Изумрудный атлас. Огненная летопись

Глава 3

Дьявол замка дель Монте

– Ну, вот и пришли.

Они вышли в узкий проулок. Выщербленные каменные стены окружали их с обеих сторон, уходя в сторону пустынной площади. За их спинами переулок кончался высокой каменной стеной, посреди которой находилась деревянная дверь, через которую они вошли. Скользнув взглядом вверх по стене, Майкл увидел рощу оливковых деревьев, взбиравшихся вверх по склону холма. Небо у них над головами было синее-пресинее, горячий воздух сух и неподвижен. Майкл покосился на сестру: Эмма молча впитывала в себя новую обстановку, однако выглядела вполне спокойной. Это было уже что-то.

Майкл повернулся к их спутнику.

Это был высокий и худой старик с непокорными седыми волосами, в изрядно потрепанном твидовом костюме с темно-зеленым галстуком, имевшим такой вид, будто его только что вытащили из огня. Чубук старой курительной трубки торчал из кармана его пиджака, а на носу у него красовались очки в погнутой и потрескавшейся черепаховой оправе. Он был точно таким, каким запомнил его Майкл.

Поправив собственные очки, Майкл откашлялся и протянул руку.

– Благодарю вас, сэр. Вы спасли нам жизнь.

Доктор Станислаус Пим взял руку мальчика и встряхнул ее.

– Да-да, разумеется, – сказал он. – Всегда к вашим услугам.

Когда Крикун ворвался в дверь кабинета мисс Крамли, Майкл почувствовал чью-то руку на своем плече и резко обернулся, решив, что еще одинморум кади стоит у них за спиной, а значит, все кончено. Но руки, лежавшие на его плече и плече Эммы, принадлежали не Крикуну. К неописуемому удивлению Майкла, из платяного шкафа высунулся доктор Пим, и прежде чем дети успели сказать хоть слово, волшебник втащил их внутрь и захлопнул дверь. Майкл очутился в полной темноте, зажатый между стеной шкафа и локтем волшебника. В нос ему ударил аромат табака доктора Пима и сырой, капустный запах туфель мисс Крамли. Снаружи, из кабинета, донесся страшный грохот, по которому Майкл догадался, что Крикун расшвыривает стулья, преграждающие ему путь к шкафу; потом доктор Пим сказал «Еще один поворотик», раздался звонкий щелчок, и в то самое мгновение, когда Майкл ожидал увидеть зазубренный меч, крушащий стенку шкафа, волшебник распахнул дверь – и вместо Крикуна и кабинета мисс Крамли перед ними предстали каменные стены, высокое голубое небо и тишина.

– Эй, может, хватит пожимать друг другу руки? – завопила Эмма. – Вы в своем уме?

Майкл выпустил руку волшебника.

– Это простая вежливость, – пробормотал он.

– Доктор Пим! – голос Эммы звенел от отчаяния. – Вы должны вернуться! Нужно найти Кейт! Она…

– Использовала Атлас. Я знаю. Расскажите мне обо всем, что случилось.

Майкл и Эмма постарались как можно короче описать ему грозу, свое заточение в башне, то, как Крикун схватил Кейт и как они оба исчезли…

– Мы думаем, она попыталась перенести его в прошлое, – сказал Майкл и торопливо рассказал волшебнику, который по причине своего поспешного бегства из Кембриджского водопада был не в курсе всего случившегося, о том, как в сочельник Графиня вдруг объявилась в доме, как Кейт открыла для себя, что может пользоваться Атласом даже без фотографии, и воспользовалась этой возможностью, чтобы затащить ведьму в прошлое и оставить там навсегда.

– Я не сомневаюсь, что Кейт сделала то же самое с Крикуном, – закончил Майкл. – Только на этот раз она не вернулась.

– И вы должны ее найти! – завопила Эмма. – Сейчас же!

– Да-да, конечно, – ответил волшебник. – Итак, идите прямо по этой улице, там, на другой стороне площади, увидите кафе. Ждите меня в нем.

– Но, доктор Пим, – счел нужным спросить Майкл, – где мы вообще находимся?

– В Италии, – последовал ответ.

С этими словами волшебник повернулся к детям спиной и сделал шаг в сторону деревянной дверцы, из которой они только что вышли. Майкл был полностью обескуражен. Куда подевался платяной шкаф мисс Крамли? Как они очутились в Италии? Куда идет доктор Пим? Тем временем доктор Пим достал из кармана резной золотой ключ, вставил его в замок, шагнул через порог и закрыл за собой дверь. Послышался уже знакомый детям отчетливый щелчок. Сгорая от любопытства, Майкл подошел к двери, прислушался, а потом распахнул ее.

На него уставилась желтоглазая коза.

– Он ее найдет. – Эмма не тронулась с места, зато крепко-крепко обхватила себя руками, словно боялась рассыпаться на куски. – Доктор Пим ее найдет.

Майкл не ответил.

Они молча побрели по переулку. Выйдя на площадь, Майкл понял две вещи: во-первых, они находились на склоне холма, а во-вторых, городок был размером с носовой платок. Слева от них возвышалась церковь. Справа прыгала белая собака. Прямо впереди стояло кафе. С красным навесом и двумя пустующими столиками перед входом.

На двери висела занавеска из разноцветных бусинок, через которую дети вошли в хорошо освещенное помещение с кафельным полом и шершавыми каменными стенами, придававшими кафе сходство с пещерой. Примерно половина столиков была занята пожилыми посетителями, среди которых сновала женщина в вылинявшем зеленом платье, в белом фартуке и с черными с проседью волосами, убранными в пучок. Маленькая, росточком ниже не только Майкла, но даже Эммы, она с комариной прыткостью порхала по кафе и, жужжа себе под нос, подавала посетителям блюда и бутылки с вином и водой. Заметив детей, женщина погнала их к столику, что-то быстро приговаривая по-итальянски, и, не спрашивая, принесла два стакана и бутылку шипучего лимонада.

– Все будет хорошо, – сказал Майкл. – Это же Кейт!

Эмма не ответила. Лицо ее было искажено тревогой. Она только протянула руку и сжала пальцы Майкла.

Они просидели в кафе около часа, лимонад тихонько шипел перед ними на столе. В кафе то и дело входили мужчины и женщины. Мужчины были худые, с обветренными лицами, в старых черных костюмах, белых сорочках и потертых черных шляпах. Вид у них был как у людей, всю жизнь проработавших под открытым небом, а женщины все как на подбор были темноволосые и темноглазые, с натруженными руками. Крохотная женщина помыкала ими всеми, без разбора. Пихала за столики. Приносила им еду и вино, которого они не заказывали. Но Майкл видел, что посетителям это нравилось, и чем больше командовала крохотная женщина, тем громче становились смех и разговоры за столиками.

Это хорошее место, решил Майкл. Настоящее пристанище. Он понял, почему волшебник отправил их сюда.

Внезапно Эмма вскочила, и Майкл, обернувшись, увидел доктора Пима, проходившего через занавеску с бусинами.

Сердце у него дрогнуло и оборвалось. Волшебник был один.

Доктор Пим опустился на стул.

– Ну что ж, думаю, вы будете рады услышать, чтоморум кади покинули приют, не тронув ни вашу мисс Крамли, ни детей.

– И? – вскрикнула Эмма. – Где Кейт? Вы же сказали, что найдете ее!

Разговоры вокруг них стихли, все посетители повернулись к ним.

Волшебник вздохнул.

– Я ее не нашел. Мне очень жаль.

Майкл вцепился в деревянную ножку стула и сделал несколько глубоких, медленных вдохов.

– Наверное, вы плохо искали! – раздался в наступившей тишине дрожащий голос Эммы. – Может, она не в приюте! Надо продолжать поиски! Мы пойдем с вами! Ну же, вставайте!

И она потянула волшебника из-за стола.

– Эмма, – очень тихо и спокойно ответил доктор Пим, – Кэтрин не вернулась в настоящее. Ни в Балтимор, ни в какое-либо иное место…

– Вы этого не знаете, и…

– Нет, я знаю. А теперь, будь добра, сядь на место. Ты привлекаешь к нам внимание.

Эмма с недовольным видом выпустила его руку и плюхнулась на стул. Разговоры за столиками возобновились. Крохотная женщина с ворчанием поставила перед волшебником бокал красного вина и унеслась прочь.

– Давайте рассмотрим сложившуюся ситуацию с точки зрения логики, – продолжал мистер Пим, не повышая голоса. – Итак, предположим, что Кэтрин использовала Атлас, дабы перенестись в прошлое и избавиться там от своего мерзкого преследователя. Почему в таком случае она не вернулась немедленно? Вероятно, нечто или некто помешал ей это сделать…

Эмма с размаху ударила кулаком по столу.

– Значит, нужно ей помочь! А я что говорю? Надо же что-то делать!

– Она права, – счел нужным заметить Майкл. – Нужно выработать план! Итак, мы…

– Вы оба упускаете из виду один момент, – перебил волшебник, наклоняясь над столом. – Если вашу сестру удерживают в прошлом, то ни вы, ни я, ни кто-либо другой ничего не можем с этим поделать. Она недосягаема для нас. Это непреложный факт, с которым вам придется смириться.

Майкл и Эмма дружно разинули рты, чтобы возразить, и так же дружно промолчали. Бесстрастная категоричность этого заявления и холодный, не допускающий никаких возражений тон, которым оно было высказано, лишили их дара речи.

– Однако, – продолжал волшебник своим обычным голосом добродушного дедушки, – я не думаю, что все произошло именно так. Ваша сестра – одна из наиболее замечательных личностей, которых мне довелось встретить в жизни, а учитывая мой преклонный возраст, это, согласитесь, о чем-то да говорит. Какие бы преграды ни встали у нее на пути, если существует хоть малейший способ вернуться к вам, ваша сестра его найдет.

– Но тогда… – Глаза Эммы наполнились слезами, ей пришлось крепко стиснуть руки, чтобы они перестали дрожать. – Почему же она не…

Волшебник улыбнулся.

– Дитя мое, кто сказал, что она этого не сделала?

– Вы! Вы же сами сказали…

– Ну конечно! – вскричал Майкл.

Доктор Пим и Эмма уставились на него.

– Ты знаешь, что я хочу сказать? – осведомился волшебник.

– Я… не совсем, – признался Майкл. – Мне просто показалось… Простите.

– В таком случае позвольте мне объяснить вам природу времени. – Старый волшебник окунул палец в вино и изобразил на столе цепочку бледно-красных капель. – Не следует представлять время в виде дороги, разворачивающейся перед нами из прошлого в будущее. На самом деле все времена – настоящее, прошлое и будущее – существуют одновременно. Допустим, мы с вами сейчас находимся вот здесь, – он указал на точку в середине пунктирной линии. – А ваша сестра вот тут, в прошлом. Затем она решает перепрыгнуть через нас, в будущее. – Волшебник перенес палец чуть дальше. – В этом случае нам остается лишь двигаться вперед, и мы рано или поздно встретимся с ней.

– То есть, – уточнил Майкл, – завтра она вдруг просто объявится здесь?

– Завтра, послезавтра или через неделю, этого мы с вами знать не можем.

– Но почему она так сделала? – воскликнула Эмма. – Почему не вернулась к нам сразу?

Старик пожал плечами.

– Кто знает? При встрече мы непременно спросим у нее об этом. А пока мы должны продолжать свое дело. Именно этого ваша сестра ждет от нас.

Майкл увидел, как Эмма решительно закивала. Волшебник дал им ниточку надежды, и Эмма обеими руками ухватилась за нее. Что касается Майкла, то он изо всех сил старался поверить в то, что Кейт ждет их где-то в будущем; он хотел в это верить, отчаянно хотел. Но что, если доктор Пим ошибся? Что, если они больше никогда не увидят Кейт? Внезапно перед ним развернулась грядущая жизнь – жизнь без Кейт – и дорога эта была темна.

Он отпил глоток лимонада и отставил стакан. Газировка давно выдохлась.

Доктор Пим посмотрел на часы и предложил заказать обед. Он беседовал по-итальянски с маленькой женщиной – доктор Пим называл еесиньора, – а Эмма крутила головой во все стороны и давала советы:

– И еще давайте попробуем вон то! И немного того, что ест лысый за тем столиком!

Майкл только диву давался, глядя на произошедшую в ней перемену. Эмма всей душой и без колебаний приняла гипотезу доктора Пима. Она поверила, что Кейт перепрыгнула в будущее и что им нужно лишь идти вперед, чтобы встретиться с ней. Все иные варианты не принимались во внимание.

«Все-таки у юности есть свои преимущества!» – с тяжелым вздохом подумал Майкл.

Когда начала появляться еда – паста с горошком и колбасками, салат из красных и желтых помидоров с ломтями мягкого белого сыра и зелеными листиками базилика, огромная пицца с чесноком, луком и маленькими рыбешками, которых Эмма старательно выковыряла и переложила на тарелку брату, – Майкл из вежливости постарался изобразить волчий аппетит, хотя у него кусок застревал в горле.

– А теперь, – объявил волшебник, скатывая ломтик пиццы, как лепешку-такос, – я должен извиниться за то, что не отвечал на ваши письма. Честное слово, я получил их все до единого. Однако сейчас, когда мы снова вместе, я хочу во всех подробностях узнать о вашей жизни после прошлого Рождества. Расскажите мне обо всем, о чем не писали в письмах. Я весь внимание.

Дети попытались было возразить, что доктор Пим должен первым ответить на их вопросы, но волшебник оказался непреклонен, и им ничего не оставалось, как уступить и рассказать ему обо всех ужасах приюта имени Эдгара Аллана По: об ужасной мисс Крамли; о диких котах, все лето истреблявших друг друга; о загадочном вареве, которое день за днем готовит приютская повариха; об одной июльской неделе, когда у них в здании испортился водопровод и люди в соседнем квартале стали жаловаться на запах; одна история сменяла другую, а когда они все подошли к концу, Майкл обнаружил, что его шея и плечи ощутимо расслабились, что он незаметно для себя умял две порции пиццы, а жизнь перестала казаться столь беспросветно черной, как до этого, в чем, видимо, и заключался хитроумный план мудрого волшебника.