Как тесен наш большой мир!

Есть те, кто нам совсем не интересен, но мир тесен.

Апрельский вечер давно пересёк черту, когда сумерки плавно перетекли в ночь, наполнив её светом фонарей. Улица на окраине Москвы была почти пустынной, ведь время позднего ужина давно закончилось. Город тихо засыпал. Обитатели квартир панельных домов, построенных в далёкие семидесятые, наверно, в этот час дочитывали главу любимой книги, чтобы затем спокойно погрузиться в сон, или досматривали сериал, борясь с навязчивой дрёмой. Огромная луна, похожая на яичный желток, висела над городом и навевала тревожное состояние на тех, кто завороженно следил за её холодным взглядом.

Лада вздохнула и потянулась, насколько это позволяли сделать габариты салона LADA Priora. Потом посмотрела в окно и ещё раз глубоко вздохнула. Митя, с которым она тусовалась весь вечер у Сабины, минут десять назад ушёл в магазин, работающий круглосуточно, чтобы купить лёгкого вина и какой-нибудь еды.

Когда Митяй предложил поехать к нему, она согласилась, потому что настроение было паршивое, и его хотелось как-то исправить. Теперь Лада жалела, что дала слабину. Продолжение «банкета» у малознакомого молодого человека начинало её раздражать всё больше и больше.

«Лучше бы я осталась у Сабины, – злясь на себя, подумала девушка. – Почему я сначала делаю, а потом думаю? Зря я сегодня так налегала на „Амаретто“. А это всё Сабинка, – Лада поёрзала на сиденье. – Миндальный ликёр повышает настроение, – мысленно передразнила она подругу. – Может, и повышает, но только, когда ты сама этого хочешь».

Её подруга Сабина была начинающим, но подающим надежды художником. Во всяком случае, так говорили сегодня все присутствующие в квартире-студии гости.

Лада начала дружить с Сабиной в десятом классе, когда та приехала в Москву к родственникам из далёкого Шадринска. Её дядя занимал какой-то высокий пост в Министерстве культуры, поэтому решил помочь племяннице за неимением своих детей. Его жена Елена тоже была не против этой затеи, так как квартира в элитном доме на Таганской улице позволяла выделить родственнице из провинции комнату, не ущемляя никого, даже домработницу.

От мыслей о вечеринке Ладу отвлёк чёрный джип, неожиданно остановившийся слева. Она лениво повернула голову, чтобы рассмотреть сидящих внутри.

За рулём большой машины сидел черноволосый бородатый мужчина. Из-за темноты девушка не могла определить восточной или кавказской национальности. Но, в данном случае, это было не столь важно, потому что такой тип мужчин был совершенно не в её вкусе.

На пассажирском сиденье находилась женщина. Лица её Лада не видела, так как незнакомка сидела к ней спиной. Мужчина с женщиной о чём-то возбуждённо говорили, при этом мужчина, как ворон, взмахивал руками, резко опуская их на руль.

Внезапно женщина открыла дверь со своей стороны и выскочила наружу. Увидев её симпатичное лицо, Лада отметила, что женщина была слишком хороша и молода для своего спутника. Длинные светлые волосы, белое пальто и бежевые сапоги никак не укладывались в её сознании, ведь это было так непрактично для вечной московской суеты и неустойчивой погоды. Девушка невольно приподняла голову от подголовника, чтобы проследить, что будет дальше.

Ворон, как она окрестила про себя бородатого мужчину, выскочил следом и схватил Белоснежку за руку, остановив её как раз напротив машины Митяя. Лада даже перестала дышать, чтобы услышать, о чём они говорят. Но странная пара стояла близко друг к другу, а закрытые окна в салоне «Приоры» не позволяли разобрать смысл слов.

Лада от нетерпения и любопытства облизала губы и неслышно приоткрыла дверь со своей стороны. В кармане куртки пискнула эсэмэска. Она наклонила голову, чтобы посмотреть от кого.

В это время раздался сильный хлопок, Лада подняла голову и увидела, как женщина сначала обмякла, а потом начала падать. Мужчина подхватил её и потащил к своей машине. Лицо девушки вытянулось от недоумения, когда бородач стал запихивать безжизненное тело Белоснежки на заднее сиденье. Не понимая, зачем она это делает, Лада распахнула дверь и выскочила наружу.

В тусклом свете фонарей она успела увидеть номер объезжающего фуру джипа. Постояв немного, чтобы осмыслить увиденное, Лада повернула обратно к машине, но вдруг заметила лежащую под бампером сумочку-клатч, без сомнений принадлежавшую убитой женщине.

В это время из дверей магазина показался Митя с пакетом, полным продуктов. Игриво улыбаясь в предвкушении романтичной ночи, он подошёл к девушке и медленно поцеловал её в яремную ямку на шее. Но подруга никак не отреагировала на его ласку. Она как будто онемела и продолжала безмолвно стоять с широко раскрытыми глазами без единой эмоции на лице.

– Ну, я так не играю, – обиженно отходя от Лады, сказал недовольный Митя.

Он забросил пакет с продуктами на заднее сиденье и сел на водительское место. Звук заработавшего двигателя заставил девушку очнуться. Она поёжилась, но не двинулась с места.

Митя громко посигналил. Лада вздрогнула и, опустив голову, направилась к машине. Она молча водрузилась на своё место и, не глядя на приятеля, чеканя каждое слово, произнесла:

– На моих глазах сейчас убили человека.

– Это отмазка, чтобы не ехать ко мне? – раздраженно спросил недовольный молодой человек.

Но Ладу вдруг прорвало, и она закричала, вцепившись в рукав куртки своего бойфренда:

– Ты что, не слышишь? Повторяю! На моих глазах сейчас убили женщину. Молодую. Красивую. Они о чём-то спорили, а потом он в неё выстрелил.

Митя молча смотрел на Ладу. Такой он её ещё не видел. Правда, и знакомы они были всего каких-то две недели, а сегодня встретились второй раз.

Они познакомились всё у той же Сабины, куда Митяя притащил за компанию Борис, любитель тусовок и бесплатной еды. Митя был далёк от богемы и никогда не являлся ценителем искусства, но в тот вечер делать особо было нечего, и он согласился пойти на журфикс к восходящей звезде Сабине Теребениной.

– Ладно, я всё понял. Сейчас я отвезу тебя домой. Хорошо, что пробок нет, – криво усмехнувшись, выдавил из себя любитель лёгких отношений. – Какого чёрта ты сразу не сказала, что не хочешь ехать из элитного центра в нашу глухомань?

Митя замолчал, но не спешил трогаться с места, надеясь, что подруга опомнится, и они продолжат общаться в его скромной квартире недалеко от метро Выхино.

Однако Лада не разделяла благих намерений нового знакомого. Она достала телефон и быстро сказала в трубку, что скоро приедет. Затем повернулась к Мите и попросила отвезти её обратно к Сабине.

Несмотря на глубокую ночь, Митяй врубил музыку на «Авторадио» на всю катушку и буквально вылетел со стоянки, едва не врезавшись в фуру, стоявшую на обочине.

ХХХ

К счастью, Сабина была одна. Обычно после тусовок у неё всегда кто-то оставался ночевать. Но сегодня всё складывалось не по заведённому когда-то порядку, что нисколько не удивило Ладу. После убийства прямо у неё на глазах остальные события перестали иметь значение.

Она окинула взглядом квартиру большой площади, но без внутренних стен, и поморщилась. Когда всё это пространство заполнялось разношёрстной публикой, отсутствие уюта и мебели не бросалось так сильно в глаза. Сейчас картины, сиротливо стоящие на мольбертах, выглядели нелепо среди царившего хаоса и пустых бутылок.

Сабина тоже выглядела недолжным образом. Она напоминала антикварную куклу с бессмысленным взглядом: лохматую и потерявшую равновесие, будто у неё внутри ослабли резинки, удерживающие руки и ноги. Художница вальяжно привалилась к спинке дивана и, закурив, устало спросила, почему Лада решила вернуться.

Но у подруги не было ни сил, ни желания снова переживать увиденную на парковке сцену. Поэтому она предложила самый подходящий вариант для глубокой ночи.

– Бинка, давай спать, а то меня тошнит от усталости.

– Подруга, я не поняла, тебе спать, что ли, негде? Ты вроде уехала с Митяем? Он что, высадил тебя прямо на дороге, и один поехал домой?

– Би, мне плевать на твоего Митяя. Он такой же дебил, как и его друг. Ищет лёгкую добычу. Зачем я вообще с ним поехала? – Лада плюхнулась на свободный диван и, скинув ботинки, ощутила приятную лёгкость.

Уже засыпая, она пробормотала:

– Не переживай, Митяй не один, с ним осталась его любимая LADA Priora.

Сабина затушила сигарету и, натянув на себя плед, сразу погрузилась в сон.

Утром в начале десятого их разбудил настойчивый звонок. Девушки не сразу поняли, что бы это могло быть, потому что заснули поздно, и обе были накануне подшофе.

Лада нехотя встала и пошла на звук телефона. Наконец, она обнаружила его в брошенной на барную стойку куртке. Посмотрев на экран, девушка чертыхнулась. Её голос прозвучал грубо и неестественно в полупустом пространстве студии.

Заглянув в холодильник, она нашла распечатанный пакет виноградного сока и с удовольствием припала к круглому отверстию, так как искать чистый стакан было бесполезно.

Проверив звучание голоса после выпитого сока, Лада решила перезвонить по пропущенному номеру. Это был Егор, её начальник. Он сразу накинулся на девушку с угрозами, что уволит её без промедления к чёртовой матери, как только найдёт замену.

Лада слушала пламенную речь начальника, отодвинув телефон от уха, поэтому слова из трубки разносились по квартире, как удар молота в кузне. Сабина, закуривая утреннюю сигарету, не выдержала и крикнула в пространство, чтобы этот урод заткнулся, иначе она разобьёт телефон.

Егор на пару секунд замолчал, вероятно, поняв, что девушка находится не одна, а потом более спокойным тоном сказал, если Лада в течение часа не явится на работу, то больше она у него не работает.

– Ладка, почему ты его терпишь? Я бы ни за что не стала, как ты, точить растеряхам ключи и ретушировать неизвестные морды, – подала голос с дивана Сабина.

– Ну, во-первых, ключи я делаю не каждый день, а во-вторых, это одна из услуг нашей фирмы.

– Фирмы? – беззлобно усмехнулась Сабина. – Не смеши. Не слишком ли громко для фоторетуши и дизайна кружек?

– Всё, пока! – не отвечая на грубость невыспавшейся подружки, сказала Лада и направилась к выходу. – Закажешь пиццу, звони!

– Дура! – крикнула ей вслед Сабина и бросила в сторону двери подушку.

ХХХ

Как только Лада переступила порог Центра по оказанию фотоуслуг, изготовлению ключей, ремонта и продажи телефонов, а также дизайна кружек и футболок, на неё снова набросился Егор:

– Ремезова, ты надеюсь понимаешь, что сегодня понедельник, и народ скоро повалит из всех щелей, чтобы мы не забывали известный афоризм про самый тяжёлый день недели?

– Егор, и тебе здрасьте и хорошего дня. У нас ещё остались печеньки с конфетами? Ужас, как есть хочется, – парировала Лада, не обращая внимания на упрёки начальника.

– Ремезова, ты неисправима. Вот кончится моё ангельское терпение и уволю тебя к чёртовой матери.

Выпив горячего чая с остатками кондитерских изделий, Лада приступила к работе. Она выполняла свои обязанности чётко и быстро, успевая делать не только фото на документы и всевозможные ксерокопии, но и отвечая на телефонные звонки клиентов.

В час дня они закрыли фотоцентр на перерыв, и Лада, устало положив ноги на соседний стул, включила телевизор, где начались новости. Безразлично глядя на экран она жевала пиццу, заказанную Егором, и вполуха слушала беспрерывную болтовню своего начальника.

Вдруг на экране появилась фотография красивой женщины. Лада напряглась, она уже видела это ухоженное лицо и длинные белокурые локоны. Девушка прибавила громкость и стала слушать, что вещал диктор.

В официальном сообщении говорилось, что вчера пропала молодая артистка театра на Перловской, Вероника Грушевская. Диктор просил всех, кто располагает данными о её местонахождении, позвонить по телефону в редакцию программы или в полицию.

С этой минуты все мысли Лады снова переместились на полупустую стоянку, где вчера произошло убийство. Она стала выполнять работу механически и вскоре начала допускать элементарные ошибки.

Ей было очень жаль молодую актрису, хоть она её совсем не знала. Обычно женщины не прощают друг другу красоту. Но в данном случае Лада не завидовала, а восхищалась совершенством, которым наделила актрису природа.

С трудом доработав до вечера, Лада поехала домой. Она не хотела звонить ни Сабине, ни родителям, ни Митяю. Ей просто хотелось закутаться в плед и пожалеть себя, сидя на диване.

В квартиру на Арбате Лада Ремезова переехала недавно. Раньше эта жилплощадь принадлежала родителям её мамы. Когда не стало бабушки, наследники не стали заморачиваться с ремонтом, а сдали раритетную двушку молодой паре. Но молодые что-то не поделили между собой и задержались в съёмной квартире ненадолго.

Родственники со стороны молодого мужа оказались очень предприимчивыми и решили сдать освободившуюся жилплощадь нуждающимся людям. Они регулярно платили ренту за квартиру, поэтому у родителей Лады в течение года не возникало никаких подозрений.

Но, когда управляющая компания прислала матери Лады СМС о том, что в их доме будут менять стояки, и собственники квартир должны предоставить доступ к коммуникациям, Виктория Станиславовна решила поехать по знакомому с детства адресу.

Сначала она не поняла, что происходит в квартире, где раньше на стенах висели картины, и стояла старинная мебель. Теперь коридор был забит какими-то коробками вперемешку с ящиками, кругом царил бардак, и в обеих комнатах находились абсолютно незнакомые люди. Они отказывались освобождать квартиру, мотивируя тем, что хозяин только вчера взял с них деньги за следующий месяц.

Виктория Станиславовна отправилась к участковому, и только он помог решить проблему положительно, и то, благодаря тому, что она в своё время догадалась сдать жильё через агентство, и на руках имелся договор со всеми подписями и печатями.

Выпроводив незваных жильцов, Ремезовы решили больше не рисковать и на двадцатипятилетие единственной дочери подарили ей ключи от квартиры на Арбате. Лада привела в порядок растерзанную квартирантами жилплощадь и стала копить деньги на ремонт.

ХХХ

Центр печати, где уже два года работала Лада, находился в районе метро Маяковская. Здесь было много культурных учреждений, таких как Концертный зал имени П. И. Чайковского, театр Сатиры, театр имени Моссовета, где в последние годы служила не только Любовь Орлова, но и Фаина Раневская, и многие другие не менее популярные места. Поэтому в фотоцентр частенько заглядывали известные люди: как артисты, так и рестораторы.

Егор делал им сумасшедшие скидки, но им эти скидки были не так важны, как постоянно требующиеся визитки и фотографии на различные документы.

Вот и сегодня не успели они открыться, как напротив остановилась машина, из которой вышла эксцентричная и легко узнаваемая Татьяна Васильева. Она была без парика. Вместо него на голове красовался необычно повязанный платок, а лицо скрывали большие тёмные очки. Егор, как обычно, заюлил перед известной персоной, делая налево-направо комплименты. Васильева вела себя скромно и будто не слышала хвалебных слов в свой адрес. Она без всяких предисловий сказала, что ей буквально через час нужны фотографии на загранпаспорт и, как факир в цирке, достала из сумки рыжий парик.

– Не извольте беспокоиться, Татьяна Григорьевна, постараюсь сделать даже раньше, – с сальной улыбкой произнёс Егор, как будто это он, а не Лада, должен был правильно усадить клиентку, сделать пару снимков, потом отретушировать, не забыв, выровнять плечи, отпечатать фото на принтере и, оформив, положить в конверт.

Через пятнадцать минут фотографии были готовы. Васильева удивилась, но вида не подала. Правда, уходя, обернулась и, вежливо улыбнувшись, сказала:

– Если мне понадобится снова сделать фотографии, я знаю, к кому мне следует обратиться.

– Вот видишь, Егор, а ты всё грозишься меня уволить, – сделав ехидную гримасу, съязвила Лада.

Но начальник не ответил напарнице, потому что уже говорил с кем-то по телефону, хвастаясь, что только что у него в фотоцентре была сама Татьяна Васильева, российская народная артистка.

Рабочий день тянулся своим чередом, а мысли Лады своим. Она до сих пор не заглянула в сумочку-клатч, принадлежавшую убитой. Именно, это последнее её и останавливало, как будто убийство могло быть заразным.

В криминальных новостях снова показали фотографию Вероники Грушевской, всё с той же просьбой сообщить о месте её пребывания. На всякий случай Лада записала телефоны, указанные на экране.

Вечером, придя в свою арбатскую квартиру, она решила, что завтра непременно сообщит куда нужно обо всём, что знает и видела. И главное, отдаст сумочку, которая навевала на неё тоску. Сначала ей стало легче от принятого решения, а потом настолько страшно, что Лада не выдержала и поехала к Сабине.

У подруги, как всегда, было полно народа. Гремела музыка, напоминающая камнепад во время апокалипсиса, алкоголь лился рекой, а у стены на мольбертах стояли портреты, безразлично взирающие на происходящую вокруг вакханалию. Лада удивилась, увидев здесь Митяя. А он со всей силы делал вид, что не видит её в упор, давая понять, что не простил выходку на парковке возле ночного магазина.

Но девушке не нужны были любовные утехи с ничего не представляющим из себя молодым человеком, поэтому она совершенно спокойно подошла к нему и поздоровалась. Митя, как ни странно, обрадовался такому повороту событий и, ответив на приветствие, поцеловал Ладу в щёку.

Они сели на диван, подальше от портативной колонки, издающей нечленораздельные звуки под бУхающую музыку, и Митяй по-хозяйски положил руку на плечо подруги, как бы говоря, что его обида в прошлом.

– Слушай, друже, я должна тебя предупредить, что завтра иду в полицию, чтобы сообщить, что стала свидетельницей убийства. По телику уже несколько раз показывали фотографию той молодой женщины. Оказывается, она актриса, и зовут её Вероника Грушевская, – без подготовки выпалила Лада и уставилась на Митю.

Эффект от её слов у собеседника, сидящего рядом, был налицо и на лице. Он медленно убрал руку с плеча девушки и, немного отодвинувшись, произнёс:

– Ты больная?

– Совсем нет, – спокойно ответила Лада и добавила. – Мне придётся назвать и тебя, ведь твоя машина наверняка запечатлелась на камере.

– Зачем тебе это надо? – резко спросил Митяй. – Решила добить меня? Но, что я тебе сделал?

– А чего это ты так разнервничался? У тебя какой-то левый бизнес имеется, или ты наркотой промышляешь?

– Дура, ни то, ни другое. Просто не хочу лишний раз в ментовке светиться.

– А что-то уже было?

– Не твоё дело. Зря я с тобой связался, – Митя со злостью вскочил с дивана. – Не смей нигде упоминать моё имя, я не даю на это согласия. Выкручивайся как хочешь, только без меня.

Пока Лада размышляла, как ей выйти из создавшегося положения, Митяй незаметно исчез из квартиры-студии. Девушка тоже не стала задерживаться и, махнув на прощание рукой Сабине, покинула шумное место.

Сидя в вагоне метро, она никак не могла решить, идти ей завтра в полицию или лучше позвонить. И, наконец, как не выдать Митю и не подставить его. Всё-таки он ничего плохого ей не сделал и не виноват в том, что она согласилась с ним поехать, но в последний момент передумала.

ХХХ

Утром Лада, прежде чем позавтракать, анонимно позвонила в полицию и сообщила, что в воскресенье недалеко от метро Выхино, возле ночного супермаркета, видела женщину, показанную по телевизору. Подумав, она зачем-то добавила, что её тело увёз мужчина нерусской внешности. На другом конце у неё поинтересовались, в каком часу это было. Лада была не готова отвечать на дополнительные вопросы, поэтому коротко ответила, что где-то после полуночи, и тут же отключилась.

Девушка думала, что сообщив эту информацию, ей наконец-то станет легче, потому что таким образом она снимет с себя груз ответственности. Но, напротив, Ладе стало ещё хуже. Ведь она рассказала не всё. От этого на душе скребли кошки.

Когда она ехала на работу, все её мысли опять были о молодой несчастной женщине, которая так нелепо ушла из жизни.

Выйдя из метро, Лада увидела на телефоне несколько пропущенных звонков от Мити. «Кажется, началось», – подумала она и решила узнать, что сподвигло Митяя на такой порыв после последнего не очень приятного разговора.

Митя ответил сразу и без приветствия начал орать, что она – самое худшее, что было в его жизни. Немного успокоившись, он сказал, что ему звонили из полиции и просили приехать для беседы.

– Но я ничего не говорила про тебя, – виновато произнесла Лада. – Я только сказала, что видела, как убили актрису Грушевскую.

– Ты, действительно, дура или продолжаешь прикидываться? – ещё сильнее разозлился Митяй. – Вероятно, менты после твоего звонка опрашивают всех, кто был ночью на стоянке и в магазине. С их базой данных, найти телефон или адрес человека, не представляет никаких трудностей.

– Я могу подтвердить, что ты ничего не видел, потому что покупал в это время продукты. Может, у тебя чек сохранился? Ты там поищи у себя, сейчас любая мелочь для алиби пригодится. Когда тебе назначили встречу?

– Сегодня, через час.

– Давай я тоже подъеду, мне есть что предъявить следствию.

Лада набрала номер Егора и предупредила, что приедет на работу позже, потому что ей надо явиться в полицию в качестве свидетеля убийства. Егор, обычно словоохотливый на все выпады свой помощницы, на сей раз молчал. Потом сухо ответил: «Хорошо!» – и отключился.

Лада снова вернулась домой, чтобы забрать клатч, и затем поехала по адресу, названному Митей. Их рандеву возле отделения полиции было похоже на встречу перед дуэлью, так как они не знали, чем всё закончится.

Дежурный отправил молодых людей в семнадцатый кабинет и велел подождать. Оба немного нервничали. Митяй от волнения тёр ладони рук и складывал их в замок, а Лада теребила лямку рюкзака. Вдруг дверь распахнулась, и им предложили войти.

Полицейский, сравнительно молодой для такой работы человек, прежде чем начать беседу, попросил у них документы. Лада вела себя спокойно, чего нельзя было сказать о Митяе. Он волновался так, что ему приходилось вытирать вспотевшие ладони о джинсы.

Возвращая паспорта, лейтенант, как бы между делом, поинтересовался:

– Я приглашал сегодня только Ремезова Дмитрия Александровича. А по какому поводу явились вы, Ремезова Лада Витальевна?

Вместо того, чтобы отвечать на вопрос человека в форме и при исполнении служебных обязанностей, Митя с Ладой уставились друг на друга.

– Ты тоже Ремезова? – пришёл в себя первым Митяй.

– Кошмар, – единственное, что смогла выдохнуть девушка и перевела взгляд на полицейского.

А тот невозмутимо продолжил задавать интересующие его вопросы как Дмитрию, так и Ладе. Выяснив, что это она позвонила сегодня в полицию, лейтенант попросил девушку объяснить, почему она решила, что артистку убили. Лада без утайки рассказала про выстрел-хлопок, обмякшую на руках бородатого мужчины молодую женщину и последующее запихивание её тела в машину.

Она, как и обещала, сказала, что Митя при этой сцене не присутствовал, так как был в магазине. Он появился позже, поэтому ни мужчину, ни женщину не видел, и выстрела, как такового, не слышал.

Митяй подтвердил слова Лады и сделал акцент на том, что об этой истории ничего не знает, потому что телевизор не смотрит, а его однофамилица в то время была немного подшофе, и ей могло всё это показаться. После подписания протокола, их отпустили.

В коридоре Лада хотела спросить Митю про их одинаковую фамилию, но вдруг вспомнила, что не отдала сумочку-клатч, которая уже стала её напрягать. Она достала клатч из рюкзака и, постучавшись, снова зашла в кабинет.

Молодой лейтенант с удивлением посмотрел на девушку и спросил:

– Вы что-то ещё вспомнили?

– Нет, я забыла отдать сумку, принадлежавшую Веронике Грушевской, – Лада шмыгнула носом. – Понимаете, когда джип бородача уже уехал со стоянки, я заметила под бампером машины Мити этот клатч. Должна признаться, что я его не открывала. Мне почему-то было страшно это делать, после того, как я увидела убитой его хозяйку.

– То есть вы хотите сказать, что замок не открывали и внутрь сумочки не заглядывали. Так?

– Так и есть, – решительно подтвердила мысль полицейского девушка.