- -
- 100%
- +
– Сейчас пошлю за ними охрану, – пролепетал молодой офицер.
– Выполняй обязанности и изучай Устав. Там насчёт детей есть пункт.
Никита вскочил на коня, и он с Семёном въехал в туннель. Сколько раз по нему проезжали, но никогда не покидало чувство, что пещеры ещё откроют много сюрпризов.
В студенческое время Никита был спелеологом. Немало он штурмовал пещер. Были среди них и легкодоступные, чудесные своей подземной красотой, но и страшные пропасти и неизвестно, что таилось на дне. С группой он не раз спускался в глубины мрачных лабиринтов, где переплетения ходов то стыковались друг с другом, то уводили в тупик или выводили на новые уровни. Никита видел хрустально чистые озёра, водопады, оплывшие в разноцветных отложениях скалы, россыпи пещерного жемчуга на дне мелких заливов, гелектиты, свившие узоры из сосулек и каменных цветов. Всё это было прекрасно и здорово. Но Никита также знал, в пещерах царила не только красота, но подстерегала и опасность. В них существовало множество природных ловушек. Были случаи, когда спелеологи ломали ноги, угодив в гуровую ванночку. Иногда улетали в пропасть на внезапно сползшей со стены натёчности. А могла подняться вода и затопить всю пещеру.
Туннель был широким. Спускаясь на лошадях, Никита и Семён не мешали идущим людям. Даже разминулись с погонщиком, ведущего в город трёх прирученных слонов. Шпора зло фыркнул на степных великанов, и чуть не вцепился крепкими зубами в толстый зад ближайшего слона, а Мишка испуганно прижался к стене, пережидая, когда те пройдут. Величественные звери протопали по ступеням, распространяя в воздухе насыщенные звериными флюидами запахи, и в довершении ко всему один из них, задрав тонкий хвост, шлёпнул у их ног своей лепёшкой, чем ввёл Шпору чуть ли не в бешенство, а Никиту и Семёна в весёлое расположение духа.
Вскоре они спустились вниз. У водопада было много людей. Здесь наполняли кувшины и различные ёмкости водой. Вода в пещере была целебная, заживляла раны не хуже антибиотиков. Отдав поводья лошадей стражникам, Никита с Семёном подошли к бассейну, который окружал водопад.
В воде плескалась детвора, там же чинно сидели взрослые тёти и попивали горячий чаёк, который разносили предприимчивые молодые ребята. В их карманах уже звенели полученные от них железные монеты. Никита поморщился, парням бы землю пахать, да на полигоне копья метать, на палках биться, из луков стрелять, а не пожилых женщин обслуживать. Надо Аскольду сказать, чтоб обратил внимание на это безобразие.
Никита с Семёном обошли весь бассейн, но своих детей не обнаружили. Семён от беспокойства почернел лицом, а у Никиты сердце сдавило от нехорошего предчувствия. Они торопливо подошли к нижнему посту. У выхода стояли тяжеловооружённые воины в доспехах с короткими, но толстыми копьями, топорами и мощными луками. Их щиты были овальными, способные закрыть всё тело, в этом месте предосторожность не пустая.
Офицер в чине майора моментально узнал Великого князя, скомандовал посту смирно и подошёл с докладом. Никита терпеливо выслушал, затем, задал вопрос о пропавших детях.
– Видел их, – обнадёжил тот, но тут же добавил. – Погнал обратно. Девочке чуть по попе не дал, начала стращать своим папой, очень самостоятельная… мальчик более покладистый.
– Когда это было?
– Два с половиной часа назад.
– Они здесь. Наверх не поднимались. Верхний пост заметил бы. Не могли же они сквозь землю провалиться. Будем искать.
– Вам солдат дать? – предложил майор.
– Сами справимся. В пещере все неизвестные ходы замурованы. Определённо, дети у подземной реки. Вы лучше присмотрите за лошадьми. Только с моим жеребцом осторожнее, руку откусит.
Майор с восхищением посмотрел на коня. На удивление Шпора благосклонно принял этого человека. Он прекрасно понял, что им любуются и это польстило его лошадиной душе. Жеребец даже позволил, чтобы его отвели к кормушке.
Солдаты приволокли душистого сена и налили в корыто чистой воды, а Никита с Семёном двинулись вглубь зала. Как только они слышали ребячьи голоса, сразу туда кидались. Прочесали всё, что можно. Заглянули под все камни, ползали по природному органу, замазали руки пещерным молоком, после чего, спасаясь от зуда, долго смывали тускло светящуюся плесень. Никита уже решил воспользоваться услугами майора и привлечь к поискам солдат. Он в недоумении посмотрел на Семёна:
– Всё осмотрели, детей нигде нет. Что скажешь?
Семён сел у бассейна, в глазах плескалась ртуть, лицо потемнело от тревоги. Никита догадался, что тот силится что-то вспомнить. Внезапно Семён резко обернулся:
– Когда мы впервые попали сюда, Игорь плавал к водопаду и нырял под струи воды. Может там есть площадка?
– А ты знаешь, такое бывает! Как я сам не додумался! Им больше негде прятаться, сорванцы там! – в возбуждении выкрикнул Никита.
Они тщательно завернули в шкуры факелы, одежду закрутили в узел, потеснили отдыхающих и спустились в ледяную воду. Холодные струи мигом их взбодрили, смыли липкий пот и вселили надежду.
Народ косился с удивлением, Никита и Семён резко отличались от толпы. Семён настоящий атлет. Тугие мышцы опоясывали всё тело, за плечами виднелся огромный боевой топор. Никита тоже на вид не слабый. За поясом висел меч, за плечами лук и колчан с толстыми, как дротики, стрелами. Его шрам на плече в виде короны был прикрыт бухтой верёвки. Его никто не узнавал, это на руку, сейчас им не хотелось привлекать лишнего внимания.
Держась ближе к поручням, они обогнули водопад с правой стороны. Напрямую подойти было сложно. По мере приближения к бушующей завесе из воды и пены, стал просматриваться низкий и поэтому смирный перекат воды с нависающего козырька. Логичнее всего именно там имелась свободная от воды площадка.
На удивление идти было легко. Изготовленные поручни спасали от потоков воды, но Семён поспешил, промахнулся мимо поручней и резко ушёл под воду. Непостижимым образом он выплыл и, невзирая на тяжесть топора, погреб к козырьку. Там нырнул под непрерывный поток воды, и Никита поспешил следом. Плыть с вещами и мечём было чудовищно трудно, а ещё сложнее заставить себя нырнуть в неизвестность. Неужели маленькие дети были способны на такое безрассудство? Никита вдохнул воздух и погрузился в темноту. Не успев испугаться, он выплыл в спокойной заводи, а позади с шипением падала вода. Тусклый свет едва пробивал её толщу. Они выбрались на ровную площадку и моментально заметили Светочкину сумочку и сгоревший факел Игоря. Стали их звать. Крики потонули в монотонном гуле водопада. Детей не было. Никита и Семён принялись лихорадочно обследовать маленькую пещерку. Внезапно они в потрясении остановились, в гроте явственно виднелся круглый лаз, это был неизвестный вход в пещерную страну.
– Они полезли в этот лаз, – скрипнул зубами Семён. Не отжимая от воды, он лихорадочно надел промокшую одежду. Затем вытащил из кожаного чехла густо пропитанный смолой факел.
– Да, и любая секунда промедления … – Никита быстро высек огонь, поджог трут и им запалил факел. Пламя, рассыпая искры, с треском вспыхнуло, осветив набухшие от влаги своды пещеры. – У нас четыре факела, каждый горит около часа. В нашем распоряжении меньше четырёх часов.
– Чего же мы ждём? – Семён с недоумением посмотрел на друга.
– Правильнее всего сообщить Аскольду и лишь после этого лезть в пещеру.
– Ты ли это говоришь? – удивился Семён. – Только что сам говорил: «любая секунда промедления».
– Никто не знает, что мы здесь. Если с нами что-то случится, детям уже никто не поможет.
– Потеряем много времени. Вероятно, уже сейчас они в смертельной опасности. Надо рискнуть, – убеждённо произнес Семён и взглядом указал на бухту верёвки, которая висела у Никиты на плече. – Ты и сам такого же мнения, всё предвидел.
– Ты прав. Пещеры столь опасны, что надо идти немедленно… Аскольду сообщить мы не успеем, – кивнул Никита.
Семён с шумом втиснулся в подземный ход. Никита едва поспел за ним. Через десять метров стены резко разошлись в стороны. Семён выбежал в пещёрный зал и не смог удержать равновесие. Он поскользнулся, руки взлетели в поисках опоры и мужчина с глухим хлопком свалился в подземное озеро. В разные стороны полетели брызги, факел с истошным шипением упал в воду. На мгновенье вспыхнули призрачным огнём сталагмиты, и навалилась темнота.
– Чтоб её! – в потрясении выругался Семён.
– Большой темп задал. Пещеры это не любят, – нравоучительно заметил Никита.
– Чего раньше не сказал? – огрызнулся его друг.
– Не успел.
– И что сейчас мне делать? Промок, как мышь, факел испортил.
– Как можно тщательней выкрути одежду. Не дай бог переохлаждение получишь. Дальше я поведу. Пропускать тебя первым слишком рискованное занятие
Семён стянул одежду. Никита, оглядываясь по сторонам, помог её отжать. На периферии зрения увидел сполохи красных вспышек.
– Позовём ребятишек? – шёпотом спросил Семён.
– Не вздумай, это не наш мир. В нём надо себя вести с чувством такта.
– Давай факел зажжём.
– Подожди, успеем. Ты красный свет не видишь?
– Где? – встревожился его друг.
– Смотри прямо.
– Кроме темноты ничего нет.
– А мне кажется там багровые отблески. Это может светиться лунное молоко, но оно обычно гаснет через несколько секунд после направления на него света, а здесь он постоянный. Я пройду вперёд, а ты подготовь факел. Как только скомандую, быстро зажигай.
Семён отчаянно засопел, но более этого других эмоций не выразил. Никита медленно двинулся, на ощупь, огибая озеро. Чувства обострились до придела. Он так всматривался, что казалось, глаза вышли из орбит и зависли на стебельках. Но странное дело, его зрение кое-что различало. Никита видел тёмные стены, сталагмиты, торчащие на пути и красный свет. Его он видел столь отчётливо, что даже замечал его отблески, отражающиеся на окружающих предметах, и ещё был ни с чем несравнимый запах. В комплексе пахло извёсткой и яблоками. Никита подошёл ближе и внезапно понял, что его изучают. Некто пристально смотрел на человека, пытаясь разобраться, он пища или охотник. Между камней таилось существо. Над глазами нависли наросты, излучающие красный свет. У пещерного животного было бочкообразное тело, голова больше туловища и в его огромной пасти виднелся блеск острых зубов. Страх, как предатель, вторгся в кровь. Сердце учащённо забилось, ладони вспотели. Существо мигом почуяло его состояние. Свечение усилилось. Никита к своему ужасу догадался, что пещерный зверь замеряет расстояние для броска. Ах ты тварь! Злость вышвырнула страх. Внезапно Никите захотелось впиться зубами в безобразную плоть, рвать её и пить белёсую кровь. Он забыл о своём мече. Растопырив руки, увеличивая шаг, он пошёл вперёд. Животное сжалось, красный свет погас, ужас всколыхнул сознание, но этот ужас был уже не человека, а пещерного хищника. Кровь вскипела, и Никита бросился в атаку. С немыслимым проворством подземная тварь метнулась назад. Звонко скрипнули по камню когти, и зверь позорно бежал. Никита, тяжело дыша, остановился и нервно произнёс:
– Ну, что же ты, зажигай факел! Сколько можно ждать!
Вспыхнули искры. Факел с довольным урчанием воспламенился. Никита на миг ослеп, затем увидел спешащего к нему друга. Семён с тревогой произнёс:
– Кто-то бежал, тяжёлый. Неужели пещерное животное?
– Да, и я хотел его съесть.
– Хорошая шутка.
– Я не шучу.
– Это… хищник? – Семён сильно волновался, факел дрожал в его руке, но он пересилил себя, даже губу прикусил.
– Зверь плотоядный и вероятно опасный, – подтвердил его догадку Никита.
– Что с детьми?
Никита вырвал из его рук факел и принялся водить им впереди себя. Взгляд наткнулся на кровавые пятна. Семён вскрикнул. Крови было так много, словно в забойном цеху. Никита медленно сделал шаг вперёд и наткнулся на изувеченную тушу пещерной амфибии. Она была разорвана и изгрызена, словно её кто-то в исступлении и безумстве рвал. Никита наклонился над лужей крови и сразу заметил отпечаток босой ноги взрослого человека, потом увидел ещё несколько:
– Однако, – в замешательстве произнёс Никита, – здесь были люди!
– Человеческие следы? Это кто-то из наших? – обомлел Семён.
– Не думаю. Сам посмотри, стопа узкая, а на пальцах отпечатки когтей.
– Монстры какие-то, – ужаснулся Семён. – Но наши дети?!
– Их здесь нет. Вероятно, они направились к тем пещерным органам, – Никита вытащил меч и осторожно пошёл вперёд.
Семён взмахнул топором. Лезвие басовито пропело. Звук эхом отразился от сводов, натыкаясь на сталагмиты, перешёптыванием понёсся в пространстве, и исчез в угольной тьме пещеры. Стайка летучих созданий в испуге взвилась ввысь. В темноте блеснули огненные глазки и зверьки, как бабочки, запорхали над людьми.
– Они, как гнус, питаются кровью, бежим! – Никита потянул за собой Семёна.
В опасной близости от их лиц щёлкнули челюсти. Один из маленьких монстров вцепился Семёну в ухо. Мужчина озверело отмахнулся топором. Злобные твари отпрянули. Пропел меч. На лицо брызнули мелкие капли крови. Никита и Семён бросились к отдалённо стоящим органам. Они бежали по абсолютно ровной поверхности пола, словно специально укатанного строительным катком. Всюду светились натёчности всех оттенков, от красного, розового, до рыжих цветов. Как сосульки из чистейшего хрусталя, со сводов свисали сталактиты. Словно гномы, застыли сталагмиты. Капель, как звон серебряных колокольчиков, смешалась с тяжёлыми шагами людей и их злобными выкриками. Всюду царила идеальная чистота. Алмазными искрами разлетались брызги, а Никита и Семён неслись к грандиозным пещерным органам, где виднелось чёрное отверстие подземного хода. Казалось, сейчас зазвучит величественная музыка Баха, но тишину сотрясал яростный писк.
Мужчины протиснулись в узкий лаз. Толкая перед собой оружие, вползли в другой огромный зал и остановились у маленького озера.
Гл. 3
Небо очистилось от туч. Не по-детски раскалилось солнце, заливая огненными лучами лохматые горы, пахло свежей листвой и грибами. В последнее время Аскольд настороженно относился ко всяким грибным ароматам, хотя от жареных лисичек никогда не отказывался. Из головы не выходила его встреча с мутантшей. Он понимал, ему повезло, что в тот момент она была серьёзно ранена. Чужаки начали выходить на новый уровень. Всякие страшилки в виде одноглазых циклопов, крылатых пауков, динозавроподобных монстров начали отходить на второй план и им на смену принялись выводить существ невероятно похожих на людей. Это страшно напрягало и конкретно пугало. Если армия таких мутантов внедрится в человеческое общество, то цивилизация людей прекратит существование. Благо их пока можно вычислять по характерному грибному запаху, но и эту проблему чужие решат, Аскольд в этом не сомневался. По крайней мере, та девушка-мутант уже сильно не пахла. Найти б её и выведать все тайны Разлома. У Аскольда хищно загорелись глаза. Он внимательно посмотрел на сибиряков Прелого и Ефима. Прелый почувствовал его взгляд, повернул тёмное, словно припорошенное пеплом, лицо:
– Князь, мутантша ушла к обрывам.
– Откуда знаешь? – на лисьем лице Аскольда холодно блеснули волчьи глаза. Это невероятное сочетание пугало многих людей.
Прелый с трудом выдержал его взгляд и кивнул на Ефима. Тот, кашлянув в кулак, потёр слегка оттопыренные уши и с достоинством произнёс:
– Гнали подраненного оленя, над обрывами увидели стервятников. Решили проверить, что там. Обнаружили четыре трупа работорговцев. У одного была оторвана голова, у другого вырвано сердце, остальные разодраны в клочья. Ни медведь, ни даже тигр такие увечья не наносит. Из сего можно сделать вывод, это постаралась наша мутантша. Кстати, с ней были люди, которых она вела за собой, – Ефим повернул красное лицо к небу и глубокомысленно поджал губы.
– Люди? – удивился Аскольд.
– Старый дед и женщина с мужчиной. Следы всё рассказали, – Ефим надулся от гордости.
– Гм, – Аскольд, опираясь на длинное древко своего топора, поднялся во весь рост. – Почему она их не убила? Насколько мне известно, мутанты всегда убивают людей.
– Может, потому что она очень похожа на человека? – высказал догадку Прелый.
– Я думаю всё много проще, – насмешливо скривил губы Аскольд. – Она таскает их как скот, чтоб у неё всегда было свежее мясо.
– Тьфу ты! – Ефима чуть не стошнило.
Прелый суеверно перекрестился, с испугом глядя на своего князя и дрогнувшим голосом произнёс:
– Как такое может быть? По вашим рассказам она ничем не отличается от девушки и весьма красивая.
– Разговаривает как мы, – встрял в разговор Ефим.
– Поэтому она так опасна и эта тварь не человек. Вас не должна ввести в заблуждение её внешность, – сурово изрёк Аскольд, наблюдая, как Прелый с Ефимом принялись аккуратно скатывать сеть.
– Наша задача её выследить, заманить в ловушку и спутать сетью. Она нужна мне живой, – Аскольд легко перекинул топор через плечо, потревожив элегантный блочный лук и колчан со стрелами. – Далеко тот обрыв? – спросил он, тщательно подвешивая топор на ремень, чтоб тот не мешал руке касаться кинжала на поясе.
Прелый поправил свой тяжёлый лук из тиса, украдкой бросив завистливый взгляд на оружие князя. Покосившись на Ефима, сказал:
– По прямой километров двадцать, но придётся обходить поселенцев, а это крюк ещё пять километров и это по лесу.
– Что за поселенцы? – хищно сжал губы Аскольд.
– Серьёзный народ. Их даже охотники за рабами обходят. Обычно те сначала стреляют и лишь потом разговаривают… если кто останется жив.
– Почему я об этом не знаю? – нахмурился князь.
– На них наткнулись совсем недавно. Доложить вам ещё не успели, – извиняющим тоном произнёс Ефим. Его красное лицо ещё сильнее покраснело, а безобразная редкая бородка нервно дёрнулась.
– Сколько там человек? – как можно спокойнее спросил Аскольд.
– Трудно сказать, но не менее пяти мужчин.
– А нас трое, – на миг задумался Аскольд. – Но думаю, мы с ними договоримся.
– А если не получится? – Прелый, зажав ноздрю, яростно высморкался.
Аскольд брезгливо покосился на сибиряка и со странным равнодушием сказал:
– Тогда мы их убьём.
На него посмотрели с суеверным страхом и решили более не задавать вопросов. Аскольд улыбнулся и приказал охотникам идти вперёд.
В лесу беззаботно щебетали птицы, иногда появлялись лужайки с цветущими ромашками, один раз блеснула поверхность заросшего ряской озера, но вскоре огромные деревья заслонили небо, и стало сумрачно, будто внезапно наступил вечер. Отряд шёл уже не один час, на их пути возникали завалы из павших деревьев, глубокие ямы, заполненные гнилой водой и прелыми листьями. Но вот лес слегка поредел, и сквозь их кроны начали прорываться тонкие лучи солнца. У стремительно бегущего ручья Аскольд остановился, выхватив взглядом едва заметную тропинку.
– Вроде здесь их поселение, – Ефим потянулся к своему ножу.
– Убери руки с пояса, – строго приказал Аскольд. Он поднял одну руку и сделал взмах. Звериным чутьём князь ощутил, что за ними наблюдают.
– Проваливайте отсюда! – послышался грубый голос. – Иначе нашпигуем вас стрелами.
Прелый и Ефим слегка поддались назад, усиленно крутя шеями, стараясь понять, где прячутся поселенцы. Аскольд усмехнулся:
– Вы всегда так с путниками разговариваете? Мы не работорговцы, а охотники за мутантами.
– Это ты так пошутил? – после небольшой паузы прозвучал тот же голос.
– Я что, похож на клоуна? – Аскольд отвесил шутовской поклон, и его аккуратная борода описала дерзкий зигзаг. – Безусловно, вы уже сталкивались с мутантами и знаете какая это зараза. Мы должны помогать друг другу в их истреблении, но для начала показались бы, а то у меня возникает нехорошее чувство, что вы трусы.
– Забавно, вы почти покойники, а хамите, – в зарослях хмыкнули, и тут же показался крепкий парень в волчьей шкуре с татуировкой на мощной шее. В руках он держал арбалет с вложенной на тетиву толстой, как дротик, стрелой. Исходя из того, что парень был хорошо выбрит и коротко подстрижен, Аскольд сделал вывод, что у поселенцев имеются ножи из железа.
– Поживём ещё, – Аскольд улыбнулся, оскалив белые зубы.
– А ты самонадеян, – из зарослей вышли ещё двое спортивного вида парней, так же с арбалетами.
Затем, показалась статная девушка. Аскольд отметил про себя, красивая краля, грудь торчком, глаза честные. Вероятно, жена одного из поселенцев.
– Вы откуда и что там про мутантов говорили? – спокойно спросила она.
Аскольд не стал врать. Он чуть склонил голову в уважительном поклоне:
– Мы из Град-Растиславля. Недавно затопили пещеры с мутантами, но некоторые особи вырвались и шалят в окрестных лесах. Хуже то, что их сейчас почти не отличишь от людей, даже по-русски говорят. Одна из них убила нашего человека, а затем растерзала целый отряд охотников за рабами.
– Что за чушь, по-русски они разговаривают! – опираясь на копьё, словно на посох, появился сухощавый мужчина с острым кинжалом на поясе. – Я видел их, скопище уродов! Да они вообще без признаков интеллекта!
– К сожалению, умом они не обделены. Даже меня провели, – нехорошо улыбнулся Аскольд. – Особь, которую мы выслеживаем, от женщины отличается лишь запахом грибов.
– И что, женщина убила целый отряд? – встрял в разговор парень с татуировкой на шее и звучно захохотал.
– Замолчи, Вадим! – одёрнула его девушка, всё это время не отрываясь смотревшая на Аскольда. – Он правду говорит, и я знаю его, это князь Аскольд.
После его слов все буквально замерли. На лицах появилось удивление и враждебность. Затем, сухощавый мужчина, о чём-то размышляя, пожевал тонкие губы:
– Князь Аскольд? Много разных слухов о тебе ходят и хороших, и плохих. Ладно, говори, что тебе нужно.
– Мне нужна кротчайшая дорога до обрывов и, если будет желание, можете к нам присоединиться. Мутантша весьма опасная, а мне она нужна живой.
– Ага, оставить посёлок без охраны? Верх безрассудства! – сухощавый мужчина отрицательно качнул головой. – В этом как-нибудь сами. А как добраться до вашего места я расскажу. А ты действительно князь Аскольд?
– Пока да, – хмыкнул Аскольд. – И ещё, когда вас начнут жрать мутанты, вспомните день, когда отказали мне в помощи.
Худощавый мужчина враждебно нахмурился:
– Мы в помощи не отказываем, расскажем, как кротчайшим путём добраться до обрывов. Совсем рядом от них странный дед обосновался. Удивительно, как его ещё в плен не взяли. А то что не поможем людьми, поймите правильно, с нами женщины и дети, а недавно поблизости промышлял отряд работорговцев.
– С которыми разобралась наша мутантша, – Аскольд в раздумье потрогал бороду. – Хорошо, давайте координаты. А как надумаете сменить место жительства, добро пожаловать в наш город. Детям там будет более комфортно. У нас школа имеется и для вас найдётся достойное занятие.
– Спасибо, князь, но мы давно выбрали свободу.
– Дело ваше, – равнодушно пожал плечами Аскольд, – но скоро одичаете и не будете походить на людей.
– С этим мы боремся, – худощавый мужчина демонстративно погладил свой стриженый затылок и с явной ухмылкой глянул на бороду Аскольда.
– Примитивно мыслите, – в глазах Аскольда заискрилось веселье.
*******
Едва заметная тропа растворилась в пожухлой листве и плавно перешла в местность с массой ям, колдобин и камней. Сосновый лес сгустился, густо повеяло сыростью и запахом свежей хвои. В лесу было тихо и спокойно. Жаркое солнце не могло пробить тяжёлые сосновые ветви, но ласковое тепло рассеивало неприятную влагу. В листве шалили птицы и кружили хоровод рыжие белки, а обнаглевший ёж воровал у них еду. Пока всё складывалось благополучно, отряд уверенно шёл среди стволов исполинского леса. Пока людям везло, хищники не встречались, хотя и донёсся издалека злобный рык медведя, да ещё на влажной земле были замечены следы тигра.
Проходя мимо разлапистых елей, Ефим поддел ногой шляпку гриба:
– Ты смотри, белый гриб, а вон ещё один! Да тут целая поляна!
Действительно, грибы усеивали всё пространство. Торчали изо мха, из еловых иголок, между корнями, в камнях.
– Хорошие грибы, – Прелый с вопросом посмотрел на Аскольда.
– Мутантами пахнут, – князь безжалостно раздавил крупный боровик и быстро двинулся к просвету в чаще леса.
Вскоре показалось бревенчатое двухэтажное строение и несколько подсобных помещений, окружённых крепким забором. Вокруг стояли огромные сосны, чередуясь с мощными лиственницами, одиноко торчали стройные берёзы и широкие пихты. Под ногами расстилался ковёр из различных кустарников, краснела малина и качались на тонких стеблях розовые пионы.
– Это жилище не деда, – уверенно произнёс Аскольд. – Странно, что о нём нам не сказали.
Прелый осмотрелся, глянул на отблески солнца, прорывающиеся сквозь густые шапки деревьев, на лице появилось недовольство: