Еловые веточки

Глава первая

Костя

Морозным вечером после школы Цыплаков, который целый час усердно трудился над неподатливой алгеброй, безнадёжно облокотился локтями о старый, изредка скрипящий и слегка обшарпанный ледяной подоконник. Взгляд парня устремился в одну лишь точку между темнеющим небом и белоснежной землей. Московские дворы запорошило снегом, да таким, что аж по колено можно в нем утонуть.

До Нового года остались считанные дни. Мама Кости во всю готовилась навести суету дома, а вот у самого Цыплакова настроения не было никакого. Даже на йоту. Вся квартира была украшена советской мишурой и стеклянными игрушками, а в комнате родителей стояла искусственная низенькая ёлочка, которая передалась ещё от бабушки Кости. Отец Цыплакова горбатился на работе день и ночь, а по выходным пропадал в глухом запое с мужиками по соседству. Светлана Валентиновна уже смирилась с безответственным мужем, но ничто не позволяло испортить ей предновогоднее настроение.

На улице бегали ребятишки, громко смеялись, играли в снежки, лепили снеговиков, и, хихикая, фотографировались с ними. Всё это, конечно, весело, но Костю даже это не удосужило улыбнуться. Он, тяжело вздыхая, рисовал всякие каракули и загогулины на запотевшем окне.

– Костик, ты поел? – где-то в просторах квартиры послышался обеспокоенный голос мамы.

– Да, – сухо отозвался Цыплаков. – Пойду теперь пройдусь!

Цыплаков начал скоропостижно шнуровать новые зимние кроссовки, которые мама купила ему на предпоследние деньги, лишь бы сынок не нуждался хотя бы в базовых вещах. Что уж тут говорить…

– Опять с пацанами своими пойдёшь? Снова придёшь с перегаром? – возмутилась Светлана Валентиновна, стоявшая уже в дверном проёме, не поднимая никакого взгляда на Цыплакова. В её руках виднелся большой альбом с кожаной потёртой обложкой тёмно-бордового цвета. Пальцы робко перебирали странички, касаясь дрожащими руками каждой фотографии. – Взгляни, что нашла!

Костя недовольно закатил глаза, но, всё же, удосужился подойти к маме, чтобы взглянуть на интересные фотографии, которые точно стоят внимания Кости. На фото-карточках рисовался первоклассник Цыплаков, который с довольным видом стоял с огромным ранцем больше собственного роста и, вдобавок ко всему, большим букетом цветов для первой классной руководительницы.

– Такой хорошенький! – восторжествовала Светлана Валентиновна, расплываясь в довольной улыбке.

– Ага, а сейчас что? Уже не такой хорошенький?

Цыплаков скривил губы, ехидно улыбаясь. Он всегда знал, что мама любит маленьких детей и, несмотря на бедное положение семьи, своего сына она всегда держала в тепле, сытости и заботе.

– Сейчас уже жених вон какой! – мама Кости потрепала его по короткостриженной голове, – Десятиклассник! Кошмар, десять лет уже прошло…

– Ну, мам, не всегда ж мне таким быть!

Цыплаков снова ткнул пальцем в фотографию, где ему едва стукнуло семь, и страница перевернулась. Там Костя уже сидел за партой, подперев подбородок маленькими кулачками. Рядом с ним сидела девочка с красивыми длинными волосами, завязанными в два хвоста по бокам. Банты больше, чем её голова.

– Ой, а это Ритка, помнишь такую? – улыбнулась снова мама. – Перевелась потом в параллельный класс. Видела отца её недавно… Солидный весь такой, на Мерседесе ездит!

– Забудешь такую…

Цыплаков словно хотел что-то добавить, но решил на этом остановиться. Он помнит эту девчонку. Помнит даже, как от неё приятно пахло карамельками и сладковатыми мандаринами, помнит её добрую улыбку, выразительные глаза и красивый почерк с самого первого класса.

– Какую «такую»? – поинтересовалась Светлана Валентиновна.

– Ну такая она, знаешь, со своими тараканами, короче. Красивая, милая, но глупая… Не моё, – Костя замешкался, отмахиваясь от альбома с фотографиями. – Всё, мам, закроем тему! Я ушёл.

– Хлеба хоть захвати! – напоследок выронила Цыплакова.

Конечно, Костя помнит, как сходил с ума по Рите. По Маргарите Рослиной. Так зовут эту славную девочку с русыми волосами до поясницы и серо-голубыми глазами, которые смотрели прямо в душу. Сейчас она ничуть не изменилась… Повзрослела, конечно же. Волосы её такие же длинные, а пахнет от неё до сих пор новогодними пряностями и сладостями. Цыплаков даже помнит как осмеливался пару раз проводить её до подъезда в третьем классе. Тогда родители потеряли его и переживали, обзванивая классную руководительницу и обходя всю территорию по периметру в пару кварталов. Ох, и досталось ему в тот вечер… Но щека, которая помнит Риткин робкий и детский поцелуй перекрывала абсолютно все крики и последние «китайские» предупреждения родителей.

Но в какой-то момент Цыплаков успокоился и понял, что никогда им не быть вместе с Риткой. Она будто бы с Марса, а Костя – с Венеры. Рослина – девчонка из богатой семьи, а Цыплаков даже на цветы хорошие со школьных обедов не соберёт, потому что обеды он берет по льготному талону, который выбила ему мама ещё с первого класса. Таким, как Ритка, не было дела до Кости Цыплакова. Таких девчонок всегда интересовали мальчики постарше и побогаче. Поэтому, совсем отчаявшись, Костя перестал думать позитивно, стараясь как можно скорее позабыть о Рите, ведь её насмешки в крайнюю их встречу в школьном коридоре на перемене он навряд ли уже забудет до Нового года. «Костик, не грусти, тридцатого февраля я обязательно отвечу тебе взаимностью!» – ответила тогда Ритка на признания Цыплакова в симпатии через «полевую почту». А ещё подружки эти, которые постоянно за ней ходят хвостиком и копируют её имидж хихикали так ехидно, с отвращением в глазах поглядывая на слегла помятую рубашку Кости, которую он носил ради какого-никакого приличия в школу. В общем, бесила его эта женская компашка, но Ритка нравилась безумно сильно.

Выйдя на улицу, парень заметил, что уже совсем стемнело, а заснеженные дорожки были освещены тусклыми бледно-желтыми фонарями. Людей, на удивление, было предостаточно много; кто-то ходил по парочкам, улыбаясь друг другу и обнимаясь. Таких Цыплаков обходил стороной и тяжело отчаянно вздыхал.

– Ага, такого, Костян, тебе уже точно не светит! Ну, не в этом году! – говорил себе под нос Цыплаков. Костяшки на руках предательски мёрзли, поэтому Цыплаков спрятал покрасневшие от мороза конечности в карманы потёртой парки, которую он носил третий сезон подряд. Ну, греет, и хорошо! Носом парень зарылся за воротник куртки, чтобы хоть как-то уберечь себя от московских холодов. Несмотря на отсутствующее новогоднее настроение, болеть Косте всё равно не хотелось все каникулы, поэтому приходилось слушаться Светлану Валентиновну, которая велела надевать куртку теплее, натягивать шапку на самые уши и обматываться сверху ещё и шерстяным шарфом. Ну, уж шарф для «Цыпы» считался полным извращением в его «имидже» и, спустя сотни споров и скандалов, он с мамой вышел на компромисс. Главное, что шапка на голове есть, и на этом спасибо.

Костя даже и не думал видеться с пацанами, про которых, всё же, упомянула мама. Она любила их, но и в то же время не испытывала особого удовольствия, когда Цыплаков прохлаждался с ними. А сколько проблем уже было… И из участка приходилось забирать, и нетревезый домой являлся, и в школе сигареты палили, а Светлану Валентиновну вызывали к директору краснеть. В общем, перечислять можно много. Один только Антон Жуков хоть как-то нравился матери Кости. Он и спортсмен, и не курит, и не пьёт. Учится более менее нормально, чуть лучше Цыплакова. А вот Тимофея Гордеева Светлана Валентиновна всегда считала сорвиголовой. Затеи с выпивкой, передрягами и прогулами уроков, всё же, были именно его инициативой. Тим, как и Ритка Рослина, из богатой семьи. Сестра ещё у него есть – Лиза. Вот она маме Кости тоже нравится; красивая, хорошо учится, творческая девочка, всегда здоровается и улыбается. А вот братец… Тот ещё оборванец! И по классике компанию завершает самый младший – Гоша Шустров. Он учился чуть выше среднего, старался больше уделять времени учёбе из-за строгого отца, который вечно не давал спускать обороты, но при этом пацаны не чувствовали никакого дискомфорта в общении с Гошей, они не считали его каким-то нудным и странноватым. Парень отличался лишь тем, что был очень тихим, пугливым и более менее ответственным, чего не скажешь о самом Цыплакове… Это Светлане Валентиновне так кажется, что Костя – мальчик-солнышко. На самом деле, он похлеще Гордеева, просто вовремя успевает «переобуваться» и подстраиваться так, как выгоднее и удобнее ему. Тот ещё хитрец!

Костя бродил по узким проулкам, наблюдая за мигающими гирляндами, суетливыми людьми и хрустящим снегом под ногами. Где-то подкоркой сознания он даже задумался о завтрашней контрольной по тригонометрии, которая и будет решающей оценкой в полугодии. Что это с ним? Об учёбе Цыплаков точно не думает, когда не в настроении. Ему сейчас больше всего хотелось уснуть и проснуться в самый разгар каникул, когда полугодие закрыто на так и сяк, матушка лишний раз не пилит по поводу успеваемости голову, на стол накрыто, шампанское разлито, а президент толкает красноречивые и многообещающие слова. Но в голове только дурацкая тригонометрия, девочка пахнущая мандаринами и карамельками, и, почему-то, появилось дикое желание покататься на коньках. Вот прям от души погонять на льду! А это, вероятнее всего, значит, что завтра Цыплаков точно напишет эту контрольную и соберёт пацанов покататься, а там, гляди, и настроение новогоднее появится. Ну разве не прелестно всё это?

У «Цыпы» даже непроизвольно потянулись уголки рта вверх, вот только улыбку его закрывал воротник парки. Ну и ладно! Всё равно некому показывать своё довольное лицо. Уже начали подмерзать даже ноги, поэтому Цыплаков думал разворачиваться и идти в сторону дома, но вдруг вспомнил, что мама просила купить хлеба. Вот нужен же он ей в такой поздний час! Этот хлеб… Костя побрёл дальше по проулку, выстраивая маршрут до ближайшего минимаркета. Идти-то до него буквально триста метров.

Мысли о катке, играх в снежки и каникулах не давали покоя Цыплакову. Как же это всё действительно здорово и классно! Как можно поскорее приблизить эти слащавые моменты? Либо терпеть и отсчитывать каждую минутку, томив себя едкими и колкими ожиданиями, либо попросту не зацикливаться и отпустить эти мысли, стараясь сконцентрироваться на чём-то более глобальном. Ну, например, на том, что бы такого подарить на Новый год маме? Какие-то гроши в кармане, вроде, у Кости завалялись. Рублей, может, шестьсот. Каждый год Цыплаков дарил своей маме по скромному букетику из свежих еловых веток, украшенных красной ленточкой, но в этом году ему кардинально что-то захотелось поменять. Ели простоят и выкинутся в мусорное ведро, а нужно что-то такое, что останется у Светланы Валентиновны минимум надолго. Ну, например, что?

Всю дорогу Костя ломал себе голову теперь и по поводу подарка для матушки. Чем же она будет пользоваться? На что готова смотреть и день и ночь? Ничего полезного из мыслей в голову Цыплакова не приходило, лишь только хорошая успеваемость, порядочность и ответственность. Но здесь везде было мимо, увы. У «Цыпы» свои стандарты, взгляды на жизнь и свой мир, который очень уж отличался от мировоззрения Светланы Валентиновны.

Магазин уже был в шаговой доступности, от чего Цыплаков даже приятно удивился, что он так быстро дошёл. Потрясающе, как же мысли могут отвлекать от всего происходящего вокруг! Костя потянулся к дверной ручке продуктового магазина, над которым ярко-зелёным цветом мерцала табличка «Открыто», как вдруг дверь перед ним резко открылась, а оттуда вываливается тело с коробками в руках, которые, примерно, высотою в метр. Коробки летели вниз на снег и, чуть бы не случилось, полетело бы вниз и тело, но Цыплаков вовремя успел подставить руки. Телом этим оказалась девушка в чёрном синтепоновом пальто почти до щиколоток и в серых шерстяных, но таких мягких на ощупь перчатках. И ещё шапка у неё была такого же материала и цвета как и перчатки. Правда, вот головной убор у девушки сполз на лицо, поэтому Константин не успел взглянуть сразу же на виновника торжества.

– Аккуратнее! – сдержанно, но недовольно пробубнил Костя.

– Извините, не приметила, – пропищала девушка, поправляя свою шапку на линию роста волос. – Костя?

Удивлённый взгляд девчонки упал на Цыплакова, который стоял как замороженный. Ну и ну! Надо же так нелепо встретиться!

– Ага, привет, Рит, – всё так же монотонно протараторил Цыплаков, стараясь обойти Рослину и пройти в магазин, вот только Маргарита совсем никуда не спешила.

– А ты как?

Рита понимала, что этот вопрос был сейчас совсем неуместен, но ей очень хотелось как-то сгладить хотя бы этот диалог с Костей. Всё же, Рослина чувствовала угрызение совести. Грубовато она поступила с Цыплаковым, так нельзя!

– Как обычно, – скромно пожал плечами Константин. – В порядке!

Рита понимала, что Цыплаков так просто не пойдет на контакт первым, поэтому ей пришлось идти самой на радикальные меры.

– Ой, а мне в сторону твоего дома! Может, пойдём вместе?

Цыплакова будто бы кипятком ошпарило. Внутри разыгралась целая буря эмоций; от самых приятных, до самых отвратительных. И гордость здесь присутствовала, и простая человеческая влюблённость тоже. Отказывать – грех, не отказать – неловко получается. Ритка ведь месяц назад так умело отшила Костю, а теперь сама пытается завязать диалог. Но у Цыплакова больше нет и минуты отмолчаться, и времени совсем не осталось размышлять как правильно поступить, а как – нет.

– Ну, пошли. Я только хлеба захвачу сейчас! – всё так же вяло, но уже немного веселее отозвался Костя.

Цыплаков пришёл к выводу, что лучше всего будет – сделать вид, что всё нормально, и что он не держит никакой обиды вовсе. Это с одной стороны было правильно, а с другой – не совсем, ведь Костя скрывает свои неподдельные эмоции. Как-то не хотелось портить и настроение перед Новым годом, которого и так не было, и превращать этот диалог в целую дешёвую драму. Это всего лишь пройтись до дома! С Ритой можно хоть поговорить, поржать. Вот только всё это было до момента её ответа про тридцатое февраля… Теперь уж Цыплаков не знает, сможет ли он снова так искренне смеяться с Рослиной или уже что-то поменялось.

Рита поставила коробку на остальные и уселась на них поудобнее в ожидании Цыплакова. И зачем ей нужен этот пацан с параллельного класса? Девчонки же увидят, засмеют, ещё и поймут неправильно! На самом деле Рита достаточно с кем общается и многое поняла, что так с Костей поступать было нельзя. Да, он не крутой парень, о котором мечтает каждая девушка. Да, он не из обеспеченной семьи. Но Цыплаков именно тот, с кем Ритка чувствовала себя в безопасности, радости и в комфорте. Ей не хотелось думать о том, что же будет завтра, как она выглядит, и что ей ответить через пару вопросов. Ей хотелось быть собой; смеяться, улыбаться и наслаждаться. Другие парни со школы, пусть хоть и старше, общались с Рослиной, питая какие-либо надежды, но Рита всегда наперёд трепетно относилась к встречам, переживала лишний раз за выбившуюся прядку волос, за неправильное ударение в словах из-за нервов, и на каком решении остановится тот или иной парень – позовёт ли на свидание снова, угостит чашечкой чая или подарит букет дорогущих роз? Это как после собеседования на новой работе: «Мы Вам перезвоним», и ты сидишь в отчаянии и смятении, ожидания этот чертов звонок.

– Я тут так подумал и решил взять тебе какао, – уверенным шагом вышел из магазина Цыплаков с буханкой хлеба и бумажным стаканчиком с горячим напитком.

Хоть и в магазине стоял аппарат с самообслуживанием, но какао варил он действительно вкусное, сладкое и насыщенное.

– Спасибо, – скромно отозвалась Ритка, покрываясь на щеках пунцовой краской то ли от холода, то ли от смущения.

– Идём?

Костя поднял все Риткины коробки и нёс их сбоку, обхватывая одной рукой, а девушка шагала рядом, пила горячее какао и прижимала к себе буханку чёрного хлеба.

– Что у тебя в коробках? – решил прервать тревожное молчание Цыплаков

– Ёлочные игрушки, гирлянды, живые веточки еловые даже есть! Гирлянду Катьке занести нужно, она попросила, – загадочно отозвалась Рита. – У всех уже ёлка дома наряженная стоит, а мы с семьёй только сегодня будем наряжать. Представляешь, Костя, совсем настроения до этого не было!

– Представляю, – вяло отозвался Цыплаков.

Уж он представляет так, как не представляет этого никто. У самого такое же настроение, только вот у Рослиной оно уже появляется, а у «Цыпы» так его всё ещё и нет. Они шли относительно медленно, словно никуда и не торопятся. Диалога конструктивного у ребят так и не было. Ритка боялась сказать что-то лишнее после произошедшего, а Костя склонялся всё больше и больше к своей гордости и, теперь, замкнутости при виде Риты.

– К контрольной готовился? – перешла девушка на более щекотливые темы.

– Нет, – моментально отреагировал Цыплаков, переведя взгляд на Рослину, которая в этот момент тоже подняла глаза на парня. – Получу свой заслуженный тройбан и уйду на каникулы!

Рита сложила губы в тоненькую единую линию и театрально округлила глаза.

– Как это тройбан? Работа ведь несложная будет! – усмехнулась девочка.

– Конечно несложная, Рита, если к ней готовиться и всё слушать на уроках, – возмутился Костя. – Мне вот нелегко даётся эта тригонометрия.

От напористости Цыплакова Рослина аж опешила, опустив свой виноватый взгляд вниз. Снова только хруст снега под ногами, гробовая тишина и дикое напряжение между Ритой и Костей.

– Я скину тебе решение, у меня урок будет раньше, – улыбнулась девушка в надежде, что она нашла выход из положения как же продлить дальше тему для диалога. – Спишешь всё осторожно и получишь пятерку!

Цыплаков усмехнулся, но отчасти порадовался, что это может послужить лишний раз хорошей новостью для мамы.

– С чего такая щедрость, Рит? – поинтересовался на прямую Костя.

Рослина на мгновение затаила дыхание. Ей в один миг и было, что ответить Цыплакову, но тут же и все мысли разлетелись в разные стороны вместе с лёгким порывом морозного ветра. Всё же, набрав силы, Рита решилась ответить на колкий вопрос парня.

– Просто, помочь хочу. А обиды оставить все в этом году. Виновата я перед тобой, Костя! Вспылила…

Хрустел под ногами снег. Снова повисло молчание, где уже Цыплаков не мог подобрать правильный и деликатный ответ для Риты. Ему казалось, что это правильный поступок в этом году, а теперь слово за ним.

– Да и я переборщил тогда с эмоциями в тексте, так что забей, – усмехнулся Цыплаков, пытаясь поймать на себе взгляд Рослиной. – Мир? Друзья?

Девушка улыбнулась, оголив свои ямочки на пунцовых щеках, заставляя «Цыпу», тем самым, словить тёплую эйфорию от этой безумной улыбки, которая на протяжении многих лет сводила его с ума. Почему они гораздо раньше не могли друг другу сказать добрые слова и прийти к дружеской, тёплой ноте? Цыплакова это радовало и одновременно смущало, ведь как-то подозрительно Ритка сама вышла на компромисс так легко и просто, без особых принуждений.

– Мир, – сверкнула серо-голубыми глазами Ритка. – Друзья!

Последнюю часть предложения Рослина проговорила так загадочно, что захотелось сразу же усыпать её тысячью вопросами, но Цыплаков предпочитал лишний раз не напоминать себе о свежей и щекотливой теме, которая принесла ему столько проблем и полного разочарования перед кануном Нового года.

Подул снова морозный ветер, и с мрачного зимнего неба посыпались крупные хлопья снега. Ритка подняла глаза и, немного поморщившись, восторженно запищала.

– Костя, даже у погоды настроение есть, а у тебя всё ещё его нет!

Парень сначала понять не мог, о чём же толкует Рита, ведь он дальше собственных ног ничего больше не видел из-за массивных коробок. И только когда ему на покрасневший нос упала заметная снежинка, которая мгновенно растаяла, он тут же понял, что начинается настоящий снегопад. Точно! Ведь мама сегодня с утра говорила, что по прогнозу ближе к вечеру ожидается снегопад. И тогда, недовольно вздохнув, Костя скривил лицо и проворчал о том, что зима ему надоела и хочется поскорее, чтобы весь этот снег, наконец, растаял.

– Ну, может, оно ещё появится, – пожимал плечами Цыплаков, робко перебирая ногами. – Ещё есть немного времени, чтоб нагнать настроение!

Костя начал ощущать постепенный дискомфорт, ведь шапка покрывалась белоснежной пеленой, которая таяла и превращалась в воду, а на куртке тоже стали проявляться небольшие пятна от растаявшего снега. Но самое отвратительное для Цыплакова было то, что каким-то непонятным образом периодически злорадствующие снежинки залетали за шиворот. Таким ли образом погодные условия пинали «Цыпу» хотя бы улыбнуться предновогоднему снегу?

– Надо же, мы так быстро дошли, – неожиданно решила продолжить диалог Рита, которая ушла немного вперёд Кости, чтобы попрыгать, помахать руками и языком половить снежинки.

А какая разница, если Цыплаков всё равно не видит чем она занимается?

– Кстати, Костя, – опешила Рослина. – А что ты подаришь своей маме?

И тут Цыплакова словно током ударило, или же словно целая снежная лавина завалилась ему за шиворот. У него ведь созрел целый план насчёт подарка для Светланы Валентиновны! А тут эта Рослина появилась на горизонте… Снова придётся идти в обратную сторону на поиски красивых еловых веток. Долой эксперименты!

– Планировал купить ветки, потому что ей они очень нравятся, но теперь уже не знаю, – сомнительно проговорил Цыплаков, ставя коробки Риты возле подъезда. – На днях постараюсь придумать…

Ритка задумчиво скривила губы, периодически искоса поглядывая на коробки, которые Цыплаков друг на друга поставил. Ей в голову пришла замечательная идея, а главное, что родители Риты навряд ли обидятся, если обнаружат, что в коробке не хватает несколько еловых веточек.

– Вот, возьми, – Рослина открыла коробку с ветками, откуда веяло ярко-выраженным еловым запахом, напоминающий Рождество. – Нужно будет только перевязать ленточкой и будет очень даже симпатично!

Ритка выбирала самые пышные и отборные ветки словно с любовью. Костя опешил от такого исхода событий, но противиться не стал. Рослина действительно очень выручила его, ведь в планах было помедлить с подарком для мамы как минимум до следующего дня.

– Спасибо, Рита, – искренне улыбнулся Цыплаков, рассматривая колючие веточки. – Тебе с чем-то помочь ещё нужно?

Ритка смущенно опустила глаза на коробки, скрывая лёгкую улыбку где-то в махровом шарфе.

– Да нет, Костя, я сама справлюсь! – вежливо отозвалась девочка.

– Значит, завтра мы с тобой увидимся на перемене между уроками?

– Значит, да!

Константин тепло улыбнулся Маргарите, переминаясь с ноги на ногу. Он и уходить не хотел, но и сказать-то больше попросту было нечего. Словно тот момент, когда они с Рослиной могли болтать часами стёрся с памяти, а может и вообще этого даже не было вовсе. Всё будто бы сон. Странный такой сон… Костя, ещё раз улыбнувшись и полушёпотом тараторя «До завтра», развернулся в сторону своего подъезда. Ритка начала торопливо набирать комбинацию домофона, и дверь уже отворилась.

– Рит! – крикнул Цыплаков, набравшись смелости. – Какие у тебя планы на выходные?

Рита, краснея от басистого голоса Кости, который эхом охватывал весь двор, заулыбалась во все тридцать два и точно так же громко прокричала в ответ.

– Планов нет!

Цыплаков, словно сорвав куш в самой сложной и неподатливой игре, не смог сдержать улыбку в ответ.

– Сходим на каток?

Это было похоже на перекрикивание двух маленьких детей, которые испытывают друг к другу симпатию, но признаться в этом напрямую не могут. Хотя про взаимную симпатию Риты Костя, конечно же, уверен не был. Ведёт она себя довольно-таки обычно. Заигрывает? Да вроде нет. Обычная девчачья манера общения. Попросила о помощи? Тоже дело женское, нет в этом ничего особенного.

– Сходим! Обязательно сходим, Костя!

Весь мир у Цыплакова только что перевернулся с ног на голову. Ему не послышалось? Рослина правда ответила согласием, или же это всё лишь плод его фантазий в голове? Не став переспрашивать, дабы не выглядеть нелепо, Цыплаков вновь развернулся в сторону дома.

Снежные хлопья уже не казались ему такими ужасными, как двадцать минут назад, а предновогодняя суета лишний раз штормила мысли, заставляя всё больше и больше думать об этой девочке, от которой веяло мандаринами и сладковатым ароматом. Цыплаков не мог спрятать улыбку даже на минуту, чтобы зайти домой как ни в чем не бывало.

– Костя? – удивилась мама, стоя в дверном проёме с целой миской салата. – Подозрительно ты рано!

Цыплаков вынул из пазухи буханку обещанного хлеба и вручил его маме, а за спиной он держал охапку еловых веток, которые решил оставить на интригу.