Валентинка для Алисы

© Юлиана Стрелец, 2024

ISBN 978-5-0064-2847-8

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero

глава 1

Алиса вышла на автобусной остановке и огляделась по сторонам. Вытащив из кармана осеннего пальто сложенный пополам листочек, она развернула его и еще раз прочитала адрес: ул. Луговая, 25, кв. 137.

– Простите, пожалуйста, – обратилась она к двум милым старушкам, сидевшим на лавочке рядом с газетным киоском. – Вы не подскажете, где находится улица Луговая?

– Луговая? Знаем, чаво не знать-то, – ответила бабуля в зеленом платке. – Это тебе надобно дорогу перейти. А вон за тем высоким красным домом и будет улица Луговая.

– А дом-то какой тебе нужен, деточка? – спросила вторая старушка, улыбаясь беззубым ртом.

– Двадцать пятый.

– Двадцать пятый? Тогда за красным домом повернешь направо, там начало улицы.

– Спасибо, – Алиса поблагодарила старушек, выдвинула ручку дорожного чемодана и вытащила из своей сумочки солнечные очки. Несмотря на холодный и сырой воздух, солнце светило так ярко, что девушке приходилось щуриться.

– А ты, внученька, откуда будешь? – спросила старушка в зеленом платке.

– Только из Германии прилетела.

– А-а-а, иностранка, значит, – причмокивая, подытожила беззубая старушка.

– Нет, я там жила некоторое время. А училась в этом городе. Соскучилась по родным, вот и приехала.

– Ну, молодец, что вернулась, – сказала старушка в зеленом платке. – Негоже нашему люду по заграницам шастать.

Еще раз поблагодарив старушек, Алиса надела перчатки, поправила шляпку и пошла к ближайшему светофору.

Она быстро нашла нужный дом, поднялась на седьмой этаж и уже стояла возле сто тридцать седьмой квартиры. С замиранием сердца девушка нажала кнопку звонка и услышала за дверью заливистое пение соловья. Через минуту дверь распахнулась, и Алиса увидела на пороге пухленькую молодую женщину в зеленом халате и переднике в мелкий цветочек.

– Алисиния! – воскликнула та и бросилась девушке на шею. – Приехала!

– Здравствуй, Вера, – засмеялась Алиса, пытаясь удержаться на ногах, пока подруга обнимала и целовала ее. – Ой, ты меня сейчас уронишь!

– Прости, я просто очень рада тебя видеть. Что же ты в пороге стоишь? Входи! – она буквально втащила Алису в квартиру и захлопнула входную дверь. – Раздевайся и проходи в гостиную, я пока чайник поставлю.

Алиса сняла сапоги и почувствовала облегчение. Казалось, ступни стали на размер больше, и девушка в очередной раз пожалела, что не надела в дорогу сапожки на плоской подошве. Она аккуратно повесила пальто на плечики в шкаф, на который ей указала подруга, туда же на полочку положила шляпку, шарфик и перчатки. Свой багаж она оставила у стены в углу, а сумочку – на тумбочке в прихожей.

– Вер, а где можно руки вымыть?

– А ты сюда проходи. Здесь туалет, а тут ванная. Выключатель позади тебя на стене.

Алиса тщательно намылила руки, смыла пену и снова намылила, затем снова смыла и опять намылила. Взглянув в зеркало на свое отражение, она улыбнулась. Отец всегда подтрунивал над ней, называя чистюлей, и никак не мог понять, зачем она намыливает руки по три раза. «Так по науке положено, папа», – отвечала девушка.

– Пойдем пока поболтаем?

Вера сняла передник и повесила его на кухонную дверь. Алиса, увидев округлившийся живот подруги, открыла рот от изумления. Та была довольна произведенным впечатлением и широко улыбалась.

– Вееерааа, – восхищенно прошептала Алиса.

– Да, я снова готовлюсь стать мамой.

– Поздравляю! – Алиса обняла подругу и расцеловала ее в обе щеки. – Сколько уже?

– Седьмой месяц пошел.

– Седьмой?! – удивленно воскликнула Алиса. – Как я могла сразу не заметить?

– Ну, во-первых, я вон какая сдобная булочка. А, во-вторых, животик у меня маленький.

– Точно, с пацанами у тебя животы были ого-го! Кого ждете?

– УЗИ показывает девчонку, – улыбнулась Вера. – Но ты же помнишь, как я вместо дочери Коленьку родила? А ведь врачи до последнего утверждали, что я девочку ношу.

– Да, Коля всех перехитрил, – сказала Алиса, усаживая Веру рядом с собой. – Кстати, а где все твои мужчины?

– Сережка в школе. Он уже во втором классе. Ох, сейчас такая сложная программа у малышей, что мы с Юркой часами за уроками сидим. Не удивительно, что Серега так хиленько учится. Но он старается. А Коленька в садике, в средней группе. Такой дружелюбный и ласковый. Весь в меня!

– А Сережка, значит, в отца? – подмигнула Алиса подруге.

– Не то слово! Такой же сорванец, как Юрка в детстве. Ты же помнишь, каким он в школе был.

– Помню.

Неожиданно Вера схватила Алису за руку и резко отдернула рукав ее ажурной кофточки.

– Алисиния, это что?! – потрясенно воскликнула она.

Алиса вырвала руку и поправила рукав.

– А ну, отвечай, что ЭТО? – потребовала Вера и схватила другую руку девушки.

Вера так пристально смотрела на Алису, что та опустила голову, не выдержав ее взгляда.

– Ты же не сама это сделала? – недоверчиво спросила Вера.

Алиса отрицательно покачала головой.

Вера хлопнула ладонью по своему колену и воскликнула:

– Я так и знала! Что этот подонок с тобой сделал?

– Мне не хочется об этом говорить, – Алиса отвела взгляд в сторону.

Подруга взяла ее за руку и принялась внимательно разглядывать глубокие полосы на ее запястьях.

– Он издевался над тобой? Ты просто обязана мне все рассказать, я же твоя подруга! – в ее голосе прозвучала обида.

– Я тебе все расскажу, обещаю. Только не сейчас, пожалуйста…

Алиса умоляюще посмотрела на Веру, и та сдалась.

– Обещаешь?

– Зуб даю.

– Да зачем мне твой зуб? – невесело улыбнулась Вера. – Хорошо, не будем омрачать нашу встречу. Но я как знала!

– Вер, пожалуйста.

– Все, молчу, – она поднялась и медленно потянулась, разгибая спину. – Идем, буду тебя откармливать. А то вон как исхудала, кожа да кости.

– Ой, как будто я когда-то была упитанной, – хихикнула Алиса. – Всю жизнь за собой кирпич таскаю, чтобы ветром не унесло.

Подруги вошли в кухню, и Вера принялась вытаскивать из холодильника все, что попадалось под руку. Поймав на себе удивленный взгляд Алисы, она засмеялась.

– Не обращай внимания. У меня в животе сидит маленький проглот и все время просит кушать. Мой врач ругает меня, конечно. Но разве я могу отказать своей малышке, когда она голодная.

– Ясно, – ответила Алиса, помогая подруге расставлять тарелки и миски на кухонном столе. – А Юрка там же работает?

– Он же у меня институт в этом году окончил. Раньше раствор на стройке мешал, а теперь бумажки в офисе перебирает.

– На повышение пошел, значит?

– Ага, – ответила Вера, разливая борщ по тарелкам. – Вчера в командировку укатил на три дня. Так что детей спать уложим и всю ночь болтать будем. Ты ведь останешься на ночь?

– Я собиралась сегодня же ехать. Переночевать у тети Иры, а завтра днем в Меринское, – замялась Алиса.

– Сдалась тебе эта тетя Ира, – скривилась Вера. – Ничего не знаю, сегодня я тебя никуда не пущу. Завтра утром мальчишек развезу, пообедаем, и на вокзал поедем.

– Ладно, уговорила, – улыбнулась Алиса в ответ. – Значит, решила все-таки сама машину водить?

– А без нее никак, Алисиния. Мальчишек в сад да в школу увезти, потом на кружки и секции разные, к врачу на прием – на машине намного удобней. Да и за продуктами на рынок, пока Юрка в командировке. Так что без машины никуда.

– Да, ты права, – сказала Алиса. – Только будь осторожней, я тебя умоляю. В городе такое движение, а ты у нас в положении.

– Да не волнуйся ты, я очень аккуратно езжу. Завтра сама увидишь, – подмигнула Вера.

глава 2

Алиса проснулась от детского плача за стеной. Часы показывали половину седьмого утра.

Она услышала, как Вера уговаривает младшего сына выбраться из-под одеяла.

Бедный ребенок, подумала девушка. Каждое утро подниматься в такую рань не каждому взрослому под силу, а четырехлетнему малышу и подавно.

Алиса встала, накинула халат, сунула ноги в домашние тапочки и вышла из комнаты.

– Ох, прости, что разбудили, – развела руками Вера. – У нас так каждое утро начинается.

– Все в порядке, я уже выспалась.

– Чайник сама поставишь, а то у меня война, – улыбнулась Вера и, стянув с сына одеяло, принялась его целовать. – Просыпайся, мое солнышко. Просыпайся, мой сладенький.

Только после маминой ласки малыш успокоился, перестал хныкать и согласился пойти в детский сад.

Сережа поднялся с постели, как солдат, и через двадцать минут уже стоял обутый, одетый и с портфелем в руках.

– Сереж, ты же не позавтракал, – удивилась Алиса, увидев мальчика в прихожей.

– А я не завтракаю. Меня в машине тошнит. Мама мне с собой банан или яблочко дает. К тому же у нас в школе обед после второго урока.

– Понятно. Вкусно кормят в школьной столовой?

– Да-а-а… Конечно, не так вкусно, как мама готовит, но мне нравится. Особенно картофельное пюре с сосиской, – мальчик облизнулся и погладил рукой живот, предвкушая обед.

– Ладно, мы поехали, а ты сама тут похозяйничай. Кофе, чай. В холодильнике и шкафчике найдешь, что поесть. Я вернусь через часик, – сказала Вера и подтолкнула детей к выходу.

Алиса закрыла за ними дверь и пошла на кухню выпить кофе.

Девушка подошла к окну и выглянула во двор. Стоял сентябрь. Погода оставляла желать лучшего. Моросил дождь, ветер качал деревья.

– Ну, и где же обещанное бабье лето, товарищи синоптики? – спросила она, взглянув на экран телевизора, где в это время передавали прогноз погоды.

Слава богу, вчера дождя не было. Не хватало ей еще заболеть в первый же день приезда, а здоровье ее сильно пошатнулось за последние два года.

Девушка тяжело вздохнула. Что ждет ее там, впереди?

Не нужно обладать особым талантом, чтобы своими руками разрушить свою жизнь. Но она сделала свой выбор и жестоко поплатилась за него.

На развод можно и здесь подать, подумала Алиса. Наверное.

Она понятия не имела, что нужно делать и как себя вести при разводе с иностранцем. Конечно, Володя будет тянуть этот процесс. Скорее всего, попытается ее вернуть. Но она приняла решение и никогда больше не вернется к нему.

Девушка сделала глоток кофе и почувствовала себя лучше.

Пока кофе не выпью, я не человек, говорили в каком-то рекламном ролике. Это точно про нее, улыбнулась Алиса.

Она прекрасно знала, насколько вреден этот напиток, но жизнь без кофе себе просто не представляла. Алиса пыталась ограничить его употребление. Переходила на белый и зеленый чай. Но через пару дней снова доставала из дальнего угла кухонного шкафа заветную баночку, долго сидела за столом, наслаждаясь любимым напитком. В конце концов, девушка перестала бороться с собой. Как бы грустно это ни звучало, но в последние годы кофе был ее единственной радостью. Не считая заварных пирожных, сдобных булочек и пончиков в сахарной пудре, которыми ее баловал супруг. Знал, чем ее можно подкупить.

Вскоре вернулась Вера, нагруженная сумками и пакетами с продуктами.

– Вер, ты чего не позвонила? Я бы спустилась и помогла тебе. Совсем себя не жалеешь, – Алиса с упреком посмотрела на подругу, забрала у нее сумки и понесла их в кухню.

– Не волнуйся, Алисиния, я вон какая большая и сильная!

– Кто бы сомневался, – проворчала Алиса. – Я и лошадь, я и бык…

– Я и баба, и мужик, – подхватила Вера. – Давай уже перекусим чего-нибудь, а то моя дочурка требует еды.

– Счастливая ты, Вер, – вздохнула Алиса, когда после плотного завтрака девушки перешли в гостиную. – У тебя и муж, и дети. Еще и прибавление ждете. А я в свои двадцать семь совсем одна.

– Это ты преувеличиваешь, конечно, – ответила подруга. – У тебя родители, брат с сестрой. Я, в конце концов. А ребенка еще не поздно родить. Даже замуж выходить не обязательно.

– Да, сейчас в порядке вещей быть матерью-одиночкой, – усмехнулась Алиса.

– Ну, знаешь, у меня тоже было немного другое представление о счастливой семейной жизни, – напомнила Вера.

– Помню, – хихикнула Алиса. – Богатый муж, большой дом, прислуга.

Вера засмеялась, вспомнив свои детские мечты.

– Но мое счастье сидело со мной за одной партой все школьные годы.

Они еще часа два вспоминали школу, своих друзей, делились своими мечтами, как раньше. Как будто и не расставались вовсе.

– Кстати, жених-то приснился тебе сегодня ночью? – подколола ее Вера. – На новом месте спала все-таки.

– Приснился…

Неожиданно для самой себя Алиса густо покраснела.

Вера внимательно посмотрела на подругу.

– Да ну! Неужели Ульянов?

Алиса кивнула в ответ.

– Не знаешь, как он? – стараясь не показывать своей заинтересованности, спросила она.

Вера покачала головой.

– Юрка с ним иногда созванивается. Но я ничего не спрашиваю, а он не рассказывает. Я, как Кольку родила, совсем перестала с одноклассниками общаться. Столько забот навалилось, сама понимаешь. Может, твои родители знают. Кстати, они в курсе, что ты приехала?

– Нет, – улыбнулась Алиса. – Сюрприз хочу им сделать.

– Ох! – воскликнула Вера. – Представляю, как они обрадуются. Три года дочь по заграницам болталась!

– Я не болталась, – начала оправдываться девушка. – Я работала.

Алиса смутилась еще сильней: ей приходилось врать в глаза лучшей подруге.

– Да ну? И много ты заработала? – усмехнулась Вера. – Небось, испорченные нервы – все твое богатство.

– Не бей по больному, так нечестно. Тем более, я туда больше не вернусь.

– Правда?! – Вера округлила глаза. – И когда ты собиралась мне об этом сказать? Я думала, ты погостить приехала.

– Хватит с меня заграничной жизни.

– Здорово! – радостно воскликнула Вера и откинулась на спинку дивана. – Значит, так. Отдохнешь недельку – другую и к нам. Поживешь, пока работу не найдешь и на ноги не встанешь.

– Не гони лошадей! – Алиса со смехом выставила ладони перед собой. – У меня комната в общежитии есть. Забыла? Квартирантов я уже предупредила. Да и не с пустым же карманом я приехала.

Вера надула губы.

– Ну, тогда хоть в гости чаще приезжай.

– Обязательно. Ну, ты чего? Обиделась что ли? – Алиса похлопала Веру по плечу. – Мы же в одном городе жить будем.

– Ладно, – улыбнулась та в ответ. – Ну? Идем обедать и в путь?

Вскоре девушки стояли на площади железнодорожного вокзала. Алиса решила ехать на электричке, а потом уже пересесть на вечерний автобус до родного села.

– Жаль, Юрка только ночью вернется. Я могла бы сама тебя увезти в Меринское. Заодно родителей навестила бы. Может, останешься еще на одну ночку?

– Нет, Вер, я поеду. По своим соскучилась.

– Конечно, – вздохнула подруга. – Позвони, как соберешься приехать, я тебя встречу. И будь осторожна в дороге. Мало ли придурков на белом свете.

– Скажи еще, чтоб в дороге ни с кем не разговаривала и не знакомилась, – улыбнулась Алиса.

– Да-да, и чтоб деньги никому не показывала, – засмеялась Вера, вспомнив, какие указания давали им мамы, отправляя дочерей на учебу в большой город.

Подруги обнялись на прощание, и Вера разревелась.

– Все, прекращай сырость разводить. Я всего лишь домой поехала, – Алиса достала носовой платок и протянула подруге.

– Я знаю, – шмыгнула носом девушка. – Я буду скучать.

– Я тоже. Пока! Юрке привет!

Алиса вошла в вагон, поставила дорожный чемодан рядом с собой и выглянула в окно. Вера даже не думала уходить. Она шла и махала рукой до тех пор, пока электричка не набрала скорость.

Алиса вдруг почувствовала такую горечь, что слезы навернулись на глаза. Как же она устала! Устала от такой жизни. От жизни, которую выбрала себе сама.

Стоп! Хватит себя жалеть. Да, она долго к этому шла, никак не могла решиться уйти от супруга и вернуться в Россию. Но она это сделала. И должна радоваться, что отделалась так легко.

Вытащив из сумочки небольшую фотографию, Алиса долго смотрела на нее. Парнишка в военной форме, казалось, едва сдерживал улыбку, а глаза его светились от счастья.

Зачем она хранила ее, Алиса сама не понимала. Слава богу, Владимир об этом не знал – у него не было привычки копаться в ее вещах.

– Прости меня, – еле слышно прошептала девушка парню с фотографии.

Глупо, конечно, но спустя три года она все еще надеялась, что он любит ее. Он сам сказал, что будет любить ее, несмотря ни на что. И теперь она возвращалась, чтобы все исправить. Возвращалась туда, откуда все началось.

глава 3

Алиса Миронова родилась в небольшом провинциальном городке. Ее отец работал на заводе, а мать – воспитателем в детском саду. Отец очень старался, чтобы прокормить жену и трех маленьких детей: брал дополнительные смены, выходил на работу в праздничные дни. Но денег все равно не хватало. А уходить с завода, на котором он работал много лет, Андрей не хотел. А может, просто боялся.

Помощи ждать было не от кого. Родственники, что жили чуть лучше, старались как можно меньше общаться с семьей Мироновых: кому нужны чужие проблемы? А три пары голодных детских глаз их вовсе раздражали.

– Зачем нищету плодить, когда самим жрать нечего? – любила повторять тетя Валя, старшая сестра отца, которая в свое время умудрилась отхватить небедного, но очень застенчивого парня из хорошей семьи.

Костя, муж Валентины, после смерти отца возглавил небольшую фабрику по производству мебели, так что ей не было никакой надобности работать, у нее и так все было.

Дочь их, Кристина, которая была чуть старше Алисы, взяла от матери не только яркую внешность, но и стервозный характер. Она, как и мать, свысока смотрела на людей из бедных семей, а нищие вызывали в девочке лишь чувство отвращения. Она считала, что таким отбросам общества вообще не стоит жить среди нормальных людей.

Мамина сестра, тетя Ира, которая в свои двадцать шесть лет не только не имела детей, но и замужем ни разу не была, в ответ на жалобы старшей сестры с раздражением отвечала:

– Ты для меня их нарожала, что ли? А я тебе что говорила, когда ты вторым забеременела? Не с твоим мужем детей плодить! Так нет же. Она еще и третьего родила. А теперь кто-то должен решать ее проблемы. Нет уж, дорогая моя сестрица, на меня можешь не рассчитывать.

– Да я и не рассчитывала… – тихо отвечала Марина, мать Алисы, и, оскорбленная до глубины души, уходила, так и не рассказав сестре, что у Анютки вылез первый зуб, что Алеша начал выговаривать букву «р», а Алиса уже сама чистит картошку.

И вот случилось то, чего больше всего боялась Марина: ее муж начал выпивать. От безысходности или от бессилия он решил топить свое горе в бутылке. Нет, он не был скандалистом и не поднимал руку на жену, но дети боялись пьяного отца. В такие минуты его глаза наливались кровью, он сжимал кулаки и часами сидел, молча стиснув зубы.

Мать старалась увести детей подальше, чтобы они не видели этого. Но Алиса все равно подкрадывалась к двери в кухне и заглядывала в маленькую щелочку. Ей было жаль отца, и она плакала, потому что очень его любила.

Алиса до сих пор с болью вспоминает то сложное время, которое пришлось пережить ее семье. Будучи старшим ребенком, она уже с шести лет взяла половину домашних обязанностей на себя. Постоянные переживания за мужа и страх за будущее детей здорово подкосили здоровье матери: она стала часто болеть. На работе ее вежливо попросили освободить место для более здоровых сотрудников. А вскоре она и вовсе слегла.

На тот момент Алисе было уже десять. Домашние хлопоты, готовка, младшие дети – все легло на ее детские хрупкие плечи. А ей так хотелось, как ее ровесницы, прибежать из школы, пообедать, сделать уроки и беззаботно мчаться на улицу, где другие дети играли в прятки или лепили из снега различные фигуры.

– Алиса, доча… – слабый голос матери прервал ее грустные размышления.

Поставив тарелки перед малышами, девочка поспешила в комнату, где на кровати лежала бледная и осунувшаяся женщина.

Постель была мокрой, лоб матери блестел от выступившего пота, растрепанные волосы прилипли к лицу, но взгляд ее был удивительно ясным.

– Да, мам? – спросила девочка, поправляя подушку под головой больной, чтобы та могла немного приподняться.

– Ты не поверишь, но я ужасно проголодалась, – улыбнулась мать.

– Здорово, мам! Значит, ты поправляешься. Я приготовила картофельный супчик. Он еще горячий. Сейчас принесу, – Алиса пулей помчалась на кухню.

– Алиса, я уже все съел! – радостно вскричал Алеша, увидев сестру.

– Лися, я тозе съева! – заверещала трехлетняя Анютка, демонстрируя свою пустую тарелку.

– Какие же вы у меня молодцы, – похвалила ребятишек старшая сестра и чмокнула их в пухлые щечки. – А теперь допивайте чай и бегите в свою комнату. – Подхватив тарелку с супом, она отправилась в комнату матери.

Вечером с работы пришел отец. Алиса весь день молилась, чтобы он был трезвым. Особенно в этот день, когда маме наконец-то стало лучше.

– Ребятня, все к маме! У меня хорошие новости, – громогласно объявил он, едва переступив порог дома.

Алиса удивленно посмотрела на него: отец светился от радости.

– Пап, только не забудь руки вымыть, ты вообще-то с улицы пришел, – наставительно сказала она и, взяв малышей за руки, повела их в комнату матери.

– Ох, уж эти женщины, – проворчал он, но послушно поплелся в ванную комнату.

– Как ты себя чувствуешь? – спросил Андрей и наклонился, чтобы поцеловать жену.

– Уже лучше. Я даже съела целую тарелку Алисиного супчика, – улыбнулась она в ответ.

– Я рад, что ты поправляешься, – Андрей сделал глубокий вдох. – Завод наш закрывают.

Мать с Алисой разом ахнули.

На заводе часто задерживали зарплату, но с рабочими местами в городке было туго, поэтому каждый старался держаться за свое место.

– Как же теперь?.. – в глазах Марины блеснули слезы.

– Зато нам выдали расчет в полном объеме, включая неиспользованные отпуска и больничные. Все как полагается.

Андрей вытащил из кармана пачку денег и протянул жене. В ответ она расплакалась.

– Ну-ну, чего ты, – приговаривал он, вытирая слезы с ее бледных щек. – Может, это и к лучшему. Сам бы я никогда не решился уйти с завода.

Марина судорожно вздохнула.

– К тому же это не все, – на его губах заиграла загадочная улыбка. – Сегодня в городе я встретил Валентина Михайлова, моего армейского товарища. Так вот. Мы с ним разговорились. Он, оказывается, живет в Меринском – это село в двадцати километрах от города. У него там большое хозяйство. И даже своя пилорама. Ну, я обрисовал ему ситуацию, и он предложил мне вместе с семьей переехать туда.

Андрей заметил, как жена нахмурила брови: его энтузиазма она явно не разделяла.

– Валентин обещал меня к себе пристроить, – уже не так уверенно продолжал он. – Малышня в садик пойдет. И школа там не плохая. Думаю, Алиске понравится. Дом этот продадим. Купим в Меринском небольшой домик, разведем хозяйство, огород свой будет. Ну, что скажете?

Марина кусала губы, обдумывая предложение. Она никогда не думала о том, чтобы уехать из города в деревню. Но дети уже все решили за нее.

– Да-а-а! – закричали они в один голос.

Марина растерянно развела руками.

– Едем.

глава 4

Свой дом Мироновы продали достаточно быстро. Спасибо Василию, брату Валентина, который жил в городе и имел неплохие связи. Он помог с продажей и заказал машину для перевозки имущества семьи.

Хотя прежний дом Мироновых и требовал хорошего ремонта, но он был достаточно крепким, с четырьмя просторными комнатами, большой кухней, ванной комнатой и красивым ухоженным садом. Это был дом родителей Марины, в котором она прожила всю свою жизнь.

Алисе было грустно расставаться со своей любимой комнатой. Но, увидев, как увлажнились глаза матери, девочка подошла к ней, взяла ее за руку и ободряюще улыбнулась.

– Все в порядке, доча, – Марина сморгнула набежавшие слезы и обняла девочку.

– Мам, я тоже буду скучать по нашему дому. Когда я вырасту, заработаю много денег и куплю его снова!

– Да милая ты моя, – мать рассмеялась и прижала дочь еще крепче.

Спустя три недели после того вечера, когда на семейном совете было принято решение о переезде, семья Мироновых была уже на пути к новой жизни.

Новый дом оказался далеко не новым, что поначалу сильно расстроило Марину. Но стоило ей увидеть пусть и заросший, но все-таки цветущий сад, ее сердце растаяло.

– Андрюш, – позвала она мужа. – Иди сюда, ты должен это увидеть.

– Ничего себе! – присвистнул он, подходя к жене.

– Это самое потрясающее зрелище, какое мне только приходилось видеть, – восхищенно прошептала она. – У нас даже в городе такого не было.