Мужчина – руководство по эксплуатации

В августе девяносто третьего скорый поезд мчал меня в Москву. Мне было двадцать, я в первый раз ехал в столицу, а там меня ждала девушка – юная красавица с озорными глазами и очаровательной улыбкой. Правда, мы еще не были знакомы. Лично.

Двумя годами раньше мы узнали о существовании друг друга, состоя в заочном клубе поклонников одного музыканта. Люди со всего Советского Союза объединились в клуб по переписке – общались, писали друг другу о жизни, дружили.

И естественно, что через несколько месяцев общения мы стали обмениваться фотографиями – всем хотелось представлять своего собеседника.

Когда я увидел Ее фото, мое сердце запело. Влюбился? Слишком громкое слово. Но эта девушка не выходила из моей головы, и однажды я написал ей, что хочу приехать. Удивительно, но она ответила согласием и даже пригласила остановиться у нее!

И вот за окном перрон. Я беру цветы, выхожу из вагона, моментально узнаю ее в толпе, делаю шаг: «Здравствуй!»

И по первым звукам ее голоса, взгляду, движению рук чувствую: совершенно не мой человек…

Тот снимок, что она мне выслала, был редким вырванным из жизни мигом – она вовсе не являлась такой в реальности. Я был очарован тем, чего не существует.

Чего я хотел, когда ехал в Москву? Поскорее увидеть ангела, который тронул мое сердце! Но этот ангел был плодом нечестного фото и моих собственных фантазий.

Сейчас, когда знакомства в соцсетях стали нормой, та же история повторяется миллионы раз: выкладывается самая эффектная фотография, пишутся правильные слова, но такая афиша не имеет практически ничего общего с настоящим человеком.

Мне хочется от женщины честности, естественности и искренности. Нужен не рекламный образ, а реальный человек, который появился не на ночь, а на долгие годы, полные взаимного интереса, уважения и любви.

Глава 1

Хороший мальчик или подонок?

Попробуем ответить на вопрос: почему многим женщинам очень нравятся безответственные подонки и почему их воротит от надежных и любящих хороших мальчиков?

И почему женщины всю жизнь мечутся между двумя типами отношений? В одних они чувствуют спокойствие, но вместе с тем – безжизненную пустоту и скуку, а в других – горит огонь сексуальной страсти, но женщина страдает.

Такие колебания связаны с тем, что одни отношения выражают душное требование правильной жизни, а другие – мучительное желание. Из этого рождаются два образа мужчины: один из них – «хороший мальчик» или верный муж – олицетворяет для женщины жизнь, в которой все четко расписано и предписано, запланировано и распланировано. Это жизнь, подчиненная нормам и требованиям, которая строится на основе ожиданий общества, окружения, но в первую очередь – на основе представлений ее матери.

Тут все четко: какая должна быть семья, как все должно быть устроено в отношениях, как должно вести себя с мужем. То есть как НАДО.

А другой мужчина, скажем, для красочности, «подонок» или любовник, олицетворяет для нее жизнь желания, не скованного никакими рамками требований. Это «ХОЧУ» в чистом виде.

И чем сильнее женщина сдавлена этим «надо», тем больше вероятность, что ее «хочу» в какой-то момент снесет ей голову, как Анне Карениной… И вот уже ее неуправляемое и неконтролируемое «хочу» вырвалось и противопоставило себя всем ожиданиям и нормам социума.

Этот внутренний конфликт между «хочу» и «надо» приводит к тому, что в отношениях, пропитанных требованием быть с правильным мужчиной, таким как Каренин, она чувствует пустоту, скуку и вину за то, что не испытывает взаимности. В этих отношениях женщина чувствует, что ее жизнь подчинена «правильным» ожиданиям семьи, окружающих и матери, но все это часто приводит к утрате желания и вкуса жизни.

И вроде бы все хорошо, но женщина чувствует, что эмоционально задыхается в отношениях с «правильным» мужчиной. У нее часто буквально возникают проблемы с дыханием. Ей душно. Ее собственному желанию в таком союзе не хватает места, она погружается в унылое, депрессивное состояние.

В то время как с другим, «неправильным» мужчиной – она претерпевает мучительное состояние и невыносимые чувства. Эти отношения переполняют ее ревностью, злостью и обидой. Это болезненная, но очень страстная связь, наполненная пульсацией жизни. Женщина становится зависимой от противоречивых, взрывных эмоций, как от тяжелого наркотика. ОН ей нужен.

Главная черта хорошего мальчика: он нравится ее маме. Женщина предъявляет его в первую очередь именно ей. Собственно, он и олицетворяет для женщины материнское требование быть правильной женой и матерью. Но с этим хорошим мальчиком ей скучно и тошно. Он, как правило, нудноват и душноват, в отношениях с ним она совершенно не испытывает желания. Секс с ним беспросветен и однообразен. Да и секс ли это? Или унылое исполнение супружеского долга на брачном ложе?

Хотя со стороны эти отношения выглядят идеальными – не к чему придраться, – а ее всю воротит, ей неприятна сама мысль о предстоящем сексе, который нависает над ней, как дамоклов меч. Уклониться, имитировать или перетерпеть? Вот что занимает ее мысли каждый вечер. А ведь это такая тема, которую даже с подругой обсудить невозможно. Она чувствует вину за эти «неуместные» для правильной жены мысли.

Вообще говоря, «он хороший» – это исчерпывающее определение, и хороший он в первую очередь для ее матери, которая не нарадуется на зятя: «Как НАМ с ним повезло!», «Какой же он у нас замечательный, какой ответственный, не пьет, не курит, называет тещу мамой!». Подташнивает от такой правильности…

А ведь эта «правильная жизнь» скрыто подразумевает отрицание женской сексуальности. Именно поэтому на хорошего мальчика у женщины не стоит. Сказать прямо – это вовсе не те отношения, в которых живет желание.

Вообще, если мужчина хочет, чтобы женщина испытывала к нему сексуальный интерес, ему не стоит быть слишком правильным, не стоит заискивать перед тещей или пытаться дружить с ней. Путь к сексуальному интересу женщины точно лежит не через ее мать. Пусть лучше дружит с ее кошечкой, это гораздо продуктивнее.

Так вот, с одной стороны, у нас «хороший мальчик», с которым душно и в отношении которого она не испытает желания, а с другой стороны – «подонок». Умный подонок. К нему женщина испытывает влечение, страсть, переживает муки ревности… Этот «плохой мальчик», в отличие от «хорошего», часто обращается с ней просто отвратительно: унижает ее, не звонит, изменяет и не чувствует за это вины. Его важная черта – он ни в чем себе не отказывает: живет как хочет. Ему плевать на ее чувства, в отличие от «хорошего мальчика». Подонок делает все то, что она себе никогда бы не позволила.

Да, кстати, этот подонок НЕ нравится ее матери. Отношения с таким мужчиной – это то, что женщина внутренне противопоставляет материнскому требованию правильной жизни. Он совершенно «неправильный». Разумеется, никакая мать не хочет такой судьбы для своей доченьки.

Подонок – это олицетворение желания, не скованного никакими рамками. Он не хочет и не способен быть верным: ему важно сохранить за собой право нарушать любые запреты. Он не ведется на женские манипуляции и никогда не дает женщине взять верх в отношениях. Роман с таким мужчиной – это головокружительный коктейль из страдания и наслаждения.

В книге Жоржи Амаду «Дона Флор и два ее мужа» различие между «правильным» и «неправильным» проявлено особенно ярко. С одной стороны – хороший, нудный и скуповатый муж, который заботится о главной героине и дружит с ее матерью, но с ним она не чувствует себя сексуальной женщиной. А с другой стороны – отъявленный мерзавец, Гуляка, который бьет ее, спускает в карты все ее состояние, спит с ее подругами за ее спиной… Но только к этому негодяю героиню и влечет. Он единственный, кто может поставить на место ее мать. По сути, он исполняет подсознательное желание главной героини, признаться в котором она, подавленная матерью, себе не позволяет: сказать той «нет».

Парадоксально, но именно с мерзавцем героиня чувствует себя женщиной. Не в том смысле, что он дарит ей цветы или ухаживает за ней, а в том, что она ощущает себя в контакте со своей сексуальностью, со всей своей внутренней страстью. Только он умеет смотреть на ее тело таким взглядом, благодаря которому она чувствует себя желанной. Он, подобно змею-искусителю, открывает ей ее наготу и дает доступ к наслаждению. Отношения с ним – это взрыв страсти. Гулякой она дорожит именно потому, что через него пролегает путь к ее собственной женской сексуальности.

Но неужели женщина может обрести контакт с самой собой, только повстречав на своем пути настоящего мерзавца?

Вряд ли женщина сознательно мечтает о подонке. Скорее она неосознанно предвкушает встречу с ТЕМ САМЫМ, кто осмелится открыть ее «ящик Пандоры». Не всегда подонок реален. Зачастую это просто женская фантазия о таком своевольном мужчине. И чем сильнее женщина задавлена требованиями, тем неизбежней ее встреча с «Вронским».

Глава 2

Не виноватая я, он сам пришел!

Сейчас я выскажу мысль, которая станет до конца понятна лишь к концу книги.

Подонок, Гуляка, Вронский – все эти персонажи просто являются выражением бессознательной потребности женщины встретить такую фигуру в своей жизни. Появление подонка в жизни женщины – это не роковая случайность, не совпадение, не ошибка – это внутренняя необходимость найти, или даже создать, ТОГО, КТО НЕ ПОБОИТСЯ взять вину за ее желание, за ее наслаждение, за ее «грех» на себя.

Но способен ли мужчина из плоти и крови бросить такой «безбожный» вызов?

В средневековых легендах встречается образ инкуба. Инкуб – это демон, который блуждал в поисках женского наслаждения и посещал женщин ночью в эротических снах. Он вступал с ними в отношения без их ведома и заставлял женщин «грешить» ПРОТИВ СВОЕЙ ВОЛИ. По сути, инкуб – это женский ответ на строгие рамки средневековой морали. Это протест женского «грешного» «хочу» против нравственного «надо».

Одна из самых распространенных женских сексуальных фантазий – это мужчина, который берет женщину силой против ее воли: мужчина, освобождающий ее от вины за собственное наслаждение. Безусловно, вторжение фантазии в ее жизнь в форме реального насилия – это не то, чего женщина на самом деле жаждет. Фантазия на то и фантазия, чтобы остаться сном, грезой, но не стать кошмарной явью.

Любопытно, что incubus – это не только имя демона наслаждения, но еще и название ночного кошмара. Например, в английском языке слово «кошмар» – nightMARE – буквально так и переводится – «ночной демон». Ночной кошмар – это место, где собственные бессознательные желания и наслаждения реализуются в форме страха и ужаса.

Средневековые религиозные суды к женским снам относились со всей строгостью. Они оценивали виновность женщины за отношения с инкубом по степени добровольности. Принципиальным для дальнейшей судьбы грешницы становился вопрос, была ли связь с инкубом желанной или же он взял ее силой. Понять это – задача, знаете ли, непростая, учитывая, что никто из перевозбужденных ученых мужей со свечкой в ее снах не стоял.

Все эти фигуры вроде инкубов, демонов и оборотней сохранялись в пространстве культурного воображаемого именно благодаря женскому желанию – найти достойный и подходящий для себя объект; женскому желанию, которое сохраняло эту фантазию порой даже ценой расплаты.

Слишком страстная женщина в давние времена могла запросто обнаружить себя на дыбе. От инквизиции она претерпевала пытки и мучения. Хотя, вообще говоря, мазохизм и женское наслаждение зачастую идут рука об руку. Достаточно взглянуть на средневековые сцены экзорцизма: изгнания бесов или даже самого дьявола. Посмотрите, ведь эти содрогания женского тела, конвульсии, вопли, крики – одновременно и нечеловеческие страдания, и сцены мучительного женского наслаждения, которое она мазохистически претерпевает.

У женщин есть бессознательная потребность быть наказанной за «греховные» фантазии и желания. Причем наказание, боль и наслаждение удивительным образом переплетаются. Так что одно уже нельзя отличить от другого.

Раньше, в античную эпоху, таким партнером для женщины – фигурой, с которой ассоциировалось женское наслаждение, – был Зевс, регулярно вступавший в связь с простыми смертными девушками, например, в образе зверя. И они, выбранные богом, всегда жестоко расплачивались за эту страсть. Или, скажем, библейский змей-искуситель, который совращает замужнюю Еву на порочный путь наслаждения, смешанного с болью, виной и с последующим наказанием.

Времена идут, но суть не меняется. Фразы «Накажи меня!», «Сделай мне больно!» и «Невиноватая я – он сам пришел!» остаются актуальными для женщин во все времена.

По сути, подонок – это современное воплощение средневекового инкуба. Подонок – это по-прежнему женский сон.

В новое время аналогом демона наслаждения стал мужчина-вампир или мужчина-оборотень. Мужчина-хищник. Он одержим желанием и подчиняет женщину своей воле. Только такому она может отдать всю себя, без остатка. «Возьми меня!»[1]

В реальных отношениях «остатком» наслаждения часто является вина, в то время как подонок как будто сообщает: «Тебе можно, я беру все на себя!»

Подсознательная фантазия о том, что кто-то может наслаждаться без вины, настолько притягательна, что женщина готова наделить простого смертного чертами инкуба из ночных грез. Таким образом, бессознательным сексуальным партнером женщины является скорее не реальный мужчина из плоти и крови, а инфернальное существо, демон, вампир, оборотень, хищник, подонок – все те, кого она порождает своей фантазией, своим желанием и кто вводит ее в пространство наслаждения, вины и «греха».

Интересно, что все эти «друзья женщин» связаны с влиянием Луны и женскими циклами. По легенде, именно в полнолуние обычный мужчина превращается в зверя или вампира, одержимого жаждой крови. Луна в самых разных культурах отсылает к загадочной женской сексуальности, женскому желанию и наслаждению. Без Луны не было бы и оборотней. Именно женское желание пробуждает в мужчине зверя.

Женщина может говорить о притягательном мужчине так: «В нем есть что-то дьявольское». Буквально это значит следующее: он вписывается в ее инфернальную фантазию.

В книге «Дона Флор…» описывается, как героиня отчаянно зовет своего покойного первого мужа, который был человеком сжигающей страсти. В ответ на ее призыв тот является к ней в виде призрака, чтобы доставлять ей наслаждение, которого она лишена в отношениях с новым – нудным, скупым на желание, хорошим мужем. Фантазия о подонке – это более современное проявление все того же женского средневекового сексуального фантазма про связь с дьяволом.

Почему никакой мужчина из плоти и крови не может в полной мере соответствовать этой женской фантазии?

Да просто потому, что у любого реального мужчины (в отличие от бестелесного ночного демона), даже у такого совершенного, сильного и могучего воина, как древнегреческий герой Ахилл, есть неустранимая ахиллесова пята.

Что такое ахиллесова пята? По легенде, мать Ахилла Фетида хотела сделать своего сына бессмертным и для этого окунула его в священную реку Стикс. Получился полубог, мечта любой женщины. Он стал неуязвим, за исключением одного незначительного места на его теле: пятки. Того самого места, за которое его держала мать. И именно в это место попала стрела, что стало причиной смерти Ахилла.

О чем говорит этот миф? То, что делает уязвимым любого мужчину, – это место его связи с матерью.

А теперь представьте мужчину мечты рядом с женщиной. Он обнимает ее, наполненный страстью, и в эту секунду раздается звонок: ему звонит тревожная мать, и он вынужден поднять трубку, чтобы ее не расстраивать. В одно мгновение мужчина мечты превратился в глазах партнерши в маменькиного сынка. Демонам матери не звонят.

В мужчине навсегда остается неустранимая «ахиллесова пята»: его бессознательная связь с матерью. Это приводит к тому, что любая женщина и отношения с ней для мужчины в большей или меньшей степени заражены материнским образом. Женщина всегда сохраняет в его глазах материнские качества. Иногда доходит буквально до того, что женщина кричит в отчаянии, обращаясь к нему: «Я тебе не мать!»

Некоторые мужчины пытаются разделить материнский и женский аспекты с помощью жены и любовницы, правда, делают это всегда более или менее безуспешно.

Таким образом, желание мужчины по отношению к женщине всегда ограничено этим материнским пределом. Его связь с матерью накладывает отпечаток на отношения с женщинами: то превращая его в требовательного сына своей супруги, то приводя к потере сексуального влечения. Мать желать нельзя.

Но к счастью для нас, простых смертных мужчин, существует спасительная женская фантазия, с помощью которой женщина может из заурядного мужичка создать грандиозную мужскую фигуру, Цезаря, восхитительного принца. «Я его слепила из того, что было!»

Именно эта женская способность и позволяет любовным отношениям случиться. А иначе никому из нас, мужчин, ничего бы от женщин не перепало. Для того чтобы вступить в отношения и желать мужчину, женщина должна им хоть как-то очароваться, даже ценой самообмана. Чтобы однажды, разумеется, обнаружить грустную правду жизни.

А потому давайте отдадим должное женским грезам о прекрасном принце, о рыцаре на белом на коне, о Мужчине с большой буквы «М», которым никто из нас, разумеется, не является. Но главное – благодаря этому нам есть к чему стремиться.

Глава 3

Женщина дня и Женщина ночи

Мы остановились на том, что есть сторона жизни женщины, связанная с требованием, и сторона, связанная с желанием. Требование, и в первую очередь материнское требование, глубоко укоренено в бессознательном любой женщины, даже если внешне она против этого протестует. Каждая женщина нуждается в материнском принятии и одобрении, хотя ей сложно в этом признаться даже самой себе.

И если соответствие требованиям женщина предъявляет открыто – семье, обществу, маме, – то желание всегда скрыто от постороннего взгляда.

Таким образом, разные аспекты женской внутренней жизни можно разделить не только на требование и желание, но и на явное и скрытое. Свои сексуальные фантазии или отношения с любовником женщина, разумеется, хранит в тайне. Назовем это различие внутри нее Женщиной дня и Женщиной ночи.

Женщина в роли заботливой матери и любящей жены – это Женщина дня. Это предъявляемая, одобряемая и уважаемая позиция, которая наделяет ее достоинством, весом и статусом в обществе. Она права, и она вправе.

Но это жизнь под чужим взглядом, который тебя оценивает. Это жизнь при свете дня. Для жены важна ее репутация, и ее недостойное поведение может запятнать всю семью. В арабских странах нередки «убийства чести», если жена изменила мужу: это бросает тень на весь род. Жена должна быть «безупречна».

Или мать. Сколько женщин мучаются вопросами: «Хорошая ли я мать? Все ли я дала своему чаду? Достаточно ли времени я ему уделяю? И что скажет об этом свекровь?» И сколько психологов озолотилось на этой женской тревоге!

В противоположность этому Женщина ночи – это мрак, покрытый тайной. Пространство сексуальных фантазий, грез, инкубов, оборотней и подонков – все это находит здесь свое место.

Если Женщина дня – это жена, то Женщина ночи – это скорее любовница. Слово «любовница» не должно вас пугать. Мы говорим об этом в самом широком смысле: женщина может быть любовницей и с собственным мужем, когда она олицетворяет собой объект его сексуальных фантазий.