Как тесен наш большой мир!
- -
- 100%
- +
Лейтенант взял небольшой целлофановый пакет и надел его на руку. Затем открыл клатч и высыпал содержимое на стол. Лада неожиданно подалась вперёд и наклонилась над рассыпавшимися в беспорядке вещами актрисы.
– Так, давайте-ка всё запротоколируем, – спокойно сказал полицейский и, взяв ручку, начал писать, называя вслух предметы.
Лада отметила про себя, что губная помада и пудреница принадлежали известной фирме с громким именем, а значит, были дорогие. Маникюрная пилочка, скорее всего, подарок салона по дизайну ногтей. На связке с ключами находился обычный набор: от квартиры, подъезда и почтового ящика. А самым интересным являлось служебное удостоверение актрисы. Оно было без корочек, обычное пластиковое, но с фотографией, датами и подписью директора театра. Кошелька в сумочке не оказалось. Вместо него была банковская карта.
Лейтенант поднял от протокола голову и внимательно посмотрел на Ремезову.
– Вы точно ничего не брали отсюда?
Лада чуть не задохнулась от негодования.
– Да как вы смеете так говорить! Я же сказала, что боялась открывать эту сумку, потому что мне было страшно вспоминать убитую актрису.
– Понимаете, я не вижу здесь главного предмета, – продолжая в упор смотреть на Ладу, сказал полицейский.
Этот дотошный и спокойный, как удав, лейтенант, начал раздражать девушку, но для него это была всего лишь работа.
– Я хочу уточнить в ваших же интересах. Может, вы случайно достали его и забыли об этом упомянуть? – вкрадчиво спросил Ладу невозмутимый страж порядка.
– Я не понимаю, на что вы намекаете, – хмурясь и мотая головой, произнесла, находящаяся на грани обморока, девушка. – Если бы я знала, что вы будете обвинять меня в воровстве, я бы лучше выкинула этот клатч к чёртовой матери.
Лада повторила любимое выражение своего начальника и будто протрезвела. Она уже более осмысленно посмотрела на лейтенанта и с усмешкой сказала:
– Если вы намекаете на телефон, то, как бы я столько дней выдержала, слушая бесконечные звонки чужой трубки. Нет, ещё раз повторяю и даже настаиваю на том, что я не открывала сумочку и то, что находится внутри, увидела только сейчас.
– Хорошо, не надо так нервничать, – тем же спокойным тоном, который начал уже бесить Ладу, произнёс полицейский и попросил подписать только что составленный протокол.
Поставив подпись, девушка поинтересовалась, почему они вызвали для беседы Митю, а не её. Ведь это она звонила в полицию. Полицейский не спешил отвечать. Но Ремезова присела на стул, давая понять, что готова выслушать любое объяснение.
Лейтенанту впервые изменила его железная выдержка. Он постучал ручкой по столу, потом встал и подошёл к сейфу, куда убрал клатч. Вернувшись на своё место, полицейский снова был спокоен.
– Не буду вводить вас в заблуждение. На камерах возле магазина не было видно, как Грушевскую, как вы говорите, убивают. К сожалению, камеры установлены в сторону дороги, а не стоянки. Поэтому мы переписали номера машин, выезжающих на дорогу от полуночи до часу ночи. К счастью, их было не так много. Наш сотрудник выяснил фамилии владельцев автомашин и их номера телефонов. В век интернета и мобильной связи это сделать нетрудно. Когда позвонили вашему знакомому Дмитрию Ремезову и спросили, что он видел в воскресенье возле ночного магазина с полуночи до часу, он сразу стал кричать, что не имеет к этому никакого отношения, выстрела не слышал и убитую не видел. Поэтому мы сразу попросили его приехать для беседы.
Такой подробный ответ полностью удовлетворил любопытство девушки, и она, поднявшись, ещё раз попрощалась с полицейским.
На улице она оглядела стоянку машин, но не увидела знакомую LADA Priora, на которой ездил Митя, и, удручённо вздохнув, поехала на работу.
Уже подходя к фотоцентру, Лада вспомнила, что той ночью специально выскочила из машины, чтобы увидеть номер уезжающего джипа с убитой женщиной на заднем сиденье. Но спустя три дня, она не помнила ни одной цифры, как будто её память тщательно прополоскали в отбеливателе.
ХХХ
Егор встретил отсутствующую помощницу с молчаливым вопросом в глазах.
– Ставь чайник, тогда всё расскажу, – неохотно сказала уставшая Лада, не глядя на начальника.
Включив вилку электрического чайника в розетку, Егор закрыл входную дверь Центра печати, предварительно повесив табличку «Технический перерыв», и уселся за стол.
Лада рассказала начальнику про джип бородача, остановившийся у ночного магазина, про красивую артистку и про выстрел. Как ни странно, он слушал её, не перебивая.
– А зачем ты ночью поехала в магазин? – неожиданно спросил Егор.
Этот вопрос сначала шокировал Ладу, но через минуту на неё напал безудержный смех, вероятно, как следствие после стрессовой ситуации.
Отсмеявшись, девушка вытерла слёзы и тоже задала внезапный вопрос начальнику:
– Егор, как ты думаешь, могут люди, которых раньше ты не знал, но имеющие с тобой одинаковую фамилию, оказаться дальними родственниками?
– Не факт. А почему ты об этом спрашиваешь? Кто из двоих, убийца или убитая, оказались твоими родственниками?
– Ты неправильно меня понял, – начала оправдываться Лада. – Я не этих людей имела в виду. Просто там, в полиции, я вдруг случайно узнала, что у моего знакомого точно такая же фамилия, как у меня.
– Ну, твоя фамилия не такая уж редкая. Поэтому вполне может оказаться, что это просто однофамилец.
По окончании рабочего дня Лада решила поехать не домой, а к родителям. Они обрадовались визиту дочки и предложили вместе поужинать. Конечно, Лада согласилась, потому что сама редко готовила, а общепитовская еда уже надоела.
Мама суетилась, накрывая стол в гостиной, а Лада села рядом с отцом на диван и ощутила такую любовь и защиту, что рассказала всё без утайки: про актрису, бородатого мужчину, визит в полицию и нового друга с такой же, как у них, фамилией.
Отец внимательно выслушал рассказ дочери, но не успел ничего ответить, так как Виктория Станиславовна пригласила всех к столу.
Родителей, как ни странно, не очень заинтересовала информация, касающаяся их общей фамилии. А вот новость про пропавшую актрису они тоже слышали, поэтому охотно поддержали именно этот разговор. Виктория Станиславовна сразу же стала давать взрослой дочери советы, чтобы та не знакомилась с подозрительными людьми и не посещала дурные компании.
Неожиданно отец, Виталий Леонидович, отвлёкся от театральных сплетен, которыми охотно продолжали делиться мать с дочерью, и сказал, что у его деда Василия Матвеевича было много братьев и сестёр, но он о них почти ничего не знает, хотя все они носили фамилию Ремезовы.
– А ты можешь, спросить у своего приятеля, откуда родом его предки? Если они тоже из Архангельской области, то можно будет покопаться в нашем генеалогическом древе.
– Пап, ты думаешь, что такое возможно? Почти через сто лет найти потомков нашей семьи – это абсурд.
– Доча, ты ещё слишком молода и не знаешь, какие на свете случаются метаморфозы. Наш огромный мир настолько богат на сюрпризы, что, как ни странно, иногда мир оказывается тесен.
– Ты на что это намекаешь? – Виктория Станиславовна подозрительно посмотрела на мужа. – Уж, не на свою ли одноклассницу, которую нашёл в интернете через сорок с лишним лет.
– А причём тут моя одноклассница? – вспыхнул Виталий Леонидович. – Мало ли с кем я сидел за партой в начальной школе?
Видя, что родители могут сейчас поссориться из-за бывшей школьной пассии отца, Лада сказала, что может прямо сейчас позвонить Мите и узнать подробности о его предках. Мама, обидчиво поджав губы, ушла на кухню за мясным рулетом, который купила по дороге с работы, а Лада набрала Митяя. Он долго не брал трубку, но наконец недовольно поинтересовался, что ещё от него хочет Кидала Занудовна.
– Как ты меня назвал? Да ты … – разозлилась Лада.
Но начинать разборки в присутствии родителей не хотелось, поэтому она быстро сменила тон и спокойно сказала:
– Дмитрий, я сейчас у родителей, и мы обсуждаем нашу общую фамилию. Ты случайно не знаешь, кто были твои далёкие предки, и где они жили?
Сначала Митяя удивило, что его назвали полным именем. Потом, что Лада рассказала своим родителям про него. Ну и самое вопиющее, что эту любительницу приключений вдруг заинтересовали его далёкие предки.
Недолго думая, Митя с нескрываемым раздражением ответил, чтобы она шла куда подальше со своими вопросами и родителями заодно.
Митяй отключился, но Лада решила доиграть свою роль до конца. Она, будто бы продолжая с ним разговаривать, сказала, что, конечно же, подождёт, когда он спросит об этом у своих родственников и, вежливо попрощавшись, убрала телефон в карман.
Лада отказалась от чая, сославшись на то, что должна закончить дома ретушь фотографий, которые не успела доделать на работе, так как всё утро провела в полиции. Но, на самом деле, она немного расстроилась из-за того, что в последнее время всё стало идти не так, как хотелось бы. Судьба свернула на чёрную полосу и никак не хотела вернуться на белую.
Домой с Таганки, где жили её родители, она добралась быстро. Так как есть после маминых разносолов не хотелось, Лада забралась с ногами на любимый диван и открыла книгу, которая давно лежала недочитанная.
Прочитав пару страниц, девушка поймала себя на мысли, что глазами честно читает мелконапечатанные строчки, а мысли в голове работают отдельно. Она ни слова не запомнила из того, что прочитала, поэтому, убрав книгу, включила телевизор.
Начиналась вечерняя программа новостей. Лада про себя отметила, что известная дикторша, возраст которой не обсуждал только ленивый, переборщила с макияжем и ярко-красным цветом костюма.
Теледива тараторила новости на одной тональности, но в конце предложения, где обычно ставится точка, и интонация должна понижаться, наоборот, её повышала. Поэтому создавалось впечатление, что новости она не сообщает, а постоянно спрашивает то ли телезрителей, то ли саму себя.
– Какой ужас! – в шоке произнесла Лада. – И на это мы должны равняться, раз такое допускает федеральный канал? Не дождётесь!
Она без сожаления нажала красную кнопку на пульте и пошла готовиться ко сну.
ХХХ
Когда злость на Ладу у Митяя прошла, он задумался: «А ведь, действительно, почему вдруг у нас оказались одинаковыми фамилии? Ремезов это всё-таки не Иванов и даже не Кузнецов или Беляев. Тут совпадение 1:1000, если не больше. Что там она хотела узнать? Где жили мои предки? Батя вроде говорил, что деревня называлась то ли Фёдоровская, то ли Федосеевская».
Дмитрий Ремезов родился двадцать шесть лет назад в семье шахтёра, который приехал в столицу из Воркуты, и московской портнихи. Он почти не помнил отца в детстве, хотя знал, что он у него есть. Чаще всего отец появлялся по праздникам, привозил им кучу подарков, и мама светилась от счастья.
Когда Мите было лет двенадцать, он стал понимать, что у них какая-то не настоящая семья, потому что родители жили отдельно, и дома не было папиных вещей. Тогда он задал этот вопрос маме, а она почему-то заплакала.
Наверно это дало толчок тому, что Митяй начал прогуливать школу и перестал ночевать дома. Ему нравилось сидеть у костра на какой-нибудь заброшенной стройке, или в лесу возле шалаша, курить и слушать, что рассказывают про жизнь ребята постарше.
Мать тогда чуть не поседела от его бесконечных выходок. Митю поставили на учёт в комиссию по делам несовершеннолетних, и инспектор ПДН начала проводить с ним душещипательные беседы.
Однажды мама не выдержала и вызвала отца, который проживал в Воркуте со второй семьёй. Александр приехал и поговорил с сыном по-мужски. Нет, он не бил его, он просто рассказал, как у них завязался роман с Катериной.
Александр Ремезов впервые приехал в Москву в то время, когда Ельцин второй раз стал президентом России. Знакомство со столицей началось с Красной площади. Возле храма Василия Блаженного Саша увидел симпатичную девушку, которая сидела на парапете и ела мороженое. Катя ему понравилась сразу. То ли своей простотой, то ли белозубой улыбкой. Он подошёл и сел рядом. Вот с того дня у них и завязались романтические отношения, в результате которых на свет появился Митя.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.