой в знатных домах и незначительными поручениями. Для них это один из редких способов дохода помимо торговли собственно-произведенными продуктами и изделиями. Если порой не единственный способ. Шпион возвращает вновь запечатанное письмо гонцу и продолжает его спаивать, когда тому уже давно пора перестать пить и отправляться спать. Более трезвый парень гортанно смеется, что звук отражается от стен в глиняных стенах и усиливается. Но это не имеет значения, ведь свидетелей предательства короны нет, как и тех, кто просто бы находился в общем зале.
Гонец доставляет письмо, предназначенное для короля южного государства, без происшествий, совершенно не ведая о шпионаже давнего знакомого, с которым вместе когда-то обучались при дворе. Даже не замечает неровных краев печати и складки на конверте, которых не было. Но его это мало заботит, особенно чувствуя перманентное головокружение, дрожь в руках и очень сильное сердцебиение вместе с отвратительным ощущением во рту. Молодой человек, отдав письмо подданному Его Величества Энрике Кастильо, сразу же покидает королевскую резиденцию, не слыша гневную тираду темпераментного мужчины и не видя его злость, вылившуюся на слуг и на приближенных.
Все боги войны, покровительствующие региону, очищают и подготавливают доспехи спустя долгие десятилетия без кровавых ожесточенных битв, которые в древние времена начинались едва ли без повода или из-за незначительной ситуации, недомолвки или конфликта. Они скучали по запаху крови, пропитывающему как воздух, так и землю, в которой позже можно было найти кости, черепа, оружие, драгоценности и падальщиков, ожидающих трапезы на минувшем поле боя. Боги и богини облачаются в меха, затачивают топоры и секиры, надевают начищенные доспехи и выдвигаются в путь под звуки рога и барабанов. Война близится, и они должны быть свидетелями столь долгожданного мероприятия.
Бригид пересекается с ними, направляясь к молящимся ей роженицам, приветствует покровителей войны и уходит по своим делам. Уже вот-вот наступает праздник в ее честь, и как раз многие начнут закапывать цыплят у ручьев, чтобы заслужить ее расположения. Наивно. Она всегда рядом с людьми вне зависимости от их веры. Для Бригид важно благосостояния людей, а не все эти никому не нужные постулаты, правила поведения и объемные тексты молитв. Богиня с тяжелым сердцем настраивается на праздник в ее честь, что приблизит кардинальные изменения в регионе.
Новость о разрыве взаимоотношений двух Королевств начала распространяться на третий день после чествования памяти Бригид и ее силы. Гвардейцы в городах сразу же нахлынули и не давали прохода: проверяли у каждого документы, бумаги, принадлежности к Королевству Ноли, дома и помещения как знатных особ, так и бедных. А вместе с жесткими и неразговорчивыми гвардейцами появились и бедняки, ранее не наблюдавшиеся на улицах. Но стоило этому случиться, как границы городов и Королевства полностью закрываются, и пересекать их запрещено под любым предлогом. До графини Освальд эта новость доходит с запозданием в еще несколько дней. Узнает она об этом, отправившись на рынок. Но ее дом к этому моменту все же проверили без объяснения причины.
Несмотря на всеобщую известность своим противоречивым характером и выбора жизни, ей не позволили пройти в город. Негодование, злость, очередная несправедливость этого мира, которая захватывала все ее сознание, мысли и даже тело, отчего девушке пришлось останавливать себя от непоправимых последствий. И Шеле повезло, что смогла передать письмо главе города, имеющегося вторую власть в столице. Только вот мужчина не спешил с ней связываться, а графиня Освальд почти каждый день начала проводить у ворот города, и глава города не выдержал постоянных сообщений с городского поста о желании его видеть. Мужчина выходит и, стоя перед открытыми створками и смотря через железную опущенную решетку на юную графиню, перед которой виноват и должен выплатить весь долг, протягивает Шеле свиток с подписью короля, что она имеет право выходить и входить на территорию города беспрепятственно.
— Благодарю, и Йоля (праздник середины зимы у исторических германскихнародов. У неоязычников и виккан — день зимнего солнцестояния, один из шабашейКолеса года) не пришлось ждать, — не сдерживает саркастичного тона Шела, наконец войдя в город через поднятую решетку. — Может, ты выплатишь свой долг и чуть раньше.
— Рад вам помочь, — кланяется статный мужчина, сгорая со стыда, что самые рядовые гвардейцы видят его жалкое преклонение перед женщиной, графиней, имеющей власти гораздо меньше, чем у него. Но такова его судьба, он сам подписался на нее много лет назад, когда его гордость и тщеславие возымели верх над справедливостью.
— У меня будет к вам дело. В ближайшее время я к вам загляну после полудня, — возвращает спокойный тембр голос графиня Освальд и удаляется в сторону рынка с плетеной корзинкой в руке.
— А где ваша сестра? — кричит ей в спину глава голода, намереваясь поддеть молодую графиню, но та, не оборачиваясь, кричит в ответ:
— В лесу. Охотится. Белок принести на ужин?
— Не стоит, Ваше Сиятельство. Благодарю за предложение.
Ее упорство войти в столицу ознаменовалось не столь значительными делами для общественности, как могло бы показаться. Но для нее они были едва ли не самыми важными на свете. Ведь закрывающиеся границы означали о прекращении поставок красящего порошка, так необходимый Эйлин. Без него им надо будет как можно скорее уходить на север, а сирена только-только начала возвращать приемлемую физическую форму. Шела чувствовала, как теплый весенний воздух ограничивал ее, шептал на ухо о быстротечности времени, что с каждым днем их риски возрастают и ни на дюйм не хотели уменьшаться. Она чувствовала непомерное давление на себя из-за обязанностей, ответственности и своей деятельности. Слухов и новостей не так много, не знает, что сможет использовать в ближайшем будущем, которое с каждым днем настолько эфемерное, словно дым от растопленного дома кажется самым плотным объектом, а стрела способна пробить камень, если ее выпустить. Ей надо успеть, иначе непоправимое может быть. Не думает о возможных последствиях — каждое кажется страшнее и ужаснее и до невозможности кровавым. А у нее кровь вызывает на самые приятные ощущения и воспоминания.
Шела за свою не такую долгую жизнь привыкла к крови, она тянется за ней шлейфом, напоминает, в каком жестоком мире она живет. Но даже так она не переносит вида крови, у нее поднимаются с глубин сразу же далекие воспоминания, которые давно следовали бы похоронить и забыть. Но не может. Для нее это слишком непосильная ноша. Графиня рассказала Эйлин свою трагедию только в общих чертах, не хотела еще больше тревожить сирену, которая не знает, как вообще существовать среди людей и строить разрушенное основание из камня. Шела сама разберется со своими проблемами, ведь как минимум смогла отстроить дом, а как максимум — найти виновников смертей родителей — и графиня мастерски научилась манипулировать последним выжившим.
Прошлый глава города вместе со своей свитой много лет назад устроили облаву на дом графа Освальда, подозревая того в измене Королевства и колдовстве. Юная Шела в тот кровавый день была в доме и слышала все мерзкие слова, все ругательства, а потом и крики, и звуки битой посуды и кулаков. Она могла только обнимать найденного раненого волчонка, которого мать принесла из леса и начала выхаживать. Помнит, как ее мама кричала надрывным голосом, как отец молился богам и просил пощады. Шела может только догадываться, что конкретно было в тот вечер. Но она все же нашла в себе силы выйти из спальни, когда крики стихли. Вся гостиная была разгромлена, куча гвардейцев, опасно выглядевших, ее мать, лежавшая без сознания на деревянном полу с разорванным подолом и окровавленными ногами, ее отец с проломленным черепом и с растекающейся кровью по полу. Она не помнит, что ей говорили отвратительные мужчины, но девочка запомнила их лица на всю жизнь.