Избранные стихотворения
полная версия
Аннотация
Читать онлайн
- -
- 100%
- +
Осенние огни
Там, в садах, далеко,По лугам седым,От костров осеннихВосходящий дым.Лето миновало,Стебля нет с цветком,Над костром багрянымСерый дым столбом.Пойте песню часа!Всюду – знак есть чар:Летом цвет расцветший,Осенью – пожар!Зимой и летом
Зимой, еще не брезжит свет,А я уже умыт, одет.Напротив, летом спать меняВсегда кладут при свете дня.Средь бела дня я спать иду,А птицы прыгают в саду,И взрослые, покинув дом,Гуляют под моим окном.Скажите, это ли не зло:Когда еще совсем светлоИ так мне хочется играть,Вдруг должен я ложиться спать!Дождь
Повсюду дождь: он льет на сад,На хмурый лес вдали,На наши зонтики, а тамВ морях – на корабли.Бурная ночь
Когда ни звезды, ни лунаНе светят в поздний час,Я слышу топот скакуна,Что мчится мимо нас.Кто это скачет на конеВ сырую полночь, в тишине?Под ветром дерево скрипит,Качаются судаИ снова гулкий стук копытДоносится сюда.И, возвращаясь в ту же ночь,Галопом всадник скачет прочь.На пароходе
Нам стулья темный дал чулан,Подушки разные – диван,И вот готов наш пароходЛететь стрелой по глади вод.У нас есть гвозди и пила,Воды нам няня принесла,А Том сказал: «Ты не забудьВзять яблоко и пряник в путь!»Теперь вперед в далекий край,Пока не позовут пить чай!Плывем мы день, плывем другойИ наслаждаемся игрой…Вдруг Том упал, разбивши нос,И я один теперь матрос.Куда уплывает челнок?
Река с водой густою,Песок в ней – как звезда.Деревья над водою,Вода бежит всегда.Там смотрят в листья волны,Из пены замки там,Мои плывут там челныК безвестным берегам.Бежит вода в теченье,Уж мельница – вдали,Долины в отдаленье,Холмы в туман ушли.Мелькает зыбь, как сети.Сто верст бежит поток,А там другие детиМой приютят челнок.Страна кровати
Когда я много дней хворал,На двух подушках я лежал,И чтоб весь день мне не скучать,Игрушки дали мне в кровать.Своих солдатиков поройЯ расставлял за строем строй,Часами вел их на просторПо одеялу, между гор.Порой пускал я корабли;По простыне их флоты шли;Брал деревяшки иногдаИ всюду строил города.А сам я был как великан,Лежащий над раздольем странНад морем и громадой скалИз простыни и одеял!Моя тень
Тень бежит за мной вприпрыжку, чуть я только побегу.Что мне делать с этой тенью, я придумать не могу.Мы похожи друг на друга, тень проворна и смешна,И в постель под одеяло первой прыгает она.Но смешней всего, ребята, это как она растет.Ей терпенья не хватает подрастать из года в год.То взлетит она, как мячик, по стене гулять пойдет,То вдруг так она сожмется, что и вовсе пропадет.Тень не знает, как играют, где найти других ребят.Целый день меня дурачит, и всегда на новый лад.Тень одна ходить боится, все за мной она бежит.Так за нянюшку цепляться для мальчишки просто стыд.Я поднялся рано-рано, до восхода полчаса.Я увидел, как сверкала в каждом лютике роса.Но ленивой в это утро что-то тень моя была,Не хотела встать с постели и до солнышка спала.Перед сном
Из комнат, из кухни во двор ночнойЛожится квадратами свет,И медленно кружатся над головойМириады звезд и планет.Столько листьев в саду не отыщешь ты,Столько в городе лиц не найдешь,Сколько глаз глядит на меня с высотыМиганье, мерцанье, дрожь.Мне обе Медведицы там видныИ Полярная там звезда,И рядом со мной в ведре у стеныСозвездий полна вода.Они увидали меня, грозятИ гонят меня в кровать,Но я их миганье, мерцанье, взглядУвижу во сне опять.Марш
Марш играйте на гребенке!Мы идем в пюход!В барабан упругий, звонкийДжонни громко бьет.Джен командует войсками,Питер держит тыл.Левой, правой! Взмах руками!Каждый в битве был.Любоваться можно намиНа любом смотру.И салфетка, наше знамя,Вьется на ветру.Мы со славой воевали,Джен, начальник мой!Раз мы всюду побывали,Побежим домой.Моя постель – ладья
Моя постель – как малый челн.Я с няней снаряжаюсь в путь,Чтоб вдруг, пловцомсредь тихих волн,Во мраке потонуть.Чуть ночь, я на корабль всхожу,Шепнув «покойной ночи» всем,И к неземному рубежуПлыву, и тих и нем.И, как моряк, в ладью с собойЯ нужный груз подчас кладу:Игрушку, или мячик свой,Иль пряник на меду.Всю ночь мы вдаль сквозь тьму скользим;Но в час зари я узнаю,Что я – и цел и невредимУ пристани стою.Мои сокровища
Те орехи, что в красной коробке лежат,Где я прячу моих оловянных солдат,Были собраны летом: их няня и яОтыскали близ моря, в лесу у ручья.А вот этот свисток (как он звонко свистит!)Нами вырезан в поле, у старых ракит;Я и няня моим перочинным ножомИз тростинки его мастерили вдвоем.Этот камень большой, с разноцветной каймойЯ едва дотащил, весь иззябнув, домой;Было так далеко, что шагов и не счесть…Что отец ни тверди, а в нем золото есть!Но что лучше всего, что как царь меж вещейИ что вряд ли найдется у многих детейВот стамеска: зараз рукоять-лезвие…Настоящий столяр подарил мне ее!Город из деревяшек
Бери деревяшки и строй городок:Дома и театры, музеи и док;Пусть дождик прольется и хлынет опять:Нам весело дома дворцы созидать!Диван – это горы, а море – ковер.Мы город построим близ моря, у гор.Вот – мельница, школа, здесь – башни, а тамОбширная гавань – стоять кораблям.Дворец на холме и красив и высок;С террасой, колонной, он сам – городок:Пологая лестница сверху ведетДо моря, где в бухте собрался наш флот.Идут корабли из неведомых стран;Матросы поют про седой океанИ в окна глядят, как по залам дворцаЗаморские вещи несут без конца.Но время покончить! Всему есть свой срок.В минуту разрушен весь наш городок.Лежат деревяшки, как брошенный сор.Где ж город, наш город близ моря, у гор?Но был он! Я вижу его пред собой:Дома, корабли и дворцы с их толпой!И буду всю жизнь я любить с этих порТот город, наш город близ моря, у гор.Вычитанные страны
Вкруг лампы за большим столомСадятся наши вечерком.Поют, читают, говорят,Но не шумят и не шалят.Тогда, сжимая карабин,Лишь я во тьме крадусь одинТропинкой тесной и глухойМежду диваном и стеной.Меня никто не видит там,Ложусь я в тихий мой вигвам.Объятый тьмой и тишиной,Я – в мире книг, прочтенных мной.Здесь есть леса и цепи гор,Сиянье звезд, пустынь просторИ львы к ручью на водопойИдут рычащею толпой.Вкруг лампы люди – ну точь-в-точьКак лагерь, свет струящий в ночь,А я – индейский следопытКрадусь неслышно, тьмой сокрыт…Но няня уж идет за мной.Чрез океан плыву домой,Печально глядя сквозь туманНа берег вычитанных стран.Завещание
К широкому небу лицом ввечеруПоложите меня, и я умру,Я радостно жил и легко умруИ вам завещаю одноНаписать на моей плите гробовой:«Моряк из морей вернулся домой,Охотник с гор вернулся домой,Он там, куда шел давно».Бродяга
Вот как жить хотел бы я,Нужно мне немного:Свод небес, да шум ручья,Да еще дорога.Спать на листьях, есть и пить,Хлеб макая в реки,Вот какою жизнью житьЯ хочу вовеки.Смерть когда-нибудь придет,А пока живетсяПусть кругом земля цветет,Пусть дорога вьется!Дружба – прочь, любовь – долой,Нужно мне немного:Небеса над головой,А внизу дорога.Холод осени жесток,Но, не унывая,Вижу: чистит коготокПтичка голубая.Как я первый снег люблюИ костер на камне!Осень я не уступлю,И зима нужна мне.Смерть когда-нибудь придет,А пока живетсяПусть кругом земля цветет,Пусть дорога вьется!Дружба – прочь, любовь – долой,Нужно мне немного:Небеса над головой,А внизу дорога…Там, в горах
Там, в горах, где села одиноки,Где у старцев розовеют щеки,А во взорах девушек Покой,Там вершины светятся весельем,А меж них по ласковым ущельямВсе поет и дышит Тишиной.Если б вновь тех высей мог достичь я,Где над красным взгорьем пенье птичье,А в долинах Зелена трава,Где сгорает день в мильонах блестокИ в высотах тьмы тысячезвездныхСветом и движеньем Ночь жива!О, мечтать! Проснуться, устремитьсяВ эту даль без края без границы,Тишь дыханьем возмутить Посметь!О, туда, где в кряжи вековыеВходят лишь великие стихииВетры, грозы, реки.Жизнь и смерть.Вересковый мед
Из вереска напитокЗабыт давным-давно.А был он слаще меда,Пьянее, чем вино.В котлах его варилиИ пили всей семьейМалютки-медоварыВ пещерах под землей.Пришел король шотландский,Безжалостный к врагам,Погнал он бедных пиктовК скалистым берегам.На вересковом полеНа поле боевомЛежал живой на мертвомИ мертвый – на живом.Лето в стране настало,Вереск опять цветет,Но некому готовитьВересковый мед.В своих могилках тесных,В горах родной землиМалютки-медоварыПриют себе нашли.Король по склону едетНад морем на коне,А рядом реют чайкиС дорогой наравне.Король глядит угрюмо:«Опять в краю моемЦветет медвяный вереск,А меда мы не пьем!»Но вот его вассалыПриметили двоихПоследних медоваров,Оставшихся в живых.Вышли они из-под камня,Щурясь на белый свет,Старый горбатый карликИ мальчик пятнадцати лет.К берегу моря крутомуИх привели на допрос,Но ни один из пленныхСлова не произнес.Сидел король шотландский,Не шевелясь, в седле.А маленькие людиСтояли на земле.Гневно король промолвил:– Пытка обоих ждет,Если не скажете, черти,Как вы готовили мед!Сын и отец молчали,Стоя у края скалы.Вереск звенел над ними,В море – катились валы.И вдруг голосок раздался:– Слушай, шотландский король,Поговорить с тобоюС глазу на глаз позволь!Старость боится смерти.Жизнь я изменой куплю,Выдам заветную тайну!Карлик сказал королю.Голос его воробьиныйРезко и четко звучал:– Тайну давно бы я выдал,Если бы сын не мешал!Мальчику жизни не жалко,Гибель ему нипочем.Мне продавать свою совестьСовестно будет при нем.Пускай его крепко свяжутИ бросят в пучину вод,А я научу шотландцевГотовить старинный мед!Сильный шотландский воинМальчика крепко связалИ бросил в открытое мореС прибрежных отвесных скал.Волны над ним сомкнулись.Замер последний крик…И эхом ему ответилС обрыва отец-старик.– Правду сказал я, шотландцы,От сына я ждал беды.Не верил я в стойкость юных,Не бреющих бороды.А мне костер не страшен.Пускай со мной умретМоя святая тайна Мой вересковый мед!Рождество в море
Снасти обледенели, на палубах сущий каток,Шкоты впиваются в руки, ветер сбивает с ногС ночи норд-вест поднялся и нас под утро загналВ залив, где кипят буруны между клыками скал.Бешеный рев прибоя донесся до нас из тьмы,Но только с рассветом мы поняли, в какой передряге мы.«Свистать всех наверх!» По палубе мотало нас взад-вперед,Но мы поставили топсель и стали искать проход.Весь день мы тянули шкоты и шли на Северный мыс,Весь день мы меняли галсы и к Южному вспять неслись.Весь день мы зазря ладони рвали о мерзлую снасть,Чтоб не угробить судно да и самим не пропасть.Мы избегали Южного, где волны ревут меж скал,И с каждым маневром Северный рывком перед нами вставал.Мы видели камни, и домики, и взвившийся ввысь прибой,И пограничного стражника на крыльце с подзорной трубой.Белей океанской пены крыши мороз белил,Жарко сияли окна, дым из печей валил,Доброе красное пламя трещало по всем очагам,Мы слышали запах обеда, или это казалось нам.На колокольне радостно гудели колоколаВ церковке нашей служба рождественская была.Я должен открыть вам, что беды напали на нас с РождествомИ что дом за домиком стражника был мой отеческий дом.Я видел родную столовую, где тихий шел разговор,Блики огня золотили старый знакомый фарфор;Я видел старенькой мамы серебряные очкиИ такие же точно серебряные отца седые виски.Я знаю, о чем толкуют родители по вечерам,О тени дома, о сыне, скитающемся по морям.Какими простыми и верными казались мне их слова,Мне, выбиравшему шкоты в светлый день Рождества!Вспыхнул маяк на мысе, пронзив вечерний туман.«Отдать все рифы на брамселе!» – скомандовал капитан.Первый помощник воскликнул: «Но корабль не выдержит, нет!»«Возможно. А может, и выдержит», – был спокойный ответ.И вот корабль накренился, и, словно все оценив,Он точно пошел по ветру в узкий бурный пролив.День штормовой кончался на склонах зимней земли;Мы вырвались из залива и под маяком прошли.И, когда на открытое море нацелился нос корабля,Все облегченно вздохнули, все, – но только не я.Я думал в черном порыве раскаянья и тоски,Что удаляюсь от дома, где стареют мои старики.