Правнук брандмейстера Серафима
- -
- 100%
- +
Салон постепенно заполнялся. Вошедшие пассажиры напряженно крутили головами, сверяясь с корешками посадочных талонов, а затем, с облегчением обнаружив, что их места никуда не делись, поспешно запихивали вещи в багажные полки и рассаживались. После сегодняшних передряг Танюшкин поглядывал на их суету свысока, с превосходством опытного путешественника.
Неожиданно его взгляд привлек знакомый слон. Точнее сказать, не сам он, а его изображение на чьей-то зеленой майке. Однако Танюшкин ни секунды не сомневался, кто перед ним. Коварный слон улыбался ему и даже, как будто, подмигивал.
Потрясенный Слава изумленно таращился на зеленую майку, не замечая непонятных изгибов и выпуклостей картинки, до тех пор, пока изображение не приблизилось к нему практически вплотную. При этом хитрые глазки слона странным образом топорщились, напоминая…
– Вы не могли бы… пропустить меня к окну? – услышал он звенящий от возмущения женский голос, вскинул голову и увидел яростный блеск в глазах обратившейся к нему девушки в зеленой майке.
Всполошившееся сознание мгновенно выхватило детали: упавшие на лоб светлые взлохмаченные волосы, гневно раздувающиеся крылья тонкого носа, маленькое, как у ребенка, ухо с дырочкой от сережки.
Пассажиры, которые протискивались с вещами в узком проходе, то и дело толкали ее в спину, и раскачивающийся хобот слона почти уткнулся Танюшкину в лицо.
Слава вскочил, неуклюжий, бордовый, как помидор «бычье сердце» с маманиной грядки на даче. Выходит, все это время он тупо пялился на ее грудь. Хитрый слон нашел, где устроиться! «Может, не заметила?» – вздохнул он с надеждой, отодвигаясь и пропуская девушку на ее место к иллюминатору, однако понял – еще как заметила!
Села и сразу отвернулась. Опустила темные длиннющие ресницы. И что удивительно, стоило ей повернуться в профиль, ощущение детской беззащитности сразу исчезло. В глаза бросился решительный подбородок с мальчишеской ямочкой. Нижняя губа сердито прикушена. Похоже, злится. А причем тут он, Танюшкин? Это все шкодливый слон. Сыграл с ним дурацкую шутку!
И тут Слава нахмурился. Что за чертовщина с этим слоном? Да и с ним самим творится что-то неладное. Будто он и вправду поверил, что приснившийся ему человек-слон существует. Может, от беготни в Катаре крыша поехала? Танюшкин осторожно потрогал лоб. Потный, но вроде бы не горячий. Без градусника не разберешься.
Да… Не зря маманя с сестрой отговаривали ехать! Сидел бы себе дома, и слоны бы не мерещились! «Все! – решил он. – Больше никаких слонов!»
Танюшкин скосил глаза, чтобы увидеть, чем занимается недруг, избравший своим местом жительства зеленую майку, и… встретил взгляд, твердый и холодный, как серый гранит в пасмурный день. Рассерженно взметнулись темные брови…
Возникла секундная пауза, губы соседки чуть шевельнулись, и Танюшкин, ужаснувшись тому, что могло за этим последовать, трусливо отвернулся. Его взгляд уперся в пол, словно он пытался рассмотреть каждую ворсинку на ковровом покрытии.
Девушка промолчала, однако правой щекой Танюшкин ясно ощущал, как невыносимо сгустилась атмосфера над не занятым креслом между ним и сидящей у окна незнакомкой. Да уж… Если вспомнить взгляды, которые он на нее бросал, то – кто знает? – может, она приняла его за маньяка, по недосмотру выпущенного из психушки.
Помощь пришла очень вовремя. Словно из-под земли, появилась еще одна девушка. В бейсболке, кареглазая, темноволосая, со смешливым и немного удивленным выражением на круглом лице. Складную фигурку обтягивала красная майка. К счастью, без слона. Волосы собраны на затылке в упругий хвостик, который весело подпрыгивал, когда она вертела головой.
Темноволосая бесцеремонно согнала Танюшкина с места и, усевшись между ним и зеленой майкой, тут же забросала первую пассажирку градом вопросов, на которые та отвечала сдержанно.
Невольно прислушиваясь к их беседе, Слава уяснил, что они знакомы и летят вместе с группой йогов. Вновь прибывшую звали Дашей, а имя первой девушки звучало красиво и необычно – Марианна.
– А вы зачем в Дели летите?
Не сразу поняв, что вопрос обращен именно к нему, Слава повернул голову и заметил улыбающуюся Дашу. Веселые карие глаза разглядывали Танюшкина с радостным любопытством.
Ее соседка спала, отвернувшись к иллюминатору. Похоже, темноволосой стало скучно, и она посчитала Танюшкина подходящей компанией. Хотелось надеяться, что, если у Дашиной подруги и имелись определенные подозрения на его счет, она не успела ими поделиться.
– В Дели? – удивился Слава, который почти забыл перипетии сегодняшнего дня. Ну да, он летел в индийскую столицу, откуда ему еще предстояло добираться до пункта назначения. – Вообще-то мне надо на Гоа. Я в Катаре на рейс опоздал, а так бы уже, наверное, лежал на пляже и… – он хотел сказать «пил пиво», но, покосившись на тонкий профиль спящей, почему-то смешался и произнес: – …и загорал.
– Жесть! – восхитилась Даша.
Слава быстро понял, что темноволосая умеет разговаривать только восклицательными и вопросительными предложениями. Причем без остановки. Надо сказать, что йоги раньше представлялись Танюшкину как-то иначе, поспокойнее, что ли.
– А мы с Марианной…
Последовал восторженный и путаный рассказ обо всем на свете. О том, что йогой она занимается недавно. По средам и пятницам после работы. Обе закончили какую-то «финашку» и трудятся в одном банке. Марианна – в инвестиционном блоке, а она в бэк-офисе. (Значения некоторых слов остались для Танюшкина загадкой, но спрашивать он постыдился.) В Индию они едут в первый раз. Поэтому очень волнуются. Марианна вообще еле согласилась. В Дели их должны встретить ребята из группы.
Слава чувствовал, как тяжелеют веки и слипаются глаза, но терпеливо слушал и в нужный момент поддакивал. Сказывался неоценимый опыт общения с матерью и сестрой. Однако стоило Даше произнести знакомое слово, сон как рукой сняло.
– Как ты сейчас сказала? – встрепенулся Танюшкин. Благодаря Дашиной непосредственности они давно перешли на ты. – Куда вы дальше летите?
– В Варанаси! – несколько удивилась Даша. – Я же тебе говорила!
Слава буквально завис. Что происходит? Сначала ему снится странный сон, из-за которого он пропускает самолет на Гоа. В нем появляется слон и говорит про Варанаси, где моря нет, зато есть река. А теперь, выходит, его случайные попутчицы едут в это загадочное место.
И какие из этого можно сделать выводы? Спросите что-нибудь полегче. В голове каша. И лучше всего поскорее забыть про эти глупости. Решил же, больше никаких слонов!
Под переливы Дашиного голоса Танюшкин незаметно уснул. Слава богу, на этот раз обошлось без слонов. Очнулся он от осторожного похлопывания по плечу. Строгая стюардесса велела придать креслу вертикальное положение и пристегнуться. Самолет шел на посадку. Внизу его ждала загадочная Индия.
Глава 4
Спальный вагон
Аэропорт Дели встретил печным жаром серовато-голубого неба. Их самолет опоздал, и пассажиры выходили не через гибкий трап, а на раскаленный бетон аэродрома, где их поджидал белый автобус, похожий на большой, уложенный на бок холодильник.
К сожалению, внутри «холодильник» походил на парилку. Пока их везли, спина и подмышки мгновенно взмокли, и Слава пожалел, что одет не в летнюю майку, а в плотную хлопковую рубашку. Он видел, как еще в самолете некоторые пассажиры переодевались в туалете в шорты и шлепанцы. Но у рубашки имелось неоценимое преимущество – карманы с пуговицами, куда можно спрятать паспорт и деньги.
Теперь следовало найти информационную стойку и выяснить, как добраться до Гоа. Танюшкин повернул голову и заметил своих новых знакомых. При выходе из самолета он замешкался, пропуская других пассажиров, и девушки быстро пропали в людском потоке. Только Даша, перед тем как исчезнуть за чужими спинами, оглянулась и махнула Танюшкину рукой.
Шедшая за ней Марианна неожиданно обернулась и окинула его задумчивым взглядом. В серых гранитных глазах сверкнули искорки, словно крупинки кварца и слюды вспыхнули на солнце. Казалось, она смотрела не на Танюшкина, а сквозь него, пытаясь что-то разглядеть за Славиной широкой спиной. Их взгляды встретились, и она, досадливо поморщившись, отвернулась. Танюшкин оглянулся – позади него никого не было.
Он подхватил сумку и поспешил к выходу. Некоторое время спустя, вытягивая шею, он пытался разглядеть бывших соседок в очереди на паспортный контроль, однако безрезультатно.
И вот теперь обе стояли неподалеку от ленты транспортера в стороне от других пассажиров. Рядом лежали два туристских рюкзака чудовищных размеров. У Даши в руке мобильный. Похоже, она только что закончила разговор. Он не слышал, о чем между собой говорят девушки, но, судя по напряженному лицу Марианны и растерянному виду ее спутницы, дела у них обстояли не слишком гладко.
Слава уже почти прошел мимо, но необъяснимое чувство заставило его замедлить шаги. В следующую секунду он, приблизившись к девушкам, произнес бодрым фальшивым голосом:
– Всем привет! Даша, чего нос повесила? Есть проблемы?
Марианна, поглощенная разговором, не сразу заметила Танюшкина, зато Даша среагировала на его появление с неожиданной радостью. Ее живое симпатичное лицо озарилось надеждой.
– А, это ты, Слав! Понимаешь, тут такая ерунда случилась…
Девушка, бурно жестикулируя, поведала Танюшкину о том, что вышла ужасная путаница.
Выяснилось, что ребята из группы, которая летела другим рейсом, уже уехали в Варанаси. Нет, они их не бросили! Просто думали, что их встретит Кирилл. А Кирилл решил, что они летят с ребятами, и не приехал… Когда понял свою ошибку, было уже поздно. Прислал дурацкий мейл! Пишет, где купить билеты…
Теперь надо ехать на железнодорожный вокзал и брать билеты на поезд. А как? Рюкзаки тяжеленные! У Марианны идеальный оксфордский английский, но никто из индусов ее не понимает. Да и она их. Уже пробовали.
Все это время Марианна стояла чуть в стороне с таким выражением, как будто их разговор ее совершенно не касается. Только покусывала нижнюю губу. Похоже, сильно нервничала, но старалась не подавать виду. Да, не повезло девчонкам. Тащиться на вокзал с такими рюкзаками – врагу не пожелаешь!
– А зачем поездом? Самолеты туда не летают? – полюбопытствовал Танюшкин.
– Я только что звонила ребятам, – уныло объяснила Даша. – В Варанаси большой праздник, все рейсы забиты! На поезд еще можно взять, если брать места подороже в спальном вагоне. Кирилл говорит…
– К черту Кирилла! – вдруг с неожиданной яростью перебила ее Марианна. – Да чтобы я еще раз повелась на его уговоры! Уехала, все бросила! А сделка вот-вот сорвется! Все, Даша, покупаем билеты в Москву! На ближайший рейс!
– Ну Марианночка! – жалобно запротестовала ее подруга. – Мы же только прилетели…
– И прекрасно! Чем меньше мы здесь пробудем, тем лучше! – отчеканила та и привычным движением потерла виски.
Поморщилась, снова потерла. Лицо ее стало задумчивым, будто она решала кроссворд и никак не могла вспомнить нужное слово.
– Голова снова болит? – сунулась к ней жалостливая Даша. – Дать таблетку?
– Нет, – удивленно ответила Марианна. – Представляешь, я только сейчас поняла: как из Москвы вылетели, ни разу не заболела!
– Слушайте, девчонки, – неожиданно для самого себя встрял Слава, – да ваша проблема яйца выеденного не стоит!
Он лихорадочно соображал, чем им можно помочь. В принципе, смотаться на вокзал за билетами – никаких проблем. Надо просто приглядеть за девчонками, чтобы все было в порядке. Рейсов на Гоа полно, так что времени у него – вагон и маленькая тележка.
– Предлагаю – меняем деньги, берем такси и едем на вокзал. Там покупаем билеты на поезд. Другие предложения есть?
– А вам тоже в Варанаси? – недоверчивый взгляд Марианны внимательно изучал бесхитростное лицо Танюшкина.
«Надо же, заговорила!» – повеселел Слава и поспешно ответил:
– Нет, в другое место. Но поскольку у меня образовалась масса свободного времени, могу съездить с вами. Рюкзаки помочь дотащить, в билетной кассе объясниться. – Нам бы не хотелось вас утруждать… – начала было железная Марианна, но ее подруга вовремя вмешалась и с ликующим криком «Конечно, поехали!» бросилась за багажной тележкой.
Слава с Марианной на пару минут остались вдвоем. Он поднял голову и поймал ее изучающий взгляд. Она разглядывала его в упор, и губы ее беззвучно шевелились.
Оба тут же отвернулись друг от друга. Слава – краснее помидора от смущения, а Марианна – куда только подевалась ее растерянность? – с независимым видом рассматривала потолок и стены аэропорта. На вызывающе красивом лице – выражение: «Ну, как пожелаете! И помните, я вас об этом не просила!»
Загрузили оба рюкзака в тележку – та жалобно всхлипнула – и двинулись к обменному пункту. Там их осчастливили толстенными пачками засаленных купюр разного достоинства. После чего путешественницы, как по команде, достали пузырьки со спиртовым лосьоном и протерли руки. Вежливо поделились с Танюшкиным.
Таксист вез их довольно долго, едва ли не час, а запросил всего триста рупий. По московским меркам – сущие пустяки.
Они вошли в здание вокзала. Танюшкин, нагруженный двумя рюкзаками и красной сумкой, с трудом пробивался сквозь потную галдящую толпу. Та упруго расступалась и снова смыкалась за его спутницами, которые плелись следом, бросая по сторонам растерянные взгляды.
Наконец, заметив только что освободившееся пространство в углу зала, Слава сбросил свой груз, едва не размазав по полу невысокого индуса, некстати подвернувшегося под ноги.
– Ждите здесь, – велел он притихшим девчонкам, которые, усевшись на рюкзаки, жались друг к дружке и явно чувствовали себя не в своей тарелке. Еще бы! На них косились со всех сторон. – А я схожу посмотрю насчет билетов. Давайте деньги и паспорта!
Увидев, что они замялись, Слава побагровел и, чертыхнувшись про себя, добавил:
– Одна из вас может пойти со мной, а вторая посторожит вещи.
Девчонки переглянулись. Никому из них не хотелось оставаться в одиночестве посреди толпы индийских мужиков, которые таращились на них голодными глазами. Смирившись, они передали Танюшкину паспорта и пачку рупий.
– Слав! Подожди! – уже в спину виновато окликнула его Даша и протянула компьютерную распечатку. – Вот, возьми. Там написано, что мы в листе ожидания. Правда, не представляю, что это значит.
Танюшкин сложил листок вчетверо и спрятал в карман рубашки. Он сунулся в одну, потом в другую очередь и потерял немало времени, прежде чем кто-то из индусов подсказал, что для иностранцев – отдельная касса.
Дождавшись, когда на табло высветится его номер, он наконец попал к нужному столу. Молодой вежливый служащий предложил ему заполнить целую кучу бланков.
У Даши оказалась смешная фамилия Замазкина, а у Марианны – красивая и строгая – Павловская.
Что по-настоящему поразило Танюшкина, так это год выдачи паспорта Марианны – 2017! Ничего себе ошибочка! Они там совсем с ума посходили! Перепутали тройку с семеркой. Поражаясь нерадивости наших чиновников и безалаберности индийских пограничников, пропустивших такое вопиющее нарушение, он аккуратно поставил в нужной графе 2013 год.
С анкетами он управился довольно быстро, а вот с листом ожидания вышло гораздо хуже. Молодой индус терпеливо объяснил Танюшкину, что, поскольку никто из пассажиров не отказался от своих мест, запрошенных ими билетов второго класса в наличии нет. В Варанаси – праздник огней Дивали, и туда со всей страны едут паломники.
На вопрос: «Что же тогда делать?» – паренек с извиняющейся улыбкой предложил два места в вагоне типа «Sleeper», застенчиво добавив: «Если леди, конечно, не возражают». Но затем он упомянул, что поезд отходит через двадцать минут, и Танюшкин энергично закивал, не обратив внимания на последнюю оговорку.
«Sleeper по-русски – “Спальный вагон”. Наверное, купе вроде нашего СВ, – перевел сам себе Танюшкин и обрадовался: – Отлично! Главное, чтобы денег хватило». Денег хватило с избытком, и, если бы не спешка, Слава бы обязательно задался вопросом: почему цена билета на поезд в купе СВ ненамного отличается от стоимости их недавней поездки на такси из аэропорта до железнодорожного вокзала? Но Танюшкин спешил, и ему было не до вопросов.
А зря!
Вернулся он как раз вовремя, чтобы своим видом отпугнуть самых настойчивых из числа жаждущих познакомиться с очаровательными иностранками. В ответ на его появление местные субтильные мачо опасливо отодвинулись, а отчаявшиеся соотечественницы встретили Славу с просиявшими лицами и облегченно выдохнули.
Услышав о купленном СВ, который достался им вместо второго класса, Даша взвизгнула от восторга и едва не бросились его целовать. Даже Марианна поблагодарила и величественно, словно королева, улыбнулась Танюшкину. Чуть-чуть, самыми краешками губ. Но Слава смутился и обрадовался, будто ему выписали внеочередную премию.
Рот сам собой начал растягиваться в глуповато-счастливую улыбку. Ему стоило немалого труда, чтобы взять себя в руки и с достоинством пробормотать что-то вроде: «Да ладно, не стоит». Все-таки здорово, когда вот так удается сделать доброе дело! К сожалению, насладиться моментом по-настоящему не получилось – время поджимало.
Следующие минуты Танюшкин запомнил с трудом, поскольку, увешанный двумя огромными рюкзаками, он во весь опор несся по перрону с истошным криком: «Па-а-а-сторо-ни-и-и-сь!». Что примечательно, столпившиеся на платформе индусы его прекрасно понимали и быстро освобождали дорогу.
За ним, выбиваясь из последних сил, едва поспевали Даша с Марианной. Они вдвоем тащили Славину красную сумку. Еще несколько минут сумасшедшей гонки, и небольшая процессия ввалилась в двери вагона. До отхода оставалось минут пять.
И вот тут-то и выяснилась причина дешевизны билетов. Стоило войти в вагон, как им в лицо ударили нестерпимое амбре от давно не мытых тел и чудовищный запах мочи из приоткрытой двери туалета.
Пресловутый «СВ» выглядел как обычный, сильно замызганный плацкарт. Только, в отличие от знакомых им российских вагонов, здесь с каждой стороны располагались по три полки, то есть купе вмещало шестерых человек и еще двоих сбоку.
При этом даже на первый взгляд народу в вагоне было заметно больше, чем мест. С некоторых верхних полок свешивались головы сразу двух пассажиров. На окнах вместо стекол красовались железные решетки.
В довершение всего, не прошло и минуты, как неподалеку от них образовалась кучка зевак, которые, столпившись в проходе, беззастенчиво разглядывали остолбеневших от изумления девушек.
Индусы посмеивались, перебрасывались короткими репликами и обменивались недвусмысленными взглядами. На месте Марианны лежали чьи-то чемоданы, и Танюшкину пришлось, извинившись, вежливо, но энергично освободить ее полку от чужого багажа.
Все это время он старался не встречаться взглядом с бывшими попутчицами. Он слишком хорошо представлял выражение ужаса и отвращения, которое застыло на их лицах.
– Жесть! Слава, ты же говорил «СВ»! – наконец пролепетала Даша, с надеждой глядя на Танюшкина, будто в его силах было что-то изменить.
Марианна молча окатила презрительным взглядом, от которого ему сразу захотелось как можно скорее очутиться в другом месте. И в самом деле! Пора было идти… – Так в кассе говорили: «sleeper». Я думал, это «спальный вагон»… – промямлил Танюшкин, ужасаясь собственному жалкому голосу.
– Знаете, Вячеслав! Никогда не слышала более дурацких оправданий! – зло оборвала его Марианна, прожигая беспощадным взглядом своих гранитных глаз. – Да попади ко мне в управление такой сотрудник – в тот же день бы уволила!
Поезд вздрогнул, потом еще и еще раз. Слава подхватил сумку и, ощущая себя последним предателем, заспешил к выходу.
– Ну ладно, пока, девчонки! Счастливого пути! – не оборачиваясь бросил он уже на ходу и опрометью выскочил на перрон.
Оглохший и ослепший от солнца Танюшкин вытирал катившийся по лицу пот и чувствовал, как скулы сводит от стыда. Вот это называется помог! Как говорится, не умеешь – не берись!
Впрочем, возможно, и ничего страшного, поезд довезет девчонок до самого Варанаси. Завтра будут на месте, встретят своих йогов…
«Паспорта!» – вдруг обожгла страшная мысль. Рука метнулась к нагрудному карману. Так и есть! Паспорта девчонок остались у него!
Глава 5
Все дальше от моря
Да завернись оно все в блин!
Поезд на Варанаси набирал ход. Мимо плыли окна соседнего вагона. Сквозь оконные решетки на Славу смотрели темные лица, шевелились бороды и усы, сверкали зубы и белки глаз, маленький мальчик лет пяти показал ему язык.
Да когда ж это кончится!
«Стоять!» – вдруг, неожиданно для себя, крикнул Танюшкин и бросился за удаляющимся вагоном. Если он обращался к поезду, то тот предпочел сделать вид, что не услышал смешного иностранца. Его колеса крутились все быстрее и быстрее, выстукивая свой веселый ритм.
Слава ускорился. Бежать с одной сумкой без рюкзаков было куда легче, но за сегодняшний день он с лихвой перевыполнил норму, и ноги подгибались от усталости. К тому же спринтерский бег никогда не относился к его достоинствам. В окнах вагона Танюшкина заметили и ободряюще махали руками – давай, прибавь ходу!
В голове у него вдруг зазвучала, нарастая и пульсируя, странная мелодия. Ее звуки метались в дикой безумной пляске, и им вторили барабаны. Барабаны рокотали и гремели все громче и громче, отдаваясь гулом в висках и заставляя ускорить темп.
И Танюшкин прибавил! Как раз вовремя! А куда деваться? Еще десяток метров – и перрон заканчивался.
Поравнявшись с открытой дверью вагона, он зашвырнул в проем сумку, сделал отчаянный рывок и прыгнул сам, стараясь оттолкнуться как можно сильнее и приземлиться подальше от края ступеньки.
При падении Танюшкин расшиб колено. Однако сразу вскочил, схватил сумку и, прихрамывая, двинулся по вагону, протискиваясь между сгрудившимися в проходе пассажирами. Сердце бешено колотилось, в горле першило, словно по нему прошлись наждачкой. Казалось, после рекордного забега от рубашки так разит потом, что встречные индусы поспешно уступают ему дорогу.
Идти до вагона девушек было недалеко, но силы внезапно иссякли, и Танюшкин еле тащился, время от времени останавливаясь и отдыхая. Когда он наконец добрался до них и, закрыв глаза, молча рухнул на полку рядом с Марианной, никто не произнес ни слова. Такой у него был измочаленный вид.
– Слав, а Слав! Ты что, тоже купил билет?
Дурацкий вопрос Даши вернул к реальности. Он открыл глаза и криво улыбнулся девчонкам, которые с беспокойством его разглядывали. Вытащил из кармана рубашки их паспорта, протянул темноволосой.
– Потом куплю, – брякнул первое, что пришло в голову.
– Ой! Наши паспорта! Жесть! А ты без билета! – пискнула Даша, в чьем голосе восхищение мешалось с ужасом. – И вообще… Ты же на Гоа летел! На море!
– Будем считать, что планы меняются, – нехотя ответил Слава и, вспомнив последний сон, добавил: – Буду купаться в реке. Ведь в этом вашем Варанаси есть река?
Даша с сомнением кивнула и принялась что-то ему объяснять. Но Слава ее не слышал. Он почувствовал на себе пристальный взгляд Марианны и устало прикрыл веки. Болело все, что только могло болеть.
Через пару минут Танюшкин сделал над собой усилие и осмотрелся по сторонам. Вроде бы обстановка спокойная. Когда он вошел, с соседних мест поднялись несколько темных фигур и исчезли в проходе. Оставшиеся пассажиры выглядели вполне мирно, даже улыбнулись Танюшкину.
Хорошо, у девчонок нашлась бутылка с водой. Он одним глотком опустошил ее наполовину и почувствовал, что приходит в себя.
Ну и дела! Он, привыкший жить по раз и навсегда установленным правилам, едет в грязном вонючем вагоне неизвестно куда, да еще и без билета! А если контролеры? Или их здесь нет? Впрочем, сейчас думать об этом совершенно не хотелось.
Мелодия в голове звучала то затихая, то вспыхивая, невидимые барабаны били негромко, но ритмично в такт стуку колес поезда. Слава вдруг ощутил себя пылинкой, которую подхватил незримый мощный поток и несет, несет, несет неизвестно куда.
– Спасибо, Слав, что не бросил! – видя, что он слегка ожил, заговорила Даша. – А то эти уроды повылазили из всех щелей, вылупились как в цирке! Озабоченные, блин! Будто женщин в глаза не видели!
– Наверное, таких красивых не видели, – невольно вырвалось у Танюшкина, который представил строгое лицо Марианны.
– Спасибо! – смутилась Даша.
Он не сразу догадался, что она приняла комплимент на свой счет.
Марианна промолчала, но, похоже, и ей его короткое отсутствие далось нелегко.
Поезд весело катил по рельсам. По сторонам, сколько хватало глаз, тянулись равнины с редкими посадками деревьев. Закатные лучи окрашивали убегающие в даль поля в мягкий розовый цвет. Через час начало темнеть, за окном набухали влажные лиловые тени. В вагоне включили тусклое освещение.