Женское коварство. Коварство и любовь

Пролог

Приморский край. Дальнегорский округ.10 км. от села Краснореченский.2000 год.

Вера Можаева очнулась от сильной боли в правой ноге ниже колена. Ступня была зажата между камнями, голова сильно болела. Вера пыталась вспомнить как она попала в это ущелье, но пока что боль в ступне не давала ей сконцентрироваться, и собраться с мыслями. Ей становилось немного холодновато, но почему-то оранжевой куртки на ней не было. Она не могла вспомнить где, и главное при каких обстоятельствах потеряла свою куртку. Стиснув зубы она кое как вытащила свою ступню из каменных тисков, и перевернулась на спину. Над своей головой она услышала утробное рычание, и повернув голову в направлении звука замерла. В пяти метрах от нее сидела крупная рысь и облизывалась.

Рысь наклонив голову на бок, с интересом смотрела на Веру, продолжая облизываться и показывать свои клыки, да время от времени шипеть. Проведя правой рукой по лицу и волосам, она посмотрела на руку, которая была в крови. Видать падая она ударилась о торчащие на дне ущелья камни. Веру спасло только то, что она упала прямо на валявшиеся под ней разлапистые ветки пихты и кедра, их было тут довольно много. Видать от ветра и тайфуна сломанные ветки падали в ущелье, образуя естественное, природное покрывало. Но это оказывается было еще не все. Чуть справа от себя и под собой, она почувствовала шевеление и рычание. Немного привстав и раздвинув ветки, она увидела под ветками трех маленьких рысят. Вера невольно оказалась почти в центре логова рыси.

– Матерь Божья! Вот это я попала! – невольно вырвался у нее изумленный возглас.

Рысь сделав шаг вперед в сторону Веры, еще сильнее зарычала и махнула перед собой своей лапой, сильно виляя хвостом, прижав уши и оскалив пасть, показывая большие как сабли клыки.

– Тихо успокойся! Все хорошо с твоими котятами! Все, я ухожу, только тихо и потерпи немного! – прошептала Вера переворачиваясь на живот и вставая на коленки.

Она стала задом медленно отступать на четвереньках. Так Вера пятилась задом метров десять, а рысь мягко наступала на нее, шипя и показывая свой оскал. Когда рысь уже подошла к своему выводку, то обнюхав каждого своего котенка, стала их облизывать, время от времени поворачивая голову в сторону Веры, и поджав уши показывая свои клыки. Когда Вера была уже на довольно безопасном расстоянии от рыси и выводка, то подобрав довольно толстую ветку, сделала себе нечто вроде костыля, и с помощью него встав, медленно пошла по ущелью в поисках выхода из него. Рысь сопровождала и шла по следу, пока Вера не вышла из ущелья.

Ну думаю что стоит начать по порядку о всех предшествующих этому событиях.

1

Владивосток 2000 год.

Я вместе с лучшей своей подругой Верой стоял в очереди, которая была сродни той очереди, что к Ленину по всем известному адресу в Москве, дабы попить холодного квасу, потому как духота нынче с самого утра стояла невыносимая. И это было только начало лета, что будет дальше, можно было только представить. Тоскливо разглядывая впереди и позади нас стоящих и, изнывающих от духоты людей, я ради развлечения, в очередной раз решил ради смеха сосватать свою Веру, понравившемуся мне впереди стоящему парню. Но на свою беду я услышал очередную реплику моей любимой подруги.

– Ты Гера когда нибудь успокоишься или как? Ну ты что, снова решил меня попытаться продать в рабство?!И за сколько если не секрет? – Вера смотрела на меня смеющимися глазами, движением головы смахивая падающую на глаза прядь каштановых волос, которые были у нее ниже плеч.

– Просто я подумал, что если сам в этом деле не начну делать какие либо подвижки, то ты так и состаришься старой девой! Причем прямо на моих руках! – хохотнул я вытирая ладонью пот со своей шеи и каштановых волос, у нас с Верой был одинакового цвета волосы только разной длинны, и одинаковый рост в 170 см.

– Изволь мне показать пример на себе! Попробуй сначала сам жениться! – съязвила Вера толкая своим плечом меня в бок.

Но я стараясь не обращать внимания на ее реплики, вздохнул, пытаясь набрать в свои легкие поменьше горячего воздуха и продолжил свой монолог.

– Представь себе вот прямо как в живую! Я представляю тебя старой, морщинистой, с посиневшими, длинными ногтями, с редкими, седыми, волосами! Твои худые, костлявые руки, тянутся к моему лицу! Беззубый рот открывается в попытке мне что-то сказать и, по посиневшим губам стекает тонкой струйкой пузырящаяся слюна! Ты лежишь на моих руках, в застиранной, порванной ночнушке, из-под которой торчат твои костлявые коленки! Ты кряхтишь и говоришь мне: <<Милый мой друг Гера! Я все таки так и не вышла ни разу замуж! Видать я никому не понравилась! Найди мне хоть перед смертью, какого нибудь принца-старичка на вшивой, старой кобыле!>>.

– Ну ты Гера от жары и духоты, совсем спятил бедненький! – прыснула в кулак Вера, посматривая на стоящих в очереди таких же как мы бедолаг.

Но по всей видимости сегодня всевышний решил нас пожалеть, мы услышали шум, а так же вздохи облегчения, стоящих в очереди людей и, посмотрели в ту сторону, откуда послышался шум подъезжающей к нам машины, которая привезла еще одну бочку кваса. Вера и я побежали вместе с несколькими людьми ко второй бочке, и минут через пять мы уже стояли чуть поодаль, наслаждаясь двумя бокалами холодного, до слез обжигающего газами, пенистого кваса. Наши мокрые от пота волосы, аккуратно ласкал легкий бриз, дующий со стороны моря. Изредка над нашими головами, с тревожно-тоскливым плачем маленького ребенка, проносились чайки. Моя клетчатая рубашка намертво прилипла к мокрой спине, я пожалел что не послушался Веру, советующую мне с утра одеть просто белую футболку, хоть она и была уже далеко не чистой и, вторую неделю метившей в стирку. Только по этой причине я ее отказался одевать. На Вере была белая футболка которая была мокрой от пота, и через нее отчетливо выступали груди, потому как Вера не одела нижнее белье, она по жаре его никогда не одевала.

– Сколько мне в моей жизни с тобой еще предстоит возиться? Ведь просила одеть футболку! – Вера со смехом смотрела на меня и на мокрую от пота рубашку.

– Ну футболка была не свежей, грязной! – напомнил я ей беря свой бокал с квасом.

– Ах какой квасок хороший! Ай да квасок правда!? – Вера мотала от удовольствия головой из стороны в сторону, ее каштановые волосы ложились веером по плечам и спине, они были почти до пояса.

– Да! Квас что надо! А вот бидончик или банку мы конечно зря не взяли! – кивал я головой, отпивая большими глотками квас, вытирая выступающие из глаз слезы и, морщась от резких газов которыми квас был в избытке.

– Ничего страшного! Мы недалеко от дома, так что можно и вернуться если что! – пожала плечами Вера.

– Только не я! Если хочешь то сама смотайся за бидоном, я не пойду! – отрицательно помотал я головой, одним глазом посматривая в сторону Веры, причем брызги пота от моих волос полетели в сторону Веры.

– Осторожнее Гера, на мне своего пота хватает с избытком! – со вздохом промолвила Вера, ставя пустой бокал на столик стоящий около бочки с квасом.

– Ну почему не продают легкие брюки? Я мокрый уже от этих джинсов…! – начал было я свое высказывание по поводу производителей мужской одежды, но Вера меня перебила.

– Не переживай, постираю я тебе сегодня твою футболку! А может к морю? Там все в трусах ходят и без одежды? – предложила мне она, слегка ущипнув меня за руку.

– Да почему бы и нет!?К морю так к морю! – согласился я и мы пошли домой собираться на море.

Духота на улице продолжала набирать обороты, и от нее изнывали все кто находился на улице.

2

Прибыв домой я первым делом полез было в ванную под холодный душ, но меня опередила Вера, мы стали толкаться перед входом в ванную, чем явно начали отвлекать маму от приготовления варенья на зиму.

– Ну что вы там не поделили? Сейчас обоих засуну под холодный душ! Гера дай Вере пройти! – подошедшая к нам мама шлепнула меня слегка по тому, на чем обычно сидят рукой, и оттолкнула от входа в ванную.

– Мама дай денег! – попросил я у нее, снимая джинсы и кидая на трюмо в коридоре.

– И куда собрались на этот раз? – мама закрыв за Верой в ванной дверь, прошла в комнату.

– Да на море мама, на море как обычно! – пожал я плечами ковыряясь в кладовке в поисках рюкзака.

– Не забудьте что вам еще в институт на 5 курс! Последний он у вас! И учебу закончить все таки надо! – напомнила мама доставая из серванта свой кошелек.

– Да куда мы денемся! Все будет путем! – стал я уверять маму вытаскивая из-под обуви старый, походный рюкзак.

– Я знаю куда вы денетесь! Ну прямо как прошлым летом! Когда я краснела перед матерью Веры! Вы опоздали тогда на занятия ровно на месяц! – напомнила мама, протягивая мне деньги.

Вера Павловна Можаева была моей давней подругой, мы еще в детский садик ходили вместе. У нее были длинные волосы каштанового цвета как и у меня, только у меня конечно короткие. Стройная фигура и красивые, длинные ноги сводили меня с ума. Мы были давно влюблены друг в друга. Наши мамы тоже давно дружили, и работали на одном кондитерском предприятии.

К слову сказать что мама Веры уехала к родне в Крым на все лето. И Вера ради смеха жила у нас на полном так сказать довольствии. Отца у нее не было, он пропал без вести в тайге, когда по своей работе туда уехал. Он был геологом как и мой отец, они работали вместе. И вся группа вместе с ними пропала без вести. Их так и не нашли, хоть и пытались как могли в те годы. Вере и мне тогда было 17 лет когда пропали наши отцы. Это было в 1995 году. Но спустя почти 5 лет она все еще это помнила. Теперь нам было почти по 22 года.

Мы учились в Политехническом и со скрипом перешли на последний курс. Почему со скрипом, да потому что не хотели уже там учиться-пыл пропал, желание и интерес. Нам хотелось уже чего нибудь другого, захватывающего, чтобы душа вся уходила в работу. Мама это уже поняла и часто нас ругала, так вышло и на этот раз. Как только из ванны вышла Вера, тут все и началось. Мама подошла к нам и скрестила свои руки на груди.

– Ну и скажите мне ребята, какого черта вы поступали в этот институт? Учиться вы там не хотите, хоть и осталось год проучиться! – мама выжидающе смотрела то на меня, то на Веру.

– Мама у тебя варенье, мама оно горит! – пытался я ее отвлечь.

– Я плиту выключила и таз отставила! – сказала мама повернув ко мне голову.

– А мне в ванную пора! – пытался я уйти от разговора.

– Подождет твоя ванная, потерпи не помрешь! – снова перебила она меня.

– Мама мы закончим этот факультет! – кивнул я головой отодвигая Веру чтобы пройти в ванную, но мама меня снова остановила схватив за руку.

– Я терпела долго ваши выходки! Если и на этот раз опоздаете на занятия в ваш факультет, обоих в ЗАГС поведу! Будете в семейном рабстве зависеть друг от друга! Работать пойдете бездельники! – пригрозила без всякой улыбки мама, и ушла на кухню напевая что-то про паромщика.

– Что это за бредовая песня? – Вера с испугом посмотрела на меня.

– Ну это <<Паромщик>>,песня такая антикварная! – пожал я плечами.

– Я замуж не собираюсь! Ты меня слышишь? – Вера посмотрела мне прямо в глаза.

– Знаю Вера, знаю! – кивнул я головой глядя на то как мама уходит по коридору в сторону кухни.

– Тем более за тебя Савченко! – продолжала она поправляя под полотенцем мокрые волосы и поправляя второе полотенце, которым была обмотана по самую грудь.

– Интересно почему это? – я с любопытством перевел свой взгляд на нее.

– Ты мне всю жизнь угробишь в один момент! – кивнула она мне головой, при этом полотенце с головы слетело ей под ноги.