- -
- 100%
- +
ПРОЛОГ
УЛЬЯНА
Писк таймера духового шкафа, громко доносится из кухни, оглядываю сервировку стола, всё ли поставила, убедившись, что всё на месте, спешу на кухню.
Минут через десять-пятнадцать, домой вернутся любимые, муж и дочка. Взглянув на окно, поёжилась. Глубокая осень, на улице какой день ветер и дождь, даже выходить из дома не хочется!
Только бы Дашка не заболела!
Проносится в голове тревожное. Внутри закипает негодование на свёкра. Отец моего мужа ещё до нашего с ним знакомства не принял меня, как любимую сына. А при знакомстве и вовсе высказался прямо и жестко.
«-Вы не подходите моему сыну, рядом с ним должна быть девушка нашего круга, но никак не «Сирота казанская». Такой глупости, как связаться с вами, я от него не ожидал, и сильно разочарован!»
Я ожидала таких слов, но была уверена, что услышу их от матери Стаса, но никак не от его отца! Эвелина Германовна повела себя ещё более страна, она молчала, словно ей было безразлично есть я или нет, и из каких слоёв общества. Она словно жила своей жизнью, отдельно от мужа и сына, при том, что жили они в одном большом доме.
Стасу не понравились высказывания отца, они повздорили, громко кричали друг на друга, всех слов и не передать, но у меня волосы на голове шевелились, мне казалось, что эти двое набьёт друг-другу лица, но, к счастью, этого не произошло. Стас просто увёл меня тогда из дома своих родителей. На следующий день, он снял для нас квартиру, забрав меня из коммуналки, в которой была моя комната, доставшаяся от мамы.
Следующая встреча с этим мужчиной была на нашей свадьбе. Это случилось через год, после запоминающегося на всю жизнь знакомства. Я очень долго не принимала предложения любимого мужчины, осадок и тревога поселились в душе на долго! Я боялась Константина Витальевича, он очень властный и весьма богатый не только деньгами, но и хорошими знакомствами. Я боялась, что меня отчислят из института, боялась лишится подработки, но время шло и ничего страшного не происходило.
А Стас всё же добился моего «да».
Ещё через год у нас родилась Даша, маленькое солнышко, что растопила ледяное сердце своего деда, мужчина стал часто посещать наш дом, был вежлив и мягок. Вот только в мою сторону лёд, как оказалось не весь оттаял! Наедине он смотрел на меня, как на врага. Константин Витальевич очень полюбил свою внучку и когда Даше исполнилось два годика, стал забирать её к себе на выходные, перестав посещать наш дом, который мы купили после свадьбы.
Сегодня среда, и звонок с просьбой привезти внучку среди недели, был для меня странным. Стас мне ничего не объяснил, сказал только, «отец хочет видеть внучку, соскучился, так почему бы не свозить её на пару часиков?».
Муж и дочь уехали, а я принялась за ужин, и только одно кольнуло меня в сердце. Меня собой не позвали, при том, что муж всегда предлагал поехать с ним, если он ехал к родителям!
В холле хлопнула дверь, раздались быстрые шаги. В душе всколыхнулась тревога.
– Стас? – крикнула имя мужа, направилась к нему на встречу.
Муж быстро оказался в дверном проёме, я даже из кухни не успела выйти. Муж был один, а выражения лица было очень хмурым.
– Ты один, где Даша? – тревога стала набирать обороты.
– Она осталась у папы, нам нужно с тобой поговорить, – каким-то холодным и чужим голосом произнёс муж.
– Как осталась у папы? Мы о таком не договаривались! Стас, она же плакать будет! Ты почему об этом не подумал? Она же ещё маленькая, ей будет там страшно и плохо без нас! – руки затряслись от негодования и тревоги, что никак не покидала мою душу, а только больше росло.
– Даше там хорошо, прекрати кричать! – неожиданно повысил голос муж, и слегка задев меня плечом, прошёл в глубь кухни, присел за стол, – присядь, – командным тоном, от которого по спине пополз холодок.
Сейчас он был похож на своего отца.
– Стас? – шёпотом, поведение мужа стало пугать.
– Я сказал, присядь! – рявкнул в ответ.
Вздрогнув всем телом, но с места так и сдвинулась, ноги словно приросли к полу. Не понимая, что происходит, смотрю на мужа и не верю своим глаза и ушам. Он никогда не повышал на меня голос, не смотрел с таким безразличием граничившие со злостью!
– Ладно, если тебе так удобно, то пусть будет так, – кивает, кривя губы, – в общем так, Ульяна, я подал на развод, у тебя несколько дней, чтобы собрать вещи и покинуть дом, – заявляет Стас.
В ушах мгновенно появляется звон, ноги становятся ватными, в лёгких начинает гореть, не получается сделать вдох, потому что понимаю, что не ослышалась, и что это не шутка!
– Хочу предупредить, Даша остаётся со мной, ей так будет лучше, ты не сможешь хорошо её воспитать и обеспечить, у тебя нет работы, высшее образование ты не закончила. Даже при оплате мною алиментов, ты не сможешь дать дочери того, что смогу я и моя семья. Тебя обеспечивать после развода, я не намерен, моя будущая жена против этого, но Дашу она принимает и согласна заменить родную мать. Видеться с Дашей ты тоже не будешь, незачем девочке травмировать психику, для неё должна быть одна мать, которая всегда будет с ней рядом. Здесь, – достаёт из внутреннего кармана пиджака сложенные в несколько раз листы, – заявление о разводе и отказ от Даши, подпиши, – развернув заявления, кладёт их на стол.
Онемевшая, не чувствующая ударов собственного сердца, с огромной болью в груди, и пеленой слёз на глазах, выслушиваю, пропуская через каждую клеточку своего тела каждое его слово.
За что? Почему? Разве так бывает в жизни? Разве так поступают? Это бред какой-то! Может я уснула, и всё это страшный сон? Только слишком он реален!
– Стас, я…, я не понимаю, ты же сейчас не серьёзно, всё, что ты сказал…, – спазмом сжимает горло, говорить трудно.
– Всё что я сказал, правда, извини, я не хотел причинять тебе боли, но такова жизнь. Отец был прав, не стоило нам создавать семью, ты не та девушка, что мне нужна, ты милая, хорошая, добрая, красивая, но этого, к сожалению, мало. Давай без истерик, хотя я раньше и не замечал за тобой такого, но всё же. Ты сейчас подпишешь документы, тихо и мирно, а за это я разрешу забрать из дома всё, что ты захочешь, можешь всю мебель вывезти, правда я не знаю куда ты всё это денешь, в Богом забытую коммуналку это всё явно не поместиться. Хотя ты можешь всё это продать, Юля всё равно хочет поменять мебель и сделать здесь ремонт, – унизительно и чудовищно боль добивает меня.
Ноги подкашиваются, было бы за что удержаться, то может и не свалилась, а так оказываюсь на полу, что рыба, выброшенная на сушу, открываю и закрываю рот, сидя на полу.
– Я…, я не откажусь от Даши! – вскидываю взгляд на предателя по другому его не назвать, из глаз брызгают слёзы, – она моя дочь, я не отдам её вам! Ты не можешь так поступить! – хочу кричать, но голос подводит, только надрывно хриплю.
– Ульяна, – со вздохом начинает Стас, таким тоном, словно устал разговаривать со мной, – ты же прекрасно понимаешь, тебе не тягаться с моей семьёй, хорошего адвоката тебе не нанять, даже если продашь свою конуру, денег тебе не хватит, к тому же без жилья тебе и вовсе ребёнка не отдадут, так что, лучше подпиши отказ, не усложняй себе жизнь, – поднимается с места, берёт листы со стала, достаёт ручку из того же кармана, подходит ко мне, присаживается на корточки, – подписывай! – леденящим душу тоном, командует Стас, кладя листы с заявлениями передо мной на пол, протягивает ручку.
– Нет, – качая остервенело головой, – я не откажусь от своей дочери! Слышишь? Не откажусь! Моя дочь будет со мной! – наконец-то голос прорезается, и я кричу в лицо мужа, что так сейчас похоже на своего отца.
– Не будет, – цокает языком, опускает голову вниз на пару секунд, – либо ты сейчас от неё откажешься, либо тебя лишат родительских прав через суд, поверь мне, так и будет, – поднимает голову, окатывает меня равнодушным взглядом!
– Нет, нет! – меня скручивает от страха и душевной боли, она намного сильнее любой физической.
Я не могу представить жизнь без моей крошки, моей доченьки! Я не могу позволить воспитывать моего ребёнка чужой женщине!
Женится собрался? Значит изменял, сколько, сколько он меня обманывает?! Почему сразу не ушёл, зачем ему Даша?! Но не одного вопроса задать не успеваю.
– Я всё сказал, завтра к вечеру, будь добра съехать из этого дома, иначе вышвырну в том, в чём будешь одета! – резко выпрямляется, и не сказав больше ни слова, широким шагом покидает кухню.
– Стас! Стас постой, не уходи, прошу, не делай так! – пытаясь встать, но ноги не слушаются, получается только ползти.
Входная дверь дома громко хлопает, означая, что муж ушёл!
Из горла толчками вырываются рыдания, ладони скользят вперёд, не удерживаюсь, упираюсь лбом в пол, сжимаю ладони в кулаки, реву, рвя связки. Холодно, больно и страшно! Он прав! Мне не тягаться с его семьёй! Но не могу я отказаться от дочки, не могу! Она моя крошка, моя девочка!
– Да-а-а-ша-а-а-а! – вою в голос имя дочери, – доченька-а-а!
Я не знаю сколько нахожусь в таком состоянии, рыдаю пока слёзы не заканчиваются, меня трясёт, что при самой сильной лихорадке, сил нет даже подняться, поджимаю колени к животу, сворачиваюсь клубочком.
Это не конец, нет, нужно взять себя в руки и ехать в дом свёкра и свекрови, поговорить с ними, забрать мою малышку!
Через полчаса я уже еду в такси, меня ещё трясёт, водитель поглядывает на меня настороженным взглядом. Да, выгляжу я не очень, но мне плевать, главное забрать мою крошку.
Я заранее прошу водителя подождать меня, но подъехав к пропускному пункту частного сектора, встречаю препятствие. Меня не пропускают! Я в чёрном списке на пропуск, распоряжения свёкра! Я пытаюсь дозвониться до Стаса, его отца, матери, но никто не отвечает на мои звонки, только длинные гудки.
Я прошу охранника на въезде вызвать мне Стаса Константиновича или же самого Константина Витальевича. Но охранник отказывается, мягко просит уйти. Он не понимает, что у меня там дочь, моя Даша, которую у меня безжалостно отобрали!
К воротам подъезжает огромный автомобиль, освещая фарами меня и ворота, мне не видно, что это за машина. Подбежав ко мне, охранник обхватывает меня за плечи, отводит в сторону и крепко удерживает, чтобы я не проникла на территорию сектора. Я пытаюсь выбраться из рук громилы, но бесполезно!
– Зачем ты здесь? – раздаётся до мороза по спине голос свёкра, это была его машина, которую он загнал на территорию и вышел за ворота, – Стас тебе всё объяснил, уходи отсюда!
– Верните мою дочь, и я уйду! – перестаю вырываться их захвата охранника, – я её мать, и вы не имеете право нас разлучать! – собственного голоса не узнаю, сломанный, хриплый, от каждого слова словно наждачкой по горлу.
– У Даши новая мама, куда лучше, чем ты, так что забудь про неё! – холодно и безразлично произносит свёкор, и развернувшись, заходит на территорию элитного частного сектора, машет рукой охраннику, который удерживает меня.
Я тут же получаю свободу, рвусь вперёд, но не успеваю, перед моим носом закрываются ворота, отрезая меня от дочери.
– Нет! Вы не можете так делать! Не можете! Отдайте мне мою дочь! – кулаками бью по закрывшимся высоким воротам, – верните, верните мою дочку!
Вновь рыдаю, сползаю по воротам на колени, а после на попу, продолжая бить по ним, по волосам струями стекает льющиеся на меня с неба дождь, я не чувствую его холода, моя душа уже замёрзла, её сковал целый айсберг.
– Уходите, девушка, вас всё равно не пропустят, – раздаётся басовитый голос громилы охранника, – или мне придётся выполнить ещё один приказ, вызвать на вас полицию.
Да что они мне сделаю? Арестуют? За что? За то, что хочу забрать своего же ребёнка?! Но в тоже время понимаю, для меня их приезд закончится не очень хорошо! Со связями Константина Витальевича, меня могут засадить за решётку, за любое придуманное преступление! Тогда я точно не увижу Дашу!
Поднявшись на ноги с помощью этого громилы, плетусь к ожидающему меня такси, но открыв заднюю дверь, неожиданно получаю отказ. Грязная и мокрая, испачкаю салон!
Но после моего обещания заплатить за чистку салона, водитель соглашается. Мы едем обратно в дом, в котором я прожила счастливые три с половиной года, и где в одночасье рухнул весь мой мир! Мне нужно забрать документы и ключи от комнаты в коммуналке, тот дом больше не мой, скоро в него войдёт другая женщина, но за дочь я буду бороться, пойду на всё, но моя малышка будет со мной!
ГЛАВА 1
УЛЬЯНА
Залитый солнцем задний двор дома, радостный лепет маленькой девочки, в её пальчиках зажат розовый бутон розы, подносит его к носику, морщится, смеётся. Тяну руки к малышке, зову дочку. Смешно перебирая маленькими ножками, размахивая ручками, спешит в мои объятия. Малышка не успевает добежать, вокруг всё начинает меняться, ещё несколько секунд назад, залитый солнцем двор, стремительно погружается в темноту, на нас обрушивается ураганный, пронизывающий до костей, холодный ветер.
– Даша! – кричу, пытаясь найти дочь в кромешной тьме, что резко затмило солнце.
Мне страшно, дикий ужас содрогается всё тело в крупной дрожи. Я не вижу мою малышку!
Картинка меняется.
– За что? Вы не имеете право! Верните мою Дашу! – собственный крик оглушает, я не вижу лиц присутствующих, они расплываются в туманной дымке, но я знаю, кто и где сидит, знаю победные искры в их глазах!
– Нет! Нет, нет! Пустите! – кричу, но не слышу собственного голоса.
Резкий толчок, распахиваю глаза и тут же зажмуриваюсь. Мне хватает и пары секунд, чтобы понять, очередной кошмар!
– Снова плохой сон? – раздаётся рядом хриплым со сна, мужской голос.
Крепкие руки обхватывают за талию, притягивают к широкой груди.
– Плохой, – только и шепчу в ответ.
Сердце грохочет, в горле острый ком, к глазам подступают слёзы. Горячие губы скользят по шее, оставляя влажный след, широкая ладонь пробирается под тонкую сорочку, поднимается по бедру вверх, чужие пальцы цепляют тонкий кружева трусиков.
– Не сейчас, Ром, – в голосе звучат не пролитые слёзы, нельзя такое говорить, но слова сами срываются с языка, – прошу, не сейчас, – уже с мольбой.
Руки и губы исчезают, мне дают свободу. Закусываю нижнюю губы, выбираюсь из постели, спешу скрыться за дверью ванной комнаты. Закрываю дверь, включаю воду, и даю волю слезам, но только так, чтобы Кравцов не услышал, содрогаюсь от беззвучного рыдания, крепко зажимаю рот ладонями!
Мне больно, эта душевная боль с каждым днём становится всё сильнее, она уже полтора года сжирает меня изнутри.
Прикрываю глаза, но картинкам из прошлого мешает появится зашедший в ванную мужчина.
– Иди сюда, – протягивает руку, тянет меня за локоть, крепко обнимает, прижимает к голому торсу, одной рукой зарывается в моих волосах на затылке, мягко массирует пальцами кожу головы, – всё, тише, – медленно отступает назад, утягивая меня обратно в комнату.
Такое поведение для Ромы редкость, он очень властный и жестокий человек, с ним трудно находиться рядом, порой совсем невыносимо, но он мне нужен! Нужен, чтобы вернуть мою Дашу! Без него ничего не получится!
– Ульян, осталось совсем немного, тебе просто необходимо набраться терпения! Я свои обещания всегда выполняю, давай и ты будешь соблюдать свои, – говорит Кравцов, останавливаясь около кровати, смахиваю слёзы с лица, они ему не нравятся, раздражают, это одно из условий, не плакать при нём, – возвращайся в постель, я принесу тебе воды, – откидывает тонкое одеяло, кивает на кровать.
Делаю, как говорит, спорить с ним нельзя, это не тот мужчина, перед которым можно встать в позу, ему не важно, чего хочу я, главное, чего хочет он!
Роман возвращается очень быстро, протягивает мне стакан с водой, ждёт, когда я делаю несколько глотков, следом забирает его, ставить на прикроватную тумбу. Вместо того, чтобы обойти кровать и прилечь со своей стороны, Роман нависает надо мной, одним коленом упирается на край кровати.
– Красавица, – костяшками пальцев проводит по одной щеке, следом по второй, пальцами берётся за подбородок, наклоняется, – тебе нужно расслабится, я помогу, – шепчет хрипло и тут же пленит мои губы.
Этому мужчине нельзя отказывать! Моё тело не принадлежит мне уже год, оно в его власти!
Полтора года назад я пообещала себе, что пойду на всё ради того, чтобы забрать свою дочурку! И я пошла!
– Уля, вернись ко мне! – командует Роман, вновь не даёт утечь в тяжёлые воспоминания.
Приходится подчиняться, руки на автомате ложатся на широкие плечи мужчины, скользят вниз на крепкую грудь. Я уже привыкла! Сначала было очень тяжело, до истерик, до тошноты, мне было противно прикасаться к чужому мужчине, ложится с ним в постель, отдавать себя!
Мне до сих пор стыдно вспоминать наше знакомство, какой грязной я тогда себя ощущала!
Но мне очень повезло, что в тот день, именно Роман зашёл в ту страшную комнату первым!
– Давай, красавица, откройся для меня, как ты умеешь, – продолжает Кравцов, его горячий шёпот обжигает кожу шеи, руки тянут подол сорочки вверх.
Прикрываю глаза, и делаю то, что просит Роман, открываюсь перед ним, как он любит!
Это ад, мой личный ад! Но я готова варится в нём до конца, лишь бы Даша вернулась ко мне!
– Умничка, вот так моя красавица, – хвалит меня Кравцов, забираясь полностью на постель.
Он ловко меняет положение, теперь я сверху, всё как он любит! Моё тело быстро реагирует на призыв мужчины, он знает, как надо сделать, чтобы моё тело откликнулось, но только тело, душа моя мертва!
Я не чувствую к этому человеку абсолютно ничего, разве что благодарность, за то, что предложил помощь, и не важно на каких условиях, главное предложил! Роман, красив, очень красив, богат и привлекателен, но сердце моё не ёкает, глаза при виде него не горят, любая другая бы прыгала от счастья, что такой мужчина обратил на неё внимания, и более того, позвал замуж!
Но я не они, и сердце с душой мои молчат, Кравцов владеет только моим телом, хотя вру! Он владеет моей жизнью!
– Ты успокоилась? – звучит неожиданный вопрос, раньше он не интересовался такими вещами.
– Ты же знаешь, что нет, – отвечаю правду, врать и лукавить с ним нельзя, он чувствует враньё за версту!
Образовалась тишина, пальцы Кравцова вырисовывали непонятные узоры на коже моей спины, а я замерла мышкой, в груди творилось непонятное! Так всегда после наших соитий! Тело получало удовольствие, а душа скулила маленьким, брошенным щенком. Может если бы Кравцов проявлял в мою сторону ласку не только в постели, то мне было бы легче, но в другое время, он каменный бесчувственный, жестокий человек! Мне кажется, его не сломить ничто на свете, даже не пошатнётся если в него врежется бульдозер, криво усмехнётся, отряхнётся от пыли, и продолжить жить!
Роман не поднимает на меня руку, нет, его жестокость проявляется в другом! Мне запрещено общаться с мужчинами, даже с охранниками разговаривать не имею права, на светских мероприятиях я всегда рядом с ним, не на секунду не оставляет одну! Многие уже знают, что руками меня трогать нельзя. Приветствия только словесные, никаких поцелуев в ручку, и уж тем более дружеских объятий!
Роман разрешил мне закончить институт, но пришлось пережить кучу неприятных моментов! Я легко восстановилась после академического отпуска, который брала из-за беременности и рождения Даши. Правда пришлось перевестись сначала на заочное обучение, а через месяц и вовсе перевестись в другой институт в другой город, так как Кравцов не намерен был оставаться в том городе, где родилась я и где оставалась моя дочь! Он забрал меня в Москву! За пятьсот километров от моей Даши!
– Утром собери самые необходимые тебе вещи, всё должно уместится в один чемодан, в десять утра у нас самолёт, – произносит Роман.
– Мы куда-то едем? – прикрываю глаза, хочется спать.
– Пора прекращать с твоими кошмарами, – отвечает Кравцов.
Что это значит? Как понять его слова? Сердце заколотилось, в груди появилось волнения.
– Ром? – поднимаю голову с его плеча, смотрю на лицо мужчины, глаза прикрыты, дыхание ровное, лицо расслабленное, словно он спит, но это не так, – Ром, – вновь зову мужчину, так как реакции с его стороны не последовало, – что ты хочешь этим сказать? – голос дрогнул, боюсь услышать совсем не то, что хочу.
Мои кошмары прекратятся только в одном случае, когда моя Даша будет со мной!
– У меня всё готово, чтобы раздавить твоего бывшего мужа и его отца, – отвечает Кравцов.
От услышанного бросает в жар, резко присаживаюсь в постели, от чего сбрасываю руку мужчины со своей талии, в ответ слышу глухое рычание, Роман не доволен моим поведением.
Но я не могу совладать с тем, что обрушивается на меня! Все эмоции разом, они захлёстывают меня, по телу расползается мелкая дрожь.
Мы едем за Дашей – за моей маленькой дочкой? Я же не ослышалась?
– Ульяна, вернись обратно! – раздражённо требует Кравцов.
На автомате выполняю его требование, кладу голову на его плечо, крепкая руки возвращается на талию, тесно прижимает моё тело к мужскому. Меня трясёт от предвкушения, волнения и страха! Я безумно соскучилась по своей малютке, я не видела её уже год! Бывший муж не выставляет её фото в соцсетях, вся его родня, словно скрывает её! На моём телефоне есть только старые фото, на которые я смотрю каждый день! Я мечтаю о нашей встречи и одновременно до ужаса боюсь! Она считает мамой другую женщину, а меня она уже и не помнит! Сердце прокалывает острой иглой, больно, затаиваю дыхание, чтобы сдержать подступающие слёзы.
– Выдыхай Ульяна, и хватит трястись зайцем, засыпай, у нас есть ещё пару часов, – объятия становятся просто удушающими, Кравцов злится.
Каменная глыба! Бесчувственный чурбан! Неужели он и правда не понимает, каково мне сейчас, да и вообще? Кто наделил этого человека ледяной душой? Как можно уснуть, когда все мысли утекли в другой город, к маленькому и самому родному человечку?! Когда сердце выпрыгивает из груди, когда от страха сковывает всё тело?!
Как же хочется выплеснуть хоть маленькую толику того, что сидит у меня внутри! Но я просто не имею на это право!
Хрипло выдыхаю, зажмуриваю глаза, стараясь выровнять дыхание и утихомирить бешенное биение сердца, а ещё прогнать слёзы и дрожь в теле.
– Умничка, а теперь спи, – виска касаются горячие губы.
Уснуть у меня точно не получится, слишком яркие мысли, мозг рисует портрет Даши. Я скоро увижу дочь! Как же долго я этого ждала!
Я всё же уснула, а точнее провалилась в темноту. Открыв глаза, увидела смятую подушку, Романа в постели уже не было, и это не удивительно, он всегда встаёт вперёд меня, даже если я просыпаюсь очень рано, мужчины уже нет.
Отбросив одеяло, спускаю ноги, поднимаюсь с постели. Нужно собрать чемодан! Стараясь не думать о том, куда я лечу, иду в ванную. От предвкушения внутри гуляет что-то необычное, радостно-волнительное! Плохие мысли гоню, не стоит их удерживать в голове, всё будет хорошо!
Даже если Даша и забыла меня, я помогу ей понять, кто настоящая её мама, кто любит её с первой секунды, как увидела тест с двумя полосками!
Всё время я задаю себе вопросы, ответ на которые не получала и возможно не получу! Любит ли мою крошку новая жена Стаса? Как она к ней относится, не обижает ли она её?
Зайдя в ванную комнату, включаю воду в дешевой, мне даже раздеваться не надо, Роман не позволил надеть обратно сорочку. Переступив через небольшой порожек, встаю под струи воды. В душе долго не задерживаюсь, я не посмотрела на часы, возможно время поджимает, лучше поторопится, нельзя опаздывать на самолёт!
В рекордно короткие сроки, высушиваю волосы, делаю высокий хвост, наношу макияж, из одежды выбираю платье чуть ниже колен из мягкого кашемира. За сбор чемодана приступаю в последнюю очередь. У меня есть ещё полчаса, и этого времени предостаточно! Я не беру много вещей, потому что не знаю, что именно может понадобиться. Несколько комплектов нижнего белья, пару домашних костюмов и платьев, косметичку, что-то для выхода в свет, совсем не беру, об этом всегда заботится Кравцов. И надо сказать у него очень хороший вкус!
Закрываю чемодан и оставив его около двери, выхожу из комнаты, иду к лестнице. Снизу доносится голос Романа, судя по тому, что слышу только его, он разговаривает по телефону.
Бесшумно спускаюсь по лестнице, а когда замечаю Кравцова, сбиваюсь с шага и чуть не срываюсь с лестницы. Тревога мгновенно окутывает меня липкой паутиной. Роман в одном с полотенцем вокруг бёдер стоит у панорамного окна.
Почему он ещё не готов? Он же сам сказал, что самолёт в десять, до посадки полтора часа! Нам до аэропорта добираться практически час!
– Ром? – зову тихо, знаю, что нельзя отвлекать, когда он разговаривает по телефону, но стоять и сгорать от неведения не могу!