На условиях любви

А Ги легко, томно провел кончиком пальца от ложбинки между грудей Кейт до того места, где широкая юбка струилась вокруг ее бедер, сказав:

– И вот она шествует, подобно весне облаченная…

– Это Шекспир?..

– Глупышка, не хочешь выпить?

– О да, с удовольствием. – Куда подевалось ее благоразумие? – спрашивала себя Кейт, когда Ги снова подхватил ее руку. Возбуждение окрасило ее щеки ярким румянцем, но Кейт старательно изображала, что это просто реакция на предложенный коктейль. Еще ребенком она завидовала гостям замка, которые потягивали из высоких бокалов ароматную смесь персикового сока и шампанского.

– Ты помнишь? – спросил Ги, пока они шли через холл.

– Когда ты сделал коктейль для меня?

– Я налил немного шампанского сверху…

– И от него у меня защекотало в носу. Да, я помню.

– Но сегодня я позволю тебе выпить чего-то покрепче.

– Ты позволишь? – с намеком на вызов сказала Кейт.

– Разве тебя не привлекает идея подчинения… хотя бы на один вечер? – поддразнил ее Ги, когда они вышли на террасу.

– Идея равенства привлекает меня гораздо больше.

– В чем-то – возможно.

– Во всем, – сказала Кейт резче, чем собиралась, но ей надо было как-то усмирить разошедшиеся чувства.

К ее удивлению, Ги, похоже, понравился ее ответ.

– Все та же неукротимая Кейт.

– Разве тебе это не по вкусу?

– Mais oui,[16] – ответил Ги, окидывая ее долгим взглядом. – Мне это очень по вкусу.

Трудно размышлять здраво, когда тебя, одна за одной, накрывают волны эмоций. Ги был так сдержан с момента их поцелуя, но теперь… теперь он словно намекает, что хочет ее. А разве это может быть правдой?

Кейт вздрогнула, когда Ги вложил в ее руку ленящийся бокал. Она что, сходит с ума? Где ее чувство реальности? Это не игра. Он – граф Ги де Вильнев, она – Кейт Фостер, успешная бизнес-леди, которая вращается в совершенно ином мире, нежели этот загадочный мужчина.

Кейт проглотила содержимое бокала, почти не ощутив его вкуса. Она хочет провести ночь с Ги? Да ведь он второй раз и не взглянет на женщину, которая так сразу бросится ему на шею.

Она ни за что не совершит подобную ошибку!

– Почему ты такая серьезная, Кейт? – спросил Ги, снова наполняя ее бокал.

– Тебе это не интересно.

– Наоборот. – Его губы изогнулись в грустной улыбке. – Возможно, второй бокал поможет… если ты будешь пить его не так поспешно.

Кейт вспыхнула, услышав подобный упрек.

Впрочем, нет смысла притворяться – ей нравится, когда Ги учит ее. Независимость где-то там, в реальном мире – это здорово, но здесь и сейчас все было во власти фантазий. И Кейт хотела только одного – чтобы Ги отвел ее в самые потаенные уголки своего сказочного замка; возможно, даже в подземелье, где он свяжет ее шелковыми веревками и оставит себе… навсегда…

– Ужин подан, сэр.

– Кейт?

Она очнулась от своих грез, очень опасных грез. Ощутила, как напряжено ее тело и взволнованное дыхание не поспевает, за бешено скачущим сердцем.

– Ты в порядке? – прошептал Ги у самого ее уха.

– Да, вполне… может, только слегка замерзла, – сказала Кейт, и волна дрожи прошла от самой макушки до пят. Идти рядом с Ги было утонченной сладкой пыткой, но когда Кейт решила, что дальше уже некуда, Ги распахнул перед ней дверь, ведущую с террасы обратно в замок, но вместо того, чтобы отойти в сторону, так и остался стоять. Кейт пришлось пройти под его рукой, и ощущение мужского превосходства накрыло ее с головой. Одним жестом Ги заставил ее ощутить себя маленькой, уязвимой. Он возвышался над ней как великолепный рыцарь со старинной гравюры – властный, притягательный, отважный…

– Ужин будет подан на главную террасу, – сообщил он, проводя Кейт через вторые двери. Отсюда будет видна вся иллюминация.

Кейт собралась с духом и обернулась, но то, что она увидела, было совершенно завораживающим.

– Ничего прелестнее не видела, – прошептала она.

В каждом окне каждой башни сверкали и сияли на фоне темно-синего бархатного неба многочисленные огоньки.

– Тебе нравится?

– Нравится? Это потрясающе…

– Но?

– Нет, ничего… кроме разве…

– Да? – подсказал Ги, подводя Кейт к столику, накрытому на четверых, стоявшему в центре террасы под большим шелковым тентом.

– Так много людей не увидят этого зрелища.

– Увы, – непреклонным тоном сказал Ги. Поместье не может принимать толпы гостей и оставаться хорошо отлаженным механизмом.

– Хорошо отлаженным механизмом, – тихо повторила Кейт.

– Ты против?

– Ради выгоды дела? – Кейт пожала плечами. – Нет, мне нравится, когда мое дело работает как хорошо отлаженный механизм. Но Шато-Вильнев так красив. Архитектура, ландшафт, интерьер – все такое изысканное.

– Тем более, чтобы сохранить его привлекательность, надо создать ореол таинственности: неведение и воображение создают совершенный облик.

– Ты говоришь о замке словно о музее.

– Во многом это именно так.

– Да? А я думала, это твой дом.

К ним присоединились Меган и профессор Гилман. Поднимаясь по ступеням, они громко восхищались роскошным освещением.

– Все в порядке, Кейт? – украдкой спросила Меган, усаживаясь за стол.

– Отлично.

– Не лги мне, – прошептала Меган.

– Ладно. – Кейт бросила взгляд на Ги, который совещался со своим сомелье по поводу выбора вин. – Могу сказать, что он совершенно непреклонен. Вряд ли Ги разрешит устраивать пансионат на своей земле. Единственный способ обойти законы поместья – это сделать так, чтобы все приезжающие получили мое личное приглашение…

– А это идея.

– Но тогда как ты будешь зарабатывать на жизнь?

– Намек поняла.

– И посмотри на дело с такой точки зрения, добавила Кейт, ерзая на сиденье. – Равного этому поместью не найти во всей Европе, но оно совершенно безжизненное, если ты меня понимаешь. Прекрасное, но стерильное, застывшее.

– Если ты хочешь знать мое мнение, ему нужна инъекция препарата под кодовым названием «Кейт», – сообщила Меган, подпирая подбородок рукой и глядя на игру огней.

В этот момент Ги закончил обсуждение, и профессор Гилман сказала, обращаясь к нему:

– Чего здесь не хватает, так это толп народа.

– Exactementi,[17] – подтвердил Ги, бросив взгляд на Кейт, чтобы убедиться, что она слышала замечание профессора.

– Нет, действительно, несколько гостей не помешали бы, – продолжала профессор Гилман, не подозревая о ведущейся вокруг этого вопроса борьбе. – Простите за откровенность, граф, но я не могу не думать о том, как вам здесь одиноко.

– Одиноко? Ничего подобного, – возразил Ги. – Признаюсь, когда на этой земле существовали пансионаты, здесь было гораздо больше людей. Но теперь, боюсь, для предприятий такого рода здесь маловато места.

– Я понимаю вашу осторожность, – продолжала профессор. – Я видела, до какого состояния может довести подобное родовое поместье неоправданная коммерциализация. Но я думаю, что небольшое количество частных владений только пойдет на пользу, придаст поместью обитаемый вид. Я так понимаю, что большая часть ваших сотрудников живет в деревне?

– Верно, – подтвердил Ги.

– Пара пансионатов могла бы добавить красочности этому уединенному уголку, – продолжала убеждать графа профессор. – В конце концов, люди готовы приложить необходимые усилия…

– Да, и для мадемуазель Фостер это не в новинку, – сухо заметил Ги.

– В самом деле? – повернулась профессор к Кейт. – А я и не знала, что вы здесь жили.

– Я владею единственным оставшимся в поместье коттеджем.

– Это правда? – с явным интересом спросила профессор.

– Я так понимаю, что у Кейт по этому поводу есть несколько инновационных идей, – невинно заметил Ги.

– Идей? – Профессор снова повернулась к Кейт. – Деловых?

Будь на месте профессора Гилман кто-то другой, Кейт решила бы, что этот разговор подстроен Ги. Она взглянула через стол на Меган, надеясь, что та найдет способ увести разговор в иное русло, но на этот раз ее надежды не оправдались.

– Кейт, почему бы тебе не объяснить, что ты собираешься сделать с Ла-Птит-Мезон? сухо предложил Ги. – Я вижу, что профессору Гилман интересна эта тема.

Э, нет, не выйдет, подумала Кейт, сразу разглядев ловушку.

– Как только наше предприятие начнет работать, я с удовольствием пошлю профессору все проспекты, – спокойно заметила она.

– С нетерпением буду ждать, – ответила профессор, наградив Кейт одновременно удивленным и оценивающим взглядом…

Позже тем же вечером, когда профессор Гилман собралась уезжать, Меган спросила у нее:

– Профессор Гилман, вы не будете против, если я воспользуюсь вашим такси? Боюсь, что для меня вечер уже окончен – приступ мигрени, знаете ли. – И она виновато посмотрела на Кейт.

– Может, мне стоит поехать с тобой? – привстала со своего места Кейт.

– Как хочешь, но по приезде я сразу лягу в постель, – объяснила Меган, снова усаживаясь на стул. – Иногда это помогает избежать серьезных последствий.

– Я вызову своего шофера, – предложил Ги.

– Нет-нет, не стоит беспокоиться, – возразила Меган. – Ехать тут недалеко, а подняться наверх и лечь в постель – и того быстрее.

Ги вызвал одного из своих служащих, чтобы помочь дамам собраться.

– Мне тоже стоит отправляться, – начала Кейт, поднимаясь на ноги, но Ги положил руку ей на плечо, удерживая на месте.

– Не стоит, – негромко сказал он. – Моя мать еще может решиться спуститься сюда и…

– Извини, – в замешательстве сказала Кейт. Конечно же, я останусь. Если существует хоть малейший шанс…

Когда Кейт и Ги остались вдвоем, Ги заметил:

– У тебя отлично получилось. – Он взял Кейт под локоть и повел вверх по ступенькам. – В смысле оставить профессора Гилман в полном неведении относительно своих планов.

– Такова уж деловая практика, – достаточно правдоподобно пояснила она, чтобы не дразнить Ги лишний раз. – Я же не требую у тебя отчета о твоих делах, так и ты подожди, пока я не буду готова рассказать все до конца, а пока довольствуйся тем, что знаешь.

– Но я ничего не знаю, – заметил он низким голосом, который затронул что-то в глубине существа Кейт, а его взгляд тем временем превратился в лазерный луч, который пытался проникнуть в ее мысли.

– А тебе это непривычно, так, Ги?

Он резко повернул Кейт к себе лицом.

– Са suffit maintenant![18] Это не смешно, Кейт.

Для меня время игр прошло. Все соглашения относительно коттеджа остаются в силе. Я запрещаю тебе вести дела на моей земле.

– Запрещаешь?

– Ты слышала, – непререкаемым тоном сказал Ги. – Я уже уступил тебе в вопросе владения Ла-Птит-Мезон. Но ты не заставишь меня согласиться с безумной затеей…

– Безумной затеей? – гневно переспросила Кейт, пытаясь высвободиться. – Я тщательно просчитываю свои шаги в бизнесе, или ты забыл об успехе «Фридом Холидейз»?

– Я признаюсь, что забыл, каково это иметь тебя в качестве противника.

Кейт задрожала, увидев мрачное и угрожающее выражение, появляющееся в глазах Ги.

– Старайся, борись, – сказал он погрубевшим голосом, притягивая Кейт так близко, что его дыхание опалило ее губы, – я готов.

– Правда? – бросила она с вызовом.

– Правда. И в конце концов ты сделаешь так, как я хочу, – добавил он властно.

Ей следовало отстраниться – отстраниться сразу же, когда по выражению его глаз она поняла, как он возбужден – и не только их противостоянием. Она знала, что ей следует сопротивляться, но его руки были слишком искусными, их прикосновение было таким легким, таким искушающим, а она так долго этого ждала! Она не могла отвести взгляда от его горящих глаз, а Ги тем временем легчайшими прикосновениями ласкал ее плечи и руки – и этого было достаточно. Кейт вся подалась вперед – ждущая, страстная, удивляя их обоих силой своего желания.

– Нет, – решительно прошептал Ги, отстраняя ее от себя. – Не здесь и не сейчас.

И, сняв ее руки со своей шеи, повел Кейт в сад. Прячущиеся в рощах фонтаны рассыпали журчащие мелодии, аромат лаванды наполнял воздух. Ги привел Кейт на вымощенный булыжником двор. Крепко обнимая ее за талию, он стал спускаться по каменным ступенькам, и девушка была вынуждена уцепиться за него, теряясь в догадках, куда они направляются. В глухой ночи их шаги отдавались жутковатым эхом, и, когда они достигли конца лестницы, Кейт не удержалась и оглянулась.

– Что, передумала? – сухо поинтересовался Ги.

– Конечно же, нет, – ответила Кейт. Она вся дрожала, но не от холода, а от неуверенности, ожидания и желания.

Губы Ги изогнулись в жесткой улыбке.

– Что ж, если ты так уверена…

Он толкнул тяжелую дубовую дверь, открыв взгляду Кейт ярко освещенную огромную оранжерею, на каменном полу которой сотни растений ждали своей очереди быть пересаженными в сад. Ги услышал вздох Кейт и обернулся.

– Не совсем то, что ожидала? – поинтересовался он.

Определенно Кейт ничего подобного не ожидала. Хоть Ги и обладал одним из прекраснейших замков в Европе, но это место было словно создано для романтических свиданий.

Хотя, возможно, Ги, создавая оранжерею, ни о чем подобном и не думал.

– Ты привел меня сюда не для того, чтобы запереть, а потом выбросить ключ? – решила Кейт немного разрядить атмосферу.

Ги бросил на нее неопределенный взгляд.

– О таком варианте я не думал, так что лучше не искушай.

И он направился прочь от Кейт, и она не сдержала испуганного возгласа:

– Не оставляй меня.

– Я ненадолго, – пообещал Ги. – Оставайся здесь. Ты ведь не боишься? – И на его греховно прекрасных губах появилась лукавая улыбка.

– Конечно, нет, – ответила Кейт, невзирая на явные признаки обратного.

– Тогда, с вашего позволения, я удалюсь на несколько мгновений, – отвесил Ги насмешливый поклон и исчез.

Обхватив себя руками, чтобы успокоиться, Кейт огляделась. Ряды растений уходили, казалось, в бесконечность, но не было видно ни одного темного уголка, которого стоило бы бояться, говорила себе она, напевая какую-то мелодию. Минуты шли и шли, и Кейт не раз подумывала о том, чтобы выбежать наверх, на открытый воздух.

– Спасибо за то, что подождала.

Кейт развернулась, услышав голос Ги, а потом издала негромкий вскрик:

– Графиня де Вильнев!

Кейт подбежала к Ги, рядом с которым стояла, опираясь на руку сына, его мать. Отбросив все формальности, графиня привлекла Кейт к себе.

– Большое тебе спасибо за то, что приехала в замок, Кейт, cheriei.[19] После аварии… – графиня замолчала и сделала жест рукой, давая понять, что не в силах обсуждать происшедшее, – я редко спускаюсь вниз – разве только присмотреть за моими растениями, – объяснила она хрипловатым от эмоций голосом. Обычно именно в это время.

– Но вы не можете жить затворницей, – горячо запротестовала Кейт. – Приходите ко мне в коттедж, в гости. – Она схватила руку пожилой женщины и ободряюще пожала ее.

– Я никуда не выхожу из замка, – извиняющимся тоном объяснила графиня, качая головой. – Я не чувствую себя в безопасности – с той аварии.

– Со мной вы будете в полной безопасности, – порывисто уверила ее Кейт.

– Посмотрим, – грустно ответила графиня. А теперь, Ги, не отведешь ли меня обратно? Пойдем с нами, Кейт. Ги отвезет тебя домой, когда проводит меня.

Повинуясь порыву, Кейт поднесла руку графини к губам.

– Я так по вас соскучилась, – застенчиво призналась она.

Графиня провела рукой по волосам Кейт, глядя на нее ясными прозрачными глазами.

– Я тоже соскучилась по тебе, Кейт. И даже больше, чем ты можешь предположить.