- -
- 100%
- +
Пролог
– Ты скрыла от меня сына! – ревел мужчина, возвышаясь надо мной, как скала. – Как ты могла? Ты должна была сообщить!
– А что я должна была сделать? Как я…
– Вика, прошло пять лет! Ни за что не поверю, что не было ни единого шанса со мной как то связаться!
– Ты нам был не нужен! Мы прекрасно справлялись! – я тоже не смогла больше молчать.
Подскочила на ноги и уставилась в такие родные некогда глаза.
– Ты разрушил нашу жизнь окончательно, когда разложил эту болонку на своем столе! Думал ты о том, что я могла стать матерью твоих детей? Или о том, что буквально несколько часов назад любил меня в нашей постели? НЕТ! Ты думал только тем, что в твоих штанах!
– Не вмешивай наши прошлые проблемы, – зарычал Миша. – Ты родила от меня, скрыла моего ребенка, а теперь пришла молить о помощи? Ты не могла не предполагать, что я могу вспомнить!
– Он мой сын! Вне зависимости у от того, что написано в этой бумажке! И мне плевать, что ты там вспомнил. Мы все это время жили без тебя, также и будем продолжать. А ты иди и продолжай жить, как жил!
– Как раньше уже не будет, поняла меня? Теперь ты никуда не денешься. Просишь помощи? Легко. Он мой сын и я спасу его. Но ты ответишь за то, что сотворила…
Глава 1
ПЯТЬ ЛЕТ НАЗАД
ВИКА
– Вы после учёбы возвращаетесь?
Улыбчивый таксист посмотрел на меня через зеркало заднего вида.
– Нет, я к жениху. Решила сделать сюрприз. Привезти вкусняшек!
С широкой улыбкой я продемонстрировала мужчине пакет с пластиковыми контейнерами, в которых везла любимые блюда Миши.
– О, это дело хорошее! Очень даже!
Проведя в дороге почти полчаса, мы успели обсудить с водителем все актуальные новости. Оказалось, что не только о политике можно говорить, но и о рецептах, новинках в сфере кино и танцевальных треках.
– Я буду тут неподалёку, если решите ехать обратно. Вот мой номер.
Николай, так представился мне очаровательный мужчина средних лет, водитель такси, протянул мне клочок бумажки, на котором коряво был нацарапан номер телефона.
– Как только соберёшься – звони. Отвезу за ту же сумму, а то будешь из города вызывать – возьмёт дороже! У меня дочка с университета приезжает когда, всегда переплачивает.
– Спасибо большое! – я с благодарностью посмотрела на мужчину. – Обязательно позвоню. Я ненадолго, он доктор, у него работы много, так что туда и обратно. Буду признательна, если отвезёте обратно.
На том и попрощались.
Я и правда не собиралась проводить много времени в больнице. Мишка так много работал в последние недели, что я ужасно соскучилась. Правда, от такого огромного количества дополнительных смен, он невероятно сильно уставал. Я подумала, что привезти ему домашней еды, да одежду на сменку, которую он утром совсем забыл при входе, будет прекрасной идеей.
Районная больница представляла собой яркий пример пережитков прошлого. Полное отсутствие ремонта, старая плитка на ступеньках, обшарпанные стены, да даже урны, и те выглядели так, будто прошли войну.
Правда, я не понаслышке знала, как тяжело выбить финансирование, да и вообще хоть как-то отремонтировать подобные задания.
Моя мама, царство ей небесное, проработала всю жизнь в детском саду. Там здание ремонтировали ещё реже, что не могло не расстраивать тех, кто всем сердцем болел за деток и хотел для них лучшего.
Больница, я полагаю, тоже имела ряд своих врачей, которые работают уже много лет и всей душой ратуют за своё место. Миша часто рассказывал о том, какие талантливые тут люди работают, хоть уже и в возрасте, но до сих пор в здравом уме и дадут фору любому молодому врачу!
– Здравствуйте, а Михаил Логинов в каком кабинете принимает?
Грузная барышня за стойкой регистрации посмотрела на меня исподлобья, потом на часы, скривив губы, снова на меня.
– Двенадцатый кабинет. Прямо по коридору и налево. Бахилы не забываете, милочка, а то мой потом тут за вами полы…
М-да… Очень интересно, однако…
Только у нас можно было зайти в рандомное место и столкнуться с таким недовольством.
Пожав плечами, я поблагодарила неулыбчивую барышню и поспешила натянуть бахилы. Время года было промозглое, на дорогах то таяло, то подмерзало, поэтому грязь тянулась неимоверная.
Пройдя вперёд, в указанном направлении, практически сразу наткнулась на искомую дверь и взялась за ручку. Дала себе пару мгновений, чтобы отдышаться.
Так, Вика, дыши. Ты просто делаешь сюрприз любимому! Он точно обрадуется! Ведь каким он был сегодня нежным утром, ненасытным… Тоже очень скучает.
Дверь поддалась легко, гостеприимно распахиваясь передо мной и открывая нелицеприятную картину…
Откинувшись на спинку, в рабочем кресле, сидел мой жених, а позади него стояла блондинка, которую даже сразу не признала.
Сердце закололо от увиденного, а пакет с пластиковыми контейнерами глухо упал на пол, привлекая к себе внимание. Парочка, которая до этого момента сладко целовалась, резко подскочила на месте, и на меня уставились две пары знакомых мне глаз.
Правда, в глазах жениха мгновенно загорелась паника, а вот глаза его медсёстры, по совместительству, его бывшей однокурсницы, с которой мы вполне неплохо даже общались, наполнились раздражением и злостью.
– Вик, я всё тебе объясню!– подскакивая на ноги, Миша начал приближаться ко мне.
– Да, расскажи ей, как мы с тобой счастливы, Миша! – пропищала Лена, ехидно улыбаясь и хватая мужчину за рукав.
Меня будто окатили ледяной водой. Я внезапно осознала, что я только что увидела.
– Ты… И она… Миш, как ты мог? У нас же свадьба на носу…
Слёзы сами полились из глаз, а внутри росло горькое чувство утраты и предательства. И так противно мне стало от того, что я, как дура доверяла тому, кто так бессовестно поиграл с моими чувствами…
– Вика, давай без истерик, – поднял примирительно руки перед собой мой жених. – Вокруг руководства море, давай выйдем и поговорим, ладно?
– Не будет истерик, Миша, – вытирая с щёк влагу, проговорила я, – Ничего больше не будет!
От пустоты внутри хотелось взвыть. Развернувшись на пятках, я двинулась на выход, опустив глаза. Голова кружилась, а мозг отказывался нормально соображать. В мыслях билось только одно – бежать, быстрее, как можно дальше…
– Вика! Постой!
Тяжёлые шаги за спиной заставили ускориться.
Нет. Не хочу, не могу! Уйди, оставь меня!
Сердце в груди ныло от боли, а я израненным зверем бегала прочь от мужчины, с которым хотел да связать июнь, от которого была беременна…
Невысказанный сюрприз так и остался моим секретом, который я заберу с собой, уходя навсегда!
Не отдам! Не позволю! Только мой ребёнок!
– Логинов! Куда ты летишь?! Постой минутку, есть вопрос!
Благо некто, вышедший из-за угла, был, видимо, очень важным, раз мой жених остановился, дав мне время сбежать.
Выскочив на улицу, неподалёку я увидела знакомую мне машину, на которой приехала сюда. Влетев пулей внутрь, я наскоро попросила поторопиться и отвезти меня в город.
– Девочка, что за спешка? Что случилось? Ты что, плакала? Всё в порядке? – недоумённый взгляд, с нотками беспокойства заставил ещё раз горько всхлипнуть.
– Да, нормально. Пожалуйста, увезите меня… Прошу вас, я не хочу тут больше оставаться…
После тяжёлого взгляда мужчина всё же завёл мотор и двинулся в сторону дороги. Выехав на светофор, а оттуда в сторону трассы, я уткнулась лбом в стекло и беззвучно зарыдала, оплакивая свою любовь и не понимая, как мне дальше жить и что делать, ведь я точно не была готова к тому, что мой любимый жених мне изменит…
Глава 2
– Вам помощь точно не нужна? – водитель уже не первый раз задавал мне этот вопрос, но я всё время отрицательно качала головой.
Мы попали в дичайшую пробку, что дало мне возможность всё обдумать и создать себе в голове хоть какой-то план действий.
Понятное дело, что ни о каком замужестве речь может даже не идти, пока мне все не объяснят, но в то же время я ужасно боялась знать…
Как долго они вместе? Как далеко зашли? Что он чувствует к ней и почему поступил так со мной?
Мне до последнего не хотелось верить, что Миша и правда мне изменяет. Я же видела всего лишь поцелуй… Во мне не умирала надежда, что, кроме него, не было ничего…
А простить сможешь?
Тяжело вздохнув, я расплатилась с водителем, поблагодарила за заботу и двинулась в подъезд. Мне предстояло быстро собрать вещи и уехать на квартиру к бабушке, до приезда Миши. Я готова была его выслушать, но на своих условиях. Сейчас мне больше всего на свете хотелось остаться одной…
Перед глазами стояла картинка, как мой муж целует другую, а она нежно гладит его по щеке… Не выглядело это всё невинным или дружеским… Это был самый настоящий поцелуй двух взрослых людей!
Подгоняемая раздражением и приближающейся истерикой, я наскоро покидала свои вещи в сумку и уже собралась выходить из дома, вызывая через приложение машину, как раздался звонок. На экране телефона высветился незнакомый мне стационарный номер.
Сердце заколотилось с ещё большей силой, и я с опаской нажала зелёную кнопку.
– Слушаю.
– Виктория Астахова?
– Да…
– Вам знаком Логинов Михаил? Ваш номер указан в качестве контактного при экстренных случаях.
– Да…
– Вам необходимо приехать в первую городскую больницу.
– Что произошло?
Где-то глубоко внутри я уже понимал, что произошло, но до последнего ждала другого ответа…
– На трассе, в районе деревни Липовка, произошла авария. Михаил сильно пострадал. Мы сумели стабилизировать его состояние, но вам необходимо приехать.
Плохо соображая, я положила трубку и сменила адрес, куда собиралась ехать на такси. Водитель, стоило мне приземлиться на заднее сиденье, уточнил пункт назначения и, получив мой кивок, повёз меня в больницу.
Приехав по адресу, я уже более менее взяла себя в руки, и в регистратуру подходила уже вполне себе уверенно. Меня направили в нужном направлении, где меня встретил немолодой мужчина.
– Мы стабилизировали состояние вашего мужа, но ближайшие сутки станут решающими. Мозг был без кислорода довольно долго, так что судить о том, каким он проснётся и что будет помнить, мы не можем.
– Больше никто не пострадал? – спросила скорее машинально, но ответ меня привело в ужас…
– С ним в машине сидела некая Елена Попова, но девушка почти не пострадала. Мы подарим её в стационаре до утра, посмотрим за состоянием. А так, в автомобиле вашего жениха отличные подушки безопасности.
Она была с ним… Зачем? Он ехал домой с ней? Какого хрена вообще творится???
Дальнейшее я вообще помню смутно. Очнуться Миша очнулся, но практически никак не реагировал на внешние раздражители. Последующее неделю он был больше времени без сознания, чем в здравом уме. Изо дня в день я караулила около его кровати, наплевав на свою гордость и молясь лишь о том, чтобы он выжил… Чтобы открыл глаза и снова посмотрел на меня тем самым взглядом, от которого я таяла, как мороженое в солнечный день.
Но… Я смотрела на спящего мужчину, который, приходя в себя, смотрел на меня так, будто я вообще чужой человек.
– Я хочу, чтобы вы были готовы к тому, что, как только он окончательно придёт в себя, он может стать несколько другим, нежели был ДО аварии, – врач-психиатр, которая наблюдала за ним вместе с другими докторами, очень старалась меня подготовить ко всему, но я плохо понимала, что она имеет ввиду.
Для меня всё происходящее было скорее похоже на сон, чем на реальность…
Лены я не видела, она не приходила и не старалась как-то связаться с Мишей даже по телефону. Я уже практически забыла о её существовании, когда в один день всё не изменилось…
Утром я, как обычно, приехала в больницу и, на мгновение, замешкалась, увидев около палаты Миши толпу народа.
– Что случилось? – уточнила я у медсестры, которая меня уже прекрасно знала.
– О, он сегодня проснулся в полном сознании, – радостно рассказала она. – Правда, к нему этим девица пришла сегодня. Ну та самая, что была с ним в машине.
Дальше я уже не слушала. Резко дёрнулась и двинулась вперёд, распихивая окружающих людей, а когда добралась до дверного проёма, откуда было отчетливо видно происходящее внутри палаты, как остановилась, как вкопанная, не веря своим глазам.
Да за что же мне это всё??
Глава 3
На койке полусидя сидел Миша, а сбоку от него, держа его за руку и гладя по щеке, сидела Лена. Мужчина широко ей улыбался и смотрел с такой любовью, что у меня подкосились ноги. Сама себя не осознавая, я сделала шаг вперёд и произнесла растерянно:
– Что тут происходит? Миша…
Мужчина повернулся на меня и недоумённо вскинул брови.
–Мы знакомы? Вы кто?
– Что?
– Миш, никто. Эта девушка была твоей сиделкой, – взвизгнула Лена, подскочил на ноги и практически верхом влезая на кровать моего жениха.
– Какая сиделка? Ты в своём уме? – впервые я обратилась к этой ненормальной. – Я его невеста, а ты что тут вообще делаешь? Пошла вон отсюда! Ты зачем пудришь мозги ему?
Не замечая, как перешла на крик, я начала надвигаться на эту тварь, желая вытащить её отсюда прочь, желательно с пинком под зад, но вдруг меня остановили чьи-то руки, схватив за локти.
– Виктория, подождите, – в голосе я узнала врача-психиатра, но останавливаться не спешила.
Правда, далее мне словно дали оплеуху, потому что Миша внезапно рявкнул:
– Хватит! Вы кто такая?
– Да кто ты вообще тут такая? – повторила я, глядя на девчонку, но потом…
– Нет, девушка, я к вам обращаюсь.
Повернув голову на Мишу, я остолбенела. Он крепко прижимал к себе руку Лены и зло смотрел на меня.
– Миш, я твоя невеста. У меня даже фотографии есть, слышишь? Ты что-то путаешь…
Истерично зашарив по карманам, я достала телефон, где на заставке стояла наша общая фотография.
– Вот, смотри.
Растерянный взгляд на телефон, потом на меня, потом снова на телефон, гробовая тишина в палате…
– Миш, ты помнишь?
Но Миша уже ничего не мог ответить… Закатив глаза, он откинулся на спинку кровати и затрясся всем телом.
Визг Лены, мой крик и крики докторов, которые нас выпихнули из палаты, смешались в единую какофонию.
– Что случилось? Что происходит?
Я повернулась и нашла взглядом Лену, которая уже быстро нажимала кнопку лифта, покидая этаж. Бежать за ней не было смысла, да и плевать я хотела на неё, главное, что я тут.
Я рядом…
Спустя минут пятнадцать, нас снова пригласили в палату. Миша был без сознания. Лежал с закрытыми глазами, словно спал, а на мониторе мерно ютилась стрелка в такт его сердцу.
– Виктория, – осторожно начала врач-психиатр. – Меня зовут Алина Витальевна. Поговорим?
Осторожно кивнув, я села на диванчик около окна, напротив приземлилась девушка.
– Знаете, мозг – такая интересная субстанция…
– Давайте ближе к делу, пожалуйста, – перебила я её. – Скажите в лоб, прошу вас. Я и так в полном шоке от происходящего…
– Хорошо.
Мозг вашего жениха сработал в защиту. Перед тем как попасть в аварию, вы не ссорились? Не было какого-то серьёзного стресса или травмирующего события?
Я печально опустила голову.
– Насколько можно считать стрессовым событие, когда я застала своего жениха за поцелуем с другой?
– Вполне стрессовое, – кивнула Алина Витальевна и продолжила. – То, что произошло до аварии, определило судьбу вашего жениха дальше. В момент, когда надо было вернуться в мир и прийти в себя, мозг решил защитить сам себя от стресса и дать время восстановиться. Поэтом воспоминания в голове вашего жениха перевернулись с ног на голову. Последнее воспоминание с вами было травмирующим, а с Еленой – нет. Поэтому дабы дать себе время на выздоровление, Елена – невеста, а вы – посторонний человек.
– То есть, это не навсегда?
В голове всё перевернулось похлеще, чем у Миши. Мне было настолько ужасно от мысли, что он предпочёл забыть меня, оттолкнуть, что выбрал в качестве объекта любви чужого человека!
Ну, не совсем чужого…
Память снова подкинула картинку того злосчастного поцелуя…
– Нет, это не навсегда, но сроков я вам дать не могу. Это наука неточная, так что тут скорее время покажет.
– Что мне дальше делать? Может, его нужно возить куда-то, где у нас были яркие воспоминания? Или что-то в этом роде?
Печальный взгляд доктора подтвердил мои самые худшие опасения. Я не собиралась даже думать об этом всерьёз, но это оказалось моей реальностью…
– Простите, Виктория, но ваше присутствие в жизни Михаила в данный момент травмирует. В попытках вспомнить о том, что послужило причиной, по мнению его мозга, состояния, в котором он сейчас находится, происходит защитная реакция в виде потери сознания. Когда он очнётся, скорее всего, он даже не вспомнит, что что-то было.
– Вы хотите сказать, что…
– Я предлагаю вам дать ему немного времени. Возможно, чуть позже он сможет взять на себя ответственность за происходящее и посмотреть правде в глаза. Пока только так. И будет только хуже.
– Он забыл всё? – слёзы сами из глаз покатились, выдавая моё горе.
– Нет, дело касается отдельных участков, связанных с причиной его травмы, то есть с вами.
– Это же должно как-то лечиться! – воскликнула я, подскакивая на ноги. – Вы же врач! Вылечите его!
Ответом мне послужил сочувствующий взгляд…
Дальнейшие недели проходили для меня словно в тумане. Я, как приведение, приходила изо дня в день в палату к мужчине, который каждый день смотрел на меня так, будто он впервые меня видит. И наше знакомство, происходившее ежедневно, било меня в самое сердце, превращая его в ошмётки.
Я не сдавалась, нет. И не сдалась бы никогда… Меня банально выкинули, словно я ничего и не значу.
– Я всегда говорила, что ты не доведёшь до добра моего сына!
Матушка Миши приехала буквально вчера из своего путешествия. Примчавшись в больницу, она не потрудилась узнать, как себя чувствует её сынок… Она прилетела отчитывать меня. Валентина Николаевна всегда меня недолюбливала, а сейчас у неё был абсолютно легальный повод исключить такую неудобную меня из жизни её драгоценного сыночка.
– Я запрещаю тебе сюда ходить, ты поняла? Лена будет сама ухаживать за моим сыном, а ты иди и устройся на работу! Хватит уже сидеть на шее у моего сыночка! Пошла отсюда! Я всегда знала, что ты как пиявка!
Слушать оскорбления я и не собиралась, но сдаваться такое не хотела. Правда, меня опять не спросили. Мне банально закрыли проход к Мише…
Не знаю уж, как она договорилась с охраной, но с того момента меня туда не впускали.
Я всё равно продолжила ходить и наблюдать за больницей, всё равно договаривалась с медсёстрами, которые жалея меня, впускали через служебный вход… До одного момента.
Открыв дверь в палату, я так не сумела войти внутрь, потому что там, сидя верхом на моём женихе, сидела Лена, страстно целуя его в губы. Он же тоже не терялся, прижимал девушку к себе ближе, сжимая ягодицы и также сильно впиваясь в губы девушки.
Это были последние слёзы, которые я пролила ради этого мужчины…
Хватит. Я больше не могу…
Глава 4
НАСТОЯЩЕЕ ВРЕМЯ
ВИКА
– Простите, но в рамках нашей больницы такие операции не делаются.
Как гром среди ясного неба прозвучали для меня слова хирурга. Я даже не могла вспомнить, как его зовут!
– Как же быть? Делайте что-то! Он же умрёт!
– Не кричите, гражданочка! – рявкнул второй доктор, расположившийся за рабочим столом.
Главврач, наверное…
– Вы не на базаре, – строгий голос тучного врача вызывал у меня лишь раздражение.
Какие нравоучения! У меня ребёнок умирает!
– Вы врачи! Вы должны его лечить!
– Мы можем лишь отправить вас в другую больницу, – пожал плечами, улыбаясь, этот нахал.
– Вы вот так просто меня отошьёте? А как я должна его отвезти? Скорую вы мне хотя бы выделите?
Хотя я готова была хоть на руках нести, лишь бы спасти…
Я не могла поверить своим ушам. Клятву Гиппократа, видимо, не все врачи дают, да и, скорее всего, для нынешних представителей такой профессии это пустой звук.
– Мы не отшиваем, мы соблюдаем протокол. Наша больница не может предоставить вашему ребёнку должного лечения. Поэтому я лишь даю вам рекомендации.
Боже… Это какой-то фарс…
– А что касается машины скорой, то у нас они все заняты. Вы можете платно нанять экипаж, который вас перевезёт.
Я даже не помню, как выскочила из кабинета, громко хлопнув дверью. Мысленно перебирала всевозможные варианты и вспоминала пин-код от кредитки, в которую строго настрого запретила себе лазить.
Сейчас не тот случай. Сейчас я готова куда угодно влезть, лишь бы спасти сына.
В регистратуре меня отправили в кабинет на втором этаже, оттуда – на третий. По итогу я обошла почти всю больницу, и была готова разорвать следующего, кто отправит меня в другой кабинет, пока надо мной не сжалилась медсестра и не отвела в нужное место.
Заплатив непомерную для меня сумму, которую банально заняла у банка, я уже через пятнадцать минут стояла на стоянке, глядя, как в машину скорой помощи грузят моего маленького сына.
Господи, да как такое могло произойти? С моим маленьким, таким спокойным сыном…
Дура! Не надо было в сад отдавать, надо было посидеть подольше в декрете…
Воспитательница эта ещё…
Как меня от неё оторвали, вообще ума не приложу. Я была готова размазать эту стерву по стеночке и запихать её телефон ей глубоко в ж… Думаю, что напишет она на меня заявление, но плевать… Я тоже напишу, как только смогу…
– Не переживайте вы так, – фельдшер скорой помощи, в которой мы сейчас ехали в город, пыталась меня успокоить. – В областной помогут, там такие врачи шикарные!
Дабы показать насколько, женщина показала мне большой палец. Я рассеянно кивнула, вернувшись к сыну.
Невероятно бледные щёчки, густые реснички, которые сейчас трепетали, еле-еле заметно, мерное дыхание…
Мой мальчик сейчас был под лекарствами, которые держали его в седативном состоянии. Так, по словам врача, ему было менее больно, и минимизировался риск дальнейших повреждений в силу того, что это ребёнок и он не понимает, что надо бы не двигать головой.
Внутри всё сжималось от мысли, что ему не помогут. Я прогоняла как могла, плохое от себя, но сердце колотилось, как сумасшедшее.
Жили мы неподалёку от областного центра, поэтому до больницы добрались где-то за час. Приняли нас там оперативно, а когда увидели снимки, которые предусмотрительная женщина-фельдшер протянула доктору, с округлёнными глазами начали суетиться, нажимать какие-то кнопки, кого-то вызывать.
Что бы это ни было, увиденное вызвало шок у врачей, а значит, дело плохо.
– Скажите, что происходит? Что там? Что делать? Мой мальчик… Что с ним?
Я дёргалась вперёд, к докторам, желая лишь узнать, что случилось, что делать дальше и как это всё исправлять.
– Стой, милая, не мешай, ладно? – та же фельдшер схватила меня за руки и крепко сжала, не давая вырваться. – Ты только хуже сделаешь! Стой, кому говорю!
Но не тут-то было… Откуда только силы взялись, до сих пор загадка. Я рванула изо всех сил и двинулась в сторону бокса, в котором сейчас центром внимания был мой мальчик. Правда, я так и не дошла до него…
Дорогу мне преградил высокий мужчина в медицинском костюме и развернул меня в обратном направлении рявкнув:
– Стойте там!
– Что с моим сыном? – закричала я, глотая злые слёзы.
Истерика снова набирала обороты, но мне было плевать.
Сейчас нет ничего важнее, чем сын. Я должна знать, что с ним!
Ни фельдшер, ни медбрат остановить меня не смогли. Я рвалась, словно психопатка, в сторону бокса, в котором сына уже подключили к аппаратам. Когда мой мальчик дернулся и закричал, я рванула вперед с еще большим усердием. Мне было страшно представить, что мог почувствовать мой малыш, увидев вокруг толпу незнакомых людей. Я должна быть с ним рядом!
– ОТПУСТИТЕ!!!
И снова рывок, снова попытка пробиться. Доктора обступили сына, пытаясь сделать анализы, но Костя плакал, звал меня, разрывая мне сердце на куски! Я же просто стояла в коридоре и умирала морально, рыдая, как белуга, коря саму себя, воспитателей, сад и весь мир вокруг! Руки саднили от удерживающих меня людей, но я не могла остановиться…
– Все все все, – кто-то повернул меня к себе и взял лицо в свои ладони. – Всё! Возьми себя в руки! Ты мать или как? Ты должна его поддержать! Он же чувствует твое состояние, глупая!